Особенности трудового договора профессионального спортсмена
Отношения между профессиональными спортсменами и спортивными организациями, где они осуществляют свою спортивную занятость, могут закрепляться следующими способами.
1. Единоличные:
1) трудовой договор между профессиональным спортсменом и спортивной организацией;
2) без заключения договора, но с устойчивым (постоянным) членством профессионального спортсмена в лиге, спортивной федерации;
3) гражданско-правовой договор между профессиональным спортсменом и спортивной организацией (в ряде государств — договор подряда);
4) служебный договор между профессиональным спортсменом-военнослужащим и спортивной организацией (Россия и еще ряд государств).
2. Коллективные:
1) коллективный трудовой договор404между спортивной организацией и ее работниками — профессиональными спортсменами;
2) спортивные лиги, взаимодействуя с клубами, определяют правила найма профессиональных спортсменов и особенности трудовых отношений с отдельными из них (это связано с тем, что зачастую спортивные соревнования требуют сотрудничества конкурирующих спортивных клубов для получения спортивного результата);
3) профессиональные спортсмены в игровых видах спорта, действуя коллективно, образуют объединения и профессиональные союзы и через них взаимодействуют со спортивными клубами или с их объединениями.
При заключении между профессиональным спортсменом и спортивной организацией трудового договора их права и обязанности очень четко и подробно в нем прописываются. Поэтому занимающиеся командными видами спорта профессиональные спортсмены, для которых более предпочтительны гибкость правоотношений и отсутствие чрезмерного их регулирования, стремятся заключать со своими клубами гражданско-правовые договоры.
В свою очередь, спортивные организации, особенно в сложных экономических условиях, при корпоративном спонсорстве и иных источниках финансирования, также желают избежать дополнительных расходов и обязательств, связанных с заключением со спортсменами трудовых договоров405.
Вопросы различий между профессиональными спортсменами, осуществляющими спортивно-трудовую деятельность на основании трудовых договоров, и спортсменами, ведущими ее на основании гражданско-правовых договоров (в некоторых государствах — договора подряда), продолжают оставаться одним из важных предметов научных дискуссий.
В литературе отмечается, что, хотя большинство профессиональных спортсменов заключают со спортивными организациями спортивные договоры, наличествует определенное количество тех спортсменов, которые предпочитают не оформлять свои взаимоотношения в порядке, установленном соответствующим законодательством, во всяком случае в Европе406.
Кроме того, следует отметить, что трудовое право, регулирующее трудовые правоотношения в сфере спорта, предусматривает возможность отступать в коллективных договорах от положений трудового законодательства. По существу, спортивные федерации имеют право регламентировать эти отношения именно коллективными договорами407.
Однако в любом случае основной формой закрепления и регулирования отношений между профессиональными спортсменами и спортивными организациями остается спортивный договор.
Вместе с тем в науке российского права продолжается дискуссия, нормами какой отрасли права следует регулировать отношения субъектов физкультуры и спорта. Одни ученые предлагают регулировать их нормами трудового права, другие отдают предпочтение нормам гражданского права, а третьи занимают компромиссную позицию.
Всестороннее исследование этих позиций позволяет автору работы высказать здесь совместную с К. Н. Гусовым точку зрения408. Не всегда все признаки, характеризующие трудовое отношение (личностный, организационный), содержатся в таком сложном явлении, как труд субъекта физкультуры и спорта; поэтому трудовое законодательство может не распространяться на некоторых участников спортивных отношений.
Федеральный закон от 04.12.2007 № 329-ФЗ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» предусматривает в ст. 2, 24 возможность регулирования отношений физкультурно-спортивных организаций (клубов) и организаторов спортивных соревнований со спортсменами и тренерами нормами не только трудового, но и гражданского права.
Иногда очень трудно разграничить области применения трудового и гражданского права при регулировании отношений между спортсменом и физкультурно-спортивной организацией. Например, как быть со спортсменами-индивидуалами, которые сами тренируются и только участвуют в соревнованиях?
Либо в таком виде спорта, как гольф, где спортсмены перечисляют за себя взносы в спортивный клуб, который обеспечивает им условия для тренировок и заявляет их для участия в соревнованиях? Полагаем, что в указанных случаях отношения должны регулироваться нормами гражданского права.
Конституционный Суд РФ в одном из своих определений409 указал, что «в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права».
Таким образом, по смыслу ст. 11, 15 и 56 Трудового кодекса РФ во взаимосвязи с ч. 2 ст. 67 названного Кодекса, согласно которой трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.
