реферат найти Типология политических систем

Человечество исторически разделено на многочисленные группы. Создатель концепции этноге­неза (развития этносов) Л. Н. Гумилев определяет этнос как феномен биосферы – естественно сложившийся коллектив, отличающийся от себе подобных оригинальным стереотипом поведения людей. Он считает, что “этнос более или менее устойчив, хотя возникает и исчезает в историческом времени. Нет ни одного реального признака для определения этноса, применимого ко всем известным нам случаям. Язык, происхождение, обычаи, материальная культура, идеология иногда являются определяющими моментами, а иногда – нет”. На различных стадиях общественного развития этносы высту­пают в виде племени, народности, нации. Из курса философии уже известно, что каждая из этих со­циальных форм имеет существенные особенности, но в каждой из них этнос представляет собой исторически сложившуюся на определенной территории устойчивую совокупность людей, об­ладающих культурной, в том числе языковой, психологичес­кой общностью, осознанием своего единства и отличием от дру­гих подобных образований.

Нации как высшая этническая форма стали складываться с возникновением индустриального общества, когда резко уси­лилось интегрирующее значение буржуазного права во всей жизни общества. На протяжении XIX-XX вв. шел бурный про­цесс формирования и развития все новых и новых наций и на­родностей.

Сегодня в мире – тысячи различных этносов, из них при­мерно 270 насчитывают в своем составе свыше 1 млн. человек. В России более 100 этносов, в США – гораздо больше. “Гарвард­ская энциклопедия этнических групп в Америке” дает список из 106 этнических групп, но в ней население 170 индейских пле­мен определено одной группой – “индейцы”, а все выходцы с Ближнего Востока (сирийцы, египтяне, иорданцы, палестинцы и др.) считаются только арабами. Конечно, такой подход к опре­делению этнического состава населения упрощен.

Большинство стран многонациональны, что является объек­тивной основой возникновения межнациональных отношений самого разного характера. Ведь каждая нация и народность имеет специфические интересы, потребности и даже страте­гию своего развития. К тому же современные нации и народ­ности разнообразны: многочисленные и малочисленные, бога­тые и бедные, древние и молодые, развитые и отставшие в развитии, имеющие свою государственность и не имеющие, сильные и слабые, господствующие и подчиненные. Разли­чия в положении и интересах превратили межнациональные отношения в острый политический вопрос, получивший в истории название «национальный вопрос».. Его главные эле­менты – проблема равноправия или подчинения, проблема неравенства уровней экономического и культурного разви­тия, проблема национальной розни и вражды. Разрешение каждой из них представляет собой сложнейший политичес­кий процесс.

На протяжении последних веков, и особенно в XX в., на­циональные отношения становились все более политическими. Это обусловлено, прежде всего, решающей ролью государства в формировании и развитии нации, а также непосредственной принадлежностью важнейших национальных проблем к сфере политики. Среди них такие, как равноправие и самоопределе­ние наций, сочетание национальных и интернациональных ин­тересов, создание условий для свободного развития нацио­нальных культур, подготовка и обеспечение представительства национальных культур, подготовка и обеспечение предста­вительства национальных кадров в структурах власти и некото­рые другие.

Проблемами этносов занимаются многие науки. Это – этнография (народоописание), этноантропология (описание индивидов отдельных рас и народностей), этносоциология, этнополитология и др. Этнополитология является до­статочно развитой мировой наукой. Многие великие мыслите­ли – Т. Гоббс, О. Бауэр, Р. Шпрингер, К. Каутский, М. Вебер, В. Ленин, Н. Бердяев, Л. Гумилев – внесли свой вклад в ее разработку. Каждый из них, по-своему трактуя отдельные ас­пекты национального развития и национальных отношений, вы­ходил на констатацию колоссального значения национальных моментов в политическом процессе.

Целенаправленное внимание ученых посвящено самому фе­номену нации: ее происхождению, сущности, эволюции в исто­рическом пространстве. Различные научные подходы обусловили появление множества определений нации и бесконечные дис­куссии по этому поводу. Для уяснения вопроса достаточно обратить внимание лишь на наиболее типичные, раскрывающие суть данного явления. Одно из первых фундаментальных определений нации дал анг­лийский экономист и социолог Дж. Милль. Анализируя причины формирования нации, ее принципиальные характеристики, он пи­сал: “…входящие в нее люди объединены общими чувствами, како­вых нет между ними и другими людьми… общность языка и общ­ность религии могут значительно содействовать этому, так же как и географические границы… Но наиболее важной причиной явля­ется общность политической судьбы, общая национальная история и основанная на этом общность воспоминания, общие гордость и унижение, радость и страдания, связанные с сообща пережитым в прошлом”. В рассуждениях Дж. Милля категория нации выводит­ся как из социокультурных, так и из политических характеристик.

Австрийский марксист Отто Бауэр в большей степени опи­рался на культурно-психологические моменты. Он писал: “На­ция – это вся совокупность людей, связанных в общность характера на почве общности судьбы… национальный характер есть не что иное, как осадок истории данной нации”.

Примерно так же мыслил Р. Шпрингер, считавший, что нация – это культурная общность, союз одинаково мыслящих и одинаково говорящих людей. Подобные взгляды на сущность нации высказывал и Н. А. Бердяев: бытие нации не определяет­ся и тем более не исчерпывается ни языком, ни религией, ни территорией, ни государственным суверенитетом, хотя эти признаки существенны для национального бытия. Фундаменталь­ным признаком наций является единство исторической судьбы. Сознание этого единства означает национальное сознание. Н. А. Бердяев подчеркивал также стремление всякой нации к своей государственности, к созданию и укреплению своего на­ционального государства. Этой характеристикой он также на­делял нацию политическими признаками.

Интересен подход русского философа Г. П. Федотова. “На­ция, – пишет он, – разумеется, не расовая и даже не этно­графическая категория. Это категория, прежде всего, куль­турная, а во вторую очередь политическая. Мы можем опреде­лить ее как совпадение государства и культуры”. Но вслед за этим он утверждает, что “не народ (нация) создает историю, а история создает народ. Английская нация создалась лишь в XIV веке, французская в XI веке, после многих веков государ­ственной жизни”. Определяя культуру как первичный фактор образования нации, Федотов вместе с тем считает обязатель­ными и факторы общего государства, общих государственных традиций, а значит, и совместной политической практики. Та­кое суждение весьма существенно обогащает понятие нации, национального государства.

Историческая практика подтверждает тесную связь между нацией и государством. Процессы формирования наций и вызван­ные ими политические движения объективно вели к образова­нию государств. В то же время создание буржуазных респуб­лик в XVII-XIX вв. способствовало складыванию наций в территориальных пределах этих государств. Не случайно в XVIII – начале XIX в. возникает понятие национального государства. А в Декларации прав человека и гражданина, приня­той во Франции в 1789 г., провозглашалось: “Источником суве­ренной власти является нация. Никакие учреждения, ни один индивид не могут обладать властью, которая не исходит явно от нации”.

Значительный толчок развитию представлений о нации дала Первая мировая война, одним из следствий которой оказался подъем национализма, образование новых национальных госу­дарств. Осмысливая эти процессы, немецкий социолог М. Вебер обогатил теорию нации своими суждениями. Он рассматри­вал нацию как политическую категорию.

В веберовской концепции выделяются три взаимосвязанные первоосновы нации. Во-первых, некий объективный фактор, объ­единяющий различных людей и отличающий их от других. Во-вторых, проявление данного фактора в виде источника еди­ных ценностей, создающего чувство солидарности. В-третьих, выражение возникшей солидарности в автономных политиче­ских институтах. По М. Веберу, сообщество людей считается нацией только тогда, когда объединено или стремится объединиться в собственном автономном государстве. Тем самым осо­бо подчеркивается значение фактора политической независи­мости.

Связь наций с государством, различные уровни реализации их государственных устремлений подчеркивались и пред­ставителями марксистской школы. Достаточно конкретные суж­дения по этому поводу оставили Ф. Энгельс, К. Каутский, В. Ле­нин, И. Сталин и др. Сталин дал определение нации, как “исто­рически сложившейся устойчивой общности людей, возникшей на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры”. Конечно, сталинская формула значительно упрощает реальное содержание вопроса. Простая сумма признаков не дает полного представления о таком сложном явлении, как нация.

Более плодотворным оказывается политологический подхо­дя современных ученых. Убедительную концепцию представил американский политолог Карл Дойч. В своей так называемой функциональной теории он прямо утверждает, что народ ста­новится нацией только тогда, когда в процессе социальной и политической мобилизации создает свое государство и получает тем самым контроль над институтами общественного наси­лия. “Нация, – пишет К. Дойч, – это народ, обладающий государством”, если же этническая группа еще лишь стремит­ся добиться политической власти, то она может быть квалифи­цирована только как народность.

Идею непосредственной связи национальных образований с государственностью проводит испанец X. Ортега-и-Гассет. Он утверждает, что основным фактором образования современных наций было не кровное родство и не общность языка, а полити­ческое объединение. Ортега-и-Гассет пишет: “Мы будем, во вся­ком случае, ближе к истине, если скажем так: каждое языко­вое единство, которое охватывает известную область, почти все­гда бывает результатом предшествующего политического един­ства”. И дальше он подчеркивает: “Секрет успеха национально­го государства надо искать в его специфически государственной деятельности, планах, стремлениях, – словом, в политике, а не в посторонних областях, биологии или географии”.

Таким образом, современные представления о нации все прочнее увязывают ее происхождение и развитие с поли­тическими отношениями, возникающими между людьми, с го­сударственными образованиями. Государство выступает струк­турой, в рамках которой нация складывается и накапливает специфические черты и традиции. Государственные границы обычно и отделяют одну нацию от другой. Авторитетным под­креплением данной позиции служит концепция русского поли­толога Э. А. Позднякова, утверждающего, что “большинство наций формировалось при определяющей роли государства и в более общей форме политики”. И затем подчеркивает: “момент общности нации, а тем самым и общий ее интерес как союза определенного типа находит свое выражение только в госу­дарстве, представляющем политическую форму организации общества”.

Теоретическая разработка проблем нации повлекла появле­ние многих производных идей и концепций. Среди них – кон­цепции национального государства и национального характе­ра, национального суверенитета и самоопределения наций, национализма и интернационализма. Они возникли из потребно­стей капиталистической практики и, научно разработанные, оказывали и оказывают существенное воздействие на полити­ческий процесс во многих странах и регионах планеты.

Идея национального государства возникла в ответ на идею правового государства. Одним их первых идеологов националь­ного государства выступил немецкий философ Фихте. Под воз­действием борьбы немецкой буржуазии за освобождение от ино­странного господства после наполеоновских войн он стал про­поведовать национальное начало в государственном устройст­ве Германии. Идея национального государства стала лозунгом немецкой буржуазии в борьбе с раздробленностью страны. При­мерно такую же роль она сыграла и в объединении Италии. История Европы показывает, что идея национального государства на этапе создания той или иной государственности служи­ла политическим стержнем, объединяющим народ. Многие уче­ные рассматривают национальное государство как закономер­ную форму государственности в период зарождения и укрепле­ния буржуазного общества. И такая концепция подтверждает­ся политическими процессами, происходящими в наше время на территории Африки, бывшего СССР, некоторых других ре­гионов планеты.

Понятие национального характера введено в научный обо­рот географами и этнографами для обозначения особенностей поведения и образа жизни разных наций и народов. Постепенно в науке утвердилось представление о национальном характере как о совокупности наиболее устойчивых, основных для дан­ной национальной общности особенностей восприятия окружа­ющего мира и форм реакций на него. С точки зрения участия наций в политическом процессе явление национального харак­тера весьма важно для социально-политических наук.

Первые исследования национального характера были прове­дены в середине XIX в. германскими учеными В. Вундтом, X. Штейнбалем и др. Основные идеи школы психологии наро­дов заключались в том, что главной силой истории является народ, или “дух целого”, выражающий себя во всех сферах общественной жизни.

В середине XX в. представители американской этнопсихо­логической школы Р. Бенедикт, А. Кардинер, Р. Лиитом и дру­гие выявили, что национальные характеры разных этносов проявляются в стойких психологических чертах отдельной лич­ности и отражаются на “культурном поведении”. В настоящее время научные исследования национального характера продол­жаются, хотя нередко политологи подходят к нему с опреде­ленными идеологическими задачами, а политики используют теоретические построения, связанные с этим явлением, в ин­тересах националистических или даже расистских действий.

Имея в виду, что “на Земле почти повсюду существует эт­ническая напряженность” ясно, почему этнополитологические концепции противоречиво воспринимаются практической поли­тикой и оказывают на нее неоднозначное действие. В разные исторические моменты и для различных политических сил одни и те же концепции имели порой прямо противоположное зна­чение. Это непосредственно относится к теоретическим разра­боткам проблем национального самоопределения, национально­го суверенитета, национализма, национальной культуры и т. д.

Национальное самоопределение является основополагающим политико-правовым принципом демократического урегулирова­ния межнациональных отношений. Как принцип оно родилось из опыта национальных движений и создания национальных го­сударств XVIII-XIX вв. Этот принцип реализовался в мирном сосуществовании наций в федеративной Швейцарии, в демо­кратическом решении вопроса о выходе нации из состава госу­дарства и создании своего национального (отделение Норвегии от Швеции, Финляндии от России, Словакии от Чехии), во многих других политических процессах на Европейском конти­ненте. В юридическом плане право на самоопределение при­знается за всеми без исключения народами, и отказ в этом праве недопустим, что зафиксировано во многих междуна­родных документах.

Так, в Декларации о предоставлении независимости колони­альным странам и народам (1962) провозглашается: “Все нации имеют право на самоопределение”. В Декларации о принципах международного права, принятой ООН в 1970 г., применение права на самоопределение трактуется как возможность созда­ния независимого государства и как свободный выбор своей политической системы. Но право свободно распоряжаться своей судьбой не должно повлечь нанесение ущерба свободе и закон­ным интересам других наций. Поэтому политическое решение вопроса – оформление права на самоопределение – на прак­тике весьма непростой процесс, он требует учета интересов всех заинтересованных сторон.

В мировой практике определились три политико-правовых основания приоритетности самоопределения народов. Во-первых, историческая принадлежность той или иной территории какому-либо конкретному народу. Во-вторых, существующий эт­нический состав населения, этническое большинство. В-треть­их, волеизъявление всего народа, живущего в тех или иных административных границах. Только наличие всех трех осно­ваний позволяет говорить о справедливости постановки вопроса о самоопределении той или иной нации.

Право на самоопределение обеспечивает движение наро­дов к своему национальному суверенитету. Понятие националь­ного суверенитета содержит прежде всего политический смысл. Оно означает совокупность прав нации (народа) на сво­боду выбора социального и политического строя, на террито­риальную целостность, экономическую независимость и т. д. Это – суверенитет (верховенство), выраженный в этниче­ской самобытности нации, народности, их праве только своей волей определять собственную судьбу. Национальное самооп­ределение, как правило, бывает подкреплено и обеспечено адекватными государственно-правовыми формами, т. е. определенным суверенитетом.

К числу важнейших политических вопросов относится национальная государственность. Она признается необходимым условием выражения и защиты национальных интересов и ценностей. Между тем по­давляющее большинство современных государств многонацио­нально. Их полиэтничность сложилась исторически.

Существует ряд причин объединения многих этносов в од­ном государстве. Некоторые объединялись для защиты от об­щего врага. Другие – под воздействием интеграционных, эко­номических процессов. Третьи оказывались вместе в результа­те мирной или вооруженной экспансии. Равноправие всех на­ций в многонациональном государстве обеспечить сложно, по­этому и встречается оно редко.

Наиболее жесткие взаимосвязи существуют в унитарных государствах, части которых полностью подчинены целому: управляются из единого центра. Система власти в таких госу­дарствах строится на основе четкого централизма. Подавляю­щее большинство государств, в прошлом, и настоящем – уни­тарные образования. Обычно они мононациональны или (что чаще всего) имеют одну титульную нацию, полностью преоб­ладающую во внутренней политике. Межнациональные отношения в таких странах довольно спокойны. В качестве примера можно назвать Болгарию, Египет, Польшу, Францию. На всей территории унитарных государств действует единый юридиче­ский порядок и существует единая структура управления. Ка­кие-либо национальные особенности территории или населе­ния практически государством не учитываются.

В федеративном же государстве субъекты федерации рас­полагают достаточно широкой самостоятельностью, которая в случае национального построения субъекта позволяет нациям пользоваться значительным уровнем суверенности. Это, напри­мер, Аргентина, Бразилия, Канада, Индия, Объединенные Арабские Эмираты, Россия.

Конфедеративное объединение позволяет сохранить нацио­нальный суверенитет практически в полном объеме, что и оговаривается в заключаемых соглашениях. И, видимо, не слу­чайно конфедерации редко возникали и были недолговечны. К ним относятся США в период с 1781 по 1789 г., Швейцария с 1815 по 1848 г., союз Швеции и Норвегии до 1905 г., союз Египта и Сирии в 1958 г. Все они либо распались на унитар­ные государства, населенные гражданами преимущественно одной национальности, либо перешли к федеративной форме объединения.

Специфической, хотя и довольно распространенной (в США,
Канаде, Великобритании и др.) формой национального самоопределения является национально-культурная автономия. Суть ее состоит в предоставлении нациям, народностям в рамках единого государства широкого внутреннего самоуправления, главным образом в вопросах культурного развития. Как правило, она осуществляется на территориях, компактно заселенных народностями, имеющими ярко выраженные особенности языка, быта, экономической жизни. В условиях такой автономии этническим общностям при равенстве гражданских прав предоставляется возможность создавать все необходимые учреждения для удовлетворения своих духовных потребностей и развития собственной культуры. Благодаря эффективному использованию возможностей национально-культурной автономии, некоторые страны, имеющие полиэтническое население, сохраняют унитарное государство. Это достаточно оптимальный путь обеспечения особых интересов граждан тех народно­стей и наций, которые оказались в инородной среде.

Однако этносы, владеющие собственной территорией, но не имеющие государственности, стремятся обычно к ее со­зданию. На этой почве возникают движения и политические организации. В последние десятилетия национальные движе­ния, несмотря на усиление в мире интеграционных процес­сов, часто приводят к распаду многонациональных государств или выделению из них национальных территорий, а значит, и к образованию новых независимых государств. Большинство из них строится на национальной основе. Об этом свидетель­ствует, например, распад СССР, СФРЮ, ЧССР в 1990-х гг. Особенно характерной была ситуация в Советском Союзе, где процесс распада сопровождался ростом национализма, бурной деятельностью национальных партий и общественных органи­заций в большинстве составлявших его союзных республик (“Саюдис” – в Литве, “Карабах” – в Армении, “Рух” – на Украине и др.).

Борьба за свободу этноса и приоритет его интересов не­редко сопряжены с ущемлением гражданских прав народов других этносов, особенно национальных меньшинств. Одна­ко упрочение независимости ускоряет процесс преодоления этих издержек, а также национализма в его острых прояв­лениях. Независимость открывает возможности для реализа­ции интересов общества в свободном сотрудничестве наций, включения их в интеграционные процессы на условиях рав­ноправия и свободы выбора. Конечно, гарантий чисто пози­тивного развития процесса формирования политической не­зависимости наций не существует. Возможны острые, даже кровопролитные, разрушительные конфликты, сопровожда­ющие такой процесс, что характерно для Северной Ирлан­дии, страны басков (Испания), Карабаха, Абхазии, Придне­стровья, Чечни.

Теоретический анализ конфликтных ситуаций националь­ного характера позволяет выделить ряд основных сфер: от­ношения между центральными органами государства и рес­публиками, штатами; отношения между самими республика­ми, штатами; проблемы национальных групп, а также национальностей, не имеющих собственных национально-государ­ственных образований; проблемы народов, разделенных го­сударственными границами (корейцы, таджики, азербайджан­цы, палестинцы, курды, русские и др.). В каждой такой сфере сталкиваются интересы, возникают разногласия, противоре­чия. Обычно они представляют собой расхождение интере­сов субъектов межнациональных отношений, находящихся на разных уровнях социально-культурного развития, решаю­щих различные политические задачи. У одних преобладают националистические, у других – интернациональные тен­денции развития и действий.

Сглаживание, а тем более преодоление межнациональ­ных противоречий, недопущение конфликтов на националь­ной почве – важнейшая цель национальной политики госу­дарства. С этой точки зрения национальная политика – все­сторонне обоснованная система государственных мер, кото­рая направлена на реализацию национальных интересов. Основными концептуальными положениями национальной политики являются равноправие народов, взаимовыгодное сотрудничество, взаимное уважение интересов и ценностей всех народов, непримиримость к национализму, ущемлению интересов других народов, “сверхъестественное” отноше­ние ко всяким территориальным изменениям, оказание по­мощи малочисленным и отставшим в своем развитии наро­дам, соблюдение норм этики межнациональных отношений. Национальная политика способна обеспечить консолидацию наций и народностей, их мирное сотрудничество и взаимо­действие.

