Социальные конфликты и способы их разрешения

§ 2.основные пути преодоления правоприменительных ошибок

Важной составляющей в процессе поддержания режима законности является преодоление правоприменительных ошибок. В “широком” понима­нии последнее включает в себя, во-первых, меры по выявлению ошибок, во- вторых, систему мер, направленную на ликвидацию последствий от ошибок

123

и, в-третьих, профилактику правоприменительных ошибок, проводимую в целях искоренения причин и условий, способствующих их появлению.

Необходимо отметить, что невозможно достичь осуществления абсо­лютно безошибочного правоприменения. Можно вести речь лишь об умень­шении количества ошибок в деятельности правоприменителя.

В каждой отдельно взятой сфере правоприменения (органов внутрен­них дел, судебной, нотариальной, прокурорской и др.) существует опреде­ленная специфика в механизме преодоления ошибок[160]. Но есть и общие мо­менты, свойственные любой области правоприменения. Остановимся на наиболее важных, с нашей точки зрения, путях преодоления правопримени­тельных ошибок.

Непременное условие эффективной борьбы с правоприменительными ошибками — наличие о них максимально широкой, достоверной информа­ционной базы.

Одним из источников получения сведений об ошибках правопримени­тельных органов является статистика. Ее несомненное достоинство — в широком охвате явлений правоприменительной практики, к которым отно­сятся случаи нарушения законности. Наибольшее распространение этот ме­тод получил в судебной практике и в органах внутренних дел. Так, в частно­сти, 3. Яковлев и Г. Булатов отмечают, что “судебная статистика — это инст­румент, позволяющий искать и находить пути повышения эффективности деятельности органов юстиции и судов”[161].

Важную роль в совершенствовании правоприменительной практики играют обобщения. Они позволяют обнаруживать ошибки правопримените-

124

лей, вести целенаправленную работу по их устранению.

Благодаря ним, об­легчается задача по выявлению причин и условий, вызывающих ошибки.

Большое значение для обобщения имеет правильный выбор програм­мы, по которой оно будет производиться. Следует согласиться с В. Сырых в том, что “составить программу обобщения — значит выявить круг вопросов, подлежащих изучению”[162]. Одна из таких программ, по фиксации правотвор­ческих ошибок, предложена В.М. Барановым[163]. В правоприменительной дея­тельности, по нашему мнению, подобная схема отслеживания должна иметь следующее содержание: а) полные сведения о сущности совершенной ошиб­ки (в чем именно она заключается); б) непосредственные причины ее воз­никновения; в) возможные пути устранения; г) какие меры по устранению ошибки были реализованы, а какие нет и почему.

Эта схема является первичной формой учета, своеобразной накопи­тельной картой[164] Совокупность последних образует “банк” правопримени­тельных ошибок. При формировании банка следует иметь в виду, что работа по сбору информации должна носить не эпизодический, авральный, а посто­янный поисковый характер. Только при этом условии можно определить ха­рактерные тенденции в сфере правопорядка, причины происходящих изме­нений и на этой основе вскрывать наиболее существенные недостатки в дея­тельности правоприменителя. Затем на основе комплексного анализа, ис­пользуя полученные в результате обобщений и статистических исследований данные, выявляются закономерности в процессе появления ошибок и наме­чаются основные пути устранения последних.

Удобной формой анализа правоприменительной практики могут яв­ляться обзоры правоприменительных ошибок. Они могут составляться как на

125

основе собственных аналитических разработок, так и с привлечением соот­ветствующих обзоров прокуратуры, суда и других правоприменительных ор­ганов. Такие обзоры не будут отнимать много времени, поскольку анализу подвергаться будет только информация об «официально признанных ошиб­ках». К слову, существует вероятность того, что путем анализа ошибок, изло­женных в этих аналитических материалах, могут быть выявлены и ошибки органов, признавших законные и обоснованные решения правоприменителей ошибочными.

Разумеется, обобщение материалов правоприменительной практики должно вестись в соответствии с научно разработанной методи- кои .

Программа обобщения материалов может быть разработана совместно с ведущими специалистами, имеющих богатый опыт правоприменения, про­курорами, судьями, учеными юридических вузов определенного региона. Из центральных правоприменительных органов эти программы могли бы рас­сылаться на места, в низовые структуры, где бы по унифицированной мето­дике собиралась соответствующая информация о правоприменительных ошибках и отсылалась обратно в центр в виде соответствующих отчетов. Каждый уровень управления мог бы принимать находящиеся в его возмож­ностях меры по ликвидации факторов, способствующих появлению право­применительных ошибок. Впоследствии эти материалы могли бы переда­ваться и в высшие правоприменительные ведомства для обобщения уже в масштабе всей страны. Подобные обзоры правоприменительных ошибок мо­гут стать информационным фондом, объективной основой для вынесения вышестоящими органами указаний и рекомендаций, направленных на пре­дотвращение совершения правоприменительных ошибок. Эти акты будут

1См. например : Чугунов В.Е., Горский Г.Ф. Применение кибернетических устройств для анализа ошибок в судебной и следственной практике // Совет­ское государство и право. — 1966. — № 11.

126 более обоснованными, менее абстрактными, а потому — более эффек­тивными.

Изучение правоприменительной практики даст возможность выявить некоторые, наиболее характерные, типичные правоприменительные ошибки. Как представляется, весьма полезным было бы составление с определенной периодичностью на уровне высших правоприменительных органов и рас­сылка всем остальным систематизированных обзоров типичных ошибок в применении права. В них бы указывались конкретные дела, сущность ошиб­ки, оценка ее с различных точек зрения, анализ причин и условий ее совер­шения, меры, которые были применены к сотруднику, издавшему ошибоч­ный акт применения права.

Наглядный пример — самый эффективный. В этих материалах следовало бы подчеркнуть требования, которые предъявля­ются к данному виду актов применения права.

Помимо обзоров, целесообразно было бы учредить ведомственное из­дание-бюллетень, в котором регулярно рассматривались бы проблемы пра­воприменительной деятельности данного ведомства по всем направлениям, анализировался бы положительный опыт по устранению причин и условий, влияющих на появление правоприменительных ошибок — чтобы этим опы­том могли воспользоваться и другие органы.

Факторы, обусловливающие совершение правоприменителем ошибок в конкретном подразделении, могут быть выявлены и изучены с помощью со­циологических исследований (в форме опросов, анкетирования и т. д.). Со­циологические методы обязательно должны быть подкреплены статистиче­ским анализом. Такой анализ, проводимый систематически, регулярно про­демонстрирует распространенность определенных видов ошибок в опреде­ленном подразделении, общее число и характер ошибок, своевременность их исправления. Кроме того, систематически проводимые в определенном под­разделении обобщения и анализ правоприменительной практики сотрудни­ков дадут возможность сделать правильные выводы и о том, какие именно

127 правоприменительные ошибки наиболее характерны для конкретного со­трудника.

