Ценности исламской культуры.

Ценности исламской культуры.

Абсолютной ценностью в исламе является Аллах; в жизни человека он не воплощается, постоянно остается чем-то внешним для людей, лежащим за пределами их личного опыта. К людям обращается лишь посланник Аллаха – мессия – мадхи, которые появляются, чтобы исправить положение на земле, восстановить справедливость (Муса, Иса, Мухаммед). Но положение от одной эпохи к другой становится все хуже. Идея мессианства в мусульманской культуре дополняется эсхатологией – учением о конце света. Исламская культура не отрицает равенства всех людей перед Аллахом. Каждый мусульманин может рассчитывать на справедливый суд и спасение. Но в исламе нет места для личности как ценности. Paди спасения людей Аллах не приносил в жертву сына, вследствие чего в данной культуре невозможна идея Богочеловечества.

На земле сила Аллаха воплощается в мусульманской общине – умме, которая символизирует собой, по существу, общность всех правоверных. Жизнь каждого мусульманина, его образ мыслей, система ценностей строго контролировались уммой, вне которой индивид становился изгоем и не мог рассчитывать на благочестие и религиозное спасение. Отношения мусульман внутри уммы регламинтировались Кораном, Сунной и Шариатом (Коран – священное писание ислама; Сунна – сборник рассказов – хадисов о Мухаммеде, его высказываний; Шариат – свод религиозно-этических предписаний ислама, разработан в VIII-XII вв. в Арабском халифате, выступает в качестве права).

Мусульманская культура практически не признает социальной замкнутости сословий, наследственного социального неравенства. Причастность к исламу расценивается выше, чем деление на расы, народы, племена, языковые группы. В этом отношении ислам, безусловно, близок христианству, которое раньше, чем ислам, выдвинуло идею равенства всех людей перед Богом. В мусульманской религиозной системе по-своему освящен принцип социальной мобильности: сила, способности, случай открывают двери наверх перед каждым, достойным того (обратитесь к биографии Мухаммеда как примеру реализации этого принципа).

В отличие от христианства вся система исламской культуры воспитывает в правоверном чувство превосходства над неверными. Этому способствуют экономические стимулы (например, государство облагает неверных более высоким налогом), правовые установления (оправдательные приговоры правоверным во время судебных процессов). Превосходство это закрепляется Кораном. Вначале к христианам и иудеям было терпимое отношение, они рассматривались как «заблудившиеся», не знающие, что бог, которому они поклоняются, – Аллах. После того, как Мухаммед дал им ясное доказательство могущества Аллаха, они стали расцениваться как «отошедшие» ибо «не уверовали и совершали дела неправедные». Истинными причинами негативного отношения к неверным были явления экономического и политического характера, о чем свидетельствует история ислама. С этого времени в исламской культуре появляется новое толкование понятия джихад (газават) – как «священной войны» против немусульман.

Глава 2. Социальная практика исламского мира

Пять «столпов ислама»

Ислам дает пять основных предписаний своим верующим, которые они обязаны соблюдать. «Столпы религии» (аркан ад-дин) – комплекс обязательных правил религиозного поведения. Первая обязанность – исповедание веры (шахада), т.е. произнесение слов – Символа веры: «Нет божества, кроме Аллаха, и Мухаммед – посланник божий» – вслух, при свидетелях, понимание смысла этой формулы и искреннее убеждение в ее истинности. Этот догмат основан на принципе единобожия и признании пророческой миссии Мухаммеда. Произнесение ее вслух – признание личной покорности Аллаху.

Вторая обязанность – намаз – ежедневная пятикратная молитва (на рассвете, в полдень, во второй половине дня, после захода солнца, в начале ночи). Оповещение о времени намаза (азан) делает муэдзин с башни-минарета, начиная его со слов: «Аллах акбар» («Аллах велик»). Молитвы читаются только на арабском языке. Существуют определенные ритуальные правила поведения до и во время молитвы. Кроме намаза есть и другие молитвы (дуа, маулид и др.). Молятся мусульмане индивидуально и группами. Особой значимостью отличается общая пятничная молитва.

Третья обязанность – соблюдение поста в месяц рамазан (или рамадан). Он соблюдается на 9-й месяц по лунному календарю, введенному Мухаммедом. В течение всего поста нельзя употреблять пищу и воду (в течение светового дня), прикасаться к женщинам, развлекаться, необходимо проводить время в молитвах, делать богоугодные дела, помогать нуждающимся и проч. До наступления рассвета верующий должен каждый день произносить особую формулу – нийа, без которой пост недействителен. Общий ночной молитвой отмечается ночь с 26 на 27 рамадана – «ночь предопределения» когда, по преданию, с неба Мухаммеду спустился Коран. Строгость поста не распространяется на детей, беременных женщин, кормящих матерей, стариков, воинов.

Четвертая обязанность – закят (букв. «очищение») – налог в пользу бедных (в самом начале ислама – обязательная милостыня), внося который зажиточный мусульманин как бы очищается перед Богом за чрезмерное богатство. Размер закята составляет одну сороковую часть годового дохода. Закят не только символизирует единство уммы, заботу богатых о бедных; в нем содержится оправдание политической и религиозной власти претендовать на имущество любого состоятельного мусульманина. Кроме обязательного налога в исламе предусмотрена добровольная милостыня в пользу неимущих, нуждающихся мусульман – садака. Она может выражаться в виде воздаяния отдельным лицам, подаяния нищим дервишам, дарений на богоугодные нужды – строительство мечетей, школ, больниц.

Пятая обязанность – хадж – паломничество в Мекку, священный город ислама, где родился Мухаммед. Каждый мусульманин обязан совершить его хотя бы раз в жизни. Хадж осуществляется только в месяц зуль-хиджжи – в дни великого жертвоприношения Аллаху. Паломничество сопровождается рядом особых ритуальных действий (семикратный обход вокруг храма Кааба, целование черного камня, посещение святых мест в Мекке, Медине и Иерусалиме и пр.). После хаджа правоверный имеет право на почетный титул «хаджи».

К пяти столпам ислама нередко добавляют еще один – шестой – священную войну против неверных (газават или джихад). Это не значит, что всех немусульман всегда уничтожали. Представители других вер были несколько ущемлены в гражданских правах, но жили рядом с мусульманами. Речь о газавате шла преимущественно во время военных действий, резкого обострения отношений с соседними странами, национально-освободительных войн. Считается, что участие в газавате освобождает воина от всех грехов и обеспечивает ему в случае смерти место в раю. Однако понятие джихада (от арабского – «усилие, усердие») более многозначно. Кроме «джихада меча», направленного на подавление сопротивления врагов ислама, существуют «джихад сердца» – меры, направленные на расположение человека к исламу; «джихад слова» – убеждение в преимуществах ислама; «джихад руки» – наказание вероотступника. Другими словами, учение о джихаде – это учение об усилиях, которые нужно приложить, чтобы принять ислам, – и не только в отношении окружающих людей (ибо «нет принуждения в исламе»), но и в отношении самого себя. Джихад – это упорная работа над собой, чтобы стать истинным мусульманином (идея самосовершенствования и самоограничения). В этом контексте приобретает определенное значение и аят из Корана, где содержится призыв сражаться с немусульманами, «пока не будет больше искушения, а религия будет принадлежать Аллаху» …» [6, 2:189]. Эту фразу скорее следует понимать как призыв к «джихаду сердца» или «джихаду слова», поскольку пророк не один раз говорил, что «нет принуждения в вере».

Исламская этика

В исламской этической системе основной упор сделан на социальной морали. Это не означает, что ислам не предъявляет определенных требований к внутреннему миру человека. Но на первое место выдвигается регламентация внешнего поведения членов уммы. Этические предписания (как и мифы) не сосредоточены в Коране в одном месте, а разбросаны по разным сурам. Некоторые дополнения в этом отношении дает Сунна.

В исламских этических установлениях много общего с иудаистскими и христианскими нормами. Так, ислам признает закон талиона, сформулированный в Ветхом Завете как «око за око, зуб за зуб». Христианское «непротивление злу», «всепрощение» в исламе не принимается. Потому за неправедные дела должна быть жестокая кара не только после смерти, но и при жизни. В Коране говорится: «Вору и воровке отсекайте их руки в воздаяние за то, что они обрели, как устрашение от Аллаха». Исламский бог в этом плане ближе к иудейскому Яхве, хотя среди эпитетов Аллаха на первом месте стоят слова «милостивый», «милосердный». Милостив Аллах только к праведникам.

Согласно мусульманской доктрине, зло порождено самим Богом, оно послано им для испытания человека. Все в этом мире предопределено Аллахом, но ответственность за свои поступки несет человек. Ибо человек сам выбирает, кому служить – Богу или Иблису (шайтану, дьяволу). Праведники попадут в рай, грешники – в ад. Но в отличие от христианства, в раю у праведных мусульман будут все материальные блага мира: «реки полноводные, полные рыбы», «одежды парчовые», «девы большеокие с потупленными очами» и т.п. Это связано с тем, что в исламе нет порицания богатства. Материальные блага и достаток рассматриваются как награда от Бога за благодеяния и праведность. В этом – весьма существенное отличие от христианства, где утверждается, что «легче верблюду пролезть сквозь игольное ушко, нежели богатому войти в Царство Божие». Вместе с тем ислам делает шаг в сторону ограничения богатства, вернее – безудержного накопления его в руках одного человека, и запрещает ростовщичество. В Коране говорится: «…благочестие…[в том], кто давал имущество, несмотря на любовь к нему, близким и сиротам, и беднякам, и просящим, и на рабов…» [6, 2:172]. Это требование формулируется несколько раз: «…вы издерживаете из блага то – родителям, близким, сиротам, бедным, путникам» [6, 2:211], «пока не будете расходовать то, что любите,… не достигнуть вам благочестия» [6, 3:86].

Несмотря на то, что в исламе большое значение придается действию (а не намерению), существует жесткая регламентация социального поведения членов сообщества, в его доктрине содержится и ряд требований к личностному миру человека. Так, признается верной и нужной идея нравственного совершенствования человека. В частности, это проявлено в одном из толкований понятия «джихад», в концепциях суфизма о приближении к Богу и конечном слиянии с ним через духовное, нравственное самосовершенствование. Обращено к внутреннему миру человека и требование не выпячивать напоказ свои добрые дела: «Если вы открыто даете милостыню, то хорошо это; а если скроете ее, подавая ее бедным, то это – лучше для вас и покрывает для вас ваши злые деяния» [6, 2:273].

Обращенность к внутреннему миру человека проявляется и в том, какое большое значение в исламе придается знанию. Мухаммед сравнивал «ученых на земле – со звездами в небесах». Обладать знаниями – значит быть добродетельным: «Твое знание принадлежит душе, твое богатство принадлежит телу». Знание позволяет человеку быть по-настоящему смиренным и скромным. Но знание должно быть обращено в пользу Бога, иначе человек попадет в ад. К порокам знания пророк относил хвастовство полученными знаниями, ощущение превосходства над необразованными людьми, стремление достичь личных благ с помощью знаний. Знание обязательно должно быть действенным: («знание без действия – что лук без тетивы», «знание – поводырь действия»). Долг ученого – распространение знаний.

В исламской культуре есть понятие «адаба» – воспитание, соединяющее обучение основам всех наук с одновременным овладением кодексом поведения на основе обычаев, благочестия, правил. Целью такого воспитания является создание добродетельного (то есть нравственного) человека, способного воздерживаться от физических и материальных удовольствий и проявлять эмоциональное спокойствие в любых ситуациях. Это образование формирует в человеке такие добродетели, как застенчивость, стремление избегать дурного общества и лености, способность к упорному труду, бесстрашие, серьезность.

К основным чертам мусульманской этики относят требования, которые присутствуют и в других религиозных системах. Это прежде всего богобоязненность, скромность, разумность, рвение, праведность, верность, искренность, смирение, негневливость, прощение, отсутствие лености и проч. А к главным порокам относят жадность, похотливость, ненасытность, склонность к мирским украшениям (символически это выражается с помощью четырех птиц – утки, петуха, вороны, павлина). В целом в исламе благо вообще и счастье достигаются через повиновение закону и старшим.

Шариат

Исламская культура немыслима без Шариата (араб. «шариа» – прямой, правильный путь), в котором сведены в единую систему законы, регулирующие всю общественную и личную жизнь мусульман, определяющие поведение верующих и считающиеся обязательными для всех последователей ислама. Источниками Шариата и его составной части – мусульманского права (аль-фикх) являются Коран и Сунна. Исламское право едино, оно не разделяется на отдельные сферы. Шариат начал оформляться в VIII в. и включил такие нормы, которые регулируют государственные, имущественные, семейно-брачные, гражданские, бытовые и другие взаимоотношения мусульман.

Законы шариата – это правовая систематизация поведения верующих мусульман, их обязательств перед обществом и Аллахом. Опирающийся на догматические нормы ислама кодекс шариата подразделяется на три части: ибадат (регулирование религиозных отношений), муамалят (юридические нормы), укубат (система наказаний). Предписания шариата многочисленны и строги. Вместе с обычным правом они создают огромное количество указаний, нарушение которых ведет за собой суровое наказание. Особо жестоко наказывается воровство, менее строго преследуется убийство (часто заменялось кровной местью, что было разрешено). Решительно осуждается самоубийство и запрещается убивать новорожденных девочек (что до ислама было широко распространено).

Изначально все действия мусульман разделялись на два вида – запретное (харам) и одобренное (мустахиб). Позже «одобренное» разделилось на три категории: фарз – обязательные действия (за их невыполнение следует строгое наказание), суннат – желательные действия (рекомендуемые, но не обязательные), мухоб – добровольные действия (дозволенные). «Запретное» было разделено на собственно харам – строго запрещенные действия (наказуемые) и макрух – нежелательные действия (осуждаемые, но не наказуемые). То есть все действия людей, согласно шариату, подразделяются на эти пять основных категорий. При оценке того или иного действия учитывались намерения, цели человека.