Национальные отношения в советском обществе дол­гое время представлялись областью сплошной гармонии интересов. Но жизнь показывала совершенно иное. В девяностые годы прошлого века народы бывшего СССР столкнулись с фактами такой межнациональной разобщенности и кон­фликтов, что наши прежние представления лопнули, как мыльные пузыри. Выясняется, что нужны колоссальные усилия, чтобы восстановить прежние добрососедство, дружбу и сотрудничество народов.

Анализируя прошлое, осмысливая нашу историю, нель­зя не отметить, что упрощенно-методологические иска­жения принципиальных основ национальной политики, игнорирование национальных интересов и потребностей, массовые репрессии, в особенности, переселения целых народов из мест их традиционного жительства в другие республики и регионы, и деформации принесли народам многонационального государства немало страданий и по­терь.

Их не избежал и казахский народ. Более того, для казахского народа все это обернулось национальной тра­гедией. Предварительный анализ, проведенный общество­ведами, историками и демографами, показывает, что казахский этнос подвергся жесточайшему геноциду и понес тяжелейшие потери. По некоторым данным, казахский народ потерял 2 миллиона 200 тысяч человек, т.е. около 40 процентов всего своего состава.

В тоталитарном государстве, каким со временем стал Союз ССР, допускалось систематическое нарушение ба­ланса интересов различных народов. Основы будущих межнациональных противоречий и конфликтов заложены были в исторически неравномерном и извращенном раз­витии народов в силу сложившихся различных экономи­ческих, политических, территориальных, культурных, ду­ховных, географических, миграционных условий. Командно-административная система и диктат искалечили экономический потенциал, социальное развитие и духов­ную жизнь республики. Результат – однобокий, сырье­вой характер и не сориентированная на нужды населения экономика, неразумное хозяйствование и беззаботное расточительство природных ресурсов, острые проблемы, связанные с ходом миграционных и демографических процессов, нерешенность социальных проблем, огромные потери в развитии национальных языков и культур. Все это болезненно отражалось в национальном сознании, порождало и накапливало чувство обиды и возмущения.

Национальные отношения всегда переплетаются с раз­нообразными социально-экономическими, исторически­ми, политическими и другими факторами. Перспективная национальная политика – это политика, основанная на глубочайшем познании сути национального вопроса, на подлинном гуманизме, важнейших общечеловеческих принципах и нравственных нормах.

В условиях такого полиэтнического государства как Республика Казахстан во главу угла в сфере националь­ных отношений поставлено межнациональное согласие, обеспечение жизненно важных интересов всех нацио­нальностей. Именно такое свободное развитие всех на­родов способно устранить несправедливости, влить новую энергию в экономическую, политическую, духовную жизнь, от­крыть действительный простор их национальному само­выражению. И оно может наращивать, приумножать их интернациональное единство, упрочить межнациональное согласие, мир и общественно-политическую стабиль­ность, которые имеют место в республике. Задача состоит в том, чтобы привести в действие политические, эконо­мические, социальные и духовные рычаги, от которых зависит сохранение и упрочение национального равно­правия и согласия, сотрудничество и сближение людей разных национальностей на принципах гуманизма и де­мократии.

Национальная справедливость несовместима с той порочной практикой, когда для представителей одних наций создаются в жизни льготные условия, привилегии, а для других, наоборот, строятся всевозможные препят­ствия в культуре, традиции, языке и т.д. В этом плане важно проведение на практике такой политики, которая в полном объеме учитывала бы существующие социально-территориальные и прочие различия, связанные с далеко неодинаковыми условиями жизни и труда населения го­родов и сел разных районов Казахстана.

Осуществление национальной справедливости и рав­ноправия происходит успешнее при условиях строжай­шего соблюдения традиции проявлять уважительное отношение, особую чуткость и осмотрительность во всем, что касается национально-этнического фактора, инте­ресов представителей всех национальностей. Это находит свое отражение в новой Конституции Республики Казах­стан – в документе, выражающем жизненно важные ин­тересы всего народа республики, всех ее национальностей. Человек, его права, свобода и законные интересы выдвигаются на передний план. В ней „… за­прещаются любые формы дискриминации граждан”.

Важно подчеркнуть, что в Республике Казахстан го­сударственный курс направлен на осуществление на деле полного равенства и свободы всех людей, живущих в ней, независимо от расы, национальной принадлежности и языка. В нем и надежная гарантия от таких проявлений как националистическая узость, местничество, национа­лизм и шовинизм.

Национальная политика нашего государства исходит из того, что Республика Казахстан в мировом сообществе – это независимое, суверенное и демократическое госу­дарство. Суверенитет независимого Казахстана, как про­возглашает Конституция, не ограничен и распространя­ется на всю его территорию. Национальная государственность и ее территория тесно связаны друг с другом. Они выступают важнейшей характеристикой народа. Так, Республика Казахстан является формой го­сударственности самоопределившейся казахской нации, прошедшей длительные, сложные и многообразные этапы исторического развития.

Жизнь этнических общностей протекает в определен­ной территории, природно-географической среде. Эт­нос и его государственность не могут существовать без определенной территории, без нее они рано или поздно исчезнут. С этнической территорией – определенным жизненным природно – географическим пространством – неразрывно связано историческое, социально-эко­номическое, духовное и национальное становление бытия народа, его государственности, продвижение по пути со­циально-экономического, исторического прогресса. Этни­чески казахский народ с древности органически тесно связан с той территорией, которую занимал веками и занимает сегодня. Становление этнической территории казахского народа является историей многовековой труд­нейшей борьбы. В результате ее народ сумел не только сохранить свою целостность, но и создать в XV веке независимое казахское ханство в пределах территории нашей республики.

Готовя этот вопрос следует иметь в виду, что в условиях царской России Казахстан был лишен своей национальной государственности и территориально искусственно раздроблен на ряд генерал-губернаторств. Казахская земля насильственно отбира­лась и передавалась переселенцам. Таким образом, имен­но при царизме был приостановлен многовековой процесс образования централизованной казахской государствен­ности на исконной ее территории. Этому в известной мере содействовали некоторые недальновидные казах­ские ханы.

С образованием Казахской Автономной Республики в октябре 1920 года и дальнейшим преобразованием ее в Союзную республику стало возможным восстановить целостность казахских земель в национальном масштабе и, тем самым, была преодолена территориальная разоб­щенность. Общность национальной территории казахско­го народа впервые была восстановлена на огромной тер­ритории с общей площадью 2756 тысяч квадратных километров.

Национальная, этническая территория казахов в силу обстоятельств – исторических, политических, социаль­ных – издавна принимала представителей многих наро­дов. Огромные миграционные потоки захлестнули Казах­стан в период освоения целинных земель. В результате, население стало наиболее многонациональным в ряду ре­спублик бывшего Союза. Так, в начале 1992 года в Казахстане проживало 17 миллионов человек. Из них: казахов – более 7 миллионов человек – 42 процента; русских – 6257 тысяч – 37 процентов; украинцев – 890 тысяч – 7,4 процента; немцев – 780 тысяч – 5.2 процента; узбеков – более 356 тысяч – 2,1 процента; татар – 337 тысяч – 2 процента.

Естественная миграция населения происходит и сегод­ня. Казахстанская земля стала жизненной средой и до­стоянием не только коренного казахского этноса, но и всех населяющих ныне ее национальностей. В этом смыс­ле казахстанская земля для всех – и казахов, и русских, и украинцев, и немцев и других – одинаково дорога. Она – и родной край, и земля наших предков, и общая наша Родина.

В политике по укреплению государственного сувере­нитета и целостности национальной территории Респуб­лики Казахстан важны следующие направления:

1. Создать все условия для обеспечения действитель­ного, а не мнимого суверенитета Казахстана как само­стоятельного государства, закреплять его независимость в экономическом, социальном, правовом и прочих отно­шениях.

2. Обеспечить достойное место и авторитет Респуб­лики Казахстан как истинно суверенного, демократиче­ского и правового государства в мировом сообществе, в ряду развитых стран,

3. Обеспечить сохранение и укрепление территори­альной целостности Казахстана, оградить от посягатель­ства и притязания на нее.

4. Обеспечить научно обоснованный подход к адми­нистративно – территориальным образованиям и райо­нированию в пределах республики, преодолевать последствия имперской политики по отношению к госу­дарственности казахов, колониального деления и грабежа богатств Казахстана, восстанавливать справедливость, вернув районам, местностям собственные, исторические, традиционные названия.

5. Разработать и проводить в жизнь взвешенную про­грамму по миграционным процессам, регулировать отток и приток населения, продуманно решать проблемы, свя­занные с многонациональностью и мононациональностью отдельных регионов, городов и районов, предприятий и коллективов.

6. Разработать комплексную программу и вести работу по оздоровлению экологического состояния Казахстана в целом, отдельных регионов в частности, поставив во главу угла принципиально новый подход к использованию его территории, природно-климатических условий и восстановления нарушенного экологического равновесия.

Национальная политика государства Республики Ка­захстан предполагает возрождение культуры, традиций, религии народов, проживающих здесь, в первую очередь, коренного этноса – казахов, не ущемляя при этом чьи бы то ни были национальные интересы.

Человеческое существование немыслимо без опреде­ленной системы общения, в первую очередь, языкового. Без языка нет национальной общности. Следует отметить, что язык – неповторимый феномен и неисчерпаемая со­кровищница мировой культуры; он воплощает в себе уровень исторического, социально-экономического, этни­ческого развития своего носителя. Примером служит ка­захский литературный язык, ставший в ходе историче­ского развития одним из самобытных, богатых и научно разработанных языков современности. Он показал миру свои неисчерпаемые возможности, и он достиг высоких вершин в образном художественном воплощении мысли.

Важно подчеркнуть, что русский язык открыл народам, объединенным в СССР, широкий доступ к духовным богатствам других наций, мировой цивилизации. К мо­менту распада СССР среди казахов, свободно владеющих русским языком как вторым, было 52,3%.

К сожалению, при «русификаторской» политике КПСС подрастающая роль русского языка как языка межнаци­онального общения обернулась ущемлением националь­ных языков, сужением или подменой их общественных функций. Так обстояло дело в Казахстане. В результате недальновидной языковой политики казахский язык прак­тически перестал быть полноправным языком на истори­ческой родине казахов, катастрофически снизилась по­требность в использовании его в различных сферах жиз­ни. Анализируя причины вытеснения казахского языка из жизни его носителей, академик АН Республики Ка­захстан А. Кайдаров подчеркнул отсутствие важнейших условий для его нормального развития и функциониро­вания: среды общения, востребованности, государствен­ной поддержки и пр. В результате стала усиливаться тенденция снижения престижа казахского языка, особенно среди лиц коренной национальности. А это обернулось резким падением заинтересованности в обучении детей на род­ном языке, „отказом” от него определенной части ко­ренного населения, особенно в крупных городах. Выросло целое поколение русскоязычных молодых людей, по существу, не владеющих или слабо знающих родной язык, не читающих на нем, следовательно, оторванных от национальных корней, многовековой истории своего народа. Таким обра­зом, возникли и накопились тревожные явления и про­блемы, не преодолеть или не решить которых уже никак нельзя. Возникла необходимость возрождения и развития казахского языка, активного применения его во всех сферах жизни. Признаком цивилизованности во всем мире является признание статуса как государствен­ного и изучение языка народа, именем которого названо государство, проживающими на его территории гражда­нами других национальностей, в первую очередь, детьми и молодежью. Решению этой проблемы должен был спо­собствовать известный Закон о языках в Казахской ССР, который должен создать благоприятные условия для раз­вития всех языков в республике.

Вопрос о статусе языков в Ка­захстане в нынешнем его положении – многонациональ­ности и сложившейся языковой ситуации – оказался чрезвычайно острым. Он выявил разные принципиаль­ные позиции и стал предметом острой дискуссии. Серь­езные аргументы против утверждения статуса казахского языка как единого, государственного, приводят исследователи, которые считают, что „… унификация жизненной среды на основе монокультуры, моноязыка ограничивает возможности развития всего спектра национально-культурных ценностей, что не может не вызывать внут­реннего протеста со стороны представителей других на­циональностей “.

Отвергая такого рода подходы, народный писатель Ре­спублики Казахстан Д.М.Снегин писал: „Нет, державным в Казахии должен быть казахский язык, и это естественно и справедливо не только коренной нации, но и для других народов живущих …”. Все же думается, что для беспокойства по поводу того, что статус одного языка как государственного влечет за собой ущемление прав представителей других национальностей, основания нет. Соблюдение равноправия народов во всем, особенно в области языка – это наша общая задача. Гарантия в этом плане содержится в Конституции Республики Ка­захстан, где записано: „Запрещается ограничение прав и свобод граждан по признаку невладения государственным языком или языком межнационального общения.

Языковая политика в Республике Ка­захстан на современном этапе носит комплексный характер, она направлена на обеспечение наци­онального прогресса, доброжелательное взаимоотношение между населяющими его народами и быстрейшее при­общение к мировой цивилизации. Основными принципами ее являются.

1. Создание необходимых условий для развития казахско­го языка как языка государственного, усиливая и рас­ширяя выполняемые им общественные функции. Важно обеспечить активное применение родного языка во всех сферах жизни.

2. Придание русскому языку статуса официального, отличающегося от государственного чуть менее строгим статусом.

Здесь следует обратить внимание на то, что внедрение этих двух принципов, с одной стороны, есть компромисс с казахами (сохранение в качестве государственного де-юре только казахского языка, с другой, – компромисс с русской общиной (придание русскому языку де-факто статуса государственного).

3. С распадом СССР завязываются новые отношения – экономические, политические, духовные и прочие – между народами и государствами с тюркским корнем этнического происхождения. Выясняется, что за годы Советской власти произошли огромные потери в плане близкого ознакомления и взаимообогащения исто­рией, культурой, традицией и языком этих родственных народов. Сейчас возникла необходимость создания условий для прямого и непосредственного языкового об­щения путем взаимообогащения.

4. Создание условий для языков других на­циональностей помимо казахского и русского языков – украинскому, татарскому, немецкому, корейскому и пр. Необходимо проявлять особую заботу об их свободном развитии.

5. В бывшем Союзе возможность изучения и зна­ния языков цивилизованных стран умышленно ограничи­валась, не допускалось распространение их на его территории, особенно в национальных республиках. Ныне Казахстан, став суверенным государством, испытывает острую нужду в специалистах, свободно владеющих ан­глийским, французским, китайским, японским и другими языками. Естественно, языковая политика в республике должна быть нацелена на создание условий для изучения поистине мировых языков, на которых достигнуты ог­ромные успехи современной цивилизации.

Кризис, охвативший все общество, наиболее очевиден в области культуры. Время ставит на повестку дня не­обходимость прорыва в духовном и нравственном обнов­лении, глубокого и всестороннего раскрытия творческого потенциала каждой национальной культуры, утверждения новых форм и ценностей, созвучных высоким требова­ниям нашего времени.

При этом, важно подчеркнуть, что в обществе утвер­ждается принципиально новый политический подход, ко­торый исходит из признания самобытности национальных культур, их уникальной ценности. Национальная культура любого народа – продукт материальной и духовной де­ятельности, выработанный в длительной истории его раз­вития. Она обогащается в историческом процессе взаимодействия культур за счет усвоения духовных цен­ностей, созданных другими народами. Самобытность на­циональной культуры состоит не в ее изначальной данности, патриархальности и древности, а в глубокой прогрессивности, подлинной народности, большой жиз­ненности и неисчерпаемом творческом потенциале зало­женных в ней свойств, ценностей. В них проявляются специфические черты материальной жизни, сознания и психологии народов, особенности их исторического раз­вития, взаимоотношений с другими народами.

Опыт развития Республики Казахстан показывает, что переходный к качественно новой модели развития период среди других ключевых характеристик предпо­лагает последовательное осуществление в жизнь действительного духовного равноправия народов, обеспечение каждому из них реальной возможности сохранить само­стоятельность и самобытность своего языка, культуры, традиции. Следовательно, создание условий для сохра­нения и возрождения их национальных культур и куль­турно – исторических традиций – таково одно из конкретных направлений национальной концепции и пол­итики государства в современных условиях. Тем более, догматические извращения и ошибки, допущенные в куль­турном строительстве на предыдущих этапах развития, привели к невосполнимым потерям национальных ценно­стей, незаслуженному умолчанию и забвению ряда луч­ших образцов культурного наследия, творений и традиций предыдущих поколений. В этой связи следует отметить, в Республике Казахстан, ставшей на путь независимого, демократического развития, происходит глубокое обнов­ление духовной жизни. Оно вызвало у всех народов, в том числе и казахского, интерес к своей далекой и не­давней истории, своей культуре и традициям, стремление по-новому осмыслить их и восполнить „белые пятна”, стремление возвратить все лучшее в духовной жизни прошлого. Возрождаются сложившиеся в дореволюцион­ном прошлом и необоснованно преданные забвению на­родные традиции, образцы народного творчества и многие другие культурные сокровища. Активно осваивается ду­ховное богатство, созданное нашими предшественниками, в том числе творения запретных в недавнем прошлом выдающихся представителей казахской культуры начала XX века – Шакарима, М. Жумабаева, А. Байтурсынова, Ж. Аймаутова, М. Дулатова и других.

Тем не менее, накопившихся и нерешенных проблем в деле освоения духовного наследия прошлого, сохране­ния, восстановления и использования бесценных памят­ников истории, культуры и религий и приобщения к ним широких народных масс, как показывает опыт, еще не­мало. Межнациональные отношения в Казахстане харак­теризуются как относительно сбалансированные. Действительно, благодаря взвешенной национальной пол­итике удается удержать стабильность, не допустить ро­ковых столкновений между народами. Жизнь достаточно убеждает в том, что сохранение и упрочение этой тра­диции будет иметь решающее значение для будущего прогресса народов Казахстана.

И еще на один момент следует обратить внимание при изучении данного вопроса. Дело в том, что духовное согласие, простое человеческое взаимопонимание невозможны без достаточно высокой культуры межнационального общения. Воспитание такой культуры у человека – это формирование таких высоких и ус­тойчивых нравственных качеств и черт, которые опреде­ляют активную жизненную позицию и участие его в общественно-политической жизни общества. Она должна быть пронизана патриотизмом и гуманизмом, гордым чув­ством принадлежности к единой Родине, ответственно­стью в сохранении единства народов, межнационального мира и согласия. Особенно касается это нового поколения людей, которые в жизнь вступают в условиях новых реалий исторического развития. Опыт показывает, что процесс активного формирования межнационального со­гласия происходит в диалектическом единстве с воспи­танием патриотического и интернационалистического сознания, подлинной, свободной от проявлений нацио­нальной ограниченности, кичливости, национализма и шо­винизма, культуры межнационального общения. В этой связи следует подчеркнуть огромное теоретическое и практическое значение мысли Президента Н.А.Назарба­ева, неоднократно высказываемой им: именно казахстанский государственный патриотизм может стать главной опорой возрождения республики, всех наций и народностей, населяющих ее.

Именно такой патриотизм может гарантировать нам возрастающее внимание к жизненно важным националь­ным интересам народов и одновременно защиту обще­человеческих ценностей, учет интеграционных тенденций, набиравших силу во всем мире. Важно, чтобы патриотизм и гуманизм воспринимались как осознанная собственная потребность, а не навязанные извне, со стороны. Граж­данин Республики Казахстан должен проникнуться чув­ством гордости за свое государство, избравшее путь к жизни, достойной человека, должен ощущать чувство семьи единой, уважать как святыни флаг, герб, гимн республики, которые уже знает весь мир. Именно под этим принципиально новым углом зрения можно успешно отстаивать законные права всех национальностей, про­живающих в Республике, воплощая на практике их пол­ное равенство, глубокое уважение их национального достоинства, обеспечить возрождение и свободное раз­витие каждого из них, одновременно укрепляя у людей сознание и чувства своей принадлежности к общей мно­гонациональной Родине. Необходимым условием для это­го является создание на территории Казахстана высокоразвитой полиэтнической цивилизации, в которой возродится казахская нация, в которой будут свободно чувствовать себя все входящие в нее нации и народности.

Создание теории политической системы стало возможным в середине 50-х годов ХХ столетия, благодаря бихевиористскому подходу к анализу политики, а также использованию в рамках этого подхода системного и структурно-функционального методов.

Политика, по мнению бихевиористов, – это действия людей в политической жизни, а не различные виды институтов и структур, через которые действуют граждане. К основным достижениям бихевиристского метода можно отнести следующее:

– рассмотрение «политического поведения» как основного объекта исследования;

– максимальное применение статистических и количественных формулировок;

– разработка теорий, способных объяснить политические события.

В рамках бихевиористского подхода появились и развивались системный и структурно-функциональный методы. Исходным пунктом системного анализа является признание четырех функциональных требований, обеспечивающих сохранение и выживание любой системы: адаптация, целедостижение, интеграция и поддержание модели.

На уровне социальной системы функцию адаптацииобеспечивает экономическая подсистема, функцию целедостижения – политическая, функцию интеграции – правовые институты и обычаи, функцию поддержания модели – система верований, мораль и органы социализации (семья, институты образования и др.). Таким образом, рассматривать политику и другие подсистемы общества необходимо в контексте с этими основными функциями.