Важнейшее направление профилактики ошибок — должным образом поставленное правовое воспитание правоприменителей. Правовое воспита­ние, как отметил И. Ф. Рябко, — это «определенное, целеустремленное влия­ние на сознание, психологию воспитуемых (индивидов и общественных групп)… с целью формирования у них глубоких и устойчивых представле­ний, убеждений, чувств, привития им высокой правовой культуры, навы­ков»[165]. На наш взгляд, основной задачей правового воспитания правоприме­нителей является воспитание у них чувства ответственности за принимаемые решения, законности и справедливости, сознательного отношения к требова­ниям норм. В правоприменителях необходимо воспитывать и критическое отношение к существующему законодательству и правоприменительной практике.

Критическое отношение не означает нигилизма, пренебрежитель­ного отношения к указанным явлениям. Обладая высокой правовой культу­рой, элементом которой является уважение к праву, признание его социаль­ной ценности, правоприменитель должен видеть и недостатки законодатель­ства, отражающиеся на практике применения норм права, те негативные яв­ления, которые обусловливают совершение правоприменительных ошибок. Понимая все это, он должен стремиться к устранению причин ошибок, на­сколько это в его силах.

Одним из важнейших направлений правового воспитания является пре­одоление деформации правосознания правоприменителей. П. П. Баранов ука­зывает, что устранить деформацию полностью нельзя. Речь может идти толь­ко о борьбе за относительно меньшую степень пораженности, деформиро-

128 ванности[166]. А. И. Зубков предлагает разработать научно обоснованную систе­му мер по выводу сотрудников из состояния профессиональной деформации, уровень которой, как он замечает, в ряде случаев настолько высок, что дос­тигает степени деградации личности: «На практике приходится часто решать дилемму: личность человека деформирована, и его нужно убирать либо во­обще, либо с конкретного участка, но некем заменить. Вот почему такая ра­бота должна быть поставлена не только на научную, но и на плановую осно­ву, на нее нужно предусматривать большие материальные средства»[167].

Тем не менее, как представляется, важнее не воздействие на уже сло­жившееся деформированное правосознание конкретного сотрудника, а про­филактика деформации, ее предупреждение средствами правового воспита­ния. Во многом уровень правосознания, правовой культуры определяется ге­нетикой человека, его воспитанием, состоянием современного ему общества. Трудно пытаться поднять «извне» уровень правовой культуры правоприме­нителей, в то время как общим фоном для их деятельности является чаще всего правовой нигилизм — в обществе, на всех этажах власти. Думается, максимальный эффект может дать только самовоспитание.

Без стремления правоприменителя расширять свой профессиональный кругозор, изучать и тщательно анализировать существующий опыт не может быть и роста про­фессионального мастерства. Подобное стремление, заинтересованность ра­ботника в повышении своего профессионального уровня можно вызвать пу­тем стимулирования качественной правоприменительной деятельности.

Одним из способов снижения количества правоприменительных оши­бок у конкретного лица является создание у него мотивации к безошибочной

129 правоприменительной деятельности. Необходимо вызвать у работника стремление к максимальной точности в исполнении своих обязанностей в сфере правоприменения, что позволит избежать значительного числа оши­бок. Неравнодушие к результатам своей работы улучшит ее качество.

Стремление к безошибочной работе можно вызвать двумя способами: санкциями за совершение ошибок или поощрением за их отсутствие. Дума­ется, нельзя ограничиваться только формами мотивации безошибочного пра­воприменения, направленными на формирование у правоприменителя чувст­ва ответственности, долга и т. п. На снижение количества ошибок влияют и такие формы, как боязнь наказания, конформистская позиция, страх перед осуждением коллектива, в котором работает правоприменитель, карьерист­ские побуждения. И такие отрицательные мотивы вполне могут заставить лицо осуществлять качественное правоприменение.

Все же больший эффект на укрепление дисциплины, активность и ка­чество труда правоприменителей оказывают меры поощрения. Важную роль последнего отмечает В.В. Лазарев: «Конечно, поощрение правоприменителя можно было бы уподобить любому другому поощрению за трудовую дея­тельность… Однако суть последней для правоприменителя состоит в точном и неуклонном проведении права в жизнь, и, таким образом, награды, матери­альные и идеальные блага приобретают специфическую целевую функцию»[168].

Поощрение добросовестности, профессионализма правоприменителей может осуществляться в форме морального стимулирования (приведение в пример, похвала и т. п.). Такая разновидность поощрения, безусловно, очень важна, но ее далеко не достаточно для появления интереса к службе, тем бо­лее что некоторые формы морального поощрения вызывают ироническое отношение окружающих. Совершенно необходимо в добавление к мораль­ному и «материальное» стимулирование безошибочной работы.

130

Следует иметь в виду, что поощрение субъекта, порождаемое юриди­ческое последствия и осуществляемое в определенной процессуальной фор­ме, является разновидностью правоприменительной деятельности и, следо­вательно, должно основываться на общих принципах этой формы правореа- лизации. Это означает, что награждение субъекта ценным подарком, при­своение специального звания или перевод в порядке поощрения на более вы­сокооплачиваемую должность, как и другие аналогичные акты, должны ос­новываться на принципах законности, справедливости, целесообразности, а потому быть поднадзорными, подконтрольными с точки зрения соответст­вующей юридической процедуры[169].

Правильно подобранные методы воздействия, направленные на созда­ние мотивации к безошибочной работе, должны привести к тому, что право­применитель самостоятельно устранит ряд факторов, влияющих на появле­ние в его деятельности ошибок. Максимальную стимуляцию к эффективной, безошибочной правоприменительной деятельности может дать, на наш взгляд, разумное, дифференцированное в зависимости от конкретных об­стоятельств сочетание принуждения и поощрения. Выбор конкретной формы стимулирования во многом определяется индивидуальными особенностями лица. Начальник должен быть тонким психологом, чтобы применить к под­чиненному ему правоприменителю оптимальную форму стимулирования, ту, которая будет воспринята им, даст максимальный эффект.

Нельзя не согласиться с В. М. Барановым в том, что во многом “эффективность той или иной поощрительной нормы нрава зависит от правильности выбора правоприменителем закрепленных в ней мер поощре­ния к определенному субъекту. Известно, что одна и та же мера поощрения

Рефераты:  Реферат на тему: Пожар

131

оказывает большое стимулирующее действие на одно лицо, оставляя в то же время равнодушным к её получению другое лицо”[170].

