Убийство при превышении пределов необходимой обороны. Курсовая работа (т). Основы права. 2012-06-25

Убийство, совершенное при превышении необходимой самообороны. курсовая работа (т). основы права. 2021-11-06

Изучить уголовно-правовую характеристику объективных и субъективных признаков состава убийства при превышении пределов необходимой обороны.

Глава 1. Превышение пределов необходимой обороны как обстоятельство, смягчающее ответственность за умышленное причинение смерти

.1 Необходимая оборона: понятие и условия правомерности

Под необходимой обороной понимается правомерная защита от общественно опасного посягательства путем причинения вреда посягающему.

Федеральным законом от 14 марта 2002 г. (№ 29-ФЗ) в ст. 37 УК, определяющую понятие и основания применения необходимой обороны, внесены весьма существенные изменения, которые значительно расширили права граждан на защиту личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасных посягательств, когда эти посягательства сопряжены с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Статья 37 УК в новой редакции гласит:

«1. Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

. Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

. Право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения. Это право принадлежит лицу независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти».

Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. ст. 37 УК дополнена еще одним обстоятельством, освобождающим обороняющегося от ответственности за действия, совершенные в состоянии необходимой обороны. Этим Законом в указанную статью внесено дополнение следующего содержания: «…Не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения».

Институт необходимой обороны является одним из средств и гарантий охраны личности, ее прав, законных интересов общества и государства от преступных посягательств. Необходимая оборона осуществляется путем причинения вреда посягающему. Закрепленное в законе право гражданина самостоятельно отражать общественно опасные посягательства на свои личность и права, на личность и права других лиц, а равно на интересы общества и государства путем причинения вреда посягающему имеет важное предупредительное значение, нередко удерживает антиобщественные элементы от противоправных поступков/ В то же время оно дает возможность гражданам непосредственно участвовать в борьбе с нарушителями законов, правил общежития.

Необходимая оборона является субъективным правом гражданина, которое он может осуществить по своему усмотрению, закон его которому не обязывает. Только для лиц, которые в силу закона, иных правовых актов или служебного положения призваны охранять те или иные интересы от общественно опасных посягательств, она становится правовой обязанностью.

Например, в соответствии с Законом РФ oт 18 апреля 1991 г. «О милиции» на сотрудников милиции возложены задачи обеспечения личной безопасности граждан, предупреждения и пресечения преступлений, охраны общественного порядка и обеспечения общественной безопасности. Для выполнения возложенных на них обязанностей по службе в случаях, предусмотренных законом, сотрудники милиции наделяются правом применения силы, специальных средств и огнестрельного оружия.

В соответствии с Федеральным законом от 6 февраля 1997 г. «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации» выполнению обязанностей по охране общественного порядка привлекаются также военнослужащие внутренних войск Министерства внутренних дел Действия сотрудников милиции, а также военнослужащих внутренних войск по пресечению преступных посягательств на правоохраняемые объекты представляют собой необходимую оборону, которая осуществляется в силу служебного долга по прямому требованию закона. За невыполнение этого требования виновные подлежат ответственности. В ст. 24 Закона РФ «О милиции» и ст. 40 Федерального закона «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации» закреплено, что на деятельность сотрудников милиции и военнослужащих внутренних войск распространяются положения о необходимой обороне и крайней необходимости, установленные законодательством.

Необходимая оборона, направленная на защиту интересов Вооруженных Сил, установленного порядка несения военной службы от общественно опасных посягательств, составляет правовую обязанность военнослужащих, вытекающую из требований военной присяги и воинских уставов. Невыполнение этой обязанности есть нарушение воинской дисциплины, за которое может наступать дисциплинарная или даже уголовная ответственность. Так, уклонение часового от необходимой обороны, включая применение оружия, в случае похищения военного имущества из охраняемого объекта образует воинское преступление, предусмотренное ст. 342 УК (нарушение правил несения караульной службы).

Действия, совершенные в состоянии необходимой обороны, признаются общественно полезными при соблюдении определенных условий. В теории уголовного права эти условия называются условиями правомерности необходимой обороны. Различаются условия необходимой обороны, относящиеся к посягательству и относящиеся к защите.

Условиями правомерности необходимой обороны, относящимися к посягательству, принято считать общественную опасность посягательства, его наличность и действительность. Важнейшим условием правомерности необходимой обороны, основанием возникновения права на нее является общественная опасность посягательства, против которого осуществляется оборона. Под общественно опасным посягательством, защита от которого допустима в пределах ст. 37 УК, следует понимать деяние, предусмотренное Особенной частью УК, независимо от того, привлечено лицо, его совершившее, к уголовной ответственности или нет. Источник общественно опасного посягательства при необходимой обороне составляют действия человека. В большинстве случаев это преступные действия, сопряженные с угрозой немедленного причинения ущерба охраняемым законом интересам (преступления против жизни и здоровья, изнасилование, хулиганство, посягательства на имущество и т.п.). Необходимая оборона возможна против незаконных действий должностных лиц, например, против превышения должностных полномочий, сопряженных с насилием над личностью потерпевшего. Право на необходимую оборону может возникнуть в связи с насильственным посягательством военнослужащего на порядок воинской подчиненности (например, в ответ на насильственные действия, совершаемые им в отношении начальника, принуждение начальника или иного лица к нарушению обязанностей по военной службе и др.).