Согласно системному анализу, любая система, в том числе и политическая, имеет следующие характеристики:

– система состоит из многих частей;

– части составляют единое целое;

– система имеет границы.

Политическая жизнь рассматривается как функционирующая система, т.е. между разнообразными аспектами политики и политических явлений существует относительно устойчивая связь.

Системная теория делит процессы взаимодействия на три цикла: ввод, конверсия или преобразование и вывод.

В современной политической науке нет универсального определения политической системы, ибо существуют разные подходы к определению власти и политики, с которыми непосредственно связана категория «политическая система». Но есть нечто общее для всех определений политической системы: политическая система ассоциируется с применением узаконенного физического принуждения в обществе. Во всех определениях подчеркивается законное право политической системы наказывать, принуждать и подчинять.

Системный подход в политологии впервые был применен крупным исследователем политики Дэвидом Истоном.

Согласно Истону, политическая система – это взаимодействия, посредством которых в обществе авторитетно распределяются ценности (материальные и духовные) и на этой почве предотвращаются конфликты между членами общества.Он выделяет два основных качества политической системы:

– политическая система должна быть в состоянии распределять ценности в обществе;

– политическая система должна убедить своих граждан принять это распределение как обязательное. Эти два качества, подчеркивал Истон, позволяют сразу отличить политическую систему от других видов социальной системы.

Отталкиваясь от схемы работы любой системы («ввод», «конверсия», «вывод», Истон к «входящим» факторам относил требования и поддержку, а к исходящим – решения и действия.

Упрощенная модель политической системы по Истону.

Окружающая среда Окружающая среда

Требования

Решения и действия

Поддержка

Ввод Вывод

Обратнаясвязь

Окружающая среда Окружающая среда

Система, по мнению Истона, – это средства, с помощью которых «ввод» (требования и поддержка) превращается в «вывод» (решения и действия). Превращая входящие факторы в исходящие, политическая система обеспечивает средства мобилизации общественных ресурсов на достижение целей и координацию усилий членов общества в выполнении поставленных задач. Конверсия «ввода» в «вывод» – это не способность отдельного типа системы, а процесс, присущий всем системам.

Обратная связь является главным механизмом устранения напряженности в обществе, но выполняет эту функцию лишь благодаря способности власти реагировать на поступающие в систему импульсы. Если власть индифферентна к требованиям членов общества и уделяет внимание только своим собственным требованиям и идеям, то ее решения и действия никогда не найдут поддержки.

Таким образом, политическая система, с точки зрения Истона, – это не просто система взаимодействия ее структур, а постоянно изменяющаяся, функционирующая, динамичная система.

Развитию теории политической системы способствовал структурно-функциональный метод, который во многом дополнял системный анализ.

Наиболее последовательным представителем структурно-функционального подхода в политологии по праву считается американский ученый Габриэл Алмонд. По Алмонду, политическая система – это существующая во всех самостоятельных обществах система взаимодействия, которая выполняет функции интеграции и адаптации посредством применения или угрозы применения более или менее легитимного физического принуждения.

Политическая система, по его мнению, является легитимной, поддерживающей порядок и преобразующей системой в обществе. Это узаконенная сила, пронизывающая все «входящие» и «исходящие» факторы общества и придающая ему особые свойства и смысл, обеспечивающая его сплоченность как системы.

В отличие от Истона, Алмонд интересуется не столько происходящими процессами, сколько определяющим значением устойчивых структур политической системы. Под «структурой» Алмонд подразумевает доступную наблюдению деятельность, которая формирует политическую систему. Ту конкретную часть деятельности людей, которая участвует в политическом процессе, он называет ролью.Роли – это единицы, из которых комплектуются все социальные системы, включая политическую. В связи с этим одним из основных компонентов политической системы является политическая роль. Конкретные совокупности взаимосвязанных ролей составляют структуры. Например, судья – это роль, а суд – структура ролей.

Главным для структурно-функционального подхода является определение функциональных требований к системе. Существует некое количество целей, выбранных из ограниченного числа альтернатив и необходимых для жизни общества. Чтобы эти цели были переведены в конкретные действия, система должна выполнять определенные функции. В общественных науках функция – это целесообразная деятельность. Целесообразность определяется рамками системы. Достоинством структурно-функционального метода является то, что он способствовал осознанию важности функций, выполняемых политическими субъектами.

Согласно Алмонду, входящие и исходящие факторы политической системы следует анализировать с точки зрения функций, заложенных в недрах системы. Он ставит вопрос: кто (т.е. какие структуры) какие функции выполняет? И каким образом?

Научная польза моделей Истона и Алмонда состоит в том, что их можно использовать как источник концепций и рабочих моделей, которые могут применяться во многих специфических и самостоятельных сферах с целью создания эмпирически объединяемых гипотез.

Данные модели целесообразны для исследования способов сохранения и регулирования системы. Концепции Истона и Алмонда позволяют сравнивать не только колонии, федерации, города-государства, но и включать в анализ любую единицу (метрополии, государства-члены федераций, группы давления, партии, церковь, промышленные предприятия и т.д.) как дифференцированное целое взаимосвязанных компонентов, выполняющих функции политической системы.

Политическая система – это совокупность взаимодействующих подсистем. В структуре политической системы выделяются три подсистемы: институциональная, информационно-коммуникативнаяи нормативно-регулятивная.

Институциональная подсистемасостоит из таких институтов, как государство, политические партии, группы интересов. Ведущим институтом, сосредоточивающим в себе максимальную политическую власть, является государство. Велико значение политических партий и групп интересов в политической системе. В демократических обществах они автономны и успешно осуществляют свои функции. Политические партии и группы интересов влияют на формирование государственных структур, осуществляют корректировку политических целей, направляют политическое развитие. В авторитарных и тоталитарных обществах группы интересов и политические партии строго подчинены правящей элите и бюрократическому аппарату, их естественные функции деформированы.

В структуру политической системы входит информационно-коммуникативная подсистема,которая устанавливает связи между институтами политической системы. К элементам данной подсистемы можно отнести каналы передачи информации правительству (процедура слушания дел на открытых заседаниях, комиссии по расследованию, конфиденциальные консультации с заинтересованными группами и т.д.), а также СМИ, под которыми подразумеваются телевидение, радио, газеты, журналы, рассчитанные на огромную аудиторию.

Значение этой подсистемы велико, ибо люди, как известно, способны оценивать действия, в том числе и политические, лишь при наличии определенного объема знаний и информации. Если в демократических обществах СМИ достаточно независимы, то в авторитарных и тоталитарных они полностью подчинены правящей элите.

Нормативно-регулятивную подсистемуобразуют всевозможные нормы, которые определяют поведение людей в политической жизни, а именно, их участие в процессах выдвижения требований, превращения этих требований в решения, осуществления решений. Эти нормы – основные правила участия во всех типах политического процесса. Нормы можно разделить на два типа: нормы-привычкии нормы-законы.В демократических странах, например, привычной нормой можно назвать участие граждан в политике через политические партии и группы интересов. Привычкой является также то, что граждане чувствуют внимание со стороны власти.

Нормы-законы определяют процесс законодательства, устанавливают (или не устанавливают) права: голоса, свободы слова, создания ассоциаций и др. Оба типа норм способствуют политическому взаимодействию, без них едва ли можно избежать беспорядка и хаоса.

Говоря о функциях политической системы, следует отметить, что наиболее полно, детально и последовательно их анализировал Алмонд. Он утверждает, что все системы выполняют два базовых набора функций- функции «ввода» и функции «вывода».Первый набор – «ввод» имеет четыре функции:

– политическая социализация и привлечение к участию;

– артикуляция интересов;

– агрегирование интересов;

– политическая коммуникация.

Набор функций «вывода» составляет три функции:

– разработка норм-законов;

– применение норм;

– контроль за соблюдением норм.

Функции «ввода» осуществляются преимущественно неправительственными подсистемами, функции «вывода» – прерогатива правительства.

1) Функция «политическая социализация и привлечение к участию»способствует распространению «духа участия» среди членов общества. Она свойственна всем современным политическим системам. Но если в демократических странах эту функцию выполняют неправительственные органы, хотя и там очевидно влияние государственных структур на процесс социализации, то в тоталитарных обществах эта функция, фактически, – прерогатива государства, ибо все агенты политической социализации (школа, молодежные организации, СМИ и др. находятся под контролем государства и культивируют «дух участия» строго в соответствии с господствующей идеологией.

В демократических странах в результате распространения «духа участия» индивидуумы превращаются в «субъекта» и «гражданина». В тоталитарных режимах этот процесс отсутствует. В настоящее время процесс политической социализации и привлечения к участию в Казахстане – создание новой политической культуры – решается медленно и трудно.

2) Артикуляция интересов –это первый функциональный шаг в ходе политической конверсии, который осуществляют группы интересов. В странах с демократическим режимом, для которых характерно официальное уважение общественного мнения и приверженность доктрине свободы ассоциаций, группы интересов могут рассматриваться как связующие звенья между гражданами и государством.

3) Агрегировапние интересов– это превращение требований в альтернативы государственной политики.

4) Политическая коммуникация– это процесс передачи информации и убеждений. Сам акт коммуникации американский политолог Г.Лассуэл описал следующим образом: «Кто? Что сообщил? Кому? С каким результатом?» Посредством этой функции обеспечивается связь между различными структурами политической системы. Для руководства и реализации политики обычно требуется вертикальный поток информации от народа к правительству и от правительства к народу. Кроме того, необходим и горизонтальный поток информации между уровнями и органами власти. Благодаря коммуникационному процессу стихийные действия по овладению властью облекаются в определенную форму взаимоотношений между людьми, формируется уважение к власти, создается государственность.

Функции «вывода».В результате нормотворчестваразрабатываются законы, которые определяют поведение граждан в обществе. Обычно процесс нормотворчества включает ряд этапов: выработку политики и выбор общих целей. Данную функцию выполняют законодательные, а также исполнительные и судебные органы.

Государственная политика не исчерпывается принятием законов. Важным аспектом политики и процесса принятия решений является функция «применения норм»,которую выполняют не только исполнительные органы и административная бюрократия, но нередко также законодательные и правовые структуры.

Контроль за соблюдением норм– это интерпретация законов и действия с целью определения факта нарушения данного закона и наложения соответствующего наказания. Контроль – это, в основном, компетенция судебных органов, хотя исполнительные и законодательные органы иногда играют значительную роль в судебных процессах.

Алмонд рассматривает функционирование политической системы на трех уровнях, что позволяет сравнивать различные типы политических систем.

Первый уровень – возможности системы. Возможности системы– это власть правительства над обществом, степень влияния на умы и поведение людей в интересах достижения правительственных целей. Здесь выделяется пять типов возможностей, которые могут быть весьма велики в одних случаях и чрезвычайно малы в других:

1) экстрактивная возможность– это способность системы черпать человеческие и материальные ресурсы (таланты людей, поддержка, деньги) в определенных целях;

2) регулирующая возможность– это способность контролировать поведение отдельных людей и групп в обществе, регулировать деятельность общества;

3) распределительная возможностьэто способность создавать, размещать и распределять материальные и нематериальные ценности в обществе;

4) реагирующая возможность– это способность системы реагировать на требования «подачей на выход» соответствующей политики, отвечать на многообразные требования, исходящие от различных групп;

5) символизирующая возможность– это способность системы развивать популярные убеждения, взгляды, мифы, создавая яркие, доходчивые символы и лозунги, манипулировать ими с целью поддержания необходимой легитимности для осуществления своих целей.

Многие политические системы, в основном, регулятивные и экстрактивные по характеру. Тоталитарные же системы подавляют требования общества и не реагируют на требования, исходящие из внешней среды. Известно, что коммунистический тоталитаризм отличался от фашистского сильной распределительной способностью. Символизирующая возможность в тоталитарных системах также велика.

В демократических системах на «выводы» регулирования, экстракции и распределения влияют «выводы» требований групп. Поэтому можно сказать, что демократии имеют более широкую реагирующую способность. С возможностями системы, безусловно, связана эффективность системы, т.е. ее общая способность давать результат, создавать и размещать ценности.

Второй уровеньфункционирования системы отражает то, что происходит в самой системе, т.е. имеется в виду конверсивный процесс. Конверсивный процесс (или функции) –это способы превращения входящих факторов в исходящие. Конверсивный процесс одной политической системы можно анализировать и сравнивать с процессом другой системы, согласно следующей схеме, включающей шестьосновных функций:

1) как формируются требования (артикуляция интересов);

2) как происходит комплектование требований в альтернативные программы действий (агрегирование интересов);

3) как формируются нормы (нормотворчество);

4) как эти нормы претворяются в жизнь (реализация норм);

5) как они контролируются и регулируются (контроль над нормами);

6) как все эти столь разнообразные действия соотносятся друг с другом внутри данной системы, а также при взаимодействии с окружающей средой (коммуникация).

Третий уровеньфункционирования политической системы включает функции поддержки модели и адаптации,к которым относятся, прежде всего, процесс социализации и рекрутирования, в ходе которого создаются новые роли и новые люди «врываются» в политическую жизнь.

Государство – это основной институт политической системы, организующий, направляющий и контролирующий совместную деятельность и отношения людей, общественных групп, классов и ассоциаций. Государство представляет собой центральный институт власти в обществе и концентрированное осуществление политики этой власти.

Государство возникло как закономерный, объективный результат естественного развития общества на известной ступени его зрелости. Государство выделилось из общества в процессе разложения первобытнообщинного строя под воздействием целого ряда причин из факторов. В политологической литературе выделяют обычно следующие причины возникновения государства.

1. Углубление общественного разделения труда, выделение управления в целях повышения его эффективности в специальную отрасль общественной деятельности. По мере развития производительных сил, расширения хозяйственных и иных связей, укрупнения человеческих общностей у общества появилась потребность в усилении управленческих функций и сосредоточения их у определенных лиц и органов.

2. Возникновение частной собственности, классов и эксплуатации.Государство появляется как результат непримиримости классовых интересов, как политическая экономически господствующего класса и орудие подавления им других классов и слоев.

Представители различных направлений в политологии, наряду с указанными сейчас причинами, называют и другие причины возникновения государства.

3. Демографические факторы, изменения в воспроизводстве самого человека.Здесь имеется в виду рост численности и плотности населения, переход народов от кочевого к оседлому образу жизни, запрет кровосмешения и упорядочение брачных отношений. Все это повышало потребность общества в регулировании взаимосвязей между людьми, проживающими на определенной территории.

4. Антропологические факторы. Представители антропологических концепций считают, что государственная форма организации коренится в самой общественной природе человека. Еще Аристотель писал, что человек как существо в высшей степени коллективное может реализовать себя только в рамках определенных форм общения. Государство, подобно семье и селению, есть естественная, органически присущая человечеству на определенной стадии развития высшая форма общежития.

5. Психологические, рационалистические и эмоциональные факторы. Государство рассматривается здесь как плод человеческого разума, созревший под влиянием определенных потребностей и эмоций человека.

По мнению Т. Гоббса, сильнейшим мотивом, побуждающим людей к заключению общественного договора о создании государства, является страх перед агрессией со стороны других людей, опасение за жизнь, свободу и имущество. Д. Локк ставит на первый план человеческий разум, веру в то, что государство способно лучше обеспечить естественные права человека, чем традиционные, догосударственные формы общежития.

6. Завоевание одних народов другими. Важную роль этому фактору в возникновении государство придавали сторонники теории насилия. По их мнению, государство возникает в результате внешних завоеваний и политического насилия, что усугубляет социальное неравенство, приводит к образованию классов и эксплуатации.

В литературе выделяются и другие факторы, влияющие на образование государства, Тем самым, возникновение государственности обусловлено многими причинами, среди которых вряд ли можно выделить какую-либо одну в качестве определяющей. Государство возникает, существует и развивается как результат усложнения экономической и социальной жизни, форма удовлетворения потребностей в упорядочении, регулировании и управлении общественным делами.

Понимание природы и сущности государства представляет собой весьма трудную задачу в связи с многогранностью и сложностью данного социального образования. Теория государства выделяет триединую основу происхождения, формирования и существования государства: общественную, классовую, политико-правовую и организационно-структурную. В зависимости от акцента на одной из этих основ сложились различные подходы к исследованию государства:

1) политико-философский, при котором государство рассматривается как универсальная организация, призванная обеспечить единство, целостность общества, решение «общих дел», регулирование взаимоотношений правителей (власти) и народа;

2) классовый, согласно которому государство есть порождение разделения общества на классы и орудие классовой борьбы, организация, по определению Ф. Энгельса, «самого могущественного, экономически господствующего класса, который при помощи государства становится также политически господствующим классом и приобретает таким образом новые средства для подавления и эксплуатации».

3) правовой и организационно-структурный подход, исследующий государство как источник права и закона, организующий жизнь общества и деятельность самого государства и его структур в системе политических отношений.

Указанные подходы не исключают друг друга и в своей совокупности помогают раскрыть сущность и специфику государства как политического института. Исходя из вышеизложенного можно дать следующее определение государства: Государство – это исторически обусловленная, выделившаяся из общества, детерминированная его экономическим строем классовая организация, которая осуществляет суверенную власть при помощи специального аппарата, защищает данные общественные отношения, выступая вместе с тем как официальный представитель всего общества.

Основными атрибутами (элементами) государства являются территория, население, власть.

Территория составляет физическую, материальную основу государства. Территория государства представляет собой пространство, на которое распространяется его юрисдикция. Это не только так называемая «твердая земля», суша, но и недра, водное и воздушное пространства. Территория как признак государства нераздельна, неприкосновенна, исключительна (на территории государства господствует власть только этого государства), неотчуждаема (государство, лишившееся территории перестает быть государством).

Население государства – это совокупность людей, проживающих на данной территории. Несмотря на существующие различия, население страны составляет единое сообщество, народ, выступающий как источник и носитель власти в государстве. Постоянное население данной территории имеет, как правило, устойчивую связь с государством в виде подданства или гражданства и пользуется его защитой внутри страны и за ее пределами.

Важным атрибутом государства является наличие отделенной от общества публичной власти. Такая власть не совпадает с населением, персонифицируется в виде особого слоя людей, профессионально занимающихся управлением. Осуществление публичной власти требует определенной организации – становления специального государственного аппарата и оснащения материально-техническими средствами.

Отличительными признаками государства в ряду других общественно-политических образований являются также:

1) суверенитет,т.е. верховенство государственной власти внутри страны и независимость вовне. Государство обладает высшей и неограниченной властью на данной территории; само определяет, какими будут его отношения с другими государствами, а последние не вправе вмешиваться в его внутренние дела. Государство располагает суверенитетом независимо от величины территории, численности населения, политического режима. Суверенитет не является синонимом абсолютной самостоятельности или изолированности. Государственный суверенитет является формальной юридической нормой, но не считается безусловной политической нормой, т.к. на практике может быть ограничен реальными отношениями внутри страны и на международной арене.

2) монопольное право на применение принуждения. Обладая исключительным правом на легальное или узаконенное насилие, государство располагает для этого необходимыми органами (армия, полиция, служба безопасности, суд) и средствами (оружие, другие ресурсы).

3) монопольное право на издание законов и правовых актов, обязательных для всего населения.

4) монопольное право на взимание налогов и сборов с населения.

Налоги необходимы для материального обеспечения государственной деятельности и содержания управленческого аппарата.

Место и роль государства в политической системе общества во многом определяется его функциями. Функции отражают основные направления деятельности государства, обусловленные его сущностью. Общепринятым является деление функций государства на внутренние и внешние. К внутренним функциям относятся:

1) защита существующего производства, экономической и социально-политической системы;

2) регулирование хозяйственной деятельности и социальных отношений;

3) культурно-воспитательная функция;

4) обеспечение законности и правопорядка.

Внешние функции государства составляют:

1) защита интересов данного государства на международной арене;

2) обеспечение обороны страны;

3) развитие взаимовыгодного сотрудничества и интеграции с другими странами;

4) участие в международном разделении труда.

Внешние функции закономерно вытекают из внутренних и являются их продолжением; вместе с тем они называют обратное влияние на внутренние функции.

Для осуществления указанных функций государство формирует комплекс специальных органов и учреждений, составляющих в совокупности организационную структуру государства или государственный механизм. Современный государственный механизм включает в себя, как правило, следующие элементы:

1) представительные органы государственной власти. Представительные учреждения получают легитимацию посредством прямого волеизъявления граждан (всеобщие выборы). Они подразделяются на высшие представительные органы (парламент), обладающие законодательной властью, и местные органы самоуправления, образуемые в соответствии с административно-территориальным делением страны;

2) исполнительно-распорядительные органы, или органы государственного управления.Назначение этих органов – непосредственное управление государственными делами, включающее в себя исполнительную деятельность (осуществление рекомендаций представительных учреждений) и распорядительную деятельность (осуществление управления путем издания подзаконных актов и выполнение организаторских действий). Различают высшие (правительство), центральные (министерства, ведомства) и местные исполнительные органы.