В новой редакции ст. 15 ТК РФ410 указано, что заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается. В этой же статье закреплены следующие признаки трудовых отношений:
• работа по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем;
• личное выполнение работником определенной трудовой функции. Для спортсмена это совокупность двух элементов — подготовка и участие в соревнованиях;
• подчинение правилам внутреннего трудового распорядка;
• обязанность работодателя организовать труд работника, создать ему нормальные условия труда, обеспечить охрану труда;
• ежемесячное вознаграждение за труд.
При совокупности всех перечисленных признаков возникшее отношение является трудовым. Отсутствие хотя бы одного из названных признаков делает возможным регулирование данных отношений нормами гражданского права.
В ст. 19.1 ТК РФ говорится, что, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном ч. 1–3 настоящей статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.
В разное время в литературе высказывалась мысль о необходимости субсидиарного применения к трудовым отношениям гражданского права в тех случаях, когда в нормах трудового права имеется пробел411.
Следует отметить, что идея смешанного правового регулирования определенных отношений появилась в науке достаточно давно и так же давно подвергается обоснованной критике. Например, еще Л. С. Таль отмечал: «Нормы закона не поддаются количественному измерению или изменению, а правовые последствия возникают лишь при наличии точно установленных в законе фактов».
Среди ученых нет единого мнения по вопросу о том, следует ли объединять в одном договоре условия, вытекающие как из трудовых, так и из гражданских правоотношений, затрагивающих некоторым образом трудовую функцию работника, или же правильнее вести речь о двух различных юридических фактах.
Так, В. В. Глазырин пишет: «Хотя договоры такого рода, представляющие синтез гражданских и трудовых прав и обязанностей сторон, законодательством прямо не предусмотрены, это не является препятствием к их заключению, поскольку в соответствии с ГК РФ стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законодательством».
Не разделяя данной позиции, другие авторы справедливо спрашивают: в каком порядке должны рассматриваться споры о невыполнении условий такого смешанного договора, как будет называться этот договор (ведь только трудовой договор является основанием возникновения трудового правоотношения)?414
В связи с этим интересной представляется концепция Л. Ю. Бугрова, который полагает, что трудовой договор может иметь природу сложного договора. Включение в его содержание элементов гражданско-правового договора не влечет признания договора незаконным415.
По нашему мнению, в подобных ситуациях следует руководствоваться п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»: «Если возник спор по поводу неисполнения либо ненадлежащего исполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер (например, о предоставлении жилого помещения, о выплате работнику суммы на приобретение жилого помещения), то, несмотря на то что эти условия включены в содержание трудового договора, они по своему характеру являются гражданско-правовыми обязательствами работодателя»416.
Вместе с тем мы полагаем, что использование гражданско-трудовых договоров нежелательно, так как это может привести к размыванию границ между отраслями права. В качестве решения проблемы можно предложить при необходимости заключать с работником наряду с трудовым гражданско-правовое соглашение, что не только позволит сохранить за трудовым договором его функциональное назначение, но и снимет вопрос о гарантиях реализации договорных условий.
Проблема расширения сферы применения договорного метода в регулировании трудовых отношений в науке трудового права обсуждается давно. Например, здесь весьма категорична позиция Б. Р. Карабельникова, который, анализируя историю трудового договора со времен Л. С.
Таля до наших дней, приходит к выводу, что современное трудовое право России имеет «трудовой договор, при заключении которого стороны лишены какой бы то ни было гибкости в отношении любых вопросов, кроме наименования должности и размера заработной платы»417. И хотя его позицию разделяют не все ученые, сегодня этот вопрос приобретает особую актуальность.
Для сравнения интересно обратиться к тому, как проблема содержания трудового договора в целостном варианте разрешается за рубежом.
В государствах Европейского союза содержание трудовых договоров унифицировано в Директиве 91533 EEC «Об обязанности работодателя информировать служащих по поводу условий, применимых в договорах или трудовых отношениях»418. В частности, в ст.
2 Директивы закреплен перечень условий работы (working conditions): идентификация сторон; место работы или (если невозможно его зафиксировать), название, род, характер или категория работы и ее краткое описание; дата вступления договора в силу; в случае заключения срочного договора — его длительность; продолжительность оплачиваемого отпуска; длительность периода предупреждения об увольнении; начальная базовая сумма, другие составные элементы и уточнения выплаты вознаграждения служащему; длительность нормального рабочего дня или рабочей недели; случаи, когда к условиям работы необходимо применение коллективных договоров.
В иностранной литературе идут дебаты по вопросу об условиях, не включенных в приведенный перечень. Судебная практика исходит из того, что если условия работы не определены в качестве обязательных для изложенного порядка, то стороны трудового договора могут по ним не договариваться.
В связи с изложенным полагаем, что в этой сфере необходимо внедрить и использовать «межотраслевой» трудовой договор профес-сионального спортсмена и спортивной организации.