Если обратиться к конкретному содержанию шариата, то легко обнаружить его нацеленность на жизненную практику уммы. Здесь даны, например, установления пищевых норм (нельзя есть свинину, употреблять кровь и падаль) и запрет на употребление вина. В исламе запрещены игры на музыкальных инструментах, азартные игры, украшение дома художественными картинами и скульптурными изображениями человека и животных. Есть запрет на вступление в брак с иноверцами, если они не примут ислам, и т.п. К числу предписаний шариата относятся нормы, касающиеся прав и положения женщины. В исламе женщина имеет значительно меньше прав по сравнению с мужчиной. Официальная процессуальная норма шариата приравнивает свидетельские показания двух женщин к одному мужскому свидетельству. В исламской семье главное место занимает мужчина, но женщина оберегается как частная собственность; ее честь охраняется (мать, продолжательница рода). Прелюбодеяние со стороны женщина жестоко карается (она побивается камнями). Существует традиция многоженства (четыре жены, но при условии, что мужчина материально обеспечит все четыре семьи). На развод право имеют в основном мужчины (женщины – в исключительных случаях). Ислам устанавливает строгие правила отделения женщин от мужчин в быту и в общественных местах (ношение чадры, паранджи и т.п.; разделение дома на две части; небольшая задняя часть молитвенного зала в мечети, отделенная перегородкой, и проч.). Нормы шариата предусматривают обязательное затворничество женщин, особенно замужних, женщине практически всегда был закрыт путь к образованию и к общественной, политической деятельности.

Основными мусульманскими праздниками по шариату являются (узаконено всего два) великий праздник жертвоприношения (ид-аль-адха; тюрк: курбан-байрам) и малый праздник разговения (ид-аль-фитра; тюрк: ураза-байрам). Курбан-байрам приходится на 70-й день после окончания поста и длится не менее четырех дней. Кульминацией праздника является жертвоприношение барана как напоминание о том, что Ибрахим был готов принести в жертву Аллаху своего сына Измаила. Ураза-байрам отмечается в первый день месяца шавваль после месячного поста в рамазане и длится три дня. Мусульманами отмечаются также мавлюд (мавлид ан-наби – день рождения Мухаммеда), мирадж (или раджаб-байрам – вознесение Мухаммеда на небо к престолу Аллаха на коне-кентавре Бураке, посещение Иерусалима) и пятница (день общественной молитвы). Существует также еще ряд менее значимых религиозных праздников.

У каждого народа, исповедующего ислам, есть свои специфические обряды и ритуалы, а также существуют доисламские праздники и обряды. Среди таких праздников выделяется Новруз (Наурыз) – Новый год по зороастрийскому календарю. Это единственный зороастрийский праздник, с которым ислам не смог справиться (совпадает с днем весеннего равноденствия) и вынужден был включить его в число исламских праздников. У некоторых народов отмечается Хыдрыллез – праздник начала лета – 6 мая (старец Хызыр Ильяс напоминает Деда Мороза или Санта Клауса, но в летних («хыдр» – зеленый) одеждах); Касым – праздник начала зимы – 8 ноября; Михриджан – праздник сбора урожая, начало осени – 23 сентября и др.

Исламские обряды, ритуалы, праздники являются важным условием жизнедеятельности мусульман. Нормы и ценности ислама не только определяют особенности мировоззрения мусульманских народов, но определяют и специфические черты всей культуры, в том числе и художественную практику ислама.

Ислам и современность

Обретение мусульманскими народами независимости поставило перед ними принципиально новые проблемы, связанные с выбором путей социально-экономического и политического развития. В исламе появились многочисленные концепции так называемого «третьего пути»; выдвигается тезис об «исламском пути» развития как единственно приемлемом для исламских стран. На этой основе возникают концепции «исламского государства», «исламской экономики», «исламского социализма» и т.д., которые в целом представляют собой модернизацию доктрин классического ислама. Самая общая характеристика позволяет выделить некоторые доктрины. Среди них:

– Концепция «исламского государства» подразумевает воплощение в современных условиях традиционной исламской модели политической организации общества, в рамках которой сочетаются светская и религиозная власть, реализуются государственно-правовые нормы ислама.

– Концепция «исламской экономики» предполагает осуществление зафиксированных в Коране принципов социальной справедливости. Под этим понимается обеспечение защиты интересов собственников и государства в целом, признание роли государства как важного фактора в регулировании хозяйственной жизни (соблюдение таких норм, как закят (садака) – добровольная милостыня, запрещение ростовщичества, осуждение чрезмерного накопительства; создание «исламского общего рынка», «исламской валютной зоны», исламских беспроцетных банков и т.п.).

– «Исламский социализм» предполагает синтез традиционных исламских постулатов и демократических принципов Запада, основывается на положении о том, что социалистические идеалы заложены в Коране и осуществлялись на практике ещё во времена Мухаммеда.

– Концепция «исламской солидарности» как наиболее гибкая форма осуществления идей межгосударственного единства на религиозной основе обрела своё практическое воплощение в деятельности мусульманских международных организаций (первая из них – «Всемирный исламский конгресс», 1962 г.; «Лига исламского мира», 1962 г.; «Организация исламской конференции», 1969 г. и др.).

В XIX в., а особенно в X в. и в последние годы в исламе все активнее проявляются основные противоборствующие тенденции. С одной стороны, раздаются голоса о необходимости модернизировать ислам, привести его в большее соответствие с современностью. Модернизм является характерной чертой современного ислама. В догматике, культе, социальной доктрине, шариате происходит «очищение от архаичных элементов», чрезмерных ограничений и излишних запретов. Появились сторонники эволюции ислама путем его реформ, «обновления», переосмысления Корана и Сунны, предписаний шариата и фикха. Модернисты выступают за примирение науки и религии, за смелое использование достижений науки и техники (это есть проявление мудрости Аллаха и подтверждение истинности Корана). Концепции реформирования ислама связаны с деятельностью исламских теологов Джемаля ад-Дина (XIX в.), одного из создателей теории «панисламизма» (объединение народов, исповедующих ислам), и его ученика Мухаммада Абдо (XIX в. – начало X в.). Они стремились приспособить ислам к современному миру, исходя из аллегорического толкования Корана, и утверждали, что в нем есть указания на законы эволюции природы и общества, на научные открытия современности.

С другой стороны, немало сторонников и у традиционализма (ортодоксии), опирающегося на средневековый ортодоксальный ислам. Его приверженцы упорно отстаивают неприкосновенность всех взглядов, обрядов и догм в их первозданном виде, не признают нововведений, приспособление к современному миру, к духу времени. В качестве примера можно вспомнить крупное мессианское движение – махдизм, который появился в результате деятельности Муххамада Ахмада Ибн Абдаллы (XIX в.). Махдизм ставил своей целью освобождение от европейских колонизаторов и от «турецкой примеси», вернуться к религии времен пророка Мухаммеда. К характерным чертам махдизма можно отнести запреты на толкование Корана, книги религиозного содержания, осуждение культа святых, утверждение простоты нравов, синтез мессианской проповеди и мистико-аскетических идеалов.

Третью тенденцию можно обозначить как исламский фундаментализм (или возрожденчество), который провозглашает как цель восстановление в современной жизни мусульман институтов и норм раннего ислама и на этой основе – равенства и справедливости. Они предлагают очистить ислам от позднейших наслоений, восстановить его в первозданной чистоте. Идейные истоки фундаментализма, с точки зрения многих исследователей, лежат в ваххабизме (основатель Мухаммед Ибн Абд аль-Ваххаб, XVIII в.), где главной была мысль о необходимости возврата к «истинной вере» и признание авторитета исключительно Корана и Сунны. Отличительными чертами ваххабизма являются политизированная проповедь, доведенная до фанатизма, отрицание попыток обожествления пророка Мухаммеда, отрицание культа святых мест (в том числе святилища Каабы). Большое значение ваххабиты придавали очищению ислама от несвойственных Корану наслоений (отступление от принципов единобожия, идолопоклонство, анимизм, культ святых, паломничество к мазарам – гробницам, упоминание имени пророка, святого или ангела во время молитвы и т.п.). Ваххаб осуждал роскошь, ростовщичество, праздность, абсолютизировал бедность и братство всех «истинных» мусульман – своих последователей. Ваххабизм как политическое движение призывал к войне с «неверными», в том числе и с мусульманами неваххабитами (с персами-шиитами, турками-суфистами и др.). Эта доктрина ещё при жизни автора была использована в качестве идейного знамени мощного движения, приведшего к объединению арабов и образованию Саудовского государства. Современный ваххабизм также основывается на крайнем фанатизме в исповедании веры и экстремизме в борьбе с противниками.

Оценивая современную ситуацию и процессы в исламе, следует отметить его чрезмерную политизированность. В настоящее время мусульманский фундаментализм представлен радикальными политическими организациями, прикрывающими свои далекие от религии цели исламом. К таким организациям относятся: «Талибан», «Братья-мусульмане», «Хамас», «Аль Кайда», «Аль-Джихад», «Хезболла» и другие. Они характеризуются крайним экстремизмом и террористической деятельностью, что не имеет ничего общего с основополагающими принципами этой великой мировой религии.

Сегодня ислам исповедуют в 35 государствах мира, а в 28 из них он объявлен государственной религией.

Примечания

1. Хрестоматия по исламу /сост. С. Прозоров; пер. с арабского. – М.: Наука; Изд. фирма «Восточная литература», 1994. – 238 с.

2. Васильев, Л.С. История религий Востока: учеб. пособие для вузов / Л.С. Васильев. – М.: Книжный дом «Университет», 1999. – 432 с.

3. Астапов, С.Н., Бурлуцкая, Е.В, Бурлуцкий, А.Н. История религий: учебник / С.Н. Астапов [и др.] – Ростов н/Д: Феникс, 2021. – 318 с.

4. Бертельс, Е.Э. Суфизм и суфийская литература. – М.: Наука: Восточная литература, 1965. – 527 с. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://farhang-alshia.narod.ru/karbin/suf5.htm

5. Пиотровский. М.Б. Коранические сказания. – М.: Наука, 1991. – 219 с.

6. Коран: / пер. и комм. И.Ю. Крачковского / И.Ю. Крачковский – 2-е изд. – М.: Наука, 1986г. – 727 с.

Контрольные вопросы и вопросы для самопроверки

1. Каковы отношения между государством, обществом и религией?

2. Какими чертами характеризуются светское и религиозное мировоззрение?

3. Что дает знание религиозной культуры?

4. Каковы причины возникновения ислама?

5. Как связана история формирования ислама с личностью пророка Мухаммеда?

6. Какими специфическими чертами ислама обусловливается жизнеспособность этой религии как идеологической системы?

7. Назовите основные направления в исламе. Чем они характеризуются?

8. Какие вы знаете источники вероучения в исламе?

9. В чем основные моменты расхождения шиитов и суннитов?

10. В чем специфика хариджизма как направления в исламе?

11. В чем заключается сложность и неоднозначность суфизма?

12. Какова суть фундаментальных положений суфизма?

11. Каков вклад суфизма в развитие культуры?

12. Когда начинают определяться философские концепции, доктрины, течения в исламе?

12. В чем заключалась специфика исламской философской мысли?

13. Какие проблемы ставили и как их решали мусульманские философы?

14. Каковы мировоззренческие основания исламской культуры?

15. Что сближает исламскую космологию с библейскими представлениями?

17. Каковы ценностные основания исламской культуры?

18. Каковы пять основных предписаний ислама?

19. Какие значения имеет понятие «джихад»?

20. Какие этические нормы в исламе вы выделили?

21. Что такое шариат?

22. Какие ограничения накладывает на мусульманина шариат?

23. Каково положение женщины в исламе?

24. Какие исламские праздники вы знаете?

25. Какие концепции в современном исламе вы можете назвать?

26. Чем радикальные направления в исламе отличаются от основных положений этой религии?

§

Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного!

1(1) Клянусь предвечерним временем,

2(2) поистине, человек ведь в убытке,

3(3) кроме тех, которые уверовали, и творили добрые дела,

и заповедали между собой истину, и заповедали между

собой терпение!

Сура 107. Подаяние

Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного!

1(1) Видал ли ты того, кто ложью считает религию?

2(2) Это ведь тот, кто отгоняет сироту

3(3) и не побуждает накормить бедного.

4(4) Горе же молящимся,

Рефераты:  Памятка о соблюдении требований по предотвращению и урегулированию конфликта интересов на государственной гражданской службе - Правительство Республики Хакасия

5(5) которые о молитве своей небрегут,

6(6) которые лицемерят

7(7) и отказывают в подаянии!

Сура 109. Неверные

Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного!

1(1) Скажи: «О, вы неверные!

2(2) Я не стану поклоняться тому, чему вы будете поклоняться,

3(3) и вы не поклоняйтесь тому, чему я буду поклоняться,

4(4) и я не поклоняюсь тому, чему вы поклонялись,

5(5) и вы не поклоняетесь тому, чему я поклоняюсь!

6(6) У вас – ваша вера, и у меня – моя вера!»

Сура 112. Очищение (веры)

Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного!

1(1) Скажи: «Он – Аллах – един,

2(2) Аллах, вечный;

3(3) не родил и не был рожден,

4(4) и не был Ему равным ни один!»

Сура 114. Люди

Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного!

1(1) Скажи: «Прибегаю к Господу людей,

2(2) царю людей,

3(3) Богу людей,

4(4) от зла наущателя скрывающегося,

5(5) который наущает груди людей,

6(6) от джиннов и людей!

Вопросы:

1.Чем является первая сура Коран для верующих

мусульман?

2. Какие имена пророков названы во второй суре?