3) органы судебной власти осуществляют правосудие, разрешение конфликтов и споров, восстановление нарушенных прав, наказание нарушителей законов. Судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного, уголовного и др. судопроизводства;

4) органы прокуратуры осуществляют надзор за точным и единообразным исполнением законов органами государства, общественными объединениями, должностными лицами и гражданами;

5) органы государственного контроля;

6) органы охраны общественного порядка – милиция, полиция;

7) органы государственной безопасности;

8) вооруженные силы (армия);

Указанные органы в различных странах имеют разное оформление и название. Ни одно современное государство не может существовать без представительных учреждений, администраций и судопроизводства.

Более углубленный анализ государственности связан с выделением основных типов и форм государства. В основу типологии государств в марксистской литературе положен формационный подход, исходя из которого под историческим типом государства понимается совокупность основных, важнейших черт государства определенной общественно-экономической формации, выражающих его классовую сущность. Каждому способу производства соответствует свои тип государства. Истории известны следующие основные типы государства: рабовладельческое (в двух вариантах азиатском и античном), феодальное, буржуазное и социалистическое.

Данная типология имеет свое познавательное значение, но в наши дни не может быть признана исчерпывающе объективной и полной. В реальной жизни государств различных социально-исторических типов имеют множество своих конкретных модификаций.

От типов государства следует отличать формы государства. Под формой государства понимается способ организации и осуществления государственной власти. Форма государства раскрывает, как организована власть в государстве, какими органами представлена, каков порядок образования этих органов, какими методами осуществляется власть. Форма государства отражает исторические, географические, национальные, экономические и прочие особенности становления и развития различных государств.

Форма государства складывается из трех элементов: 1) формы государственного правления; 2) формы государственного устройства; 3) политического режима.

Под формой правления понимается организация верховной государственной власти, структура и порядок взаимоотношений высших государственных органов, должностных лиц и граждан. Различают две основные формы государственного правления: монархию и республику.

Монархия(от греческого monarhia – единовластие) – это форма правления, при которой власть полностью или частично сосредоточена в руках единоличного главы государства – монарха (короля, императора, шаха, царя и т.п.). Власть монарха, как правило, передается по наследству и считается непроизводной от какой-либо другой власти, органа или избирателей. Глава государства занимает пост на определенный срок и не несет юридической ответственности за свои действия.

Существуют неограниченные (абсолютные) и ограниченные(конституционные) монархии. Абсолютная монархия характеризуется всевластием главы государства. Монарх выступает единственным носителем суверенитета, обладает широкими полномочиями в законодательной, исполнительной и судебной сферах. Дух этой формы правления ярко выражен в знаменитой фразе Людовика XIV: «Государство – это я». Неограниченная монархия характерна для рабовладельческого и феодального общества. В настоящее время практически не встречается, за исключением нескольких стран – Саудовской Аравии, Катара, Омана.

Отличительной особенностью конституционной монархииявляется ограничение власти монарха парламентом. В зависимости от степени такого ограничения выделяют дуалистическую (двойственную) и парламентскую монархии. При дуалистической монархии (Иордании, Кувейт, Марокко) полномочия главы государства ограничены в сфере законодательства, но достаточно широки в сфере исполнительной власти. Монарх вправе назначать правительство, которое ответственно перед ним.

При парламентской монархии власть главы государства практически не распространяется на сферу законодательства и значительно ограничена в сфере исполнительной власти. Правительство формируется парламентским большинством и подотчетно парламенту, а не монарху. Тем самым «монарх царствует, но не правит». Сегодня конституционная парламентская монархия имеет место в Великобритании, Швеции, Дании, Испании, Бельгии, Японии и других странах.

Республика (лат. Respublica от res – дело и publicus – общественный) – это форма правления, при которой глава государства является выборным и сменяемым, а его власть считается производной от избирателей или представительного органа. Республиканская форма правления была известна еще рабовладельческому и феодальному обществам, но наибольшее развитие и распространение получила в эпоху капитализма. Выделяют три основных разновидности республики – президентскую, парламентскуюи смешанную (полу президентскую).

Президентская республика характеризуется значительной ролью президента в системе государственных органов. Президент является одновременно и главой государства, и главой исполнительной власти. Он избирается независимо от парламента либо прямым голосованием избирателей, либо коллегией выборщиков. Президент сам формирует правительство, которое ответственно перед ним, а не перед парламентом. Члены правительства обычно назначаются из состава партии, победившей на президентских выборах, в результате чего возможно несовпадение партийного состава правительства и парламентского большинства.

Отличительной чертой президентской республики является жесткое разделение законодательной и исполнительной ветвей власти. Парламент не может вынести недоверия правительству, но и президент не вправе распустить парламент. Отношения между парламентом и президентом основывается на системе сдержек и противовесов, взаимозависимости. Парламент может ограничивать действия президента с помощью законов и через утверждение бюджета. Президент обычно обладает правом отлагательного вето на решения парламента и правом законодательной инициативы.

Классический пример президентской республики – США, где и была впервые введена эта форма правления. В странах Западной Европы президентская республика не получила распространения, но она преобладает в странах Латинской Америки (Аргентина, Бразилия, Венесуэла, Боливия и др.)

В парламентской республике правительство формируется на парламентской основе и ответственно перед парламентом. Парламент может выразить вотум недоверия правительству, что влечет за собой отставку правительства либо роспуск парламента и проведение досрочных выборов. В большинстве стран с парламентской формой правления членство в правительстве совместимо с сохранением депутатского мандата. Глава правительства (премьер-министр, канцлер) реально является первым лицом в политической иерархии. Президент же фактически занимает в ней более скромное место, осуществляя главным образом представительские и церемониальные функции. Глава государства избирается, как правило, парламентским путем, т.е. либо парламентом, либо особой коллегией, создаваемой на основе парламента. К парламентским республикам относятся Италия, ФРГ, Индия, Турция, Израиль и др.

Выделяют также «смешанную» или полупрезидентскую республику. Эта форма правления стремится сочетать сильную президентскую власть с эффективным контролем парламента за деятельностью правительства, она не имеет таких устойчивых типичных черт, как парламентская или президентская республики и в различных странах существенно отличается в ту или иную сторону. Ее главным отличительным признаком является двойная ответственность правительства перед президентом и парламентом. Смешанными республиками являются сегодня Австрия, Финляндия, Франция и др.

Что касается Казахстана и других Республик бывшего СССР, то очевиден отказ этих стран от модели республики советского типа и поиск наиболее приемлемых вариантов формы правления. В государствах Прибалтики сложились элементы парламентской республики, что во многом определяется довоенными традициями и влиянием западноевропейской политической культуры. В России, Казахстана, других странах СНГ устанавливается режим республики президентского типа (собственно президентской или полупрезидентской). При этом высказывается мнение, что для государств, находящихся в кризисном состоянии, предпочтительнее сильная президентская власть. Однако эта точка зрения не является общепризнанной. Споры и дискуссии в пользу парламентской или президентской республики скорее всего разрешит практике политической жизни. Априорного предпочтения какой-либо форме правления дать невозможно. Все зависит от особенностей исторического развития страны, устоявшихся традиций и обычаев, конкретной политической ситуации.

Форма государственного устройства раскрывает территориально-организационную структуру государства, характер взаимоотношений центральных и местных властей. Основные формы государственного устройства в современном мире – это унитарное (простое) государство, федерацияиконфедерация (сложные государства).

Унитарное государство– это единое, простое государство, состоящее из административно-территориальных единиц, не обладающих собственной государственностью. Унитарное государство имеет единую конституцию, единую правовую систему, единую систему высших органов власти и управления, единое государство.

Унитарными государствами являются Франция, Швеция, Дания, Турция, Эстония, Казахстан и многие другие страны. Подавляющее большинство унитарных государств имеет многонациональное население, но есть и исключения. В рамках унитарных государств возможна административная и национальная автономия для некоторых структурных подразделений.

Федерация – это сложное, союзное государство, состоящее из государственных образований, обладающих определенной политической самостоятельностью (штатов, кантонов, республик, земель и т.п.). При верховенстве общегосударственной (федеральной) власти и общегосударственного (федерального) права государственные образования – члены федерации имеют собственные конституции, законодательство, гражданство, высшие органы власти.

По своему замыслу федеративный принцип государственного устройства призван обеспечить свободное объединение и равноправное взаимодействие общностей, обладающих значительными этническими, историко-культурными, религиозными, лингвистическими и др. особенностями, создать оптимальные возможности для выражения региональных и других интересов. Федерации формируется как на территориально-административной основе (США, ФРГ, Канада, Мексика, Бразилия, Бельгия и др.), так и национально-территориальной (Российская Федерация).

Члены федерации в большинстве случаев не обладают правом одностороннего выхода (рецессии) из союзного государства, т.к. это не только подрывает целостность и стабильность федерации в целом, но и может нанести серьезный ущерб интересам других федераций.

Конфедерация – союз юридически и политически самостоятельных государственных образований для осуществления конкретных совместных целей. Государства–члены конфедерации сохраняют государственный суверенитет, самостоятельное гражданство, независимую систему органов власти, свое законодательство передают в компетенцию союза лишь решение ограниченного числа вопросов, чаще всего в области обороны, внешней политики, транспорта и связи. Решения по общим для союзных государств вопросам не обязательно действуют на территории каждого входящего в конфедерацию государства, т.к. их органы власти обладают в ряде случаев правом неприменения акта конфедеративного органа на своей территории.

Конфедерация – неустойчивая форма государственности и обычно либо эволюционизирует в федерацию, либо распадается. Конфедерации имели место в США (1776 – 1787 г.г.), Швейцарии (1291 – 1848 г.г.), Германии (1815 – 1867 г. г.), Сенегамбии (объединение Сенегала и Гамбии в 1982 – 1989 г. г.). Не исключено, что черты конфедерации могут сложиться в ходе дальнейшего развития СНГ.

Концепция правового государства имеет глубокие исторические и теоретические корни. Идея господства права, верховенства закона в жизни общества высказывалась еще в древности, в частности, Платоном.

Теория правового государства в ее целостном виде разработана представителями либерализма. Сам термин «правовое государство» утвердился в XIX веке. Значительными веками на пути к правовому государству стали Конституция США 1787 г. и Конституция Франции 1789 г., впервые закрепившие некоторые положения правовой государственности. Решающими факторами создания правового государства стали успехи в формировании гражданского общества и общее социально-экономическое, культурное развитие общества, его новых цивилизационных, технических, научных основ.

Правовое государство – это государство, ограниченное в своих действиях правом, защищающим свободу личности и подчиняющим власть воле суверенного народа.Право есть система общепризнанных, формально определенных, гарантированных государством норм, т.е. правил поведения общего характера, выступающих в качестве регулятора общественных отношений. Право является средством организации государственной власти. Посредством юридических норм государство осуществляет необходимые функции, делает свои веления общеобязательными для всего населения.

В правовом государстве функционирует режим конституционного правления, существует развитая и непротиворечивая правовая система с эффективным контролем политики и власти. Осуществление внутренней и внешней политики государства, деятельность его органов, должностных лиц связаны правовыми нормами и подчинены им. Концепция правового государства обосновывает правовое равенство всех граждан, приоритет прав человека над законами государства, невмешательство государства в дела гражданского общества.

Теория и практика правового государства позволяет выделить следующие его отличительные признаки.

1. Суверенитет народа, конституционно-правовая регламентация государственного суверенитета. Это означает, что именно народ является конечным источником власти; государственный же суверенитет носит представительный характер.

2. Верховенство закона, выражающего правовые принципы общества. Законы правового государства опираются на Конституцию страны и обладают наивысшей обязательной силой по сравнению со всеми иными нормативными актами, издаваемыми государственными органами. Закон не может быть отменен, изменен ни ведомственными актами, ни правительственными распоряжениями, ни решениями партии. В этой связи встает вопрос о качестве самого закона. В подлинно демократическом правовом государстве закон должен соответствовать праву, быть гуманным, справедливым, прогрессивным, закреплять неотъемлемые права человека.

3. Всеобщность права, связанность правом самого государства и его органов. Государство, издавшее закон, не вправе его само нарушать. Все органы государства и должностные лица действуют строго на основе и во исполнение законов, в пределах компетенции и в порядке, установленном правовыми нормами.

4. Взаимная ответственность государства и личности. Не только гражданин, отдельные организации и учреждения несут ответственность перед государством за выполнение своих обязанностей, но и государство, его должностные лица ответственны за свои действия перед гражданином. Личность соглашается на определенные ограничения и обязуется подчиняться общим установлениям государства, а государство несет ответственность за соблюдение прав личности, гарантирует ей достойные условия жизнедеятельности. В основе правового государства лежит стремление оградить человека от государственного террора, мелочной опеки со стороны органов власти, гарантировать индивидуальную свободу.

5. Разделение властей.В соответствии с принципом разделения властей власть не должна быть сосредоточена в руках одного лица или одного органа, а должна быть рассредоточена, чтобы избежать деспотизма, между законодательной, исполнительной и судебной ветвями власти. Принцип разделения властей требует самостоятельности, независимости, строгого разграничения компетенции этих трех властей, наличия системы сдержек и противовесов, с помощью которой каждая ветвь власти могла бы ограничивать другую. Принцип разделения властей не исключает, а предполагает единство и взаимодействия властей, конституционные решения которой обязательны для всех.

Принцип разделения властей действует и в вертикальном аспекте как сбалансированное соотношение центральной власти с региональной, местной властью. Сосредоточение слишком большой власти у центра может приводить к игнорированию местных интересов, и наоборот, чрезмерная компетенция местных органов может отрицательно сказаться на общенациональных интересах.

6. Незыблемность свободы личности, ее прав, чести и достоинства. Первооснова правового государства – признание прав и свобод человека и гражданина, их уважение, соблюдение и защита со стороны государства. Правовое государство исходит из того, что права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат ему от рождения; права и свободы предоставлены в равной мере всем и каждому; осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать прав и свобод других лиц; каталог прав и свобод человека и гражданина должен соответствовать международным стандартам, зафиксированным во Всеобщей Декларации прав человека 1948 г., Пакте об экономических, социальных и культурных правах и Пакте о гражданских и политических правах 1966 г.

7. Наличие эффективных форм контроля и надзора за соблюдением прав и свобод граждан, реализацией законов и других нормативных актов, гибкого механизма гарантий свободы народного волеизъявления. Правовое государство признано создать развитую и действенную систему судебных органов, арбитража, народного (государственного) контроля и т.п.

Правовое государство явилось важным этапом в расширении свободы индивида и общества. Однако, в своем классическом, либеральном варианте концепция правового государства делает акцент на формальном, правовом равенстве, не затрагивая проблемы достижения фактического, социально-экономического равноправия граждан. Поэтому в послевоенный период идея правового государства была дополнена теорией и практикой социального государства.

Социальное государство – это государство, стремящееся к обеспечению достойных условий существования своих граждан, удовлетворению их материальных и духовных потребностей, социальной защищенности, соучастия в управлении производством. Достигается это с помощью перераспределения национального дохода в пользу менее обеспеченных слоев, проведения политики занятности, охраны труда, развития общедоступного образования, здравоохранения и др.

Социальное государство осуществляет свои цели и задачи в форме правовой государственности и стремится при этом к расширению прав граждан, достижению большей социальной справедливости, сглаживанию социального неравенства. В наши дни демократические государства пытаются найти оптимальную меру сочетания правового и социального принципов в своей деятельности.

Советская правовая доктрина долгое время считала неприемлемой саму идею правового государства как буржуазную, а значит антимарксистскую, антинаучную, рассматривая ее с узкоклассовых позиций и отрицая общедемократическое содержание. Только в конце 80-х годов была признана необходимость формирования правового государства в нашей стране. В Конституции говорится: «Республика Казахстан утверждает себя демократическим, светским, правовым и социальным государством, высшими ценностями которого являются человек, его жизнь, права и свободы». В Конституции зафиксированы и основные принципы такого государства: уважение прав и свобод граждан, разделение властей, идеологический и политический плюрализм, признание единственным источником власти воли народа и т.д.

Однако очевидно, что от конституционного закрепления идеи правового, социального государства до ее практической реализации лежит долгий и трудный путь. Для этого необходимы как политическая воля, проведение соответствующих политических реформ, так и создание необходимой социально-экономической базы, развитие культуры и другие предпосылки.

Формирование правового государства возможно лишь на основе развитого гражданского общества. Долгое время в истории общественно-политической мысли понятие «государство» и «общество» не разграничивалась. Лишь в эпоху Просвещения в органической связи с идеей правового государства формируются представления о гражданском обществе. Наиболее полное обоснование проблема разграничения государства и гражданского общества получила у Гегеля.

Гражданское общество – это система самостоятельных и независимых от государства общественных институтов и отношений, которые призваны обеспечивать условия для самореализации отдельных индивидов и коллективов, реализации частных интересов и потребностей. Гражданское общество имеет сложную структуру и включает в себя экономические, духовные, нравственные, религиозные, этнические, семейные и другие отношения и институты, не опосредованные государством. Оно охватывает производственную и частную жизнь людей, их традиции, нравы, обычаи, сферы образования, науки, культуры, находящиеся вне непосредственной деятельности государства.

Интересы и потребности различных групп и индивидов выражаются и осуществляются через такие институты гражданского общества, как семья, церковь, политические партии, профессиональные, творческие объединения, кооперативы, социальные движения, органы общественной самодеятельности и др. Тем самым гражданское общество предполагает многообразие коллективов, территориальных общностей, культурных, национальных сообществ, т.е. множественность социальных субъектов, относительно независимых от государства и способных к самоорганизации. В гражданском обществе, в отличие от государственных структур, преобладают не вертикальные (подчинения), а горизонтальные связи – отношения конкуренции и солидарности между свободными и равноправными партнерами.

Базисом гражданского общества является многоукладная рыночная экономика, плюрализм форм собственности, самостоятельность субъектов хозяйствования, предоставление широкой деловой инициативы гражданам. Важным условием функционирования гражданского общества является также наличие развитой социальной структуры, отражающей богатство и многообразие различных групп и слоев. Социальную основу гражданского общества составляет так называемый средний класс, включающий наиболее активную и мобильную часть населения. Духовная сфера гражданского общества предполагает плюрализм в области идеологии, реальную свободу слова, печати, совести, достаточно высокий уровень социального, интеллектуального, психологического развития личности.

Гражданское общество – продукт буржуазной эпохи и формируется преимущественно снизу, спонтанно как результат раскрепощения индивидов, их превращения из подданных государства в свободных граждан-собственников, готовых взять на себя хозяйственную и политическую ответственность.

Формирование и развитие институтов гражданского общества идет одновременно и в тесной с развитием политических институтов современного государства. Гражданское общество и государство неразрывно связаны между собой и немыслимы друг без друга.

Гражданское общество выступает как сфера реализации частных интересов и потребностей – индивидуальных и коллективных, часто противостоящих друг другу. Государство же как выразитель воли всего населения призвано примирить, совместить эти интересы, обеспечить консенсус по основополагающим вопросам общественно-политической жизни.

Взаимоотношения между гражданским обществом и государством носят сложный, часто конфликтный характер. Саморазвивающаяся система, каковой является гражданское общество, постоянно испытывает давление со стороны государства. Недостаточная развитость общества подталкивает государство к узурпации его прав, присвоению себе функций гражданского общества. В результате в условиях тоталитарных режимов происходит огосударствление общества, фактическое уничтожение или крайне сужение независимости от государства общественной жизни. Государство стремится здесь подчинить себе все общество, охватить своим влиянием все сферы жизнедеятельности.

При демократическом режиме государство и гражданское общество выступают как равноправные партнеры, как самостоятельные субъекты общественной жизни. Решение общественных проблем осуществляется путем компромисса между государством и обществом.

Для посткоммунистических стран формирование гражданского общества представляет сегодня необходимое условие их перехода к рынку и правовой государственности. Попытки в короткий срок ввести принципы правового государства еще до создания элементов гражданского общества не могут быть успешными и чреваты разрушительными последствиями.

Вопросы для самоконтроля: Модуль 2, вопросы 69-77.

Рекомендуемая литература: 2, 9, 10, 13. 22, 74.

ТЕМА 9. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ И ОБЩЕСТВЕННЫЕ ДВИЖЕНИЯ

ПЛАН

1. Партия как политический институт.

2. Партийные системы, уклады и коалиции.

3. Общественные организации и движения.

Важное место в политической системе обществ занимают разнообразные общественные объединения граждан – политические партии, профсоюзные, молодежные и женские организации, массовые движения, ассоциации, фонды, союзы и т. д.

Общественное объединение – это добровольное формирование, возникшее в результате свободного волеизлияния граждан, объединившихся на основе общности интересов. Среди общественных объединений выделяют такие основные группы формирований, как политические партии, общественные организации и общественные движения. Обладая рядом общих признаков (добровольность, преднамеренность создания, самодеятельность и т. д.), эти типы общественных объединений отличаются между собой своими целями, задачами, степенью организационной оформленности. Особо важную роль в системе властных отношений играют политические партии.

