🚀 Курсовая работа на тему «Меры по предупреждению легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретённого преступным путём в РФ» — готовая работа бесплатно

Методика расследования легализации денежных средств и иного имущества, добытого преступным путем в рф. дипломная (вкр). основы права. 2021-06-17

системно-структурный, формально-юридический, исторический.

1. История развития преступлений в сфере легализации (отмывания) денежных средств и иного имущества, приобретенных преступным путем

1.1 Отмывание денежных средств и иного имущества в Российской Федерации

История уголовной ответственности за придание фиктивной законности доходам, полученным от преступной деятельности, начинается еще в давние времена развития отечественного уголовного законодательства.

Впервые нормы об ответственности за легализацию доходов, полученных от преступной деятельности, можно встретить еще в Псковской судной грамоте, ст. 47 которой различала законный и незаконный способ приобретения имущества.

в Судебнике 1497 г., в ст. 46 которого было указано, что в случае сомнения об источнике того или иного дохода должны были быть призваны свидетели, при которых была совершена та или иная покупка и только их показания принимались во внимание. В противном случае лицо, которое подозревалось в получении доходов преступным путем, должно было дать присягу.

Подобные положения также содержались в Судебнике 1550 г. В соответствии со ст. 93 Судебника если возникали сомнения в законности обогащения того или иного лица, он должен был доказать факт добросовестного получения того или иного имущества путем указания на его продавца или иным образом. Для того, чтобы предотвращать хищения или скупку заведомо краденного Судебник 1550 г. предусматривал такую меру, как поручительство за продавца — иначе сделка теряла законность. За продавца могли ручаться постоянные продавцы, владельцы лавок или торговых рядов. Ели за продавца никто не поручался, считалось, что он торгует краденным и вещь могла быть изъята по иску ее настоящего владельца.

Соборное уложение 1649 г. также содержало аналогичные положения о поручительстве за продавца как условии придания юридической силы сделке — при продаже сделки без поруки вещь могла быть возвращена лицу, заявившему о ее собственности без защиты недобросовестного покупателя (ст. 65).

Артикул 1715 г. Петра Великого устанавливал положения об уголовной ответственности за нарушения в области правил захвата и разделения военной добычи, которые были определены в ст. 111, в силу которой были определены эти правила. Военной добычей считалось имущество, которое было захвачено у противника, ранее принадлежало русским, при этом противник владел этим имуществом не менее, чем 24 часа. То есть в таких условиях имущество являлось военной добычей и не возвращалось прежним владельцам. Такое имущество распределялось по законам распределения военной добычи в порядке, определенном ст.ст. 112, 193 и 194 Артикула. Нарушение правил получения своей доли военной добычи, равно как захват чужого имущества под видом военной добычи, карался мерами уголовной ответственности.

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных издания 1845 г. также устанавливало уголовную ответственность за легализацию незаконного дохода, однако, уже в более близкой сегодняшнему пониманию редакции. В ст. 1701 и 1702 Уложения была предусмотрена уголовная ответственность за продажу (сбыт) заведомо краденного или полученного посредством насилия или обмена имущества, которое были совершены другим лицом, равно как и за скупку (покупку) недвижимости у лица, которое заведомо незаконно владело им, либо другого всякого имущества, которое было заведомо получено посредством насилия.

Близкое преступление было предусмотрено в ст. 1705 Уложения, которое предусматривало уголовную ответственность за действия, сопряженные с незаконным залогом недвижимости, то есть залогом имущества, которое уже состояло под обременением или опекой, а также за сокрытие заведомо известной информации о наличии такого обременения. В дальнейшем в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных законодатель наиболее адекватно среагировал на социально-экономические условия, сложившиеся в тот период в России. Эпоха Александра II (1818 — 1881), ознаменовавшаяся окончанием Крымской войны (1856), введением Закона от 19 февраля 1861 г. об освобождении крестьян, сменилась правлением Александра III, усилившим политическую и уголовную репрессию. В то же время начавшийся в условиях мирного времени экономический рост требовал более эффективной защиты имущественных прав, в том числе уголовно-правовыми мерами.

Содержание норм Уложения о наказаниях уголовных и исправительных свидетельствует о значении, которое государство придавало правовому регулированию отношений в сферах, в наибольшей степени подверженных неправомерному завладению и использованию имущества, и в первую очередь гражданско-правовых (купля-продажа, залог, поручение и др.). Усиление уголовной ответственности за данные поступки — свидетельство их социальной опасности.

Уголовное законодательство России послереволюционного, советского периода по рассматриваемому вопросу в определенном смысле сохраняло преемственность норм русского уголовного права. Единственной в этом роде была, в частности, ст. 164-а Уголовного кодекса РСФСР 1926 г., где предусмотрена ответственность за покупку, хранение и продажу заведомо похищенного огнестрельного оружия (кроме оружия охотничьего образца мелкокалиберного) и огневых припасов к нему.

Плановая экономика и наличие практически лишь одной формы собственности — государственной — упрощали подход к защите уголовно-правовыми нормами имущественных отношений, в связи с чем Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. содержал статью в интересующей нас сфере — ст. 208, которая называлась «Приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем». Предметом этого преступления признавалось имущество, т.е. материальные ценности, добытые в результате совершения преступления. В большинстве случаев это было имущество, являющееся социалистической (государственной, колхозно-кооперативной или личной) собственностью, полученное путем различных форм хищения.

Предметом преступления могли быть материальные ценности, полученные путем совершения иных преступлений (контрабанды, обмана покупателей, незаконной охоты, незаконной порубки леса и т.д.). Это делало малоэффективным данный состав преступления, затрудняло применение этой нормы на практике, так как по смыслу ст. 208 требовалось установить сначала признаки предшествовавшего преступления, с помощью которого было получено имущество.

До вступления в силу нового УК РФ (1 января 1997 г.) уголовная ответственность за легализацию незаконных доходов могла наступать лишь за отдельные ее виды: укрывательство таких преступлений, как кража, грабеж, разбой, мошенничество и получение взятки на основании ст. 189 УК РСФСР 1960 г.; приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем, на основании ст. 208 УК РСФСР 1960 г. И лишь в постсоветский период в связи с развитием в России рыночных отношений законодатель счел необходимым упорядочить уголовно-правовые отношения в связи с криминальными доходами, установив соответствующую уголовную ответственность в ст. 174 УК РФ 1997 г.

Положения УК РФ относительно понятия легализации доходов, полученных преступным путем, изменялись несколько раз. Изначально ст. 174 УК РФ под легализацией (отмыванием) преступны доходов понимала совершение финансовых операций и прочих сделок с денежными средствами либо прочим имуществом, которые были приобретены заведомо незаконным путем, равно как и использование этих средств либо имущества в елях осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности.

В 2001 году в ч. 1 ст. 174 УК РФ были внесены изменения — теперь уголовная ответственность наступала лишь за крупный размер незаконно легализованного дохода. Эти изменения были вызваны необходимостью приведения уголовного законодательства в соответствие с принятым Федеральным законом от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», в ст. 3 которого под легализацией понимается придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами либо другим имуществом, которые были получены в результате совершения преступления.

В 2003 году ч. 1 ст. 174 УК РФ была снова изменена, указание на крупный размер деяния был исключен, а также были исключены из диспозиции преступления, предусмотренные ст.ст. 193-194, 198, 199-199.2 УК РФ. То есть уголовная ответственность за легализацию доходов была дифференцирована. Кроме того, УК РФ был дополнен ст. 174.1, предусматривающей уголовную ответственность за опосредованную легализацию — легализацию доходов и имущества, приобретенных преступным путем другими лицами.

В 2021 году ч. 1 ст. 174 УК РФ была снова подвергнута изменению коренным образом — под легализацией преступных доходов теперь понимается совершение финансовых операций и прочих сделок с денежными средствами либо прочим имуществом, которые были заведомо для виновного приобретены другими лицами преступным путем, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом.

В настоящее время определение сущности легализации доходов, полученных преступным путем, выглядит иначе и предусматривает «придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления».

Некоторые авторы говорят о межотраслевом характере понятия легализации (отмывании) доходов, полученных преступным путем. Так, например, М.А. Зинковский указывает, что легализация денежных средств и прочего имущества, приобретенного преступным путем, посягает на гражданско-правовые институты обращения собственности и денежных средств; на банковские институты расчетов; на валютные операции при задействовании в схемах валютных средств; на институты функционирования юридических лиц при использовании фирм-однодневок и т.д.

При этом уклонение от уплаты налогов не включается в определение легализации, что сужает данное понятие.

Согласно УК РФ под уклонением от уплаты налогов и (или) сборов подразумевается «непредставление налоговой декларации или иных документов, представление которых в соответствии с законодательством РФ о налогах и сборах является обязательным, либо включение в налоговую декларацию или такие документы заведомо ложных сведений».

Таким образом, уклонение от уплаты налогов представляет деятельность по сокрытию доходов, полученных в результате экономической деятельности, которые в определенный момент тем или иным способом будут заново интегрированы в легальный экономический оборот под видом чистых денежных средств. При этом денежные средства, сокрытые от налогообложения, участвуют в стандартном криминальном экономическом цикле.

Денежные средства, полученные в результате ухода от налогообложения, в конечном счете могут пойти на личное потребление участников незаконной схемы или использоваться в легальном бизнесе под видом законно полученных средств либо перейдут в разряд криминальных инвестиций. Тем самым уклонение от уплаты налогов неразрывно связано с легализацией доходов, полученных преступным путем. Согласно аналитической информации, получаемой Банком России, одной из основных целей проведения сомнительных операций, попадающих под подозрение в связи с «отмыванием» денег и выводом денежных средств за рубеж, является именно уход от налогообложения.

Уклонение от уплаты налогов может осуществляться практически во всех отраслях экономики и видах деятельности: выдаче неучитываемой заработной платы, намеренном занижении стоимости импортируемой продукции в таможенных документах и инвойсах, работе через фирмы-однодневки и т.д., что приводит к значительным потерям государственного бюджета и криминализации экономики.

Кроме того, легализация доходов, полученных преступным путем, приобретает глобальный характер, что требует объединения усилий мирового сообщества для эффективного противодействия преступлениям и предусматривает стандартизацию законодательства разных стран в этой области, поскольку наличие существенных различий в понимании проблемы работает на пользу деятельности преступных групп.

Практика развитых стран, причисляющих уклонение от уплаты налогов к преступлениям, связанным с легализацией незаконных доходов, на наш взгляд, доказала эффективность и более чем оправдана. Сокрытие доходов уже является преступлением, а полученные незаконные доходы представляют серьезную угрозу финансовой стабильности и безопасности как для России, так и мировой финансовой системы в целом.

В связи с этим предлагается распространить понятие легализации (отмывания) доходов, полученных в результате преступной деятельности, посредством дополнения его уклонением от уплаты налогов и таможенных пошлин, что позволит улучшить борьбу с отмыванием незаконных доходов в как на национальном, так и на международном уровне и повысить возврат денег в государственную казну.

Итак, можно сделать общий вывод о том, что уголовная ответственность за легализацию дохода, полученного в результате преступной деятельности, была установлена на протяжении всей истории русского уголовного права. Вначале этот вид ответственности был достаточно простым — запрет на фиктивную покупку краденного; усложнение общественных отношений привело к усложнению формулировки диспозиции статей уголовного законодательства и их дифференциации в зависимости от особенностей совершения объективной стороны преступления, а также отношению к самому источнику преступного дохода.

1.2 Отмывание денежных средств и иного имущества в зарубежных странах

В зарубежном законодательстве понятие преступной легализации доходов относится к 20м годам прошлого столетия. В то время в США был введен «сухой закон» и получение прибыли от реализации алкогольной продукции стало незаконным, что привело к необходимости придания законного характера доходам, получаемым от алкогольной торговли. Кроме того, после Второй мировой войны в ряде европейских стран были приняты законы, позволяющие конфисковать доходы и ценности, которые были получены от нелегальной или запрещенной деятельности. В связи с этим лица, которые получали доход от деятельности, которая не имела законного основания, для того, чтобы избежать конфискации имущества и денег пытались оправдать полученные доходы путем придания им фиктивного законного источника.

Юридически термин «отмывание доходов» появляется в 1973 году и связан с так называемым «Уотергейтским делом», которое было рассмотрено по поводу незаконной деятельности фонда, финансировавшего выборы президента США Никсона. Доходы, которые были пропущены через фонд и легализованы, поступали от преступной деятельности, однако, были показаны как пожертвования и добровольные взносы анонимных лиц на финансирование предвыборных мероприятий.

Из множества существующих определений легализации («отмывания») наибольшее распространение получило данное президентской комиссией США по организованной преступности в 1984 г.: «Отмывание денег — процесс, посредством которого скрывается существование, незаконное происхождение или незаконное использование доходов. Затем эти доходы маскируются таким образом, чтобы казаться имеющими законное происхождение».