Имеют ли они отношение в иудаизму или

христианству? Найдите в других сурах упоминания

имен и деяний этих или других пророков.

3. Какова основная идея 2-й суры Корана?

4. Найдите примеры, доказывающие, что Коран

представляет собой слова Аллаха.

5. В каких сурах говорится об обязанности подавать

милостыню, помогать нуждающимся людям?

6. О чем говорится в суре 109? Есть ли там призыв

убивать неверных? Есть ли еще примеры терпимого

уважения к иноверцам?

7. Каким рисуется рай в исламе?

8. Утверждение каких общечеловеческих ценностей можно найти в

сурах Корана?

9. Как вы объясните то, что последняя сура Корана

называется «Люди»?

Приложение 3. <О суфизме> // из работы Д. Щедровицкого

«Джалалиддин Руми. Дорога превращений. Суфийские

 притчи».

Возникновение религиозно-мистического движения суфиев (араб.

тасаввуф – возможно, от «суф» – шерсть, власяница как одежда

аскетов, но скорее от греч. «софия» – мудрость; известны и другие

этимологии) принято приурочивать к VIII веку, когда ислам

распространялся по обширным пространствам Азии, Африки и

отчасти Европы. Зачатки суфизма некоторые исследователи

прослеживают уже в VII веке, связывая их с окружением самого

Пророка Мухаммада, в т.ч. с его знаменитым зятем Али.

Но существует и другая точка зрения, согласно которой основы

суфизма восходят к гораздо более ранним временам человеческой

истории. Ряд его признаков прослеживается в культурных

традициях, существовавших за тысячелетия до ислама. Среди

самих суфиев популярно изречение: «Наши отцы (т.е. ранние

суфии) пили вино (символ экстатического Богопознания) еще до

того, как Ной насадил виноградную лозу». В суфизме, несомненно,

присутствуют элементы наследия самых разных религиозных и

мистико-экстатических систем человечества: иудейской каббалы и

раннехристианского гностицизма, зороастрийской этики и

индуистской теологии… Наблюдаются даже связи между

некоторыми положениями суфизма и представлениями древних

египтян и жителей Месопотамии о сути и смысле бытия. Однако

 все теоретические построения суфиев и вся их духовная практика

подчинены концепции строгого Единобожия (Ат-Таухид–Единство

[Бога]) и идее поэтапного восхождения бессмертного

человеческого духа к единению с Творцом. Это и есть суфийский

Путь – тарикат, который ученик (мюрид) проходит под

руководством своего учителя–духовидца (шейха). Тарикату

предшествует предварительная часть пути – шариат, скрупулезное

следование всем этическим и обрядовым предписаниям

мусульманского вероучения. А сам тарикат возводит адепта на

уровень, именуемый Хакикат (Истина): здесь достигается

непосредственное, интуитивное, Богопознание, связанное с

духовным прозрением, и начинается жизнь, исполненная

откровений свыше… В своем обычном, «невозрожденном»,

состоянии человек рассматривается суфиями как «мертвый» или

«спящий» по отношению к духовному миру, поскольку он

отчужден от Бога и нечувствителен к тонким воздействиям

 незримых, высших, миров. Для своего «воскрешения» или

«пробуждения» он должен пройти ряд ступеней и приобрести

определенные устойчивые внутренние состояния на стезях

тариката. Последовательность духовных ступеней, или макамат

(мест, стоянок), согласно нормативным суфийским

представлениям, следующая: тауба (покаяние), вара (воздержание),

зухд (отречение), таваккул (упование), факр (нищета), сабр

(терпение), шукр (благодарность) – и, как итог, рида

(удовлетворенность). Среди внутренних состояний (хал),

постепенно достигаемых адептом, обычно упоминаются курб

(близость [к Богу]), махабба (любовь), хауф (благоговение), раджа

(надежда), шаук (страсть), унс (доверие), итманина (покой),

мушахада (свидетельство), и, наконец, йакин (утвержденность,

уверенность). Существуют и другие варианты описаний Пути.

Важно, что помимо практики постепенного достижения все более

высоких уровней общения со Всевышним в суфизме существует и

возможность «мгновенного» прохождения некоторых стадий Пути

с помощью вспыхнувшей в сердце подлинной любви к Богу. Она

может проявляться одновременно и как любовь к определенному

человеку (часто – наставнику или собрату по общим мистическим

исканиям), составляя с этой последней одно целое. Вообще,

любовь (махабба), по мнению многих суфиев, является наивысшим

состоянием человека, приводящим к единению между любящим и

Возлюбленным. Подобное же учение содержится в Новом Завете,

где оно представлено как обобщение заповедей Торы: «…Возлюби

Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею и

всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь;

вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого

себя…» (Матф. 22, 37–39; ср. Втор. 6, 4–5 и Лев. 19, 18); см. также:

«…Не любящий брата своего, которого видит, как может любить

Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь,

чтобы любящий Бога любил и брата своего» (I Иоан. 4, 20–21).

Тема всеохватной духовной любви, возвращающей душу в лоно

Божие, а все множество творений – к единению с Творцом,

лаконично выражена в притче Руми  «Я и Ты»:

Теперь ты понял тайну бытия:

С твоею сутью слита суть Моя!

Ты – это Я. Теперь вопрос решен:

Неразделимы корень и бутон!

Итак, суфизм можно рассматривать как синтез ряда более ранних

учений о любви к Богу и восхождении к Нему посредством

духовного самосовершенствования. Эти учения, развивавшиеся в

различных религиозно-мистических традициях, получили

догматическую завершенность в рамках Ислама. Большое влияние

оказал суфизм и на развитие некоторых идей и направлений

христианской цивилизации, особенно начиная с эпохи Ренессанса.

Отголоски влияния суфиев можно наблюдать, например, в

проповеди Франциска Ассизского, а также в русском «духовном

Христианстве» (т.н. Христововерии). Определенные черты

суфийского мировоззрения прослеживаются в творчестве столь

многих европейских писателей и поэтов – от Данте до Блейка и

Андерсена,– что трудно перечислить все их имена. В русской

поэзии, например, влияние суфизма в различной степени

ощущается в творчестве Пушкина, Тютчева, Фета, Блока, Кузмина,

Клюева. Следует заметить, что, если одни европейские писатели

глубоко проникались суфийским мировоззрением, то другие

использовали в своем творчестве только некоторые идеи и образы

суфизма. Что же касается непосредственно мусульманских

суфийских авторов, то к ним относятся величайшие мыслители и

поэты исламского мира, писавшие по-арабски, на фарси, на

тюркских и некоторых других языках: это такие гении

Средневековья, как Аттар, Санайи, Аль-Газали, Омар Хайям,

Саади, Джами, Навои, Ибн-Сина, Низами, Насими, Ибн аль-Араби,

Ибн аль-Фарид, Хафиз, Юнус Эмре и ряд других. Из авторов XX

века в этой связи можно для примера упомянуть хотя бы

Мухаммада Икбала, Джебрана Халиля Джебрана и выдающегося

популяризатора суфизма Идриса Шаха. К суфизму принадлежали и

некоторые из великих иудейских средневековых мистиков и

поэтов, в том числе Иегуда Галеви, Моисей Ибн-Эзра, Соломон

Ибн-Габироль. Одна из составляющих суфийского мировоззрения

– утверждение полноправия различных религиозных учений

человечества, каждое из которых по-своему отражает Единую

Истину. Такой взгляд сближает людей разных вер, уничтожает

вражду и недоверие между ними, делает любовь к ближнему

поистине всечеловеческой.

Вопросы:

1.Какую точку зрения на происхождение суфизма

отстаивает Д. Щедровицкий? Согласны ли вы с его

позицией?

2. Назовите основные положения суфизма, указанные в

статье.

3. Что такое тарикат?

4. Какова конечная цель суфиев?

5. Какие общие положения суфизма и христианства

выделяет автор?

6. Какую  роль играет в суфийской концепции такая

общечеловеческая ценность, как любовь?

7. Каково содержание понятия любовь в суфизме?

ЧАСТЬ II. Художественная практика

§

Общая характеристика

Завоевание арабами-мусульманами в VII-VIII вв. огромного пространства от Атлантического побережья Пиренейского полуострова и Северной Африки на западе и до берегов Инда и Сырдарьи на востоке, включение их в состав Арабского халифата сыграло большую роль в развитии культуры народов, населявших эти территории. До прихода мусульман здесь господствовали византийские, эллинистические, христианские, зороастрийские, буддийские традиции. Арабы принесли с собой свою религию, свою культуру, свои традиции, которые своеобразно переплелись с местными стилями в архитектуре, искусстве и других сферах творчества. В результате возникла чрезвычайно богатая и разнообразная художественная культура исламского мира.

Несмотря на отрицательное отношение первых халифов к литературе, искусству и учености вообще (именно тогда была уничтожена древняя Александрийская библиотека), в последующие века наука, литература и искусство достигают необычайного расцвета. Традиции мусульманской культуры проявились не только на территории Ирана, Средней Азии, Азербайджана, но и на юге Испании, на севере Индии и в некоторых других регионах (северная Африка, Китай и др.).

Победа ислама привела к уничтожению старых художественных форм и возникновению новой художественной системы, которая, при всем своеобразии местных традиций, обладает ярко выраженными общими признаками. Так, изобразительное искусство сдерживалось запретом на воспроизведение предметов, отбрасывающих тень. Поэтому преимущественное развитие получают архитектура, орнамент и бестеневая живопись (миниатюра), а также высокая культура книги. Существовал запрет и на драматическое искусство (расценивалось как «вольнодумство»). Было три вида театрального зрелища: два кукольных и комедия масок. Запретами пренебрегали «еретики». Например, исмаилиты развивали скульптурные традиции; при суфизме оформились школы иранской миниатюры, где нередко изображались обнаженные тела, попойки и прочие сцены, носившие аллегорический характер. Но Коран и богословские книги продолжали украшаться только орнаментом. Не всегда соблюдался и запрет на изображение животных (например, в научном сочинении «Книга о животных»). Дворцы Махмуда Газневи украшались «портретами» древних правителей, изображениями «богатырей» и любовными сценами, на которые также существовал запрет, хотя пышным цветом развивалась литература в жанре макам, где было немало эротических эпизодов. Поэзия, художественная проза и музыка носили в основном светский характер, опираясь на доисламские традиции арабов, иранцев и других народов Халифата. Богословие на Востоке переплеталось с учениями античных философов.

Ислам охватил все стороны духовной, культурной жизни. Он установил нормы морали и права, основанные на Коране. Арабский язык был не только государственным языком Халифата, но и языком науки, литературы, был средством межнационального общения. Во всех областях Халифата постепенно распространилось арабское письмо, арабская система стихосложения. Арабы принесли различного назначения культовые здания – мечети, минареты, мавзолеи. В строительстве и оформлении дворцовых сооружений утверждаются общие каноны, рождаются новые традиции. Художественную культуру эпохи средневековья отличал синтез архитектуры и изобразительного искусства, высокое профессиональное мастерство и богатство фантазии зодчих и художников. Творчество мусульманских художников создало и богатейшее искусство орнамента, обладавшего сложными линейными ритмами и ярким колоритом. Во всех мусульманских странах почитался труд каллиграфов. Само арабское письмо стало священным символом и выразителем идей ислама. Каллиграфия постепенно тесно сплелась с искусством орнамента, которое использовалось для росписи стен культовых зданий и списков Корана. Необычайно высокое развитие получило искусство книжной миниатюры, ставшее одним из самых ярких явлений в мировой истории средневекового искусства. Чрезвычайно высокого уровня в это время достигло декоративно-прикладное искусство, возникшее на основе развитых ремесел, игравших важную роль в общественной жизни феодальных городов Востока. С токи зрения Б.В. Веймарна, декоративность как средство эмоциональной выразительности искусства, условность и аллегоричность были важнейшей чертой образного строя художественного произведения, средством эмоциональной выразительности [1, с.12].

На рубеже XVII-XVIII вв. влияние исламских традиций становится менее сильным, что связано с политическим ослаблением Османской империи, правящих династий Ирана и других регионов. Но и в этих условиях продолжали жить художественные традиции, выработанные в предшествующие века. В области монументального зодчества повторение достижений прошлого иногда носило творческий характер (например, дворцы, мечети и медресе Хивинского ханства в Средней Азии или мечеть Мухаммада Али в Каире). В художественных ремеслах появились шаблонные формы, но в создании ковров, ткачестве, керамике и других видах прикладного искусства видна творческая обработка старого опыта.

В XIX-XX вв. с зарождением национально-освободительного движения, ростом национального самосознания, увеличением контактов с европейской культурой возникают современные виды и жанры искусства и литературы. Новое сложно сочетается с традиционными формами. Одной из существенных особенностей современной культуры исламского мира является присутствие классических декоративных приемов и орнаментальных форм, сложившихся в прошлые века.

Архитектура

Наиболее ярко исламская культура проявилась в зодчестве. Архитектура исламского мира связана в основном с культовыми зданиями – это мечеть (мусульманский храм), минарет (столпообразная башня для призыва верующих к молитве), медресе (высшее духовное мусульманское училище), мавзолей (монументальное надгробное сооружение); развивалась также дворцовая архитектура. Пространственные решения опирались на старые традиции – на храм Каабу, кубическое по форме домусульманское святилище и центр исламского мира. Главное место каждой мечети (михраб) ориентировано на Мекку (Египет, Марокко, Тунис – на восток, страны от Ирана до Индии – на запад). Отсутствие изобразительных форм компенсируется пышностью цветового и орнаментального убранства зданий.