Политические партии и партийные системы представляют собой продукт длительного исторического развития. Термин «партия» происходит от латинского partis, что означает часть чего-то целого, сторону какого-либо явления или процесса. Это понятие уже в древнем мире использовалось для обозначения групп политических союзников, стремящихся к общей цели. Однако политические фракции, союзы имевшие место при рабовладельческом и феодальном обществе, лишь условно могут быть названы партиями: это были аморфные, временные образования, которые не могли играть сколько-нибудь значительные роли в общественно-политической жизни.

Возникновение и развитие партий и партийных систем в современном смысле слова связано с эпохой буржуазных революций, с появлением и развитием парламентаризма как формы организации и осуществления государственной власти. В генезисе партии как политического института выделяют, согласно общепринятой в политологии классификации М. Вебера, три этапа: аристократическая группировка – политический клуб – массовая партия.

Так в Англии предшественниками современных консервативной и либеральной партий были аристократические группировки тори и вигов, возникшие во второй половине XVII в., различия между которыми носили первоначально вероисповедальный, династический характер. В 30-х годах тори и виги сформировали политические клубы – соответственно Карлтон Клаб и Реформ Клаб, которые в своей деятельности ориентировались на парламент. В США после провозглашения независимости возникли партийные группировки федералистов и антифедералистов. В Конвенте революционной Франции действовали политические клубы жирондистов, якобинцев, монтаньяров.

Прототипы современных партий (группировки и клубы), существовавшие в XVII – начале XIX вв., значительно отличались от сегодняшних партий по своим функциям, способам организации и деятельности. Небольшие по численности, они действовали, прежде всего, в стенах парламента и опирались на узкую прослойку «избранных» граждан. Отсутствие централизованного руководства, слабость организационных связей восполнялись общностью взглядов их членов.

Качественные изменения в характере политических партий произошли ХIХ веке в результате расширения избирательного права и возникновения организованного рабочего движения. Постепенное снятие цензовых ограничений, реформы избирательного права во многих странах существенно расширили избирательный корпус. Борьба за массы заставляет буржуазные партии отказаться от замкнутости, выйти за пределы парламента, чтобы оказывать постоянное идеологическое и политическое воздействие на избирателей.

Значительный вклад в развитие политической партии как института внесло рабочее движение. Оно создало классический тип партии с массовым членством, сетью местных организаций, периодическим съездом, уставом, членскими взносами. Рабочие партии возникли внепарламентским путем – на основе профсоюзного, кооперативного движения, рабочих и интеллигентских кружков. В конце ХIХ – начале ХХ вв. рабочее движение размежевалось на два течения – революционное и реформистское, на основе которых возникло две основные группы партий рабочего класса – коммунистические и социалистические.

В начале ХХ в. возникают христианско-демократические и другие конфессиональные партии. С развитием национально-освободительного движния складываются различные по своей классовой сущности партии, нацеленные на национальное освобождение угнетенных народов.

Что же такое политическая партия?Политическая партия – это организованная группа единомышленников, представляющая интересы части народа и ставящая своей целью их реализацию путем завоевания государственной власти или участия в ее осуществлении.

Основными отличительными признаками политической партии являются:

1. Связь с определенным классом, социальным слоем, группой или совокупностью, т. е. наличие социальной базы;

2. Обладание определенной программой деятельности, отражающей единство мировоззренческих установок и идеологических принципов членов партии;

3. Наличие формализованной организационной структуры (членство, субординация органов, партийный аппарат и т.д.);

4. Установка на достижение политической власти и действие по ее практическому воплощению.

Специфика партии как политического института – это открытая борьба за политическую, государственную власть. Какую бы конкретную цель ни ставила перед собой партия – будь то построение коммунизма или охрана окружающей среды – она добивается того с помощью борьбы за власть. Этим политическая партия и отличается прежде всего от других разновидностей общественных объединений (общественных организаций и движений), которые также активно участвуют в политической жизни, но не добиваются прямого контроля над политической властью.

Мир политических партий чрезвычайно многолик. Разобраться в этом многообразии помогает типология политических партий. Тип партии – это понятие, отражающее наиболее существенные признаки определенной группы политических партий. В основу типологии могут быть положены различные критерии: социальная база, идеологический облик, принципы организации, методы деятельности и др.

По своей классовой сущности партии подразделяются на буржуазные, мелкобуржуазные, помещичьи, рабочие.

С точки зрения их идейно – политической ориентации различаются коммунистические, социал-демократические, либеральные, консервативные партии, а также партии, опирающиеся на различные религиозные и национальные доктрины.

По отношению к существующему порядку, содержанию целей и задачвыделяют революционные партии (стремящиеся к радикальному качественному преобразованию общества), реформистские (стремящиеся к улучшению общественной жизни без структурных принципиальных изменений), консервативные (отстаивающие сохранение устойчивых, сложившихся форм общественной жизни) и реакционные партии (стремящиеся к восстановлению предшествующих общественных порядков и структур).

По месту в системе государственной властипартии подразделяют на правящие и оппозиционные, по условиям деятельности на легальные, полулегальные и нелегальные.

В соответствии с характером членства, принципами организации партии делятся на кадровые и массовые. Кадровые партии отличаются немногочисленностью, аморфным свободным членством, организационной рыхлостью, децентрализованной структурой. Отсутствует система официального членства с соответствующей регистрацией и регулярной уплатой членских взносов. Кадровая партия ориентируется на участие и победу в выборах. Опирается не столько на партийную массу, сколько на партийный актив и партийных функционеров, а также финансовую поддержку влиятельных кругов общества. В наибольшей степени типу кадровой партии соответствуют в настоящее время Республиканская и Демократическая партии США.

Массовая партия стремится вовлечь в свои ряды как можно большее число членов, поскольку основным источником ее финансирования являются членские взносы. Для массовой партии характерно фиксированное членство, тесные и постоянные связи между членами партии. Примером массовых партий могут служить коммунистические и социалистические партии.

Место и роль партии в политической системе определяется во многом ее функциями. Функции отражают основные задачи и направления деятельности политической партии, ее назначение в обществе. К числу наиболее общих функций политических партий относятся:

1. Представительство социальных интересов;

2. Выработка программных установок, политической линии партии;

3. Формирование общественного мнения, политическое образование и политическая социализация граждан;

4. Участие в борьбе за власть и в ее осуществлении, в формировании политической системы общества;

5. Подготовка и выдвижение кадров.

Политическая партия выступает как посредник между государством и гражданским обществом. Партии обеспечивают связь масс с государственными структурами, институциализацию политического участия граждан и замену стихийных форм общественно—политической активности населения организованными подверженными контролю формами. Через политические партии граждане выдвигают свои групповые требования к государству и одновременно получают от него обращения за поддержкой в решении тех или иных политических вопросов. Тем самым партии развивают как прямые, так и обратные связи народа и государства.

План

1. Понятие политического режима.

2. Тоталитаризм.

3. Авторитаризм.

4. Понятие демократии.

5. История развития демократии.

6. Современные формы развития демократии.

1. Понятие политического режима

Наряду с понятием “политическая система” в научной и публицистической литературе, в средствах массовой информации и повседневной речи часто используется понятие «политический режим». Как же соотносятся эти два понятия?

Понятие “политический режим” является важнейшим в европейской политологии., в отличие от американской, отдающей предпочтение термину “политическая система”. Произвольное использование категории “политический режим” не сохранило за ним достаточно четкого содержания. Вследствие этого она до сих пор относится к сущностно оспариваемым понятиям и различными учеными трактуется по-разному. Так, сторонники системного подхода расширительно интерпретируют понятие политического режима и практически отождествляют его с понятием политической системы.

Термины “политическая система” и “политический режим” характеризуют политическую жизнь с разных сторон: “политическая система” выявляет характер связей с внешней средой, механизм принятия и реализации властных решений, а “политический режим” определяет средства и методы реализации общезначимых интересов, выражает характер взаимосвязи государственной власти и индивида.

Итак, политический режим – это функционирующая в рамках политической системы совокупность структур власти, которая характеризуется конкретно-историческими формами, образом правления, а также методами и средствами осуществления правящими кругами своей политической власти.

В самом общем виде, используя критерий средств и методов, применяемых государством при осуществлении власти, все политические режимы можно подразделить на три основных типа: демократический, тоталитарный и авторитарный.

При типологизации режимов в рамках демократии ключевое значение имеет соотношение или конфигурация властных институтов. А последняя, в свою очередь, определяется разделением властей. В системе диктатуры, то есть в диктаторской политической системе такой критерий не подходит, поскольку здесь вообще отсутствует реальное разделение властей. По этому критерию в современной диктаторской политической системе различаются авторитарные и тоталитарные режимы. Внутри последних существует целая гамма особенностей, модификаций. Например, в рамках тоталитаризма различаются большевистский, нацистский и фашистский режимы. В авторитаризме тоже можно различить режимы с большей или меньшей жесткостью или “либеральностью” в организации властной вертикали.

Тоталитаризм

Термин “тоталитаризм” происходит от латинского слова “totalis”, означающего “весь”, “целый”, “всеобщий”. Тоталитаризм – это политический режим, стремящийся установить полный (тотальный) контроль над обществом и гражданами.

Идеи тоталитаризма уходят своими корнями в глубокую древность. И на Востоке (древний китайский философ Шан Ян), и на Западе (Платон) развивали идеи, обосновывающие необходимость жесткого контроля государства над всеми членами общества. Всякий раз, когда в развитии человеческого общества происходили заметные сдвиги в системе разделения труда и появлялись новые потребности, это приводило к некоторой потере управляемости социальными процессами. Усложненное и дифференцированное общество не сразу находило адекватные способы регуляции общественных процессов, что, в свою очередь, вызывало к жизни идеи ужесточения контроля государства над всеми сферами жизнедеятельности общества и отдельного индивида.

В первой половине XX в. тоталитарная мысль воплотилась в политическую практику в ряде стран, что позволило систематизировать и выделить признаки тоталитаризма, сформулировать его видовую специфику. Следует отметить, что практика развития тоталитарных систем привела многих ученых к выводу, что тоталитаризм представляет собой не только политический режим, но и определенный тип общественной системы. Однако доминирующей в политической науке является трактовка тоталитаризма как политического режима.

На основе функционирования тоталитарных режимов в гитлеровской Германии и сталинском СССР в 40-50-е гг. на Западе была создана теория тоталитаризма. Первые классические теоретические исследования по проблемам тоталитаризма – это работы Ф.Хайека (1899-1992) “Дорога к рабству” (1944), и Х.Аренд (1906-1975) “Истоки тоталитаризма” (1951), а также совместный труд К.Фридриха и З.Бжезинского “Тоталитарная диктатура и автократия” (1956). Более поздние попытки создать теорию тоталитаризма на базе реального исторического материала особого успеха не имели, так как они, отображая самые одиозные политические системы XX в. – гитлеровского фашизма и сталинского социализма – по мере смягчения, либерализации политических режимов в СССР и других социалистических странах все больше расходились с реальностью и к тому же не отражали принципиальных различий между отдельными тоталитарными системами. Эти теории оказались адекватны лишь эпохе сталинского террора. Поэтому считается общепризнанной трактовка тоталитаризма как преимущественно нормативного понятия, находящего большее или меньшее практическое воплощение в идеологии, политическом движении и реальной политической системе.

Общими отличительными признаками тоталитаризма являются стремление к всеобъемлющей организованности общества и полному контролю государства за личностью, к радикальному преобразованию всей общественной системы в соответствии с революционной по своему характеру социальной утопией, не оставляющей места для индивидуальной свободы и социальных противоречий.

Как было отмечено выше, идеи тоталитаризма уходят своими корнями в глубокую древность, достаточно детальное обоснование тоталитарные модели государства получили у Платона, Т.Мора, Т.Кампанеллы, Г.Бабефа, К.А.Сен-Симона, Ж.-Ж.Руссо. Позже они развивались в трудах Гегеля, Маркса, Ницше, Ленина и других мыслителей. Несмотря на глубокие содержательные различия, тоталитарные концепции имеют общую логику. Как отмечал Н.А.Бердяев, первоистоки тоталитаризма следует искать в политизации утопии. Идеальные образы совершенного строя – утопии – играли огромную роль в истории. В тоталитарной модели привлекательная утопия отождествляется с абсолютной истиной. Это позволяет рассматривать все остальные теории и взгляды как заблуждения или сознательную ложь, а их носителей – либо как врагов, либо как темных или заблудших людей, требующих перевоспитания. Поэтому утопия всегда тоталитарна, всегда враждебна свободе, предполагающей плюрализм мнений. Именно с вопроса об отношении к собственному учению как истине в последней инстанции, и к другим социальным идеям начинается разрыв тоталитаризма с рационализмом, на почве чего вырастает тоталитарное стремление к построению совершенного общества.

Тоталитарная утопия представляется в форме идеологии, обосновывающей цели коллективных действий. Дальнейшая логика формирования тоталитарного строя такова. Общие цели конкретизируются и реализуются с помощью жесткого экономического и социального планирования. Всеобъемлющее планирование нуждается в надежной гарантии реализации планов – всесильной власти и массовой поддержке, что обеспечивается с помощью как разрастания институтов власти и социального контроля, так и систематической идеологической обработки населения и его мобилизации на исполнение планов. При этом подавляется всякое инакомыслие, так как без единой идеологической веры невозможно массовое послушание. Управляемая из центра сложнейшая государственная машина не допускает индивидуальной свободы граждан. Ради достижения общей цели допускаются методы насилия и террора, так как власть действует по принципу “цель оправдывает средства”.

Предпосылки тоталитаризма. Реальное воплощение тоталитарных моделей стало возможным лишь на определенном этапе развития общества. Главной предпосылкой тоталитаризма является индустриальная стадия развития общества. Она связана с развитием массовых коммуникаций, что сделало технически возможным систематическую идеологическую обработку населения и всеобъемлющий контроль над личностью.

На этой ступени социально-экономического развития в индустриально развитых странах появились мощные монополии, охватившие целые отрасли промышленности и наладившие тесное взаимодействие с государством. Усилилось и само государство, расширились его социальные функции. Нарастание элементов организованности и управляемости общества, успехи в развитии науки, техники и образования порождали иллюзию возможности перехода к рационально организованной и тотально управляемой форме жизни в масштабах всего общества. Стержнем этой новой тотальной организации могла быть только всесильная и всепроникающая государственная власть.

Порождением индустриализма и этатизма (возрастания влияния государства на экономику и другие сферы жизни общества) является коллективистско-механистическое мировоззрение, лежащее в основе тоталитарной идеологии. В соответствии с этим мировоззрением, человек – лишь винтик в хорошо организованной государственной машине. Противоречие между усложнением социальной организации и индивидуальной свободой решается в пользу государственной машины. Тоталитаризм базируется на сознании, исходящем из безусловного подчинения индивида коллективу.

Важной субъективной предпосылкой тоталитаризма является психологическая неудовлетворенность человека атомизацией общества в индустриальную эпоху, разрушением традиционных связей и ценностей, нарастанием социального отчуждения. Человек перестал чувствовать себя неотъемлемой частью семьи, рода, общины, испытал стремление убежать от бездушного капиталистического мира, преодолеть бессилие и страх перед жестокой рыночной стихией, найти смысл жизни в служении великой цели, в новых идеологических ценностях и коллективистских формах организации.

Тоталитаризм для многих одиноких, социально отчужденных людей имеет психологическую привлекательность. Он дает надежду утвердить себя в чем-то значительном: в классе, нации, государстве, партии и пр. Кроме того, тоталитарная идеология многим дает возможность найти выход своим агрессивным, разрушительным инстинктам, преодолеть комплекс собственной неполноценности и утвердиться за счет принадлежности к избранной социальной (национальной, расовой) группе или партии.

Психологическая неудовлетворенность существующим строем и привлекательность тоталитаризма резко возрастает в периоды социально-экономических кризисов. Кризис резко усиливает бедствия и неудовлетворенность населения, ускоряет появление необходимых для утверждения тоталитаризма социальных предпосылок – значительных по численности и влиянию социальных слоев, непосредственно участвующих в тоталитарной революции и поддерживающих ее. Наиболее решительными сторонниками тоталитаризма выступают маргинальные группы – промежуточные слои, не имеющие устойчивого положения в социальной структуре, стабильной среды обитания, утратившие культурную и социально-этническую идентичность.

Эти и другие благоприятные для тоталитаризма факторы могут быть реализованы лишь при наличии необходимых политических условий. К ним прежде всего относится упомянутая уже этатизация общества, а также появление тоталитарных движений и партий нового типа – предельно идеологизированных и достаточно массовых организаций с жесткой, полувоенной структурой, претендующих на полное подчинение своих членов новым идеям и их выразителям-вождям. Именно эти организации и движения, использующие благоприятные социальные условия, и явились главными творцами тоталитарных режимов.

Тоталитарные режимы имеют ряд характерных черт. Эти специфические идеологические, политические и социально-экономические характеристики являются общими для всех известных тоталитарных режимов.

При выявлении общих черт тоталитарных режимов отправным пунктом является анализ лежащей в их основе идеологии и общественного сознания. Идеология призвана сплачивать людей в политическую общность, служить ценностным ориентиром, мотивировать поведение граждан и государственную политику.

Различным формам тоталитарной идеологии присущи некоторые общие свойства. Прежде всего, тоталитарная идеология заимствует у некоторых религий идеи о счастливом завершении истории, достижении конечной цели, смысла существования человека, которым может выступать коммунизм, тысячелетний рейх и т.д. Привлекательная утопия, рисующая образ будущего строя, используется для оправдания огромных повседневных жертв народа. Телеологизм (от греч. tе1еоs – цель) тоталитарной идеологии проявляется в рассмотрении истории как закономерного движения к определенной цели, а также в ценностном приоритете цели над средствами ее достижения.

По своему содержанию тоталитарная идеология революционна. Она обосновывает необходимость формирования нового общества и человека. Все ее здание базируется на социальных мифах, например, о капитализме и коммунизме, о руководящей роли рабочего класса, о превосходстве арийской расы и т.д. Эти мифы не подлежат критике и имеют характер религиозных символов.

Тоталитарная идеология проникнута идеей о непогрешимых, всезнающих вождях, на которых возложена миссия просвещать и вести за собой массы. Важным качеством тоталитарной идеологии является ее обязательность для всех граждан страны. Тоталитарное общество создает мощный аппарат идеологических работников, манипулирующих общественным сознанием через партийные организации и средства массовой информации. Для тоталитаризма характерна монополия на СМИ, идейные оппоненты рассматриваются как политические противники, враги нации, к ним допустимо применение любых средств насилия.

К политическим чертам тоталитаризма относится прежде всего тотальная политизация общества, гипертрофированное развитие аппарата власти, ее проникновение во все сферы социального организма. Мощная государственная власть является главным гарантом идеологического контроля над населением. Тоталитаризм полностью отрицает гражданское общество, все формы самоорганизации людей, независимую от власти частную жизнь.

Тоталитарная власть признает одну форму политической организации граждан – партию нового типа. Эта партия срастается с государством и концентрирует в себе реальную власть в обществе. Запрещаются всякая политическая оппозиция и создание любых, даже далеких от политики организаций.

Являясь единственной политической силой в стране, такая партия претендует на выражение воли народа. Демократия, предполагающая представительство на основе выборов, превращается в фикцию, при которой участие населения в безальтернативных выборах достигает 99,9%, а истинный процесс принятия решений узким кругом партийных руководителей прикрывается видимостью всенародной поддержки, выражением которой служат проводимые по всей стране собрания, митинги, демонстрации.

Социальные и экономические черты тоталитаризма. Тоталитаризм пытается создать адекватную себе социальную структуру общества. Стремясь найти массовую опору, он провозглашает превосходство определенного класса, нации или расы, делит людей на своих и чужих. При этом свои должны объединяться в борьбе с чужими: буржуазией, мировым империализмом, представителями тех или иных наций. В процессе ликвидации или ограничения частной собственности происходит массовая люмпенизация населения, индивид попадает в тотальную зависимость от государства, без которого большинство людей не могут получить средства существования: работу, жилье и т.д.

Личность полностью лишается всякой самостоятельности, человеку внушают, что не он сам отвечает за свою судьбу, а за него отвечает государство. Утрачивая вместе с правами и ответственность за собственное благополучие, человек подпадает под тотальную опеку и тотальный контроль государства. Делается попытка сформировать “нового человека”, определяющими чертами которого являются беззаветная преданность идеологии и вождям, исполнительность, скромность в потребностях, готовность идти на любые жертвы ради общей цели.

Одновременно с ломкой старой социальной структуры формируется новая. Обладание властью или влияние на нее становится основой социальной стратификации, распределения экономических и социальных привилегий. Формируется новый господствующий класс – партийная номенклатура.

Господство идеологии и политики проявляется не только в социальной сфере, но и в экономике. Отличительной чертой тоталитаризма здесь является этатизация хозяйственной жизни, а в советском коммунистическом режиме и социальное ограничение, а в идеале – полное устранение частной собственности, рыночных отношений, конкуренции, централизованное планирование и командно-административные методы управления.

Мировая практика позволяет выделить две разновидности тоталитарного режима: левую и правую.

Правая разновидность тоталитаризма представлена двумя формами -итальянским фыашизмом и немецким национал-социализмом. Правыми они считаются потому, что обычно сохраняли рыночную экономику, институт частной собственности, опирались на механизмы экономического саморегулирования.