Венская конвенция ООН от 20 декабря 1988 г. «О борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ» содержала определение, оказавшее влияние на развитие как международного, так и национальных законодательств в этой сфере. Легализация («отмывание») доходов, получаемых в результате преступной деятельности, определяется как «конверсия или перевод, приобретение, владение или использование, сокрытие или утаивание подлинного характера, источника, местонахождения, способа распоряжения, перемещения, подлинных прав в отношении собственности или ее принадлежности, если известно, что такая собственность получена в результате участия, причастности или вступления в преступный сговор с целью совершения любого правонарушения или правонарушений, попытки совершить такое правонарушение или правонарушения, а также пособничество, подстрекательство, содействие или дача советов при их совершении».

1990-е годы, когда пришло понимание всей серьезности и масштабов проблемы, ознаменовались принятием экстренных мер по противодействию «отмыванию» доходов, полученных преступным путем. С учетом глобального характера легализации были созданы международные организации, целью которых стало создание и совершенствование глобальной системы противодействия легализации. Самой влиятельной из них была Группа разработки финансовых мер по борьбе с отмыванием денег (ФАТФ), которая в своих документах, подготовленных в 1990 г., определяет легализацию как «процесс, в ходе которого средства, полученные в результате незаконной деятельности, т.е. различных правонарушений, помещаются, переводятся или иным образом пропускаются через финансово-кредитную систему (банки, иные финансовые институты), либо на них (вместо них) приобретается иное имущество, либо они другим образом используются в экономической деятельности и в результате возвращаются владельцу в ином, воспроизведенном виде для создания видимости законности полученных доходов, сокрытия лица, инициировавшего данные действия и (или) получившего доходы, а также противозаконности источников этих средств».

Это определение стало основополагающим при создании многих национальных законодательств в области противодействия легализации незаконно полученных доходов, конечно, с учетом особенностей каждой страны, влияющих в первую очередь на правонарушения, включаемые в определение.

Так, в индийском законодательстве, согласно закону «О предотвращении «отмывания» денег», под легализацией понимается «деятельность, прямо или косвенно направленная на потворство или сознательную помощь, а также сознательные действия или фактическое вовлечение в любой процесс или деятельность, связанную с доходами, получаемыми от преступной деятельности, и представления этого как легальной собственности».

В Республике Бангладеш легализация определяется в законе «О предотвращении «отмывании» денег». Согласно этому закону «отмывание» денег означает «приобретение собственности прямо или косвенно через незаконные средства, а также незаконная передача, конверсия, укрывательство местоположения (или помощь в вышеупомянутом акте) собственности, приобретенной или заработанной непосредственно (косвенно) через юридически незаконные средства». Под собственностью в законе принимается движимое или недвижимое имущество любой природы и описания.

В Великобритании под «отмыванием» подразумевается легализация не только непосредственно денег, но и любого другого экономического блага, в том числе нематериального. В банковской сфере отсутствует минимальный предел операции, подлежащей обязательному контролю. Это значит, что любая операция, вне зависимости от суммы, подлежит контролю. Уголовно наказуемыми считаются действия по легализации доходов, полученных в результате любого преступления. Бездействие финансовых учреждений, в результате которого стала возможной легализация незаконно полученных средств, также считается уголовным преступлением.

В Германии отмывание денег и сокрытие незаконно приобретенных ценностей рассматривается как одно преступление, которое подразумевает «сокрытие, маскировку происхождения, создание препятствий определения происхождения, обнаружению, выявлению, конфискации или аресту ценностей полученных в результате различных видов преступлений, в том числе нарушения Налогового кодекса, а также деятельность по приобретению, хранению, использованию указанного имущества, в случае если было известно о его незаконном происхождении».

Австрийская система противодействия легализации близка к немецкой. Под легализацией понимается сокрытие или маскировка происхождения, приобретение, хранение, инвестирование, управление, преобразование, а также деятельность по переводу активов в пользу третьего лица, если известно, что эти активы получены в результате преступлений, в том числе в результате уклонения от налогообложения.

Весьма жестко определение легализации дано в законодательстве Швейцарии, которое рассматривается как «действия по воспрепятствованию выяснению происхождения, выявлению или изъятию имущественных ценностей, о происхождении которых известно или предполагается, что они получены в результате совершения противоправных действий».

Во французском законодательстве отмывание денег классифицируется как «содействие (дословно: облегчение) любым способом лживому оправданию происхождения имущества или доходов участнику преступления или проступка, получающему от этого прямую или косвенную выгоду. Кроме того, процесс включает содействие операциям по размещению, сокрытию, преобразованию прямого или косвенного дохода от преступлений или проступка».

Американское законодательство определяет легализацию как практику «участия в финансовых транзакциях с целью сокрытия идентичности, источника или предназначения незаконно полученных денег». Если раньше термин «отмывание денег» применялся только к финансовым транзакциям, связанным с организованной преступностью, то сегодня его содержание часто расширяется правительством и международными регуляторами. Одно из них — Управление по контролю за денежным обращением (OCC — Office of the Comptroller of the Currency). Теперь «отмывание» денег подразумевает любую финансовую транзакцию, которая производит актив или ценность как результат противоправного действия, связанного с уклонением от налогов или ложным бухгалтерским учетом.

Итак, анализ зарубежного уголовного законодательства позволяет сделать вывод о том, что в уголовном законодательстве большинства стран присутствуют нормы об уголовной ответственности за легализацию незаконных доходов, причем так или иначе они связаны не только с доходами от незаконной деятельности, но и с уклонением от уплаты налоговых платежей.

2. Квалификация преступлений, предусмотренных ст. 174, ст.174.1 УК РФ

2.1 Объект и объективная сторона преступлений, предусмотренных ст. 174, ст.174.1 УК РФ

Преступления, связанные с легализацией доходов, приобретенных незаконным путем, имеют сложную структуру объекта преступления. Так, в непосредственном объекте преступления можно выделить «горизонтальную» его структуру, подразумевающую выделение в его составе основного, дополнительного и факультативного объектов. Центральное значение приобретает вопрос определения основного объекта преступного посягательства, т.е. общественного отношения, нанесение ущерба которому составляет сущность данного преступления и в целях охраны которого издана уголовно-правовая норма.

Так как данное преступление помещено законодателем в раздел VIII УК РФ, предусматривающий ответственность за преступления в сфере экономики, то родовым объектом данного преступления можно считать общественные отношения, складывающихся в области нормального функционирования экономики страны; непосредственным объектом преступления будет являться комплекс общественных отношений, которые возникают в сфере законного ведения предпринимательской деятельности и получения дохода от нее.

Однако, ряд авторов не согласны с тем, что основным объектом преступления являются именно экономические интересы, поскольку отмывание доходов является завершающей стадией совершения рядя иных преступлений, приносящих доход. Как правило, легализация доходов связана с преступным оборотом наркотиков, содержанием притонов, незаконной игорной деятельности и иными видами организованной преступности. То есть, несомненно, экономика подвергается общественно-опасному воздействию, однако, оно не представляет собой самую суть данного деяния, поскольку легализация доходов всегда прикрывает собой сам незаконный источник дохода.

Характерной чертой отмывания добытых преступным путем денежных средств и иного имущества служит то, что общественная опасность этого деяния определяется главным образом не действиями, выражающими объективную сторону состава преступления, а юридически значимыми свойствами предмета преступления (завладение им преступным путем), которые и обусловливают уголовную противоправность этих действий.

Предмет преступлений, предусмотренных ст. ст. 174 и 174.1 УК, включает в себя денежные средства или иное имущество, заведомо приобретенные другими лицами преступным путем (ст. 174) либо приобретенные лицом в результате совершения им преступления (ст. 174.1).

Отличием предмета отмывания преступных доходов является его изменяемость в ходе совершения преступления. Изменение предмета посягательства связано главным образом со стремлением преступника приобрести ценности, легко скрываемые и транспортируемые, с одной стороны, а с другой стороны, обладающие устойчивой во времени ценностью.

Объективная сторона деяний, предусмотренных ст. ст. 174 и 174.1 УК, заключается в совершении финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными другими лицами преступным путем.

Под финансовой операцией следует понимать действие, связанное с накоплением, распределением, движением и расходованием денежных средств и денежных фондов. В соответствии с таким определением к финансовым операциям относятся:

денежные операции, связанные с накоплением, распределением и расходованием средств государственных бюджетов и внебюджетных фондов;

денежные операции банков, страховых и инвестиционных компаний, иных учреждений и организаций кредитно-финансовой сферы;

— операции с денежными средствами в коммерческих и некоммерческих организациях и предприятиях;

В качестве пример совершения объективной стороны преступления можно привести следующие: Шибаев А.А., при встрече с С.А. получил от него, в качестве возмещения долга, денежные средства, при этом узнав от С.А. о том, что указанные денежные средства получены последним в результате незаконного сбыта наркотического средства. Шибаев А.А., имея умысел на легализацию (отмывание) денежных средств, в целях дальнейшего распоряжения, желая тем самым придать правомерный вид владению и пользованию денежными средствами, действуя умышленно, совершил финансовую операцию по перечислению наличных денежных средств в сумме —руб. —коп., (в числе которых были и —руб. —коп., полученные от С.А..), через терминал оплаты на счет своей банковской карты, выпущенной Сберегательным банком РФ, после чего со своего расчетного счета совершил финансовые операции по списанию денежных средств в сумме —руб. —коп. и —руб. —коп., тем самым придав легализованным денежным средствам правомерный вид.

Итак, при рассмотрении дела суд установил незаконность получения средств — сбыт наркотиков, затем — точную сумму этих незаконно полученных средств, затем — процесс их легализации, выделив среди прочих денег незаконно полученные.

Аналогичным образом, в другом деле в период времени с 26 сентября 2021 года по январь 2021 года, иное лицо, занимавшееся незаконным сбытом наркотического средства — гашиш, незаконно получило от продажи наркотического средства денежные средства в сумме 115000 рублей, которое в указанный период времени передало Наджафовой А.А. кызы, сообщив о том, что указанные денежные средства в сумме 115000 рублей получены преступным путем от незаконного сбыта наркотического средства — гашиш. В свою очередь, Наджафова А.А. кызы, не занимаясь финансово-хозяйственной деятельностью и не имея законных источников дохода на территории Российской Федерации, с целью придания правомерного вида владению денежными средствами в сумме 115000 рублей, заведомо зная, что указанные денежные средства получены другим лицом преступным путем от незаконного сбыта наркотического средства — гашиш, умышленно, осознавая незаконность своих действий, из иной личной заинтересованности, 16.02.2021 года около 15 часов 30 минут в помещении административного здания структурного подразделения Сургутского отделения № ОАО «Сбербанк России», открыла лицевой счет № на свое имя и осуществила финансовую операцию с денежными средствами, заведомо приобретенными другим лицом преступным путем, с целью придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами.

Физическую деятельность субъекта по совершению преступления характеризует прежде всего способ преступного посягательства, в данном случае — обусловленная субъективными качествами личности, предметом отмывания и объективно сложившейся обстановкой совокупность действий, направленных на создание правовых оснований приобретения прав собственности на денежные средства или иное имущество.

Простые преступления, совершаемые рядовыми гражданами, а не преступными группами, характеризуются, как правило, простыми способами легализации — деньги просто зачисляются на банковские карты или счета. В некоторых случаях имитируется возврат долга, для чего даже иногда стороны подписывают соответствующие фиктивные договоры займа. Так, например, в одном деле Моисеева О.А. заключила с гр. Г. в простой письменной форме двухстороннюю сделку — договор беспроцентного займа, согласно которому Моисеева О.А. получила от Г. денежные средства, принадлежащие последней, которые были получены гр-кой Г. в результате преступной деятельности, а именно сбыта наркотических средств. Позже Моисеева О.А. погасила перед Г. свои долговые обязательства по двухсторонней сделке-беспроцентному договору займа, вернув последней денежные средства, придав тем самым правомерный вид владению, пользованию и распоряжению Г. указанными денежными средствами, как приобретенными ею законным путем в результате погашения перед ней обязательств по договору займа заемщиком.

Рефераты:  Медико–тактическая характеристика очагов аварий, катастроф и стихийных бедствий. Курсовая работа (т). Безопасность жизнедеятельности. 2012-10-06

В другом деле отмыванием была признана простая операция обмена купюр — 4 купюры достоинством в 500 рублей были обменены на 2 купюры по 1000 рублей: Д. с целью легализации (отмывания) денежных средств, приобретенных иными лицами преступным путем, с целью придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами получил у Н. деньги в сумме 2 тысячи рублей четырьмя купюрами по пятьсот рублей, приобретенными ею в результате совершения преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 234 УК РФ, и пошел в торговый павильон, где совершил финансовую операцию с этими денежными средствами — обмен денежных средств, поменяв у продавца торгового павильона Н, денежные купюры достоинством по 500 (пятьсот) рублей в количестве четырех штук, на иные купюры в той же сумме, после чего, полученные в результате обмена деньги в сумме 2000 рублей, Д передал Н, достоверно зная, что последняя получила данные денежные средства за незаконный сбыт сильнодействующего вещества трамадола (трамала).

