реферат найти Речевой официальный этикет. Условия и порядок общения

Ораторский монолог по своей сути диалогичен, поскольку апеллирует к мыслям и чувствам других людей, а по форме представляет собой развернутое высказывание одного. Современная риторика исследует и законы межличностного общения, исходя из нового видения целей и задач коммуникации. Проблема взаимодействия, взаимопонимания людей стоит ныне очень остро. В совместной профессиональной деятельности чрезвычайно важна сработанность участников, умение обмениваться информацией, обосновывать свою точку зрения, доказывать свою правоту при столкновении мнений, грамотно выходить из конфликта.

Тот, кто выдвигает тезис и отстаивает его, – это пропонент, а оппонент – тот, кто противостоит пропоненту.

Спор, полемика как искусство убеждать опирается на законы мышления, сформулированные еще в эпоху античности в логике, и на риторику, в которой черпает методы поиска аргументов, способы словесного оформления мыслей. Спор является наиболее сложной формой диалогического общения. Существуют разные толкования этого понятия, однако чаще всего под спором понимается всякое столкновение мнений, разногласие в точках зрения по какому-либо вопросу. В этом смысле спором является и диспут, и дискуссия, и полемика.

Дискуссия – это спор, обсуждение какого-либо спорного вопроса на собрании, в печати, в официальной беседе; публичный спор с целью нахождения правильного решения спорного вопроса.

Диспут – публичный спор на научную и общественно важную тему.

Полемика– спор, борьба принципиально противоположных мнений по тому или иному вопросу, публичный спор с целью защитить, отстоять свою точку зрения и опровергнуть мнение оппонента.

Почему люди спорят? Что определяет их поведение в споре? Например, в книге К.Г. Павловой «Психология спора» приводятся следующие причины спора.

Одним из мотивов, побуждающих человека к спору, является стремление сохранить, утвердить и, по возможности, повысить свой статус, то есть положение среди окружающих его людей, меру психологического влияния на членов своей группы. Люди ждут от нас определенного поведения, и мы, «выполняя социальный заказ», играем ту или иную роль. Нередко бывает так, что в разговоре с глазу на глаз человек говорит свободно и раскованно, без оглядки на чужое мнение, а в споре при слушателях, коллегах по работе, критикует те мнения, с которыми был вполне согласен, оберегая свой автори­тет специалиста. Очень трудно спорить с человеком, обладающим высоким статусом. Чем выше должность человека, тем более он склонен чувствовать себя всегда и во всем правым, тем более растет в нем нетерпимость к чужим мнениям. Защищая свою точку зрения, человек защищает свой статус, престиж, профессиональную гордость, и он зачастую будет стоять на своем, даже понимая, что не прав. Чувствуя свою неправоту, создавайте условия для почетного отступления.

Поведение в споре обусловливается потребностью в безопасности, в устойчивости и предсказуемости ситуаций. То, чем человек владеет, что он знает и умеет, – все это ему представляется надежным и успешным способом его существования, новые методы и идеи кажутся опасными, разрушающими здание его жизни. Многие люди, понимая, что жизнь не стоит на месте, что надо уметь учитывать постоянно меняющиеся условия взаимодействия человека с миром и обществом, тем не менее психологически не готовы в таких условиях к конкретным действиям. Они склонны опираться на сложившееся, устоявшееся («всегда так делал, и все было нормально»), считать новое ложным только потому, что оно противоречит принятым представлениям; доверять старым истинам. И не из-за того, что они доказаны, а потому, что так много лет считали до них. В споре такие люди отстаивают традиционные взгляды и представления, справедливо полагая, что не все старое плохо.

Вместе с тем одним из движущих моментов в споре является дух соревновательности. Потерпев поражение в споре, человек постарается вооружиться новыми знаниями и умениями, чтобы победить в следующий раз. Любому человеку неприятно ощущать свою слабость, неполноценность, поэтому спор нередко носит характер не только борьбы мнений, но и борьбы личностных качеств, психологических установок и разнообразных мотивов поведения, осознанных и неосознанных. Человек идет подчас на всевозможные ухищрения, чтобы разбить идею противника, не осознавая, что им движет не любовь к истине, а потребность в самоутверждении. Поиски реальных мотивов поведения человека в споре – задача не из легких, здесь таится опасность не только не увидеть истинных побуждений, но и приписать несуществующие.

Опасно также неумение разбираться в собственных мотивах и потребностях, знание своих сильных и слабых сторон поможет наилучшим образом выстроить тактику поведения в споре. Психологи рекомендуют выяснить, не склонны ли вы навязывать своё мнение вплоть до грубого подавления чужого, вплоть до унижения чувства собственного достоинства другого человека. Не мешает узнать, как вы относитесь к успехам другого человека и к своим поражениям, умеете ли распределять свои силы, контролировать свое поведение в споре, иначе в конкретной профессиональной деятельности, в деловом общении за одну минуту можно разрушить то, что создавалось годами. Даже если дело не доходит до взрыва, в любом случае эгоцентрическая устремлённость одного из участников снижает эффективность диалога. А если эгоцентричны оба спорщика?

Обратимся к правилам ведения спора. Они касаются:

а) содержательной стороны, то есть предмета спора и качества аргументов, используемых для доказательства своей правоты;

б) техники доказательства и опровержения, складывающейся из учёта разновидности спора, специфики аргументов, способов опровержения доводов противника, в том числе непозволительных;

в) личностно-психологической составляющей спора, которая проявляется во взаимодействии спорящих, в умении слушать, преодолевать психологические барьеры и достигать цели спора.

Главным требованием является выделение предмета спора, то есть того, о чем спорят. В логике это требование формулируется в правилах тезиса, вытекающих из закона тождества.

Они очень просты:

1) тезис должен оставаться одним и тем же в процессе доказательства, не подменяться другим тезисом;

2) тезис должен быть точно сформулирован.

Однако на деле, в конкретном споре, неумение верно и однозначно определить предмет спора и его границы демонстрируется сплошь и рядом. Часто доказывается и опровергается не тот тезис, который был сформулирован в самом начале. Не вникнув в тезис, искажают его, приписывают ему совершенно другой смысл, который противник вовсе не высказывал; или спорящий, не закончив разговора об одном предмете, перескакивает на другой, в конце такого опора оппоненты забывают, с чего, собственно, он начался. Возможна и сознательная подмена тезиса, если в задачу спора входит не поиск истины, а победа любой ценой. Способствует эффективности спора определенность позиций и взглядов его участников, хорошее знание содержания и его оценка, основанная на глубоком изучении содержания.

На исход спора прямо влияет выбор стратегии и тактики. Существует две разновидности стратегии – доказывание своего тезиса при помощи определённых аргументов или опровержение аргументов противника с доказательством ошибочности его тезиса.

Тактики ведения спора могут быть различными: ориентированными в большей степени на защиту или нападение, на применение собственно логических доводов или психологического давления на оппонента, на использование контратаки и т.п. Тактика пропонента осуществляется с помощью разных приемов: прямым обращение к адресату и приемом «опроса – допроса», когда вопросы к противнику следуют один за другим. Тактика пропонента – это защита с переходом в наступление. Среди приемов подобной тактики выделяются метод «да, но…», при котором вы как бы соглашаетесь, но переходите к опровержению мнения противника, метод «кусков», то есть оценка аргументации противника по частям, и метод суммирования, когда вы подытоживаете позицию противника и переходите в наступление.

Однако, какие бы стратегии и тактики вы ни избирали, первый вопрос, который вceгдa необходимо держать в уме во время спора, это что именно доказывает противник, не уклонился ли он от предмета спора. А второй: что он использует в качестве аргументов – факты или мнения? Древние греки доказали, что истина, факт и мнение – это не одно и то же. Факт – это то, что реально существует, в противоположность вымышленному или вероятному, это некое научно проверенное и подтвержденное знание. Мнение же фиксирует отношение к чему-либо или оценку чего-либо, мнение связано с вероятностным умозаключением. Мы выдвигаем гипотезу, опираясь на ряд фактов, гипотеза может подтвердиться, а может и нет. Факты существуют независимо от нас, восприятие же этих фактов зависит от нашей компетентности, от свойств личности, от психического состояния, в котором мы находимся в момент оценки этого факта и многого другого. Так, летний дождь, под который вы нeoжиданно угодили, воспринимается вами как негативное, раздражающее вас явление, но для дачника, который уже неделю носит воду из колодца, чтобы полить свой огород, тот же самый дождь будет несказанной радостью и благом. Чем выше общественная значимость какого-либо факта, тем больше мнений и неоднозначных оценок. Одно и то же историческое событие обозначается ныне и «Великая Октябрьская социалистическая революция», и «вооруженный переворот». Главное, что отличает факт от мнения, – факт достоверен, мнение вероятно. Используя мнение в качестве аргумента, мы нарушаем логический закон достаточного основания. Значит ли это, что мнения вообще нельзя использовать как аргументы? Нет. Все зависит от того, о чём и с какой целью идет спор. Конечно, вращение Земли бессмысленно доказывать ссылкой на то, что так сказал Галилей. В научном споре мы обязаны опираться на факты, сомневаясь во мнениях. В споре ради убеждения в своей правоте вполне возможно привлечение мнений.

Аргументы бывают рациональные и иррациональные. В качестве убедительных, рациональных аргументов используются статистические данные, законы природы и общества, аксиологические положения науки, теоретические обобщения и выводы, факты, примеры из жизни. Иррациональные аргументы имеют психологическую природу, нередко они носят манипулятивный характер, уводящий от предмета спора.

Следует помнить, что спор представляет собой единство предмета, доводов и способа доказательства или убеждения. Несоблюдение этого единства вызывает ситуации, когда, казалось бы, сильные аргументы не приводят к нужному эффекту из-за неверно выбранного способа доказательства. Кроме того, доказывание и убеждение – это разные процессы, хотя и тесно связанные друг с другом. Доказывать означает устанавливать истинность тезиса, а убеждать – создавать впечатление, вселять уверенность, что истинность тезиса доказана, склонять оппонента к своей точке зрения. Большое значение имеет уверенность в голосе, внушительная внешность, красноречие спорящего.

Как мы уже говорили, аргументы формулируются на живом, естественном языке, они несут на себе печать личности спорящего, их подбор не может не быть субъективным. Тем строже спорящий должен следовать основным правилам аргументов в споре:

1) аргументы должны быть истинными и обоснованными, нельзя использовать недоказанные положения, выдавать их за истинные;

2) аргументы должны быть достаточными;

3) аргументы должны быть доказаны самостоятельно, независимо от тезиса, иначе возникает «круг в доказательстве».

К причинам логических ошибок относятся эгоцентрическая заинтересованность в определенном выводе, предубеждения и предрассудки, догматизм и дилетантство, чрезмерное преклонение перед авторитетом другого человека или авторитетом своего мнения, эмоциональные помехи (нервозность, агрессивность, обида и т.п.). Есть только один путь преодоления ошибок – это развитие самостоятельности мышления, формирование привычки наблюдать мир и людей и обдумывать все, установка на критическое отношение к себе, к своим победам и поражениям, стремление к взаимодействию с людьми в процессе обсуждения чего-либо, изучение риторики, логики, тренировка путём участия в спорах, дискуссиях, диспутах.

В споре приходится не только доказывать собственное утверждение, но и опровергать чужое. Существует три способа опровержения: а) опровергать тезис, б) критиковать доводы, в) доказывать несостоятельность аргументов по отношению к тезису, то есть способ доказательства.

Опровергнуть тезис можно, если вы заметили, что ваш оппонент обосновывает вовсе не тот тезис, который прозвучал вначале, или чрезмерно расширил предмет мысли, или тезис на самом деле состоит из нескольких тезисов, которые надо доказывать самостоятельно.

Аргументы опровергаются указанием на их недостоверность, гипотетичность, вероятность, недостаточность, на то, что из них не вытекает тезис.

Критикуя способ доказательства, вскрывают отсутствие логической связи между аргументом и тезисом, нарушение причинно-следственных отношений между ними.

Эффективными способами опровержения являются: способ сведения к абсурду; способ вопросов, позволяющих перехватить инициативу в споре; способ бумеранга – использование аргументов противника против него самого.

Помогает в споре юмор, который совершенно необходим с психологической точки зрения. Вообще психологическая сторона играет важную роль, влияя на характер спора и его результат.

Полезно знать, что ваш оппонент может прибегать к различным уловкам, а может и допускать ошибки. Эти ошибки и уловки таковы:

· подмена тезиса – сужение или расширение тезиса,

· порочный круг (снотворное усыпляет, потому что оказывает снотворное действие),

· предвосхищение вывода (недоказанные аргументы подаются как прочные и доказанные),

· создание видимости логической связи между аргументом и выводом («огурцы подешевели, значит экономика идёт на подъём»),

· поспешное обобщение («Кулибин был самоучка, значит образование получать необязательно),

· «после этого не значит поэтому (чёрная кошка перебежала дорогу, поэтому мне сегодня не повезло),

· лживый довод, подтасовка фактов,

· игра красивыми словами.

Особая роль принадлежит психологическим аргументам, имеющим характер непозволительных приемов, рассчитанных на то, чтобы вывести противника из равновесия, добиться победы любой ценой. Эти приемы обращены к человеческим слабостям, направлены на разрушение конструктивности спора, а то и на его срыв, если спор движется к нежелательному результату.

Назовем самые яркие, наиболее известные непозволительные психологические приемы, такие как:

1. «Доводы к человеку». Обращаются к чувствам, желаниям, интересам, предрассудкам людей.

2. «Дискредитация личности противника». Обвиняют оппонента в дурных поступках, заявляют о его безнравственности, интеллектуальной ущербности, стремясь это сделать предметом обсуждения.

3. «Лесть». В противоположность предыдущему приему ваш противник превозносит исключительные качества, проницательность и умственные способности. Делает это так тонко, что вы окажетесь солидарны с ним, не успев понять уязвимость его доказательств.

4. «Лингвистическая косметика». Этот прием применяют тогда, когда надо пригасить негативные стороны предложения и приукрасить положительные, поскольку об одном и том же предмете можно сказать по-разному, придать мысли оттенок, наиболее отвечающий цели говорящего.

5. «Ссылка на авторитет». Ссылки на мнение известного человека возможны в разговоре, но нельзя выдавать его за истину в последней инстанции. Некритичность мышления слушателей иногда используют недобросовестные ораторы, придумывая фразы якобы принадлежащие великим.

6. «Стремление представить утверждение противника как абсурд». Нередко так прямо и говорят: «Что за чушь!».

7. «Троянский конь». Спорящий переходит на сторону своего противника и начинает горячо защищать его тезис, но при этом доводит его до такой крайности, так искажает, что фактически уничтожает.

8. «Обструкция». Не желая допустить победы противника, пускают в ход брань, крики, свист, бесцеремонно прерывают говорящего или произносят длинные, не имеющие отношения к делу речи.

9. «Палочный прием». Он заключается в запугивании, угрозах или физической расправе с несогласными. Когда начальник говорит своему подчиненному: «Да? Вы так считаете? Вам что, надоело здесь работать?», – он использует «палочный прием».

Непозволительные приемы связаны с утаиванием информации, ее искажением, смешением лжи и достоверности. Ну и самый надежный прием, который применяет человек, облеченный властью, – это прямой запрет на дискуссию. Работать, мол, надо, а не дискутировать.

Нередко в ходе парламентских прений в наших органах власти мы наблюдаем целый спектр непозволительных приемов общения и ведения спора.

В споре нужно уметь ставить вопросы и отвечать на них. Вопро-сы классифицируются по разным основаниям. Так, выделяются два вида вопросов в зависимости от их логической структуры – закрытые и открытые. Закрытые направлены на выяснение истинности или ложности заключенного в них суждения, и отвечать на них можно только «да» или «нет». Их ещё называют уточняющими. Например: «Верно ли, что вы поддерживаете теорию пассионарности Л. Н. Гумилева?». Открытые, или восполняющие, направлены на получение новых знаний, новых сведений об интересующем вас предмете. Обычно они начинаются со слов «кто», «где», «когда», «почему» и т.п.

И открытые, и закрытые вопросы могут быть простыми и сложными по своему составу. Так, вопрос «Где и когда вы слышали об этом?» сложный, фактически состоящий из двух вопросов. Если ваша задача отыскать истину – задавайте простые вопросы, если запутать противника – задавайте сложные.

Правильно поставленные вопросы содержат в своей основе истинные высказывания, они называются корректными. Сплошь и рядом мы сталкиваемся с некорректными вопросами. Некорректным будет и вопрос, скажем, такого рода: «С какими статьями договора вы не согласны?», если этот вопрос вы задаёте, заведомо полагая, что ваш партнёр с чем-то не согласен, не выяснив предварительно этого.

Вопросы также отражают отношение к собеседнику. По формулировке вопроса, по тону голоса, по интонации можно определить характер вопроса (нейтральный, благожелательный, враждебный, провокационный) и правильно выбрать тактику поведения. В любом случае необходимо сдерживать раздражение или пренебрежение, так как нарушение эмоционального равновесия принесёт вред прежде всего самому спорящему, ослабит контроль за собственным поведением.

Умение задавать вопросы и отвечать на вопросы соперника – большое искусство. Нередко спорщики прибегают к разного рода уловкам: отвечают вопросом на вопрос, переводят спор на противоречия между словом и делом, взглядами противника и его поступками, уводят разговор в сторону, пускаясь в общие рассуждения; говорят самоуверенно, безапелляционно, не допускающим возражения тоном.

В любом случае спор можно считать успешным, если по окончании спора спорщики сумели сохранить доброжелательное отношение друг к другу, не унизили достоинство своё и партнера. Нередко думают, что если в споре нет победителя, то он велся впустую. Важно качество спора. И если в ходе дискуссии вам удалось расширить свои знания о предмете спора, увидеть его с новой, неожиданной стороны, лучше узнать человека, с которым вам, вероятно, еще придется иметь дело, – вы спорили не напрасно.

Дискуссия (от лат. dscussio – исследование, рассмотрение) – это обсуждение какого-либо спорного вопроса на собрании, в печати, в официальной беседе; публичный спор с целью компетентного рассмотрения спорного вопроса, нахождения его правильного решения.

Дискуссия может разворачиваться по двум вариантам в зависимости от цели, от того, ради чего вообще организуется дискуссия:

1) диалога, обсуждения, всестороннего рассмотрения проблемы, поиска наиболее оптимального и эффективного решения вопроса, в таком случае это дискуссия-обсуждение;

2) спора, противостояния различных, а то и прямо противоположных точек зрения, конфликтных позиций, победы одной из сторон, тогда перед нами дискуссия-спор, дискуссия-полемика.

Это не значит, что дискуссия-обсуждение не может иметь элементов противостояния и конфликта, а дискуссия-спор не может носить характер всестороннего обсуждения. Главное, чтобы дискуссия не превращалась в «войну» мнений, или в спор ради спора, или в инструмент чьего-то манипулирования.