Архитектура мечети испытала влияние местных традиций. Так, в странах античного мира (в Испании, например) преобладающим становится тип колонной мечети, перерабатывающей форму базилики; здания типа базилики перестраивались в мечети и в Азербайджане; на мусульманскую архитектуру Сирии византийская традиция оказала влияние в решении единого подкупольного пространства. Среднеазиатские мечети имеют черты жилого дома: подчеркнуто кубический объем здания, мощные, почти глухие стены, прорезанные высоким стрельчатым порталом и узкими окнами. В Иране были распространены чартаки – купольные мечети, имеющие сходство с зороастрийскими храмами. Сочетание центрально-купольной постройки с крытым двором – айваном в разных вариантах составляет особенность иранской и среднеазиатской архитектуры. К числу художественные особенности таких зданий можно отнести следующее:

а) художественный образ строится на контрасте освещенной стены и затененного портала; б) плавный, стрельчатый свод айвана, входных дверей, окон и ниш повторяет силуэты купола, создавая чёткий pитм точных геометрических линий; в) чаще используются простые формы: куб, цилиндр, четкая прямоугольная поверхность аттика-пештака; г) иллюзия тонко вычерченного рисунка подчеркивается орнаментом, графически выделяющим все детали здания цветной линией или резным бордюром; д) мозаика интерьера еще более тонкая, сплошным ковром покрывающая сложные звездчатые своды; присутствуют цветной орнамент; опорные колонны, покрытые священными надписями, и проч.; е) применяется декорирование стуковой резьбой, фигурной кирпичной кладкой или полихромными изразцами. В изразцовой облицовке используются в основном холодные цвета (синий, голубой, зеленый, бирюзовый), которые сочетаются с желтым и коричневым цветом, – с преобладанием синего или голубого цвета на куполе, противопоставленного выжженному охристому тону знойного пейзажа. Один из лучших образцов такой полихромной архитектуры – соборная и шахская мечети в Исфахане (IX-XVII вв.) и ансамбли Самарканда.

К наиболее ранним памятникам исламской архитектуры относят храм Каабу, перестроенный из языческого святилища. Кааба – исламская святыня, кибла (в культовом ритуале – священная ориентация) мусульман. Кааба находится в Мекке, в Саудовской Аравии. Храм представляет собой кубическую постройку (12х10х15м) в центре Запретной Мечети (Масджид-аль-Харам), с каменными стенами и плоским балочным потолком на трех деревянных столбах. В восточный угол на высоте 1,5 м вделан священный «черный камень» (три оправленных в серебро черновато-красных камня, предположительно метеоритного происхождения). В северо-восточной стене на высоте 2 м – резная с серебряными накладками деревянная дверь, к которой в дни посещений приставляется лестница. Пол и нижняя часть стен внутри сооружения выложены мрамором, верхняя часть стен и потолок обиты красным шелком. Снаружи Кааба задрапирована кисвой (кисуах – черной тканью с цитатами из Корана, которые сделаны золотым и серебряным шитьем), а дверь завешена полотнищем (бурка), расшитым кораническими изречениями. По преданиям, Кааба перестраивалась от 5 до 12 раз. Впервые она была перестроена Адамом, затем Ибрахимом. Большая реконструкция (последняя) была проведена в 1996.

К числу самых ранних памятников культового зодчества времени Омейядов (VII в.) относится Куббат ас-Сахра (купол Скалы), построенный над выступом скалы, с которой (согласно религиозной традиции) Мухаммед совершил мирадж – чудесное вознесение на небеса к престолу Аллаха. Мечеть Скалы находится в Иерусалиме (Израиль).

Среди памятников мусульманской архитектуры нужно выделить следующие здания мечетей:

– Масджид-аль-Харам (Запретная мечеть, Заповедная мечеть) – уникальный по композиции комплекс в Мекке (XVI в.); состоит из большого по площади двора с несколькими рядами колонн по окружности и храмом Кааба в центре, имеет девять минаретов;

– мечеть Омейядов в Дамаске, крупнейший памятник исламского зодчества в Сирии (VIII в.). Мечеть была возведена на месте церкви св. Иоанна Крестителя, где хранится одна из реликвий двух религий – голова Крестителя. В оформлении памятника использованы архитектурные детали ранневизантийской и римской построек, двухъярусные аркады, мозаика из десятков цветовых оттенков смальты;

– мечеть-собор Мескита в Андалусии (Большая мечеть) – шедевр зодчества мирового значения (VIII–X вв.). Она представляет собой особый вариант колонной мечети. Мотив двухъярусной аркады навеян архитектурой дамасской мечети Омейядов, а подковообразная форма арак, их расцветка связаны с местной традицией; колонны сделаны из разного по цвету мрамора, взятого из византийских и римских построек (Кордоба, Испания);

– мечеть Ибн-Тулуна (IX в.) находится в Каире (Египет). Она ориентирована на архитектуру мечетей Самарры, однако в ней весьма оригинально воплотились принципы арабского монументального зодчества: стрельчатая аркада опирается на широкие прямоугольные столбы-пилоны с декоративными колонками на углах, использована резьба по стуку;

– Соборная мечеть Биби-Ханым («Госпожа-повелительница») находится в Узбекистане и являет собой выдающееся сооружение средневекового Самарканда (1399-1404 гг.). Построенное по приказу Тимура, оно стало одним из самых больших и своеобразных зданий. В планировке органично соединены черты колонной (арабской) и четырехайванной (иранской) мечети, присутствуют стрельчатые арки (от малых до огромных);

– мечеть Селима – эталон турецкой мечети, внесенный ЮНЕСКО в список Всемирного наследия. Возведена зодчим Синаном в 1568-74 гг. Двор и здание представляют собой единое целое (расположен в Эдирне, Турция);

– Соборная мечеть (Масждиди Джума) в Исфахане (Иран). Начало возведения относят к 8-9 вв. Имеет два купольных зала, которые в XII в. были включены в ансамбль четырехайванной композиции с небольшим центральным двором. Для разных частей сооружения характерны арки, прорезающие стены, высокого яруса тромпы, барабан шестнадцати граней под чашей слегка заостренного купола, виртуозно выполненная узорная кладка кирпичом, вставки резной терракоты, резной стук, керамическая мозаика, куфические надписи, множество сводов разнообразной конструкции;

– Шахская мечеть (Масждиди-Шах, или Мечеть имама) –крупнейшая мечеть Исфахана (Иран), находящаяся на южной стороне площади Майдани-Шах (начало XVII в.). Она представляет собой четырехайванную соборную мечеть с двумя минаретами, в глубине двора которой находится величественное портально-купольное здание и колонный молитвенный зал. Это самое высокое сооружение города: высота минаретов – 42 м, главного купола (луковичной формы) – 52 м. Общая площадь мечети – 20 000 кв.м, Внутренние стены оформлены уникальными рисунками, мозаикой, орнаментом и вязью. В расцветке полихромного изразцового узора (стены и своды) преобладают бирюзово-голубая и синяя краски, на которых контрастно выделяются белые и желтые детали растительного узора;

– мечеть Хасана II – второй по величине (после мечети Аль-Харам в Мекке) и первый по высоте мусульманский храм. Расположен он в Касбланке, Марокко. Это пример современных культовых построек (официально открыт 30 августа 1993 г.). Здание имеет полы с подогревом и люстры из муранского стекла. В зале для молитв стоят 78 колонн из розового гранита, пол покрыт мозаикой из золотистого мрамора и зеленого оникса, интерьер оформлен фресками, мозаикой, резьбой и затейливым орнаментом. Одновременно здание является и культурным объектом: здесь расположены медресе, библиотека, национальный музей.

Из зданий медресе к памятникам мирового значения относится ансамбль на площади Регистан в Самарканде (Узбекистан) – самый знаменитый монументальный архитектурный ансамбль, состоящий из трех зданий медресе. Главное из них – медресе Улугбека (возводилось в 1410-1430 гг.), правителя и ученого, внука Тимура. Здание украшено изысканным по рисунку и цвету полихромным узором – керамической мозаикой, иногда в сочетании с рельефными терракотовыми плитками; используется и поливная керамика с тонким цветным узором. Напротив находятся медресе Шор-Дор («Тигров имеющие») и Тилля-Кари («Позолоченное») – застройки XVIIв. на месте снесенных зданий XVв., ориентированные на традиции зодчества XIV-XV вв. Особенностью декора Шор-Дора стали изображения тигра и серны на фасадах и портале, обилие желтых и зеленых тонов. Для стиля Тилль-Кари характерны мозаика и роспись в технике кундаль с золотым узором из растительных мотивов на синем фоне. Ритмично повторяющиеся огромные геометрические объемы, массивные стены, чуть заостренные ребристые купола, стройные цилиндрические минареты, яркие краски керамических мозаичных узоров и надписей, изысканный декор медресе Улугбека свидетельствуют о непревзойденном впоследствии художественном уровне монументального зодчества народов Среднего Востока в XVII в.

Архитектура минарета значительно более проста. Минарет мог быть встроен в здание мечети, мог находиться обособленно. Количество минаретов – от одного до восьми. Девять минаретов имеет только Запретная мечеть (Масджид-аль-Харам) в Мекке. Можно особо выделить минарет мечети Ибн-Тулуна (Каир, Египет), первоначально походивший на минарет Большой мечети Мутаваккиля в Самаре (IX в.) – Аль-Мальвия (конусообразную, обвитую пандусом башню, восходящую к традиции зиккуратов Месопотамии). Позже минарет Ибн-Тулуна (в 1296 г.) заключили в своеобразный «футляр» кубической формы. Также следует отметить минарет Калян (Бухара, Узбекистан), признанный шедевр подобного рода сооружений. Как все среднеазиатские минареты XI-XIII вв., Калян представляет собой круглую в сечении, сужающуюся кверху высокую башню, увенчанную фонарем с балконом. Минарет был построен в 1127 г., высота его – 48 метров, диаметр внизу – 9 метров. Монолитный ствол покрыт поясами рельефного узора (узорная кладка специально формованными фигурными кирпичиками была широко распространена в XI-XIII вв.) различных геометрических мотивов. Интересен и минарет Большой мечети в Севилье – Ла Хиральда (1184-1196, Андалусия), позже превращенный в колокольню католического собора. Минарет в горном селении Джам – шедевр кирпичной архитектуры (Афганистан, XII в.): все три яруса украшены тончайшим рельефным узором и надписями; снизу вверх идет лента куфического текста; верх увенчан фонарем, прорезанным арочками; терракотовый тон оживлен бирюзовыми изразцами; высота составляет 60м (при 8м. в диаметре у основания). Оригинален по форме и декору минарет в Джаркургане (Узбекистан, 1108-09г.), испытавший влияние искусства Индии и Афганистана: его ствол в виде пучка полуколонн опирается на восьмигранный цоколь, а в верхней части перехвачен аркатурой и фризом с рельефной надписью. Самым высоким кирпичным минаретом считался Кутб-Минар (Башня победы) в Индостане (XII в.), расположенный на месте самой первой индийской мечети. Его высота составляла 72,54 м (купол обрушился после землетрясения в 1803 г.). Он состоит из 379 ступеней, постепенно сужающихся кверху (диаметр основания – 14,3 м, а верхнего этажа – 2,7 м). Выше минарета Кутб-Минар долгое время считался только минарет мечети Хасана I в Каире, потом – минарет Хасана II в Касабланке (200 м). Сегодня самым высоким считается Золотой минарет с часами на башне в Мекке (Саудовская Аравия). Сама часовая башня в высоту достигает 601 м. Это второе по высоте здание в мире, оно уступает только дубайскому небоскребу Бурдж Халифа.

Мавзолеи имели свои особенности, свою традицию. Простейший мавзолей – выбеленная кубическая постройка с небольшим возвышением купола и единственным отверстием двери. Шахи и султаны строили более богатые и сложные в архитектурном отношении сооружения. Лучший образец – мавзолей Тадж-Махал (XVII в., Агра, Индия), завершающий традицию мусульманского мавзолея. Он сделан из белого мрамора, расположен в саду и составляет единое целое с его темной зеленью и четкими линиями красных аллей. Мавзолей окружен стеной с высокой стрельчатой аркой. Внутри находится длинный бассейн и поперечный арык (канал) с фонтаном, 4 минарета, темные кипарисы (символ вечности); основное здание восьмиугольное, сверху – один главный купол и четыре маленьких (чатри). Купола и минареты сделаны из белого полированного мрамора. Здание покрыто тонким узором каменной резьбы и инкрустации. Дополняют архитектуру мавзолея порталы и ниши.

Также можно выделить мавзолей Саманидов (ок. 914-943 гг, Бухара, Узбекистан), считающийся шедевром архитектуры IX-X вв. Он отличается гармонией простых стереометрических объемов, выверенностью пропорций, пластикой архитектурных форм, своеобразием декора. Здесь сочетаются традиции ранней архитектуры средневековой Азии и черты нового среднеазиатского зодчества: впервые здание целиком построено из обожженного кирпича, использована узорная кладка, применена строго центричная композиция с одинаковыми четырьмя фасадами.

Мавзолей Мусы аль-Кадыма в Багдаде (XVI в.), позже получивший название Золотой мечети за большую роскошь, отличающую это культовое сооружение. Здание имеет два позолоченных купола, четыре минарета, облицованные мрамором и полихромной мозаикой стены и интерьер.

Рефераты:  Адаптивные виды спорта. - Адаптивные виды спорта - Реферат по дисциплине Физическая культура и спорт Виды адаптивного спорта студентка 261 группы

При оформлении мавзолеев применялись различные стили. Так, нередко использовалась кундаль – особая техника декоративной росписи, позволявшая создать мягкий рельефный узор, обычно покрытый золотом на глубоком синем фоне. В этой технике расписаны стены и своды мавзолеев Ишратхана (1464) и Аксарай (2-я половина XVв.) в Самарканде. Арабеска с преобладанием геометрических мотивов и надписи, выполненные резьбой на плитках терракоты, украшают портал, стрельчатую арку и другие детали мавзолеев в Узгене (Киргизия). Архитектурный декор с применением резной терракоты широко был распространен в Средней Азии в XII — нач. XIII вв. Сочетание узорной кладки кирпичиками и терракотовых плиток украшает мавзолей Айша-биби (Джамбул, Казахстан), портал мечети Магоки-Аттари (Бухара) и другие памятники XI-XIIIв.