Закон (ст. 37 УК) не ограничивает необходимую оборону только защитой от посягательств, являющихся преступными, она может быть вызвана и другими общественно опасными действиями людей. Необходимой обороной признается, в частности, защита от общественно опасных посягательств невменяемых, а также лиц, не достигших возраста, с которого они могут привлекаться к уголовной ответственности. Однако нормы общественной морали требуют, чтобы в этих случаях защитительные действия совершались с особой осмотрительностью. Когда обороняющийся осознает, что на него нападает невменяемый или несовершеннолетний, действия обороняющегося прежде всего должны быть направлены на пресечение нападения наименьшими средствами, как этого требует институт крайней необходимости.

Новый КоАП нормы о необходимой обороне не содержит.

Нельзя действовать по правилам необходимой обороны против правомерного ограничения тех или иных свобод и интересов личности. Так, лишние свободы по приговору суда, задержание работником милиции хулигана, арест и водворение на гауптвахту военнослужащих за нарушение воинской дисциплины органом дознания, следователем или прокурором по решению суда представляют собой правомерные действия, поэтому не создают права на необходимую оборону. Нельзя обороняться от действий, совершаемых при крайней необходимости. Недопустима оборона и против самого акта необходимой обороны.

Вторым условием правомерности необходимой обороны, относящимся к посягательству, является его наличность Наличным признался посягательство, которое уже началось и осуществляется. Наличным признается также посягательство, которое хотя фактически еще не началось, если имеется реальная угроза его непосредственного осуществления. Как отмечается в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. «состояние необходимой обороны возникает не только в самый момент общественно опасного посягательства, но и при наличии реальной угрозы нападения».

Так, например, по делу Ю. было установлено, что, будучи в нетрезвом состоянии, Л. стал ломиться в его дом, намереваясь при этом бросить камень в комнату, где в это время находилась семья Ю. Последний предупредил, что будет стрелять, но это не оказало на Л. никакого влияния. Тогда Ю. произвел выстрел из охотничьею ружья, причинив Л. телесные повреждения. Верховный Суд признал, что действия Ю. в условиях угрозы реального нападения на него и членов его семьи были своевременными и правомерными, поэтому дело по обвинению Ю. производством прекратил.

С окончанием посягательства отпадает состояние необходимой обороны. Посягательство может быть окончено в связи с достижением его цели, отражением нападения, добровольным его прекращением со стороны самого нападающего и т.п. Следует, однако, иметь в виду, что общественно опасное посягательство вызывает, как правило, сильное волнение у обороняющегося и он не всегда имеет возможность точно фиксировать момент окончания посягательства. Пленум Верховного Суда СССР в своем постановлении подчеркнул, что «состояние необходимой обороны может иметь место и тогда, когда защита последовала непосредственно за актом хотя бы и оконченного посягательства, но по обстоятельствам дела для обороняющегося не был ясен момент его окончания. Переход оружия или других предметов, использованных при нападении, от посягавшего к обороняющемуся сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства».

Не образуют необходимой обороны действия, совершенные против лишь предполагаемого посягательства. Нельзя считать необходимой обороной и причинение вреда нападающему, когда посягательство было окончено, необходимость применения средств защиты явно миновала, а причиненный вред является результатом мести, самочинной расправы.

Третьим условием правомерности необходимой обороны, относящимся к посягательству, является его действительность. Действительным считается посягательство, существующее реально, а не только в воображении субъекта как результат его ошибочной оценки той или иной конкретной ситуации. Действия, совершенные для отражения кажущегося посягательства, когда лицо ошибочно полагает, что происходит реальное посягательство, а в действительности его нет, называются мнимой обороной. Мнимой обороной признается причинение вреда потерпевшему при отсутствии реального общественно опасного посягательства вследствие заблуждения лица относительно наличия такого посягательства. Мнимая оборона исключает ответственность если обстановка происшествия давала субъекту достаточные основания полагать, что он подвергается реальному нападению. При этом лицо не могло и не должно было осознавать отсутствие реального общественно опасного посягательства.

Например, по конкретному делу было установлено, что ночью, когда в доме спали, С. и его тесть Б. услышали подозрительный шорох на чердаке. С., взяв охотничье ружье, вместе с Б. вышел во двор. С. крикнул: «Кто там, слезай, стрелять буду!» Неизвестный, находившийся в чердаке, ответил, что свой, спрыгнул с чердака и спрятался за углом дома. С., держа в руках заряженное ружье, сделал несколько шагов по направлению к углу дома, за которым притаился неизвестный. В это время тот выскочил из-за угла и оказался прямо перед С., который, полагая, что отражает нападение, почти в упор выстрелил и убил гражданина. При убитом гражданине никакого оружия не было. Как выяснилось, он был сильно пьян и около двух часов ночи был замечен во дворе соседнего дома, откуда ушел с целью найти место для ночлега. С. вначале был осужден за убийство. Однако Верховный Суд признал, что он действовал в состоянии мнимой обороны и его действия в данных конкретных условиях не содержат состава преступлени.

Рефераты:  Социальные риски как угрозы социальному положению и защита от них – тема научной статьи по социологическим наукам читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

В тех случаях, когда в сложившейся обстановке лицо должно было и могло предвидеть отсутствие реального общественно опасного посягательства, оно подлежит ответственности за причинение вреда по неосторожности. Если же лицо, действующее в состоянии мнимой обороны, причинило потерпевшему вред, явно превышающий пределы допустимого в условиях реального общественно опасного посягательства, то его ответственность наступает как за превышение пределов необходимой обороны.