Дискуссия может организовываться в разных сферах и с разными задачами. В школе и вузе она может служить задачам обучения и выработке коммуникативных умений, в научной среде – задачам поиска истины, в профессиональной – задачам выработки наиболее эффективного решения трудной проблемы, всестороннего обсуждения спорного вопроса.

Любая дискуссия состоит из двух этапов: подготовки и проведения. Результативность дискуссии в равной мере зависит от тщательности и чёткости работы организаторов на обоих этапах.

Что нужно делать на подготовительном этапе?

Прежде всего с предварительным учётом аудитории выделить проблему, обозначить цель и задачи дискуссии, сформулировать тему. Тема может формулироваться в утвердительной или вопросительной форме, в виде вопроса для обсуждения или в виде полемически заострённой позиции, которая требует от участников присоединения к одной из точек зрения. Например, «Эвтаназия – благо или зло?». От этого будет многое зависеть в подготовке и проведении дискуссии.

Далее окончательно определиться с составом и категорией участников, примерным их количеством, с необходимостью приглашения экспертов, утвердить их кандидатуры.

Наметить, где и когда проводить дискуссию и сколько времени можно на неё потратить. При этом следует учитывать, что при хорошей организации аудитория способна плодотворно работать без перерыва до полутора часов. Если вопрос сложный, и вы считаете, что уложиться в этот срок не получится, планируйте работу с перерывом и предусмотрите кофе-тайм (печенье, бутерброды, чай, кофе, сахар, минеральная вода; посуда, скатерти, салфетки, поттер).

Составить примерный ход дискуссии, её программу: что сделать и сказать в начале, какова главная линия обсуждения, как будет строиться обсуждение, как будут участвовать в работе эксперты и т.п. Определиться с началом – как это будет? В виде устно объявленного вопроса, или в виде презентации, или в виде небольшого ролика, в котором может быть представлена проблемная ситуация, полемическое выступление известного человека, реальное событие, вызывающее неоднозначное толкование и т.п.

Определиться с размещением людей: в каком помещении, как – в замкнутом квадрате, в кругу, напротив друг друга.

Продумать материальное сопровождение дискуссии: бейджики с указанием имён или имени-отчества экспертов, участников, программа дискуссии, ручки и блокноты или листы бумаги для личных записей, большие листы бумаги (для записи основных моментов дискуссии), технические средства.

Определиться с каналами информации о будущей дискуссии, подготовить её к распространению и довести до будущих участников и экспертов.

Что нужно учесть на этапе проведения дискуссии?

Дискуссия строится по правилам риторики и всегда имеет начало, основную часть и заключение.

Начало носит вводный, установочный, мотивационный характер. На этой стадии объявляется тема дискуссии, её цели и задачи, устанавливается регламент, объявляются правила ведения дискуссии, происходит знакомство участников. Так, ведущий представляется сам, представляет экспертов, обращает внимание присутствующих на бейджики, на которых написаны имена участников (если в аудитории есть не знакомые друг с другом люди). Записывает на доске или вывешивает заранее приготовленные материалы – тему, блок вопросов для обсуждения, правила для участников.

Основная задача начальной стадии – создать рабочую, доброжелательную обстановку, мобилизовать аудиторию на заинтересованное обсуждение и достижение результата.

Важно также определиться с терминами, чтобы обеспечить их однозначное семантическое понимание. В качестве примера хочется привести ситуацию обсуждения на телевизионной программе «Культурная революция» (канал «Культура») проблемы одиночества. Один из участников стал говорить об одиночестве, описывая монаха, пребывающего в келье нередко много часов и дней без общения с другими людьми. В этот момент поднялась женщина и сказала замечательные слова: «Давайте договоримся о дефинициях. Что такое одиночество? Ваш пример не имеет отношения к одиночеству. Монах в келье не одинок, он находится в уединении и общается с Богом, он вовсе не ощущает себя одиноким. Можно быть в толпе людей и испытывать одиночество, и можно не чувствовать одиночества будучи наедине с самим собой».

Начальная стадия дискуссии обычно определяется как стадия ориентации, на ней происходит введение аудитории в курс дела, приспособление людей к теме и к друг другу, создание установки на совместную работу.

Основная часть дискуссии носит характер обмена мнениями, оценки ситуации, высказывания своего видения проблемы. На этой стадии большую роль играет ведущий дискуссии, от него зависит, насколько эффективно пройдёт обсуждение. Необходимо, чтобы:

– в рассмотрении проблемы активно участвовали все, никто не потерял интереса к обсуждению в ходе работы;

– у каждого было право и возможность свободно высказать своё мнение, не боясь, что его перебьют, осмеют, обвинят в некомпетентности;

– никто не уходил от темы, не переходил на рассмотрение побочных и второстепенных моментов, отвлекающих от сути вопроса, никто не перескакивал на какие-то случайные чем-то его заинтересовавшие аспекты проблемы;

– никто не злоупотреблял своим правом на речь и не превращал свои высказывания в длинные монологи;

– никто не переходил на личности в ходе обсуждения, обсуждал проблему, а не людей, высказывающих своё мнение;

– обсуждение шло в позитивном русле, высказывания участников способствовали нахождению истины, всестороннему рассмотрению вопроса, выявлению моментов, проясняющих проблему;

– в дискуссии соблюдалась логика, периодически обобщались какие-то достигнутые договорённости, подводились какие-то промежуточные итоги;

– в ходе обсуждения у людей формировались какие-то согласованные позиции, само обсуждение шло как коллективная работа, а не отдельные единичные изолированные высказывания.

М.А. Курьянов формулирует ряд требований к преподавателю, проводящему дискуссию в учебной аудитории, но эти требования относятся в равной мере к любому руководителю дискуссии:

– высокий профессионализм, хорошее знание материала дискуссии;

– речевая культура, свободное и грамотное владение профессиональной терминологией;

– коммуникабельность, умение заинтересованно и внимательно выслушать каждого, быть естественным, управлять, но соблюдать такт;

– быстрота реакции;

– способность к лидерству;

– прогностические способности, позволяющие предусмотреть трудности в обсуждении материала, а также спрогнозировать ход и результаты дискуссии, предвидеть последствия своих действий;

– умение анализировать и корректировать ход дискуссии;

– умение владеть собой;

– умение быть объективным[90].

Существуют также и правила для участников дискуссии. Они опираются на правила этики и речевого этикета:

1) уважайте оппонента, не допускайте по отношению к нему грубости, пренебрежения, поучающего тона;

2) говорите по существу проблемы, не отвлекайтесь от основной темы, не переходите на второстепенные и не относящиеся к данной проблеме моменты;

3) допускайте право Вашего оппонента в полемике иметь собственное мнение, отличное от Вашего;

4) старайтесь работать на общее дело в решении проблемы, а не на свой имидж;

5) оперируйте фактами, надёжными научными данными, статистически достоверными сведениями, не искажайте их;

6) помните, «после драки кулаками не машут», поэтому учитесь находить и приводить аргументы непосредственно в дискуссии, а не после неё;

7) контролируйте свои эмоции, жесты, позы, не переходите допустимую дистанцию во время полемики;

8) отделяйте проблему от человека, не отрицайте довод дискутанта только потому, что Вам чем-то не нравится человек.

Как видим, чтобы дискуссия была эффективной, она должна быть хорошо подготовлена, хорошо подготовлены и информированы должны быть участники дискуссии; организатор (он же часто и ведущий) дискуссии должен грамотно ею руководить, а участники – вести себя активно, но корректно, оставаться в поле решаемой проблемы.

Для подведения итогов содержательной стороны раздела IV «Культурная семантика общения», отметим итоги анкетирования.

На вопрос «Я приобрёл некоторые знания и умения, связанные с беседой в обыденной и профессиональной медицинской средах» из 68 человек дали положительный ответ 56 человек, или 80,3 %. При этом одна из опрошенных дала объяснению своему отрицательному ответу тем, что она уже три года работает в больнице.

На вопрос «Я приобрёл некоторые знания и умения, связанные со спором в обыденной и профессиональной медицинской среде» – положительных ответов 52, т.е. 72,5 %.

На вопрос «Риторика открыла для меня некоторые важные аспекты этики в поведении врача» – положительных ответов 49, т.е. 70,5 %.

Были предложены и вопросы общего типа.

На вопрос «Я считаю, что изучение риторики важно для развития любого человека» – положительных ответов 62, или 91,1 %.

На вопрос «Я считаю, что изучение риторики полезно для будущего врача» – положительных ответов 89, т.е. 89,7 %.

В анкете была предусмотрена возможность выразить своё отношение к прослушанному курсу в свободной форме. Всего высказываний было 16, все позитивные, среди которых – «предмет определённо интересен и представляет некоторую ценность», «всё очень понравилось», «чудесный предмет» и т.п. Часть высказываний была в форме пожеланий больше проводить игр и дискуссий, в двух откликах студенты отметили, что часть материала им знакома по школе.

Таким образом, содержание монографии и её структурные элементы в целом вызвали положительную реакцию у студентов, данный вариант частной медицинской профессиональной риторики при её реализации способствовал обретению знаний в области истории и теории риторики, некоторых речемыслительных, риторических, коммуникативных умений, связанных с профессиональной деятельностью будущего врача, что на практике доказывает правильность теоретических построений, отбора содержания для медицинской риторики и выделения её структурных блоков.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Теоретическое и практическое рассмотрение риторики как инструмента формирования мышления врача, выработки у него коммуникативной компетентностиприводит нас к выводу о такой возможности. Частная профессиональная медицинская риторика может быть реализована как риторика для будущего врача, как риторика в медицинском университете.

Следуя за структурой монографии, мы видим, что изучение исторических аспектов риторики расширяет кругозор и эрудицию студента, даёт представление о пути, пройденном риторикой, о риторической культуре разных эпох, о взаимосвязи риторики и социокультурных процессов в обществе, о роли публичной речи в жизни людей.

Раздел, посвящённый теории риторики, раскрывает потенциал классического риторического канона, который составляет ядро современной риторики. Инвенция, диспозиция, элокуция, оратория – это этапы последовательного освоения интеллектуальных и образно-эмоциональных ресурсов риторики. Смысловые модели-топы формируют речемыслительную деятельность, учат анализировать и обобщать, сравнивать и сопоставлять, видеть главное и второстепенное, общее и частное, искать причину и выводить следствия, выявлять свойства и качества предметов и явлений и т.п. Благодаря арсеналу диспозиции человек научается рассказывать, описывать предметы и явления, рассуждать о самых разных феноменах. Изобразительно-выразительные средства, накопленные элокуцией, будят воображение, помогают делать речь образной, выразительной, яркой, суггестивной, вдохновляющей и убеждающей, экспрессивной и эмоциональной, окрашенной нашим субъективным, личностным отношением. Оратория помогает вырабатывать основу для формирования навыков публичной речи, необходимой в просветительской и профилактической работе врача.

В третьем разделе раскрывается понимание современной риторики и основных коммуникативных качеств речи – правильности, чистоты, богатства, точности, логичности, выразительности, образности, уместности, действенности и доступности, которые необходимы будущему врачу.

Четвёртый раздел позволяет понять и освоить специфику диалогического речевого общения, в том числе в профессиональной медицинской среде, риторику беседы и спора, речевого этикета – общепринятого, светского и профессионального, медицинского.

Таким образом, риторика в представленном варианте способна содействовать формированию речемыслительных и коммуникативных качеств будущего врача. Это подтвердили и данные проведённого анкетирования. Вместе с тем понятно, что требуется некоторая корректировка содержания и его представления, увеличение количества примеров и материалов с профессиональной спецификой, более целенаправленная работа по освоению смысловых мыслительных моделей.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Аверинцев С.С. Риторика и истоки европейской литературной традиции. – М.: Изд-во «Книга по требованию», 1996.

2. Аврелий А. Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий. – М.: Республика, 1992.

3. Александров Д.Н. Логика. Риторика. Этика. – М.: Флинта, 2021.

4. Александров Д.Н. Риторика, или Русское красноречие. Учебное пособие. – М.: Юнити-Дана, 2021.

5. Александров Д.Н. Риторика. Учебное пособие. – М.: Флинта, 2002. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

6. Аннушкин В.И. Искусство мыслить и говорить. Риторика и культура речи // Православный образовательный журнал «Виноград». 06 октября 2008 г. / Режим доступа: http:www.pravmir.ru>iskusstvo-myslit-i-govorit-ritorika-i…

7. Аннушкин В.И. Первая русская риторика ХVII века. Текст. Перевод. Исследование. – М.: Добросвет, ИД КДЦ, 2006.

8. Аннушкин В.И. Риторика. Вводный курс. Учебное пособие. М.: Флинта, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

9. Аннушкин В.И. Риторика. Экспресс-курс. Учебное пособие. – М.: Флинта, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

10. Аннушкин В.И. История русской риторики. Хрестоматия. Учебное пособие. – М.: Флинта, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

11. Античные риторики / Собр. текстов, статьи, комм., общ. ред. проф. А. А. Тахо-Годи. — М.: Изд-во МГУ, 1978.

12. Аристотель. Поэтика. Риторика. – СПб.: Дом «Азбука-классика», 2007.

13. Аристотель. Риторика. – М.: Директ-Медиа, 2002. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

14. Балабанов П.И., Зауэрвайн Л.Т. Структурно-функциональный анализ риторики. – Кемерово: Изд-во КемГУКИ, 2009. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

15. Баткин Л. М. К истолкованию итальянского Возрождения: Антропология Марсилио Фичино и Пико делла Мирандола // Из истории классического искусства Запада. – М.: Искусство, 1990.

16. Безменова Н.А. Неориторика: проблемы и перспективы // Семиотика. Коммуникация. Стиль. – М.: АН СССР, 1983.- С.37-85.

17. Безменова Н.А. Очерки по теории и истории риторики. – М.: Наука,1991.

18. Берков В.Д., Яскевич Я.С. Логика и риторика: Хрестоматия. Учебное пособие для студ. гуманит. спец-й. – Минск: ТетраСсистемс, 2007.

19. Бонч-Осмоловская Т.Б., Федин С.Н., Орлов С.А. Занимательная риторика Раймона Кено. – М.: Либроком, 2021.

20. Будильцева М.Б., Варламова И.Ю., Пугачёв И.А. Основы риторики и коммуникации. Нормативный и коммуникативный аспекты современной риторики. Учебное пособие. – М.: Российский университет дружбы народов, 2021.

21. Бунин И.А. Окаянные дни. – М.: Сов. писатель , 1990.

22. Буркгардт Я. К. Культура Италии в эпоху Возрождения. – Смоленск: «Русич», 2002.

23. Бэн А. Стилистика и теория устной и письменной речи: риторика и виды словесных произведений. Пер. с англ. – М.: Либроком, 2021.

24. Вагапова Д.Х. Риторика в интеллектуальных играх и тренингах. – М.: Цитадель, 2001.

25. Варзонин Ю.В. Этические основания риторики. – Тверь: Изд. Альба, 2001.

26. Варшавская А. И. Риторика монолога. – М.: Химера, 2002.

27. Введенская Л.А., Павлова Л.Г. Риторика и культура речи. – Ростов н/Д, Феникс, 2021.

28. Вербицкая Л.А. Давайте говорить правильно. – М., Высшая школа. 2008.

29. Винокур Г.Г. Культура языка. – М.: Лабиринт, 2006.

30. Винокур Т.Г. Говорящий и слушающий: Варианты речевого поведения. – М.: Либроком, 2009.

31. Войскунский А. Е. Я говорю, мы говорим… – М.: Астрель, АСТ, 2004.

32. Волков А.А. Теория риторической аргументации. – М.: Изд-во МГУ, 2009.

33. Вомперский Б.Л. Русские риторики ХУП-ХУШ вв. – М.: Наука,1988.

34. Гаспаров М.Л. Цицерон и античная риторика // Цицерон. Три трактата об ораторском искусстве. – М.: Ладомир, 1994.

35. Головин Б.Н. Основы культуры речи. – М.: Высшая школа, 1988.

36. Голуб И.Б., Неклюдов В.Д. Русская риторика и культура речи. – М.: логос, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

37. Голубев В.Л. Риторика. Ответы на экзаменационные вопросы. – Минск, ТетраСистемс, 2008 (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

38. Гольдин В.Е. Этикет и речь. – М.: Либроком, 2009.

39. Горелов И.П., Енгалычев В.Ф. Безмолвный мысли знак: Рассказы о невербальной коммуникации. – М.: Молодая гвардия, 1991.

40. Горте М. А. Фигуры речи. Терминологический словарь. – М.: НЦ ЭНАС, 2007.

41. Гофман В.А. Слово оратора. Риторика и политика. – М.: Либроком, 2021.

42. Грайс Г.П. Логика и речевое общение / Режим доступа: http//www/kant.narod.ry>grice.htm

43. Граудина Л.К., Кочеткова Г.И. Русская риторика. – М.: Центрполиграф, 2001.

44. Граудина Л.К., Миськевич Г.И. Теория и практика русского красноречия. – М.: Либроком, 2009.

45. Гринько Е.Н. Риторика и риторическая культура: история и теория. – Владивосток: Изд-во ДВГТУ, 2004.

46. Грэйс Н.Е. Риторика. Память. Интеллект. – СПб.: Вектор, 2021.

47. Далецкий Ч.Б. Риторика: Заговори, и я скажу, кто ты. Учебное пособие. – М.: Омега-Л., 2004.

48. Демосфен. Речи: В 3 т. – М.: Памятники исторической мысли, 1994.

49. Донских А. Г. Убедить. Призвать. Добиться своего! Речевое воздействие на собеседника. – М.: Речь, 2021.

50. Захарова Л.Л. Риторика. Учебное пособие. – Томск: Томский государственный университет систем управления и радиоэлектроники, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

51. Зверев С.Э. Военная риторика Нового времени. – СПб.: Алетейя, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

52. Зверева Н. В. Я говорю – меня слушают. Уроки практической риторики. – М.: Альпина Паблишер, 2021.

53. Зубра А.С. Ораторское искусство – ключи к успеху. – Минск: «Дикта», 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

54. Ивакина Н.Н. Основы судебного красноречия (риторика для юристов). – М.: Юристъ, 2005.

55. Иванова И.Б. Риторика: Кредитно-модульный курс. Учебное пособие для бакалавров. – М.: Наука-вектор, Дашков и К, 2021.

56. Иванова С.Ф. Искусство диалога, или Беседы о риторике. – Пермь: Западно-Уральский учебно-научный центр, 1992.

57. Иванова С.Ф. Говори!.. Уроки развивающей риторики. – М.: Школа-Пресс, 1997.

58. Ивин А.А. Теория и практика аргументации. – М.: Юрайт, 2021.

59. Измайлова М.А. Деловое общение: Учебное пособие. – М.: Издательско-торговая корпорация «Дашков и К», 2021.

60. Ильючонок Р.Ю. Память хорошая, память плохая. – Новосибирск: Наука СО, 1991.