Дворцовые здания на Ближнем и Среднем Востоке строятся по принципу традиционной жилой архитектуры: группировка помещений идет вокруг открытого двора, окруженного портиком. Внешне такое строение кажется неприступным и монументальным, внутри отличается изысканным великолепием покоев, бассейнов, фонтанов, арыков, легких колоннад с арками, ажурной резьбой, иногда небольшими скульптурами (например, львов у фонтана). Дворец Альгамбра (с араб. «Красный замок») в Гранаде (Испания, XIV-XVвв) – наиболее яркий образец таких строений. Это самый ранний (из дошедших до нас) укрепленных дворцовых ансамблей мусульманского запада. В ансамбль дворца-замка входили павильоны и залы для парадных приемов, мечеть, жилые покои. Основные залы группируются вокруг двух больших дворов. Один из них – Миртовый зал, почти во всю длину занятый прямоугольным бассейном и боскетами зелени – пример сочетания садово-паркового искусства и архитектуры. В Львином дворе находится фонтан с 12 мраморными скульптурами львов; вокруг двора – портики и аркады с множеством изящных колонн.

§

Миниатюра – единственный вид изобразительного искусства, избежавший заклятия ислама. Вначале миниатюра существовала как часть искусства рукописной книги, позже – как самостоятельный вид искусства. Именно тогда она стала сшиваться в отдельные альбомы. Общественная роль миниатюры в значительной мере определялась ее назначением как иллюстрации широко популярных сказок, легенд, эпических сказаний, поэтических произведений, а также исторических, дидактических сочинений и научных трактатов. Живописно-пластический язык книжной миниатюры подчинялся средневековым канонам красоты и гармонии, «этикетности», свойственной представлениям той эпохи. Оригинальные школы живописи сложились в Багдаде, Ширазе, Самарканде и других культурных центрах.

Изобразительный язык миниатюры подчинен канонам средневековой эстетики. Это плоскостная живопись без светотени, с условно переданным пространством, пейзажем, архитектурой. Фигуры людей даны обобщенно, художник изображает типы персонажей определенного возраста с чертами, отвечающими представлениям о красоте (лицо – луна, косы – арканы, зубы – жемчуг и т.п.). Для иллюстрирования отбирались сюжеты наиболее популярных произведений. Постепенно был выработан канон, следование которому считалось обязательным для художника.

Наибольшее развитие миниатюра получила на Среднем Востоке (в XIV в. в Азербайджане, в XV в. в Ширазе и Герате, в XVI в. в Герате и Тебризе и в Индии – при династии моголов). Каждая школа имела свои особенности. В Иране выделяется ширазская школа. В XIV в. здесь доминировал инджуидский стиль, для которого характерны энергичный рисунок, грубоватость форм, преобладание красного и желтого цветов, дополненных зелеными, фиолетовыми, синими оттенками и золотом. Наиболее яркий пример такой живописи – миниатюры в книге Фирдоуси «Шахнаме» (СПб, РНБ). Позже стиль ширазской живописи меняется. Миниатюра отмечена изысканным, несколько условным колоритом, в котором чистые интенсивные цветовые пятна ложатся на светлый (голубой, белый, сероватый) фон пейзажа; для них характерны повышенный лиризм и особая мелодичность линий. Их отличает ясность пространственных решений, точность рисунка, завершенность композиции. Новые приемы видны, например, в миниатюрах рукописи «Шахнаме», хранящейся в Стамбуле (Дворец-музей Топкапы). На ней борьба Бахрама Гура с драконом дана на светлом фоне поляны; фигура всадника выделена яркими чистыми красками; тело чудовища покрыто синей с золотом чешуей. Выдающимися по художественным достоинствам ширазские миниатюры украшают две «Антологии» (XV в.).

В Герате (XV-XVI вв.) создаются крупноформатные многофигурные миниатюры к «Шах-наме» Фирдоуси (Тегеран); более лаконично трактованы миниатюры рукописи «Хамсе» Низами (СПб, Эрмитаж); подчеркнуто декоративны иллюстрации «Мираджнаме» (Париж); иллюстрации «Калилы и Димны» (Тегеран, Стамбул) отличают поэтические красочные пейзажи, фигуры животных и птиц. В гератской школе выделяется творчество Камал ат-дина Бехзада – мастера укрупнённых, лаконичных и экспрессивных по цвету композиций и выразительных портретов. Среди ранних его произведений – иллюстрации рукописи Саади «Бустан» (Каир). К шедеврам относят миниатюры Бехзада к «Хамсе» Низами: строительство дворца Хаварнак, оплакивание смерти мужа Лейли, изображение Меджнуна, тоскующего в пустыне (Лондон). В Санкт-Петербурге в РНБ хранятся миниатюры Бехзада в рукописи «Лейли и Меджнуна» Хосрова Дихлеви и диптих, изображающий обучение в школе. В портретах Бехзад стремился передать индивидуальные черты человека, не выходя за пределы канона. Ему приписывают графический портрет султана Хусейна Байкара (Стокгольм) и звучный по контрастному сочетанию красок портрет Шайбани-хана (США). Творчество Бехзада – вершина в развитии миниатюры на Среднем Востоке.

Важную роль сыграла Тебризская школа. Стиль тебризской миниатюры отличается гармоничным слиянием изысканной декоративности, условности и реалистичности, повествовательности. Объектами изображения здесь стали как сказочные герои, так и события придворной жизни. Выдающиеся произведения миниатюрной живописи XVI в. украшают рукопись «Дивана» Хафиза (США, Кембридж, Музей Фогг). Некоторые из них принадлежат кисти Султана Мухаммада. Этому автору приписывают диптих «Охота» в рукописи «Золотая цепь» Джами (С.-Петербург, РНБ им. М.Е. Салтыкова-Шедрина). На этой миниатюре изображена панорама горного пейзажа с большим числом загонщиков, охотников, царя и его свиты, животных. В Национальной библиотеке Санкт-Петербурга находится и приписываемая Мирзе Али миниатюра (диптих) с придворной сценой в рукописи «Скрижали» Джами, а также – миниатюры рукописи «Пять сокровищ» Амира Хосрова. Вершиной творчества художников тебризской школы XVI в. признаны четырнадцать больших страничных миниатюр, которые украсили уникальный экземпляр рукописи «Хамсе» Низами (Лондон, Британская библиотека). Миниатюры отличаются изысканной декоративностью композиции, нежностью колорита, выразительностью изображений людей, животных и птиц, поэтичностью пейзажа, заполненного цветущими растениями и причудливой формы скалами.

Могольская школа связана с именем Акбара, в мастерских которого создавались портреты. Самостоятельное направление в истории ближневосточной живописи представляет сиро-египетская миниатюра XIV–XV в.в. Ее образцы отличаются подчеркнутой экспрессией и декоративностью в изображении персонажей (например, фигура ангела Джабраила в одной из рукописей). В иракской миниатюре существовало несколько стилевых направлений: торжественный придворный стиль, крайне условный и декоративный стиль научных книг, реализм в макамах, пейзажные миниатюры Яхьи ибн Махмуда, построенные на сочетании светлых и чистых тонов, и другие. Багдадская миниатюра связана с новаторскими поисками художника Джунайда ас-Султани. Его крупные, занимавшие всю страницу, миниатюры в композиционном плане представляли многофигурные сцены (иллюстрации к «Дивану» Хаджи Кермани). Иногда в одном произведении у него одновременно показаны события, происходящие в разных помещениях («Свадебное торжество»). Свои школы миниатюр были в Казвине, Мешхеде, Исфахане, в Турции, Азербайджане, в Средней Азии – в Самарканде, Бухаре, Ташкенте, Шахрухии и других городах и регионах средневекового Востока.

Эстетика гармонии и ритма особенно полное воплощение получила в искусстве орнамента, восходящего к декоративному искусству кочевых племен. Основными мотивами орнамента стала прихотливая игра растительного узора, строгая ритмика геометрических форм, каллиграфические (эпиграфические) узоры, основанные на применении куфического шрифта для оформления архитектурных деталей священными надписями. Орнамент построен по принципу многократного ритмического наслоения однородных форм, что и создает впечатление насыщенного прихотливого узора. Он отличается точностью расчета композиций, украшающих своды, купола зданий, решетки окон, страницы рукописей. Название бесконечно варьирующегося орнамента связывается именно с культурой Арабского халифата – арабеска (европейское название). Б.В. Веймарн дал такое определение этого вида искусства: «Арабеска – система орнамента, состоящая из ритмически повторяющихся в бесконечном переплетении и пересечении геометрических и растительных (в разной степени стилизованных) узоров, иногда включающих зооморфные мотивы, а также надписи» [1, с.11]. Важную роль в арабеске играют математические закономерности, подчиненные эмоциональному началу. Композиция орнамента была чрезвычайно разнообразной. Арабеска применялась в архитектуре и всех видах прикладного декоративного искусства, ей украшались как так плоские, так и изогнутые поверхности.

Искусство письма и книги почиталось на Востоке как священное. Арабское письмо отличали гармония и ритм. Формы букв часто служили поэтическими метафорами. Изящный и округлый арабский шрифт способствовал развитию разнообразных стилей каллиграфии (куфи, мухаккак, суде и др.). Усовершенствованное архаическое арабское письмо приобретало вид монуметального почерка куфи, отличающегося прямолинейным и угловатым начертанием букв. С VIII в. разрабатывались курсивные, по преимуществу криволинейные округлые почерки, получившие общее название насх. Художественно исполненные тексты украшали рукописные книги, стены зданий, предметы обихода, вплетались в кружево арабески. Текст Корана чаще оформлялся монументальным в начертаниях почерком куфи, иногда добавляя к чернилам золото. В Сирии и Египте по заказу правителей в дар мечети или медресе изготовлялся Коран больших размеров (до одного метра высоты). Каллиграфы и орнаментисты украшали такие рукописи крупно выписанными текстами и богатым красочным декором.

Отношение к рукописной книге как к драгоценности выражалось в оформлении текста: широкие поля золотились, покрывались орнаментом, иногда – фигурками людей и животных; кожаный или сафьяновый переплет украшался золотым тиснением, мог иметь дорогой оклад из драгоценных металлов и слоновой кости, дополненных самоцветами. Органически входила в художественный комплекс и миниатюра, соперничая сиянием красок и изысканностью линий; она украшала поэтические сборники, мемуары, географические и исторические труды, антологии. В странах Среднего Востока искусство рукописной книги достигло апогея в XIV-XV вв. Процесс создания богато украшенной рукописи требовал привлечения мастеров различных специальностей: каллиграфов, орнаментистов, художников-миниатюристов. Твердые кожаные переплеты рукописей (обычно красного или темно-коричневого цвета) украшались тисненым узором или золотом. Миниатюры исполнялись на высококачественной («самаркандской») бумаге красками, растертыми на яичном желтке с добавлением клея, иногда применялись золото и серебро. И в арабском мире, и на Среднем Востоке миниатюрная живопись украшала преимущественно рукописи светского содержания. Иллюминированные рукописи создавались в основном в мастерских придворных библиотек.

Глава 2. Литература исламского Востока

Поэзия и проза

Литература народов, исповедующих ислам, чрезвычайно разнообразна по национальным особенностям, развитию, времени возникновения. Поэтому следует отметить лишь общие для всех литератур черты, каноны, традиции, возникшие на заре ислама и развивавшиеся впоследствии в образной системе, в поэтике, тематике произведений и в конечном итоге позволившие говорить о таком влиянии, как «исламская литература».

Завоевание Арабским халифатом территорий способствовало распространению арабского языка и развитию литературных связей. В VII-VIII вв. на этих землях литература создается преимущественно на арабском языке. В IX-XV веках на территории Ирана, Афганистана, Таджикистана, Средней Азии и Закавказья в литературе господствует язык фарси (дари) – староперсидский язык, созданный (реконструированный) на основе среднеперсидского (пехлеви) с арабскими элементами. С конца X в.– в XV в. начинает активно развиваться литература на языке тюрки (первоначально общем для всех тюрков), а затем и на многочисленных национальных языках. Арабы принесли с собой не только письменность, но и систему стихосложения, жанры, образную систему, сюжеты, которые будут активно использоваться фарси– и тюркоязычными литературами вплоть до XX в.

АРУЗ /аруд/ – система стихосложения, основанная на чередовании долгих и кратких слогов; искусственно подгонялась под фонетику других языков.

БЕЙТ – двустишие; основная единица строфики аруза.

КАСЫДА – ода, панегирик; один из самых распространенных жанров.

ГАЗЕЛЬ – стихотворение о любви (в классическом виде).

САКИ-НАМЭ – стихотворение (или небольшая поэма), где основной была тема вина. 

Позже, уже в литературе фарси, появляются жанры, ставшие традиционными в ближневосточной поэзии:

РУБАИ – четверостишие (тематика разнообразна) и

МЕСНЕВИ (маснави) – поэма большого объема, все бейты которой имели парную рифмовку (аа — бб – вв).

Арабы выработали и систему изобразительно-выразительных средств. Так, влюбленный в женщину мужчина уподобляется соловью, поющему песни для розы, или бабочке, которая летит на огонь свечи и сгорает в ее пламени. Глаза возлюбленной напоминают озера, в которых отражается красота мира; ее косы уподобляются бичам, истязающим мужчину, или аркану, которым она ловит его. Брови и ресницы – лук и стрелы, которыми женщина ранит влюбленного (тучи стрел-ресниц). Белизна лица противопоставляется черноте локонов. Стан (у женщины или мужчины) строен, как кипарис или тополь. Эталоном женской красоты считается тюрчанка, мужской — Юсуф (Иосиф Прекрасный).