С 1922 г. интеграция итальянского общества происходила на основе идеи возрождения былого могущества Римской империи. Установление фашизма в Италии явилось реакцией мелкой и средней буржуазии на отставание в процессе складывания национальной и экономической целостности. В фашизме воплотился антагонизм мелкобуржуазных слоев по отношению к старой аристократии. Итальянский фашизм во многом обозначил признаки тоталитаризма, хотя и не развил их в полной мере.

Классической формой правого тоталитаризма служит национал-социализм в Германии, установившийся в 1933 г. Его возникновение было ответом на кризис либерализма и утрату социально-экономической и национальной идентичности немцев после поражения Германии в Первой мировой войне. Возрождение былого могущества Германии пытались осуществить путем объединения общества на основе идей превосходства арийской расы и покорения других народов. Массовой социальной базой фашистского движения явилась мелкая и средняя буржуазия, которая по своему происхождению, сознанию, целям и уровню жизни быта антагонистична как рабочему классу, так и аристократии и крупной буржуазии. Участие в фашистском движении для средней и мелкой буржуазии являлось возможностью создать новый социальный порядок и приобрести в нем новый социальный статус и преимущества – в зависимости от личных заслуг перед фашистским режимом.

Левой разновидностью тоталитаризма был советский коммунистический режим и подобные ему режимы в странах Центральной и Юго-Восточной Европы, Юго-Восточной Азии, на Кубе. Он опирался (а в ряде стран и до сих пор опирается) на распределительную плановую экономику. В СССР предполагалось достигнуть социальной однородности и нивелировки социального многообразия интересов. Формирование коллективной цели общества в виде идеала построения коммунистического будущего, который воплощал вековую мечту о справедливом и совершенном обществе, совпадало с ожиданиями широких слоев населения. Предполагалось, что осуществить этот идеал можно только с помощью сильной государственной власти.

Фашизм и большевизм, фашистская идеология и марксизм-ленинизм имели много близких друг другу и общих элементов. Разумеется, между ними существовало и немало различий. Так, если в марксизме-ленинизме в качестве главного теоретического и аналитического инструмента трактовки мировой истории брался класс, то в фашизме – нация; первые отдавали моральный и теоретический приоритет концепции класса, а вторые -концепции нации. Если марксизм придерживался материалистической интерпретации истории, то для фашизма с этой точки зрения характерны антиматериализм, иррационализм, мистицизм и убеждение в том, что духовные начала, честь, слава и престиж составляют могущественные цели и мотивы человеческого поведения. Но при всем том, фашизм и коммунизм были двумя самостоятельными проявлениями единого по своим сущностным характеристикам явления – тоталитаризма.

Авторитаризм

Авторитаризм и тоталитаризм – это две модели политического режима диктаторского типа, между которыми есть существенные различия по целому ряду основополагающих характеристик. Если тоталитаризм предполагает полное подчинение всех сфер жизни государственному началу, то авторитарный режим в целом оставляет на усмотрение самих частных лиц вопросы отправления религиозной веры, экономической деятельности, семейной жизни и т.д., если это не противоречит интересам сохранения существующей системы.

Иными словами, авторитаризм занимает как бы промежуточное положение между тоталитаризмом и демократией. С тоталитаризмом его роднит автократический, не ограниченный законами характер власти, с демократией – наличие автономных, не регулируемых государством общественных сфер, сохранение элементов гражданского общества.

Характерными чертами автократического режима являются:

– автократизм или небольшое число носителей власти. Ими могут быть один человек (монарх, президент, военный диктатор) или группа лиц (военная хунта, олигархическая группа);

– неограниченность власти, ее неподконтрольность гражданам. При этом власть может править с помощью законов, но она принимает их единолично по своему усмотрению;

– опора на силу. Власть может и не прибегать к методам прямого насилия и подавления. Она может пользоваться популярностью и массовой поддержкой. Но она обладает достаточной силой, чтобы в случае необходимости подавить оппозицию;

– монополизация власти и политики, недопущение реальной политической оппозиции и конкуренции. Однако авторитаризм, в отличие от тоталитаризма, допускает существование ограниченного числа партий, профсоюзов и других организаций, но лишь при условии их подконтрольности властям. Часто отсутствие оппозиции при авторитаризме вызвано не противодействием властей, а неготовностью общества к созданию политических организаций, отсутствием у населения потребности к политической самоорганизации;

– отказ от тотального контроля над обществом, невмешательство или ограниченное вмешательство во внеполитические сферы, прежде всего в экономику. В круг внимания государства входят вопросы обеспечения государственной безопасности, общественного порядка, обороны, внешней политики, хотя оно может влиять и на стратегию экономического развития, проводить активную социальную политику, не разрушая при этом механизмы рыночного саморегулирования;

– рекрутирование политической элиты путем кооптации, назначения сверху, а не конкурентной борьбы на выборах.

Учитывая перечисленные характерные черты авторитаризма, можно сформулировать дефиницию этого политического режима. Авторитаризм – политический режим, основу которого составляет диктатура одного лица или группы лиц, не допускающая политическую оппозицию, но сохраняющая автономию личности и общества вне политической сферы. Следовательно, авторитаризм вполне совместим с уважением всех других, кроме политических, прав личности.

Авторитарные политические системы чрезвычайно разнообразны. Это монархии, деспотические, диктаторские режимы, военные хунты, популистские системы правления и др. На протяжении тысячелетий эти режимы опирались главным образом на традиционную и харизматическую легитимность. В XX в. в целях легитимации широко используется националистическая идеология и формальные, контролируемые властью выборы.

В последнее десятилетие, после краха тоталитарных режимов в СССР и странах Центральной и Восточной Европы, интерес к тоталитаризму значительно вырос. Попытки ввести демократию, создать гражданское общество в России не увенчались успехом, но наоборот, привели к колоссальным разрушительным последствиям и многочисленным жертвам.

В то же время целый ряд стран с авторитарными режимами продемонстрировали свою экономическую и социальную эффективность, доказали способность сочетать экономическое процветание с политической стабильностью, сильную власть – со свободной экономикой, личной безопасностью и сравнительно развитым социальным плюрализмом. Среди таких стран следует упомянуть Китай, Чили, Южную Корею, Вьетнам и др. Авторитаризм часто определяют как способ правления с ограниченным плюрализмом. Его воздействие на общественное развитие имеет как слабые, так и сильные стороны. К числу слабых сторон относятся полная зависимость политики от главы государства или группы высших руководителей, ограниченность институтов артикуляции общественных интересов.

В то же время авторитарный режим имеет и свои плюсы, которые особенно ощутимы в экстремальных ситуациях. Авторитарная власть обладает высокой способностью обеспечивать политическую стабильность и общественный порядок, мобилизовывать общественные ресурсы на решение определенных задач, преодолевать сопротивление политических противников. Все это делает ее эффективным средством проведения радикальных общественных реформ. Поэтому в современных условиях постсоциалистических стран, в том числе и в Казахстане, наиболее оптимальным стало сочетание авторитарных и демократических элементов, сильной власти и ее подконтрольности обществу. Авторитарный режим, который ставит перед собой задачу демократизации общества, не может быть долговечным. Его реальной перспективой является более устойчивый в современных условиях тип политического режима – демократия.

Понятие демократии

Слово “демократия” происходит от греческих слов demos – народ и кгаtos -власть. В наше время оно имеет несколько значений.

1. Первое и основополагающее значение связано с его точным переводом, а именно народовластие, или, по словам американского президента Линкольна, “правление народа, посредством народа и для народа”.

2. Производным от этимологического понимания демократии является ее более широкая трактовка как формы устройства любой организации, основанной на принципах равноправия ее членов, выборности органов управления и принятия решений большинством. В этом смысле говорится о партийной, профсоюзной, производственной и даже семейной демократии. В этом широком значении демократия может существовать повсюду, где есть организация, власть и управление.

3. Кроме того, демократия рассматривается как идеал общественного устройства, основанный на свободе, правах человека, гарантиях прав меньшинства, народном суверенитете, политическом участии, гласности, плюрализме, политической терпимости.

4. Наконец, в четвертом значении слова демократия – это политический режим, при котором источником власти признается народ, и он имеет возможность осуществлять свой суверенитет.

Для демократии как политического режима характерен ряд признаков:

1) юридическое признание и институциональное выражение суверенитета, верховной власти народа. Именно народ, а не монарх, аристократия, бюрократия или духовенство выступает официальным источником власти. Суверенитет народа выражается в том, что именно ему принадлежит учредительная, конституционная власть в государстве, что он выбирает своих представителей и может периодически сменять их. В некоторых странах через институт референдума народ может прямым голосованием выражать свою волю по важнейшим вопросам жизни общества;

2) равноправие граждан. Этот принцип требует как минимум равных избирательных прав для всех граждан. В современной политической системе он требует также свободы создания политических партий и других объединений для выражения воли граждан, свободы мнений, права на информацию и на участие в конкурентной борьбе за занятие руководящих должностей в государстве;

3) принятие решений большинством голосов и подчинение меньшинства большинству при их осуществлении;

4) периодическая выборность основных органов государства. Демократией является лишь только то государство, в котором лица, осуществляющие верховную власть, избираются, причем избираются на определенный срок.

Первобытная демократия. Демократические формы организации уходят корнями в глубокое, еще догосударственное прошлое – в родовой строй. Через родовые формы демократии прошли все народы. Все взрослые мужчины и женщины рода обладали равным правом голоса при выборе и смещении своих высших руководителей – старейшины и вождя (военного предводителя). Высшей властью в роде являлся совет – собрание всех его взрослых представителей. У американских индейцев-ирокезов род выступал демократической единицей более сложной организации – союза фратрий – братства нескольких особенно близких родов, которые при сохранении автономии имели общий совет как высший орган власти. Несколько фратрий составляли племя. Им руководил совет племени, составлявшийся из руководителей всех родов. Решения на таких советах обычно принимались по принципу единогласия. Подобные формы демократии существовали у древних греков, германцев и других народов. Всюду родовая демократия основывалась на кровнородственных связях, общей собственности, относительной немногочисленности населения и примитивном производстве. Не существовало разделения на управленческий и исполнительский труд. Отношения между людьми регулировались обычаями и табу. Власть старейшин и вождей держалась на моральном авторитете и поддержке соплеменников.

Традиции первобытной демократии оказали большое влияние на появление демократических государств в Древней Греции и Риме.

Античная и средневековая демократии. Первой классической формой демократического государства явилась Афинская республика. Она возникла в V в. до н.э. и свой расцвет переживала во времена правления Перикла, который руководил афинским правительством и считался народным вождем. Он был противником тирании и противопоставлял ей собственный идеал государственного устройства. “Называется этот строй демократическим, – писал Перикл, – потому что он зиждется не на меньшинстве граждан, а на большинстве их”. Осуществленные под его руководством реформы предусматривали равномерное распределение власти среди всех свободных граждан (в их число не входили рабы, женщины и некоренные афиняне).

Древнегреческая демократия представляла собой, прежде всего, систему прямого правления, при которой весь народ осуществлял законодательную власть и в которой не была известна система представительства, Такое положение было возможным в результате ограниченных размеров древнегреческого государства, которое охватывало, как правило, город и прилегающую к нему сельскую местность, население которых редко превышало 10 тыс. граждан.

Такая форма правления представляла собой прямую демократию – то есть такую форму народовластия, когда граждане сами непосредственно участвуют в подготовке, обсуждении и принятии решений. В древних демократических государствах каждый гражданин был наделен правом участвовать в законодательных собраниях и голосовать. Значительная часть граждан так или иначе занимала один из множества существовавших в городе-государстве выборных постов. Не было разделения на законодательную и исполнительную власть: обе ветви власти были сосредоточены в руках активных граждан. Политическая жизнь характеризовалась значительной активностью граждан, которые живо интересовались всеми аспектами процесса управления.

Античная демократия заботилась о создании благоприятных условий для участия граждан в управлении делами государства. За счет использования труда рабов граждане имели для этого достаточно свободного времени. Кроме того, бедные получали от государства поддержку, а также плату за присутствие на общественных мероприятиях. Общественное мнение также стимулировало политическую активность народа, оценивая участие в политике как единственное достойное занятие для афинского гражданина.

Власть народного собрания Афин ничем не ограничивалась и простиралась на любые проявления частной жизни. Абсолютность и всепроникновение власти таили в себе опасность вырождения демократии в тиранию. Пока народное собрание находилось под влиянием таких мудрых и авторитетных вождей, как Перикл, а противоречия между богатыми и бедными были сглажены, всевластие большинства сочеталось с терпимостью к различным мнениям и не перерастало в расправу над меньшинством. Однако со сменой авторитетов и ростом имущественного неравенства, усилением влияния черни и общим падением нравов Афинская республика приобрела черты охлократии и тирании большинства. Всевластие плебса стало абсолютным. Частым явлением стали расправы бедных над богатыми, гонения на еретиков и инакомыслящих. Демократия стала формой правления с сильными деспотическими тенденциями.

Видимо, крайности демократии второй половины V в. до н.э. повлияли на то, что выдающиеся мыслители античности были противниками демократии. Платон считал, что хуже демократии может быть только тирания. Демократия – это власть худших людей, опирающихся на рабов. Аристотель также отрицательно относился к демократии и противопоставлял ей политию – власть не толпы, а благоразумного большинства, которое в состоянии руководствоваться добродетелью, думать об обществе в целом.

Государства, функционирующие на принципах прямой демократии, существовали в Древнем Риме, Древнем Новгороде (где решения принимались на вече), во Флоренции и ряде других городов-республик. В целом же в период средневековья во всем мире утвердилось господство авторитарных, преимущественно монархических форм правления. Доминирующим представлением о государственном устройстве стало восприятие общества как единого, сложного, иерархически организованного организма, где каждая общественная группа должна выполнять определенную общественную функцию и подчиняться власти. Само слово “демократия” исчезло из европейского политического лексикона почти на две тысячи лет, и если иногда и использовалось, то только в негативном, аристотелевском значении неправильной, извращенной формы правления, разрушительной власти черни.

Однако идеи ограничения монархической власти пронизывали всю эпоху средневековья. Под влиянием христианства утвердились идеи о том, что монарх и власть в целом обязаны служить своему народу и не должны нарушать законы, вытекающие из божественных заповедей, морали, традиций и естественных прав человека. Концепция общественного договора трактовала государственную власть как следствие свободного договора между народом и правителем, договора, который обязаны соблюдать обе стороны.

Классические теории демократии. Под влиянием идей эпохи Возрождения и Реформации, развивающегося капитализма, становления нового социального класса – буржуазии и связанного с ним индивидуалистического мировоззрения происходило постепенное вызревание идей демократии в ее нынешнем понимании. Классическая теория демократии формировалась в условиях разрушения сословного деления общества, выражала поиск форм народного волеизъявления, сводилась к обоснованию отношений граждан и государства.

В концепции Ж.-Ж.Руссо проблема демократии занимает центральное место. Согласно этой концепции суверенитет народа может быть реализован только самим народом. Лишь благодаря непосредственному участию в принятии решений гражданин не отделяется от государства и выступает его частью. Передача суверенитета народу означала отчуждение всех прав человека в пользу общины. Только сам народ на общих собраниях решает все вопросы. Руссо верил, что, отчуждая от себя все права, человек получает гораздо больше, так как развивается и духовно возвышается. Он также считал, что правительство может заставить человека быть подлинно свободным. Опыт тоталитарных режимов XX в. ясно показал, что попытки кого-то осчастливить насильно ведут к деспотизму, который прикрывается заботой о благе народа. Классическая теория была величественна своим ,видением опасности отчуждения государственной власти в случае разделения субъектов и объектов управления. В то же время она была утопией, так как непосредственная демократия ограничена в своем применении. Ближе к XX в. оказался Дж. Локк, который предупреждал, что абсолютная деспотическая власть угрожает безопасности и жизни человека.

Становление идеи демократии самым тесным образом было связано с формированием идеи прав человека. Права человека – это система экономических, социальных, политических и юридических прав и гарантий, направленных на обеспечение жизнедеятельности человека в тех или иных конкретно-исторических условиях. Проблема прав человека сопутствует всей истории человечества,

Исторически первой формой осмысления и утверждения индивидуального достоинства и автономии личности по отношению к власти стали идеи естественного права, возникшие еще во времена античности. В то же время автономия, достоинство и равенство во взаимоотношениях с властью и другими людьми распространялись философами Древней Греции и Древнего Рима лишь на свободных граждан. Во времена феодализма идея равенства от рождения естественных прав всех людей или хотя бы правового равенства всех свободных граждан была отвергнута. Сами же права трактовались как привилегии, дарованные подданным монархом или сюзереном.

Свое воскрешение, либеральное переосмысление и развитие эти идеи получили в XVII -XVIII вв. в трудах выдающихся мыслителей либерализма и Просвещения. Они обосновали понимание фундаментальных прав человека на жизнь, свободу и собственность, на сопротивление угнетению, а также некоторых других прав как естественных, неотъемлемых (неотчуждаемых) и священных императивов и норм взаимоотношений между людьми и властью.

Идеи народовластия и прав человека пережили века и стали бесспорной ценностью в наши дни. Все современные конституции декларируют полновластие народа и неприкосновенность прав человека. При этом следует подчеркнуть, что в эпоху просветительства меняется и содержание проблемы демократии. Все больше внимания уделяется не столько тому, кто правит, сколько порядку осуществления власти. В XIX в. этот вопрос становится главным. Было очевидным, что идея достижения общего блага самим народом абстрактна и утопична. Народ не является однородной массой, он состоит из групп, которые, консолидируясь, могут иметь своих представителей, политиков, идеологов, выражающих их интересы.

Классическая теория демократии дополняется обоснованием системы представительства народа. Признается, что власть может осуществляться не обществом в целом и не составляющими его гражданами, а теми, кому участие передоверено, делегировано. Таким образом сформировалась концепция представительной демократии – такой формы народовластия, при которой граждане участвуют в принятии решений опосредованно, выбирая в органы власти своих представителей, призванных выражать их интересы.

Результатом распространения и принятия идеологии представительной демократии, как единственно разумной, явилась выработка критериев свободных выборов. Наличие соревнующихся партий, свобода проведения избирательных кампаний и дебатирования проблем, всеобщее избирательное право, равенство избирателей и честный подсчет голосов, свободные выборы, парламентаризм, развитие партийных систем стали организационным костяком современной западной демократии.

6. Современные формы демократии

Либеральная демократия. Существующие в наши дни демократические системы ведут свое начало от форм правления, возникших в конце XVIII – XIX вв. под прямым и разнообразным влиянием либерализма. Идеология либерализма выступает под знаменем свободы личности, ограждения ее от государственной тирании. Либерализм впервые отделил индивида от общества и государства, разграничил две автономные сферы – государство и гражданское общество, ограничил конституционно и институционально сферу действия и полномочия государства в его взаимодействии с гражданским обществом и личностью, защитил автономию и права меньшинства по отношению к большинству, провозгласил политическое равенство всех граждан, наделил личность фундаментальными, неотъемлемыми правами и утвердил ее в качестве главного элемента политической системы.

Идеи либерализма впервые начали воплощаться в жизнь в Англии, когда в 1215 г. была принята Великая Хартия Вольностей – прообраз современных конституций. Эта хартия была еще далека от демократии, в ней права монарха ограничивались в пользу аристократии. Однако в ней провозглашалось и право гражданина на личную свободу и безопасность. С XIV в. в Англии существовал парламент, который в 1689 г., с принятием “Билля о правах”, окончательно получил законодательные права. Правда, Англии потребовалось еще около двух веков для демократизации парламента, первоначально больше походившего на средневековое собрание высших сословий, чем на современный законодательный орган.

Идеи и практика либерализма еще долгое время не совпадали с демократией как теорией и движением. Идеологи раннего либерализма – Дж.Локк, Ш.-Л. Монтескье и др. – были озабочены не обеспечением всем гражданам равных политических прав, а стремлением оградить класс собственников, а часто и аристократию от произвола монарха. Настороженное отношение либерализма к массам повлияло на либеральную демократию, которая явилась как бы сплавом либеральной идеи ограничения произвола власти с помощью индивидуальных прав и демократического принципа народного суверенитета.

Под либеральной демократией понимается такая модель народовластия, в которой личность выделяется из общества и государства, а основное внимание обращено на создание институциональных и других гарантий для индивидуальной свободы, предотвращающих всякое подавление личности властью.