61. Ипполитова Н.А. Общая риторика. – М.: Экзамен, 2021.

62. Иссерс О.С. Речевое воздействие. – М.: Книга по требованию, 2021.

63. Карлстен Б. Чёрная риторика: Власть и магия слова. – М.: Изд-во «Альпина паблишер», 2021.

64. Карнеги Д. Как выработать уверенность в себе и влиять на людей, выступая публично. – М.: Попурри, 2021.

65. Кодекс профессиональной этики врача Российской Федерации / Режим доступа: http://medvestnik.ru

66. Козаржевский А.Ч. Античное ораторское искусство. – М.: Либроком, 2021.

67. Козаржевский А.Ч. Мастерство устной речи лектора. – М.: Либроком, 2021.

68. Колесникова Э. Введение в теорию риторики. – М.: Языки славянской культуры, 2021.

69. Кони А.Ф. Закон и справедливость. Судебные речи и статьи. – М.: Эксмо, 2021.

70. Кони А.Ф. Избранное. – М.: Сов. Россия, 1989.

71. Корнилова Е. Н. Искусство публичных выступлений. Путь к успеху. – М.: ИКЦ «Март», МарТ, 2007.

72. Корнилова Е.Н. Риторика – искусство убеждать. Своеобразие публицистики античного мира. Учебное пособие. – М.: Изд-во МГУ, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

73. Корсаков И.А., Корсакова Н.А. Хорошая память на каждый день. – М.: Школа эйдетики, 1998.

74. Костина И. В. Молодость мозга. Как сохранить ясный ум и хорошую память. – М.: Аст, 2021.

75. Кохтев Н.Н. Ораторская речь: стиль и композиция. – М.: Изд-во МГУ, 1992.

76. Кохтев Н.Н. Основы ораторской речи. – М.: Флинта, Наука, 2021.

77. Кошанский Н. Риторика. – М.: Русская панорама, 2021.

78. Крамер С.Н. Истрия начинается в Шумере. – М.: Наука, 1991.

79. Краснов А.Ф., Денисов И.Н., Ахмедзянов Р.Б. Медицинская риторика: элективный учебник для высших и средних медицинских школ. – М.: Содружество, Плюс, 2005.

80. Крылова М.Н. Риторика. Учебное пособие. – М.: Директ-Медиа, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

81. Кузнецов И.Н. Риторика. Учебное пособие. – М.: Дашков и К,, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

82. Кузнецов И.Н. Риторика, или Ораторское искусство. Учебное пособие. – М.: Юнити-Дана, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

83. Культура парламентской речи. – М.: Наука, 1994.

84. Курьянов М.А. Активные методы обучения: метод. пособие / М.А. Курьянов, В.С. Половцев. – Тамбов: Изд-во ФГБОУ ВПО «ТГТУ», 2021.

85. Лахманн Р.К. Демонтаж красноречия. Риторическая традиция и понятие поэтического. – СПб.: Академический проект, 2001.

86. Лешутина И.А. Риторика. Искусство публичного выступления. – М.: Pretext, 2008.

87. Липатов А.Т. Риторика в зеркале времени. – М.: Элпис, 2021.

88. Липатова В.Ю. Рефлексивная риторика. Учебное пособие. – Спб.: Алетейя, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

89. Лобанов И. Б. Говорим правильно по-русски. Речевой этикет. – Ростов н/Д.: Феникс, 2021.

90. Логика и риторика. Хрестоматия. / Сост. В.Ф. Берков, Я.С. Яскевич. – Мн.: НТОО «ТетраСитемс», 1997.

91. Ломоносов М.В. Для пользы общества/ Сост. Е.С. Еленская.- М.: Изд-во Московского университета, 1990.

92. Ломоносов М.В. и современные стилистика и риторика [Электронный ресурс]: сб. статей / Науч. Ред. И.Б. Александрова, В.В. Славкин. – М.: Флинта: Наука, 2021.

93. Ломоносов М.В. Сочинения Ломоносова: Кратий российский летописец. Древняя российская история. Российская грамматика. Риторика. – М.: Изд-во «Книга по требованию», 2021.

94. Лосева Л. М. Как строится текст. – М.: Просвещение, 1980.

95. Любичева Е., Ольховик Н. От текста к смыслу и от смысла к тексту (Текстовая деятельность учащихся). – М.: САГА, Азбука-классика, 2005.

96. Львов М.Р. Риторика. Культура речи: Учеб. пособие для студентов гуманитарных факультетов вузов. – М.: Издательский центр «Академия», 2002.

97. Малинина М.Г., Позднякова И.Б. Риторика и основы ораторского искусства. Ч.2. Учебное пособие. – Новосибирск, Изд-во НГУ, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

98. Максвелл Дж. Искусство общения / Пер. с англ. – М.: Попурри, 2021.

99. Марченко О.И. Риторика как норма гуманитарной науки. – М.: Наука, 1981.

100. Ментцель В. Риторика. Искусство говорить свободно и убедительно / Пер. с англ. – М.: Юрайт, 2021.

101. Минеева С.А. Полемика –диспут – дискуссия. – М.: Знание, 1990

102. Михальская А.К. Русский Сократ: Лекции по сравнительно-исторической риторике. – М.: Изд. Центр «Academia», 1996.

103. Михальская А.К. Риторика. 10-11 классы. Базовый уровень: учебник. –М.: Дрофа, 2021.

104. Михальская А.К. Сравнительно-историческая риторика: Учебное пособие (Высшее образование). – М.: Форум-Инфра-М, 2021.

105. Москвин В.П. Тропы и фигуры: Параметры общей и частных классификаций//Филологич. науки. –2002. – №4. – С.75-85.

106. Москвин В.П. Аргументальная риторика. Теоретический курс для филологов. – Ростов н/Д.: Феникс, 2008.

107. Москвин В.П. Выразительные средства современной русской речи. Тропы и фигуры. Терминологический словарь. – Ростов н/Д.: Феникс, 2007.

108. Москвин В.П. Риторика и теория коммуникации. Виды, стили и тактики речевого общения –М.: Кн. Дом «Либроком», 2021.

109. Мюллер С. Вспомни всё. Секреты суперпамяти. Книга-тренажёр / Пер. с англ. – СПб, Питер, 2021.

110. Николози Р. Петербургский панегирик 18 века. Миф – идеология – риторика. – М.: Языки славянской культуры, 2009.

111. Ниссен В.Ю, Карасёва Т. В. Русский речевой этикет. – М.: Флинта, Наука, 2021.

112. Общая риторика /Под ред. Н.А. Ипполитовой. – М.: Экзамен, 2021.

113. Ораторы Греции. – М.: Худож. лит., 1992.

114. Орлова Е.В. Культура профессионального общения врача: коммуникативно-компетентностный подход: монография. – М.: ФОРУМ, 2021.

115. Орлова Е.В. Русский язык и культура речи для медицинских вузов. – Ростов н/Д: Феникс, 2021.

116. Павлова К.Г. Психология спора. – Владивосток: Издательство Дальневосточного университета, 1988.

117. Парандовский Я. Алхимия слова. – М.: Изд-во «Правда», 1990.

118. Педагогическое речеведение. Словарь-справочник. Изд. 2-ое. / Под ред. Т.А. Ладыженской. – М.: Флинта, Наука, 1998.

119. Петров О.В. Риторика. – М.: Изд-во Проспект, 2021.

120. Петровская Л.А. Компетентность в общении. – М.: Изд-во МГУ, 1989.

121. Пиз А. Язык телодвижений: Как читать мысли других по их жестам. – М.: Эксмо, 2021.

122. Платон. Диалоги. – М.: ООО «Изд-во АСТ», Харьков: «Фолио», 1991.

123. Поварнин С. И. Искусство спора. – М.: МедиаКнига, 2009.

124. Рабинович В. Л. Исповедь книгочея, который учил букве, а укреплял дух. -0 М.: «Книга», 1991.

125. Радченко В.Н. Изучение ораторского искусства в CШA. – М.: Знание, 1991.

126. Рахманкулова Н.Ф. Роль языка как средства общения и фактора формирования личности. – М.: Изд-во МГУ, 1989.

127. Речи известных русских юристов / Сост. П. М. Захаров, Е. П. Черкашина. – М.: «Юридическая литература», 1985.

128. Ригведа. – М.: Изд-во «Наука», 1989.

129. Риторика в современном обществе и образовании. Сборник материалов III-V Международных конференций по риторике. – М.: Флинта, 2003. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

130. Риторика: учебное пособие / И.Н. Кузнецов. – М.: Дашков и К, 2006. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

131. Рогожкин А.В. Риторика: учебное пособие для студентов юридических специальностей. Изд. 3-е. – Донецк: Донецкий юридический институт, 2006.

132. Родос В. Б. Правила дискуссии и уловки спора. – М.: Идея-Пресс, 2006.

133. Рождественский Ю.В. Теория риторики. – М.: Флинта, Наука, 2006.

134. Рождественский Ю.В. Принципы современной риторики / Под ред. В.И. Аннушкина. – М.: Флинта: Наука, 2003.

135. Романова Н. Н., Филиппов А.В. Словарь. Культура речевого общения. Этика. Прагматика. Психология. – М.: Флинта, Наука, 2009.

136. Руднев В.Н. Риторика. Деловое общение. Учебное пособие. – М.: КноРус, 2021.

137. Русская риторика: Хрестоматия /Авт.-сост. Л.К. Граудина – М.: Просвещение: «Учеб. литература», 1996.

138. Русская риторика: Сб. публичных выступлений. – Пекин, 2001.

139. Савкова З.В. Искусство оратора. – М.: ИВЭСП, Знание, 2007.

140. Савкова 3.В. Средства речевой выразительности. – Л.: Знание,1982.

141. Сент-Жюст Л.А. Речи. Трактаты. – СПб.: Наука, 1995.

142. Сиротина О. Б. Чтобы вас понимали. Культура русской речи и речевая культура человека. – М.: Либроком, 2009.

143. Сказание о чудесах // Русская фантастика ХI-ХVI вв. Т.1. – М.: Сов. Россия, 1990.

144. Слово оратора (Риторика и политика). – М.: Изд-во «Книга по требованию», 2021.

145. Смолярчук В.И. Ф.Н. Плевако – судебный оратор. – М.: Знание, I989.

146. Снелл Ф. Искусство делового общения/Пер. с англ. -М.: Знание, 1990.

147. Солганик Г.Я. Стилистика текста. –М.: Флинта, Наука, 2008.

148. Соколова О.И, Федюнина С.М, Шабанова Н. А. Культура речевой коммуникации. – М.: Флинта, Наука, 2009.

149. Сперанский М. М. Правила высшего красноречия. – М.: Книга по требованию, 2021.

150. Спиридовский О. В. Президентская риторика США и Европы. Монография. – М.: LAP LAMBERT Academic Publishing, 2021.

151. Стернин И.А. Практическая риторика: учебное пособие. – М.: Академия, 2005 (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

152. Сычёв О.А. Обучение риторике в эпоху компьютеров: введение в опыт США. – М.: Знание, 1991.

153. Таранов П.С. Искусство риторики: Универсальное пособие для умения говорить красиво и убедительно. – М.: Изд-во «Эксмо», 2002.

154. Творения Василия Великого. – М., 1993. Репринтное воспроизведение издания М., 1846. – Т.8. Ч.4.

155. Тимошенко Т.Е. Риторика. Практикум. – М.: Флинта, 2009 (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

156. Токарева В. С. На черта нам чужие: Повести, рассказы. – М.: Локид, 1995.

157. Тумина Л.Е. Русская риторика ХVII- ХVIII веков. Учение о повествовании. – М.: УРСС, 2002.

158. Ушакова Т.Л., Павлова Н.Д., Зачёсова И.А. Речь человека в общении. – М.: Наука, 1989.

159. Филиппова Л.С. Русский язык и культура речи: учебное пособие. – М.: Флинта, 2009 (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

160. Филиппова О. А. Обучение эмоциональному речевому воздействию. – М.: Флинта, Наука, 2021.

161. Формановская Н.И. Речевой этикет в русском общении. Теория и практика. – М.: ВК, 2009.

162. Формановская Н.И. Культура общения и речевого поведения. – М.: ИКАР, 2021.

163. Фрезер Дж.Дж. Золотая ветвь: Исследование магии и религии: В 2 т. Т.1: Гл. I-ХХХIХ. – М.: TERRA-Книжный клуб, 2001.

164. Хазагеров Г.Г. Риторический словарь. – М.: Флинта, Наука, 2009.

165. Хазагеров Г.Г, Корнилова Е.Е. Риторика для делового человека. – М.: Флинта, 2008. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

166. Хазагеров Т.Г., Ширина Л.С. Общая риторика: Курс лекций; Словарь риторических приемов. – Ростов н/Д., 1999.

167. Харченко В.К. О языке, достойном человека: учеб. Пособие. Материалы для самостоятельной работы по курсу «Русский язык и культура речи». – М.: Флинта, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

168. Хиршман А.О. Риторика реакции. Извращение, тщетность, опасность / Пер. с нем. – М.: Высшая школа экономики (Государственный университет), 2021.

169. Цицерон М.Т. Речи: В 2 т. – М.: Наука, 1993.

170. Черторицкая Т.В. Красноречие Древней Руси ХI-ХVII вв. // Сокровища древнерусской литературы. – М., 1987.

171. Чихачёв В.П. Лекторское красноречие русских учёных XIX в. – М.: Знание, 1987.

172. Шенберг В.А. Полемика как способ древнего противоборства. – Л.: Знание, 1991.

173. Шестакова Е. В. Говори красиво и уверенно. Постановка голоса и речи. – СПб.: Питер, 2021.

174. Шубина И.В., Завражин А.В., Медведев Ю.В. Общая риторика. Учебно-методический комплекс. – М.: Евразийский открытый институт, 2021. (Университетская библиотека on-line ТГМУ).

175. Юности честное зерцало, или Показания к житейскому обхождению. – М., 1990. Репринтное издание. 1717 г.

176. Якимов В.А. О красноречии в России до Ломоносова. – М.: Книга по требованию, 2021.

ПРИЛОЖЕНИЯ

Приложение 1

Словарь основных терминов

Антонимы– слова, имеющие прямо противоположные значения: правда – ложь

Аргумент– довод, служащий для доказательства, для убеждения

Аргументирующая речь– 1) речь, ставящая своей целью при помощи аргументов убедить аудиторию в правоте некоего мнения (это убеждающая речь) или 2) в необходимости некоего действия (это агитирующая речь)

Гомилетика –раздел богословия, рассматривающий теоретические и практические вопросы церковной проповеди

Дедукция – логическое умозаключение от общего к частному, от общих суждений к частным или другим общим выводам

Диалог– разговор между двумя или несколькими лицами (в расширительном значении этого слова)

Дикция– произношение, степень отчётливости в произношении слов и звуков в речи

Дискуссия – спор, обсуждение какого-либо спорного вопроса в печати, на собрании, в официальной беседе, на научной конференции

Диспозиция – раздел классической риторики, обучающий умению располагать найденный материал

Жаргон – социальный или профессиональный диалект, речь какой-либо социальной или профессиональной группы. Находится вне литературного языка

Инвенция – раздел классической риторики, обучающий умению находить материал, «изобретать идеи»

Индукция – логическое умозаключение от частному к общему, от частных суждений к общим выводам

Информирующая речь – речь, основной целью которой является сообщение сведений, передача знаний, при этом решается задача адекватного понимания

Классическая риторика – риторика, основные положения которой сформировались в Античности, прежде всего в Древней Греции

Коммуникативные качества речи – свойства речи, способствующие эффективному общению (правильность, чистота, точность, логичность, богатство, выразительность, образность, уместность, доступность, действенность)

Коммуникация – акт общения, связь между двумя или более индивидами, основанная на взаимопонимании; сообщение информации одним лицом другому или группе лиц

Композиция– построение, внутренняя структура текста

Красноречие – способность говорить красиво и выразительно

Культура речи– следование лучшим образцам в своей индивидуальной речи, степень соответствия нормам литературного языка

Литературный язык – язык образцовый и нормированный, часть общенародного языка. Существует в двух формах – книжной и разговорной. Вне литературного языка находятся территориальные и социальные диалекты и просторечие

Логика – 1) наука о законах и формах мышления; 2) ход рассуждений, умозаключений

Логос – категория риторики, обозначающая средства выражения мысли в слове

Логосфера – речемыслительная сфера культуры

Мимика – движения лицевых мышц, передающие внутреннее душевное состояние человека

Монолог – речь одного человека, речь оратора, обращённая к аудитории

Неориторика – 1) современная, новая риторика, сформировавшаяся на основе классической риторики и новых научных направлений. XX в. – психолингвистики, теории речевой коммуникации, лингвистики текста, 2) лингвопрагматика

Норма языковая – принятое речевое употребление языковых средств, совокупность правил (регламентаций), упорядочивающих употребление языковых средств в речи индивида

Общая риторика– наука, изучающая общие закономерности речевого поведения, описывающая пути достижения эффективной коммуникации. Ядром общей риторики является классический риторический канон

Омонимы– слова, разные по значению, совпадающие по своему звучанию или написанию: коса (песчаная отмель) – коса (заплетённые волосы)

Описание – функционально-смысловой тип речи (наряду с повествованием и рассуждением), раскрывающий характерные свойства и качества предметов и явлений

Оппонент – участник спора, противостоящий сопернику, выдвинувшему и отстаивающему свой тезис

Оратор – тот, кто произносит речь, а также тот, кто обладает даром произносить речи, красноречием

Паронимы – слова, имеющие сходство в звучании и частично совпадающие в морфемном составе: чужой – чуждый и т.п.

Пафос – категория риторики, отражающая цели и намерения оратора, эмоции, которые он хочет вызвать у аудитории

Повествование – функционально-смысловой тип речи (наряду с описанием и рассуждением), представляющий собой изложение событий

Полемика – спор, борьба принципиально противоположных мнений по тому или иному вопросу, публичный спор с целью защитить свою точку зрения и опровергнуть мнение оппонента

Пропонент – участник спора, выдвинувший тезис и отстаивающий его

Рассуждение – функционально-смысловой тип речи (наряду с описанием и повествованием), связанный с формулировкой и доказательством верности некоего тезиса, точки зрения

Речь – 1) говорение, процесс, деятельность говорящего, применяющего язык для общения; 2) ораторский жанр, речь, обращенная к многочисленной аудитории

Риторика – до XX в. трактовалась преимущественно как наука об ораторском искусстве, как теория и искусство красноречия. В настоящее время наряду с трактовкой риторики как теории и практики убеждающей публичной речи ее понимают как теорию и мастерство эффективной –воздействующей, целесообразной, гармонизирующей речи, речевой коммуникации

Риторическая культура общества понимается нами как культура, в которой, с одной стороны, реализуется этическое и эстетическое представление народа о речи и речевом поведении, а с другой – отражается регулятивный характер, зависящий от природы власти, сложившейся в данном социуме.