Из века в век повторялись и сюжеты произведений. Широко был распространен арабский сюжет о Лейли и Меджнуне, ирано-персидкие сюжеты о Хосрове, Ширин и Фархаде и о сасанидском шахе Бахраме; библейско-коранический сюжет о Юсуфе и Зулёйхе, впервые обработанный тюркоязычными поэтами; широко использовались распространенные на Ближнем Востоке легенды об Искандере (Александре Македонском) и др.

Высочайшего расцвета достигла поэзия. Халифы, шахи и султаны содержали армии придворных поэтов и не жалели средств, чтобы приблизить к себе поэтическую знаменитость. Каждый поэт обязан был посвятить правителю хвалебное стихотворение (касыду), поэтому жанр активно развивался. Касыда имела определенное строение и свою систему изобразительных средств, построенных на гиперболе (преувеличение). Мастером классической касыды был Башшар ибн Бурд.

Не менее широко распространена была любовная лирика, в которой уже с VII в. определились два направления, обусловившие на многие века дальнейшее развитие ближневосточных литератур. Первое – узритское, или бедуинское (узра – одно из кочевых племён бедуинов); здесь воспевались чистая, целомудренная любовь, несчастные влюбленные, оторванные друг от друга племенными законами. Любовь узритов – предопределенная свыше всепоглощающая страсть к единственной и недоступной возлюбленной, потому их поэзия объективно была предвосхищением мистицизма суфиев.

Здесь можно вспомнить о бедуинском поэте Кайсе ибн аль-Мулаввахе, слагавшем стихи о своей несчастной любви к Лейли и навсегда вошедшем в арабскую поэзию, а затем и в духовную жизнь множества народов под именем Меджнуна (Маджнуна) – «обезумевшего от любви». У узритов также были распространены сюжеты о Кайсе и Лубне (Дубейне), о Джамиле и Бусейне.

Второе направление – городское, где развивались гедонические, эпикурейские мотивы, воспевалась чувственная страсть. Начало было положено поэзией мекканца Омара ибн Аби Рабиа («мекканский Дон Жуан»), чьи газели написаны в форме посланий к любимой и в которых, кроме воспевания чувств, заметен интерес к женским характерам. Поэзия вина впервые стала самостоятельным жанром тоже у арабов – прежде всего в творчестве Абу Нуваса, соединившего воспевание любви с воспеванием вина и опьянения, за которыми скрывалась целая жизненная и литературная программа. Лучшие образцы гражданской и философской лирики создают аль-Мутанабби и аль-Маари.

Проза на арабском Востоке, а позже у иранцев и тюрков, была развита слабо. Одним из создателей арабской художественной прозы был иранец Ибн аль-Мукаффа, переведший на арабский язык с пехлеви книгу «Калила и Димна» – сборник дидактических новелл, басен, вариант индийской «Панчатантры». С пехлеви на арабский язык был сделан и перевод сборника «Тысяча сказок», составившего основу книги сказок «Тысяча и одна ночь». Сюжетное обрамление памятника составляет арабская сказка о правителе Шахрияре и мудрой дочери его визиря Шахразады (Шехерезады), рассказывающей легенды, в которых заметны мотивы индийского, иранского и арабского фольклора. Разнообразие сказок определяется и тем, что они созданы в разное время и в разной социальной среде.

В ученой и образованной среде развивается историография и новеллистика, первые образцы которой представлены у ат-Табари и аль-Масуди. Рассказы мореходов и купцов о дальних странах и приключениях собрал Бузург ибн Шахрияр; жанр притчи наиболее развит у ат-Таухиди. Появляется и получает широкое распространение макама – жанр плутовской новеллы, написанной ритмически организованной прозаической речью с использованием рифмы. Макама объединялись в циклы с единым рассказчиком и, как правило, единым героем. Известны «Собрания макам» Бади аз-Замана аль-Хамадани и аль-Харири. Складывается оригинальная мемуарная проза (Абу Али ат-Танухи, Ибн Хальдун и др.).

Первым прозаическим произведением на языке фарси стала «Кабус- наме» – собрание этических поучений («44 главы»), автор которых Унсур аль-Маади. По образцу арабских макам была состав-лена книга «Макамат-и Хамиди» Хамидаддином Балхи. Создаются литературоведческие, библиографические работы. В Индии на языке фарси создается книга «Тути-наме» («Книга попугая»; автор – Зияут-тдин Нахшаби), основу которой составляет индийский сборник сказок «Семьдесят рассказов попугая». Можно также выделить «Словарь тюркских наречий», созданный на арабском языке тюрком Махмудом Кашгари; сочинения правителя Хивы Бахадурхана «Родословная туркмен» и «Родословное дерево тюрков», которые наряду с историческими сведениями содержат народные легенды, пословицы, сказки и т.п. «Синдбад-наме» – памятник иранской литературы, состоит из 34 притч, основан на индийских рассказах; в VIII-IXвв. переведен на арабский язык («Большой Синдбад», «Малый Синдбад», новоарабский вариант – «Семь везиров»). В Х в. был сделан перевод с пехлеви на фарси.

§

Обязательно следует выделить литературу на языке фарси в период с Х по ХV вв. – «Золотой век» ирано-персидской поэзии, оказавшей необычайно сильное воздействие на культуру Ближнего Востока. Основоположником поэзии на фарси считается поэт Рудаки («Адам поэтов»), из наследия которого сохранилось две касыды и несколько стихотворений. Рудаки ввел в литературу Востока самый популярный, самый распространенный жанр – рубаи, отыскав эту форму в фольклоре (дубайти) и приспособив ее к требованиям арабской системы стихосложения.

Поэзия X в., возникшая в момент борьбы за восстановление национальной культуры (период шуубии), тесно связана и именем Абулькасима Фирдоуси (940- l020/30), создавшего знаменитую эпическую поэму «Шах-наме» («Книга царей»). Книга вобрала в себя мотивы и образы зороастризма и «Авесты», устные народные предания, сюжеты из письменных источников. Эпопея состоит из трех частей. Мифологическая часть строится на обработке древних иранских мифов о первочеловеке и первоцарях, одаривших людей благами культуры. Особо выделяются предания о Джамшиде и легенда о кузнеце Каве, а также сюжет о разделе наследства, что стало причиной извечной войны между Ираном и Тураном. В центре второй части (богатырской, или героической) находятся сказания о Рустаме. Здесь наиболее значительные дастаны (самостоятельные большие сказания) – «Заль и Рудаба», «Семь подвигов Рустама», «Рустам и Сухраб», «Сиявуш», «Семь подвигов Исфандияра», «Рустам и Исфандияр». В книге звучит патриотическая идея, выделены особенности средневекового мировоззрения, отразившиеся в характере и мотивах поступков героя. Между второй и третьей частями находится интермеццо, основанное на популярном в средние века романе Псевдо-Калисфена об Александре Македонском и легендах о нем (походы в Индию, поиски живой воды, построение вала против диких народов и т.п.). Историческая часть построена на преданиях о становлении династии Сасанидов (самые могущественные иранские шахи доисламского периода). Большую художественно-эстетическую ценность здесь имеют популярные на Востоке сказания о любовных приключениях Бахрама Гура и легенды о любви сасанидского шаха Хосрова к Ширин. В заключительных эпизодах рассказывается о нашествии арабских войск. Отметьте гуманистический пафос поэмы, этические представления автора.

«Шах-наме» Фирдоуси – величественный средневековый эпос, воплотивший общечеловеческие идеи тираноборчества и гуманизма. Султан Махмуд Газневи, которому поэт преподнес в дар свое творение, не оценил труд Фирдоуси. Однако поэма очень быстро приобрела популярность и стала важнейшим на Среднем Востоке источником сюжетов для различных жанров изобразительного и декоративного искусства, а текст книги переписывался каллиграфами и иллюстрировался миниатюрами, созданными в средневековых художественных центрах Ирана, Азербайджана, Афганистана, Средней Азии.

Следует выделить творчество Омара Хайяма (1048-1122) – математика, астронома, астролога, поэта. Мировую известность он приобрел как мастер рубаи, которые у него проникнуты пафосом свободы личности, протестом против несправедливости мира, носят то философский, то гедонический характер. В них звучит призыв наслаждаться жизнью: «Жизнь-мираж. Тем не менее – радостным будь!». Во многих рубаи звучат антиклерикальные и даже антирелигиозные темы: «Если мы совершенны – зачем умираем? Если несовершенны – кто бракодел?». Важное место отведено размышлениям о жизни и смерти: «Приход наш и уход загадочны… Откуда мы пришли, куда уйдем отселе?». Большое место занимают мотивы забвения, желание уйти от мрачных мыслей, которое он находит в вине: «Лишь трезвый человек заботами снедаем, а пьяному ведь все на свете трын-трава»; «Налей … ещё вина: оно нам жизнь животворит». Предельно лаконичные рубаи Хайяма полны глубокого философского смысла.

Таджикско-персидский и турецкий поэт и мыслитель Джалалиддин Руми /1207-1273/ имел почетное имя Мевлеви и почетный титул Мевлана («наш учитель, наш господин») Джалаледдин – не собственное имя поэта, а псевдоним, означает «Величие религии». Руми – крупнейший поэт-суфий и суфийский шейх, глава значительного суфийского ордена в Малой Азии. Его высокогуманистическая поэзия стала образцом для многих поколений. Руми ставит людское «единодушие превыше единоязычия», проповедует веротерпимость, возвеличивает человека как личность, приравнивая его к богу («Бог – вы!»). Но такое положение человек обретет, если будет постоянно совершенствоваться, бороться против зла, творить добро. Обессмертили Руми два произведения – сборник касыд и газелей «Дивани Кабир» (или «Диван Шамса Табризи») и поэма «Месневи». Сборник стихов дает реальное представление об иносказательной суфийской поэтике («Я видел милую мою в тюрбане золотом…»); поэма содержит обстоятельное толкование основных положений суфизма. Теоретические мысли автора здесь иллюстрируются притчами, баснями и небольшими рассказами (притча о слоне; разговор грамматика с кормчим; о том, как шут женился на распутнице; рассказ о Факире в большой чалме; притча о птице и птицелове, о воре и больном, о муд-рости Лукмана и др.). Это сделало поэму доступной для простого человека.

Земную мудрость и житейскую правду внес в иранскую литературу Саади Ширази (1203/1208 – 1292). Будучи дервишем, вращаясь в среде простого люда и наблюдая жизнь разных сословий, Саади собрал богатый фольклорный материал, который впоследствии использовал в своем творчестве. Жизненная мудрость поэта сформировалась под влиянием бед, пережитых во время скитаний. Лучшие его произведения – это поэтический «Бустан» («Плодовый сад», или «Саади-наме») и написанный ритмизованной прозой со стихотворными вставками «Гулистан» («Розовый сад») – произведения этико-дидактического содержания. Саади видел высокое предназначение человека, который «все превосходит своим величием и мудростью». Он стоит над сословной идеологией и религиозными предрассудками; смысл жизни видит в полезной созидательной деятельности ради всеобщего блага. Признавая силу власть имущих («у кого золото на весах, у того и сила в руках»), поэт обличал людей, стремящихся к наживе. Он призывает правителей к справедливости и милосердию, указывая не только на неотвратимость божьего гнева, но и на силу народного возмущения. А народ – опора государства: «Царь – дерево, а подданные – корни. Чем крепче корни, тем ветвям просторней». Саади было чуждо кровопролитие, хотя он и хотел физически устранить зло («Жалость к пантере проявить – овец погубить»). Но главным для него был призыв: «Делай добро, даже если злодей нуждается в нем». Особую привлекательность в творчестве Саади имеют газели, отличающиеся большой напевностью, простотой и выразительностью стиля, метафоричностью языка. Главный их мотив – любовь. Отметьте художественные особенности стихов: «О, караванщик, сдержи верблюдов… », « Когда б на площади Шираза… », «Я к твоим ногам слагаю все… »; «Я влюблен в эти звуки… » и др.

Прославленным мастером газели был Хафиз (1325 – 1390). Хафиз – прозвище поэта, означает «хранящий в памяти» (знал Коран наизусть и читал его во время обрядов). Наследие Хафиза – огромное количество стихов в разных жанрах, но мировую славу ему принесли газели. Простота стиля, напевность, богатство поэтических образов и афористичность способствовали сближению газелей Хафиза с народным песенным жанром. Поэта привлекали жизнеутверждающее начало, любовь. Образ возлюбленной у него наделен чертами земной женщины, хотя и он отдал некоторую дань суфийским мотивам и символике, а его стихи имеют двойной смысл и тонкий подтекст. Образность его стихов порождала легенды (например, одна связана с газелью «Дам тюрчанке из Шираза Самарканд… »). Поэт раскрывает внутренний мир переживаний человека. В то же время в стихах нашли отражение различные стороны современной поэту жизни, звучит протест против ханжества служителей религии и несправедливости правителей, дается открытое осуждение феодальных порядков. К лучшим стихам поэта относят газели «В царстве розы…»; «Дам тюрчанке из Шираза… », «Хмельная, опьяненная…», «Страсть бесконечна… », «Аскет, не зови меня в рай… », «Коль туда, куда стремлюсь… », «Что святош во власяницах… » и др.