Условия правомерности необходимой обороны, относящиеся к защите, определяют круг защищаемых интересов лиц, которым причиняется вред при защите этих интересов, и соотношение нападения и защиты.

Защита при необходимой обороне осуществляется путем причинения вреда нападающему. Предотвращение опасности, угрожающей охраняемым законом интересам, путем причинения вреда не нападающему, а третьим лицам следует рассматривать по правилам крайней необходимости (ст. 39 УК). Вред, причиняемый нападающему, по своему характеру может быть различным; возможно, например, ограничение его свободы, нанесение побоев, причинение вреда здоровью различной степени тяжести и даже лишение жизни. В отдельных случаях допустима защита путем причинения посягающему имущественного ущерба (например, уничтожение или повреждение имущества, с помощью которого осуществляется посягательство).

Необходимая оборона может осуществляться для защиты личности и прав не только самого обороняющегося, но и других лиц, а также общественных и государственных интересов.

.2 Понятие превышения пределов необходимой обороны

Превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства (ч. 2 ст. 37 УК). Превышение пределов необходимой обороны, признаваемое преступлением, граничит с необходимой обороной, являющейся общественно полезной, правомерной деятельностью. Этим обусловлены встречающиеся трудности в их разграничении как в теории, так и в судебной практике.

Закон определяет превышение пределов необходимой обороны (эксцесс обороны) как действия, явно не соответствующие характеру и опасности посягательства. Этим подчеркивается очевидный, в данной конкретной ситуации не вызывающий сомнений разрыв между защитительными действиями, с одной стороны, и характером и опасностью посягательства — с другой.

Так, убийством при превышении пределов необходимой обороны были признаны действия, совершенные при следующих обстоятельствах. Поздно вечером Б. на повозке подъехал к складу лесоматериалов на железнодорожной станции и стал похищать бревна. Вскоре он был обнаружен сторожем В., который потребовал, чтобы Б. сложил похищенное в штабель Поскольку тот отказался выполнить требование и продолжал грузить повозку, сторож с целью пресечения преступления выстрелил в Б. и убил его. В. был осужден за убийство при превышении пределов необходимой обороны.

Не всякое превышение пределов необходимой обороны является уголовно наказуемым деянием. Закон устанавливает уголовную ответственность за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны (ст. 108 УК), и за причинение посягающему тяжкого или средней тяжести вреда здоровью (ст. 114 УК). Если превышение пределов необходимой обороны выразилось в причинении легкого вреда здоровью посягающего или в нанесении ему побоев, то содеянное не образует состава преступления.

Вопрос о субъективной стороне преступления, совершенного при превышении пределов необходимой обороны, длительное время был спорным, в теории на этот счет высказывались различные точки зрения. Четкая позиция по этому вопросу была высказана в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. В нем отмечалось, что уголовная ответственность наступает лишь за умышленное превышение пределов необходимой обороны, причинение вреда посягающему по неосторожности при отражении его общественно опасного посягательства не может влечь уголовной ответственности. Эта позиция сейчас законодательно закреплена в ст. 37, а также в ст. 108 и 114УК.

Некоторые авторы предлагают под термином посягательство понимать только нападение, как наиболее распространенную для необходимой обороны форму посягательства. Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 6 постановления О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм от 17 января 1997 г. № 1 указал, что применительно к ст.ст. 227, 360 УК РФ нападение — это действия, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо создания реальной угрозы его немедленного применения. Указанные авторы предлагают аналогично понимать понятие нападение и в отношении ст. 37 УК.

Исследование материалов судебной практики показывает, что основная масса общественно опасных посягательств действительно осуществляется посредством нападения и необходимая оборона применяется, как правило, при нападении. Однако представляется, что посягательство, выступающее фактическим и правовым основанием для реализации права на необходимую оборону, по объему, содержанию и формам проявления — более широкое понятие, чем нападение для бандитизма и разбоя. И потому ставить знак равенства между понятиями нападение и посягательство — значит допускать возможность правомерной защиты лишь от насильственного посягательства.

В случаях же, когда посягательство не связано с нападением, например, при покушении на убийство путем отравления, публичных призывах к насильственному изменению конституционного строя Российской Федерации; или когда посягательство не связано с насилием или угрозой его применения, например, в случаях кражи, ненасильственного грабежа, неправомерного завладения автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (угона), при умышленном уничтожении или повреждении имущества, при оскорблении и т.д., потерпевшему, если следовать вышеуказанной логике, остается лишь печально созерцать происходящее. Представляется, что защита возможна и против ненасильственного посягательства. Кроме того, есть и насильственные преступления без признаков нападения (изнасилование, случаи похищения людей, удержание заложника и т.д.).

Повод для применения оборонительных мер именуется в законе не нападением, а общественно опасным посягательством неслучайно. Тем самым позволительна защита против деяний, не имеющих признаков нападения, т.е. попыток причинить ущерб с использованием физической силы. Представляется, что к таковым можно отнести: шпионаж (ст. 276 УК), воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования (ст. 294 УК), побег из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи (ст. 313 УК) и др.