Зачисление денежных, полученных от сбыта наркотиков, на телефон также было признано отмыванием доходов: гр. Форостян Р.А., имея преступный умысел, направленный на легализацию (отмывание) денежных средств, приобретённых другими лицами преступным путём, из корыстных побуждений, заведомо зная о том, что переданные ему денежные средства гр. ФИО1, добыты им преступным путём, т.е. за сбыт наркотического средства, и желая придать указанным денежным средствам правомерный вид владению, пользованию и распоряжению, с помощью платёжного терминала, расположенного в помещении продуктового магазина, положил денежные средства на счёт своего номера мобильного телефона, т.е. легализовал (отмыл) эти денежные средства, совершив с ними вышеуказанную сделку.

Структура процесса отмывания денег включает в себя: на первом этапе — криминальное накопление и создание условий для последующего отмывания; на втором — помещение противоправного дохода в легальный экономический оборот; на третьем — декларирование отмытых средств в качестве законных.

В зависимости от экономической ситуации криминальные операции по отмыванию преступных доходов могут более или менее масштабно проявляться в различных секторах экономики: кредитно-финансовой сфере, торговле, строительстве и т.д., смещаясь то в одни, то в другие из них.

Формальный состав деяний, предусмотренных ст. ст. 174 и 174.1 УК, связывает момент окончания данных преступлений с выполнением действий, образующих их объективную сторону.

Отмывание преступных доходов в форме совершения финансовых операций следует считать оконченным в момент, когда хотя бы одна соответствующая операция считается состоявшейся (например, средства зачислены на расчетный счет, переведены в почтовое отделение адресата, получены (выплачены) из кассы или внесены в кассу, совершена передаточная надпись на векселе и т.д.). В случае завершения виновным всех действий, необходимых для совершения такой операции (поручение банку о зачислении денежных средств на банковский счет или о снятии денежных средств со счета, отправление денежного перевода, внесение средств в кассу для осуществления обменной валютной операции и т.д.), и если операция не состоялась по причинам, не зависящим от воли виновного лица, его действия квалифицируются как оконченное покушение на отмывание преступных доходов.

Отмывание преступных доходов — динамичный процесс. Его динамику отображают существующие между элементами криминалистической системы преступления внутренние и внешние связи. Предмет посягательства связан с физической и психической деятельностью виновного, деятельность — с местом и временем посягательства и т.д., а каждый из них связан с виновным и отображает его личность. Субъективная взаимосвязь всех элементов обусловлена единым умыслом, направленным на отмывание преступных доходов.

Все действия при совершении преступления находятся между собой в причинно-следственной связи, т.е. совершение следующего действия, как правило, невозможно без совершения предыдущего. Например, без предварительного открытия счета в банке лицо не может перевести средства за границу; без организации подставной фирмы не может быть заключен фиктивный договор и т.д.

Характерной чертой отмывания является то, что операции по отмыванию могут осуществляться законными коммерческими структурами с реальными оборотными фондами и значительным объемом продаж. Например, отмытые деньги виновный использует для приобретения на законном основании товаров, которые затем перепродает, обеспечивая законный источник дохода, или открывает банковский вклад, обеспечивая себе поступление процентов по нему в будущем как легальный источник дохода.

Так, подсудимый ФИО1 совершил финансовую операцию с денежными средствами, заведомо приобретенными другими лицами преступным путем, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами при следующих обстоятельствах.

ФИО1 встретился с ФИО4. В ходе разговора ФИО4 обратился к ФИО2 с просьбой совершить финансовую сделку с денежными средствами, вырученными им от незаконного сбыта сильнодействующих веществ, с целью проверки их на наличие обработки сотрудниками правоохранительных органов люминесцентным порошком и сокрытия незаконного происхождения таких доходов.

У ФИО5, достоверно знающего о преступном происхождении денежных средств и о преступной цели финансовой сделки, то есть о придании денежным средствам, полученным ФИО5 от незаконного сбыта сильнодействующих веществ, правомерного вида, осознающего общественную опасность своих действий, предвидящего возможность и неизбежность наступления общественно-опасных последствий, выражающихся в поступлении в легальный денежный оборот не контролируемых денежных средств, полученных ФИО4 преступным путем, возник прямой преступный умысел, направленный на их легализацию (отмывание).

ФИО1, продолжая реализовывать преступный умысел, направленный на придание правомерного вида денежным средствам, полученным преступным путем ФИО4, находясь в Изобильненском отделении № ОАО «Сбербанк России», нарушая нормы общественных отношений, складывающихся в процессе осуществления экономической деятельности в сфере финансового и имущественного оборота, основанных на добросовестности их участников и контролируемости государством источников владения имуществом, совершил финансовую операцию, а именно внес вклад на универсальный счет денежных средств в сумме 7100 рублей, поступивших в результате совершения преступлений ФИО4, а именно незаконных сбытов сильнодействующих веществ в городах Изобильном и Новоалександровске Ставропольского края, тем самым нарушил нормы об отмывании доходов, полученных преступным путем, сокрыв подлинный характер и источник происхождения вносимых денежных средств, заведомо зная, что указанные денежные средства представляют доходы от преступлений.

Итак, подводя итоги анализу объективных признаков незаконной легализации преступных доходов, можно сделать выводы о том, что, поскольку легализация доходов, полученных преступным путем, всегда следует за совершением какого-либо иного преступления, то и объектом исследуемых преступлений являются отношения в сфере экономики, а также иные общественные отношения, на которые посягает лицо в ходе получения незаконного источника дохода. Предметом преступления являются, как правило, деньги и финансовые инструменты, полученные преступным путем, которые легализуются и им придается законность источника образования. Объективную сторону преступления составляет совокупность действий, направленных на придание видимой законности источника поступления предмета преступления. Как правило, это финансовые операции или сделки, оправдывающие источник предмета преступления.

2.2 Субъект и субъективная сторона преступлений, предусмотренных ст. 174, ст.174.1 УК РФ

Субъект преступления по ст.ст. 174-174.1 УК РФ общий, то есть к нему предъявляются требования о достижении общего возраста уголовной ответственности 16 лет, а также вменяемости.

Криминологическая характеристика субъекта преступления зависит от масштаба деяния — таковыми могут быть как самые обычные граждане (как правило, осужденные по статьям, предусматривающим ответственность в сфере незаконного оборота наркотиков и по ст. 174-174.1 УК РФ), так и влиятельные представители общества. В качестве примера последнего можно привести следующее дело.

Николаенко Л.М. была осуждена за совершение финансовых операций и других сделок с имуществом, заведомо приобретенным другими лицами преступным путем, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанным имуществом при следующих обстоятельствах.

03.07.2008 года, Николаенко Л.М., являясь генеральным директором ООО «юридическое лицо», будучи ответственной за проводимую финансово-хозяйственную деятельность в соответствии со ст.6 ФЗ «О бухгалтерском учете», находясь в помещении ООО «юридическое лицо», имея умысел, направленный на совершение финансовых операций с имуществом, заведомо приобретенным другими лицами преступным путем, в целях легализации и придания правомерного вида, пользованию и распоряжению имуществом, используя свое служебное положение генерального директора ООО «юридическое лицо», с целью получения денежных средств с должника генерального директора ООО «юридическое лицо 5» Д.А.В., за поставку сельхозпродуктов, заключила устный договор на легализацию через ООО «юридическое лицо» похищенной сырой нефти, находящейся в емкостях на территории юридическое лицо 4, расположенной в г. Абинске Краснодарского края, что установлено приговором Абинского районного суда от 26.03.2009 года, в отношении В.В.А. и Ч.В.В. согласно которому В.В.А. и Ч.В.В. признаны виновными в совершении кражи нефти, принадлежащей ОАО «юридическое лицо 3». С этой целью Николаенко Л.М. заключила с директором ООО «юридическое лицо 2» К.С.М. договор купли — продажи ГСМ на приобретение сырой нефти в количестве 300 тонн, стоимостью 14 820 рублей за 1 тонну, на общую сумму 4 446 000 рублей. При этом осознавая, что нефть добыча преступным путем в результате ее хищения из магистральной трубы нефтепровода на 208,1 км. «Тихорецк-Новороссийск», расположенном в 1 500 метрах от г. Абинска Абинского района Краснодарского края и принадлежащей ОАО «юридическое лицо 3».

Осуществляя свой преступный умысел, направленный на легализацию похищенной сырой нефти, Николаенко Л.М., в г. Абинске Краснодарского края из емкостей, находящихся на территории юридическое лицо4, согласно книге покупок и товарных накладных, выданных ООО «юридическое лицо 2», сбыла, то есть, выписав на похищенную нефть накладные, придав правомерный вид, легализовала нефти на общую сумму 378 7850 рублей 00 коп., из которых получила от ООО «юридическое лицо 2» денежные средства на общую сумму 3 121 300 рублей. В результате преступных действий Николаенко Л.М., направленных на легализацию нефтепродукта, добытого в результате совершения другими лицами преступления, была легализована нефть, в количестве 394 тонны 600 кг., на общую сумму 378 7850 рублей 00 коп, получив при этом на расчетный счет ООО «юридическое лицо» денежные средства в сумме 3 121 300 рублей, которыми распорядилась по своему усмотрению.

Субъективная сторона легализации доходов характеризуется прямым умыслом, который сопровождает все этапы преступной деятельности. Лицо осознает как преступный характер источника дохода, так и преступный характер отмывания этого дохода. Так, можно привести следующие формулировки в приговоре суда: Синявский Д.В. достоверно зная, что наркотические средства изъяты из гражданского оборота и представляют общественную опасность, во исполнения своего преступного умысла, направленного на осуществление пособничества П. в приобретении без цели сбыта наркотического средства, умышленно, незаконно без цели сбыта приобрел у лица метанон, являющееся производным наркотического средства, массой не менее 1,18 грамма, в долг под условием возврата денежных средств в последствии… Затем Синявский Д.В, продолжая свои преступные действия, осознавая, что осуществляет пособничество П. в незаконном приобретении наркотического средства без цели сбыта, находясь на лестничной площадке передал П. незаконно приобретенное им вещество, являющееся производным наркотического средства.

Он же, Синявский Д.В. в ходе состоявшегося между ними разговора Б. обратился к Синявскому Д.В. с просьбой о заключении в устной форме двухсторонней сделки — договора беспроцентного займа, согласно которому Б. передает Синявскому Д.А. денежные средства, полученные им (Б.) в результате осуществления преступной деятельности под условием их возврата, либо по первому требованию. При этом Синявский Д.В. имел право использовать указанные денежные средства по своему усмотрению, а в случае изобличения преступной деятельности Б. Синявский Д.В. должен был указать о законности существования указанного договора беспроцентного займа.

Таким образом, при рассмотрении дела суд установил факт осознания обвиняемым каждого этапа преступного деяния.

В некоторых делах об отмывании доходов лицо не само вело преступную деятельность, в результате которой был получен доход, но было поставлено в известность о незаконности источника. Так, можно привести следующий пример: Шкитов А.В. встретился с гражданином ФИО2, который передал Шкитову А.В. одну денежную купюру достоинством 500 рублей, при этом ФИО2 пояснил Шкитову А.В, что указанные деньги были получены им в результате сбыта наркотического средства, осуществленного некоторым временем ранее, что указанная купюра может быть помечена сотрудниками милиции и указать на ФИО2, как на лицо, совершившее преступление, после чего ФИО2 попросил Шкитова А.В. хранить данную денежную купюру неопределенное время, и при возможности обменять на другие денежные средства. Шкитов А.В., полностью поверив словам ФИО2, и осознавая, что указанная денежная купюра была получена ФИО2 в результате совершенного преступления — незаконного сбыта наркотических средств, принял от ФИО2 денежную купюру достоинством 500 (пятьсот) рублей, и в этот же день перенес на территорию домовладения, где и хранил. В итоге Шкитов потратил деньги и был осужден за легализацию дохода, полученного заведомо незаконным путем.

Аналогичным образом в другом деле Решетников получил денежные средства в сумме 6000 рублей от ФИО5, достоверно зная что, денежные средства в сумме 6000 рублей, получены ФИО5 в результате совершения им преступления предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 234 УК РФ, то есть приобретены преступным путём, имея умысел на совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами, заведомо приобретенными другим лицом преступным путем, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами, находясь по месту своего проживания с целью придания статуса легитимности путем совершения финансовой операции, а именно устного договора займа денежных средств, передал деньги в сумме 6000 рублей ФИО2, тем самым легализовав денежные средства, полученные в результате совершения преступления.