Важным направлением профилактики правоприменительных ошибок является законодательное закрепление ее дефиниции. Субъекты и участники правоприменительного процесса должны знать, что правоприменительная ошибка — “нормативно-признанное явление”[171].

Следует отметить, что термин “ошибка” достаточно широко использу­ется в российском законодательстве. Так, в ст. 204 HiK РСФСР определяется порядок исправления описок и явных арифметических ошибок в решении. В ст. 329 ГПК РСФСР указывается, что суд, рассмотрев дело в порядке надзо­ра, своим определением или постановлением вправе: отменить либо изме­нить решение суда первой, кассационной или надзорной инстанций и вы­нести новое решение, не передавая дела на новое рассмотрение, если до­пущена ошибка в применении и толковании норм материального права. В приказе от 3 ноября 1993 г. N 480 “О мерах по реализации постановления Совета министров- Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 года № 941” указывается, что в случае обнаружения ошибок в выпла­те пенсий по вине учреждения Сбербанка ему в месячный срок направляется соответствующее сообщение. Также, в некоторых нормативно-правовых ак­тах говорится о разновидностях правоприменительной ошибки. В частности, в постановлении пленума Высшего арбитражного суда Российской Федера­ции от 15 октября 1998 года № 17 основанием для пересмотра постановления президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации, которым изменено или отменено решение, постановление и принято новое решение в порядке надзора, в соответствии с Постановлением Конституционного

132

Суда Российской Федерации от 3 февраля 1998 года по делу о проверке конституционности статей 180, 181, пункта 3 части 1 статьи 187 и статьи 192 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации мо­жет являться также обнаружившаяся судебная ошибка’. В одном из поста­новлений Конституционного Суда РФ употребляется непосредственно поня­тие “правоприменительная ошибка”[172][173].

Очень редко в законодательстве можно встретить дефиницию понятия “ошибки”. Так, в перечне терминов и определений, используемых в правилах (стандартах) аудиторской деятельности дается определение понятия “ошибки в бухгалтерском учете и отчетности”. Под ней понимается непред­намеренное нарушение верности данных учета и отчетности, совершен­ное в результате арифметических или логических погрешностей в учетных записях, недосмотра в полноте учета или неправильного представления фактов хозяйственной деятельности, наличия и состояния имущества, рас­четов и обязательств. Следует отметить, что нет однозначного понимания термина “ошибки”, встречаются абсолютно противоположные трактовки этого феномена, что неприемлемо для законодательства. В частности, выше­приведенное определение свидетельствует о непреднамеренности соверше­ния ошибки. Некоторые нормативно-правовые акты прямо или косвенно указывают о существование умышленных ошибок, что само по себе уже дос-

133

таточно спорно. Так, в п. 10 приложения № 10 приказа комитета Российской Федерации по рыболовству от 30.05.94 N 86 “О временном порядке и усло­виях выдачи разрешений иностранным юридическим и физическим лицам, российским предприятиям с иностранными инвестициями на промысел вод­ных биоресурсов в исключительной экономической зоне и на промысел водных биоресурсов в исключительной экономической зоне и на конти­нентальном шельфе Российской Федерации» указывается, что исправления, подчистка и другие изменения в записях не допускаются за исключением описок, других неумышленных ошибок, которые могут исправляться лицом, допустившим ошибку, или капитаном, которые в течение суток должен заве­рять такие исправления своей подписью и печатью, неправильные записи за­черкиваются, а рядом делаются правильные. Допускается зачеркивание всей строки или страницы[174]. Вот другой подобный пример, косвенно указываю­щий на существование умышленных ошибок. Ч. 2 ст. 16 Закона СССР от 31.05.91 N 2213-1 «Об изобретениях в СССР” содержит положение, согласно которому патентообладатель имеет право обратиться в Госпатент СССР с ходатайством об исправлении в патенте непреднамеренных ошибок, не при­водящем к расширению объема правовой охраны[175]. Прямая ссылка на умыш­ленную ошибку содержится в постановлении Правительства РФ от 3 июля 1999 г. N 740. Вот выдержка из него: “…затраты, возникшие в результате грубой халатности или преднамеренной ошибки инвестора…”[176].

Проведенный нами анализ свидетельствует о наличии проблем, свя­занных с отражением понятия “ошибки” в российском законодательстве. Во- первых, отсутствует четкое однозначное определение как понятия ошибки

134

вообще, так и правоприменительной, в частности. Во-вторых, отсутствие де­финиции понятия ошибки порождает противоречия в его трактовке.

Таким образом, для решения названных проблем необходимо четко и однозначно закрепить в законодательстве общее понятие правопримени­тельной ошибки, причем, как минимум, на уровне федерального закона. Кроме того, в отраслевых и ведомственных нормативных актах следует от­разить дефиниции разновидностей правоприменительной ошибки.

Законодательное закрепление понятия ошибки способствовало бы ук­реплению законности, облегчило бы правоприменительным органам приме­нение закона и уменьшило бы довольно часто встречаемые на практике слу­чаи объективного вменения[177].

Законодательство некоторых стран имеет норму об ошибке. Так, на­пример, Уголовный Кодекс Штата Нью-Йорк в параграфе 15.20 —»Влияние наказания или ошибки на ответственность» предусматривает целых три и достаточно развернутых части[178]. В Уголовном Кодексе ФРГ имеются две нормы специально посвященных ошибке. Это параграф 16 — «Фактическая ошибка» и параграф 17 —»Ошибка в запрете»[179]. Содержит нормы об ошибке УК Франции[180] и Испании[181]. В некоторых уголовно-правовых системах, где нет четкой кодификации уголовного права ошибка, например, в праве собствен­ности учитывается при разрешении уголовного дела[182].

135

Ряд авторов предлагают ввести в законодательство нормы, посвящен­ные ошибке. Так, в частности, В.А. Якушин сделал вывод о том, что в Уго­ловный Кодекс РФ следовало бы включить статьи об ошибке. Одна из них посвящена заблуждению лица в отношении уголовной противоправности, а другая — ошибке в отношении характера и степени общественной опасности совершаемого лицом деяния.

“Ст.28′ Ошибка в противоправности.

Если лицо, совершая предусмотренное уголовным законом деяние, добросовестно заблуждалось в отношении его противоправности, оно не подлежит уголовной ответственности.