Риторический идеал – система наиболее общих требований к речи и к речевому поведению, исторически сложившаяся в той или иной культуре и отражающая её эстетические и этические ценности

Синонимы – слова, близкие по значению: прекрасный, замечательный, превосходный и т.п.

Стили функциональные – стили языка, дифференцируемые в соответствии с функциями языка – общения (разговорный, или обиходно-бытовой), сообщения (научный и официально-деловой) и воздействия (публицистический и художественный)

Текст – продукт речемыслительной деятельности, существующий в устной и письменной формах

Топы – смысловые модели для разработки идеи, развития мысли, отражающие закономерности мышления (род – вид, целое – части, причина – следствие, определение и др.)

Троп – изменение основного значения слова, перенос названия с традиционно обозначаемого предмета (или явления) на другой, связанный смысловыми отношениями с первым ради особой выразительности речи

Фигура риторическая – форма речи, оборот речи, особое сочетание слов, синтаксическое построение, используемое для усиления выразительности высказывания. Различают фигуры мысли и фигуры слова

Частные риторики – области применения в различных сферах профессиональной речевой деятельности (академической, судебной, социально-бытовой, политической, деловой и т.п.) общей риторики

Элокуция – раздел классической риторики, обучающий умению «облекать мысли в слова», «украшать» речь, организовывать её ритмически

Эпидейктическая речь – речь, произносимая в ситуациях особого рода (юбилей, значительное событие и т.п.), ставящая своей задачей воодушевление и сплочение аудитории

Этос – категория риторики, отражающая условия, исходящие от аудитории

Язык – самобытная знаковая система, являющаяся основным средством общения людей

Приложение 2

Образцы ораторских речей

1. Речи ораторов Древней Греции

Горгий. Похвала Елене

(IV в. до н.э.)

(1) Славой служит городу смелость, телу – красота, духу – разумность, речи приводимой – правдивость; все обратное этому – лишь бесславие. Должно нам мужчину и женщину, слово и дело, город и поступок, ежели похвальны они – хвалою почтить, ежели непохвальны – насмешкой сразить. И напротив, равно неумно и неверно достохвальное – порицать, осмеяния же достойное – восхвалять. (2) Предстоит мне здесь в одно и то же время и правду открыть, и порочащих уличить – порочащих ту Елену, о которой единогласно и единодушно до нас сохранилось и верное слово поэтов, и слава имени ее, и память о бедах. Я и вознамерился, в речи своей приведя разумные доводы, снять обвинение с той, которой довольно дурного пришлось услыхать, порицателей ее лгущими вам показать, раскрыть правду и конец положить невежеству.

(3) Что по роду и породе первое место меж первейших жен и мужей занимает та, о ком наша речь, – нет никого, кто бы точно об этом не знал. Ведомо, что Леда была ее матерью, а отцом был бог, слыл же смертный, и были то Тиндарей и Зевс: один видом таков казался, другой молвою так назывался, один меж людей сильнейший, другой над мирозданием царь. (4) Рожденная ими, красотою была она равна богам, ее открыто являя, не скрыто тая. Многие во многих страсти она возбудила, вкруг единой себя многих мужей соединила, полных гордости гордою мощью: кто богатства огромностью, кто рода древностью, кто врожденною силою, кто приобретенною мудростью; все, однако же, покорены были победной любовью и непобедимым честолюбьем. (5) Кто из них и чем и как утолил любовь свою, овладевши Еленою, говорить я не буду: знаемое у знающих доверье получит, восхищенья же не заслужит. Посему, прежние времена в нынешней моей речи миновав, перейду я к началу предпринятого похвального слова и для этого изложу те причины, в силу которых справедливо и пристойно было Елене отправиться в Трою.

(6) Случая ли изволением, богов ли велением, неизбежности ли узаконением совершила она то, что совершила? Была она или силой похищена, или речами улещена, или любовью охвачена? – Если примем мы первое, то не может быть виновна обвиняемая: божьему промыслу людские помыслы не помеха – от природы не слабое сильному препона, а сильное слабому власть и вождь: сильный ведет, а слабый следом идет. Бог сильнее человека и мощью и мудростью, как и всем остальным: если богу или случаю мы вину должны приписать, то Елену свободной от бесчестья должны признавать. (7) Если же она силой похищена, беззаконно осилена, неправедно обижена, то ясно, что виновен похитчик и обидчик, а похищенная и обиженная невиновна в своем несчастии. Какой варвар так по-варварски поступил, тот за то пусть и наказан будет словом, правом и делом: слово ему – обвинение, право – бесчестие, дело – отмщение. А Елена, насилию подвергшись, родины лишившись, сирою оставшись, разве не заслуживает более сожаления, нежели поношения? Он свершил, она претерпела недостойное; право же, она достойна жалости, а он ненависти. (8) Если же это речь ее убедила и душу ее обманом захватила, то и здесь нетрудно ее защитить и от этой вины обелить. Ибо слово – величайший владыка: видом малое и незаметное, а дела творит чудесные – может страх прекратить и печаль отвратить, вызвать радость, усилить жалость. (9) А что это так, я докажу – ибо слушателю доказывать надобно всеми доказательствами.

Поэзию я считаю и называю речью, имеющей мерность; от нее исходит к слушателям и страх, полный трепета, и жалость, льющая слезы, и страсть, обильная печалью; на чужих делах и телах, на счастье их и несчастье собственным страданием страждет душа – по воле слов. (10) Но от этих речей перейду я к другим. Боговдохновенные заклинания напевом слов сильны и радость принести, и печаль отвести; сливаясь с души представленьем, мощь слов заклинаний своим волшебством ее чарует, убеждает, перерождает. Два есть средства у волшебства и волхвования: душевные заблуждения и ложные представления. (11) И сколько и скольких и в скольких делах убедили и будут всегда убеждать, в неправде используя речи искусство! Если б во всем все имели о прошедших делах воспоминанье, и о настоящих пониманье, и о будущих предвиденье, то одни и те же слова одним и тем же образом нас бы не обманывали. Теперь же не так-то легко помнить прошедшее, разбирать настоящее, предвидеть грядущее, так что в очень многом очень многие берут руководителем души своей представление – то, что нам кажется. Но оно и обманчиво, и неустойчиво и своею обманностью и неустойчивостью навлекает на тех, кто им пользуется, всякие беды.

(12) Что же мешает и о Елене сказать, что ушла она, убежденная речью, ушла наподобие той, что не хочет идти, как незаконной если бы силе она подчинилась и была бы похищена силой. Убежденью она допустила собой овладеть; и убеждение, ей овладевшее, хотя не имеет вида насилия, принуждения, но силу имеет такую же. Ведь речь, убедившая душу, ее убедив, заставляет подчиниться сказанному, сочувствовать сделанному. Убедивший так же виновен, как и принудивший; она же, убежденная, как принужденная, напрасно в речах себе слышит поношение. (13) Что убежденье, использовав слово, может на душу такую печать наложить, какую ему будет угодно, – это можно узнать прежде всего из учения тех, кто учит о небе: они, мненьем мненье сменяя, одно уничтожив, другое придумав, все неясное и неподтвержденное в глазах общего мнения заставляют ясным явиться; затем – из неизбежных споров в судебных делах, где одна речь, искусно написанная, не по правде сказанная, может, очаровавши толпу, заставить послушаться; а в-третьих – из прений философов, где открываются и мысли быстрота, и языка острота: как быстро они заставляют менять доверие к мнению! (14) Одинаковую мощь имеют и сила слова для состоянья души, и состав лекарства для ощущения тела. Подобно тому как из лекарств разные разно уводят соки из тела и одни прекращают болезни, другие же жизнь, – так же и речи: одни огорчают, те восхищают, эти пугают, иным же, кто слушает их, они храбрость внушают. Бывает, недобрым своим убеждением душу они очаровывают и заколдовывают. (15) Итак, этим сказано, что, если она послушалась речи, она не преступница, а страдалица.

Теперь четвертою речью четвертое я разберу ее обвинение. Если это свершила любовь, то нетрудно избегнуть ей обвинения в том преступлении, какое она, говорят, совершила. Все то, что мы видим, имеет природу не такую, какую мы можем желать, а какую судьба решила им дать. При помощи зрения и характер души принимает иной себе облик. (16) Когда тело воина для войны прекрасно оденется военным оружием из железа и меди, одним чтоб себя защищать, другим чтоб врагов поражать, и узрит зрение зрелище это и само смутится и душу смутит, так что часто, когда никакой нет грозящей опасности, бегут от него люди, позорно испуганные: изгнана вера в законную правду страхом, проникшим в душу от зрелища: представ пред людьми, оно заставляет забыть о прекрасном, по закону так признаваемом, и о достоинстве, после победы часто бываемом. (17) Нередко, увидев ужасное, люди теряют сознание нужного в нужный момент: так страх разумные мысли и заглушает и изгоняет. Многие от него напрасно страдали, ужасно хворали и безнадежно разум теряли: так образ того, что глаза увидали, четко отпечатлевался в сознании. И много того, что страх вызывает, мною опущено, но то, что опущено, подобно тому, о чет сказано. (18) А вот и художники: когда многими красками из многих тел тело одно, совершенное формой, они создают, то зрение наше чаруют. Творенье кумиров богов, созданье статуй людей – сколько они наслаждения нашим очам доставляют! Так через зренье обычно бывает: от одного мы страдаем, другого страстно желаем. Много у многих ко многим вещам и людям возгорается страсти, любви и желанья.

(19) Чего ж удивляться, ежели очи Елены, телом Париса плененные, страсти стремление, битвы любовной хотение в душу ее заронили! Если Эрос, будучи богом богов, божественной силой владеет, – как же может много слабейший от него и отбиться и защититься! А если любовь – болезней людских лишь страданье, чувств душевных затменье, то не как преступленье нужно ее порицать, но как несчастья явленье считать. Приходит она, как только придет, судьбы уловленьем – не мысли веленьем, гнету любви уступить принужденная – не воли сознательной силой рожденная.

(20) Как же можно считать справедливым, если поносят Елену? Совершила ль она, что она совершила, силой любви побежденная, ложью ль речей убежденная или явным насилием вдаль увлеченная, иль принужденьем богов принужденная, – во всех этих случаях нет на ней никакой вины.

(21) Речью своею я снял поношение с женщины. Закончу: что в речи сначала себе я поставил, тому верным остался; попытавшись разрушить поношения несправедливость, общего мнения необдуманность, эту я речь захотел написать Елене во славу, себе же в забаву.

(Печатается по тексту: Ораторы Греции: Пер. с древнегреч.

/Сост. М. Гаспарова. – М.: Худож. лит., 1985. – С. 27-31.

Это образец школьного риторического упражнения –

«похвалы» на парадоксальную тему)

(IV в. до н.э.)

(1) Много дал бы я, судьи, за то, чтобы вы судили обо мне так же, как о себе, если бы нечто подобное произошло с вами; и если на мое дело вы посмотрите как на свое собственное, то, я уверен, каждого из вас случившееся возмутит настолько, что наказание, предусмотренное законом, вам покажется слишком мягким. (2) Да и не только у вас, но повсюду в Элладе с этим бы согласились, потому что это – единственное преступление, за которое в любом государстве, будь оно демократическим или олигархическим, даже последний бедняк может привлечь к ответу самых видных людей, так что самый ничтожный простолюдин в этом отношении имеет те же права, что и самый знатный человек: настолько тяжким всюду считается бесчестие, причиненное таким преступлением. (3) Поэтому приговор ваш, я полагаю, будет единодушным, и надеюсь, никто из вас не посмотрит на мое дело пренебрежительно, считая, что такого преступника можно было отпустить безнаказанным или наказать не слишком сурово. (4) А мне, судьи, остается только доказать, что Эратосфен соблазнил мою жену, развратил ее, опозорил моих детей и меня обесчестил тем, что пробрался в мой дом, что это было единственной причиной моей вражды к нему и что не ради денег, не ради обогащения или корысти я это сделал, а только затем, чтобы покарать его в соответствии с законом.

(5) Впрочем, расскажу обо всем по порядку, с самого начала, честно и правдиво, потому что сейчас для меня единственное спасение – описать все как было. (6) Когда я женился и привел жену в дом, поначалу я взял себе за правило не донимать ее чрезмерной строгостью, но и не давать ей слишком много воли – словом, присматривал за ней как положено. А когда родился ребенок, я целиком ей доверился, считая, что ребенок – самый прочный залог супружеской верности. (7) Так вот, афиняне, первое время не было жены лучше ее: она была превосходной хозяйкой, рачительной, бережливой, старательной. А все беды мои начались со смертью моей матери. (8) Во время похорон моя жена сопровождала тело покойной, и тут ее увидел этот человек. А спустя некоторое время он и соблазнил ее: выследив служанку, ходившую на рынок за покупками, через нее он стал делать жене предложения и в конце концов погубил ее.

(9) А надо вам сказать, судьи, что домик у меня двухэтажный, причем наверху, в женской половине, и внизу, в мужской половине, комнаты расположены совершенно одинаково. Когда у нас появился ребенок, мать начала кормить его грудью, и, чтобы ей не подвергаться опасности, спускаясь вниз по крутой лестнице всякий раз, как нужно помыться, я переселился на верхний этаж, а женщины устроились внизу. (10) Так и повелось, что жена часто уходила вниз убаюкать ребенка или дать ему грудь, чтобы он не кричал. Так продолжалось долгое время, но мне и в голову не приходило заподозрить что-то неладное; я по-прежнему наивно считал свою жену самой честной женщиной в городе.

(11) Как-то раз я неожиданно вернулся домой из деревни. После ужина ребенок стал кричать и плакать: как выяснилось впоследствии, служанка нарочно дразнила его, потому что тот человек уже находился в доме. (12) Я велел жене спуститься вниз и дать ребенку грудь, чтобы он перестал плакать. Она сначала отказывалась, делая вид, что очень рада моему приезду и очень соскучилась по мне. Я уже начал сердиться и велел ей выполнять то, что приказано, а она говорит: «Это тебе для того нужно, чтобы с нашей служанкой побаловаться. Ты и раньше, подвыпив, к ней приставал». (13) Я засмеялся в ответ, а она встает и, уходя, запирает дверь; будто бы в шутку, а ключ вынимает и уносит с собой. Не придав этому значения и ничего не подозревая, я крепко заснул, потому что устал с дороги. (14) Утром жена вернулась и отперла дверь. Когда я спросил, почему ночью внизу скрипели двери, она ответила, что в комнате у ребенка погас светильник и ей пришлось попросить огня у соседей. Я промолчал, решив, что так оно и было. Однако мне показалось, что лицо у нее накрашено, хотя еще не прошло месяца после смерти ее брата. Но и на это я промолчал и ушел из дому.

(15) Спустя некоторое время, – а я все еще был в полном неведении о постигшей меня беде, – подходит ко мне незнакомая старуха. Уже потом до меня дошли слухи, что ее ко мне подослала другая женщина, соблазненная Эратосфеном: недовольная и даже оскорбленная тем, что он стал реже посещать ее, она устроила за ним слежку, пока не дозналась до причины. (16) Так вот, эта старуха, поджидавшая возле моего дома, подходит ко мне и говорит: «Евфилет, я не хотела бы сплетничать, но человек, который позорит тебя и твою жену, вместе с тем враг мне и моей госпоже. Так вот, если ты хорошенько допросишь служанку, которая ходит за покупками на рынок и прислуживает вам за столом, то сам во всем убедишься. Я говорю об Эратосфене из Эй: это он соблазнил твою жену, а до нее еще и многих других. На эти дела он мастер». (17) Сказав это, она ушла, а меня, судьи, как громом поразило; я разом вспомнил все, что мне раньше казалось подозрительным, – и то, как меня заперли в спальне, и то, что в ту ночь скрипели обе двери, внутренняя и наружная, чего раньше никогда не случалось, и то, что лицо у жены было накрашено, – и чем больше я это припоминал, тем больше укреплялся в своих подозрениях.

(18) Вернувшись домой, я приказал служанке идти со мной на рынок, но вместо рынка повел ее к одному из моих приятелей и там ей напрямик объявил, что мне все известно о том, что творится у меня в доме. «Так вот, – сказал я, – выбирай одно из двух: или я тебя прикажу выпороть и отправлю на мельницу, где мучениям твоим не будет конца, или ты во всем честно признаешься и получишь прощение. Но берегись, если обманешь; лучше все расскажи по-честному». (19) Сперва она отпиралась: пусть, мол, с ней делают что угодно, только она ничего не знает, – но когда я назвал ей имя Эратосфена и сказал, что это он наведывается к моей жене, служанка насмерть перепугалась, решив, что я знаю не только это, но и все остальное. (20) Тут она мне бросилась в ноги и, получив от меня обещание, что с ней ничего не сделают, выложила все начистоту: как после похорон Эратосфен подошел к ней, как она в конце концов сообщила его просьбу госпоже, как та понемногу поддалась на его уговоры, как ухитрялась принимать его у себя, как на Фес-мофории, пока я был в деревне, ходила с его матерью в храм – словом, рассказала все как было. (21) Выслушав ее, я сказал: «Смотри, никому об этом ни слова, если хочешь, чтобы я сдержал обещание. Теперь ты должна мне помочь схватить его с поличным: мне не слова нужны, а доказательства, если дело обстоит, как ты описала». (22) И служанка на это дала согласие.

Прошло четыре или пять дней [в тексте оригинала пропуск]… как я неопровержимо докажу вам. Но сперва хочу рассказать о том, что произошло в последний день. Вечером, уже после захода солнца, я встретил на улице своего друга и товарища Сострата – он возвращался из деревни. Зная, что у себя дома в такой поздний час он не найдет ничего съестного, я пригласил его отужинать со мной. Мы пришли ко мне домой, поднялись наверх и поужинали. (23) Потом он поблагодарил за угощение и ушел, а я лег спать. В это время Эратосфен и явился: служанка тут же разбудила меня и сказала, что он здесь. Приказав ей следить за дверью, чтобы не упустить его, я потихоньку спустился вниз и, выйдя на улицу, отправился созывать друзей и знакомых. Некоторых я дома не застал, некоторые вообще оказались в отъезде. (24) Ну, а всех, кого мог, я собрал и повел за собой. В лавочке близ моего дома мы запаслись факелами и вошли в дом всей толпой, благо наружная дверь была заранее отперта служанкой.

Вышибив дверь, ведущую в спальню, мы застигли его прямо в постели с моей женой: те, кто ворвался первым, его застали еще лежащим; подоспевшие чуть позже видели, как он голый стоял на кровати. (25) Ударом кулака я, судьи, сбил его с ног, скрутил и связал ему руки за спиной и стал допрашивать, как посмел он забраться ко мне в дом. Отрицать свою вину он даже не пытался и только слезно умолял не убивать его, а предлагал откупиться деньгами. (26) На это я отвечал: «Не я тебя убью, но закон, который ты преступил, поставив его ниже своих удовольствий. Ты сам предпочел совершить тяжкое преступление против моей жены, моих детей и меня самого, вместо того чтобы соблюдать законы и быть честным гражданином».