Мигель Кардинал Карро справедливо отмечает, что трудовой договор является осью, вокруг которой была исторически разработана отрасль трудового права419. Однако применительно к отношениям профессионального спортсмена и спортивной организации обоснованно говорить не о трудовом договоре в чистом виде, а о «межотраслевом» трудовом договоре, поскольку таковой обладает элементами как трудового договора, так и специфического служебного договора, а также чертами, свойственными именно и исключительно (во всяком случае, в имеющемся интегральном сочетании) области профессионального спорта.
Подписанию трудового договора с профессиональным спортсменом предшествует, как правило, стадия переговоров, в течение которой стороны могут осуществлять различные действия в целях будущего заключения договора. В ходе таких действий права и обязанности обеих сторон могут обговариваться таким образом, что дальнейшее недоведение переговоров до заключения трудового договора во Франции, например, может быть оспорено в судебном порядке420.
«Межотраслевой» трудовой договор профессионального спортсмена может быть продлен путем подписания дополнительного соглашения или автоматического применения установленной в договоре оговорки о его продлении. Дальнейшие трудовые правоотношения осуществляются на основании положений первоначального трудового договора, если стороны не договариваются об ином421.
Полагаем, что наилучшее представление о сути «межотраслевого» трудового договора профессионального спортсмена даст анализ существующей зарубежной судебной практики.
Решение Палаты по социальным спорам Кассационного суда Франции по делу «Тангуэй против Ассоциации «Шамони Монблан» от 23.01.1997422.
26 апреля 1990 г. Тангуэй, являвшийся профессиональным хоккейным игроком, подписал с хоккейным клубом «Шамони Монблан» договор на оказание услуг на спортивный сезон, который начинался 1 сентября 1990 г. и заканчивался 30 апреля 1991 г.423 31 июля 1990 г. хоккейный клуб «Шамони Монблан» проинформировал Тангуэя о том, что не может пользоваться его услугами, поскольку подписанный ими ранее договор является недействительным, так как хоккейный клуб не имел права нанимать игроков.
Тангуэй обратился в трибунал по трудовым спорам, требуя выплаты компенсации за незаконное увольнение согласно ст. L122–3-6 Трудового кодекса Франции на том основании, что с клубом его связывал срочный трудовой договор.
7 декабря 1993 г. Апелляционный суд Шамбери пришел к выводу о том, что договор на оказание услуг, заключенный Тангуэем с хоккейным клубом, является трудовым договором, и обязал Союз содействия занятости в промышленности и торговле выплатить ему компенсацию в связи с незаконным увольнением.
Союз содействия занятости в промышленности и торговле обратился в Кассационный суд на том основании, что судебный орган, переквалифицировавший договор на оказание услуг в трудовой сфере на трудовой договор, должен был установить факты, касавшиеся условий труда, выплаты вознаграждений и подчиненности работника, которые являются элементами трудового договора.
В данном же случае Апелляционный суд произвел простой анализ положений договора, заключенного между Тангуэем и хоккейным клубом «Шамони Монблан», не вдаваясь в фактические обстоятельства осуществления Тангуэем своей деятельности, и не обозначил правовые основания своего решения.
Кассационный суд постановил, что Апелляционный суд корректно пришел к выводу о том, что существование оплачиваемых трудовых отношений зависит не от выраженного согласия с этим сторон и не от названия договора, а от условий, на которых осуществлялась деятельность работника.
Кассационный суд отметил, что Тангуэй был нанят на работу в качестве профессионального игрока в хоккей и находился в положении подчиненного клубу лица (на него ложилась обязанность оставаться ежедневно в хорошей физической форме и принимать участие в тренировках, матчах под угрозой наложения на него санкций).
Решение Третьей палаты Конституционного суда Колумбии по делу «Кристиан де Хесус Мехия Мартинес против “Deportes Tolima” и других» № T-740/10 от 15.09.2021 г.424
Кристиан де Хесус Мехия Мартинес, являющийся профессиональным футболистом, заключил со спортивным клубом «Deportes Tolima» срочный трудовой договор на период с 1 мая 2008 г. по 31 декабря 2021 г. 7 мая 2009 г. он обратился в суд первой инстанции с иском к спортивному клубу «Deportes Tolima» с целью защиты своих трудовых прав, свободы выбора профессии и деятельности на том основании, что указанная спортивная организация не предоставляла ему возможности расторгнуть трудовой договор в одностороннем порядке.
Главный аргумент Кристиана де Хесус Мехия Мартинеса сводился к следующему. По его мнению, трудовой договор являлся недействительным, так как на момент его подписания сам он не достиг совершеннолетия, поэтому законные представители должны были выдать ему письменное разрешение на заключение трудового договора в соответствии со ст.