Субъективные признаки легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, вызывают некоторые затруднения в правоприменительной практике. В практике возникают вопросы о понятии различных существенных признаков субъективной стороны преступления. Анализ теории и практики применения уголовной ответственности за легализацию доходов позволил выделить наиболее проблемные вопросы судебной практики по делам данной категории.

1. Сложным в судебной практике является вопрос об установлении признака придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению предметом преступления — денежными средствами либо иным имуществом, которое было получено преступным путем. При этом «придание правомерного вида» представляет собой сущностную характеристику легализации (отмывания) преступных доходов, однако ни в законе, ни в судебной практике нет разъяснения этого термина.

В отсутствие четкого определения придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению преступными доходами суды, как правило, не приводят в судебных актах оценки доказательств, подтверждающих наличие данного признака в содеянном, ограничиваясь констатацией сделок и финансовых операций, которые не всегда свидетельствуют о легализации (отмывании) преступных доходов.

Думается, что ответ на вопрос о сущности легализации (отмывания) преступных доходов следует искать в плоскости международного права.

Международные Конвенции (п. 1 ст. 6 Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности 2000 г.; п. 1 ст. 23 Конвенции ООН против коррупции 2003 г.; п. 1 ст. 9 Конвенции Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности и о финансировании терроризма 2005 г. и др.) требуют от государств-участников безусловного отнесения к отмыванию доходов от преступлений следующих деяний:

конверсия или перевод имущества, если известно, что такое имущество представляет собой доходы от преступлений, в целях сокрытия или утаивания преступного источника этого имущества или в целях оказания помощи лицу, участвующему в совершении основного правонарушения, с тем чтобы оно могло уклониться от ответственности за свои деяния;

сокрытие или утаивание подлинного характера, источника, местонахождения, способа распоряжения, перемещения, прав на имущество или его принадлежность, если известно, что такое имущество представляет собой доходы от преступлений.

Итак, в соответствии с нормами международного права легализацией (отмыванием) преступных доходов считается сокрытие уголовно-наказуемого происхождения денежных средств либо другого имущества, нарушение связи преступных доходов с источником их образования. То есть в состав легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, могут быть включены только такие сделки либо финансовые операции, п итогам которых происходит нарушение связи преступных доходов с источником их образования, а виновные в этом лица получают возможность использовать их как собственные легальные доходы.

Например, Ибрагимов Н.М-А. сбыл условному покупателю о/у ФИО6 6 (шесть) серебристых пластин с десятью таблетками в каждой пластине сильнодействующего веществ, то есть, своими умышленными действиями, выразившимися в незаконном приобретении и хранении в целях сбыта, а равно в незаконном сбыте сильнодействующего вещества в крупном размере, не являющихся наркотическими средствами или психотропными веществами.

Джанибеков М.А., заведомо зная о том, что деньги получены Ибрагимовым Н.М-А. преступным путем в результате незаконного сбыта сильнодействующего вещества помог последнему купить кондиционер для придания правомерно вида указанным денежным средствам. То есть, Джанибеков М.А. своими умышленными действиями совершил финансовую операцию с денежными средствами, заведомо приобретенными Ибрагимовым Н.М-А. преступным путем, в целях придания правомерно вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом.

При оценке доказательств по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 174, 174.1 УК РФ, суды нередко приходили к выводу о недоказанности умысла и цели виновного, направленных на придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами и иным имуществом, имеющими преступное происхождение, особенно в случаях непризнания вины подсудимыми.

Международные конвенции против легализации (отмывания) преступных доходов провозглашают, что осознание, намерение или цель совершения указанного правонарушения может быть установлена из объективных фактических обстоятельств дела (п. 3 ст. 3 Конвенции ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 г.; подп. «f» п. 2 ст. 6 Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности 2000 г. и др.).

На основании проведенного анализа судебной практики могут быть предложены следующие типичные обстоятельства легализации (отмывания) преступных доходов, не являющиеся исчерпывающими:

. Совершение в течение непродолжительного периода времени двух и более сделок по отчуждению имущества, полученного преступным путем, в том числе в отсутствие реальных денежных расчетов или экономической целесообразности при совершении таких сделок.

. Фальсификация оснований возникновения прав на денежные средства или иное имущество, приобретенные преступным путем, в том числе гражданско-правовых договоров, первичных учетных документов, регистров бухгалтерского учета.

. Финансовые операции по обналичиванию денежных средств, имеющих преступное происхождение, в том числе с использованием расчетных счетов фирм-«однодневок» или лицевых счетов физических лиц, не осведомленных о преступном характере доходов.

. Финансовые операции и сделки с участием подставных лиц, не осведомленных о преступном характере доходов.

. Совершение внешнеэкономических сделок с участием контрагентов, зарегистрированных в офшорных юрисдикциях.. Установление специальной цели придания правомерного вида преступным доходам является ключевым условием разграничения смежных составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 174 и 175 УК РФ.

На основании п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. N 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» сбыт имущества, которое получено в результате совершения преступления (например, хищения) иными лицами, не образует состава легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества (ст. 174 УК РФ), если такому имуществу не придается видимость правомерно приобретенного. В зависимости от конкретных обстоятельств дела указанные действия могут содержать признаки состава преступления, предусматривающего ответственность за хищение в форме пособничества либо состава преступления, предусмотренного ст. 175 УК РФ.

Испытывая затруднения в толковании такого признака легализации (отмывания), как придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению преступными доходами, суды не всегда могли воспользоваться указанным выше разъяснением. Как следствие, сбыт денежных средств или иного имущества, приобретенных другим лицом в результате совершенного преступления, иногда ошибочно квалифицировался по ст. 174 УК РФ.

Напротив, имелись случаи, когда деяние квалифицировалось по ст. 175 УК РФ при наличии оснований для квалификации содеянного по ст. 174 УК РФ.. Легализация (отмывание) преступных доходов — умышленное преступление. Нередко легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества происходит поэтапно и растягивается на значительные отрезки времени, в отношении преступных активов могут совершаться серии разнородных сделок и финансовых операций. В таких случаях необходимо определить, охватывается ли содеянное единым умыслом или требует квалификации по совокупности преступлений.

Как показал анализ судебной практики, при решении вопроса о признании легализации (отмывания) преступных доходов продолжаемым преступлением суды исходили из доказанности таких признаков, как тождественность двух и более сделок или финансовых операций, а также умысел и цель на совершение единого преступления.

Однако тождественность действий при легализации (отмывании) преступных доходов не всегда является достаточным основанием для признания преступления продолжаемым.

В ходе изучения судебных актов выявлены случаи необоснованного дробления легализации (отмывания) преступных доходов на отдельные эпизоды.

На основании проведенного изучения судебной практики, помимо общих критериев признания преступления продолжаемым (тождественность двух и более сделок или финансовых операций; умысел и цель на совершение единого преступления), могут быть сформулированы характерные для легализации (отмывания) преступных доходов частные признаки, указывающие на ее продолжаемый характер:

последовательная легализация (отмывание) одних и тех же преступных доходов;

однородные сделки или финансовые операции по легализации (отмыванию) преступных доходов, совершаемые без существенного разрыва по времени.

Нельзя не признать, что в правоприменительной практике наметилась отчетливая тенденция признания легализацией (отмыванием) любого распоряжения преступными доходами в результате сделок и (или) финансовых операций в отсутствие неоспоримых доказательств цели придания им правомерного вида. В таких случаях неизбежно возникновение следующих негативных последствий:

применение ст. 174.1 УК РФ будет противоречить принципу справедливости, согласно которому никто не может нести ответственность дважды за одно и то же преступление (ч. 2 ст. 6 УК РФ), поскольку распоряжение преступно нажитым имуществом охватывается составом предикатного преступления;

полностью совпадут области применения ст. ст. 174 и 175 УК РФ, поскольку совершение финансовых операций других сделок с денежными средствами или иным имуществом, заведомо приобретенными другими лицами преступным путем, представляет собой не что иное, как сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем.

3. Криминалистические аспекты расследования и раскрытия преступлений, предусмотренных ст.174, 174.1 УК РФ

3.1 Возбуждение уголовного дела и следственные ситуации, возникающие на начальном этапе расследования преступлений, предусмотренных ст.174, 174.1 УК РФ

Процесс расследования любого преступления определяется следственной ситуацией, в которой оказывается лицо, расследующее преступление в самой начальной стадии, при возбуждении уголовного дела.

Следственная ситуация по любому преступлению имеет две стороны — это совокупность фактов, которые уже известны и которые, как правило, и послужили началом расследования, и проблемную, в которую включены те обстоятельства по делу, которые требуется установить при расследовании.

По каждой категории уголовных дел практикой выработаны определенные рекомендации действий в условиях тех или иных опять же типовых следственных ситуаций.

Следственная ситуация по делам о незаконной легализации доходов зависит от того, по материалам какого органа возбуждено уголовное дело:

— по материалам Федеральной службы по финансовому мониторингу (Росфинмониторинга), которые сами по себе не могут носить обвинительного характера и подлежат проверке оперативным путем и посредством расследования преступления;

по материалам проверок оперативных подразделений правоохранительных органов, которые также подлежат последующей легализации посредством проведения уголовного расследования в рамках уголовного дела, но носят информативный вспомогательный характер;

по материалам о расследовании прочих преступлений органами внутренних дел, в том числе, отказных материалам, из которых усматриваются признаки свершения преступлений, предусмотренных ст.ст. 174, 174.1 УК РФ;

по материалам прокурорских проверок могут быть выявлены признаки преступления и возбуждены в установленном порядке дела по признакам легализации преступных доходов;

При поступлении информации из любого из перечисленных источников следователь должен оценить ее с позиции решения следующих вопросов:

имеются ли признаки легализации незаконно полученных доходов;

имеются ли обстоятельства, исключающие производство по делу;

какие немедленные меры нужно предпринять для сохранения доказательственной базы по делу;

какие именно меры нужно предпринять для дополнительной проверки материалов дела.

Разрешению этих вопросов помогают алгоритмы расследования, построенные применительно к типовым следственным ситуациям расследования по данной категории дел.

Типовая следственная ситуация начального этапа расследования по делам о легализации доходов, полученных преступным путем, характеризуется следующими фактическими данными:

данные о лице, совершающем финансовые операции (сделки), или лице, в интересах (по поручению или от имени) которого они совершаются, — месте его жительства или пребывания (если эти операции (сделки) совершаются юридическим лицом, то ИНН, регистрационный номер, место регистрации и адрес нахождения юридического лица);

данные о получателе по операциям с денежными средствами и иным имуществом или его представителе, в том числе ИНН, место жительства (пребывания) или место нахождения;

данные о характере финансовых операций (сделок), о сумме совершенных операций (сделок), о месте совершения операций (сделок).

По мнению Е.В. Селяниной, типовая следственная ситуация по делам данной категории укладывается в триединую конструкцию:

есть обоснованные данные о легализации преступных доходов;

установлены лица, которые отмывают незаконный доход;

место нахождения незаконно легализованных денежных средств известно или не известно.

Рефераты:  Сочинение: Самооправдание или самообман Раскольникова по роману Достоевского Преступление и наказание -

Определение типа следственной ситуации необходимо для установления перечня обстоятельств, которые нужно будет выявить в ходе расследования дела.

На ход расследования на первоначальном этапе и определения перечня обстоятельств, входящих в предмет доказывания, влияет предмет преступного посягательства. Как правила, объективная сторона преступления имеет сложный и умышленно запутанный характер, нелегальные доходы смешиваются с легальными источниками доходов и замаскированы под них. Выявить и разграничить легальные и нелегальные источники доходов — достаточно сложная в исполнении задача. Однако, как указал Верховный Суд РФ при смешении денежных средств, полученных из легальных и нелегальных источников, допускается квалификация только по сумме без установления имущества в натуре.

При определении характеристик объекта преступления необходимо установить обстоятельства получения дохода от нелегальной деятельности, время их легализации, суммы незаконно полученных средств. То есть нелегальный доход, чтобы быть признанным объектом преступления, должен быть идентифицирован и отделен от легально полученных средств в избежание вынесения наказания за легально полученные источники.

Обязательно требуется установить место совершения преступления, а именно — место нахождения предпринимательской структуры, которая является получателем нелегальных доходов от преступной деятельности. В число участников отмывания входят, как правило, не только предприниматели деловой среды, но и финансовые учреждения — банки, фонды, страховые компании. Фактическим же получателем средств, как правило, являются незаконные структуры.