Заблуждение признается добросовестным, когда с учетом всех обстоя­тельств содеянного лицо не могло знать о его противоправности.

Если лицо, совершая не предусмотренное уголовным законом деяние, ошибочно считает его противоправным, то оно подлежит уголовной ответст­венности.

ст.282 Ошибка в характере и степени общественной опасности.

Если лицо, совершая предусмотренное уголовным законом деяние, за­блуждается в отношении конструктивных, отграничительных или квалифи­цирующих обстоятельств состава преступления, вопрос об уголовной ответ­ственности решается на основании в пределах ошибочных намерений лица.

Если лицо, совершая предусмотренное уголовным законом деяние, за­блуждается в отношении обстоятельств, отягчающих наказание, то вопрос об их вменение лицу решается с учетом ошибочных намерений лица”[183].

В.В. Кулыгин считает, что реализация принципа субъективного вмене­ния требует законодательной фиксации института ошибки. Им предлагается своя модель соответствующей правовой нормы:

“Статья … Добросовестное заблуждение или ошибка

136

Не является преступлением поведение, причинившее вред обществен­ным отношениям, охраняемым уголовным законом, если лицо не осознавало его преступного характера в силу добросовестного заблуждения или извини­тельной ошибки относительно любого из обстоятельств, определяющих дан­ное поведение как преступное.

Положение части первой настоящей статьи распространяется на случаи извинительной ошибки в запрете, когда лицо не осознавало преступного ха­рактера своего поведения в силу незнания его уголовной противоправности и не могло избежать этого незнания.

Заблуждение или ошибка неизвинительного характера влечет уголов­ную ответственность за неосторожность в случаях, предусмотренных Осо­бенной частью настоящего Кодекса”[184].

В нормативной модели, предложенной В.В. Кулыгиным, усматривают­ся некоторые изъяны. Во-первых, в ч. 1 указанной статьи автор пишет о доб­росовестном заблуждении, отождествляя его с извинительной ошибкой. В тоже самое время, в ч. 3 заблуждение выступает в качестве неизвинительной ошибки. Возникает противоречие: с одной стороны, добросовестное заблуж­дение- это извинительная ошибка, с другой, любое заблуждение — неизви­нительная ошибка. Видимо, в ч. 3 указанной статьи автору следовало разъяс­нить какое именно заблуждение обусловливает появление неизвинительной ошибки.

Во-вторых, В.В. Кулыгин рассматривает соотношение понятий “заблуждение” и “ошибка” исключительно с точки зрения их тождества. Действительно, как указывалось ранее, в обыденном выражении эти понятия идентифицируются. Ошибка есть заблуждение, заблуждение есть ошибка. Однако следует учитывать, что эти понятия имеют и определенные различия. Ошибка всегда есть заблуждение, но не всякое заблуждение является ошиб-

13?

кой. Кроме того, в любом случае заблуждение и ошибка рассматриваются как причина и следствие1. Поэтому автору следовало более корректно сфор­мулировать выражения, связанные с соотношением понятий “ошибка” и “заблуждение”.

В-третьих, содержание этой статьи охватывает большее количество ас­пектов, чем тот объем, который указан в ее названии. В ч. 3 В.В. Кулыгин характеризует неизвинительную ошибку, которая не входит в заглавие ста­тьи.

К сожалению, никто еще не предложил внести в один из нормативно­правовых актов статью, закрепляющую дефиницию понятия “правоприменительной ошибки”. В целях устранения существующего про­бела в порядке de lege ferenda предлагаем следующую ее редакцию:

“Правоприменительная ошибка представляет собой результат непра­вильной властноорганизующей деятельности правоприменителя, противоре­чащий нормам права, допущенный из-за невыполнения необходимого ком­плекса условий для достижения истинной цели, вследствие добросовестного заблуждения или имевшей место неосторожности, который квалифицируется в качестве ошибочного компетентным органом.

Невиновная правоприменительная ошибка или ошибка вследствие добросовестного заблуждения возникает в случае, если лицо не может (или не должно) сознавать общественно опасный характер своего деяния и не мо­жет предвидеть возможности наступления общественно вредных последст­вий в результате его совершения.

Виновная правоприменительная ошибка имеет место при невыполне­нии условий обоснованного риска либо при небрежном отношении к своим обязанностям”.

Приведенную статью предлагаем внести в Федеральный закон “О пра­воприменительной деятельности”, необходимость в создании которого оче- 1См.: глава 1 настоящей работы. — С. 6-8.

138 видна. Уже существует множество законов регулирующих различные сферы правоприменения (прокуратуру, нотариат, милицию и др.). Но до сих пор нет основополагающего нормативно-правового акта, консолидирующего в себе наиболее важное и общее, свойственное любому направлению правоприме­нительной деятельности. В число таких составляющих должна входить и правоприменительная ошибка.

Соответственно создание такого закона объективно влечет изменение в Классификаторе правовых актов[185], а именно введение новой рубрики “Правоприменительная деятельность”. Подобное нововведение обусловлива­ется и тем, что в Классификаторе правовых актов уже существует рубрика “Правотворческая деятельность органов государственной власти”, и если быть последовательными, то введение вышеуказанной рубрики более чем уместно. Это позволит унифицировать столь объемную нормативно­правовую базу, касающуюся применения права, обеспечить автоматизиро­ванный обмен необходимой информацией.

Также следует отметить, что существует основа для формирования комплексного института правоприменительной ошибки. Обязательными со­ставляющими этого института должны стать отношения, связанные с ответ­ственностью правоприменителя и восстановлением нарушенных прав.

Одним из факторов преодоления правоприменительных ошибок явля­ется коллегиальное рассмотрение дел. Объем и сложность многих дел тако­вы, что их обстоятельства не могут быть всесторонне, полно и объективно исследованы одним правоприменителем. Производство по таким делам должно производится несколькими правоприменителями. А. А. Тарасов, в ча­стности, отмечает, что бригадный метод расследования по уголовным делам

139 открывает возможности, которые индивидуальному расследованию не свой­ственны:

а) возможность тактического маневрирования, т. е. рационального рас­пределения участников расследования между следователями, перераспреде­ления участников в случае необходимости, сосредоточения усилий членов группы на наиболее сложном и ответственном, в тот или иной момент рас­следования, участке;

б) возможность использования знаний, опыта, деловых личностных ка­честв одновременно нескольких следователей;

в) возможность преодоления субъективизма, присущего индивидуаль­ному мышлению[186].

Использование группового метода при ведении дела служит средством повышения эффективности и качества расследования, что определило его широкое распространение в практике правоприменительных органов.