113 Закона Колумбии № 1098 2006 г. «Кодекс о детях и подростках»425, чего сделано не было. Мартинес утверждал, что для того, чтобы создать видимость законности такого рода трудовых договоров со спортивными клубами, для которых требовалось разрешение на работу от законных представителей несовершеннолетнего работника, соответствующее территориальное отделение Министерства социальной защиты Колумбии выдало разрешение на их заключение.
После возникновения разного рода неудобств, в частности связанных с его трансфером, игрок расторг трудовой договор в одностороннем порядке, в результате чего для него наступили неблагоприятные последствия, установленные спортивным клубом, который не желал предоставлять ему спортивные права, утверждая, что трудовой договор с ним еще продолжает действовать.
Спортсмен обратился в Седьмой уголовный суд округа Ибаге, который вынес решение в пользу ответчика. Мартинес обратился в Конституционный суд Колумбии.
Конституционный суд указал, что спорными областями, в которых часто возникают споры между футбольными клубами и профессиональными спортсменами, являются институт трансфера игроков, а также вопросы, связанные со спортивными правами игрока, и вопросы о том, что футбольного игрока следует рассматривать не как объект договора, а как личность, субъект договора.
Конституционный суд пришел к выводу, что трудовой договор, заключенный между Кристианом де Хесус Мехия Мартинесом и спортивным клубом «Deportes Tolima», был легитимным, однако постановил отменить решение Седьмого уголовного суда округа Ибаге, отказавшего в проведении процедуры ампаро, и восстановить трудовые права и свободы футболиста.
Теперь несколько примеров из российской судебной практики.
С игроками и тренерами баскетбольного клуба «Динамо» были заключены гражданско-правовые договоры, а сами игроки и тренеры зарегистрированы как индивидуальные предприниматели. В течение определенного времени игроки и тренеры оказывали клубу услуги по подготовке к соревнованиям и участию в них. По окончании сезона игроки и тренеры не получили вознаграждения и обратились в суд.
В Арбитражном суде г. Москвы встал вопрос о квалификации указанных договоров: какова их природа — трудоправовая или гражданско-правовая? В итоге суд констатировал: ввиду того, что граждане зарегистрированы как ИП, они не имеют возможности защищать свои права в суде общей юрисдикции. Поэтому суд счел возможным рассмотреть это дело в арбитражном процессе427.
Вместе с тем, так как были заключены гражданско-правовые договоры, игрокам и тренерам нужно было доказать фактически оказанные услуги за каждый месяц их работы, чего не требуется по трудовому законодательству. Решение суда состоялось в пользу игроков и тренеров, однако возникли сложности при доказывании суммы задолженности, обоснованности оказанных услуг по тренировкам и участию в соревнованиях, а также определении суммы государственной пошлины (чего нет при защите трудовых прав).
Другим ярким примером выявления особенностей спортивного договора является дело баскетболиста П. М. Самойленко.
1 августа 2007 г. между П. М. Самойленко и учреждением «Мужской баскетбольный клуб “Динамо-Москва”» был заключен договор возмездного оказания услуг. Согласно договору Самойленко, выступающий в качестве индивидуального предпринимателя, принял на себя обязательства по оказанию услуг в области спорта, в частности по выступлению за основную баскетбольную команду «Динамо-Москва» в течение сезонов 2007–2008 и 2008–2009 гг.
28 августа 2008 г. Самойленко получил уведомление от клуба о том, что договор с ним расторгнут в одностороннем порядке в соответствии с п. 5.3.1 договора в связи с получением спортивной травмы. Он обратился в Спортивный арбитражный суд при автономной некоммерческой организации «Спортивная арбитражная палата» (далее — CAS) и просил взыскать компенсацию за одностороннее прекращение договора.
Несмотря на установленную преюдицию, Спортивный арбитражный суд принял окончательное решение: признал прекращение договора с игроком безосновательным и взыскал с клуба денежную компенсацию428.
Данное дело интересно тем, что Спортивный арбитражный суд, во-первых, применил принципы спортивного права и регламенты Федерации баскетбола, учел спортивную стабильность и честность игры и принял решение, противоположное решению Арбитражного суда Москвы; во-вторых, впервые определил природу спортивного договора в профессиональном спорте.
Таким образом, замена в этой сфере трудового договора гражданско-правовым на практике часто приводит к умалению прав спортсменов и тренеров и сложностям при их защите и восстановлении.
Считаем обоснованным обозначить следующие ключевые особенности «межотраслевого» трудового договора, определяющие его уникальную правовую природу, особенности его формы и содержания именно в сфере профессионального спорта.
1. «Межотраслевые» трудовые договоры с профессиональными спортсменами содержат специфические(типичные исключительно для такого типа договоров) положения об условиях труда (занятости) профессионального спортсмена и о его обязанностях.