Чаще всего отмывание доходов производится при помощи банковского сектора. При расследовании преступлений, в которых средства отмываются при помощи банков и их филиалов, в предмет доказывания входят такие обстоятельства, как:

каналы поступления и источники нелегальных доходов;

способ фиксации и последовательность совершения банковских операций субъектом преступления;

вид нарушений банковских правил, совершенным банком в операционной деятельности, нарушения правил внутреннего контроля, учета и операционной отчетности;

период и конкретное время совершения отдельных эпизодов и всего преступления в целом;

получателя и отправителя денежных средств, полученных незаконным путем.

Обязательно устанавливается незаконный характер источника происхождения денежных средств, которые позже легализуются. Именно незаконность источника средств является центральным звеном в круге обстоятельств, подлежащих доказыванию по делам данной категории.

Важно, чтобы лицо, совершающее данное преступление, осознавало преступный характер своей деятельности. То есть если в цепочке прохождения денег был задействован банковский работник, который совершил операционную ошибку не умышленно, а по неосторожности или был умышленно введен в заблуждение преступниками, он не будет входить в круг обвиняемых по делу. В таком случает ответственность будет нести непосредственно контролирующее должностное лицо.

Личность обвиняемого является обязательным обстоятельством, подлежащим доказыванию по делу, в частности, при расследовании устанавливаются образ жизни, источники легальных доходов подозреваемого или обвиняемого для установления соответствия или несоответствия уровня жизни уровню доходов. Обязательно устанавливается круг знакомств и связей подозреваемого — такое преступление, как правило, совершается группой лиц и выявление всех членов группы помогает быстрее раскрыть всю преступную деятельность.

В целом, в предмет доказывания по делам данной категории входят следующие обстоятельства, которые устанавливаются по всем уголовным делам, возбужденным по ст. 174, 174.1 УК РФ:

субъект преступления — то есть все члены преступной схемы отмывания доходов или единоличный исполнитель, в том числе, конечный получатель незаконно отмытых легализованных доходов;

субъективную сторону — умысел участников схемы отмывания средств на легализацию незаконных доходов;

характеристики личности виновных лиц;

предмет преступления — денежные и иные средства, полученные незаконным путем, с указанием характеристик, позволяющих идентифицировать предмет;

незаконность источника происхождения предмета преступления, время и место легализации доходов;

способ легализации — конкретные финансовые операции, при помощи которых была совершена легализация средств, с конкретными подробными временными и суммовыми характеристиками;

вина (в виде прямого умысла) и цель совершения преступления;

обстоятельства, которые способствовали совершению преступления, могу смягчить или отягчить уголовную ответственность, либо привести к освобождению от нее, либо исключить преступность или наказуемость деяния, включая специальные обстоятельства, предусмотренные в ст. 193, 194, 198, 199, 199.1, 199.2 УК РФ.

Определение этих обстоятельств входит в типовые программы расследования преступлений, возбужденных по признакам ст.ст. 174 и 174.1 УК РФ.

На начальном этапе расследования легализации доходов, полученных преступным путем, выполняются в обязательном порядке следующие действия:

анализируется исходная информация с целью установления круга известных обстоятельств и, особенно с целью выявления обстоятельств, которые нужно установить;

выдвигаются первоначальные версии по делу;

формулируются общие и частные задачи расследования;

определяются приемы, средства, методы решения поставленных задач в соответствии с разработанными типовыми криминалистическими рекомендациями расследования по данной категории дел;

реализация принятых решений и выполнение намеченных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий; использование полученной информации для организации дальнейшей работы.

Типовые программы расследования позволяют использовать наработанный опыт расследования по делам данной категории применительно к конкретному случаю. Они представляют собой логически упорядоченный алгоритм действия следователя в тех или иных условиях расследования, который выстраивается в ходе определения и последовательного решения определенных поставленных задач по установлению обстоятельств дела, входящих в предмет доказывания.

Типовые следственные ситуации дают возможность построить типовые версии по делу. И.В. Селянина рекомендует выдвигать версии с учетом прогнозирования поведения преступников в ближайшее время, что позволит более полно собрать доказательственную базу по делу. Выдвижение версий выражается в планировании расследования.

Важно при планировании первоначального этапа расследования использовать фактор внезапности, поскольку преступники по этой категории дел достаточно умны и продуманы в своих действиях и только внезапностью и оперативностью можно выиграть положение в расследовании и не позволить обеспечить документальную фиктивную базу легализации доходов. Целесообразны на начальном этапе расследования такие следственные действия, как задержание, допрос подозреваемого, установление и последующий допрос свидетелей, розыск нелегальных отмытых денежных средств, обыски и выемки, документальные ревизии. Указанные действия можно провести как в рамках возбужденного уголовного дела, так и в порядке неотложных следственных действий.

Итак, при получении информации, содержащей признаки преступлений, предусмотренных ст.ст. 174 и 174.1 УК РФ, следователь должен критически оценить ее с позиции наличия повода и оснований для возбуждения уголовного дела. После возбуждения уголовного дела, исходя из обстоятельств исходной следственной ситуации и на основании типовых программ расследования следователь выдвигает следственные версии и составляет план расследования для первоначального и последующих этапов расследования дела.

3.2 Применение специальных экономических знаний в расследовании отмывания преступных доходов

Особенностью расследования преступлений, связанных с отмыванием доходов, полученных незаконным путем, является необходимость знания не только различного рода правовой информации, но и финансовых, банковских правил, расчетов, в том числе, с использованием международных счетов, оффшорных схем и т.д. Преступники, которые, как правило, являются профессионалами своего дела, тщательно маскируют финансовые операции, готовят подлинные документы, используют в качестве сообщников не только фактических исполнителей документов, но и зачастую аудиторов и проверяющие органы первого звена. То есть для вскрытия всех этих махинаций с документами следователю требуется значительный объем специальных знаний и навыков выявления бухгалтерских и банковских неточностей.

Зачастую для легализации доходов, полученных преступным путем, используются настоящие документы, проводятся реальные проводки, но получатели средств и иные организации, участвующие в операциях, являются фирмами-однодневками или фиктивными организациями, существующими только по документам. С такими фирмами подписываются акты приемки несуществующих товаров или услуг, которые сложно проверить (юридические услуги, услуги по организации банкетов, покупка продуктов питания, канцтоваров и т.д.), и проводится оплата, которая таким образом легализуется — то есть обретает официальный легальный источник.

Для исследования фактов финансово-хозяйственной деятельности почти всегда требуются специальные экономические знания, которые в настоящее время используются в трех основных формах: консультация специалиста, документальная ревизия (проверка) и судебно-экономическая экспертиза.

Консультационная помощь применяется, как правило, на стадии работы, предшествующей назначению документальной ревизии. Знания специалиста используют, в частности, при определении круга бухгалтерских документов, сохранность которых необходимо обеспечить, при выборе способа изъятия учетной информации в условиях компьютерной обработки данных, для предварительной оценки возможного доказательственного значения материалов организуемой оперативным работником или следователем документальной ревизии.

До возбуждения уголовного дела при наличии фактических оснований по проверочному материалу в органах внутренних дел подразделениями документальных проверок (оперативного документирования) проводятся предварительные исследования документальных данных в соответствии со ст. 6, 7, 13, 15 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности». Такие исследования не следует путать с документальными ревизиями: в соответствии с Федеральным законом от 26 декабря 2008 г. N 293-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части исключения внепроцессуальных прав органов внутренних дел Российской Федерации, касающихся проверок субъектов предпринимательской деятельности» органы внутренних дел утратили право самостоятельного производства документальных проверок и ревизий.

Второй важнейшей формой использования специальных познаний является документальная ревизия, проводимая по требованию правоохранительных органов. Право следователя требовать назначения документальной ревизии закреплено в ч. 1 ст. 144 УПК «Порядок рассмотрения сообщения о преступлении». Следователь выносит мотивированное постановление в соответствии с требованиями ст. 70, 109, 129 УПК. В данном документе также должен содержаться перечень вопросов, подлежащих выяснению в ходе ревизии. Акт ревизии как источник доказательств относится к «иным документам», а ревизор в случае необходимости допрашивается в качестве свидетеля.

С помощью акта документальной ревизии следователь устанавливает фактические данные, имеющие значение для дела и используемые при доказывании фактов преступной деятельности.

Важно обращать внимание на формулирование задания (программы проверки) и обеспечение объективности ревизора в деятельности по выполнению этого задания. Содержание вопросов программы, конечно, зависит от материалов уголовного дела. Перечень вопросов должен охватывать все обстоятельства, подлежащие документальной проверке, сами вопросы должны формулироваться кратко, четко. Допустимо (а в некоторых случаях и необходимо) указывать конкретные методы, приемы и способы проверки данных бухгалтерских документов. Дело в том, что существует опасность дублирования ревизионных и следственных действий в части применения методов фактической проверки (отбор письменных объяснений и т.п.). Очередность и сроки проведения некоторых ревизионных действий следует определять с учетом запланированных оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий по данному уголовному делу.

В необходимых случаях в рамках возбужденного уголовного дела назначается судебно-экономическая (в частности, судебно-бухгалтерская) экспертиза. Выбирая форму использования специальных экономических знаний, следователь должен четко представлять себе, какие методы проверки документальных данных должно применить лицо, обладающее специальными познаниями. Документальная ревизия и судебно-бухгалтерская экспертиза далеко не всегда являются взаимозаменяемыми, поскольку имеют серьезные процессуальные и методические различия. Следует иметь в виду, в частности, что эксперт ограничен применением лишь группы методов документальной проверки (содержание исследуемого документа проверяют с помощью иных документальных данных) и не может использовать методы фактической проверки (содержание исследуемого документа проверяют с помощью специально организуемых контрольных мероприятий — инвентаризаций, контрольных обмеров и т.п.).

Ошибки в выборе конкретной формы использования специальных познаний, путаница между формулировкой вопросов, выносимых на разрешение эксперта, и формулировкой задания ревизору приводят к весьма негативным последствиям. Практике известны случаи, когда на разрешение эксперта-бухгалтера были поставлены вопросы ревизионного характера, что повлекло за собой обоснованные ходатайства обвиняемых об исключении экспертного заключения из материалов уголовного дела уже на стадии судебного разбирательства.

Важнейшей чертой рассматриваемой категории уголовных дел является то, что только с помощью документальной ревизии и судебно-бухгалтерской экспертизы невозможно установить все обстоятельства, относящиеся к предмету доказывания. Например, нельзя отнести к компетенции ревизора установление источника денежных средств, отмываемых через легально действующие структуры или фирмы прикрытия. В системе сбора доказательств по данной категории дел, особенно когда отмывание денег осуществляется специально созданным для этой цели преступным сообществом, документальной ревизии отводится достаточно скромное место.

Основной объем работы по обнаружению, изъятию и анализу экономической (бухгалтерской) информации осуществляется оперативно-следственными группами с обязательным участием специалистов, в том числе специалистов в области компьютерной техники.

Как правило, вся деятельность преступного сообщества фиксируется в «черной» базе, а именно — в базах компьютеров, бумажные носители информации уничтожаются. Поэтому очень важно проведение всего комплекса оперативно-розыскных мероприятий перед началом официальных следственных действий. Изъятие «черной» компьютерной базы позволяет определить состав участников преступного сообщества, зафиксировать принадлежность им фиктивных фирм, определить объем нелегального денежного оборота.

Анализ «черной» компьютерной базы позволяет установить фиктивные фирмы, коммерческие банки, в которых открыты их счета, и в кратчайшие сроки произвести выемки из этих банков платежных документов, карточек с образцами подписей и печатей и др.

Далее по имеющейся легализованной информации, полученной в результате оперативно-розыскной деятельности, и информации, полученной при обыске в помещениях, используемых руководителями преступного сообщества, устанавливаются участники сообщества, у которых изымается бухгалтерская документация для проведения в последующем судебно-бухгалтерских, почерковедческих и технико-криминалистических экспертиз.

Общей чертой как масштабных, так и менее заметных противоправных деяний, связанных с отмыванием денег, является обязательное использование информации о расчетных банковских операциях.

На стадии поисковой работы, предшествующей возбуждению уголовного дела, решаются следующие задачи:

. Устанавливается факт проведения предположительных криминальных расчетов по имеющемуся в банке лицевому счету уже не фирмы прикрытия, а связанной с ней коммерческой организации.

. После принятия мер к обеспечению сохранности документов определяют, какое отражение в бухгалтерском учете выделенной организации получила операция по расчетам с предполагаемой фирмой прикрытия.

. Устанавливают в части этой операции, имелись ли какие-то первичные документы, подтверждающие обоснованность проведенных расчетов. При необходимости осуществляют мероприятия по установлению фиктивности отраженных в этих документах хозяйственных операций.