Характерными чертами данной модели демократии в ее классическом варианте (XIX -тачало XX вв.) являются:

– отождествление народа как субъекта власти с собственниками-мужчинами, исключение низших слоев, прежде всего наемных рабочих, а также женщин из числа лиц, наделенных избирательным правом;

– индивидуализм, признание личности первичным и главным источником власти, приоритет прав индивида над законами государства. Права личности закрепляются в конституции, неукоснительное соблюдение которой контролирует независимый суд; :

– формальный характер демократии, вытекающий из понимания свободы как отсутствия принуждения, ограничений. В отличие от античной демократии свобода здесь трактуется не как возможность активного равноправного участия в политике для всех граждан, а как пассивное индивидуальное право быть огражденным от вмешательства со стороны государства и других людей;

– парламентаризм, преобладание представительных форм политического влияния. (Зарождение античной демократии в произвол большинства ясно продемонстрировало, что правление нуждается в институтах, которые бы защищали общество от самого себя и утверждали бы постоянную власть закона;

– ограничение компетенции и сферы деятельности государства преимущественно охраной общественного порядка, безопасности и прав граждан, его невмешательство в дела гражданского общества, экономические, социальные и духовно-нравственные процессы;

– разделение властей, создание системы сдержек и противовесов как условия эффективного контроля граждан над государством, предотвращения злоупотреблений властью;

– ограничение власти большинства над меньшинством, обеспечение индивидуальной и групповой автономии и свободы. Меньшинство обязано подчиняться большинству лишь в строго определенных вопросах, за пределами которых оно полностью свободно.

Характеристика либеральной демократии свидетельствует о том, что она стала крупным шагом вперед на пути освобождения человека, уважения его основополагающих прав. В то же время эта модель демократии имеет и существенные недостатки, среди которых, в первую очередь, необходимо отметить следующие:

1) социально-классовая ограниченность демократии. Она не распространяется на большинство населения: пролетариев и другие низшие слои, на женщин;

2) формальность, декларативность демократии для бедных, социально не обеспеченных слоев населения. Нераспространение демократии на экономические и социальные процессы ведет к углублению общественного неравенства и обострению социальных конфликтов;

3) ограниченность сферы демократии и политического участия личности. Политическое участие сводится лишь к эпизодической, электоральной активности, фактически выводит органы власти из-под контроля масс и превращает демократию в форму господства политической элиты;

4) принижение роли государства в управлении обществом и укреплении социальной справедливости. Потребности экономического и социального развития побуждают к расширению государственного регулирования. Демократическое государство не может ограничиваться ролью “ночного сторожа” и должно иметь право регулировать экономические и социальные процессы, сглаживать социальные конфликты.

Коллективистская демократия. Преодолеть недостатки либерального государства и осуществить подлинное народовластие пытаются концепции и реальная модель коллективистской демократии. Эту модель нередко называют также идентитарной. Это название отражает тот факт, что она исходит из целостности народа (нации, класса), наличия у него единой воли ещё до акта ее публичного выражения и идентичности этой воли и действий представителей власти.

Коллективистская демократия – это модель народовластия, отрицающая автономность личности, являющейся составной частью целостного организма (народа, нации, класса). Коллективистская модель демократии признает первичность однородного по своему составу народа (по отношению к личности) в осуществлении власти и неограниченность, абсолютность власти большинства (отождествляемого с народом) над меньшинством, в том числе над отдельной личностью.

Важнейшие принципы данного типа демократии обосновал Жан-Жак Руссо. Как было сказано выше, теория демократии Руссо исходит из принадлежности всей власти народу, образованному путем добровольного слияния изолированных, атомизированных индивидов в единое целое и передачи индивидуальных прав и свобод общине – коллективному целому. С этого момента личность утрачивает свои права. Они становятся ей не нужны, так как государство заботится о своих членах, которые, в свою очередь, обязаны думать о благе государства. Руссо исходил из предпосылки, что народ неделим. Он обладает единой, общей волей и неотчуждаемым суверенитетом. Внутри него не существует ни большинства, ни меньшинства, а потому и нет необходимости в защите последнего.

Социалистическая демократия. Тоталитарная направленность концепции демократии Руссо получила дальнейшее развитие в марксизме и особенно в ленинской и сталинской теории “социалистической демократии”. Именно в Советах реализовались такие принципы коллективистской демократии, как полновластие, распространенность на все области жизнедеятельности людей, прямая демократия (общие собрания, наказы избирателей, право отзыва депутатов), демократический централизм, предполагающий жесткое подчинение меньшинства большинству, монизм, недопустимость политического и идеологического инакомыслия и т.д.

Отличительными чертами социалистической демократии по сравнению с концепцией Руссо явились полное отрицание частной собственности, а следовательно и всякой автономии личности, подмена народа рабочим классом, трудящимися, а также идея ведущей роли авангарда народа – коммунистической партии, призванной руководить процессом перехода к полной демократии – общественному самоуправлению.

Несмотря на существенные различия, разнообразные коллективистские теории демократии имеют ряд общих черт. К ним относятся:

– коллективизм в трактовке народа, признание народа единым, однородным целым;

– отсутствие противоречий внутри народа, рассмотрение политической оппозиции как патологии или врага, подлежащего насильственному устранению;

– коллективистское понимание свободы как активного равноправного участия гражданина в делах всего государства и общества;

– тоталитарность, всепроникающий характер власти, полная беззащитность меньшинства, в том числе отдельной личности;

– устранение самой проблемы прав человека, так как целое – государство – и без того заинтересовано в соблюдении прав составляющих его частей;

– всеобщая политическая мобилизация, преимущественно прямое участие граждан в управлении, рассмотрение представительных органов и должностных лиц не как самостоятельных в пределах закона руководителей, а как проводников воли народа, его слуг;

– декларирование социальной демократии, то есть перенесение главного акцента с юридического провозглашения политических прав на обеспечение социальных условий для участия граждан в управлении.

В теме “Тоталитаризм и авторитаризм” анализировались уроки социалистического строительства в СССР и других социалистических странах. Здесь лишь добавим, что теории коллективистской демократии показали свою несостоятельность или, по меньшей мере, несовместимость с демократией в ее либеральном понимании. Попытки их осуществления неизбежно приводили к появлению нового господствующего класса – номенклатуры, к тоталитаризму, подавлению всякой свободы. Оказалось, что власть народа (класса, нации) не может быть реальной без гарантии индивидуальной свободы и других прав личности. Тем не менее, попытки практической реализации концепции коллективистской демократии обогатили теорию и практику демократии, хотя, в основном, негативным опытом, оказали значительное влияние на современные политические системы Запада.

Плебисцитарная демократия. Некоторые важнейшие идеи коллективистской, идентитарной демократии нашли свое прямое выражение в современных западных теориях. Наиболее видной из них является плебисцитарная теория демократии. Она развивает идею Руссо о том, что каждый гражданин должен иметь возможность по меньшей мере одобрять или отвергать влияющие на его жизнь законы, которые он обязан уважать. Согласно плебисцитарной теории демократии в современных государствах с большой численностью населения и огромными по сравнению с древнегреческими полисами территориями античная модель народовластия не может быть реализована. Тем не менее, существуют формы, которые позволяют всем гражданам выразить свое отношение к важнейшим вопросам социально-экономического и политического развития государства. К таким формам относятся референдумы, всенародные опросы и т.д. Референдум и гражданская инициатива, сохранившиеся в конституциях многих стран (например, Швейцарии), можно рассматривать как элементы прямой демократии, унаследованные от прошлого представительной демократией. Таким образом, плебисцитарная демократия – форма народовластия, при которой возможности политического влияния граждан в отличие от прямой демократии сравнительно ограничены. Им предоставляется право посредством голосования одобрить или отвергнуть тот или иной проект закона или другого решения, который обычно готовится правительством, партией или инициативной группой.

Определенной разновидностью плебисцитарной теории демократии, является плебисцитарная мандатная теория партийной демократии. Эта теория вносит свой вклад в решение кардинального вопроса современной демократии – вопроса о масштабах политического участия, формах влияния граждан на государственную политику. Теория партийной демократии исходит из того, что различные партийные программы дают гражданам возможность с помощью выборов прямо влиять на содержание государственной политики. Эти программы представляют собой полученные от граждан своего рода мандаты, наказы, которые призваны исполнять и депутаты, и правительство. Связанность депутатов партийными программами и структурами делает их прямыми выразителями воли народа. Тем самым достигается идентичность народа и правительства.

По мнению ее критиков, эта теория демократии во многом расходится с реальностью. Современные массовые “народные партии” не имеют определенной социальной базы и стремятся привлечь голоса самых различных слоев населения. Поэтому формулировки их предвыборных платформ носят очень расплывчатый характер и мало отличаются друг от друга. К тому же, как показывают эмпирические исследования, большая часть избирателей вообще не знакома с партийными программами, а строит свой выбор на основе традиций, привлекательности лидеров и символики. Поэтому “партийная демократия” имеет мало общего с подлинным народовластием.

Плюралистическая демократия. Современная западная демократия выросла из либеральной политической системы и наследует ее основополагающие принципы: конституционализм, разделение властей и др., а также такие ценности, как индивидуальная свобода, права человека и т.п. Оценки и названия современной западной демократии неоднозначны, но чаще всего ее называют плюралистической, поскольку она базируется на признании разнообразия общественных интересов (экономических, социальных, культурных, религиозных, групповых, территориальных и др.), а также форм их выражения (политических партий, ассоциаций и объединений, общественных движений и пр.).

Несмотря на принципиальную общность с классической либеральной демократией, современная плюралистическая демократия существенно отличается от нее. Ее главное отличие состоит в том, что она строится на синтезе различных идей, концепций и форм организации. Плюралистическая демократия занимает как бы промежуточное положение между индивидуалистической (либеральной) и коллективистской моделью народовластия.

Плюралистическая демократия – это такая демократия, которая исходит из того, что не личность, не народ, а группа является главной движущей силой политики в современном демократическом обществе. Поэтому она предполагает, что назначение демократии – стимулировать плюрализм, многообразие в обществе, предоставлять возможность всем гражданам объединяться, открыто выражать свои интересы, находить путем компромиссов их равновесие, выражаемое в политических решениях.

Виднейшими представителями плюралистической концепции демократии являются Г.Ласки, Д.Трумэн, Р.Даль. Плюралистическая концепция отводит ведущую роль группе, так как утверждает, что индивид без группы – безжизненная абстракция. Именно в группе, а также в межгрупповых отношениях формируется личность, определяются ее интересы, ценностные ориентации и мотивы политической деятельности. Каждый человек – представитель многих групп: семейной, профессиональной, этнической, религиозной, региональной, демографической и т.д. С помощью группы личность получает возможность выражения и защиты своих интересов.

Народ не может выступать главным субъектом политики, поскольку представляет собой сложное, внутренне противоречивое образование, состоящее из разнообразных, конкурирующих между собой групп.

Демократия в данном понимании – это не власть стабильного большинства, поскольку само оно изменчиво и складывается из компромиссов различных индивидов, групп, объединений. Ни одна из групп современного общества не может монополизировать власть и принимать решения, не опираясь на поддержку других общественных групп. Недовольные группы, объединившись, могут блокировать решения, не отвечающие их интересам, и служить тем социальным противовесом, который будет сдерживать тенденции к монополизации власти. Следовательно, демократия здесь представляет собой форму правления, позволяющую многообразным общественным группам свободно выражать свои интересы и находить в конкурентной борьбе отражающие их баланс компромиссные решения.

К основным, принципиальным чертам плюралистической демократии следует отнести следующие:

– заинтересованная группа (группа специальных интересов) является центральным элементом демократической политической системы;

– общая воля как результат конфликтного взаимодействия различных групп и их компромиссов;

– соперничество и баланс групповых интересов являются социальной основой демократической власти, ее динамики;

– сдсржки и противовесы распространяются не только на институциональную сферу (как считается в либеральной концепции демократии), но и на социальную область, где ими являются группы – соперники;

– “разумный эгоизм” индивидов и особенно групп является генератором политики;

– государство не “ночной сторож” (как у либералов), а орган, отвечающий за нормальное функционирование всех секторов общественной системы и поддерживающий в обществе социальную справедливость;

– диффузия, распыление власти между различными политическими институтами;

– наличие в обществе консенсуса в сфере системы ценностей, предполагающего признание и уважение всеми участниками политического процесса основ существующего государственного строя;

– демократическая организация самих базисных групп как условие адекватного представительства интересов составляющих их граждан.

Теория плюралистической демократии нашла признание и применение в большинстве развитых стран, тем не менее, существуют критические направления, подчеркивающие присущие ей недостатки. К ним следует отнести следующие факторы:

– далеко не все члены общества представлены в различных группах интересов, поэтому через такие группы лишь незначительная часть общества (реально не более одной трети взрослого населения) может участвовать в принятии и осуществлении политических решений;

– влияние отдельных групп различно: одни из них обладают мощными ресурсами влияния (деньги, знания, авторитет, доступ к СМИ и пр.), другие таких рычагов практически лишены (инвалиды, пенсионеры, неквалифицированные наемные работники). Социальное неравенство приводит к тому, что не все группы одинаково способны артикулировать свои интересы.

Несмотря на приведенные возражения, практика политического развития современных стран Запада свидетельствует о том, что к концу XX в. эти страны значительно продвинулись вперед по пути уравнивания жизненных шансов, сглаживания социальных конфликте в и предоставления большинству граждан реальных возможностей для политического участия и тщиты своих интересов.

Партиципаторная демократия. Акцентируя главное внимание на сложном групповом составе народа как субъекта власти, теория плюралистической демократии не может отразить все аспекты современных демократий и дополняется рядом других концепций. Одной из них, концентрирующей внимание на самом процессе осуществления власти, является партиципаторная теория демократии.

Партиципаторная демократия (от рагticipate – принимать участие) – это такая модель народовластия, которая признает необходимость участия широких слоев населения не только в выборах своих представителей, и даже не только в принятии решений на референдумах, собраниях и т.п., но и непосредственно в политическом процессе – подготовке, принятии и осуществлении решений и контроле за их выполнением.

Эта теория исходит из трактовки демократии как универсального принципа организации всех областей общественной жизни. Демократия должна быть везде – в семье, школе, в университетах, на производстве, в партиях, государстве и т.д. В обществе не существует таких областей, которые находятся вне политики и не допускают демократического участия.

Главными целями партиципации (участия) являются всесторонняя демократизация общества, социальная эмансипация и общественная самореализация личности. Максимальным расширением участия граждан в принятии решений на всех ступенях власти и во всех сферах жизнедеятельности человека достигается максимальный учет в политике интересов народа, прочная легитимация власти, преодоление политического отчуждения граждан. Участие многих людей в управлении увеличивает интеллектуальный потенциал для принятия решений, повышает вероятность их оптимизации, а, следовательно, обеспечивает рост стабильности политической системы и эффективности управления.

Критики теории партиципаторной демократии утверждают, что демократия не может быт универсальным принципом организации всей жизни общества, потому что она относится лишь к организации отношений между гражданином и государством, а, например, отношения между учениками и учителями, руководителями и подчиненными на производстве не могут определяться принципами свободы и равенства. Кроме того, критики данной концепции считают, что широкая политизация общества, чуть ли не поголовное участие ведут к тоталитаризму или популистскому авторитаризму, ограничивают индивидуальную свободу, создают угрозу частной собственности и предпринимательству, поскольку подчиняют личность решениям большинства, обычно склонного к уравнительности и идеологическим влияниям.

Как видно из приведенного выше анализа демократических теорий и форм, каждая из них имеет свои достоинства и недостатки. В целом же реально существующая демократия в современных промышленно развитых странах – это представительная плюралистическая демократия, базирующаяся на либеральных ценностях и учитывающая в большей или меньшей степени некоторые коллективистские идеи.

ПЛАН

Понятия демократии.

Личность, группа и народ в концепциях демократии.

Осуществление власти.

Достоинства и недостатки демократии.

Понятие демократии

В современном политическом языке термин «демократия» – один из наиболее распространенных и многозначных. Повседневного употребления этого слова выходит далеко за рамки его первоначального, этимологического значения. Как известно, «демократия» переводится с греческого как «власть народа». (Сам этот термин состоит из двух слов: «demos» народ и «krattin» – властвование.)

В ранний период своего существования в Древней Греции демократия понималась как особая форма, разновидность организации государства, при котором властью обладает не одно лицо (как при монархии, тирании и т.п.), и не группа лиц (это будет аристократия, олигархия и т.п.), а все граждане, пользующиеся равными правами на управление государством.

В наше время термин «демократия» употребляется в четырех смыслах или значениях.

1. Термин «демократия» используется для характеристики типа государства и политической системы в целом. В этом случае это понятие однопорядковое с такими понятиями как «тоталитаризм» и «авторитаризм». В сегодняшней лекции разговор будет вестись о демократии именно в этом смысле.

2. «Демократия» трактуется как форма устройства любой организации, основанная на принципах равноправия ее членов, периодической выборности органов управления и принятия решений в них по большинству. В этом значении говорится о партийной, профсоюзной, производственной и т.п. демократии.

3. Демократия рассматривается как основанный на определенной системе ценностей идеал общественного устройства и соответствующее ему мировоззрение. В этом смысле к демократическим ценностям относятся свобода, равенство, уважение прав человека и меньшинств, народный суверенитет, соучастие граждан в управлении и некоторые другие.

4. Термин «демократия» употребляется как название определенного социального движения за достижение демократического идеала. Это движение возникает как борьба против абсолютизма за либеральные ценности. Современные демократические движения охватывают широкий, во многом противоречивый круг участников. Это социал-демократы, христианские демократы, либералы, новые социальные и другие движения.

Неоднозначность в толковании демократии во многом связана с различными подходами к ее пониманию и анализу. С древних времен существования существуют два главных подхода: нормативный и описательно-эмпирический (дескриптивный), хотя первый из них явно преобладал вплоть до XX века. Нормативный подход предполагает конструирование идеальной модели демократии, обоснование ее преимущества по сравнению с другими формами правления, анализ путей осуществления демократического идеала. Этот подход исходит из должного, императивов политического сознания и стремится строить в соответствии с ними реальную политическую жизнь.

Второй, описательно-эмпирический подход абстрагируется от идеалов и априорных оценочных суждений, анализирует демократию в том виде, в каком она существует в действительности. В соответствии с эмпирически выявленными свойствами уточняется, а порой и пересматривается понятие демократии и ее теории.

Демократия как власть народа, или, по определению американского президента А. Линкольна, – «правление народа, избранное народом и для народа» выступает скорее нормативным идеалом, привлекательной утопией, чем характеристикой реальных демократических государств. Это понятие содержит в себе внутреннее противоречие. Суть этого противоречия состоит в том, что власть народа в полном смысле этого слова означает самоуправление народа, а значит отрицание политического господства, специального аппарата принуждения и других атрибутов государства, одной из форм которого и является реальная демократия.

Иными словами, подлинное народовластие несовместимо с существованием государства и демократии как его разновидности. На деле же демократия нигде и никогда не существовала без государства. Отмирание же государства, его замена общественным самоуправлением представляется утопичным, по крайней мере в обозримой перспективе, учитывая многообразие общественной жизни, свободу человека и неизбежное расхождение интересов и устремлений различных людей, а также необходимость для социальной системы принимать по определенным вопросам обязательные для всех решения.

Таким образом, демократия как народовластие представляет собой во многом утопический идеал, который все же имеет нормативное значение, поскольку он выступает ориентиром, целью политического развития общества. Реальная же демократия в лучшем случае – власть большинства над меньшинством, в худшем – господство хорошо организованного меньшинства, опирающегося на экономическую, а также информационную власть и социальные привилегии меньшинства над большинством, осуществляемое при формальном согласии большинства граждан.

Многообразные демократические государства, современные, а также существовавшие когда-либо в истории, глубоко различаются. И все же они имеют ряд общих, объединяющих черт. К таким общим чертам демократических государствотносятся.

1. Признание народа источником власти, сувереном в государстве. Народный суверенитет выражается в том, что именно народу принадлежит учредительная, конституционная власть в государстве, что он выбирает своих представителей и может периодически сменять их.

2. Равноправие граждан. Демократия предполагает как минимум равенств избирательных прав граждан.

3. Подчинение меньшинства к большинству при принятии решений и их выполнении.

4. Выборность основных органов государства.

Любые демократические государства строятся на базе этих фундаментальных принципов. В то же время современные, основанные на ценностях либерализма демократии дополняют их принципами прав человека, приоритета этих прав над правами государства, ограничения власти большинства над меньшинством, уважения права меньшинства иметь свое мнение и отстаивать его, верховенства закона, разделения властей и др.

Обоснование различных трактовок демократии, ее влияния на общество и личность, содержится в многообразных теориях демократии. Каковы же важнейшие из них? В чем суть горячих споров о демократии, ведущихся на протяжении уже двух с половиной тысячелетий?

Чтобы разобраться во всем многообразии демократических теорий, необходимо выработать критерий их классификации. Такие критерии могут быть связаны в первую очередь с важнейшим признаком демократии – признанием народа верховным источником и контролером власти. Это основополагающее качество демократии имеет по крайней мере два главных аспекта: 1-й, взаимоотношения народа, социальной группы и личности, позволяющие уточнить, как трактуется сам народ, что понимается под суверенитетом народа; 2-й, участие народа, масс в формировании и осуществлении власти – рассмотрение этого аспекта дает ответ на вопрос: «Как народ властвует, кто и как принимает решения, участвует в управлении демократическим государством?»

Возможны и другие основания для классификации демократических концепций.

В зависимости от того, кто имеет приоритет в осуществлении власти: личность, социальная группа или народ как целостная общность, все концепции демократии можно разделить на три большие группы:

1) индивидуалистические (либеральные);

2) плюралистические(теории групп);

3) коллективистские (тоталитарные) теории.