Рефераты:  Реферат - Методы решения уравнений в странах древнего мира - скачать бесплатно

Важнейшим направлением профилактики правоприменительных оши­бок является создание надлежащих условий для осуществления правоприме­нения. Речь идет о создании благоприятного, комфортного психологического климата и о рациональной организации труда правоприменителей. Не секрет, что лица, занимающиеся правоприменением, часто испытывают отрицатель­ные эмоции, попадают в стрессовые ситуации, которые способствуют совер­шению ими ошибок. Поэтому необходимо исследовать факторы, вызываю­щие стресс, и, максимально используя собственные ресурсы, сделать все, чтобы их устранить, компенсировать отрицательные психологические со­стояния, защитить правоприменителей от их последствий.

140

Медицинские и психологические службы правоприменительных орга­нов должны совместными усилиями осуществлять профилактику стрессов, проводить восстанавливающие, реабилитирующие мероприятия. Для этого каждый правоприменитель должен находиться под их постоянным на­блюдением. Кроме того, эти службы на основе научных исследований могли бы давать рекомендации по комплектованию теми или иными правоприме­нителями определенного подразделения для того, чтобы в их коллективе бы­ла здоровая, комфортная, деловая атмосфера.

Влияние степени рационализации труда правоприменителей на качест­во применения права отмечалось рядом исследователей1. Так, В. А. Юсупов пишет, что повышение качества правоприменительной деятельности невоз­можно без учета организационных условий2. Н.Н. Вопленко замечает, что научная организация труда в правоприменительной деятельности способст­вует поднятию уровня юридической культуры3. В. В. Лазарев указывает, что «оптимально организованная работа правоприменяющего субъекта обеспе­чивает все компоненты эффективности акта: результативность, экономич­ность и оперативность»4. А. П. Коренев пишет, что научная организация пра­воприменительного труда включает: целесообразное поделение правоприме­нительного труда на операции, оптимальное распределение правопримени­тельной компетенции между субъектами применения норм права, рациона- tСм., например: Бакеев В.А., Панкин А.И., Чернинилов В.И. Психологиче­ские условия повышения организованности, информированности сотрудни­ков органов внутренних дел и качества принимаемых управленческих реше­ний. — M,, 1988; Порубов Н.И. Научная организация труда следователя. — Минск, 1970; Горский Г.Ф. Научные основы организации и деятельности следственного аппарата в СССР. -Воронеж, 1970.

2 См.: Юсупов В. А. Правоприменительная деятельность органов управления. -M., 1979.-С. 124.

3 См.: Вопленко H. Н. Социалистическая законность и применение права. — Саратов, 1983. —С. 76.

4Лазарев В.В. Эффективность правоприменительных актов.-Казань, 1975.-С. 151.

141

лизацию процесса применения норм, использование в этом процессе совре­менных научно-технических средств и передового опыта в целях повышения производительности правоприменительного труда[187].

Исключительно важным для безошибочной деятельности правоприме­нителя является его обеспеченность необходимой информацией. Каждый правоприменитель должен быть обеспечен набором всех необходимых ак­тов. Для этого должны выделяться определенные финансовые средства. Кроме того, каждый должен своевременно обеспечиваться всеми измене­ниями в нормативном массиве, значимыми для его сферы деятельности. Этому могут помочь и компьютерные базы данных, различного рода право­вые системы.

Помимо нормативных актов, в каждом подразделений целесообразно создавать библиотеку учебной и научной литературы по вопросам, ка­сающимся правоприменительной деятельности, чтобы любой работник мог совершенствовать свои профессиональные знания.

Одной из форм профилактики правоприменительных ошибок могли бы стать регулярно проводимые семинары. К участию в таких семинарах можно было бы привлекать лиц, которые оказывают значительное влияние на пра­воприменительную практику, на мнение которых правоприменитель во мно­гом ориентируется. В ходе обсуждения различных ошибок в применении права эти лица могли бы высказать свои соображения о том, какие акты применения права должны выноситься в подобных случаях, в чем они видят причины ошибок. На основе систематизированных данных о правопримени­тельных ошибках в конкретном органе совместно с правоприменителем могут быть проанализированы причины ошибок и найдены пути их преду­преждения в будущем.

142

Важнейшее значение для своевременного выявления и устранения пра­воприменительных ошибок имеет одна из функций правоприменительной политики — надлежащая организация контроля за правоприменительной деятельностью[188]. Контроль и проверка исполнения принятых решений явля­ется действенным оружием в борьбе против самоуспокоенности, деклара­тивности в работе, безответственности; выступает важнейшим условием “воспитания кадров в духе строжайшего соблюдения законности и служеб­ной дисциплины”[189]. Следует согласиться с H. Н. Вопленко в том, что уже сам факт существования контрольно-надзорных органов и возможность их кон­тролирующей деятельности оказывает общее предупредительное воздейст­вие на правоприменение, стабилизирует его[190]. Все это побуждает правопри­менителя работать без ошибок. Существование контролирующих органов заставляет правоприменителя быть осторожным. А «уже осторожность в ме­ре положительного качества способствует предохранению от ошибок»[191].

Контроль правоприменительной деятельности осуществляется госу­дарственными, общественными органами и организациями. Видное место в организаторской работе правоприменительных органов занимает внутриве­домственный контроль. Последний охватывает как контроль вышестоящих организаций, так и контроль начальника органа, службы, отдела, подразде­ления за работой подчиненных сотрудников.

В процессе внутриведомственного контроля проверяется фактическое исполнение ими решений правительства, законов и основанных на них иных

143

правовых актов, приказов, инструкций, уставов, наставлений и других ве­домственных нормативных документов.

Практика внутриведомственного контроля показывает, что на основе тщательного изучения положения дел не только выявляются недостатки в работе, но и четко определяются пути их устранения, оказывается практиче­ская помощь руководителям и сотрудникам в успешном решении поставлен­ных задач.

Важнейшей составляющей внутриведомственного контроля является контроль начальника соответствующего подразделения. Именно он обладает возможностью быстрее всех остальных контролирующих структур от­реагировать на издание ошибочного правоприменительного акта своего под­чиненного. Однако, эта разновидность контроля может осуществляться толь­ко в определенных формах, не переходя установленных границ. В некоторых случаях начальник соответствующего правоприменителя обладает правом отменять его решения. Но такая юридическая возможность предоставляется ему не всегда. Например, начальник следственного отдела может влиять на правоприменительную деятельность своих подчиненных посредством указа­ний управленческого. Но при этом следователь — лицо процессуально отно­сительно самостоятельное. В данном случае по самым важным вопросам, при вынесении того или иного акта применения права (в рамках его компе­тенции) правоприменитель самостоятелен. Отменить решение следователя его начальник не вправе, за этим он обращается к прокурору.