Поскольку законодательное определение превышения пределов необходимой обороны включает в себя оценочные моменты, очень важно сформулировать критерии, на основе которых можно сделать вывод, была ли оборона правомерной или налицо превышение ее пределов. Разумеется, прежде всего, необходимо констатировать возникновение ситуации необходимой обороны и совершения действий с целью защиты от общественно опасного посягательства, а затем уже оценивать, имело ли место явное несоответствие защиты характеру и опасности посягательства.

Совершенно очевидно, что превышение пределов необходимой обороны логически предполагает состояние такой обороны. Данную точку зрения разделяют большинство юристов. Превышение пределов необходимой обороны выражается в том, что лицо, находящееся в состоянии необходимой обороны, осуществляет чрезмерную защиту и в процессе обороны причиняет посягающему вред, резко несоразмерный с характером и опасностью посягательства и не оправдываемый важностью защищаемого интереса. Иными словами, при эксцессе обороны посягающему умышленно причиняется такой излишне тяжкий вред, который со всей очевидностью не вызывался обстоятельствами дела.

Чрезмерная защита — это такая защита, при которой ее средства и интенсивность не соответствуют средствам, интенсивности, опасности и всему характеру посягательства. Резкое же несоответствие вреда — это несоответствие ценности, важности, общественного значения интереса защищаемого и интереса, нарушаемого обороной. Речь идет именно о резком (явном, значительном) несоответствии между благом защищаемым и благом, нарушаемым обороной, а не вообще о нарушении выдвигаемого некоторыми юристами требования соразмерности благ при необходимой обороне.

В состоянии необходимой обороны в большинстве случаев весьма трудно определить, каким должен быть тот минимальный вред, причинение которого будет достаточным для отражения посягательства. Важно, чтобы этот вред не был резко несоответствующим по сравнению с предотвращаемым вредом, а не минимально возможным. К тому же и грозящий вред далеко не всегда конкретно обозначен. Поэтому требование, чтобы причиненный посягающему вред был минимально возможным, представляется ошибочным.

Следует подчеркнуть, что посягательство и защита абсолютно точно никогда не соответствуют друг другу. И закон допускает это несоответствие. Так, вред, причиненный посягающему, может быть не только равным, но и гораздо большим, чем вред, который он хотел причинить. Речь в законе идет только о явном несоответствии. Требование об обязательной соразмерности между причиненным вредом и вредом предотвращенным привело бы на практике к невозможности прибегнуть в ряде случаев к необходимой обороне. При таком положении нельзя, например, причинить тяжкий вред здоровью вора либо смерть лицу, пытающемуся изнасиловать женщину, поскольку жизнь и здоровье являются более ценными благами по сравнению с собственностью и половой неприкосновенностью и т.п.

Механическое сопоставление мер обороны и мер посягательства не дает нужного результата, так как в этом случае действует правило: на удар кулаком можно ответить только кулаком. Данная концепция абсолютно неприменима на практике. Трудно представить себе, как по этим правилам будет защищаться выпускник консерватории от выпускника военного училища. К тому же, существуют отдельные виды посягательств, как, например, изнасилование, на которые ответить адекватно обороняющаяся сторона просто не может.

На основании изложенного можно сделать вывод, что понятие превышения пределов необходимой обороны не может быть сведено только к явному несоответствию в соразмерности средств защиты характеру и степени общественной опасности посягательства.

В законодательной дефиниции эксцесса обороны указаны два признака посягательства — характер и степень общественной опасности. Характер посягательства указывает на его качественную сторону, определяемую главным образом ценностью объекта, на который оно направлено, характером причиненного вреда и способом посягательства. Степень общественной опасности посягательства выражает главным образом его количественную сторону и определяется тяжестью причиненных последствий, способом совершения преступления, формой вины, видом умысла, содержанием мотивов, а также другими обстоятельствами, влияющими на меру социальной опасности конкретного преступления.

Категории характер посягательства и степень общественной опасности посягательства рассматриваются в неразрывной связи. Это объясняется тем, что различие между данными понятиями носит весьма условный характер и только в совокупности они дают возможность решить основной вопрос эксцесса обороны — вопрос о соотношении между вредом, причиненным посягающему, и тем вредом, который он мог бы причинить защищаемым интересам.

Характер и степень общественной опасности посягательства определяется прежде всего характером и важностью объекта, которому угрожает опасность со стороны посягающего. Чем выше ценность защищаемого блага, чем более серьезным вредом гражданам или обществу грозит посягательство, тем более интенсивная оборона допускается против подобного посягательства. При этом необходимо учитывать не только важность и ценность объекта посягательства, но и степень тяжести вреда, который может быть ему причинен.

Рефераты:  Курсовая работа (теория): Сбалансированность бюджета

Представляется, что применительно к эксцессу обороны в качестве дополнительного количественного критерия опасности посягательства может быть использован признак интенсивности. В то же время общественная опасность посягательства не меняется в зависимости от его интенсивности, поэтому интенсивность определяет объективную сторону посягательства и на ее основании обороняющийся судит о том, на какие общественные интересы направлены действия посягающего. Если эксцесс обороны сводить только к несоответствию интенсивности защиты и посягательства, то будет неправомерной энергичная защита против обычных краж и иных тайных преступлений, а с другой стороны будет правомерным причинение тяжкого вреда посягающему в случае совершения незначительных преступлений стремительным, энергичным способом.

Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 16 августа 1984 г. указывал, что нельзя требовать механического соответствия между интенсивностью защиты и интенсивностью посягательства. Защита может быть даже более интенсивной, чем посягательство. В ряде случаев только такая защита может обеспечить успех необходимой обороны.

Глава 2. Уголовно-правовая характеристика объективных и субъективных признаков состава убийства при превышении пределов необходимой обороны

2.1 Объективные признаки убийства при превышении пределов необходимой обороны

В УК РФ убийство при превышении пределов необходимой обороны отнесено к главе ХVI, предусматривающей ответственность за преступления против жизни и здоровья (раздел VII «Преступления против личности»). Исходя из данной законодательной конструкции родовой объект рассматриваемой группы преступлений составляют общественные отношения, в рамках которых реализуется личность как субъект социальной взаимосвязи и совокупность важнейших интересов и неотъемлемых благ (жизни, здоровья, личной неприкосновенности и т.п.) в качестве участника правоотношений со свойственными ему социальными, биологическими и психологическими признаками.

Видовым объектом убийства, совершенного при превышении пределов необходимой обороны, выступает жизнь человека. Жизнь человека в данном случае рассматривается не только как биологический процесс, а как целостная социальная категория, поскольку он является членом общества и непосредственным участником общественных отношений. Поэтому ошибочной представляется позиция ученых, выступающих за рассмотрение в качестве видового объекта не категории «жизнь человека», а более узкого понятия «человек», включающего в себя человеческую жизнь лишь в биологическом понимании. Жизнь человека неотделима от общественных отношений, поскольку объектом преступного посягательства при убийстве, как обоснованно отмечает С.В. Бородин, является и жизнь человека в биологическом аспекте, и нарушенные общественные отношения, в качестве субъекта которых он выступал, то есть объектом убийства по праву является человек как носитель и звено единой, неразрывной социальной взаимосвязи.

Начало жизни человека в уголовно-правовом аспекте принято определять с момента начала физиологических родов. Данный вопрос в отечественном законодательстве до настоящего времени не получил нормативного урегулирования. Применительно к убийству, совершенному при превышении пределов необходимой обороны, представляет особую актуальность установление момента окончания жизни человека. Данный вопрос, как известно, входит в компетенцию медицинской науки. Вместе с тем признание человека умершим — факт важный не только в медицинском, но и в юридическом отношении, поскольку с указанным моментом связаны важные юридические последствия. Определение момента, с которого человека следует считать умершим, на практике представляет большую важность для квалификации преступлений против жизни в плане разграничения стадии покушения и оконченного преступного деяния. Нормативной основой для решения рассматриваемого вопроса является Закон РФ «О трансплантации органов и (или) тканей человека». Статья 9 (раздел II «Изъятие органов и (или) тканей у трупа для трансплантации» регламентирует, что заключение о смерти дается на основании констатации необратимой гибели всего головного мозга (смерти мозга), установленной в соответствии с процедурой, утвержденной Министерством здравоохранения Российской Федерации. Детализация положений ст. 9 закона дается в ст. 46 «Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан», которая в свою очередь направляет к инструкции Минздрава России «По констатации смерти человека на основании диагноза смерти мозга». Законодательство в области медицины связывает понятие «смерть человека» с необратимостью прекращения функционирования мозга, независимо от состояния других тканей, органов и систем организма. Прекращение функции мозга означает необратимую гибель человеческого организма. С этого момента возникают все правовые последствия, связанные со смертью индивида.

В отличие от других преступлений против жизни непосредственным объектом анализируемого преступления является жизнь не всякого человека, а лишь того, кто посягнул на охраняемые законом права и интересы других людей. При этом уголовный закон охраняет личность посягающего только в том случае, если обороняющимся допущено преступное превышение пределов необходимой обороны, выразившееся в лишении жизни или причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего. В свете положений действующей редакции ст. 37 УК РФ в качестве объекта уголовно наказуемого превышения пределов необходимой обороны могут выступать лишь жизнь и здоровье посягающего, нападение, со стороны которого не сопровождалось применением насилия, представляющего опасность для жизни обороняющегося или других лиц. Исходя из положений современного уголовного законодательства жизнь и здоровье нападающего, осуществляющего посягательство, представляющее реальную опасность для жизни, выводятся из-под сферы охраны уголовного закона.

Объективная сторона исследуемого состава содержит три обязательных признака: деяние, общественно опасное последствие и наличие причинной связи между ними. Таким образом, объективная сторона убийства, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, характеризуется следующими признаками:

  1. общественно опасное деяние обороняющегося;
  2. общественно опасное последствие в виде смерти нападающего;
  3. причинная связь между действиями обороняющегося и наступившим общественно опасным последствием.