1.1. Положения о том, что спортсмен обязан производить спортивный результат (участвовать в тренировках и соревнованиях), к примеру — играть за спортивный клуб максимально эффективно.
Как верно отмечают Серж Пото и Мишель Пото, профессиональный спортсмен, являющийся работником, как правило, несет обязанность принимать участие в тренировках, подготовке, соревнованиях, в которых участвует спортивный клуб429. Это же положение закреплено в ст. 348.1 ТК РФ.
Жан-Реми Коньяр утверждает, что принципом осуществления профессиональными спортсменами и спортивными тренерами своих трудовых функций является принцип выполнения обязательства, объектом которого выступает именно деятельность (независимо от ее результата).
Соответственно, спортсмены, как наемные работники, не имеют целью своей трудовой деятельности достижение конкретных результатов, однако они должны прилагать все усилия и применять все имеющиеся у них средства, как физические, так и интеллектуальные (навыки, опыт и т. д.), для выполнения своих задач430.
Согласно пп. «a» и «b» ст. 6 Закона Перу от 20.12.1995 № 26.566 «Трудовой режим профессиональных футбольных игроков» профессиональный футболист обязан «осуществлять спортивную активность, для которой футболист был нанят, прилагая все свои усилия, соответствующие его физической и технической форме, согласно применимым правилам и инструкциям, получаемым от клуба и его представителей», «принимать участие в тренировках и подготовке в месте и во время, установленные клубом, а также перед соревнованиями и в иных необходимых случаях».
В соответствии с п. «c» ст. 19 Закона Аргентины от 15.02.1973 № 20.160 «Статус профессионального футбольного игрока» профессиональный спортсмен — футбольный игрок — обязан «играть эффективно и упорно, прикладывая все свои силы и все игровые способности».
1.2. Положения, определяющие обязанность профессионального спортсмена подчиняться правилам и руководящим распоряжениям спортивной организации (его «работодателя»).
По этому вопросу Жан-Реми Коньяр пишет, что участие спортсмена в деятельности спортивного клуба накладывает на него обязанности и ограничения, устанавливаемые руководителями и тренерами этого клуба, например об обязательном участии в тренировках, проводимых в определенное время.
Такие ограничения и обязанности распространяются на всех спортсменов, будь то профессиональные спортсмены, являющиеся работниками этого клуба, или спортсмены-любители, имеющие в нем, например, членство. Другими словами, наличие у спортивного клуба права осуществлять в своих рамках руководство спортивной деятельностью является неотъемлемым признаком такой деятельности.
Кроме того, он считает, что определяющим критерием существования между спортсменом и спортивным клубом отношений подчиненности является наличие у спортивного клуба права налагать на спортсмена санкции431, а у профессионального спортсмена, соответственно, — обязанности претерпевать эти санкции.
Клаус Фивег в свою очередь полагает, что зависимость профессионального спортсмена от клуба проявляется в определении времени, в которое работник находится в распоряжении клуба432.
Согласно традиционному пониманию трудового отношения в российском праве зависимость работника от работодателя связана с тем, что работник подчиняется правилам внутреннего трудового распорядка, установленным работодателем.
1.3. Положения, определяющие обязанность профессионального спортсмена поддерживать на должном уровне свое физическое и психологическое состояние (надлежащую спортивную форму).
Так, в п. «b» ст. 19 Закона Аргентины от 15.02.1973 № 20.160 «Статус профессионального футбольного игрока» закреплено, что профессиональный спортсмен — футбольный игрок — обязан «поддерживать и улучшать свои навыки и психосоматические функции для реализации своей спортивной активности, снижение или потеря которых по вине игрока будут считаться тяжким нарушением своих обязательств».
В ст. 348.2 ТК РФ также зафиксировано условие об обязанности спортсмена соблюдать спортивный режим, установленный работодателем, и выполнять планы подготовки к спортивным соревнованиям.
Российское законодательство не определяет понятие спортивного режима. Такой режим может быть описан в тексте трудового договора или в локальных нормативных актах работодателя и содержать некоторые ограничения для спортсмена (диета, поддержание весовой категории, выполнение дома физических упражнений).
В некоторых клубах под спортивным режимом понимают не только тренировки и режим питания, но и соблюдение спортсменом этических норм в области спорта, принципа Fair Play, отказ от использования допинговых средств и (или) методов, соблюдение норм морали и нравственности как в личной жизни, так и в обществе433.
Нарушение спортивного режима, видимо, может стать основанием для применения к спортсмену дисциплинарной ответственности и его увольнения.