Завершает классическую поэзию на Фарси Джами (1414-1492) – крупнейший поэт и прозаик, философ, филолог, музыковед, глава суфийского ордена («джам» – чаша с ритуальным напитком). Литера-турное наследие Джами (на персидском и арабском языках) многообразно. Поэт проявил себя почти во всех традиционных жанрах; им написано большое количество произведений в прозе, а также ряд работ по богословию, суфизму, поэтике, риторике, музыке, эпистолографии. Ценным художественным произведением Джами является «Бахаристан» («Весенний сад»), состоящий из рассказов о шейхах, правителях и везирах, о щедрости и благородстве , о любви и страсти, о выдающихся поэтах, а также включающий изречения мудрецов. Газели поэта объединены в три дивана; в них описаны переживания человека в разные периоды его жизни. Вершиной творчества Джами стала «Семерица» (или «Семь престолов», или «Большая Медведица»). Произведение состоит из семи больших поэм-месневи. Три поэмы («Златая цепь», «Дар праведных» и «Четки праведных») носят философско-дидактический характер; в них излагаются сложные вопросы суфийского учения, иллюстрируемые притчами, излагаются взгляды поэта на роль поэзии и науки, разоблачается гнет Тимуридов, рисуются страдания и нищета народа, обличаются дервиши-шарлатаны. Вторая поэма – «Саламан и Абсаль» – излагает легенду о страстной любви царевича к его кормилице, которая, жертвуя всем ради любви, погибает, а юноша влюбляется в небесную красавицу (Зухру). Поэма имеет аллегорический смысл и истолковывается в суфийском плане как единение души и тела, как стремление к высшему совершенству. Пятая поэма – «Юсуф и Зулейха» – разрабатывает библейско-коранический сюжет, который с позиций суфийской идеологии трактуется как «песнь духовной любви». Отвергнутая Юсуфом Зулейха победила его своей верностью. Юсуф женится на ней, и Зулейха в старости обретает молодость и красоту. Любовь побеждает преграды и время – таков вывод поэмы. И хотя Джами наполнил поэму суфийским смыслом, а любовь представил в аллегорическом плане, произведение воспринимается иначе, ибо в нем представлены живые образы людей, способных на глубокое чувство. В трактовке сюжета поэмы «Лейли и Меджнун» Джами немного уходит от традиции, включая бытовые элементы и второстепенные детали, что ослабило основную сюжетную линию – описание любви героев. В последней поэме – «Книге мудрости Искандера» – воплощается идея справедливой власти, идеального правителя и царства кре­стьянской общины. Образ Александра Македонского создан в духе легенд о нем – у Джами он «Искандер-мудрец и пророк». Проанализируйте одну из поэм с точки зрения ее идейно-художественного своеобразия. Найдите суфийскую символику в газелях поэта («Омыть поток кровавых слез…», «Взгляд мой, видящий мир земной… » и др.)

Рефераты:  Вопрос Организация медицинской эвакуации. Особенности организации лечебно-эвакуационных мероприятий при ликвидации последствий применения оружия массового поражения. — МегаЛекции

Литература Азербайджана

И Средней Азии

Литература на фарси, начиная с XI в., получает развитие в Азербайджане. Исключительное развитие азербайджанская литература получила в XII в, когда процветает придворная поэзия (касыды и газели), создаются философские рубаи и масневи. Большую известность приобрел придворный поэт Фалаки, чьи касыды отличались высоким художественным мастерством и несли печать глубоких научных знаний. Общим достоянием азербайджанцев и таджиков является наследие поэтессы Мехсати. Ее рубаи близки традиции устной народной поэзии, привлекают непосредственностью, простотой, живостью стиля; она проповедует благородное чувства любви, красоту человека, осуждает косность, несправедливость, произвол и насилие, высмеивает бездушных отшельников, призывающих к «наслаждениям в раю». Одним из крупнейших представителей культуры этого региона был придворный поэт Хагани. Его перу принадлежат касыды на социальные и Философские темы, стихи о любви воспевают пламенную, благородную любовь, страдания в разлуке с любимой. Произведения Хагани с их чеканностью формы, богатством художественных средств стали образцами для поэтов всего Ближнего Востока.

Корифеем восточной классики XII в. стал Низами Гянджеви (1141-1203). Он оставил большое наследие в разных жанрах (газели, касыды, рубаи и др.). Вершиной его творчества является «Хамсе» («Пятерица») – пять поэм-месневи, объединенные мировоззренческой концепцией автора. Первая поэма – «Сокровищница тайн» – дидактико-философское произведение, состоящее из вступления и 20 глав-бесед (макале) на философские, этические или богословские темы, иллюстрируемые притчами. Эта самая ортодоксальная поэма Низами, созданная в духе ислама, и самая пессимистическая. В дальнейшем творчестве поэта будут усиливаться жизнеутверждающие мотивы. Поэмы «Хосров и Ширин», «Семь красавиц» и «Искандер-наме» созданы на сюжеты, уже разрабатывавшиеся в «Шах-наме» Фирдоуси; «Лейли и Меджнун» опирается на арабский народный роман. Любовная тема – основная во 2 и 3 поэмах. Хосров и Ширин – исторические лица, овеянные легендами. Главное место Низами уделяет не шаху Хосрову, а Ширин – племяннице правительницы Аррана, безгранично любящей Хосрова. Поэт наделяет Ширин умом, красотой, силой воли. Под ее воздействием меняется и характер Хосрова, и методы его правления. Хосрову противопоставлен Фархад, искусный мастер-каменотес, пламенно любящий Ширин. Соперничество Фархада и Хосрова приводит к трагической гибели художника. Завершается поэма рассказом о том, как сын Хосрова Шируйе, воспылав страстью к мачехе, убивает отца. Ширин кончает жизнь самоубийством.

Но восточными Ромео и Джульеттой считаются Лейли и Меджнун. Лейтмотив поэмы – пылкая любовь двух молодых людей, разлученных средневековыми предрассудками, их горькая участь. Страстная любовь юноши Кайса вызывает презрение соплеменников, и его прозывают Меджнуном – «безумным», «обезумевшим от любви». Лейли выдают замуж за богатого купца. От несчастной любви оба героя умирают, не сумев побороть обстоятельств.

В поэме «Семь красавиц» («Бахрам-наме») две сюжетные линии: одна – история правителя Бахрама, вторая – ряд вставных новелл, не связанных с основной линией и представляющих собой фантастические сказки. Бахрам Гур – лицо историческое, один из Сасанидов, легенды о котором были широко распространены. У Низами Бахрам – человек высокообразованный, владеющий воинским искусством, нравственный, но передоверивший правление своему везиру, вводящему в стране несправедливые порядки. Благодаря пастуху, который рассказал Бахраму притчу о собаке и волчице, царь прозревает, казнит везира и становится справедливым правителем. Вставные новеллы связаны с историей женитьбы Бахрама на 7 царевнах из 7 стран света. Для каждой из них строятся 7 дворцов, где каждая из них по очереди рассказывает шаху сказку своей страны. В новеллах Низами отражено его понимание отношений между мужчиной и женщиной (духовное чувство выше физической страсти). Образ идеального правителя Низами создает в поэме «Искандер–наме». Герой поэмы – умный и справедливый правитель, мыслитель, полководец, освобождающий народы от гнета и бедствий, энциклопедически образованный человек, побеждающий в научных диспутах знаменитых философов античности. В конце поэмы Искандер понимает, что смысл жизни не в воинской славе, а в справедливом социальном устройстве. Низами создает картину идеального города-государства – страну подлинного счастья, которую долго не мог найти Искандер. «Хамсе» великого азербайджанского поэта, как и «Шах-наме» Фирдоуси, послужила источником для написания большого количества высокохудожественных миниатюр. Низами своей «Хамсе» создал и традицию написания «ответов» (назира – подражания) на свои поэмы, серьезно повлияв на культуру Востока. Одно из подражаний создал поэт Физули (1494-1556). Его поэма «Лейли и Меджнун» считается суфийской аллегорией. Поэма обогатила литературный язык, придала ему гибкость, точность, красоту. Физули является родоначальником азербайджанской прозы (сатира «Жалоба»). С ним связано формирование азербайджанского литературного языка. Свои стихи он писал на трех языках.

На трех языках (фарси, тюрки и арабском) писал и Насими (1370-1417) – выдающийся поэт-хуруфист, гуманист, оказавший также глубокое влияние на восточную культуру. Ему посвящали свои произведения многие поэты (например, туркменский поэт XVIII в. Андалиб). Насими был противником ортодоксального ислама. Он поставил человека рядом с божеством. За это поэт-мыслитель поплатился жизнью: по приговору исламского духовного суда с него заживо содрали кожу.

Становление тюркских литератур связано с именем Алишера Навои (1441-1501) – основоположника узбекского литературного языка, поэта, мыслителя, ученого, государственного деятеля, мецената. До Навои были поэты, создававшие стихи на тюрки (Юсуф Мири, Саккаки, Гадаи, Лутфи, Дурбек и др.), но нужен был талант Навои, чтобы утвердить его как язык литературы. Навои проявил себя во всех жанрах лирики, которую писал на двух языках. Свои стихи поэт объединил в 4 дивана: «Чудеса детства», «Редкости юности», «Диковины среднего возраста», «Полезные советы старости». Особое место занимает его «Хамсе», созданная на родном языке. Поэма «Смятение праведных» – дидактическая; она состоит из 64 глав-бесед, где моралистические сентенции иллюстрируются притчами и рассказами из фольклора. В поэме «Лейли и Меджнун» Навои следует преданию о юноше Кайсе, которого считал исторической личностью, наполняет поэму реалистическими деталями, несколько изменяет традиционный сюжет. Еще большему переосмыслению подвергается сюжет поэмы «Фархад и Ширин»: поэт прославляет Фархада-труженика. Герой Навои – царского происхождения, но он в совершенстве овладел мастерством скульптора и зодчего. Высокообразованный и высоконравственный человек, Фархад под стать Ширин, которая любит его, а не Хосрова. Козни иранского шаха приводят влюбленных к самоубийству. Поэт прославляет человеколюбие, справедливость, идеальную любовь. В трактовке образа Бахрама Гура (поэма «Семь путников», или «Семь планет») Навои также ближе к реальности, чем Низами. Шах Бахрам у него погряз в болоте развлечений, он деспот, тиран, самодур. Его страшная смерть – кара за неправедную жизнь. Фантастические сказки у Навои заменены новеллами из жизни разных социальных слоев, рассказываемыми случайными путниками. В поэме «Вал Искандера» герой предстает в двух ипостасях – как государственный деятель и как мудрец. Здесь Навои фактически обобщил свой громадный опыт управления страной (он был хранителем печати, эмиром, везиром). Поэма служила назиданием тем, кому была посвящена, – султану Хусейну и его сыну. Она представляет собой сокровищницу политической мудрости Навои, его государственного опыта. Следует также отметить «Историю иранских царей», написанную им в виде учебника, и «Беседы утончённых», где дается краткая характеристика поэтов ХV в. (336 имен). Суфийской аллегорией является поэма «Язык птиц» (Навои был другом и учеником-суфием Джами). Проблемы эстетики и теории литературы – в центре трактатов «Весы размеров» и «Спор двух языков». Ум и просвещенность Навои считал главными качествами людей. Всё его творчество пронизано гуманистическими идеалами.

§

Общей целью религии, литературы и искусства является катарсис, духовное просветление, очищение, чувство приобщения к высокому или непостижимому. Даже такой критик религии, как З. Фрейд, называл религию «драгоценным достоянием культуры», считал ее «психологическим арсеналом культуры», признавал, что она является для многих людей «высшей ценностью». Не являются исключением в этом отношении и священные тексты ислама. В первую очередь это касается Корана, который является не только религиозной книгой, но и памятником культуры: кроме религиозных проповедей и заклинаний, в нем можно найти нравственные заповеди, фольклорные тексты, наиболее распространенные на Ближнем Востоке мифологические сюжеты, послужившие в свою очередь источниками произведений искусства и литературы, вдохновившие многих художников и поэтов.

Использование сюжетов и образов Корана в широкой мировой практике было бы невозможно без переводов Писания со средневекового арабского языка на другие языки. Считается, что впервые часть Корана была переведена на персидский язык в VII в., а первый относительно полный перевод был осуществлен в Индии в IX в. В дальнейшем появились переводы Корана на ряд восточных, западных и африканских языков. Всего существует примерно 164 перевода Корана [2].

В России текст Корана на арабском языке впервые был издан в 1787 г. по поручению Екатерины II. На русский язык Коран стал переводиться по инициативе Петра Великого с начала XVIII в.: в 1716 г. его перевел и подготовил к публикации известный деятель культуры П. Посников. Этот и последующие переводы М.И. Веревкина, А.В. Колмакова (XVIII в.), К. Николаева (XIX в.) и другие делались с французских и английских переводов. Французский перевод (не очень удачный), ставший основой для переводов П. Посникова и М.И. Веревкина, был сделан дипломатом, востоковедом и переводчиком А. де Рие. А.В. Колмаков делал перевод со сравнительно хорошего английского перевода Дж. Сэйля, который оставался самым широко используемым переводом вплоть до нашего времени (последнее издание вышло в 2009 г.). К. Николаев переводил с французского перевода ориенталиста А. Биберштейна-Казимирского (последнее издание – в 1998 г.). Несмотря на то, что эти переводы не имели особенного научного значения, они привлекли внимание многих деятелей русской культуры. Так, перевод М.И. Веревкина вдохновил А.С. Пушкина на создание цикла стихотворений.

С арабского языка на русский Коран впервые был переведен генералом Д.Н. Богуславским (1871 г.; перевод остался ненапечатанным; книга увидела свет лишь в 1995 г.) и Г.С. Саблуковым (1878 г.), известным востоковедом и миссионером. Перевод Г.С. Саблукова считается одним из лучших русских переводов (последнее переиздание – в 1991 г.). Он получил положительные отзывы крупных российских ученых. Но выразительность и красота языка переводы не скрывали неточностей, перегруженность архаизмами осложняла понимание текста. Следующий перевод с арабского языка был сделан почти через 100 лет одним из лучших знатоков Корана, выдающимся арабистом XX в., ученым-исламоведом И.Ю. Крачковским, который подошел к этому тексту как к литературному произведению, первому крупному памятнику арабской прозы. Он активно стремился избежать влияния богатейшей экзегетической литературы, чтобы сохранить первоначальный вариант содержания. Перевод И.Ю. Крачковского первоначально не был предназначен для публикации, и автор готовил комментарии к Корану. Целью ученого стало стремление понять смысл коранических сказаний.