Источником информации при решении первой задачи может быть банковская выписка из лицевого счета, имеющаяся в бухгалтерии выделенной коммерческой организации.

Для решения второй задачи желательно знать схемы бухгалтерского учета расчетных операций в коммерческих организациях.

До назначения документальной ревизии (даже если она предшествует возбуждению уголовного дела) требуется установить оперативным путем:

наличие банковской информации о взаимных расчетах между предполагаемыми криминальными контрагентами;

фактические данные, указывающие на отсутствие законных оснований для проведенных взаимных расчетов.

Такие фактические данные могут быть получены в результате проверочных мероприятий, включающих выборочный анализ бухгалтерских документов, имеющихся в соответствующей коммерческой структуре:

результаты оперативной проверки обстоятельств, связанных с созданием и функционированием предполагаемой фирмы прикрытия;

оперативно-процедурные мероприятия, фиксирующие факт совершения конкретных действий по обезналичиванию денежных средств коммерческой структуры с помощью специально созданной фирмы прикрытия.

Признаками нарушений по рассматриваемой категории дел являются конкретно установленные факты, указывающие на фиктивность хозяйственных операций, послуживших основанием для проведения взаимных расчетов между конкретной коммерческой структурой (по документам которой должна быть проведена ревизия) и предполагаемой фирмой прикрытия.

Необходимость в назначении документальной ревизии и соответственно содержание формулируемого задания ревизору обусловлены двумя моментами:

во-первых, в процессе поисковой деятельности и проверочных мероприятий, как правило, устанавливаются лишь часть расчетных операций за фиктивные услуги, имевших место между коммерческой организацией и фирмой прикрытия;

во-вторых, на этой стадии раскрытия преступлений для установления фиктивности взаимных услуг исследуется лишь часть бухгалтерских документов и записей, применяются лишь отдельные приемы и методы документальной ревизии.

Исходя из этого, с помощью ревизии по документам коммерческой структуры решают две основные задачи:

на основе банковских документов определяют общий объем расчетов этой структуры с предполагаемой фирмой прикрытия;

легализуют собранные и отыскивают новые документальные доказательства фиктивности хозяйственных операций, послуживших основанием для произведения расчетов.

В задании ревизору два вопроса «определить общий объем расчетов» и «проверить обоснованность этих расчетов по документам коммерческой организации» должны быть четко разграничены. Это не позволит ревизору, выполняя задание, вместо акта ревизии составить список банковских поручений, отразивших взаимные расчеты коммерческой структуры с фирмой прикрытия, а потребует от него выполнить определенный объем контрольной работы по многим документам бухгалтерского учета в коммерческой организации.

Напомним, что возможность обнаружения документальных следов преступлений при производстве ревизии в функционирующей коммерческой структуре определяется тем, что общей чертой преступлений, совершаемых с использованием расчетных счетов фирм прикрытия, является отражение в учете взаимодействующих с этой фирмой коммерческих организаций фиктивных хозяйственных операций, якобы послуживших основанием для производства взаимных расчетов.

Задачи документальной ревизии в первую очередь сводятся к проверке документальной обоснованности взаимных расчетов между коммерческой организацией и фирмой прикрытия, к выяснению обстоятельств возникновения в коммерческой организации (до перечисления денежных средств) дебиторской и кредиторской задолженности криминального контрагента.

При разрешении вопроса о документальной обоснованности произведенных расчетов ревизор в первую очередь должен установить, на каких счетах бухгалтерского учета отражены сомнительные операции. Иными словами, он должен определить, путем каких бухгалтерских операций была создана на балансе предприятия фиктивная дебиторская или кредиторская задолженность.

В случаях создания искусственной кредиторской задолженности в пользу фирмы прикрытия возможное содержание фиктивных операций и их отражение в учете могут быть сведены к следующим вариантам.

В синтетическом учете операция обязательно должна быть отражена по кредиту счета 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» либо по кредиту счета 76 «Расчеты с разными дебиторами и кредиторами». Различие зависит от того, в дебет какого из этих счетов была отнесена перечисленная с расчетного счета сумма денежных средств. Одновременно эта же операция должна найти отражение и в синтетическом учете по счету 60 (76) на лицевом счете, открытом на имя фирмы-однодневки.

Изучая записи в учетных регистрах, ревизор должен определить, какой счет корреспондировал по дебету со счетом 60 (76). После определения, в дебет какого именно счета отнесена сумма создаваемой кредиторской задолженности, ревизор обязан обратиться к записям на этом счете, выявить документ, обосновывающий запись, а затем провести проверку и самого первичного документа на предмет реальности выполненной операции.

Такой метод проверки, когда ревизор последовательно переходит от записей в синтетическом учете к аналитическому учету, а затем к проверке достоверности первичных документов, принято называть методом прослеживания. При любой степени запутанности учета ревизор все же должен выяснить содержание конкретной бухгалтерской операции, что определит направление дальнейших ревизионных мероприятий.

В ряде случаев к ревизии документов, подтверждающих оказание услуг со стороны предполагаемой фирмы прикрытия, должны быть подключены специалисты-строители, технологи, экономисты. Тогда по своему составу ревизия из бухгалтерской превращается в комплексную.

При составлении программы ревизии заранее предусматривается участие специалистов (экспертов) других ведомств и организаций, привлечение которых необходимо для проведения проверок и экспертиз и дачи заключений по вопросам, не входящим в компетенцию контрольно-ревизионных органов.

При качественном выполнении ревизором поставленного задания материалы ревизии приобретают доказательственное значение. С их помощью в процессе расследования может быть установлен факт фиктивности взаимных услуг, послуживших основанием для расчетов коммерческих структур с фирмами прикрытия, и экономические последствия произведенных расчетов.

С другой стороны, факт создания фиктивной кредиторской задолженности в пользу фирмы-однодневки путем увеличения издержек производства является характерным признаком типичных «бухгалтерских преступлений», которые обычно квалифицируются как присвоение чужого имущества путем мошеннических действий. Обе эти версии будут заслуживать самого тщательного изучения. Отсюда крайне желательно добиться от ревизоров детального описания признаков действий по созданию в бухгалтерском учете фиктивной кредиторской задолженности. Установление конкретных механизмов создания фиктивной задолженности поможет определить круг работников коммерческой организации, участвующих в преступлении, и тем самым помочь следователю в разработке и проверке выдвинутых версий. Соответствующие требования должны быть предъявлены к содержанию как программы ревизии при ее согласовании с контрольными органами, так и акта документальной ревизии.

Упоминавшийся метод прослеживания позволяет ревизору установить, на каком этапе учетного процесса локализуются преступные действия и под видом каких именно бухгалтерских операций они совершаются. Возможны ситуации, когда учетные записи делаются без всяких документальных оснований, и тогда круг предполагаемых участников преступления сужается, но столь же часто круг подозреваемых оказывается гораздо более широким. Не исключено составление учетных записей на основе вполне полноценных по внешнему виду, но подложных (отражающих фиктивные хозяйственные операции) бухгалтерских документов.

В первом случае ревизоры должны детально описать характеристику учетных несоответствий, с тем чтобы по возможности исключить версию о случайной ошибке, во втором случае — исчерпать весь комплекс методов документальной и фактической проверки для убедительного обоснования фиктивности отраженных в документе хозяйственных операций.

Таким образом, по делам рассматриваемой категории акты документальных проверок, ревизий и заключения экспертов-экономистов являются весьма важным источником доказательств. Однако нельзя переоценивать их значение. Следует понимать, что только с помощью официальных проверочных мероприятий невозможно установить все обстоятельства расследуемого противоправного деяния. К моменту назначения документальной проверки либо ревизии следует ясно представлять ее реальные предельные возможности. Поэтому до ее проведения должен быть проведен комплекс необходимых оперативно-розыскных мероприятий.

3.3 Актуальные вопросы взаимодействия следователя с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность и с иными органами

В процессе расследования уголовных дел, возбужденных по признакам преступлений, предусмотренных ст.ст. 174 и 174.1 УК РФ важным фактором успешного раскрытия преступления является взаимодействие следователя с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, а также иными финансовыми органами.

Зачастую информация о легализации доходов, полученных незаконным путем, поступает от органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. Следователь знакомится с результатам ОРД, направляет оперативную деятельность, проверяет полученную информацию — и все эти действия совершаются до возбуждения уголовного дела. Результатом взаимодействия следователя и оперативных работников является обоснованное возбуждение уголовного дела.

Однако, взаимодействие следователя с оперативными работниками не завершается после возбуждения уголовного дела, оно продолжается и в процессе его расследования. Легализация данных, полученных оперативным путем, — наиболее острый вопрос формирования доказательственной базы по делу, — производится путем приведения их в соответствие с правилами получения доказательств по уголовному делу. При этом, например, А.А. Краюшкин, рекомендует следующее:

закрепить сведения, полученные в ходе ОРД, посредством передачи их следователю;

включить полученные материалы в уголовный процесс (посредством приобщения к материалам дела);

придать полученным доказательствам уголовно-процессуальную форму посредством проведения повторных следственных действий.

Важнейшей формой взаимодействия правоохранительных органов является взаимодействие оперативных подразделений с подразделениями финансовой разведки. В Российской Федерации это взаимодействие осуществляется в соответствии с Инструкцией по организации информационного взаимодействия в сфере противодействия легализации (отмыванию) денежных средств и иного имущества, полученных преступным путем, утвержденной Приказом Генеральной прокуратуры, МВД, ФСБ, ФСКН, ФТС, Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации, Росфинмониторинга от 5 августа 2021 г. N 309/566/378/318/1460/43/207.

В соответствии со ст. 26 Федерального закона от 2 декабря 1990 года N 395-1 «О банках и банковской деятельности» информация, составляющая банковскую тайну, кредитными организациями в правоохранительные органы до возбуждения уголовного дела не предоставляется. В связи с этим актуальным является вопрос организации информационного взаимодействия с федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным осуществлять контроль над проведением операций с денежными средствами или иным имуществом в целях противодействия отмыванию преступных доходов.

Организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом на территории Российской Федерации, представляют сообщения о финансовых операциях, подлежащих контролю в соответствии с российским законодательством, в Росфинмониторинг, выступающий в качестве такого уполномоченного органа. На основе этих сообщений с применением специальных методов анализа и обобщения выделяются сделки, вызывающие подозрение как криминальные. Затем Росфинмониторинг при необходимости направляет запросы в организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, федеральные органы государственной власти и органы местного самоуправления, Банк России, уполномоченные органы финансового контроля иностранных государств. После уточнения информации, в случае ее подтверждения, материалы передаются в правоохранительные органы.

Следует отметить, что инициативное предоставление информации Росфинмониторингом в правоохранительные органы в соответствии с их компетенцией осуществляется только при наличии достаточных оснований, свидетельствующих о том, что операция, сделка связаны с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем, или с финансированием терроризма.

Однако нередко информация требуется на стадии выявленного приготовления к совершению преступления. В Федеральном законе от 7 августа 2001 года N 115-ФЗ не закреплена обязанность предоставлять информацию по запросам правоохранительных органов, поэтому, как следует из содержания ч. 2 ст. 8 Федерального закона N 115-ФЗ, по запросу правоохранительного органа информация может быть направлена Росфинмониторингом только в случае, если последним в ней будут найдены достаточные основания связи операции или сделки с отмыванием преступных доходов или с финансированием терроризма. Это обязывает органы правопорядка обосновать, что ими запрашиваются сведения именно о таких сделках и операциях. При этом субъект оперативно-розыскной деятельности, располагающий только оперативной информацией о причастности сделки или операции к отмыванию преступных доходов, не может передать ее в Росфинмониторинг, поскольку последний не является субъектом оперативно-розыскной деятельности.

Вместе с тем сотрудники правоохранительных органов и Росфинмониторинга при исполнении Федерального закона N 115-ФЗ обеспечивают сохранность ставших им известными сведений, связанных с деятельностью уполномоченного органа, составляющих служебную, банковскую, налоговую, коммерческую тайну или тайну связи, и несут установленную законодательством Российской Федерации ответственность за разглашение этих сведений.

Таким образом, основанием для проведения финансового расследования и организации совместной работы может служить запрос правоохранительного органа в связи с осуществлением оперативно-розыскных мероприятий или расследованием уголовного дела. Учитывая, что информация, которой располагает Росфинмониторинг, ограничена в обращении законодательством о банковской тайне, следователям и оперативным работникам при составлении запросов в Росфинмониторинг следует иметь в виду, что межведомственное информационное взаимодействие осуществляется на федеральном, окружном и региональном уровнях. Направление письменных запросов в рамках межведомственного информационного взаимодействия осуществляется от имени руководителей оперативных и следственных подразделений правоохранительных органов, подразделений Росфинмониторинга и их заместителей.