(27) Итак, судьи, он претерпел именно то, что велит делать с такими преступниками закон. Его не приволокли с улицы ко мне в дом, как утверждают мои обвинители, и он не просил защиты у моего очага. Да и как он мог это сделать, если в спальне я сбил его с ног и связал ему руки, если там было столько людей, что пробиться через них, не имея ни оружия, ни даже палки в руках, он не мог? (28) Вы и сами знаете, судьи: нарушители закона ни за что не признают, что их противники говорят правду, и лживые измышления такого рода им нужны для того, чтобы настроить слушателей против тех, кто действовал законно. Прочти же закон. [Читается закон.] (29) Он не отрицал, судьи, своей вины; он сам признал себя виновным и умолял не убивать его. Он даже предлагал откупиться деньгами, но на это я не согласился. Я считал, что закон важнее, и покарал его той карой, которую установили вы сами и которую вы сочли справедливой для такого рода преступников. Прошу свидетелей подняться сюда. [Читаются показания свидетелей.] (30) Прочти мне и тот закон, что вырезан на камне по указу Ареопага. [Читается закон.] Вы слышите, судьи, что сам Ареопаг, который исстари вершил суд по делам об убийстве, которому и в наши дни предоставлено это право, постановил в совершенно ясных и определенных выражениях, что неповинен в убийстве тот, кто покарает смертью прелюбодея, если застигнет его вместе с женой. (31) В справедливости этой кары законодатель был уверен настолько, что ее же назначил за совращение наложниц, хотя они не так уважаемы, как законная жена. Ясно, что если бы имелось большее наказание, он бы его назначил за совращение супруги, и только потому в том и другом случае он установил смерть, что за совращение супруги не сумел найти кары более суровой. Теперь прочти мне вот этот закон. [Читается закон.] (32) Вы слышите, судьи: закон велит, чтобы всякий, кто совершит насилие над свободным – взрослым или ребенком, уплатил вдвое больше, чем за насилие над рабом, а ведь сюда относится и насилие над женщиной, в то время как ее соблазнение карается смертью. Вот, судьи, насколько снисходительнее законодатель к насильникам, нежели к соблазнителям! (33) Последних он приговорил к смерти, а первых – лишь к возмещению ущерба деньгами, исходя из того, что жертва насилия по крайней мере ненавидит насильника, а соблазнитель настолько развращает свою жертву, что жена к нему привязывается больше, чем к мужу, отдает ему в распоряжение весь дом, и даже на детей падает подозрение – то ли они от мужа, то ли от любовника. Вот почему таким людям законодатель назначил смерть.

(34) Меня же, судьи, законы не только оправдывают, но даже обязывают привести в исполнение положенный приговор, а уж от вас зависит, оставаться этим законам в силе или потерять всякое значение. (35) Я думаю, что для того государства и устанавливают законы, чтобы к ним обращаться в спорных случаях и выяснять, как следует поступить. Так вот, в моем случае закон велит потерпевшему наказывать виновных именно так. (36) Надеюсь, вы согласитесь со мной, иначе прелюбодеям вы обеспечите такую безнаказанность, что даже воры начнут себя выдавать за распутников, зная, что их не тронут, если они скажут, что проникли в чужой дом для встречи с любовницей: все будут знать, что с законами о распутстве можно не считаться, а бояться нужно только вашего приговора, потому что он все решает в этом государстве.

(37) Заметьте вот еще что, афиняне: меня обвиняют в том, что служанке я заранее велел пригласить в тот день Эратосфена. Вообще-то, судьи, я считаю, что вправе любым способом поймать соблазнителя своей жены. (38) Если бы я велел его пригласить, когда до дела еще не дошло, когда соблазнитель только начинал обхаживать мою жену, то был бы виноват. Но после того, как он добился своего, после того, как стал часто бывать в моем доме, поймать его с помощью какой-нибудь хитрости было бы с моей стороны только разумно. (39) Но и в этом, заметьте, они лгут. Посудите сами: как я уже сказал, мой друг и приятель Сострат, которого я повстречал после захода солнца, когда он возвращался из деревни, ужинал вместе со мной и задержался у меня допоздна. (40) Так вот, подумайте, судьи: если в ту ночь я готовил Эратосфену западню, что для меня было удобнее – ужинать в гостях или, наоборот, привести гостя к себе? Ведь это могло бы отпугнуть Эратосфена от попытки проникнуть ко мне в дом. Кроме того, неужели я бы отпустил своего гостя, чтобы остаться одному, без поддержки? Скорее наоборот, я бы его попросил остаться и помочь мне наказать соблазнителя. (41) И разве не мог я созвать своих друзей заранее, еще днем, и попросить их собраться у кого-нибудь из знакомых поближе к моему дому, вместо того чтобы ночью бегать по всему городу, не зная, кого я застану дома, а кого нет? А ведь я заходил и к Гармодию, и ко многим другим, понятия не имея о том, что они в отъезде. Некоторые же были в городе, но отлучились из дома, и я взял с собой только тех, кого смог застать. (42) Между тем, если бы я все знал заранее, неужели, по-вашему, я бы не вооружил слуг и не созвал бы друзей? Этим бы я и себя обезопасил, потому что преступник мог быть вооружен, и его покарал бы при наибольшем числе свидетелей. Но, повторяю, я ничего не знал о том, что произойдет в эту ночь, и созвал только тех, кого смог. Прошу свидетелей подняться сюда. [Читаются показания свидетелей.]

(43) Итак, судьи, вы слышали свидетелей. Теперь обратите внимание вот на что: была ли у меня хоть какая-нибудь другая причина враждовать с Эратосфеном? (44) Нет, такой причины вы не найдете. Он не пытался оклеветать меня, обвиняя в преступлении против государства, и не добивался моего изгнания из отечества. Он не судился со мной и по частному делу. Он не знал за мной никаких преступлений, и мне не было нужды убивать его, чтобы избежать разоблачения. И не потому я это сделал, что мне обещали за это заплатить, – а ведь некоторые берутся убить человека за деньги. (45) Не было между нами ни перебранки, ни пьяной драки, никакой другой ссоры, потому что до той ночи я этого человека и в глаза не видал. Так чего ради я пошел бы на такой риск, если бы не претерпел от него самое тяжкое из оскорблений? (46) И неужели я бы совершил преступление при свидетелях, имея возможность убить его тайком?

(47) Я считаю, судьи, что покарал его не только за себя, но и за все государство. Если вы согласитесь со мной, подобные люди поостерегутся вредить своему ближнему, видя, какая награда их ждет за такого рода подвиги. (48) А если вы не согласны со мной, то отмените существующие законы и введите новые, которые будут карать тех, кто держит жен в строгости, а соблазнителей оправдывать. (49) Так, по крайней мере, будет честнее, чем теперь, когда законы гражданам ставят ловушку, глася, что поймавший прелюбодея может сделать с ним что угодно, а суд потом грозит приговором скорее потерпевшему, чем тому, кто, попирая законы, позорит чужих жен. (50) Именно в таком положении я теперь и оказался: под угрозу поставлены моя жизнь и имущество только за то, что я повиновался законам.

(Печатается по тексту: Ораторы Греции: Пер. с древнегреч.

/Сост. М. Гаспарова. – М.: Худож. лит., 1985. – С. 32-38.

Эта речь написана Лисием для афинянина Эвфилета)

2. Речи политических лидеров

(3 июля 1941 г.)

Товарищи! Граждане!

Братья и сёстры!

Бойцы нашей армии и флота!

К вам обращаюсь я, друзья мои!

Вероломное военное нападение гитлеровской Германии на нашу Родину, начатое 22 июня, продолжается. Несмотря на героическое сопротивление Красной Армии, несмотря на то, что лучшие дивизии врага и лучшие части его авиации уже разбиты и нашли себе могилу на полях сражения, враг продолжает лезть вперёд, бросая на фронт новые силы. Гитлеровским войскам удалось захватить Литву, значительную часть Латвии, западную часть Белоруссии, часть Украины. Фашистская авиация расширяет районы действия своих бомбардировок, подвергая бомбардировкам Мурманск, Оршу, Могилёв, Смоленск, Киев, Одессу, Севастополь. Над нашей Родиной нависла серьёзная опасность.

Как могло случиться, что наша славная Красная Армия сдала фашистским войскам ряд наших городов и районов? Неужели немецко-фашистские войска в самом деле являются непобедимыми войсками, как об этом трубят неустанно фашистские хвастливые пропагандисты?

Конечно, нет! История показывает, что непобедимых армий нет и не бывало. Армию Наполеона считали непобедимой, но она была разбита попеременно русскими, английскими, немецкими войсками. Немецкую Армию Вильгельма в период первой империалистической войны тоже считали непобедимой армией, но она несколько раз терпела поражения от русских и англо-французских войск и, наконец, была разбита англо-французскими войсками. То же самое нужно сказать о нынешней немецко-фашистской армии Гитлера. Эта армия не встречала ещё серьёзного сопротивления на континенте Европы. Только на нашей территории встретила она серьёзное сопротивление. И если в результате этого сопротивления лучшие дивизии немецко-фашистской армии оказались разбитыми нашей Красной Армией, то это значит, что гитлеровская фашистская армия так же может быть разбита и будет разбита, как были разбиты армии Наполеона и Вильгельма.

Что касается того, что часть нашей территории оказалась всё же захваченной немецко-фашистскими войсками, то это объясняется главным образом тем, что война фашистской Германии против СССР началась при выгодных условиях для немецких войск и невыгодных для советских войск. Дело в том, что войска Германии, как страны, ведущей войну, были уже целиком отмобилизованы, и 170 дивизий, брошенных Германией против СССР и придвинутых к границам СССР, находились в состоянии полной готовности, ожидая лишь сигнала для выступления, тогда как советским войскам нужно было ещё отмобилизоваться и придвинуться к границам Немалое значение имело здесь и то обстоятельство, что фашистская Германия неожиданно и вероломно нарушила пакт о ненападении, заключённый в 1939 году между ней и СССР, не считаясь с тем, что она будет признана всем миром стороной нападающей. Понятно, что наша миролюбивая страна, не желая брать на себя инициативу нарушения пакта, не могла стать на путь вероломства.

Могут спросить: как могло случиться, что Советское правительство пошло на заключение пакта о ненападении с такими вероломными людьми и извергами, как Гитлер и Риббентроп? Не была ли здесь допущена со стороны Советского правительства ошибка? Конечно, нет! Пакт о ненападении есть пакт о мире между двумя государствами. Именно такой пакт предложила нам Германия в 1939 году. Могло ли Советское правительство отказаться от мирного соглашения с соседней державой, если во главе этой державы стоят даже такие изверги и людоеды, как Гитлер и Риббентроп. И это, конечно, при одном непременном условии – если мирное соглашение не задевает ни прямо, но косвенно территориальной целостности, независимости и чести миролюбивого государства. Как известно, пакт о ненападении между Германий и СССР является именно таким пактом.

Что выиграли мы, заключив с Германией пакт о ненападении? Мы обеспечили нашей стране мир в течение полутора годов и возможность подготовки своих сил для отпора, если фашистская Германия рискнула бы напасть на нашу страну вопреки пакту. Это определённы выигрыш для нас и проигрыш для фашистской Германии.

Что выиграла и что проиграла фашистская Германия, вероломно разорвав пакт и совершив нападение на СССР? Она добилась этим некоторого выигрышного положения для своих войск в течение короткого срока, но она проиграла политически, разоблачив себя в глазах всего мира как кровавого агрессора. Не может быть сомнения, что этот непродолжительный военный выигрыш для Германии является лишь эпизодом, а громадный политический выигрыш для СССР является серьёзным и длительным фактором, на основе которого должны развернуться решительные военные успехи Красной Армии в войне с фашистской Германией.

Вот почему вся наша доблестная армия, весь наш доблестный военно-морской флот, все наши лётчики-соколы, все народы нашей страны, все лучшие люди Европы, Америки и Азии, наконец, все лучшие люди Германии – клеймят вероломные действия германских фашистов и сочувственно относятся к Советскому правительству, одобряют поведение Советского правительства и видят, что наше дело правое, что враг будет разбит, что мы должны победить.

В силу навязанной нам войны наша страна вступила в смертельную схватку со своим злейшим и коварным врагом – германским фашизмом. Наши войска героически сражаются с врагом, вооружённым до зубов танками и авиацией. Красная армия и Красный флот, преодолевая многочисленные трудности, самоотверженно бьются за каждую пядь советской земли. В бой вступают главные силы Красной Армии, вооружённые тысячами танков и самолётов. Храбрость воинов Красной Армии – беспримерна. Наш отпор врагу крепнет и растёт. Вместе с Красной Армией на защиту Родины подымается весь советский народ.

Что требуется для того, чтобы ликвидировать опасность, нависшую над нашей Родиной, и какие меры нужно принять для того, чтобы разгромить врага?

Прежде всего необходимо, чтобы наши люди, советские люди поняли всю глубину опасности, которая угрожает нашей стране, и отрешились от благодушия, от беспечности, от настроений мирного строительства, вполне понятных в довоенное время, но пагубных в настоящее время, когда война коренным образом изменила положение. Враг жесток и неумолим. Он ставит своей целью захват наших земель, политых нашим потом, захват нашего хлеба и нашей нефти, добытых нашим трудом. Он ставит своей целью восстановление власти помещиков, восстановление царизма, разрушение национальной куль туры и национальной государственности русских, украинцев, белорусов, литовцев, латышей, эстонцев, узбеков, татар, молдаван, грузин, армян, азербайджанцев и других свободных народов Советского Союза, их онемечение, их превращение в рабов немецких князей и баронов. Дело идёт, таким образом, о жизни и смерти Советского государства, о жизни смерти народов СССР, о том – быть народам Советского Союза свободными или впасть в порабощение. Нужно, чтобы советские люди поняли это и перестали быть беззаботными, чтобы они мобилизовали себя и перестроили всю свою работу на новый, военный лад, не знающий пощады врагу.

Необходимо, далее, чтобы в наших рядах не было места нытикам и трусам, паникёрам и дезертирам, чтобы наши люди не знали страха в борьбе и самоотверженно шли на нашу Отечественную освободительную войну против фашистских поработителей. Великий Ленин, создавший наше Государство, говорил, что основными качествами советских людей должны быть храбрость, отвага, незнание страха в борьбе, готовность биться вместе с народом против врагов нашей Родины. Необходимо, чтобы эти великолепные качества большевика стали достоянием миллионов и миллионов Красной Армии, нашего Красного Флота и всех народов Советского Союза.

Мы должны немедленно перестроить нашу работу на военный лад, всё подчинив интересам фронта и задачам организации разгрома врага. Народы Советского Союза видят теперь, что германский фашизм неукротим в своей бешеной злобе и ненависти к нашей Родине, обеспечившей всем трудящимся свободный труд и благосостояние. Народы Советского Союза должны подняться на защиту своих прав, своей земли против врага.

Красная Армия, Красный Флот и все граждане Советского Союза должны отстаивать каждую пядь советской земли, драться до последней капли крови за наши города и сёла, проявлять смелость, инициативу и сметку, свойственные нашему народу.

Мы должны организовать всестороннюю помощь Красной Армии, обеспечить усиленное пополнение её рядов, обеспечить ей снабжение всем необходимым, организовать быстрое продвижение транспортов с войсками и военными грузами, широкую помощь раненым.

Мы должны укрепить тыл Красной Армии, подчинив интересам этого дела всю свою работу, обеспечить усиленную работу всех предприятий, производить больше винтовок, пулемётов, орудий, патронов, снарядов, самолётов, организовать охрану заводов, электростанций, телефонной и телеграфной связи, наладить местную противовоздушную оборону.

Мы должны организовать беспощадную борьбу со всякими дезорганизаторами тыла, дезертирами, паникёрами, распространителями слухов. Уничтожать шпионов, диверсантов, вражеских парашютистов, оказывая во всём этом быстрое содействие нашим истребительным батальонам. Нужно иметь в виду, что враг коварен, хитёр, опытен в обмане и распространении ложных слухов. Нужно учитывать всё это и не поддаваться на провокации. Нужно немедленно предавать суду Военного Трибунала всех тех, кто своим паникёрством и трусостью мешают делу обороны, невзирая на лица.

При вынужденном отходе частей Красной Армии нужно угонять весь подвижной железнодорожный состав, не оставлять врагу ни одного паровоза, ни одного вагона, не оставлять противнику ни килограмма хлеба, ни литра горючего. Колхозники должны угонять весь скот, хлеб сдавать под сохранность государственным органам для вывозки его в тыловые районы. Всё ценное имущество, в том числе цветные металлы, хлеб и горючее, которое не может быть вывезено, должно безусловно уничтожаться.

В занятых врагом районах нужно создавать партизанские отряды, конные и пешие, создавать диверсионные группы для борьбы с частями вражеской армии, для разжигания партизанской войны всюду и везде, для взрыва мостов, дорог, порчи телефонной и телеграфной связи, поджога лесов, складов, обозов. В захваченных районах создавать невыносимые условия для врага и всех его пособников, преследовать и уничтожать их на каждом шагу, срывать все их мероприятия.

Войну с фашистской Германией нельзя считать войной обычной. Она является не только войной между двумя армиями. Она является вместе с тем великой войной всего советского народа против немецко-фашистских войск. Целью этой всенародной Отечественной войны против фашистских угнетателей является не только ликвидация опасности, нависшей над нашей страной, но и помощь всем народам Европы, стонущим под игом германского фашизма. В этой освободительной войне мы не будем одинокими. В этой великой войне мы будем иметь верных союзников в лице народов Европы и Америки, в том числе в лице германского народа, порабощённого гитлеровскими заправилами. Наша война за свободу нашего Отечества сольётся с борьбой народов Европы и Америки за их независимость, за демократические свободы. Это будет единый фронт народов, стоящих за свободу против порабощения и угрозы порабощения со стороны фашистских армий Гитлера. В этой связи историческое выступление премьера Великобритании г. Черчиля о помощи Советскому Союзу и декларации правительства США о готовности оказать помощь нашей стране, которые могут вызвать лишь чувство благодарности в сердцах народов Советского Союза, – являются вполне понятными и показательными.

Товарищи! Наши силы неисчислимы. Зазнавшийся враг должен будет скоро убедиться в этом. Вместе с Красной Армией поднимаются многие тысячи рабочих, колхозников, интеллигенции на войну с напавшим врагом. Поднимутся миллионные массы нашего народа. Трудящиеся Москвы и Ленинграда уже приступили к созданию многотысячного народного ополчения на поддержку Красной Армии. В каждом городе, которому угрожает опасность нашествия врага, мы должны создать такое народное ополчение, поднять на борьбу всех трудящихся, чтобы своей грудью защищать свою свободу, свою честь, свою Родину – в нашей Отечественной войне с германским фашизмом.