Очевидно, что спортивный режим распространяется не только на рабочее время спортсмена. Например, по Антидопинговому кодексу ВАДА спортсмену запрещено использовать допинговые средства и методы не только в период работы, но и в течение всего внерабочего времени спортивной карьеры. Допинг-тестирование спортсмена полицейские вправе проводить даже во время его отпуска.
1.4. Положения об ограничении личных прав спортсмена вследствие выполняемых им трудовых функций.
В профессиональном спорте весьма распространенным явлением выступает закрепление в трудовом договоре условий об ограничении самостоятельных действий спортсмена, запрете публичных выступлений, вступлении в брак и наличии детей в период действия договора.
Например, как уже отмечалось, в футболе и хоккее в договорах встречаются положения о том, что спортсмен предоставляет клубу исключительные права на использование своего имиджа, т. е. эксклюзивное право использовать его имя, образ, фото- и видеоизображения, графические и любые иные изображения.
И хотя по российскому праву (повторим) личные неимущественные права неотчуждаемы от личности ни при каких условиях (п. 1 ст. 1265 ГК РФ), а обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина допускаются только с согласия этого гражданина (ст. 152.1 ГК РФ), российские спортивные клубы и федерации обязаны следовать регламентам и предписаниям международных спортивных федераций.
«Межотраслевой» трудовой договор профессионального спортсмена, как правило, содержит положения, касающиеся использования изображения спортсмена, чтобы избежать в будущем конфликтов и споров по этому вопросу.
Кроме того, как отмечают Серж Пото и Мишель Пото, трудовые договоры профессиональных спортсменов зачастую также закрепляют их обязанности участвовать в рекламной или коммерческой деятельности спортивного клуба и его партнеров или спонсоров, носить определенную экипировку, разрешать использование работодателем его изображения и имени435.
В частности, в таких положениях устанавливается степень, в которой спортивный клуб может использовать изображение спортсмена в коммерческих целях, определяется, имеют ли на это право спонсоры спортивного клуба и может ли сам спортсмен использовать в коммерческих целях свои фотографии, на которых на нем надета экипировка спортивного клуба436.
Режим ограниченной трудовой мобильности спортсмена (спортивного игрока) проявляется и в отношении иностранных спортсменов. Так, во Франции прием иностранных спортсменов для участия в спортивных мероприятиях всегда являлся объектом значительных ограничений и даже запретов в силу «спортивного патриотизма».
1.5. Положения, ограничивающие профессионального спортсмена в употреблении определенных продуктов, напитков, медикаментов и пр., свободном времяпрепровождении, включая сон, и некоторых формах частной жизни.
Трудовой договор профессионального спортсмена может содержать положения, ограничивающие его определенные свободы, такие как свобода употребления табака и алкоголя, посещение ночных клубов. Очевидно, что эти ограничения направлены на обеспечение конкурентоспособности спортсмена438.
Согласно п. «d» ст. 19 Закона Аргентины от 15.02.1973 № 20.160 «Статус профессионального футбольного игрока» профессиональный футбольный игрок обязан «вести свой образ жизни в соответствии с установленными требованиями в рамках взятых на себя обязательств». В силу п. «e» ст.
6 Закона Перу от 20.12.1995 № 26.566 «Трудовой режим профессиональных футбольных игроков» профессиональный футболист обязан «вести образ частной жизни, соответствующий необходимости поддержания эффективной физической формы профессионального спортсмена».
В ст. 348.2 ТК РФ также закреплена обязанность спортсмена соблюдать общероссийские антидопинговые правила и антидопинговые правила, утвержденные международными антидопинговыми организациями, проходить допинг-контроль. Правомерность данного ограничения подтверждена судебными решениями.
Так, определением Московского городского суда от 18.11.2021 по делу № 33–35857439 были признаны законными недопуск М. к участию в соревнованиях, отстранение ее от участия в соревнованиях, поскольку имелись медицинские противопоказания (употребление допинга).
М. являлась членом сборной России по легкой атлетике, сформированной для участия в чемпионате мира 2021 г. (12–14 марта 2021 г., Доха, Катар). 4 марта 2021 г. Всероссийской федерацией легкой атлетики был произведен анализ крови членов сборной. По результатам клинического анализа крови у М. было установлено превышение показателей гемоглобина, гематокрита, индекса стимуляции.
Суд установил, что федерация вправе принять оперативное решение по вопросу об исключении спортсмена из состава сборной команды России в случае болезни или наличия у него иных медицинских противопоказаний, уличения спортсмена или обоснованного подозрения в употреблении запрещенных веществ и применении запрещенных методов и манипуляций.
Таким образом, ограничение права на труд, установленное регламентами федераций, является обоснованным и не противоречащим закону.
1.6. Положения, определяющие обязанности профессионального спортсмена претерпевать определенные медицинские манипуляции, заботиться о своем здоровье.