Рефераты:  Техника прыжка в длину с разбега способом "согнув ноги"

В структуре Росфинмониторинга взаимодействие с правоохранительными органами осуществляется Управлением по противодействию отмыванию доходов, Управлением по противодействию финансированию терроризма, Управлением координации и взаимодействия и через территориальные органы, находящиеся в федеральных округах, — межрегиональными управлениями Росфинмониторинга.

Формами информационного взаимодействия между правоохранительными органами и Росфинмониторингом выступают:

взаимное предоставление информации, необходимой для установления связи операций (сделок) с отмыванием преступных доходов, а также с предикатными преступлениями, в виде письменных запросов и ответов на них, либо инициативное предоставление такой информации. По согласованию между Росфинмониторингом и правоохранительными органами запросы и ответы на них могут направляться в электронной форме с использованием электронной цифровой подписи;

исполнение запросов органов Росфинмониторинга о предоставлении информации, содержащейся в базах данных правоохранительных органов, в порядке, определяемом правоохранительными органами по согласованию с Росфинмониторингом;

обеспечение доступа правоохранительных органов к Единой информационной системе, создаваемой Росфинмониторингом, в порядке, определяемом Росфинмониторингом по согласованию с правоохранительными органами;

информирование Росфинмониторингом правоохранительных органов о выявленных фактах нарушений законодательства Российской Федерации, а также причинах и условиях, им способствующих.

На практике информационный обмен между Росфинмониторингом и правоохранительными органами включает в себя выявление и проверку первичной информации о фактах отмывания преступных доходов, а также о предикатных преступлениях; направление Росфинмониторингом в порядке, установленном ст. 8 Федерального закона N 115-ФЗ, информации и материалов в правоохранительные органы в соответствии с их компетенцией; взаимодействие на стадии расследования уголовных дел.

На стадии выявления и проверки первичной информации о фактах отмывания преступных доходов задачами информационного взаимодействия являются:

для Росфинмониторинга:

проверка информации, получаемой от организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, и выявление операций (сделок), имеющих признаки связи с отмыванием преступных доходов;

идентификация лиц, проходящих по материалам финансового мониторинга операций с денежными средствами или иным имуществом и проверяемых Росфинмониторингом по подозрению на причастность к отмыванию преступных доходов;

получение имеющихся в правоохранительных органах данных, указывающих на возможное преступное происхождение денежных средств или иного имущества, операции с которыми проверяются Росфинмониторингом, а также сведений о подозреваемых лицах;

обеспечение взаимодействия и информационного обмена с уполномоченными органами иностранных государств в порядке, предусмотренном международными договорами Российской Федерации, в целях решения перечисленных задач;

для правоохранительных органов:

проверка лиц на причастность к совершению преступлений, предусмотренных ст. 174 и 174.1 УК России;

выявление признаков совершения предикатных преступлений посредством установления наличия (отсутствия) в базе данных Росфинмониторинга сведений о совершении лицами, проверяемыми на причастность к таким преступлениям, операций (сделок), имеющих признаки связи с отмыванием преступных доходов.

Необходимо отметить, что для решения своих задач Росфинмониторинг может направить письменный запрос в правоохранительные органы о предоставлении в соответствии с их компетенцией информации о лицах, объявленных в местный, федеральный и международный розыск; о владении автотранспортными средствами и их регистрации; о судимости; о возбужденных, прекращенных, направленных в суд уголовных делах о преступлениях, связанных с отмыванием преступных доходов, а также иную информацию по вопросам, отнесенным к сфере ведения Росфинмониторинга, в объеме, предусмотренном российским законодательством.

Соответствующие сведения (при их наличии) должны направляться в Росфинмониторинг с учетом требований российского законодательства о защите государственной и служебной тайны.

Для реализации своих задач правоохранительные органы могут направлять в Росфинмониторинг письменные запросы с изложением оснований проверки и возможно полных установочных данных о проверяемых юридических и физических лицах.

При этом следует учитывать, что в тех случаях, когда достаточные основания, свидетельствующие о том, что операции (сделки) связаны с отмыванием преступных доходов, отсутствуют, но имеются сведения о сделках, имеющих запутанный или необычный характер, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, несоответствии сделок уставным целям деятельности организации, неоднократном совершении операций или сделок, характер которых дает основание полагать, что целью их осуществления является уклонение от процедур обязательного контроля, Росфинмониторинг может направить в правоохранительный орган информационный запрос в целях получения дополнительной информации.

Информационный запрос должен содержать сведения о наличии в информационных базах Росфинмониторинга информации об операциях (сделках) проверяемых лиц, приблизительных суммах и периоде совершения операций, их характере, а также указание на характер и объем дополнительной информации, необходимой Росфинмониторингу для дальнейшего анализа операций (сделок) проверяемых лиц на предмет установления достаточных оснований, свидетельствующих о связи операций (сделок) с отмыванием преступных доходов.

На основании запроса правоохранительных органов, содержащего соответствующие обоснования подозрения проверяемых лиц в причастности к отмыванию преступных доходов на территории как Российской Федерации, так и иностранных государств, при наличии в нем конкретных реквизитов, идентифицирующих финансовые операции (сделки) за рубежом, Росфинмониторинг может запросить необходимую информацию в подразделении финансовой разведки (далее — ПФР) иностранного государства и с согласия последнего по получении информации передать ее в правоохранительные органы.

Такой запрос правоохранительных органов должен содержать сведения, позволяющие идентифицировать проверяемых юридических и физических лиц (для юридических лиц — ИНН, ОГРН, Ф.И.О. учредителей и руководителей, место регистрации/нахождения, банковские реквизиты; для физических лиц — Ф.И.О., дата рождения, место регистрации, иные паспортные данные); информацию об операциях, включая их вид, способ осуществления, а также информацию о счетах, по которым проводились операции, данные, указывающие на связь операций с государством, где находится запрашиваемое ПФР.

Повышению эффективности отработки запроса может способствовать краткое описание фабулы проверяемых фактов с указанием периода совершения предикатного (предшествующего отмыванию) преступления и суммы преступного дохода.

Важно иметь в виду, что информация, полученная от ПФР иностранного государства, может быть использована только в целях оперативной проверки или оперативного сопровождения по уголовному делу и в дальнейшем без надлежащего оформления и без предварительного получения согласия соответствующего иностранного ПФР не может быть приобщена к материалам уголовного дела и использована в качестве доказательства в суде.

На стадии расследования уголовных дел взаимодействие между Росфинмониторингом и правоохранительными органами может включать:

со стороны Росфинмониторинга:

сбор, обработку и анализ информации о финансовых операциях (сделках), совершаемых лицами, проверяемыми по ранее переданным в правоохранительные органы информации и материалам;

подготовку дополнительных выборок, схем и аналитических документов с использованием информационно-технологических ресурсов по запросам правоохранительных органов;

направление запросов в ПФР иностранных государств по эпизодам, связанным с проведением операций (сделок) за рубежом;

со стороны правоохранительных органов:

информирование Росфинмониторинга о результатах рассмотрения материалов и расследования уголовных дел;

направление уточняющих или проверочных запросов по вновь выявленным лицам, проверяемым на причастность к отмыванию преступных доходов, для проведения дополнительного финансового анализа с использованием информационных ресурсов Росфинмониторинга и возможностей иностранных ПФР.

Исполнение Росфинмониторингом запросов правоохранительных органов должно осуществляться в рамках требований Федерального закона N 115-ФЗ. Во-первых, в базе данных Росфинмониторинга отсутствуют — и он не вправе запрашивать — дополнительные сведения об операциях с денежными средствами или иным имуществом, совершенных до вступления в силу Федерального закона N 115-ФЗ, то есть за период до 1 февраля 2002 года, за исключением информации, представленной на основании международных договоров. Во-вторых, не подлежат представлению сведения о финансовых операциях и других сделках с денежными средствами или иным имуществом, которые связаны с отмыванием доходов, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных ст. 193, 194, 198, 199, 199.1 и 199.2 УК России.

Запросы, поступающие в рамках межведомственного информационного взаимодействия, должны быть исполнены в течение одного месяца. По согласованию может быть установлен иной срок исполнения запроса.

Инициативное направление информации и материалов в правоохранительные органы может осуществляться по решению руководителей подразделений центрального аппарата и межрегиональных управлений Росфинмониторинга.

По завершении финансового расследования при наличии достаточных оснований, свидетельствующих о том, что операция или сделка связаны с отмыванием преступных доходов, Росфинмониторинг должен в кратчайший срок направить соответствующие информацию и материалы в правоохранительные органы в соответствии со ст. 8 Федерального закона N 115-ФЗ, о чем уведомить прокурора.

В правоохранительные органы направляются следующие информация и материалы:

. Письмо с изложением сведений о том, что операция либо сделка связаны с отмыванием преступных доходов.

. Справка о результатах анализа операций (сделок) проверяемых лиц на предмет связи с отмыванием преступных доходов, содержащая сведения:

о характере и источнике поступления в Росфинмониторинг информации о финансовых операциях и других сделках с денежными средствами или иным имуществом, послуживших основанием для проведения проверочных мероприятий;

об установочных данных, позволяющих идентифицировать юридических и физических лиц, совершающих (или совершавших) финансовые операции и другие сделки с денежными средствами или иным имуществом, возможно связанные с отмыванием преступных доходов;

о периоде, общем количестве и суммах совершенных с целью отмывания преступных доходов финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом;

о выявленной схеме отмывания преступных доходов и признаках, свидетельствующих о том, что совершенные финансовые операции и другие сделки с денежными средствами или иным имуществом могут быть связаны с отмыванием.

. Документы, подтверждающие доводы, изложенные в справке, полученные Росфинмониторингом от организаций, осуществляющих операции с денежными средствами и иным имуществом, налоговых, таможенных и иных государственных органов, сведения о финансовых операциях проверяемых лиц, в том числе заверенные копии платежных документов (при наличии), схемы финансовых операций и учредительских связей проверяемых лиц, выписки из государственных реестров и регистров и т.д.

. Перечень совершенных финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом с указанием банковских и иных идентифицирующих реквизитов по каждой сделке, при наличии — документы или заверенные копии этих документов, а также иные полученные Росфинмониторингом материалы.

. Информация, в отношении которой, по мнению Росфинмониторинга, необходима дополнительная проверка с использованием методов оперативно-розыскной деятельности.

При отсутствии достаточных оснований, свидетельствующих о том, что операция либо сделка связаны с отмыванием преступных доходов, но при наличии сведений о сделках, имеющих запутанный или необычный характер, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, несоответствии сделок целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации, неоднократном совершении операций или сделок, характер которых дает основание полагать, что целью их осуществления является уклонение от процедур обязательного контроля, Росфинмониторинг может направить в правоохранительные органы информацию и материалы с предложением о проведении соответствующей проверки.

В зависимости от значимости информации, а также характера совершенных действий проверки могут проводиться подразделениями центральных аппаратов правоохранительных органов или их территориальными подразделениями.

Дальнейшая переписка по переданным Росфинмониторингом в правоохранительные органы материалам, в том числе связанная с направлением дополнительной информации, должна осуществляться на уровне руководителей подразделений Росфинмониторинга и правоохранительных органов.

Контроль результатов рассмотрения информации и материалов, направленных в правоохранительные органы, должен осуществляться их головными подразделениями.

Правоохранительные органы в течение десяти дней с момента завершения дела оперативного учета, принятия соответствующего процессуального решения по результатам проверки сообщения о преступлении, а также расследования уголовного дела должны информировать Росфинмониторинг о результатах использования полученной информации и материалов.

Если в результате анализа поступающей информации, инициативного поиска по внешним информационным ресурсам, включая средства массовой информации, реализации полномочий по контролю и надзору за исполнением законодательства о противодействии отмыванию преступных доходов Росфинмониторинг обнаружит наличие причин и условий, способствующих совершению преступлений и иных правонарушений, выявит факты совершения преступлений и иных правонарушений или потенциальную возможность их совершения, соответствующая информация должна быть направлена в правоохранительные органы по их компетенции.

О результатах рассмотрения полученной информации правоохранительные органы в течение одного месяца с момента принятия решения по ней сообщают в Росфинмониторинг, если иной срок не согласован дополнительно.

Еще раз следует отметить, что в соответствии с международными стандартами, определяющими статус создаваемых государствами органов по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, Росфинмониторинг является подразделением финансовой разведки, деятельность которого осуществляется в режиме обеспечения банковской, коммерческой, налоговой и иной охраняемой законом тайны. В силу вышеназванных специфических требований необходимо дополнительно подчеркнуть, что сотрудникам органов правопорядка при взаимодействии с Росфинмониторингом и его территориальными подразделениями следует учитывать:

. Все материалы и сведения ПФР (сведения из базы данных Росфинмониторинга о подозрительных финансовых операциях, схемы, копии банковских документов) носят конфиденциальный характер, их проверка должна осуществляться оперативным путем, как правило, в рамках дел оперативного учета, в том числе при наличии возбужденного уголовного дела.