Как правило, начальник осуществляет контрольную функцию приме­нительно к уже совершенным ошибкам. Но в его силах проводить и такой контроль, который бы сводил к минимуму возможные ошибки, т. е. он дол­жен осуществлять профилактический контроль. В этой связи руководителю периодически следует оценивать уровень соблюдения законности во вверен­ном ему подразделении. Для этого ему необходимо проанализировать дея­тельность каждого подчиненного правоприменителя и выяснить следующее.

144

Во-первых, знание: общих принципов права; законодательства в своей сфе­ре; правовых актов, определяющих статус должности. Во-вторых, правиль­ное применение правовых норм для решения задач: информированность о нормах, имеющих отношение к решению задачи; понимание смысла норм как ориентиров или ограничителей; стремление связать нормы с практиче­скими действиями и результатами. В-третьих, выявление способности реали­зовать свои полномочия; понимание и недопущение халатности, должност­ного бездействия; проявление инициативы, предприимчивости на основе принципа “дозволено все, что не запрещено законом”; последовательное ис­пользование всех правомочий. В-четвертых, нетерпимость к беззакониям: желание и способность выявить и проанализировать причины нарушений за­конности; умение выработать предложения по их устранению; знание спосо­бов восстановления и защиты прав и законных интересов граждан, коллекти­вов, предприятий. В-пятых, систематическое повышение уровня правовой культуры: рост правовой компетентности; добросовестное и высокосозна­тельное отношение к соблюдению законности.

Важна роль руководителя при формировании у своих подчиненных та­ких необходимых правоприменителю качеств как высокий профессиона­лизм, нравственная чистота и верность долгу, постоянная бдительность и от­зывчивость, чуткость, вера в людей, общая культура и чувство гражданской ответственности. Эти качества формируются в процессе каждодневной, строящейся на конкретных примерах индивидуальной воспитательной рабо­ты, непрерывного повышения своей квалификации.

В этой работе должны активно участвовать руководители всех рангов. Они обязаны подавать личный пример во всем, проявлять высокую требова­тельность, активную жизненную позицию, наступательность и непримири­мость в борьбе со всем, что вредит делу. Им надлежит вести за собой личный состав, создавать в коллективе здоровую морально-психологическую атмо­сферу, способствующую высокопроизводительному труду. Важно, чтобы у

145 каждого руководителя на первом плане были труд и быт подчиненных, забо­та об их неуклонном профессиональном росте, удовлетворение их правомер­ных нужд и запросов.

Преимущество внутриведомственного контроля — возможность «упреждающего», профилактического контроля. Другие контролирующие органы сосредотачивают свои усилия, как правило, на устранении уже со­вершенных правоприменительных ошибок. Кроме того, внутриведомствен­ный контроль может осуществляться на всех стадиях правоприменения.

Иные разновидности контроля характеризуются определенной нерегу­лярностью и эпизодичностью. C другой стороны, органы вневедомственного контроля более объективно относятся к действиям и решениям правоприме­нителей, поскольку не принимают во внимание ведомственные интересы. Непосредственное начальство правоприменителей, озабоченное показателя­ми работы своего подразделения, возможно, терпимее будет относиться к некоторым ошибкам подчиненных. А для органов вневедомственного кон­троля «хорошие» показатели означать могут нечто иное. Чем больше нару­шений в правоприменительной деятельности сотрудников органов внутрен­них дел они выявят, тем эффективнее, результативнее будет выглядеть их работа.

Одной из разновидностей вневедомственного контроля за правоприме­нением является судебный контроль. А. Д. Бойков и А. Б. Соловьев указыва­ют, что именно суд чаще всего, является инициатором выявления и устране­ния следственных ошибок[192]. Д. М. Бакаев пишет: «В суде, как в зеркале, от­ражается качество предварительного расследования… выявляются ошибки и недостатки в работе следователя, органов дознания…»[193]. Суд может рассмат-

146 ривать вопрос о законности и обоснованности актов применения права либо в соответствии со специальной процедурой, либо в связи с обжалованием в суд незаконных действий и решений правоприменителей согласно федераль­ному закону от 27 апреля 1993 года «Об обжаловании в суд действий и ре­шений, нарушающих права и свободы граждан».

Важной формой контроля за правоприменительной деятельностью яв­ляется прокурорский надзор. Он может осуществляться как в процессуаль­ной форме, так и непроцессуальной форме. Издаваемые акты применения права проверяются с точки зрения их законности и обоснованности. Если прокурор считает, что определенный правоприменительный акт ошибочен, он отменяет его или приостанавливает его действие. Кроме того, он может своими действиями устранить вредные последствия ошибочных правопри­менительных решений (например, принять решение об изменении меры пре­сечения). В некоторых случаях прокурор может помочь лицу избежать пра­воприменительной ошибки — с помощью обязательных указаний (в преде­лах своих полномочий).

Большое значение имеет контроль со стороны адвокатуры. Роль адво­ката на предварительном следствии в последние годы возросла. Адвокат мо­жет указать правоприменителю, выносящему определенный акт применения права, на его ошибочность, он обладает правом обжалования решений пра­воприменителя. Возражения адвоката, грамотные и юридически обоснован­ные, заставляют лиц применяющих право всегда быть предельно собранны­ми, не снижать критичности к своим решениям.

Деятельность остальных субъектов контроля должностных лиц иных правоохранительных органов, представителей различных государственных органов, правозащитных организаций, средств массовой информации, част­ных лиц носит вспомогательный характер. Они могут лишь довести до све­дения соответствующих органов об известных им фактах, изложить свою точку зрения о том, что какое-то решение правоприменителя ошибочно. Но

147 эти мнения не являются официальной позицией; пока они не будут подтвер­ждены соответствующим решением компетентного органа, никакого само­стоятельного юридического значения они не имеют.

Эффективным средством предотвращения ошибок является разработ­ка и использование в правоприменительной практике типовых планов дея­тельности. Наиболее часто встречающиеся ситуации после их тщательного дифференцированного и комплексного исследования преобразуются в дос­товерные эмпирические обобщения довольно высокого уровня. В типовых планах вначале целесообразно приводить перечень вопросов по описанию фактических обстоятельств дела, например, по формуле А.Н. Васильева (кто, что, где, с чьей помощью, почему, каким образом и когда)1.

Затем формулируются мероприятия, результат которых имеет значение для всех выдвинутых версий. После этого перечисляются все возможные си­туации, указывающие на направление действий.