В трудовой договор профессионального спортсмена зачастую включаются такие обязанности, как сохранение и поддержание надлежащего физического состояния, прохождение медицинских осмотров врачами спортивного клуба, воздержание от участия в других видах спорта, которые могут быть опасными для здоровья спортсмена440.
17 августа 2006 г. Палата ФИФА вынесла решение о нарушении клубом процедуры проведения медицинского обследования и отказала клубу в признании договора недействительным. Суть дела состояла в следующем.
Игрок после подписания контракта получил травму во время тренировки. Клуб отправил его за границу для лечения. Когда игрок попытался вернуться в клуб после лечения, клуб сослался на недействительность трудового договора. При этом клуб ссылался на положение ст.
7 трудового контракта с игроком, согласно которой «подразумевается, что игрок должен пройти все медицинские обследования на требуемом клубом уровне не позднее 31 июля 2005 г. ». Клуб полагал, что в нарушение указанной нормы игрок не прошел медицинское обследование после подписания контракта, а принял участие в первой тренировке, что игрок обманул клуб, письменно подтвердив при подписании договора, что у него нет проблем со здоровьем.
Суд установил, что клуб подписал трудовой договор до проведения медицинского обследования. При этом сам игрок не нарушил существующий контракт, вместо медицинского обследования приняв участие в тренировке, в ходе которой и получил травму.
Вместе с тем анализ других решений Палаты ФИФА показывает обоснованность прекращения клубом договора в связи с неудовлетворительными результатами медицинского обследования или травмой футболиста441.
2. «Межотраслевые» трудовые договоры с профессиональными спортсменами содержат специфические(свойственные именно для сферы профессионального спорта) положения, закрепляющие обязанности спортивной организации («работодателя»).
2.1. Обязанности спортивной организации («работодателя») по обеспечению надлежащих условий труда профессиональных спортсменов.
Спортивные клубы, выступающие в качестве работодателей, должны гарантировать надлежащие условия труда для своих работников, в частности обеспечивать средства предоставления медицинской помощи спортсменам, снижать риски возникновения несчастных случаев во время проведения спортивных соревнований.
Работодатель в сфере профессионального спорта должен принимать все меры, необходимые для обеспечения минимально необходимой защиты здоровья спортсменов. Он обязан уважать индивидуальные и коллективные свободы своих работников и обеспечивать их соблюдение.
2.2. Обязанности спортивной организации («работодателя») обеспечивать профессиональному спортсмену возможности для профессионального спортивного роста и возможность проявить себя.
Если говорить об обязанностях спортивного клуба как работодателя, то в первую очередь клуб обязан обеспечивать работой спортсменов, являющихся его наемными работниками. В сфере профессионального спорта такая обязанность играет значительную роль при определении производительности труда443.
Так, ст. 12.3.1.3 Национального коллективного договора в области спорта во Франции устанавливает, что надлежащее выполнение трудового договора со стороны работодателей подразумевает предоставление спортсменам возможности участвовать в соревнованиях, внесенных в планы и программы их работодателей.
Однако, если любой работник имеет право осуществлять работу, для выполнения которой он был нанят, это еще не значит, что спортсмен, нанятый спортивным клубом, может претендовать на право играть за этот клуб. Сказанное подтверждается решением Палаты по социальным вопросам Апелляционного суда Реймса по делу «“Стад де Реймс” против Жесса Бише» от 28 сентября 2005 г.
В то же время известна практика Кассационного суда Франции, который вынес решение о возмещении ущерба хоккейному игроку, которого исключили из основной команды спортивного клуба, не предоставив ему возможности как-либо проявить себя. В постановлении по делу от 15.05.2008 № 06.
43343 Палата по социальным вопросам Кассационного суда Франции также пришла к выводу о том, что работодатель причинил существенный вред спортивной карьере работника, который был исключен из основной команды спортивного клуба, не имея возможности проявить себя445.
2.3. Обязанность спортивной организации («работодателя») выплачивать профессиональному спортсмену вознаграждения и возмещать расходы, связанные с исполнением им своих спортивно-трудовых обязанностей согласно «межотраслевому» трудовому договору.
В литературе, повторим, подчеркивается, что для признания существования трудовых отношений между профессиональным спортсменом и спортивным клубом необходимо выполнение трех основных условий: выплата клубом спортсмену вознаграждения за его деятельность, выполнение спортсменом работы в рамках клуба и существование между ним и клубом отношений подчиненности.
Вознаграждение, предоставляемое клубом профессиональному спортсмену за его деятельность, должно соответствовать выполняемой им работе и отличается от возмещения расходов. Например, возмещение расходов на транспорт, понесенных спортсменом в связи c осуществлением им спортивной деятельности, не является заработной платой446.