. Приобщение информации, поступившей из ПФР, к материалам официальных расследований недопустимо. Подготовка материалов и сведений ПФР для использования их в уголовных делах должна осуществляться в порядке, предусмотренном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», без указания источника получения информации. Материалы и сведения ПФР имеют ориентирующий характер и могут быть использованы для планирования оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий, в том числе по изъятию оригиналов банковских и иных документов, имеющих доказательственное значение, для наложения ареста на денежные вклады и имущество в России и за рубежом.

. Не следует привлекать должностных лиц ПФР для участия в производстве следственных действий по уголовным делам о преступлениях, связанных с отмыванием преступных доходов. Однако их консультативная помощь может иметь существенное значение в оперативно-розыскной деятельности и расследовании уголовных дел.

Следует учитывать, что сотрудники Росфинмониторинга могут привлекаться к участию в расследовании уголовных дел в качестве специалистов, хотя основной формой взаимодействия Росфинмониторинга и органов безопасности является информационный обмен. Росфинмониторинг не может самостоятельно реализовывать материалы финансовых расследований, эффективность его деятельности зависит от организации взаимодействия с правоохранительными органами на стадии рассмотрения и передачи завершенных производством дел финансового анализа и иных материалов. Вне рамок уголовного процесса находится деятельность Экспертного совета при Росфинмониторинге, созданного для коллегиального рассмотрения завершенных производством дел финансового анализа и оценки достаточности имеющихся оснований для направления материалов в правоохранительные органы в порядке ст. 8 Федерального закона от 7 августа 2001 года N 115-ФЗ. Также возможно создание временных рабочих групп для работы по конкретным уголовным делам, объединяющих сотрудников Росфинмониторинга и следователей.

Информация и материалы Росфинмониторинга рассматриваются в качестве «сообщения о совершенном преступлении» в порядке ст. 140 УПК. По направленным в правоохранительные органы в соответствии со ст. 8 Федерального закона от 7 августа 2001 года N 115-ФЗ информации и материалам осуществляется проверка в порядке ст. 7 Федерального закона от 12 августа 1995 года N 144-ФЗ. Материалы завершенных производством дел оперативного учета оформляются в установленном порядке, и по ним принимается процессуальное решение в соответствии со ст. 145 УПК, о чем сообщается в Росфинмониторинг.

Отмеченные моменты требуют внимания и надлежащего учета в организации работы по информационному обмену правоохранительного органа с подразделением финансовой разведки.

Заключение

преступный денежный следователь

По итогам проведенного исследования можно сделать следующие выводы.

Уголовная ответственность за легализацию дохода, полученного в результате преступной деятельности, была установлена на протяжении всей истории русского уголовного права. Вначале этот вид ответственности был достаточно простым — запрет на фиктивную покупку краденного; усложнение общественных отношений привело к усложнению формулировки диспозиции статей уголовного законодательства и их дифференциации в зависимости от особенностей совершения объективной стороны преступления, а также отношению к самому источнику преступного дохода.

Анализ зарубежного уголовного законодательства позволяет сделать вывод о том, что в уголовном законодательстве большинства стран присутствуют нормы об уголовной ответственности за легализацию незаконных доходов, причем так или иначе они связаны не только с доходами от незаконной деятельности, но и с уклонением от уплаты налоговых платежей.

Поскольку легализация доходов, полученных преступным путем, всегда следует за совершением какого-либо иного преступления, то и объектом исследуемых преступлений являются отношения в сфере экономики, а также иные общественные отношения, на которые посягает лицо в ходе получения незаконного источника дохода. Предметом преступления являются, как правило, деньги и финансовые инструменты, полученные преступным путем, которые легализуются и им придается законность источника образования. Объективную сторону преступления составляет совокупность действий, направленных на придание видимой законности источника поступления предмета преступления. Как правило, это финансовые операции или сделки, оправдывающие источник предмета преступления.

Предлагается распространить понятие легализации (отмывания) доходов, полученных в результате преступной деятельности, посредством дополнения его уклонением от уплаты налогов и таможенных пошлин, что позволит улучшить борьбу с отмыванием незаконных доходов в как на национальном, так и на международном уровне и повысить возврат денег в государственную казну.

Субъективные характеристики легализации преступных доходов включают в себя общие признаки субъекта преступления и прямой умысел, который охватывает не только собственно сам процесс легализации, но и предшествующие ему действия, направленные на получение незаконного дохода от деятельности, запрещенной законом. Исключение какого-либо звена в осознании субъектом этой деятельности влечет отсутствие основания для привлечения его к уголовной ответственности по данным нормам.

Сложным в судебной практике является вопрос об установлении признака придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению предметом преступления — денежными средствами либо иным имуществом, которое было получено преступным путем. При этом «придание правомерного вида» представляет собой сущностную характеристику легализации (отмывания) преступных доходов, однако ни в законе, ни в судебной практике нет разъяснения этого термина.

В соответствии с нормами международного права легализацией (отмыванием) преступных доходов считается сокрытие уголовно-наказуемого происхождения денежных средств либо другого имущества, нарушение связи преступных доходов с источником их образования. То есть в состав легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, могут быть включены только такие сделки либо финансовые операции, п итогам которых происходит нарушение связи преступных доходов с источником их образования, а виновные в этом лица получают возможность использовать их как собственные легальные доходы.

При получении информации, содержащей признаки преступлений, предусмотренных ст.ст. 174 и 174.1 УК РФ, следователь должен критически оценить ее с позиции наличия повода и оснований для возбуждения уголовного дела. После возбуждения уголовного дела, исходя из обстоятельств исходной следственной ситуации и на основании типовых программ расследования следователь выдвигает следственные версии и составляет план расследования для первоначального и последующих этапов расследования дела.

По делам рассматриваемой категории акты документальных проверок, ревизий и заключения экспертов-экономистов являются весьма важным источником доказательств. Однако нельзя переоценивать их значение. Следует понимать, что только с помощью официальных проверочных мероприятий невозможно установить все обстоятельства расследуемого противоправного деяния. К моменту назначения документальной проверки либо ревизии следует ясно представлять ее реальные предельные возможности. Поэтому до ее проведения должен быть проведен комплекс необходимых оперативно-розыскных мероприятий.

В процессе расследования уголовных дел, возбужденных по признакам преступлений, предусмотренных ст.ст. 174 и 174.1 УК РФ важным фактором успешного раскрытия преступления является взаимодействие следователя с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, а также иными финансовыми органами.

Литература

1.Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок от 05.02.2021 № 2-ФКЗ) // Собрание законодательства РФ. 2021. № 15. Ст. 1691.

.Конвенция против транснациональной организованной преступности (принята в г. Нью-Йорке 15.11.2000 Резолюцией 55/25 на 62-ом пленарном заседании 55-ой сессии Генеральной Ассамблеи ООН) (с изм. от 15.11.2000) // Собрание законодательства РФ. 2004. № 40. Ст. 3882.

.Конвенция Организации Объединенных Наций против коррупции (принята в г. Нью-Йорке 31.10.2003 Резолюцией 58/4 на 51-ом пленарном заседании 58-ой сессии Генеральной Ассамблеи ООН) // Собрание законодательства РФ. 2006. № 26. Ст. 2780.

.Конвенция Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии, конфискации доходов от преступной деятельности и финансировании терроризма (CETS N 198) [рус., англ.] (Заключена в г. Варшаве 16.05.2005) // СПС «КонсультантПлюс».

.Конвенция Организации Объединенных Наций о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ (заключена в г. Вене 20.12.1988) // Сборник международных договоров СССР и Российской Федерации. М., 1994. Вып. XLVII. С. 133-157.

.Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 19.12.2021) // Собрание законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.

.Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 19.12.2021) // Собрание законодательства РФ. 2001. № 52. Ст. 4921.

.Федеральный закон от 08.12.2003 N 162-ФЗ (ред. от 07.12.2021) «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2003. № 50 Ст. 4848.

.Федеральный закон от 07.08.2001 N 121-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем» // Собрание законодательства РФ. 2001. № 33. Часть I.

.Федеральный закон от 07.08.2001 N 115-ФЗ (ред. от 28.12.2021) «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» // Собрание законодательства РФ. 2001. № 33. Часть I. Ст. 3418.

.Псковская Судная грамота (1467) / Хрестоматия по истории отечественного государства и права / Составитель А.В. Садиков. М.: Проспект, 2021. С. 30.

.Судебник Ивана III (1497) / Хрестоматия по истории отечественного государства и права / Составитель А.В. Садиков. М.: Проспект, 2021. С. 39.

.Судебник Ивана IV (1550) / Хрестоматия по истории отечественного государства и права / Составитель А.В. Садиков. М.: Проспект, 2021. С. 48.

.Соборное уложение 1649 г. / Хрестоматия по истории отечественного государства и права / Составитель А.В. Садиков. М.: Проспект, 2021. С. 52.

.Артикул Петра I, 1725 г. // Владимирский-Буданов М.Ф. Хрестоматия по истории русского права. Киев, 2009. 462с.

.Артикул Петра I, 1725 г. // Владимирский-Буданов М.Ф. Хрестоматия по истории русского права. Киев, 2009. 462с.

.Постановление ВЦИК от 22.11.1926 «О введении в действие Уголовного Кодекса Р.С.Ф.С.Р. редакции 1926 года» // СУ РСФСР. 1926. № 80. Ст. 600.

.Уголовный кодекс РСФСР (утв. ВС РСФСР 27.10.1960) // Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1960. № 40. Ст. 591.

.Агапова Т.Н. Приоритетные направления работы Росфинмониторинга на пути борьбы с отмыванием доходов, полученных преступным путем // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2021. № 32(317). С. 45-48.

.Букарев В.Б., Трунцевский Ю.В., Шулепов Н.А. Уголовная ответственность за легализацию (отмывание) доходов, приобретенных преступным путем. М.: Юрист, 2021. 144с.

.Газетдинов Н.И. О законодательной регламентации поводов и оснований для возбуждения уголовного дела // Российский следователь. 2021. № 20. С. 15-20.

.Герасин А.Н. Механизм легализации преступных доходов // Бизнес в законе. Экономико-юридический журнал. 2021. № 6. С. 311-315.

.Гладких В.И. К вопросу об объективной стороне легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем // Российский следователь. 2021. № 7. С. 29-34.

.Емцева К.Э. Исторический анализ российского уголовного законодательства об ответственности за легализацию (отмывание) доходов, приобретенных преступным путем // История государства и права. 2021. № 11. С. 43-45.

.Жубрин Р.В. Криминологическая обоснованность уголовной ответственности за легализацию преступных доходов // Законы России: опыт, анализ, практика. 2021. N 10. С. 39-47.

.Зинковский М.А. Легализация (отмывание) безналичных денежных средств, полученных преступным путем, как межотраслевое понятие // Современное право. 2021. № 3. С. 108-111.

.Зинковский М.А. Отмывание денег за счет коммерческого банка // Юридическая работа в кредитной организации. 2021. № 4. С. 22-28.

.Исаева Е.В. Деятельность кредитных организаций по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма в Индии // Банковское право. 2021. № 1. С. 61-67.

.Карпович О.Г. Роль Росфинмониторинга в противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем // Российский следователь. 2021. № 21. С. 34-37.

.Киселев И.А., Леханова Е.С. Расследование отмывания преступных доходов: рекомендации для следователей. М.: Юриспруденция, 2021. 144с.

.Кравец Д.А. Обзор изменений в сфере противодействия отмыванию преступных доходов, финансированию терроризма и борьбы с коррупцией // Делопроизводство и кадры. 2021. N 3. С. 15-26.

.Краюшкин А.А. О развитии отечественного уголовного законодательства, направленного на борьбу с легализацией (отмыванием) преступных доходов // Закон и право. 2009. № 11. С. 63-64.

.Кукушкин В.М. О балансе частных и публичных интересов в сфере противодействия легализации доходов, полученных преступным путем // Банковское право. 2021. № 2. С. 40-44.

.Ляскало А. Особенности предмета легализации (отмывания) денежных средств и иного имущества, приобретенных преступным путем // Уголовное право. 2021. № 2. С. 53-58.

.Ляскало А. Уголовно-правовая оценка субъективных признаков легализации (отмывания) денежных средств и иного имущества, приобретенных преступным путем // Уголовное право. 2021. № 1. С. 44-50.

.Никулочкин Е.О. Применение специальных знаний при расследовании легализации доходов, полученных в результате незаконного оборота наркотиков // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Право. 2021. № 40(257). С. 67-73.

Оцените статью
Реферат Зона
Добавить комментарий