Важнейшим обстоятельством, способствующим выявлению и устра­нению правоприменительных ошибок, является право лица, в отношении ко­торого вынесен акт применения права, обжаловать это решение в соответст­вующие органы.

Рефераты:  Предварительное расследование - (реферат) - НАУЧНАЯ БИБЛИОТЕКА

В устранении последствий правоприменительных ошибок, в восста­новлении нарушенных прав существенное значение имеют правовосстано­вительные меры. Они широко представлены в законодательстве РФ.

Так, в частности, уголовно-процессуальные правовосстановительные санкции могут применяться в виде: 1) отмены или изменения незаконного акта; 2) принудительного исполнения обязанности.

Санкция в виде отмены или изменения незаконного акта реализуется на основании установления одного лишь факта несоответствия принятого процессуального акта требованиям законности и обоснованности.

‘ См.: Васильев А.Н. Следственная тактика. -M., 1976. — С. 148.

148

Санкция в виде принудительного исполнения обязанности имеет более выраженный личностный характер. Ее реализация связана с возложением на правонарушителя правовых обременений, направленных на восстановление законности путем принудительного осуществления процессуальной обязан­ности.

При правоприменительных ошибках акт в обязательном порядке под­лежит отмене, что является эффективным средством восстановления право­отношения. Например, аннулирование судом незаконно выданного ордера на занятое жилое помещение обеспечивает реализацию правоотношения жи­лищного найма. Таким же образом отмена судебного приговора (в случае су­дебной ошибки) восстанавливает нарушенное право обвиняемого и обеспе­чивает соответствие реального поведения правам и обязанностям.

Основания к отмене или изменению незаконных процессуальных актов, как правило, в обобщенном виде описываются в отдельных статьях норма­тивных документов (например, в УПК).

Для отмены процессуального акта достаточно установить, что он неза­конен и необоснован. Что касается вины конкретных лиц, постановивших незаконный и необоснованный акт, то этот вопрос решается позже, за преде­лами судопроизводства.

В рамках проблемы защиты прав граждан, пострадавших в результате следственной или судебной ошибки, а также пострадавших от преступления, заслуживает особый интерес институт реабилитации.

Институт реабилитации отражает тот печальный факт, что, несмотря на законодательные гарантии, не удается полностью исключить случаи не­обоснованного привлечения граждан к ответственности и осуждения. Назна­чение этого института — исправить следственную или судебную ошибку и восстановить гражданина, признанном в установленном порядке невинов-

149

ным, в прежних правах, вернуть ему честное имя и положительную репута- цию’.

Требовать восстановления в нарушенных правах и возмещения причи­ненного вреда — неотъемлемое и естественное право гражданина, признанно­го в установленном порядке невиновным. Долг государства — в полной мере обеспечить реализацию этого права.

Реабилитация как правовой институт получила частично конституци­онное закрепление. Согласно ст.53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Данная конституционная норма является основой для детальной регла­ментации указанного института в уголовно-процессуальном законодательст­ве.

У головно-процессуальный кодекс РСФСР содержит ст. 5 8, которая на­зывается «Обязанность органа дознания, следствия, прокурора и суда по принятию мер к возмещению ущерба, причиненного гражданину незакон­ными действиями». В ней указывается не только на возмещение вреда, но и о восстановлении нарушенных прав. Отмена ошибочного акта применения права является юридическим основанием для проведения правовосстанови­тельных мероприятий. Они могут включать, например, возмещение матери­ального вреда, причиненного лицу ошибочными решениями сотрудников, возврат гражданину изъятого имущества, отмену ошибочных запретов или ограничений, восстановление на работе уволенного сотрудника и т. д.

В результате правовосстановительных мероприятий правоотношения, сложившиеся после издания ошибочного акта применения права, изменяют­ся. Кроме правовосстановительного механизма может включаться и

1Пастухов М.И. Институт реабилитации на пути к законодательному регу­лированию // Государство и право. -1993. -№ 12. — С. 56.

150

«карательный» механизм — применение в отношении сотрудника, вынесше­го ошибочный правоприменительный акт, различного рода санкций (вплоть до уголовной ответственности).

P. X, Якупов указывает на то, что механизм правоприменения — само- восстанавливающаяся система: «Допущенные в том или ином правоприме­нительном блоке отклонения от нормативных и индивидуальных предписа­ний включают механизмы исправления ошибок. Среди них важное место принадлежит процессуальным способам исправления ошибок»[194]. А. М. Бара­нов делит все процессуальные способы исправления ошибок следствия на две группы. Первая — применение охранительных норм уголовно­процессуального права, выступающих в качестве правовосстановительных санкций. Другую группу составляют способы исправления ошибок, пред­ставляющие собой применение регулятивных уголовно-процессуальных норм, т. е. реализацию диспозиции правовых норм[195].

Применять способы первой группы могут только специальные субъек­ты, осуществляющие контроль и надзор за правоприменением. Второй — мо­жет сам правоприменитель.

В уголовном процессе можно назвать следующие способы устранения правоприменительных ошибок: отмена прокурором незаконного или нео­боснованного постановления следователя, органа дознания о возбуждении уголовного дела, с отказом в возбуждении, либо прекращение уголовного де­ла /ст, 116 УПК/; отмена судьей незаконных или необоснованных постанов­лений следователя об аресте обвиняемого и продлении срока содержания

151

под стражей в порядке меры пресечения /ст. 220/; отмена прокурором неза­конного или необоснованного постановления следователя, органа дознания о прекращении уголовного дела и возобновлении предварительного расследо­вания /ст. 210/, отмена прокурором незаконного или необоснованного поста­новления следователя /ст. 211/; прекращение уголовного дела прокурором судьей или судом /ст. 211, 221, 234/; возвращение прокурором, судьей или судом уголовного дела для дополнительного расследования /ст. 211, 214, 226, 232,258,410,416,419/; вынесение оправдательного приговора /ст. 309/; изменение и дополнение обвинения /ст. 154/; прекращение уголовного дела /ст. 5, ст. 208/; исправление ошибок в протоколах следственных и иных про­цессуальных действий/ст. 102,141,160/ и некоторые др.