В целях быстрой мобилизации всех сил народов СССР, для проведения опора врагу, вероломно напавшему на нашу Родину, создан Государственный Комитет Обороны, в руках которого теперь сосредоточена вся полнота власти в государстве. Государственный Комитет Обороны приступил к своей работе и призывает весь народ сплотиться вокруг партии Ленина – Сталина, вокруг Советского правительства для самоотверженной поддержки Красной Армии и Красного Флота, для разгрома врага, для победы.

Все наши силы – на поддержку нашей героической Красной Армии, нашего славного Красного Флота!

Все силы народа – на разгром врага!

Вперёд, за нашу победу!

(Печатается по тексту: Русская риторика:

Сборник публичных выступлений. – Пекин, 2001. – С.89-97. )

(7 мая 2000 г.)

Уважаемые граждане России, дорогие друзья!

Сегодня я обращаюсь к вам, потому что вы доверили мне высший государственный пост в стране. Я понимаю, что взял на себя огромную ответственность, и знаю, в России глава государства всегда был и будет человеком, который отвечает за всё, что происходит в стране.

Первый президент России Борис Николаевич Ельцин, покидая Кремль, сегодня вспомнил об этом, произнёс слова, которые многим запомнились. Он сказал и сегодня повторил в этом зале: берегите Россию. Именно в этом я вижу свою главную президентскую обязанность. Исполнения этого долга буду требовать от своих соратников по работе, по службе. Я также рассчитываю найти в этом патриотическом деле помощь сограждан России, всех, кому дорога судьба нашего Отечества.

Сегодня хочу поблагодарить и моих сторонников, всех тех, кто проголосовал за меня на выборах. Вы поддержали те первые шаги, которые уже были сделаны. Вы поверили, что вместе мы можем изменить нашу жизнь к лучшему. Я глубоко признателен вам за это, но я понимаю, что ваша поддержка – это только аванс власти и, разумеется, мне, вступающему сегодня в должность президента страны. Обращаюсь и к тем, кто голосовал за других кандидатов. Убеждён, что вы голосовали за наше общее будущее, за наши общие цели, за лучшую жизнь, за процветающую и сильную Россию. У каждого из нас свой опыт, свои взгляды, но мы должны быть вместе. Нам многое предстоит сделать.

Сегодня действительно исторический день, я хочу на этом ещё раз сконцентрировать внимание. В самом деле, впервые за всю историю нашего государства, за всю российскую историю, впервые верховная власть в стране передаётся самым демократическим, самым простым образом, по воле народа, законно и мирно. Смена власти – это всегда проверка конституционного строя, проверка его на прочность. Да, у нас это не первая проверка, может быть, и не последняя, но это испытание, и этот рубеж в нашей жизни мы прошли достойно. Мы показали, что Россия становится по-настоящему современным демократическим государством. Мирная передача власти – это важнейший элемент политической стабильности, о которой мы с вами мечтали, к которому стремились, которого добивались. Путь к свободному обществу не был простым и лёгким. В нашей истории были и трагические, и светлые страницы. Построение демократического государства ещё далеко не завершено, но многое уже сделано. Мы обязаны беречь достигнутое, хранить и развивать демократию, сделать так, чтобы избранная народом власть работала в его интересах, защищала российского гражданина везде, и в нашей стране, и за её пределами, служила обществу. Это принципиальная, жёсткая позиция. Я её отстаивал и намерен отстаивать в будущем.

Ради сегодняшнего торжественного события мы собрались сегодня в Кремле, в святом для нашего народа месте. Здесь, в Кремле, сосредоточие нашей национальной памяти. Здесь, в стенах Кремля, веками вершилась история нашей страны. И у нас нет права быть Иванами, не помнящими родства. Мы не должны забывать ничего. Мы должны знать свою историю, знать её такой, какая она есть, извлекать из неё уроки, всегда помнить о тех, кто создал великое государство, отстаивал его достоинство, делал его великим, мощным, могучим государством. Мы сохраним эту память, мы сохраним эту связь времён. И всё лучшее из нашей истории, всё лучшее мы передадим потомкам.

Уважаемые граждане России, мы верим в свои силы, в то, что мы можем по-настоящему преобразовать и преобразить страну. У нас общие цели – мы хотим, чтобы наша Россия была свободной, процветающей, богатой, сильной, цивилизованной страной, страной, которой гордятся её граждане и которую уважают в мире.

Последние месяцы и в Москве, и на встречах в российских регионах я чувствовал ваше понимание и вашу поддержку. И очень часто от людей, от самых простых людей на площадях и улицах наших городов слышал очень простые, но очень важные для меня слова. Мне говорили: мы вам верим, мы надеемся на вас, вы нас только не обманите. Могу заверить вас, что в своих действиях буду руководствоваться исключительно государственными интересами. Возможно, мне не удастся избежать ошибок, но что я обещаю, это то, что буду работать честно и открыто. Считаю своей святой обязанностью сплотить народ России, собрать граждан вокруг ясных целей и задач. И каждый день, и каждую минуту служения Отечеству помнить: у нас одна Родина, один народ, у нас с вами одно будущее. Спасибо.

(Печатается по тексту: Русская риторика:

Сборник публичных выступлений. – Пекин, 2001. – С. 257-259.

Также доступна в Интернете. Режим доступа: www.mn.ru)

(2.07.1899)

Миг вожделенный настал. Окончен мой труд многолетний.

Что ж непонятная грусть тайно тревожит меня?

Или, свой подвиг свершив, я стою, как подёнщик ненужный,

Плату приявший свою, чуждый работе другой?

Или жаль мне труда, молчаливого спутника ночи,

Друга Авроры златой, друга пенатов святых?

Господа! Эти слова невольно приходят мне на ум в связи с ещё живым впечатлением от пушкинских дней, которые мы с вами только что пережили в дружном единении. Они просятся у меня на язык, когда я отпускаю вас на новый путь. Мне кажется, эти шесть строк, которыми наш великий поэт так глубоко передал двойственность настроения, неразлучную с окончанием долгого труда, должны близко подходить и к нашему теперешнему душевному состоянию. Я уверен, что, по крайней мере в настоящую минуту, сквозь горделивое сознание успеха, сквозь отрадную перспективу отдыха и все соблазны новизны в вашей душе пробивается струя невольной грусти: вам жалко расставаться с этими стенами, жалко завершить пору вашей жизни, хотя она отличалась в нашей среде суровым, местами даже горьким трудом.

Говоря здесь от лица ваших наставников, я не могу не сознаться, что и мои чувствования в настоящую минуту смутны. Я радуюсь вашим успехам, горжусь новым результатом труда моих сотоварищей и вместе с тем испытываю некоторый страх, выпуская вас из-под опеки.

Откуда этот страх? Я боюсь не за то, что вы мало знаете и недостаточно приучены к труду. Хотя результаты наших совместных трудов, может быть, и очень скромны, но вы поступаете в высшую школу во всяком случае с лучшей подготовкой, чем та, которую некогда туда приносили мы, ваши наставники.

Я не боюсь и за вашу серьёзность: вы понимаете ответственность взрослых людей, которой вы подвергаетесь, перестав быть учениками средней школы. Я вполне уверен, что вы будете дорожить тем правом продолжить своё образование, которое сегодня за вами укрепляется: недаром же вы столько работали для получения этого права, недаром столько трудились и, может быть, не раз болели за вас сердцем ваши родители, недаром, наконец, вы уносите отсюда часть нервной и мозговой силы, которую ваши наставники вложили в трудное, медленное и ответственное дело вашего развития.

Может быть, некоторые из вас выбрали свою будущую специальность ощупью и потеряют год на исправление ошибки. – этого я тоже для вас не боюсь. Потому что ошибка случайная и поправимая не есть ещё зло.

Я боюсь, что прервётся та нравственная работа над самопознанием и самоопределением, которая началась для вас, по крайней мере для многих из вас, в гимназии под влиянием великих книг классического мира, в общении с Ксенофонтом, Платоном и Софоклом. Вы знаете из того, что мне уже приходилось говорить вам, что я не ценю особенно высоко заботы о пополнении так называемого общего образования путём чтения популярных книг по истории, астрономии или физиологии: к науке надо относиться интенсивно, а не экстенсивно, по крайней мере надо всегда помнить, что первое безмерно выше и ценнее второго. Но вы можете мне сказать, что уже самоопределились, выбрав по своим вкусам, наклонностям или способностям ту или иную специальность. Нет, господа, дело самоопределения есть медленная, кропотливая работа; мы старались вложить в ваши сердца только зёрна самоопределения и будем счастливы, если в вашей дальнейшей жизни совершится их произрастание. Признаками этого серьёзного процесса должна быть осторожность ваших суждений, желание властвовать не над другими, а над самим собой, контроль над собственным душевным миром, причём вы должны чуждаться решительных, категорических и безоглядных определений.

Вам предстоит теперь превосходный способ вести дело самопознания и самоопределения, приобщаясь мало-помалу высокой научной работе, которая равно ценна во всех областях человеческого знания.

Старайтесь поставить себя в такие условия, чтобы ничто не мешало вашим занятиям наукой. Помните, что, кроме логической своей ценности, наука и научные занятия обладают ещё исключительным свойством успокаивать совесть человека и что они помогают каждому мыслящему человеку понять и исполнить истинное своё назначение.

Не все из вас, конечно, сделают впоследствии, по выходе из университета, научные занятия центром своей деятельности, но дай бог каждому из вас воспитать в себе убеждение, что только в строгой науке лежит вечный источник совершенствования и каждого человека и мира; дай бог, чтобы в ваших сердца никогда не вкрадывался стыд признать себя учениками, если судьба не даст вам сделаться учёными.

Тот великий поэт, юбилей которого совпал с вашими последними школьными днями, пусть останется для вас навсегда путеводной звездой.

Знакомясь ближе творчеством и биографией Пушкина, мы убеждаемся, что и он переживал трудную работу самоопределения и постоянно совершенствовал свои создания. Только гений скрыл от нас суровые болезненные стороны этого процесса, кристаллизуя пушкинские творения в совершенные формы.

Но пора заканчивать. Желаю ещё раз и от всего сердца, чтобы каждый из вас нашёл в жизни любимый, захватывающий его труд, не оставляя при этом никогда работы над самопроверкою и самосовершенствованием на почве высших духовных стремлений и особенно науки.

(Печатается по тексту: Русская риторика:

Сборник публичных выступлений. – Пекин, 2001. – С. 1 – 4)

А.Н. Островский.

(7.06.1880 г.)

Памятник Пушкину поставлен: память великого народного поэта увековечена, заслуги его засвидетельствованы. Все обрадованы. Мы видели вчера восторг публики. Так радуются только тогда, когда заслугам отдаётся должное, когда справедливость торжествует. О радости литераторов говорить едва ли нужно. От полноты обрадованной души и я позволю себе сказать несколько слов о нашем великом поэте, его значении и заслугах, как я их понимаю.

На этом празднике каждый литератор обязан быть оратором, обязан громко благодарить поэта за те сокровища, которые он завещал нам. Сокровища, дарованные нам Пушкиным, действительно велики и неоценимы. Первая заслуга великого поэта в том, что через него умнеет всё, что может поумнеть. Кроме наслаждения, кроме форм для выражения мыслей и чувств, поэт даёт и самые формулы мыслей и чувств. Богатые результаты совершеннейшей умственной лаборатории делаются общим достоянием. Высшая творческая натура влечёт и подравнивает всех. Поэт ведёт за собой публику в незнакомую ей страну изящного, в какой-то рай, в тонкой и благоуханной атмосфере которого возвышается душа, улучшаются помыслы, утончаются чувства. Отчего с таким нетерпением ждётся каждое новое произведение от великого поэта? Оттого, что всякому хочется возвышенно мыслить и чувствовать вместе с ним, всякий ждёт, что вот он скажет мне что-то новое, чего нет у меня, чего недостаёт мне, ног он скажет, и это сейчас же сделается моим. Вот отчего и любовь, и поклонение великим поэтам, вот отчего и великая скорбь при их утрате, образуется пустота, умственное сиротство: некем думать, некем чувствовать.

Но легко сознавать чувство удовлетворения и восторга от изящного произведения, а подметить и проследить своё умственное обогащение от того же произведения – довольно трудно. Всякий говорит, что ему то и другое произведение нравится, но редкий сознаёт и признается, что он поумнел от него. Пушкиным восхищались и умнели, восхищаются и умнеют. Наша литература обязана ему своим умственным ростом. И этот рост был так велик, так быстр, что историческая последовательность в развитии литературы и общественного вкуса была как будто разрушена, и связь с прошедшим разорвана. Этот прыжок был не так заметен при жизни Пушкина, современники хотя и считали его великим поэтом, считали своим учителем, но настоящими их учителями были люди предшествующего поколения, с которыми они были связаны чувством безграничного уважения и благодарности. Как ни любили Пушкина, но всё-таки в сравнении со старшими писателями он казался им ещё молод и не довольно солиден, признать его одного виновником быстрого поступательного движения русской литературы значило для них обидеть солидных, почтенных людей. Зато следующее поколение, воспитанное исключительно Пушкиным, когда сознательно оглянулось назад, увидало, что предшественники его и многие современники для них уже даже не прошедшее, а давно прошедшее время. Вот когда заметно стало, что русская литература в одном человеке выросла на целое столетие…

Великий писатель оставляет за собой школу, оставляет последователей. И Пушкин оставил школу и последователей. Что это за школа, что он дал своим последователям? Он завещал им искренность, самобытность, он завещал каждому быть самим собой, он дал всякой оригинальности смелость, дал смелость русскому писателю быть русским. Ведь это только легко сказать! Ведь это значит, что он, Пушкин, раскрыл русскую душу. Конечно, для последователей путь его труден: не всякая оригинальность настолько интересна, чтоб ей показываться и ею заниматься. Но зато, если литература наша проигрывает в количестве, так выигрывает в качественном отношении. Немного наших произведений идёт на оценку Европы, но и в этом немногом оригинальность русской наблюдательности, самобытный склад русской мысли уже замечены и оценены по достоинству. Теперь нам осталось только желать, чтобы Россия производила поболее талантов, пожелать русскому уму поболее развития и простора, а путь, по которому идти талантам, а нашим великим поэтом.

(Печатается по тексту: Русская риторика:

Сборник публичных выступлений. – Пекин, 2001. – С.8-11. )

Л.Н. Толстой.

(28.01. 1859)

Милостивые государи. Избрание меня в члены общества польстило моему самолюбию и искренно обрадовало меня. Лестное избрание это я отношу не столько к моим слабым попыткам в литературе, сколько к выразившемуся этим избранием сочувствию к той области литературы, в которой были сделаны эти попытки. В последние два года политическая и, в особенности, изобличительная литература, заимствовав в своих целях средства искусства и найдя замечательно умных, честных и талантливых представителей, горячо и решительно отвечавших на каждый вопрос минуты, на каждую временную рану общества, казалось, поглотила все внимание публики и лишила художественную литературу всего ее значения. Большинство публики начало думать, что задача всей литературы состоит только в обличении зла, в обсуждении и в исправлении его, одним словом, в развитии гражданского чувства в обществе. В последние два года мне случалось читать и слышать суждения о том, что времена побасенок и стишков прошли безвозвратно, что приходит время, когда Пушкин забудется и не будет более перечитываться, что чистое искусство невозможно, что литература есть только орудие гражданского развития общества и т. п. Правда, слышались в это время заглушённые политическим шумом голоса Фета, Тургенева, Островского, слышались возобновленные в критике, чуждые нам толки об искусстве для искусства, но общество знало, что оно делало, продолжало сочувствовать одной политической литературе и считать ее одну — литературой. Увлечение это было благородно, необходимо и даже временно справедливо. Для того, чтобы иметь силы сделать те огромные шаги вперед, которые сделало наше общество в последнее время, оно должно было быть односторонним, оно должно было увлекаться дальше цели, чтобы достигнуть ее, должно было одну эту цель видеть перед собой. И действительно, можно ли было думать о поэзии в то время, когда перед глазами в первый раз раскрывалась картина окружающего нас зла и представлялась возможность избавиться его. Как думать о прекрасном, когда становилось больно! Не нам, пользующимся плодами этого увлечения, укорять за него. Распространенные в обществе бессознательные потребности уважения к литературе, возникшее общественное мнение, скажу даже, самоуправление, которое заменила нам наша политическая литература, вот плоды этого благородного увлечения. Но как ни благородно и ни благотворно было это одностороннее увлечение, оно не могло продолжаться, как и всякое увлечение.

Литература народа есть полное, всестороннее сознание его, в котором одинаково должны отразиться как народная любовь к добру и правде, так и народное созерцание красоты в известную эпоху развития. Теперь, когда прошло первое раздражение вновь открывшейся деятельности, прошло и торжество успеха, когда долго сдержанный прорвавшийся политический поток, угрожавший поглотить всю литературу, улегся и утих в своем русле, общество поняло односторонность своего увлечения. Послышались толки о том, что темные картины зла надоели, что бесполезно описывать то, что мы все знаем, и т. п. И общество было право. Это наивно выраженное неудовольствие значило то, что общество поняло теперь, не из одних критических статей, но опытом дознало, прожило ту кажущуюся простой истину, что как ни велико значение политической литературы, отражающей в себе временные интересы общества, как ни необходима она для народного развития, есть другая литература, отражающая в себе вечные, общечеловеческие интересы, самые дорогие, задушевные сознания народа, литература, доступная человеку всякого народа и всякого времени, и литература, без которой не развивался ни один народ, имеющий силу и сочность.

Это в последнее время явившееся убеждение вдвойне радостно для меня. Оно радостно для меня лично, как для одностороннего любителя изящной словесности, которым я чистосердечно признаю себя, и радостно вообще, как новое доказательство силы и возмужалости нашего общества и литературы. Проникшее в общество сознание о необходимости и значении двух отдельных родов литературы служит лучшим доказательством того, что словесность наша вообще не есть, как еще думают многие, перенесенная с чужой почвы детская забава, но что она стоит на своих прочных основах, отвечает на разносторонние потребности своего общества, сказала и еще имеет сказать многое и есть серьезное сознание серьезного народа.

В наше время возмужалости нашей литературы больше чем когда-нибудь можно гордиться званием Русского писателя, радоваться возобновлению Общества любителей Русской словесности и искренно благодарить за честь избрания в члены этого почтенного общества.

(Печатается по тексту: Русская риторика:

Сборник публичных выступлений. – Пекин, 2001. – С.14-16. )

(13.12.1990)

Вчера, кажется, Валерий Рогов говорил, что обстановку в нашей стране можно сравнить с 41-м годом. В связи с этим мне вспомнились слова А.Т. Твардовского:

Так-то Тёркин, так примерно…

Не поймёшь, где фронт, где тыл,

В отступленье в 41-м

Хоть какой, но выход был.