В 1995 г. был опубликован перевод, сделанный Т.А. Шумовским, учеником И.Ю. Крачковского. Эта работа была одобрена частью мусульманского духовенства, но подверглась критике со стороны ученых. Автор сделал попытку перевести прозаический текст на язык поэзии. На рубеже XX-XXI вв. с арабского языка был сделан еще один стихотворный перевод на русский язык – перевод Валерии (Иман) Пороховой. Это единственный пример, когда текст перевода был согласован с академией университета Аль-азхар и разрешен им к публикации. Особенностью данного перевода стало и то, что он впервые выполнен исследователем исламского вероисповедания. Работа В.М. Пороховой называется «Коран: Перевод смыслов и комментарии», но он тоже вызвал критику по вопросам точности перевода с арабского языка, как и предшествующие ему публикации.

Ритмический строй текста, рифмованная проза Корана (его текст можно назвать стихами в прозе) привлекали к себе внимание многих поэтов. Так, уникальным явлением в мировой поэзии можно считать цикл стихов «Подражания Корану», созданный А.С. Пушкиным, где он создает своего рода вольный перевод 33 сур Корана на поэтический язык. Эти стихи были высоко оценены И.С.Тургеневым, Ф.М.Достоевским и другими. В.Г. Белинский (в работе «Сочинения Александра Пушкина») охарактеризовал этот цикл как «блестящий алмаз в поэтическом венце Пушкина». Изучая источники знаний о Коране для поэта, К. Кашталева [3, с.31] показала, как, пользуясь весьма несовершенными переводами (в первую очередь переводом М.И. Веревкина), поэт сумел передать средствами русского стихосложения многие художественные приемы священной книги. Сам Пушкин был восхищен «смелой поэзией» Корана и стремился передать его высокий стиль современными ему средствами. Многие исследователи сопоставляли строки из разных сур Корана о сотворении мира, о пророке Ибрахиме и другие с их переложением у Пушкина. Сравните: «Милосердный. – / Он научил Корану, / сотворил человека, / научил его изъясняться. Солнце и луна – по сроку…» [4, 55:4(5)] и «Он милосерд: он Магомету / Открыл сияющий Коран, / Да притечем и мы ко свету, / И да падет с очей туман» (Пушкин). Н. Притягательность этого цикла во многом определяется тем, что Пушкин близко наблюдал и неплохо знал быт, религию и культуру мусульманских народов. И потому его стихи наполнены чувством, личностным отношением к тому, что он описывал. Касается это и стихотворения Пушкина «Пророк», идея которого и содержание соотносятся исследователями с одной из слышанных поэтом на Кавказе легенд о Мухаммеде [5]. Этот миф связан с детством пророка, когда ангелы рассекают ему грудь, выбрасывают черный сгусток от сердца («от дьявола»), после чего не остается никаких следов, кроме внутреннего ощущения неких изменений: «И он мне грудь рассек мечом / И сердце трепетное вынул…/ Иди, пророк! И виждь, и внемли, / Исполнись волею моей. /И обходя моря и земли, / Глаголом жги сердца людей!» (А. Пушкин).

Произведения А. Пушкина способствовали росту интереса русской интеллигенции к тексту Корана. Им интересуются П.Я. Чаадаев, Л.Н. Толстой, В.С. Соловьев. Переводчик восточной поэзии М.Л. Михайловский опубликовал фрагменты Корана в стихотворной форме: «Из рода в род твой глас идет: / «Жестокосердные, внемлите! / Кормясь от трапезы сирот, / Вы пламень огненный ядите!»/ Но не спалив себе гортань, / Они не ведают боязни…» [6].

Такого «живого начала» лишены многие творения европейских мастеров слова. В частности, это относится к восточным стихотворениям В. Гюго «Les orientales» (1828). Об этом в свое время писала и французская, и русская критика. А.Пушкин тоже отмечал в них чисто внешний блеск, выделяя «блестящие, хотя и натянутые восточные стихотворения».

§

Литературная традиция накопила значительный опыт взаимоотношений с культурными традициями Ближнего Востока. Понимание восточного опыта и его преломление в художественной практике шло разными путями. В первую очередь, это было внешнее освоение экзотической действительности. Именно такой подход Э. Сейд считал ключевой характеристикой восприятия восточной культуры представителями западной цивилизации.

Ориентализм весьма заметен в русской романтической литературе XIX и особенно XX вв. Творения русских мастеров слова отличались присутствием «живого начала», непосредственного «ощущения Востока», которое было характерно им в силу того, что они близко наблюдали и неплохо знали быт, религию и культуру мусульманских народов. И потому их стихи наполнены ярким лирическим чувством. Наиболее показательно в этом отношении творчество М. Лермонтова, который сосредоточил внимание не только на экзотической природе Кавказа, но и на необычных характерах, вольнолюбивых, сильных, независимых: «Приветствую тебя, Кавказ седой! Твоим горам я путник не чужой. Они меня в младенчестве носили… Прекрасен ты, суровый край свободы… Как я любил, Кавказ мой величавый, Твоих сынов воинственные нравы…» («Измаил-бей»). Этот подход мы найдем во многих поэмах, стихах и прозе Лермонтова.

«Западно-восточный диван» И.В. Гете долго являлся своего рода образцом для многих русских поэтов в плане передачи специфики, «колорита» восточной культуры. Книга представляет сборник нескольких циклов стихотворений о любви, отражая реальные взаимоотношения Гете и Марианны Виллемер. Через обращение к общечеловеческой ценности, активно воспеваемой романтиками, — любви и через описание внутреннего мира человека, что тоже было очень важно для романтизма, Гете сумел показать внутренний мир целой культуры в ее многообразии, переменчивости, таинственности и страстности, неповторимости и непонятности для западного человека. Внешняя фабула книга строится как беседа немецкого поэта с Хафизом, средневековым персидским поэтом (XIV в.). Художественный прием смещения во времени нужен Гете не только для того, чтобы передать мысль о непрерывности развития единого, всеобъемлющего человеческого бытия, вечности разума и настоящего чувства. Он стремится показать разность, извечное противостояние двух культур, противоречие, основанное на разном видении мира. Восток противопоставлен Западу как мир гармонии, радостного мировосприятия, нравственных устоев: «На Восток отправься дальний Воздух пить патриархальный, В край вина, любви и песни, – К новой жизни там воскресни!» («Геджера», пер.В.Левика).

Склонность к эстетизму, свойственная русскому модернизму XX в. в целом, нашла отражение в том числе и в ориентальных мотивах, в использовании аллюзий, реминисценций, ассоциаций, связанных с восточными культурами. Ориентализм такого уровня проявляется в декоративности, изысканности поэтических образов Н. Гумилева, в стремлении В. Брюсова поразить экзотичностью читающую публику, в поэзии и семантических доминантах в рассказах И. Бунина (принадлежащего к реалистическому направлению). Много обращался к традициям Востока символизм, ставший одной из попыток создания синтетического учения о жизни средствами искусства. Культурно-философское осмысление проблемы исторических судеб России, связанной с Востоком и Западом, характерно для В. Брюсова, А. Блока («На поле Куликовом», «Скифы»), и других символистов. Наиболее последовательное выражение эта направленность нашла, пожалуй, в творчестве А. Блока («Скифы», «На поле Куликовом») и А. Белого (его трилогия «Восток или Запад»: «…человеческое стремление…и есть Восток в Западе или Запад в Востоке»).

Творчество В. Маяковского в этом контексте выделяется особо, оно представляет собой уникальный синтез традиций русской и ближневосточной культур в их реальном воплощении. Поэтические традиции Востока, в том числе в значительной степени – суфийская символика, в значительной степени подпитывали образную систему Маяковского. Неповторимость его поэтического языка связана со своеобразно трансформированными культурными традициями Востока, тесно переплетенными с русской литературной традицией.

Если обратиться к произведениям светской культуры, основой для которых послужили религиозные сюжеты, мифы, можно увидеть, что они часто отходят от религиозных догматов, используя такие тексты в качестве источника образности, переосмысливая их в соответствии с собственным мировоззрением (произведения В. Маяковского, О. Хайяма и др.). В произведениях светских и религиозных поэтов много общего в мировоззренческой, этической, эстетической позиции творцов прекрасного. Так, в произведениях поэтов разных эпох, разных народов, нередко разных вероисповеданий мы находим общие темы: воспевание равенства людей («И белый, и черный, – все дети земли / В ее мастерской себе дело нашли», Низами; «Все племя Адамово – тело одно, / Из праха единого сотворено», Саади); признание труда в качестве нравственного критерия («Да будет всяк из нас велик своим трудом!», Насир Хосров). Часто звучит призыв к миру («К добру и миру тянется мудрец, / К войне и распрям тянется глупец», Рудаки), воспевается дружба («Настоящая дружба стирает межи, / Плещут волны любви через все рубежи», Абай). Воспеванию знания, которое высоко ценится в исламской культуре, посвятил свои стихи не один поэт Востока: «Лишь знаньем жив человек. / Лишь знаньем движется век. / Лишь знанье – светоч сердец» (Абай); «Предела знанию нет» (Фирдоуси). Много внимания уделено и разуму человека: «Но у души есть крылья — разум! / Крылата разумом душа» (Насир Хосров). Великий поэт Азербайждана писал: «Кроме новейших историй я изучал и книги, / Еврейские, христианские и пехлевийские, / Выбирая из каждой книги то, что было в ней драгоценным» (Низами). Призыв к нравственному совершенству и воспевание человека как лучшего творения бога буквально пропитывают книги восточных поэтов: «Чужого не выпячивай порока, Свои пороки осуждай жестоко», «Стань человеком в помыслах, в делах, Потом мечтай об ангельских крылах» (Саади); постоянный призыв казахского просветителя Абая «Адам бол!» – «Будь человеком!»; «В цепи человек стал последним звеном, И лучшее все воплощается в нем…Последний по счету, зато по судьбе Ты – первый в творенье, знай цену себе» (Фирдоуси). Сближает восточных и русских поэтов отношение к поэтическому слову: «И даже веки навеки смежив, Я не умру: я вечно буду жив!» (Фирдоуси); «Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный…Так! – весь я не умру» (Г. Державин); «Нет памятников на путях земных Прочней, чем слово или стих» (Джами); «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…Весь я не умру, Душа в заветной лире мой прах переживет…» (А. Пушкин); «Речь – совершенство высшее людей, Ты слово унижать свое не смей» (Саади); «Нам слово нужно для жизни», «Слово – полководец человечьей силы» (В.Маяковский). Пересекаются в идейном отношении и произведения тех поэтов, стихи которых пронизаны антиклерикальными настроениями. Можно сравнить поэзию О. Хайяма и В. Маяковского. У первого находим строки: «Добро и зло враждуют. / Мир в огне. / И что же небо? Небо в стороне»; «Такое небо, тьфу, не стоит и плевка». Тот же вызов Небу звучит и в стихах русского поэта: «Эй вы, Небо, снимите шляпу. Я иду»; «Я тебя, пропахшего ладаном, раскрою – отсюда до Аляски».

Отмеченные примеры освоения поэзией культурных традиций Ближнего Востока, тесно связанного с исламским миром, демонстрируют многообразие подходов к пониманию и проявлению ориентализма. Европейская литература в основном использовала экзотический восточный колорит, изредка поднимаясь до философского понимания дихотомии Запад–Восток. Русская литература быстро ушла от внешней экзотичности, и через переосмысление текстов и использование стилистических приемов восточной культуры в качестве источника образности пришла к проникновению во внутренний мир восточной культуры вплоть до культурно-философского осмысления проблемы Востока в контексте самобытности русской культуры.

Примечания

1. Веймарн, Б.В. Классическое искусство стран ислама / Б.В. Веймарн. – М.: Изд. Дом «Искусство», 2002. – 496 с.

2. Переводы Корана [Электронный ресурс]. Режим доступа: https:ru.wikipedia.org/wiki/

3. Пиотровский, М.Б. Коранические сказания.– М.: Наука,1991. –219с.

4. Коран: / пер. и комм. И.Ю. Крачковского / И.Ю. Крачковский – 2-е изд. – М.: Наука, 1986г. – 727 с.

5. Черняев, Н.И.. «Пророк» Пушкина. – М., 1898.

6. Михайлов, М.Л. Переводы. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://az.lib.ru/m/mihajlow_m_l/text_0300.shtml

Контрольные вопросы и вопросы для самопроверки

1. На какие виды искусства исламом был наложен запрет?

2. Какие виды искусства получают преимущественное развитие в исламе?

3. Какие сооружения относятся к числу культовых зданий в исламе?

4. Какие памятники архитектуры на исламском Востоке получили статус мировых?

5. Каковы основные мотивы орнамента в искусстве мусульманских стран?

6. Чем знаменита Гератская школа миниатюры?

7. Что вы можете сказать об искусстве каллиграфии на Востоке?

8. На каком языке развивалась литература исламского мира?

9. Что вы можете сказать о системе стихосложения, жанрах, образной системе восточной литературы?

10. Каковы основные сюжеты восточной литературы?

11. Кто из поэтов относится к числу классиков мировой литературы?

12. Какие произведения исламских авторов относятся к шедеврам мировой литературы?

13. Кто из мастеров слова создавал свои произведения на арабском языке?

14. Кто из мастеров слова создавал свои произведения на языке фарси?

15. Кто из мастеров слова использовал мотивы и образы Корана в своем творчестве?

16. Когда началась деятельность по переводу Корана на русский язык?

17. Какие переводы Корана считаются лучшими?

18. Каковы общие мотивы в поэзии исламского Востока и светской лирике?

Оцените статью
Реферат Зона
Добавить комментарий