Исходя из действующей редакции ч. 2 ст. 37 УК РФ уголовно-наказуемое превышение пределов необходимой обороны представляет собой предотвращение посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или других лиц, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, осуществленное при явном несоответствии защиты характеру и опасности посягательства. На первый взгляд, складывается впечатление, что уголовный закон наделяет лицо, обороняющееся против посягательства, опасного для жизни, правовыми основаниями для «беспредельной», не ограниченной какими-либо рамками обороны. В действительности же дело обстоит иначе. Действующая редакция ст. 37 УК РФ породила новые оценочные признаки, добавив их к ранее существовавшим. На самом деле обороняющемуся сложно определить, является ли посягательство действительно опасным для жизни и причинение какого вреда допустимо при защите от него. Опасность для жизни, исходя из совершаемого нападения, может быть как явной и очевидной для обороняющегося, так может носить и скрытый, завуалированный характер. То есть факт нападения и его сопряженность с применением физического насилия, опасного для жизни, нередко не осознается лицом, подвергшимся нападению. Общественно опасное посягательство в таких ситуациях может быть незаметным для потерпевшего (выстрел из укрытия, неожиданный удар в спину, введение в организм опасных для жизни веществ и т.п.). Непосредственность угрозы применения насилия, опасного для жизни, также принадлежит к числу нормативно не определенных, оценочных признаков. Исходя из уголовно-правовых и судебно-медицинских критериев непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни, имеющая юридическое значение, должна отвечать требованиям наличности, реальности и действительности. Такая угроза должна быть выраженной в очевидной форме и субъективно восприниматься обороняющимся как реально существующая, создавать твердое убеждение в том, что она будет немедленно реализована, если посягающий встретит какое-либо противодействие в свой адрес.

.2 Субъективные признаки убийства при превышении пределов необходимой обороны

При исследовании механизма преступного поведения должно подлежать анализу не только объективно свершившееся в реальности преступное деяние (это, образно говоря, представляет лишь надводную часть айсберга), а чрезвычайную важность представляет исследование внутренних, психологических процессов, протекающих в сознании субъекта и обусловивших возникновение побуждения совершить преступление. В.Н. Кудрявцев писал, что преступное поведение — это процесс, развертывающийся во времени и пространстве, включающий не только сами действия, изменяющие внешнюю среду, но и предшествующие им психологические процессы, протекающие в сознании субъекта, определяющие генезис противоправного поступка.

Вопрос о субъективной стороне преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, тесно взаимосвязан с вопросами квалификации данного преступления и относится к числу наиболее важных при анализе чрезмерных защитных действий. Правильное решение этих вопросов является залогом обеспечения законности и обоснованности принимаемых компетентными органами решений по уголовным делам данной категории.

К числу субъективных признаков анализируемого состава относится и характеристика субъекта преступления. Субъект преступления в общеправовом отношении является непосредственным участником социальных взаимосвязей, оказывающим негативное воздействие на правоохраняемый объект. Субъектом убийства, при эксцессе обороны исходя из норм действующего уголовного законодательства может быть физическое вменяемое лицо, достигшее к моменту совершения преступления 16 лет. В большинстве случаев это лицо, подвергшееся нападению, но им может быть и человек, использовавший право на необходимую оборону для оказания помощи другим лицам в частном порядке или при выполнении своих служебных обязанностей. При этом согласия или просьбы о помощи со стороны подвергшихся нападению лиц уголовный закон не требует.

Уголовной ответственности за эксцесс обороны как за предусмотренное уголовным законом преступное деяние в соответствии со ст. 19 УК РФ подлежит лицо, которое в момент отражения посягательства было вменяемо, то есть могло сознавать фактические признаки и общественную опасность совершаемого деяния, и было способно отдавать отчет в своих действиях, что присуще только психически здоровому и умственно полноценному человеку. Регламентацию уголовной ответственности закон неразрывно связывает с интеллектуально-волевым поведением человека, его способностью в полной мере осмысленно управлять своими действиями. Данное обстоятельство важно установить в анализируемой ситуации, ввиду того, что в состоянии необходимой обороны, в силу сложившихся экстремальных условий, имеющие место в процессе посягательства внутренние и внешние факторы оказывают негативное влияние на способность обороняющегося в достаточной степени осознавать реальность обстановки, предвидеть наступление возможных последствий и руководить своим поведением.

Установление уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 108 УК РФ по достижении субъектом 16-летнего возраста (то есть общего возраста уголовной ответственности) явилось позитивной новацией УК РФ 1996 г.

Не достижение возраста уголовной ответственности или установленная надлежащим образом невменяемость обороняющегося полностью исключают уголовную ответственность.

В ч. 1 ст. 108 УК РФ не содержится указаний на специального субъекта преступления, поэтому им может быть любое лицо независимо от рода профессиональной деятельности и наличия специальных навыков, которое, хотя и с превышением допустимых пределов, осуществляет предотвращение общественно опасного посягательства со стороны лица, пытавшегося причинить ущерб правоохраняемым интересам. Положения закона, регламентирующие право на необходимую оборону в полной мере применимы в отношении должностных лиц и сотрудников органов внутренних дел, органов уголовно-исполнительной системы, федеральной службы безопасности, федеральных органов государственной охраны, таможенной службы и других силовых ведомств и структур. Согласно действующему уголовному законодательству право на отражение посягательства с соблюдением условий правомерности необходимой обороны представляет собой неотъемлемое право каждого независимо от занимаемой должности, специальной подготовки и служебного положения. Вместе с тем для перечисленных категорий граждан, в отличие от остальных, которые вправе выбирать, воспользоваться законным правом на необходимую оборону или избежать посягательства, оказание противодействия агрессивным антиобщественным проявлениям является их служебным долгом, и отказ от применения мер необходимой обороны для указанных лиц может заключать в себе состав преступления или дисциплинарного проступка. При установлении в отношении указанных лиц факта превышения пределов защиты следственным органам и суду необходимо исходить не только из предписаний уголовного закона по данному вопросу, но и из требований специальных нормативных актов, регулирующих правовой статус сотрудников соответствующих структур. Осуществление права на необходимую оборону не может составлять лишь предмет служебного долга, так как, прежде всего, является реализацией неотъемлемого права на защиту, поскольку в ч. 3 ст. 37 УК РФ говорится, что «право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения…» Следовательно, действия указанных лиц при пресечении общественно опасных посягательств, в том числе с применением оружия и специальных средств, как уже отмечалось, должны соответствовать в первую очередь положениям ст. 37 УК РФ, а лишь затем — требованиям специальных нормативных актов.