2.4. Обязанности спортивной организации («работодателя») по обеспечению профессиональному спортсмену возможностей для повышения своей спортивной квалификации и спортивного мастерства.
Во Франции, например, повышение профессиональной квалификации в целом имеет своей целью улучшение качества работы и улучшение навыков работников. В сфере спорта такая подготовка осуществляется для удовлетворения конкретных специфических потребностей.
Так, было установлено, что многие квалифицированные преподаватели по серфингу зачастую обладают весьма слабыми знаниями непосредственно о море. Строго говоря, они не являются моряками. В таком контексте повышение профессиональной квалификации позволяет повысить свои знания, чтобы иметь возможность, исходя из объективных данных, оценивать риски, связанные с трудовой деятельностью447.
3. Темпоральные особенности «межотраслевого» трудового договора.
3.1. Сложность формализации «межотраслевого» трудового договора по срокам.
Трудовая деятельность профессиональных спортсменов в принципе носит временный характер. Так, Палата по социальным делам Кассационного суда Франции в решении от 16.05.2000 признала сезонный характер их спортивной деятельности, из чего и следует, как считают некоторые авторы, что характер занятости спортсменов является временным448.
Действие «межотраслевого» трудового договора профессионального спортсмена в силу уникальности и очевидной конечности его спортивной карьеры неизбежно определяется во времени, так как невозможно формализовать договор на неопределенный срок. Такой договор всегда конечен.
Например, в силу ст. 4 Закона Перу от 20.12.1995 № 26.566 «Трудовой режим профессиональных футбольных игроков» трудовые отношения футболистов оформляются на определенный срок, при этом договор может быть заключен на фиксированный период или на конкретное количество спортивных мероприятий в рамках соответствующей практики.
Впрочем, здесь встречаются и исключения. Так, ст. 222 Декрета Венесуэлы № 8.938 — Органического закона о труде и работниках от 30.04.2021 предусматривает возможность заключения трудовых договоров с профессиональными спортсменами на неопределенный срок.
Согласно ст. 3 Закона Эквадора от 01.06.1994 № 56 (в ред. Закона № 2001-41) «О профессиональном футболисте» договор между клубом и футболистом может быть заключен на определенный срок или быть бессрочным, заключенным на сезон или для участия в отдельных мероприятиях.
3.2. Срочный характер «межотраслевых» трудовых договоров с профессиональным спортсменом.
К примеру, трудовое законодательство Франции предусматривает заключение срочных трудовых договоров, договоров на участие в определенных национальных и международных спортивных мероприятиях или соревнованиях, предусматривающих в определенные сжатые сроки выполнение работ, задач и достижение целей, непосредственно связанных с проведением таких мероприятий и соревнований449.
4. Специфические условия расторжения спортивных договоров и прекращения трудовых правоотношений между спортсменом и его работодателем.
Обычно спортивный договор не содержит положений о возможности его расторжения одной из сторон по собственному желанию. Спортивный договор может быть досрочно расторгнут без последствий (например, наложения спортивных санкций) только при наличии определенных оснований (реализация механизма спортивного трансфера и др.), а если он расторгается по воле работодателя, то с выплатой оговоренной в нем компенсации.
5. Договор может содержать положения о приемлемых для работодателя и имеющих существенное значение в конкретных видах спорта росте, весе, поле и возрасте профессионального спортсмена(кандидата в профессиональные спортсмены), что недопустимо в любых прочих трудовых договорах.
6. Договор в сфере профессионального спорта, как правило, отличается от «традиционного» трудового договоратем, что в нем в качестве важнейшего элемента могут присутствовать положения спортивного регламента, которыми определяются многие аспекты данных социально-трудовых отношений.
7. Затруднительность закрепления положений об испытательном сроке.
В сфере трудовых правоотношений стандартной является ситуация, когда работодатель и работник при заключении «межотраслевого» трудового договора договариваются об испытательном сроке. Причем такое положение должно содержаться в тексте договора. Однако представить себе, что положение об испытательном сроке включено в трудовой договор между профессиональным спортсменом и спортивным клубом, достаточно трудно.
Спортивный клуб, который принимает на работу спортсмена, берет на себя определенные риски, но если он будет устраивать ему случайные проверки на протяжении испытательного срока, то рискует потерять больше, поскольку сам заинтересован в спортивных достижениях спортсмена.
Тем не менее в спорте распространена практика профессиональной проверки спортсмена, которая не является аналогичной испытательному сроку, так как последний предполагает проверку и наблюдение за способностями работника в реальной рабочей обстановке450.
8. Трудовые отношения между спортивными клубами (работодателями) и профессиональными спортсменами регулируются множеством перечней гибких условий, и это тоже отражает специфику данного