Одной из основных проблем правоприменения является отсутствие профессионалов, лиц специально подготовленных для юридической дея­тельности. Кроме того, практика показывает, что даже лица, имеющие ди­плом юриста, обладают лишь поверхностными знаниями. Поэтому совер­шенствование системы образования и системы отбора кандидатов в право­применительные органы является одним из наиболее важных направлений преодоления правоприменительных ошибок. Процесс подготовки юриста в образовательном учреждении направлен на изучение “позитива” — модели правильного должного поведения. Но знание идеальной модели деятельно­сти мало для вхождения в практическую деятельность. Необходимо в про­цессе обучения изучать практический опыт. Причем наибольшую ценность представляет тот опыт, который показывает как избежать “промахи” в рабо­те. В этой связи большое значение для подготовки полноценного юриста- практика приобретает изучение правоприменительных ошибок. C нашей точки зрения, их изучение на уровне общей теории права должно быть выде­лено как отдельный вопрос в теме: “Правоприменение”. В ходе обучения, вместе со студентами надо разбирать типичные ошибки правоприменителей,

152

искать новые пути их устранения; больше давать заданий, где необходимо найти ошибку. Следует отметить, что изучение правоприменительных оши­бок способствует выработке так необходимого правоприменителю аналити­ческого мышления, кроме того, формирует творческий подход к своей дея­тельности, взвешенность и последовательность в решениях, внимательность и уверенность в поступках.

Важной составляющей повышения качества правоприменительной деятельности является правильно организованный профессиональный отбор. В настоящее время уровень престижа юридической деятельности возрос, что позволяет требовательнее подходить к отбору кандидатов, претендующих на ту или иную должность, тем более, такая возможность предусмотрена зако­нодательством. Так, в частности, статья 119 Конституции Российской Феде­рации предусматривает, что судьями могут быть граждане Российской Феде­рации, достигшие 25 лет, имеющие высшее юридическое образование и стаж работы по юридической профессии не менее пяти лет. Здесь же отмечено, что федеральным законом могут быть установлены дополнительные требо­вания к судьям судов Российской Федерации. C нашей точки зрения, воз­можность использования дополнительных требований необходимо преду­смотреть для отбора на любую должность правоприменителя. Мы согласны с Р.М. Акутаевым, что, прежде всего, эти дополнительные условия должны включать морально-этические нормы и требования по специальной подго­товке кандидатов в правоприменители[196].

Тщательнее подходить к отбору кандидатов вызвано и необходимо­стью. В последнее время развернута широкая сеть коммерческих учебных заведений, в том числе готовящих дипломированных юристов. Казалось бы, в условиях платного образования уровень подготовки юристов должен повы-

153

ситься. Но в реальности дело обстоит далеко не так. В отличие от цивилизо­ванного мира, где платное образование, как правило, гарантирует высокий уровень образовательного процесса и получение соответствующей квалифи­кации, в нашей действительности плата за обучение зачастую выступает “охранной грамотой” от своевременного отчисления студента за неуспевае­мость. Поэтому необходимо предпринять дополнительные меры к тому, что­бы оградить корпус правоприменителей от лиц, имеющих только диплом, а не знания. Одновременно следует предусмотреть и меры по целенаправлен­ной углубленной подготовке кандидатов в правоприменители. Так, в частно­сти, практика подготовки кандидатов в судьи распространена в некоторых европейских странах. Например, во Франции дипломированному юристу, претендующему на должность судьи, необходимо окончить Национальную школу магистров, срок обучения в которой 24 месяца. Кандидат в судьи должен, как правило, пройти стажировку в суде в качестве младшего судьи или помощника судьи либо консультанта. В Италии кандидату в судьи необ­ходимо проработать судебным аудитором не менее двух лет. Лишь после этого он допускается к далеко не формальному экзамену (в Германии от него освобождаются только профессора университетов) на замещение вакантной должности судьи[197]. Подобный опыт подготовки правоприменителей возмож­но был бы полезен и нам.

Большое влияние на правоприменительную деятельность оказывают нормы права, причем характер этой деятельности и состояние законности по верному замечанию В.С. Афанасьева “зависят не от количества норм, а от их качества, от степени совершенства законодательства”[198].

154

В настоящее время его уровень вряд ли соответствует потребностям общества. Это связано с тем, что в условиях перехода к иной системе обще­ственных отношений в значительной части продолжает действовать старое законодательство, а его изменения и дополнения не всегда поспевают за происходящими социальными процессами. Вместе с тем при высокой актив­ности правотворческой деятельности на всех уровнях не обеспечивается надлежащая согласованность системы законодательства, а многие прини­маемые нормативные акты не в полной мере соответствуют существующим реалиям и интересам социального развития.

В этой связи для повышения уровня качества правоприменения пред­ставляется необходимым добиваться соответствия норм права прогрессив­но развивающимся общественным отношениям, социальным интересам и потребностям. Наличие такого соответствия обеспечивает добровольное со­блюдение, исполнение правовых предписаний, а также способствует проти­воборству нарушениям законности.

Качественное правоприменение невозможно без устранения право­творческих ошибок, необходима законность самих нормативных актов, их соответствие нормам международного права, конституциям, другим выше­стоящим актам (по содержанию, форме, процедуре принятия). Незаконность самих законов, других нормативных актов приводит к тому, что их исполне­ние становится нарушением законности. Также необходимо соответствие норм права принятым в обществе нормам морали, обычаям, идеям добра, справедливости, гуманизма, общечеловеческим ценностям. Существование такого несоответствия всегда приводит к массовым нарушениям правовых требований.

Одним из условий успешного правоприменения является ясность, по­нятность, доступность правовых предписаний, что обеспечивает правиль­ность восприятия воли законодателя и единообразное исполнение этих пред-

155

писаний; также, имеет значение правильность определения уровня правовой регламентации: что должно содержаться в Конституции федерации, что в Конституциях (или уставах) членов федерации, что в других законах и т.д.

Важным направлением, как совершенствования правотворческой дея­тельности, так и устранения правоприменительных ошибок является преодо­ление противоречий между нормами права. Наиболее типичные коллизии возникают, во-первых, из-за недооценки и несоблюдения принципа консти­туционности правовых актов, во-вторых, вследствие “вечных” противоречий между законом и подзаконным актом, в-третьих, по причине нарушений фе­деративного принципа правотворчества и правоприменения, отторжения фе­деральных актов, в-четвертых, потому, что нередко договоры, соглашения как нормативные регуляторы заключаются вопреки закону[199]. Их разрешение при возникновении в конкретной жизненной ситуации осуществляется при помощи коллизионных норм, коллизионных правил и толкования вступив­ших в коллизию норм права. Тем не менее, механизм разрешения коллизий норм права пока несовершенен, требуется дополнительная разработка про­блемы взаимодействия коллизионных норм и правил. Важно установить “иерархию коллизионных правил и определить перспективы их нормативно­го закрепления”[200].

356

Оцените статью
Реферат Зона
Добавить комментарий