Рефераты:  Конституционное право на образование. Реферат. Основы права. 2013-12-30

Представляя собой своеобразную «модель» объективной стороны состава в психике субъекта, субъективная сторона различных преступлений, писал В.Н. Кудрявцев, имеет неодинаковое «предметное содержание» и может иметь различную форму. Субъективная сторона преступления, будучи интеллектуально-волевой, движущей детерминантой деятельности субъекта применительно к убийству при эксцессе обороны, характеризуется определенным психическим отношением (виной) лица к своим действиям и наступившему в результате их совершения последствию — смерти потерпевшего. Важность установления субъективной стороны преступления отражена в уголовно-процессуальном законе. В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ с момента рассмотрения повода к возбуждению уголовного дела, прежде всего, подлежит исследованию виновность лица в совершении преступления и форма его вины.

Согласно ч. 2 ст. 37 УК РФ превышением пределов необходимой обороны, применительно к ч. 1 ст. 108, ч. 1 ст. 114 УК РФ, признаются умышленные действия по предотвращению посягательства, не соединенного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или других лиц, выразившиеся в явном несоответствии защиты характеру и опасности посягательства.

Исходя из социальной обусловленности законодатель обоснованно признал, что в неосторожном превышении пределов необходимой обороны отсутствует признак уголовно-правовой общественной опасности. Поэтому неосторожное лишение жизни нападающего в состоянии необходимой обороны в соответствии с действующим уголовным законодательством, не влечет уголовной ответственности по ч. 1 ст. 108 УК РФ ввиду отсутствия в содеянном признаков субъективной стороны состава преступления. Признание преступным неосторожного превышения пределов необходимой обороны означало бы предъявление к обороняющемуся абсолютно необоснованного требования сохранять хладнокровие и расчетливость при отражении нападения и на этой основе не допускать в своих действиях превышения опасности посягательства. Это привело бы к проявлению большей заботы об интересах посягающего, чем обороняющегося и общества в целом, что в корне противоречило бы социально-правовой сущности необходимой обороны как института, содействующего укреплению правопорядка в обществе.

Судебная практика на протяжении многих лет обоснованно придерживалась позиции, что эксцесс обороны является умышленным деянием, которое может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом. Причем изучение конкретных уголовных дел данной категории свидетельствует, что для данного вида убийства наиболее характерен косвенный умысел. При этом в качестве обязательного признака субъективной стороны данного убийства выступает цель защиты личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства (ч. 1 ст. 37 УК РФ). Добиваясь достижения этой цели, обороняющийся сознает, что превышает допустимые пределы и предвидит реальную возможность наступления вредных последствий в виде смерти посягающего. Этот результат нежелателен для обороняющегося, так как последний стремится к достижению общественно полезной цели, но, избрав чрезмерные средства для ее достижения, сознательно допускает наступление указанного последствия либо относится к нему безразлично. Модель субъективной стороны убийства при превышении пределов необходимой обороны можно представить следующим образом: наступившее общественно опасное последствие (причинение смерти нападающему) не является целью защитных действий обороняющегося, но при ее постановке он сознательно допускает такую возможность как один из вариантов наступления возможного последствия. Допуская эксцесс обороны, лицо лишь в общих чертах осознает выход за пределы допустимой защиты, так как точную степень этого несоответствия он не в состоянии правильно оценить в экстремальных условиях нападения и вызванного посягательством дестабилизированного эмоционального состояния.

В теории уголовного права и судебной практике считается общепризнанным, что стадия приготовления как этап неоконченного преступления применительно к убийству при превышении пределов необходимой обороны исключена. В соответствии с ч. 2 ст. 30 УК РФ, уголовная ответственность наступает лишь за приготовление к тяжким и особо тяжким преступлениям. Преступления, совершенные при эксцессе обороны, исходя из санкции статей к таковым не относятся, а, следовательно, ни в теоретическом, ни в практическом аспекте уголовная ответственность за приготовление к преступлениям, совершенным при эксцессе обороны, невозможна.

Заключение

Институт необходимой обороны как уголовно-правовая категория непосредственно взаимосвязан с конструкцией состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, поскольку реализация права на необходимую оборону явно не соответствующими методами и средствами в качестве объективного признака входит в структуру объективной стороны анализируемого убийства.

В государственно-правовом аспекте необходимая оборона представляет собой субъективное право гражданина, провозглашенное в ст. 45 Конституции РФ и регламентированное в действующем отраслевом законодательстве: уголовном (ст. 37 УК РФ) и гражданском (ст.ст. 14, 1066 ГК РФ). Исходя из данного аспекта, социальная сущность института необходимой обороны состоит в том, что она выступает одним из гарантов реализации правового статуса гражданина в Российской Федерации.