Всякое случалось в российской действительности, но выход был в 41-м, был он и пять лет назад. В дни предыдущего съезда писателей России, когда не спуста в голос заговорили мы об опасности физического разорения России от государственного попустительства и ведомственного разбоя. Выход просматривался ещё и вчера, когда десятки миллионов наших соотечественников, оставив работу, бросились на площади требовать правды, справедливости и благополучия, выкрикивая «Долой!» вслед за теми же самыми агитаторами, которые ещё совсем недавно были дирижёрами «Да здравствует!».

Всегда и во всех обстоятельствах оставался прежде запас – запас земли, терпения, мужества, здравомыслия и народного духа, которые в совокупности можно назвать запасом отечественной прочности. В самые тяжкие и трагические моменты истории было куда отступать и чем усилиться, но сегодня… – разве нет у вас ощущения, что все запасы кончились и рассчитывать не на что. Разве к чувству бессилия не начинает примешиваться никогда не испытываемое ранее чувство бездомности сиротства, будто сама Россия уходит у нас из-под ног в неведомое и чужое пространство, расположенное поверх или пониз её собственного культурного национального тысячелетнего бытия, поверх или пониз всего, что связано с именем России.

Разве нет у нас трагического ощущения, что сегодня мы уже опаздываем, если не опоздали остановить её отбуксировку с родного материка, что слишком долго мы бездействовали, когда требовалось наше вмешательство, считали достаточным говорить об укоренении и держаться за исторические, религиозные и национальные начала, даже не проверив их крепость, в то время как другие, более ловкие и смышлёные, чем мы, отстёгивали один за другим теперешние концы и сталкивали огромную махину на воду. Мы рассчитывали на здравый смысл, на нравственное здоровье народа, а они оказались подорванными больше, чем мы подозревали. Впрочем, неизвестно, на что мы рассчитывали, может быть, больше всего на наше любимое «авось», на т о, что само как-нибудь устроится.

Когда началось взмыливание умов и сердец и расторопные дрессировщики, которые за месяцы из любителей сделались профессионалами, принялись нахлёстывать из всех рупоров общественное мнение, загоняя его в единственные открытые ворота, Россия вправе была ждать от нас решительного слова, вправе была ждать его от тех, кому она вручила свой голос и совесть. И она ждала его. Мы или отмалчивались, подавленные свистопляской общественных страстей, или наши одиночные протесты, которые тут же подвергались бомбардировке всех грязеполивающих батарей, звучали вслед событиям и не могли повлиять на их ход. Не только Россию, мы друг друга не умели защитить, а когда пытались, это напоминало медвежью услугу.

И вот мы здесь, где подводятся итоги. Итожить так итожить, в том числе результаты нашей гражданской робости. Они будут нарастать, хотя нам кажется, что дальше нарастать некуда, что страна дошла до последнего предела безумства и самоистязания, но нет, это ещё не «ягодки», это пока только «цветочки».

А сегодня вот оно…

Во-первых, у России украдено даже ей имя и пущено с молотка на обслуживание всякого рода сомнительных заведений, против неё же направленных: что ни газета или журнал, что ни партия или движение со словом «Россия» – обязательно издевательство над нею, разрушение её духовного и общенационального миропорядка, традиций и культуры.

Во-вторых, к руководству Россией пришли люди, которые даже не считают нужным скрывать к нам свою неприязнь.

Сегодня свой съезд мы проводим в армейском театре, но опубликованный проект Конституции России даёт нам надежду на то, что в следующий раз нам придётся собираться в более романтическом месте и в более сюжетно-увлекательных условиях. Речь в конце концов не о нас, но когда истощённая, обворованная, многажды обманутая, многострадальная Россия становится разыгрываемой картой в борьбе за власть, когда не кто-то, кто бы он ни был для неё, а она для кого-то, когда изобилие ей обещается за счёт её распродажи, подобно тому, как если бы целомудрие гарантировалось при групповом насилии, – когда надо бы нам, дальновидцам и нравственникам, понимать, что происходит в нашем милом Отечестве, и различать, кто есть кто, а не метать громы и молнии без разбору.

В-третьих, патриотизм отменяется. «Патриотизм – это свойство негодяев», – провозгласил наш собрат по перу Ю. Черниченко. Для других патриотизм может быть благодетельным и домостроительным чувством, но как только русский писатель, да и не только писатель заикнётся о патриотизме, он уже фашист, и чем бы он ни оправдывался, сколько бы ни отмывался – ничего у него всё равно не выйдет, и в мире его будут знать не по литературе, а по этой громогласной славе.

В-четвёртых, культура разрушается. Что там разрушается… Много ли теперь осталось от культуры, чистым голосом которой так славна была Россия в самые лихие и даже болотные времена. Дьявольское, простите, «искусство», «простите» относится не к дьявольскому, а к искусству, которое пришло на смену ему, занято тем, как поразить, оглушить, испугать, вызвать из недр человеческого подполья тёмные страсти. Вот что вымётывает из-под своих копыт новоявленный пегас. Можно бы продолжать смотреть на это со снисходительностью – пусть, мол, тешатся неразумные. Если бы эти самого дурного свойства замашки так и оставались бы замашками забияк и не превращались в правила жизни. Откровенность бесстыдства – вот в чём сегодня трезвость взгляда; свобода пошлости, мошенничества и насилия – вот что такое приметы времени.

В-пятых, нравственность, как старуху, раздели донага и, измождённую, изработанную, сморщенную, с обвисшими сосцами, проводят через строй молодой растленной плоти, демонстрируя два вида красоты.

В-шестых, молодёжь развращается. И это самое страшное, когда начинаешь думать о будущем России. Всякое переживала она, есть надежда, что переможет как-нибудь, перемелет Россия и нынешнее умопомешательство, но как оглянешься назад и посмотришь, с чем, с какими ценностями и идеалами поднимаются молодые, вот тут действительно становится страшно. Где, в какой ещё стране общественные опросы способны радовать своих сограждан столь высокими результатами, когда больше половины девочек-пятиклассниц одной из школ мечтают послужить Отечеству на ниве первой древнейшей профессии. А ведь это произошло в считанные годы и произошло не само по себе.

Можно перечислять и дальше. Можно называть по порядку и седьмое, и восьмое, и десятое, и всё это будут не пустяковые и не придуманные увечья на теле и душе России, которые не скоро зарубцуются, да и зарубцуются ли ещё, неизвестно… Вы всё это знаете.

Если три века назад Россия была поставлена на дыбы, то сегодня она поставлена на задние лапы. Я имею в виду не столько попрошайничество, хотя и это занятие – постыдное для великой страны, сколько обезьянничество, не считаясь с психологией и историческим опытом народа, обезьянничество в органах управления, в экономике, политике, общественном обустройстве. Трезвые люди на Западе говорят о нас: «Ну хорошо, прорубайте окно в Европу, если вам так нравится, но зачем же на уровне помойных ям?»…

А посмотрите, полюбуйтесь, во что превращается наш могучий, великий, «свободный» русский язык. Какой он, к дьяволу, «свободный», если мы позволили понатаскать в него столько всяких «консенсусов», что какой-нибудь Сидоров Иван Петрович из сибирской деревни, сидя перед телевизором и мучительно вслушиваясь, готов принять их за нечленоразделие иного органа звуков, ловко замаскированное шевелением губ под умную речь.

Повторяю, вы всё это знаете: от картины нашей действительности никому из нас никуда не деться. И если я осмеливаюсь скороговоркой напомнить очевидные вещи, так для того лишь, чтобы сказать: нет, уважаемые товарищи российские писатели, придётся и нам взять вину за происходящее. Мы слишком преувеличивали своё нравственное и духовное влияние на читателя. Оно не было массовым, как нам представлялось. Оно, вероятнее всего, оставалось неглубоким в толще российского населения, но, поскольку, это была благодарная и отзывчивая часть, которая писала нам письма, восторгалась нашими героями и ходила на литературные вечера, мы сочли её за удобренное литературой множество. Если бы это было так, откуда бы взяться десяткам миллионов, которые, сломя голову, кинулись вслед за соблазнителями, шарлатанами и авантюристами, за теми, кто подсовывает гаденькие картинки, раздаёт направо и налево обещания красивой жизни и преподаёт науку ненависти к собственной стране. Откуда взялись сами соблазнители, можно не задаваться вопросом. Они всегда были, только до поры до времени жили с фигой в кармане. Но соблазнённые… как бы никогда не имевшие чутья, что хорошо, что дурно, что искренность и что игра, как бы даже не сраставшиеся никогда в едином теле и единой душе с Россией, существовавшие где-то поверх и готовые в любой момент спрыгнуть на более благополучное пристанище. Их-то почему так много? Да потому, надо думать, что воспитываемые десятилетиями в фарисействе и лжи, они лишь изредка и случайно искушались судьбой своего Отечества и народа, в том числе нашими книгами, но – выстояли: воспитываемые в безлюбовье и приспособленчестве, они приспособленцами и становились и прощению не научились.

А мы-то: самая читающая в мире страна, почитаемые писатели. Где плоды этого чтения? Надо признать: или не было самой читающей страны, или не завязывались плоды. В том и другом случае придётся согласиться, что в самообольщении мы оказались близорукими и не предвидели последствий нарастания социального зла. Читатель искал в литературе пищи социальной, правды, правды, правды! И пропускал любовь. В духовной бескормице эпохи, даже и то немногое, что предлагала литература, воспринималось с трудом, ибо всё больше и больше начинали атрофироваться духовные органы.

И потом – когда началась перестроечная вакханалия, когда, как из кратера вулкана, произошло извержение бесстыдства, цинизма, зла, – мы растерялись. Когда требовалось отделить сатанинское от того положительного, что что было в этих процессах, ничего внятного долго мы сказать не могли. И потеряли, надо полагать, миллионы и миллионы, которые могли бы быть нашими сторонниками и постоять за Россию. И сегодня многие из нас по-прежнему хотят сохранить нейтралитет. Но нейтралитета по отношению к России быть не может: вы или с ней, или против неё. Как нет и доблести оставаться белоручкой в это смутное и грязное время. «Отечество в опасности» – не просто слова. Повторяя эту фразу, некоторые вчера вольно или невольно принимали сторону тех, кто больше всего эту опасность и несёт, кто разваливает страну с помощью так называемой российской дипломатии, шитой белыми нитками, и играет жизнью десятков миллионов россиян, живущих за пределами России, кто выдаёт нам свои действия за ступень российского возвышения. «Бойтесь данайцев, дары приносящих».

Отечество действительно в опасности. Мы можем завтра проснуться в своих собственных постелях, но уже не в России. Всё вокруг будет тем же самым, но чужим, лишённым родного духа и смысла. Допустить мирную интервенцию – позор больше и непоправимей, чем отдать Отечество на полях битвы. Там – наша ответственность, равная со всеми. Здесь – она неизмерима. Это поле нашей деятельности, и если мы сдадим его – грош нам всем цена.

(Печатается по тексту: Таранов П.С. Искусство риторики: Универсальное пособие для умения говорить красиво

и убедительно. – М.: Изд-во «Эксмо», 2002. – С. 474-477.)

при вручении премии «Тэффи» передаче «Я сама»

(27 мая 1999 г.)

Неожиданно! За три года, что мы являемся номинантами этого замечательного приза, нам показалось, что для большинства членов академии, которые в подавляющем большинстве являются мужчинами, наша передача стала некоторым талисманом в проведении церемонии “Тэффи”. Эта роль была нам очень приятна, но и расстаемся с ней мы не без удовольствия. И передаем эту эстафетную палочку тем нашим конкурентам, которые не вышли сегодня на эту сцену. Ребята! Говорят, обещанного три года ждут. У вас еще все впереди.

Не нарушу традиции и, конечно же, хочу поблагодарить тех, кому обязаны мы как программа и я лично. Во-первых, огромное спасибо каналу ТВ-6 и Эдуарду Сагалаеву, который пять лет назад, когда я пришла на телевидение, поверил, что это не пустые амбиции дочери знаменитых родителей. Ивану Демидову, который запустил этот проект и доверил его мне, хотя оснований для этого в тот момент у него не было никаких. Огромное спасибо всем тем женщинам, которые за эти годы были героинями наших программ и всем тем зрителям – и мужчинам, и женщинам – которые приходили на нее, поскольку без вас мы бы не стояли на этой сцене так победоносно. И наконец, я хотела бы сказать огромное спасибо команде, которая работает над этой передачей. Я знаю, что некоторые ребята в зале, некоторые смотрят эту программу по телевизору. Я хочу сказать вам, что я счастлива, так как все эти годы я ни разу не стояла перед дилеммой: профессионализм или человеческие качества. Ваш профессионализм безупречен, и вы все удивительные люди. Я думаю, что это имеет огромное значение именно для этой передачи. Спасибо вам, ребята, это наша победа!

(Режим доступа: http//www.tin.lib.ru…uchebnoe_posobie)

Речи слушателей Крымской школы риторики

Похвальная речь дождю

(Речь М. Конахиной-Ден-Худ. Январь 2001)

Нудный, противный, добрый, хороший… Я говорю не о друзьях, не о врагах… Я говорю о дожде. Нелепость? – скажете вы. А давайте вспомним слова Ивана Карамазова, героя романа Ф.М. Достоевского: «…Знай, послушник, что нелепости нужны на земле1 На нелепостях мир стоит, и без них, быть может, в нём ничего бы и не произошло».

Так вот, я говорю именно о дожде. Да, да, о дожде, о его характере – поведении, манерах, темпераменте. Какая нелепость, опять скажете вы, – дождь – и вдруг характер как у человека? А ведь сколько людей, столько и характеров! Сколько характеров, столько и дождей…

Вспомните эти холодные осенние дни и непрекращающиеся дожди. Мы смотрим в окно и вздыхаем: «Когда же он кончится, это нудный противный дождь?» А вспомните наших нудных знакомых, которых мы встречаем, и обязательно на какой-нибудь дружеской вечеринке.

А припомните тот робкий дождик, который с опаской прольёт на нас несколько капель, а потом остановится, как бы размышляя, чего-то опасаясь или чего-то боясь.

А тот нахальный дождь, который обрушивается на нас внезапно, с ливнем, со штормом. Заставляя нас ворчать: «Откуда ты взялся на нашу голову?»

«Льёт как из ведра, – это дачники о своём любимом дождике… – Поливай, родной, поливай, дорой, картошечку, огурчики, помидорчики, не дай пропасть нашим трудам». А дождь льёт, на редкость трудолюбивый, не разгоняя тучек, то бишь «не покладая ручек», с любовью орошая землю.

А я вот люблю больше всех дождей на свете тёплый дождь. Я люблю его тёплые, почти горячие объятия. И снова попадаю в детство, в светлое беззаботное детство. Когда босиком прыгала под дождём, шалила с ним. И я всегда жду моего друга детства. Я люблю тебя и благодарю за то, что ты есть, «мой милый друг, товарищ радостей младых».

И верно заметил принц Сётоку:

«У каждого человека есть сердце.

А у каждого сердца свои наклонности.

Он считает это хорошим, а я – дурным.

Я считаю это хорошим, а он дурным.

Но я вовсе не обязательно мудрец,

А он вовсе не обязательно глупец.

Оба мы только обыкновенные люди».

И дождь обыкновенный, как и обыкновенные люди, всегда норовит проявить свой характер, а порой – бесхарактерность. Как мы похожи друг на друга!

И в заключение – последняя капля…. Дождинка, слезинка, росинка. Природа наставляет нас малым, но тем не менее учит многому. Крохотны начала – незаметна песчинка, невесома снежинка, ничтожна пылинка, чуть видна искринка. Однако всё, что есть, – из них и живёт ими. «Не делайте попыток стразу достичь полного усвоения и совершенного знания, – говорит нам Валерий Куринский, автор метода автодидактики. – Знания накапливаются подобно селевому потоку, никто не знает, когда он ринется с горы».

Так и с человеком: однажды он просыпается и понимает практически всё, что касается предмета изучения.

И моё пришло время проснуться. И увидела я, что мы, люди – не единственные дети у природы. И кем доводится мне дождь – сестрой, братом? А вы как думаете?

(Печатается по тексту: Таранов П.С. Искусство риторики: Универсальное пособие для умения говорить красиво

и убедительно. – М.: Изд-во «Эксмо», 2002. – С. 430-431)

· Бык, бык тупогуб, тупогубенький бычок, у быка бела губа была тупа

· Была у Фрола, Фролу на Лавра наврала. К Лавру пойдёт, Лавру на Флора наврёт

· Возле горки на пригорке стоят тридцать три Егорки: раз Егорка, два Егорка, три Егорка (и т.д.)

· Ехал Грека через реку,

Видит Грека: в реке рак.

Сунул Грека руку в реку,

Рак за руку Грека цап!

· Карл у Клары украл кораллы,

А Клара у Карла украла кларнет

· Кукушка кукушонку купила капюшон, до чего ж кукушонок в капюшоне смешон

· На горе гогочут гуси, под горой огонь горит

· На дворе трава, на траве дрова, не руби дрова – на траве двора

· Осип охрип, Архип осип

· От топота копыт пыль по полю летит

· Протокол про протокол протоколом запротоколирован

· Расскажите про покупки. Про какие про покупки? Про покупки, про покупки, про покупочки мои

· Стоит поп на копне,

Колпак на попе.

Копна под попом,

Поп под колпаком

· Сшит колпак, да не по-колпаковски, надо бы колпак переколпаковать, перевыколпоковать. Сшит кафтан, да не по-кафтановски, надо бы кафтан перекафтановать, перевыкафтановать

· Тридцать три корабля лавировали, лавировали, да не вылавировали

· У нас на дворе-подворье погода размокропогодилась

· Шагал шакал с кошёлкой, нашёл кушак из шёлка

· Шла Саша по шоссе и сосала сушку

· Шли три попа, три Прокопья-попа, три Прокопьевича, говорили про попа, про Прокопья-попа, про Прокопьевича

· Шли три старушки, нашли три полушки, купили три ватрушки

· Цапля чахла, цапля мокла, цапля сохла, цапля сдохла

· В четверг четвёртого числа

В четыре с четвертью часа

Четыре чёрненьких чумазеньких чертёнка

Чертили чёрными чернилами чертёж

Чрезвычайно чисто

Приложение 5

Речевой портрет

Оратору, любому человеку, чья работа связана с активной речевой коммуникацией, важно знать себя: свои интеллектуальные и эмоциональные особенности и специфику их проявления в речи, свои сильные и слабые стороны в общении, наиболее типичные модели поведения, взаимодействия со знакомыми и незнакомыми людьми и т.д. Приведённая ниже анкета может помочь проанализировать свою речь и особенности речевого поведения. На основе этого анализа можно составить собственный речевой портрет.

Вопросы речевой анкеты

1. Какие темы вы любите обсуждать:

личные/ бытовые/ общественные/ научные/ философские/ культурологические/ практические…

2. Вы обычно:

настойчиво ставите эти проблемы/ ждёте подходящего случая/ легко переходите на них/ охотно поддерживаете затрагивающую их тему

3. Вам свойственно обсуждать эти темы:

абстрактно (с общих позиции)/ применительно к себе/ своему опыту/…

4. Какие темы вам неинтересны?