. В связи с гуманизацией действующего уголовного законодательства и необходимостью учета мотивов лица, действующего в состоянии необходимой обороны, а также в целях дифференциации его ответственности предлагается дополнить главу 11 УК РФ, предусматривающую условия освобождения от уголовной ответственности, следующей уголовно-правовой нормой: «Лицо, совершившее убийство или причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, может быть освобождено от уголовной ответственности, если у него установлено состояние аффекта, вызванное общественно опасным посягательством».

2. Поскольку понятие «насилие, опасное для жизни», предоставляющее право на неограниченную необходимую оборону, в уголовном законодательстве нормативно не определено, исходя из прецедентного характера постановлений высшей судебной инстанции указанную классификацию предлагается отразить в новом постановлении Пленума Верховного Суда РФ о судебной практике применения законодательства, регулирующего институт необходимой обороны.

Позитивное значение предложенного способа казуального изложения в постановлении Пленума конкретных посягательств, создающих право на применение неограниченных мер защиты, состоит в том, что таким образом из правовой нормы о необходимой обороне может быть исключено оценочное понятие «насилие, опасное для жизни».

. С учетом прецедентного характера постановлений высшей судебной инстанции представляется целесообразным указанный перечень преступных деяний, объединенных критерием опасности для жизни, отразить в новом постановлении Пленума Верховного Суда РФ о судебной практике применения законодательства о необходимой обороне.

. Норму, регламентирующую институт необходимой обороны, необходимо изложить в такой редакции, которая бы не вызывала разночтений у граждан и правоприменителя. Обороняющийся должен обладать исчерпывающей информацией, определяющей критерии правомерности его поведения в состоянии необходимой обороны. Положения ст. 37 УК РФ в ныне действующей редакции, к сожалению, вызывают сложности в применении даже в среде профессиональных юристов.

Список использованной литературы

1.Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ

2.Федеральный закон РФ от 08.12.03 N 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации».

.Федеральный закон от 6 февраля 1997 г. «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации»

.Сборник постановлений пленумов Верховных судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. — с.436

.Сборник постановлений пленумов Верховных судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. — с.328

.Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22.07.1993 г. № 5487 (в ред. от 18.10.2007) // Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. № 33. Ст. 1318.

7.Андреева Л.А., Питерцев С.К. Необходимая оборона: Уголовно-правовые и процессуально-тактические вопросы: Методические рекомендации. СПб., Питер. 2021. — 128 с.

.Бородин С.В. Ответственность за убийство: квалификация и наказание по российскому праву. М., Буквовед. 2009. С. 5.

9.Дурманов Н.Д. Обстоятельства, исключающие опасность и правомерность деяния. М. — 2021. — с.111

.Дурманов Н.Д. Обстоятельства, исключающие опасность и правомерность деяния. М. — 2021. — 432с.

11.Кадников Н.Г. Обстоятельства, исключающие преступность деяния: Учебное пособие. М.: Бизнес Ченел интернешнл Лтд. 2008. — 132 с.

.Коваленко В.Н. Право граждан на необходимую оборону. — Саратов. — 2021. — с.217

13.Коваленко В.Н. Право граждан на необходимую оборону. — Саратов. — 2021. — с.505

.Ковник В.Ф. Превышение пределов необходимой обороны // Государство и право. 2021. — № 5. -с.45

.Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. М., Проспект. 2021. С. 147.

.Курс советского уголовного права: Общая часть / Под ред. Ткачевского Ю.М. Л., Изд-во ЛГУ. 2008. С. 124.

.Макринская В.И. Вопросы уголовно-правовой защиты права на жизнь (сравнительно-правовые аспекты): учебное пособие. М., Буквовед. 2008. С. 88

.Мастинский М.З., Семенов Д.Е., Юшкова Е.Ю., Юшков Ю.Н. Применение законодательства о необходимой обороне и превышении ее пределов (По результатам обобщения следственной и судебной практики). // Государство и право. — 2009. — № 3. — с.57

.Механизм преступного поведения / Отв. ред. Кудрявцев В.Н. М., Волтерс Клувер. 2021. С. 31.

20.Тухбатуллин Р.Р. Субъект и субъективная сторона преступлений против жизни и здоровья, совершенных в состоянии аффекта // Российский следователь. 2021. № 8. С. 24.

21.Уголовное право на современном этапе: Проблемы преступления и наказания. / Под ред. Беляева Н.А., Глистина В.К., Орехова В.В. СПб., Юридический Центр-Пресс. 2021. — 364 с.

22.Уголовное право России. Общая часть: Учебник. Под ред. Б.В.Здравомыслова. — М.:Юрист. — 2021. — с.210

23.Уголовное право России. Общая часть: Учебник. Под ред. Б.В.Здравомыслова. — М.:Юрист. — 2021. — с.390

.Уголовное право: Особенная часть: Учебник / Под ред. Ветрова Н.И., Ляпунова Ю.И. М., ГроссМедиа. 2021. С. 39.

25.Юшков Ю.Н. К вопросу о понятии и пределах необходимой обороны // Российский юридический журнал. 2021. № 2. С. 41.

Оцените статью
Реферат Зона
Добавить комментарий