5. Если подобная тема кем-то ставится, то вы:

прекращаете разговор/ переводите его на другое/ отмалчиваетесь/ нехотя поддерживаете…

6. Вам присущи:

любовь к фактам/ ссылки на источник используемой информации/ апелляция к авторитетам/…

7. Вы сторонник:

конкретных (практических) действий / информационных (познавательных)/ личностных (отношения людей)/… разговоров

8. Ваше Я видно в разговоре, любой разговор приоткрывает вас собеседнику?

Да/ Нет

9. Вы предпочитаете:

чтобы разговор касался вещей, продуманных вами/ лучше, чтобы он возбуждал мысль/ нейтрально/…

10. Baш козырь в диалоге:

эрудиция/ неожиданность ассоциаций/ оригинальность точки зрения/ умение обобщать, систематизировать материал/ непредвзятость/ определённость позиций/ умение вести свою линию/способность приблизить обсуждаемое интересам собеседника/ умение осознать и выразить обычно ускользавшие впечатления, ощущения/ эмоциональная заразительность…

11. Как это же оценивается вашими близкими?

12. Ваше речевое кредо:

шутливая болтовня о пустяках/ словесная перепалка/ серьезные интеллектуальные разговоры/выяснение отношений/ рассказ о новостях, текущей жизни, эмоциональных переживаниях/ спор/ регулирование практических отношений/…

13.Вы:

многословны/ лаконичны/ нейтральны

14. Вам свойственно:

разбрасываться/ нагромождать информацию/ перескакивать с одного на другое/ нарушать последовательность, логичность…

15.Вам присуще:

терять нить разговора/ вязнуть в деталях/ затрудняться в выражении мыслей/ искать слово…

Как часто и в каких ситуациях преимущественно?

16. Всегда ли ваша речь естественна и стилистически адекватна? Если нет, то в каких ситуациях?

17. Какими из перечисленных ниже речевых жанров вы владеете? К которым из них имеете вкус, почему? В каких испытываете затруднения, почему?

А. Письменная научная речь

Б. Деловая письменная речь

В. Письменная художественная речь (если не пишете стихов, вспомните школьные сочинения на вольную тему)

Г. Эпистолярный жанр

Д. Официальное публичное выступление (доклад, отчёт, лекция)

Е. Дискуссия (научная, деловая, по общественным вопросам), выступления в прениях, семинарах)

Ж. Официальный (научный, деловой, административный и т.п.) диалог с начальством, с подчиненными, с учениками, коллегами

3. Короткие деловые встречи, визиты, телефонные переговоры

И. Непринуждённый неофициальный полилог (например, в большом застолье)

К. Публичный монолог в непринуждённой обстановке (рассказ, тост, поздравление)

Л. Непринуждённый дружеский диалог

М. Случайные ситуативные разговоры в транспорте, в магазине…

владею/ предпочитаю/затрудняюсь…

18. Оптимальные для вас условия речевого общения?

19. Считаете ли вы себя:

хорошим оратором, мастером слова/ «на уровне»/ косноязычным…

20. Вы порой замечаете, что:

говорите красиво/ нашли предельно точные и выразительные слова/ или обнаруживаете неуместную цветистость речи/ пустословие/ невыразительность/…

21. Свойственны ли вам:

находчивость/ метафоричность/ острословие/ балагурство

23. Что бы вам самим хотелось искоренить?

24. Имеете ли вы индивидуальный стиль речи?

Да/ Нет

25. Предположим, что вам нужно сформировать представление о человеке, поближе с ним познакомиться. Какую из следующих альтернативных возможностей вы бы предпочли:

завязать с ним разговор/ совместно поработать над решением какой-либо задачи/ присмотреться к его поведению / оказаться рядом в экстремальной ситуации/…

26. Вы:

А. Доверяете словам

Б. Не придаете им особого значения

В. Беззаботно вступаете в увлекательные речевые игры

Г. Проверяете слово делом:

обычно/ редко/ иногда/ в определенной ситуации (какой)/…

Д. Отводите слову роль маски, за которой: не стоит пытаться разглядеть человека/ бессмысленно разглядывать человека/ неинтересно разглядывать человека/ интересно разглядывать человека/ важно разглядеть человека/ увлекательно разглядывать человека/…

27. Считаете ли вы, что, владея словом, можно многого добиться? Вы:

используете эту возможность/ стремитесь использовать/ не умеете использовать/ отказываетесь от использования/ … Как вы относитесь к тому, что это же действует по отношению к вам:

идёте навстречу/ учитываете/ противодействуете/ игнорируете/ опасаетесь/ равнодушны/…

28. Способны ли вы, имея какую-то изначальную, скажем, практическую цель, направлять разговор; или вы легко отвлекаетесь и цель ускользает от вас; или вы держите её в уме, но не можете соответствующим образом повернуть разговор в необходимое русло…

29. Согласитесь, что по большому счёту в основе вашей речевой активности лежат глубокие личностные потребности. Это может быть:

А. Стремление к правде, истине

Б. Потребность в поддержке

В. Потребность быть опорой другому человеку

Г. Эмоциональное сопереживание…

Д. Стремление оказывать влияние

Е. Потребность самоутверждения

Ж. Потребность облечь мысль в слово и тем самым уяснить для себя текучие, ускользающие мысли, переживания

З. Эстетическая потребность гармонизировать мир словом

И. Потребность «выговориться», оттенить острые переживания. Постарайтесь проранжировать эти факторы по значимости

30. Вы активный собеседник/ вас приходится втягивать в беседу/ нейтрально

31. Желая вставить реплику в общий разговор, вы обычно:

ждёте, пока вам предоставят слово/ ловите паузу/ перебиваете говорящих/ начинаете говорить вместе с другими

32. Упрёк «не перебивай» :

к вам не относится/ адресуется изредка/ обычен

33. Как вы относитесь к тому, что перебивают вас:

вежливо уступаете/ обижаетесь и замолкаете/ умолкаете и при первой возможности заговариваете/ не даёте себя перебить

34. Какую реакцию вызывают ваши реплики в общем разговоре в кругу близких, давно знакомых вам людей:

А. Вам легко уступают роль говорящего

Б. Часто подхватывают предложенные вами аргументы, мнения:

да/ нет/ нейтрально

В. Вас чаще :

поддерживают/ оспаривают

Г. По отношению к вам обычно:

доброжелательны/ нейтральны/ агрессивны

35. Вы оказываетесь обыкновенно в центре общей беседы:

да/ нет/ нейтрально

36. Вы способны скорректироваться, если видите, что вас не слушают, не понимают, оспаривают, уже давно все поняли и т.п.

37. Вы не слишкoм внимательны к реакциям собеседника и зачастую «дудите в свою дуду»:

да/ нет

38. Вы считаете себя чутким собеседником, тонко чувствующим и понимающим партнёра:

да/ нет/ нейтрально

На что вы ориентируетесь при этом:

На отстаиваемую партнёром позицию/на его настроение…

39. Для вас существует разница, говорить ли со старым знакомым или с пусть даже доброжелательным и заинтересованным, но новым человеком?

40. Ощущаете ли вы разницу в том, как говорите с разными своими друзьями?

да/ нет

41. Что располагает вас к беседе:

близость интеллектуальных позиций/ эмоциональный контакт/ лёгкость общения (взаимодействия с человеком)/ сама ситуация общения, беседы

В какой мере названные факторы существенны для ваc, проранжируйте их.

42. Ощущение, что вас не понимают, возникает у вас:

редко/ иногда/ оно обычно для вас/ не возникает никогда

43. Вы умеете и любите слушать; вам больше подходит роль говорящего

44. Вы обычно внимательный и благодарный слушатель:

на лекциях и докладах/ на диспутах и совещаниях/ в широких непринуждённых беседах/ в диалоге…

45. Какая характеристика в большей степени определяет обычный для вас тон (стиль) разговора:

вежливый/ участливый /доброжелательный/ учтивый/ мягкий/ напористый/ официальный/ деловитый / шутливый/ независимый/ несерьёзный/…

46. Как обозначить вашу речевую роль:

«капризный ребёнок»/ «миротворец»/ «скептик»/ «зануда»/ «пуп земли»/…[91]

Приложение 6

Уважаемые студенты!

В рамках научной работы кафедры гуманитарных дисциплин проводится опрос о дисциплине «Риторика». Ответьте, пожалуйста, на вопросы предлагаемой анкеты. Для этого поставьте отметку в графе «да» или «нет». Результаты анкетирования будут учтены при организации изучения риторики в медицинском университете.

Если хотите, можете дополнительно выразить свои замечания и пожелания ______________________________________________________________________

____________________________________________________________________

Спасибо за работу!

Некоторые сведения о себе:

Пол Мужской / женский

Группа № ______________

Гринько Елена Николаевна

Риторика в медицинском университете

Редактор

Техн. редактор

Оператор компьютерной верстки…

Подписано в печать Формат

Усл. печ. л. Уч.-изд. л.

Тираж экз. Заказ

Издательство ТГМУ, 690950, Острякова, 2

Типография издательства ТГМУ, 690950, Владивосток, Острякова, 2

[1] Орлова Е.В. Культура профессионального общения врача: коммуникативно-компетентностный подход: монография. – М.: ФОРУМ, 2021. – С.7.

[2] Аннушкин В.И. «Искусство мыслить и говорить. Риторика и культура речи» // Православный образовательный журнал «Виноград». 06 октября 2008 г. / Режим доступа: http://www.pravmir.ru ›iskusstvo-myslit-i-govorit-ritorika-i…

[3] Михальская А.К. Риторика. 10-11 кл. Базовый уровень: учебник. – М.: Дрофа, 2021. – С. 39.

[4] Там же, с. 449.

[5] Михальская А.К. Русский Сократ: Лекции по сравнительно-исторической риторике. – М.: Изд. Центр «Academia», 1996. – С. 56-71.

[6] Сказания о чудесах. – Т.1: Русская фантастика ХI-ХVI вв.-М.: «Советская Россия», 1990. – С.289.

[7] Парандовский Я. Алхимия слова. М.: Изд-во «Правда», 1990. – с. 158.

[8] Ригведа. – М.: Изд-во «Наука», 1989. – С. 517.

[9] Там же, с. 524-525

[10] Там же, с. 528.

[11] Там же, с. 529.

[12] Там же, с. 530.

[13] Фрэзер Дж.Дж. Золотая ветвь: Исследование магии и религии: В 2 т. Т. 1: Гл. I-XXXIX. М.: ТЕРРА-Книжный клуб, 2001. – С. 27.

[14] Рождественский Ю. Теория риторики. – М.: «Добосвет», 1997. – С. 45.

[15] Крамер С.Н. История начинается в Шумере. М.: Наука, 1991. – С. 131.

[16] Апология Сократа. В кн.: Платон. Диалоги. – М.: ООО «Изд-во АСТ»; Харьков: «Фолио», 2002. – С. 29.

[17] Аристотель. Поэтика. Риторика. – СПб.: Изд. Дом «Азбука-классика», 2007. – С. 88.

[18] Рабинович В. Исповедь книгочея, который учил букве, а укреплял дух. – М.: «Книга», 1991. – С. 46.

[19] Аврелий А. Исповедь : Абеляр П. История моих бедствий. – М.: Республика, 1992. – С. 260.

[20] Баткин Л. К истолкованию итальянского Возрождения: Антропология Марсилио Фичино и Пико делла Мирандола // Из истории классического искусства Запада. – М.: Искусство, 1990. – С. 32.

[21] Марченко О.И. Риторика как норма гуманитарной науки. – М.: Наука, 1991. – С.44.

[22] Буркгардт Я. Культура Италии в эпоху Возрождения. – Смоленск: «Русич», 2002. – С.228.

[23] Буркгардт Я. Культура Италии в эпоху Возрождения. – Смоленск: «Русич», 2002. – С.227.

[24] Там же, с. 226.

[25] Там же, с. 227.

[26] Буркгардт Я. Культура Италии в эпоху Возрождения. – Смоленск: «Русич», 2002. – С.228.

[27] Там же, с. 223.

[28] Там же, с. 222.

[29] Хазагеров Т.Г., Ширина Л.С. Общая риторика: курс лекций; Словарь риторических приёмов. – Ростов н/Д: Феникс, 1999. – С. 23.

[30] Логика и риторика. Хрестоматия. / Сост. В.Ф. Берков, Я.С. Яскевич. – Мн.: НТОО «ТетраСитемс», 1997.

[31] Сен-Жюст Л.А. Речи. Трактаты. – СПб: Наука, 1995. – С. 18.

[32] Там же, с. 19.

[33] Там же, с. 18.

[34] Львов М.Р. Риторика и культура речи. – М.: Изд. центр «Академия», 2004. – С. 18.

[35] Хазагеров Т.Г., Ширина Л.С. Общая риторика: курс лекций; Словарь риторических приёмов. – Ростов н/Д: Феникс, 1999. – С.24.

[36] Творения Василия Великого. – М., 1993. Репринтное воспроизведение издания М., 1846. – Т.8. Ч.4. – С.61.

[37] Черторицкая Т.В. Красноречие Древней Руси ХI-ХVII вв.// Сокровища древнерусской литературы. –М., 1987. с.18.

[38] Вомперский В.П. Русские риторики ХVI-ХVIII вв. – М.: Наука, 1988.

[39] Лахман Р. Демонтаж красноречия. – СПб.: Академический проект, 2001. – С. 55.

[40] Л.К. Граудина и Г.И. Миськевич. Теория и практика русского красноречия. – М.: Наука, 1989. – С. 15.

[41] Лахман Р. Демонтаж красноречия. – СПб.: Академический проект, 2001. – С. 41.

[42] Юности честное зерцало, или Показания к житейскому обхождению. – М., 1990. Репринтное издание. 1717.

[43] Там же, с. 3.

[44] Там же, с. 5.

[45] Там же, с. 19.

[46] Там же, с.38

[47] Там же, с. 44.

[48] Юности честное зерцало, или Показания к житейскому обхождению. – М., 1990. Репринтное издание. 1717. – С. 57.

[49] Там же, с. 66.

[50] Там же, с. 13.

[51] Кони А.Ф. Избранное. – М.: Сов. Россия, 1989. – С. 358.

[52] «Хороший тон: Сборник правил и советов на все случаи жизни общественной и семейной». В кн.: «Русская риторика: Хрестоматия/ Авт.-сост. Л.К. Граудина». – М.,1996. – С. 269.

[53] Там же, с. 271.

[54] Там же, с. 272.

[55] Там же, с. 275.

[56] Там же, с. 277

[57] Бунин И.А. Окаянные дни. – М., Сов. писатель, 1990. – С. 35.

[58] Русская риторика: Хрестоматия/Авт.-сост. Л.К. Граудина. – М.: Просвещение, 1996. – С. 232.

[59] Там же, с. 235-243.

[60] Сталин. Выступление по радио 3 июля 1941 года // Русская риторика: Сб. выступлений. – Пекин, 2001.- С.89.

[61] Там же, с. 89-97.

[62] Михальская А.К. Риторика. 10-11 классы. Базовый уровень: учебник. – М.: Дрофа, 2021. – С. 468-473.

[63] Токарева В. Скажи мне что-нибудь на твоём языке // На черта нам чужие: Повести, рассказы. – М.: Локид, 1995. – С. 469.

[64] Кохтев Н.Н. Ораторская речь: стиль и композиция». – М.,1992 – С.62.

[65] Кохтев Н.Н. Ораторская речь: стиль и композиция». – М.,1992 – С.65.

[66] Михальская А.К. Основы риторики. 10-11 кл. Базовый уровень: учебник. – М.: Дрофа, 2021. – С.335-336.

[67] Михальская А.К. Основы риторики. 10-11 кл. Базовый уровень: учебник. – М.: Дрофа, 2021. – С.334.

[68] Михальская А.К. Основы риторики. 10-11 кл. Базовый уровень: учебник. – М.: Дрофа, 2021. – С.341-342.

[69] Ильючонок Р.Ю. Память хорошая, память плохая. – Новосибирск, 1991. – С. 18.

[70] Педагогическое речеведение. Словарь-справочник. Изд. 2-ое. / Под ред. Т.А. Ладыженской. – М.: Флинта, Наука, 1998.

[71] Н.А. Безменова. Очерки по теории и истории риторики». – М.: Наука, 1991.

[72] Михальская А.К. Основы риторики. 10-11 кл. Базовый уровень: учебник. – М.: Дрофа, 2021. – С.66.

[73] Таранов П.С. Искусство риторики: Универсальное пособие для умения говорить красиво и убедительно. – М.: Изд-во Эксмо, – С. 31.

[74] Там же, с. 31.

[75] Юнина Е.А., Сагач Г.М. Общая риторика (Современная интерпретация). – М., 1992. Цит. по кн.: Русская риторика: Хрестоматия/Авт.-сост. Л.К. Граудина. – М.: Просвещение: «Учеб. лит.», 1996. – С.246.

[76] Михальская А.К. Основы риторики. 10-11 кл. Базовый уровень: учебник. – М.: Дрофа, 2021. – С.39-45.

[77] Там же, с. 99.

[78] Там же, с.100.

[79] Михальская А.К. Основы риторики. 10-11 кл. Базовый уровень: учебник. – М.: Дрофа, 2021. – С.102-103.

[80] Измайлова М.А. Деловое общение: Учебное пособие. – М.: Издательско-торговая корпорация «Дашков и К», 2021. – С. 14.

[81] Измайлова М.А. Деловое общение: Учебное пособие. – М.: Издательско-торговая корпорация «Дашков и К», 2021. – С. 16

[82] Там же, с. 18.

[83] Измайлова М.А. Деловое общение: Учебное пособие. – М.: Издательско-торговая корпорация «Дашков и К», 2021. – С. 35.

[84] Формановская Н.И. Речевой этикет в русском общении. Теория и практика. – М.: ВК, 2009.

[85] Г.П. Грайс. Логика и речевое общение / Режим доступа:http//www.kant.narod.ru›grice.htm

[86] Режим доступа: http//www.referat-zona.ru ›Психология делового общения

[87] Кодекс профессиональной этики врача Российской Федерации / Режим доступа: http://www.medvestnik.ru

[88] Михальская А.К. Риторика. 10-11 кл. Базовый уровень: учебник. – М.: Дрофа, 2021. – С. 384-386.

[89] Михальская А.К. Риторика. 10-11 кл. Базовый уровень: учебник. – М.: Дрофа, 2021. – С. 394-397.

[90] Курьянов, М.А. Активные методы обучения: метод. пособие / М.А. Курьянов, В.С. Половцев. – Тамбов: Изд-во ФГБОУ ВПО «ТГТУ», 2021. – С. 20.

[91] Ушакова Т.И., Павлова Н.Д., Зачёсова И.А. Речь человека в общении. – М.: Наука, 1989.