Исторически первой формой демократии была коллективистская модель, воплотившаяся в античной демократии. Она была основана на общей заинтересованности свободных граждан в сохранении рабовладения, которое было преимущественно совместным, общинным, а также целого ряда социальных привилегий. Для античной демократии были характерны фактическое отождествление народа с большинством населения, а также неограниченная власть большинства над меньшинством и беззащитность личности по отношению к государству.

Коллективистские взгляды на демократию получили детальную разработку и концептуальное выражение в трудах Руссо, которого нередко называют создателем теории тоталитарной демократии.

Теория демократии Руссо исходит из принадлежности всей власти народу, образованному путем добровольного слияния изолированных, атомизированных индивидов в единое целое. Образование народа означает полное отчуждение «каждого из членов ассоциации со всеми его правами в пользу всей общины». С этого момента личность утрачивает свои права. Они становятся ей не нужны, т.к. целое, государство, подобно любому другому живому организму, заботится о своих членах, а граждане, в свою очередь, обязаны думать о благе целого – государства.

Подход Руссо к государству как к организму исключает противоречия, конфликты в отношениях между индивидами и государством, устраняет почву для протеста граждан против власти, появления частных интересов. Если все же частный интерес возникает, то он представляет собой патологию и поэтому подавляется.

Именно народ обладает общей волей, неделимым и неотчуждаемым суверенитетом, который понимается как осуществление общей воли. Образование единой воли возможно на базе имущественного равенства. Народ, как коллективное существо, может быть представлен только самим собой, а не избранными представителями. Его общая воля выражается непосредственно на собраниях. Она определяется законы и деятельность правительства. Власть народа как целого ничем не ограничена. «Если кто-либо, – писал Руссо, – откажется подчиниться общей воле, то он будет к этому принужден всем организмом, а это означает не что иное, как то, что его силой принудят быть свободным».

Тоталитарная направленность теории демократии Руссо получила дальнейшее развитие и практическое завершение в ленинской и сталинской теории демократии, а также в реальных моделях «социалистической демократии», которые до сих пор существуют в коммунистических государствах.

Особенности теорий «социалистической демократии» проявляются в полном отрицании частной собственности и, следовательно, всякой автономии личности, в подмене народа рабочим классом, трудящимися, а также в идее ведущей роли коммунистической партии, как авангарда рабочего класса, всего народа, руководящего процессом перехода к полной демократии, общественному самоуправлению. В действительности же «социалистическое народовластие» допускало демократию лишь в узких рамках, определяемых высшим партийно-государственным руководством, концентрирующем в своих руках реальную власть.

Несмотря на различия, коллективистские теории демократии имеют ряд общих черт. Это:

1) отрицание автономии личности, рассмотрение ее как составной части, органа единого народного, национального, классового и т.п. тела, целостного организма;

2) первичность народа (или другого крупного социального субъекта, претендующего на выражение общей воли) в осуществлении власти, принятии решений, определяющих поведение каждого гражданина;

3) гомогенность, однородность народа по своему составу, устраняющая почву для конфликтов между индивидами и государством;

4) неограниченность, абсолютность власти большинства, которое отождествляется с народом, над меньшинством, в том числе отдельной личности.

Теория коллективистской демократии показали свою практическую несостоятельность или, по крайне мере, несовместимость с демократией в ее современном понимании. Попытки их осуществления неизбежно приводили к тоталитаризму, подавлению индивидуальной свободы, массовому террору. Оказалось, что власть народа даже большинства не может быть реальной без гарантирования индивидуальной свободы и других основополагающих прав личности как первичного источника власти.

Жизнь показала, что так называемые «общая воля», «классовый», «национальный» или «общенародный» интересы представляют собой вымысел, миф, оправдывающий политическое господство отдельного лица или группы, без равноправного участия отдельных свободных личностей и рассматриваются как неоспоримые, над индивидуальные, внутренне непротиворечивые сущности, устанавливающие рамки дозволенного для политической активности граждан, границы демократии.

Идея автономии личности и ее первичности по отношению к народу, его воле является определяющей для второй группы теорий демократии, выделяемой с точки зрения главных социальных субъектов власти. Как я уже отмечал, эту группу составляют индивидуалистические, либеральные концепции. В отличие от коллективистских теорий демократии, не расчленяющих государство, общество и личность, ее индивидуалистические концепции выделяют личность из общества и государства. Они уделяют первостепенное внимание созданию институциональных и иных гарантий для индивидуальной свободы, предотвращающих всякое подавление личности властью. Каковы же наиболее характерные черты этой группы теорий?

1. Признание личности первичным, в конечном счете, главным источником власти, приоритет прав личности над правами государства.

2. Преимущественно негативное понимание индивидуальной свободы, т.е. как отсутствие ограничений, нежелательного вмешательства; ограничение власти большинства над меньшинством, обеспечение индивидуальной и групповой автономии и свободы.

3. Ограничение сферы деятельности государства преимущественно охраной общественного порядка, безопасности граждан, социального мира, его невмешательство в дела гражданского общества, приоритет рыночного саморегулирования над государственным, политическом управлением.

4. Разделение властей, создание сдержек и противовесов как условия эффективности контроля граждан над государством, предотвращения злоупотребления властью.

Типичное либеральное понимание демократии дал бывший американский президент Р. Рейган: «Демократия – не столько способ правления, сколько способ ограничивать правительство, чтобы оно не мешало развитию в человеке главныхценностей, которые дают семья и вера».

Такая трактовка демократии не безупречна и подвергается критике по следующим направлениям.

1. Характерная для либерализма ограниченность в понимании свободы ведет к углублению социального неравенства и нарастанию социальных конфликтов, не удовлетворяет интересам большинства граждан и в конечном счете ставит под сомнение саму демократическую форму правления. Либеральная трактовка демократии стимулируя и оправдывая имущественную поляризацию общества, обесценивает фундаментальные права и свободы личности, делает их практически трудноосуществимыми для низших слоев населения.

2. Потребности экономического и социального развития требуют расширения государственного регулирования, проведения активной инвестиционной, налоговой и иной хозяйственной политики. Современное демократическое государство не может ограничиваться ролью «ночного сторожа» и должно иметь право регулировать экономические и социальные процессы, укреплять социальную справедливость.

3. Чрезмерный акцент на личности, ее свободе не позволяет увидеть главного субъекта реальной политической жизни – группу.

Идею заинтересованной группы как реального творца политики, борьбы за власть и ее осуществление развивает и обосновывает третья группа теорий демократии – плюралистические концепции. В вопросе о главном представителе народовластия они занимают как бы промежуточное положение между индивидуалистическими (личность) и коллективистскими (народ) теориями демократии.

Эта группа теорий исходит из того, что ни личность, ни народ не являются главными движущими силами политики в демократическом государстве. Именно в группе, а также в межгрупповых отношениях формируются интересы, ценностные ориентации и мотивы политической деятельности индивида. С помощью группы личность получает возможность политического выражения и защиты своих интересов. Что же касается народа, то и он не может выступать главным субъектом политики, поскольку представляет собой сложное внутреннее противоречивое образование, состоящее из разнообразных, конкурирующих в борьбе за власть групп.

Назначение демократии состоит в предоставлении всем гражданам возможности открыто выражать свои интересы, находить с помощью взаимных компромиссов их баланс, равновесие, в предотвращении с помощью создания многочисленных независимых центров политического влияния, социальных противовесов узурпации власти наиболее могущественными общественными группами.

Если обобщить разнообразные теории плюралистической демократии, то можно выделить у них ряд общих черт. К ним относятся:

1. Признание заинтересованной группы центральным элементом демократической политической системы, гарантирующим реализацию интересов, прав и свобод личности. Сама личность при этом оттесняется на второй план.

2. Рассмотрение соперничества и баланса групповых интересов как социальной основы демократической власти, ее динамики.

3. Развитие идеи сдержек и противовесов, ее распространение с институциональной сферы на социальные отношения.

4. Узаконение «разумного эгоизма», личного и группового интереса как генератора политики.

5. Значительное расширение сферы деятельности государства, рассмотрение его как арбитра, сохраняющего равновесие соперничающих интересов и обеспечивающего саморегулирование всего общества.

6. Утверждение о диффузии, распылении власти и правящей элиты в современном демократическом государстве.

7. Трактовка множественных, плюралистических элит как главного проводника влияния масс на политику.

8. Забота о формировании демократической политической культуры, которая рассматривается как условие цивилизованного характера борьбы интересов и относительно безболезненного разрешения функциональных конфликтов.

9. Поддержка государством социально-ущемленных групп и индивидов с целью повышения их жизненных шансов и укрепления социальной справедливости.

Плюралистические теории демократии сохраняют почти все ценности либеральной демократии, но дают им специфическую интерпретацию и обогащают целым рядом новых идей. Результатом плюралистического видения демократии является ее трактовка как формы правления, обеспечивающей баланс сил между конфликтующими экономическими, профессиональными, этническими, религиозными, демографическими, региональными и другими группами, как усредненного равновесия влияний, исключающего монополию одной из групп на принятие решений и действие власти в интересах лишь какого-нибудь одного слоя.

Плюралистические теории демократии находят практические признание и применение во многих государствах мира. Однако и они подвергаются критике за следующие недостатки.

1. Идеализация действительности, преувеличение групповой идентификации населения, участия граждан в группах интересов. В реальной жизни лишь не более одной трети граждан представлены в группах интересов. Поэтому построенная по плюралистическим рецептам модель демократии не будет властью большинства.

2. Игнорирование или недостаточный учет неравенства влияния многочисленных социальных слоев на власть и прежде всего приоритетного влияния бизнеса, бюрократии, профсоюзов, ВПК.

3. Тенденциозная трактовка государства как нейтрального арбитра, стремящегося к справедливому сочетанию интересов всех слоев граждан. На деле же государство обычно находится под влиянием капитала и других наиболее мощных групп интересов.

4. Углубление противоречия между равенством и свободой, ограничение свободы в пользу равенства. Это означает нарушение основополагающих либеральных прав личности и прежде всего права на частную собственность и предпринимательство. Предлагаемая многими плюралистами поддержка государством социально ущемленных слоев может осуществляться только за счет других групп населения.

5. Подготовка благоприятной почвы для тоталитаризма, поскольку широкая политизация общества, вмешательство государства в экономические процессы и сферу распределения доходов подрывает основы рыночной экономики, сужает рамки гражданского общества и тем самым способствует усилению тоталитарных тенденций.

Критика плюралистических концепций демократии ведется с различных позиций. Очень часто она строится с позиций абстрактного демократического идеала, который нигде реально не осуществим, а также на основе прямо противоположных ценностных ориентации – либо с позиций защиты неограниченной негативной свободы, отвечающих главным образом интересам крупных собственников, либо с точки зрения стремлений к обществу равных возможностей, предполагающих государственное регулирование доходов в пользу малоимущих слоев.

В целом же многие плюралистические идеи, обогащенные другими демократическими принципами, имеют фундаментальное значение для современной демократии, которая в известном смысле является либерально – плюралистической. Однако такая ее характеристика еще не достаточно полна. Углублению понимания демократии служит ответ на вопрос: «Как народ осуществляет власть? Кто и как непосредственно выполняет властные функции, управляет государством?».

Осуществление власти

В зависимости от того, кто – народ или его представители – непосредственно осуществляют властные функции, какие формы демократии преобладают: прямая или представительная, многообразные демократические теории можно разделить на две группы концепций: концепция непосредственной демократии и репрезентативные (представительные) концепции. Первая из них исходит из того, что в демократическом государстве воля народа и государственная власть должны быть идентичны, тождественны, что сам народ должен непосредственно участвовать в принятии важнейших политических решений осуществлении власти. Представительные же органы необходимо свести к минимуму и сделать полностью подотчетными, подконтрольными гражданам.

По мнению сторонников непосредственной демократии, лишь она представляет собой подлинное народовластие, дает больше возможностей для, выражения интересов и воли народа. Ее преимущества такие в том, что непосредственная демократия обеспечивает прочную легитимацию власти, преодоление политического отчуждения граждан, что повышает стабильность политической системы и эффективность управления; расширяет за счет участия многих людей интеллектуальный потенциал политических решений; развивает общественную активность населения; обеспечивает эффективный контроль за политическими институтами и должностными лицами, предотвращает злоупотребление властью, отрыв правящей элиты от народа, бюрократизацию чиновничества.

Противники непосредственной демократии указывают на следующее ее недостатки.

1. Низкая эффективность принимаемых решений вследствие недостаточной компетентности и ответственности должностных лиц, поскольку важнейшие решения принимаются широким кругом никем не контролируемых и несущих за это ответственности непрофессионалов;

2. Повышение опасности тоталитаризма или популистского авторитаризма вследствие подверженности масс идеологическим влиянием и их склонности к уравнительности, ущемлению свободы за счет равенства;

3. Сложность и дорогостоящность при практическом осуществлении;

4. Возможность привлечь большинство граждан к систематическому участию в управлении без принуждения, нарушения личной свободы, поскольку основная масса населения не желает добровольно серьезно заниматься политикой.

Концепция репрезентативной (представительной) демократии исходят из понимания демократии как компетентного и ответственного перед народом представительного управления. Главный акцент в этих концепциях ставится на четкой реализации принципа ответственности на всех уровнях власти и государственного управления, в то время как принцип соучастия граждан оттесняется на второй план, хотя в целом и не отвергается, ибо без признания народа источником и высшим контролером власти демократия невозможна уже по своему определению («народовластие»).

Воля народа не отождествляется здесь с его прямым участием. Она выражается как непосредственно на выборах, так и делегируется депутатам и представительным органам власти, которые в пределах предоставляемых им полномочий самостоятельно формируют и антиципируют (предвосхищают) народную волю «если она вообще существует), а порой действуют вопреки ей под свою ответственность. Отношения между народом и его представителями строятся на основе контроля (преимущественно – электорального), доверия, конституционного ограничения компетенций органов власти и должностных лиц и их полной независимости в пределах закона.

Достаточно четкое определение представительной, репрезентативной демократии дает Р. Дарендорф. Вопреки буквальному значению, пишет он, «демократия – не «правление народа»; такого на свете просто не бывает. Демократия – это правительство, избираемое народом, а если необходимо – то народ и смещаемое; кроме того, демократия это правительство со своим собственным курсом».

Концепции репрезентативной демократии имеют свои «плюсы» и «минусы». По мнению ее сторонников политическую стабильность, репрезентативная, парламентская демократия, гарантирует политическую стабильность и порядок, уберегает общество от сиюминутных массовых увлечений и преходящих настроений, идеологического иррационализма и эгалитарных устремлений широких слоев населения. Высокая эффективность представительной демократии объясняется рациональностью организации политической системы, четким разделением труда, более высокой, по сравнению с непосредственной демократией компетентностью и ответственностью лиц, принимающих решения.

Противники репрезентативной демократии к ее недостаткам относят.

1. Фактическое отстранение народа от власти в промежутке между выборами и тем самым отход от сути демократии как народовластие;

2. Неизбежную вследствие сложной иерархической системы управления бюрократизацию и олигархизацию власти, отрыв депутатов и чиновничества от рядовых граждан;

3. Приоритетное влияние на политику наиболее сильных групп интересов и прежде всего капитала, сравнительно широкие возможности подкупа должностных лиц;

4. Нарастание в государстве авторитарных тенденций вследствие постепенного оттеснения законодателей исполнительной властью;

5. Слабая легитимация власти вследствие почти полного отчуждения от нее граждан;

6. Ущемление политического равенства, возможностей всех граждан участвовать в политическом процессе за счет чрезмерно большой свободы представительных органов;

7. Широкие возможности политического манипулирования, принятия неугодных большинству решений власти.

Как видно из анализа основных концепций демократии, все они не лишены определенных недостатков. Как же используются различные теоретические модели в существующих в наши дни демократических государствах? Что представляет собой современная демократия и насколько она приемлема для различных стран и народов?

Опыт многих демократических государств мира свидетельствует, что негативные стороны репрезентативной демократии можно во многом нейтрализовать, не отказываясь при этом от нее главных преимуществ и прежде всего эффективного управления. Реально существующая демократия в индустриально развитых странах стремится в большей или меньшей степени совместить идеи самоуправления и участия – главным образом на местном уровне, а частично и на производстве, и представительства – в масштабах всего общества.

В целом же это репрезентативная демократия, базирующая на либеральных ценностях и принципе плюрализма. Реально она существует в форме парламентаризма – системы правления, основанной на разделении властей и верховенстве власти парламента, делегированной ему народом. Парламентаризм может включать различные виды представительства: территориальное, партийное, корпоративное (представительство групп интересов, участвующих в общественном разделении труда) и этническое. Демократический механизм базируется на конкурентном соперничестве многочисленных партий и групп интересов.

Современная парламентская демократия весьма далека от этимологического значения слова – «народовластие». Поэтому некоторые политологи предлагают использовать для ее обозначения специальные термины. Так, Р. Даль называет представительную демократию западного образца «полиархией» и отличает от демократии так народовластия, которая, возможно, нигде и никогда не будет реализована.

И все же несмотря на известные несовершенства реальной демократии, она является сегодня наиболее популярной формой правления. Как говорил У. Черчиль, «У демократии много недостатков, но у нее есть и одно достоинство, состоящее в том, что их до сих пор никто не изобрел ничего лучшего». Насколько верна такая характеристика?

В мировой политической мысли существуют ценностные и рационально-утилитарные обоснования демократии.Первые из них рассматривают демократию как ценность саму по себе, как реальное воплощение в государственном устройстве важнейших общечеловеческих ценностей: свободы, равенства, социальной справедливости, народовластия и т.д.

Однако такие утверждения далеко не бесспорны, поскольку реальная представительная демократия («полиархия») весьма далека от этих идеалов. К тому же и сами демократические ценности во многом релятивные, часто истолковываются по-разному и разделяются массами никак не во все исторические эпохи и далеко не всеми людьми. Взять, например, такую высшую демократическую ценность, как свобода. Демократия декларирует главным образом лишь негативную (индивидуальную и политическую) свободу, базируясь на авторитарной организации экономики и социальном неравенстве. Кроме того, сама свобода и сегодня воспринимается многими как весьма тяжкое бремя, связанное с риском, ответственностью, психологическим дискомфортом и другими неудобствами. Ей предпочитаются покой, порядок и материальное благосостояние. Не только в прошлие эпохи, но ив наше время очень многие люди, если не большинство населения Земли, не раздумывая променяют личную свободу на безопасность и вкусную «чечевичную похлебку».

Это же в полной мере относится и к другими демократическим ценностям: равенству, справедливости и т.д., которые достаточно релятивные, трактуются разным людьми по-разному. Явно неоднозначное отношение людей к основным демократическим ценностям и их различное, порою прямо противоположное толкование, а также предпочтение им других, более земных «радостей» свидетельствуют о несостоятельности или, по меньшей мере, сомнительности ценностных обоснований демократии, равно как и практических попыток принудительно «осчастливить» ею различные народы.

Вторая, рационально-утилитарная группа аргументов в пользу демократии абстрагируется от ценностного подхода и трактует ее как наиболее рациональную, полезную для общества и граждан форму организации. Демократическое правление увеличивает восприимчивость общества к новым веяниям, повышает вероятность нахождения оптимальных решений. Демократия совместно с конкурентными рыночными структурами делает общество открытым для любых идей и вариантов развития, предпочитаемых народом (отсюда и название демократического рыночного государства – «открытое общество»).

Сторонники рационально-утилитарного обоснования демократии оправдывают ее существование не гуманными соображениями, а наилучшими возможностями сохранения и развития системы, ее адаптации к непрерывно изменяющейся социальной среде. Этому служит целый ряд демократических принципов. Так, стимулируемый демократией плюрализм обеспечивает многообразие общественных явлений, богатство духовных и социальных альтернатив, расширяет диапазон политического выбора. Демократическое соучастие позволяет представить различные взгляды и позиции при принятии политических решений, осуществлять отбор наиболее приемлемых из них. Периодическая конкурентная смена парламента и правительства способствует своевременному исправлению ошибок и гибкой корректировке политического курса в соответствии с меняющейся ситуацией.

Такие интерпретации демократии подвергаются критике за их гуманистическую индифферентность, полное отвлечение от нравственных императивов и общечеловеческих ценностей. Действительно, если подходить с такой точки зрения, то с одинаковым успехом можно оправдать любые формы организации и меры, способствующие самосохранению системы.

Ограниченность таких обоснований демократии состоит также и в том, что полное абстрагирование от ценностных ориентацией, менталитет людей в социальных исследованиях недопустимо с научной точки зрения, поскольку от них, от внутреннего мира человека в целом прямо зависят любые общественные процессы. Без адекватного учета ценностно-мотивационной сферы не будет работать никакая теоретическая модель.

Как отмечают многие политические антропологи, человек не всегда готов к демократии, ибо он – «существо противоречивое, всегда рискованное и опасное, готовое к вырождению, поддающееся внешнему воздействию, натравливанию, и лишь частично разумное». Не только отдельные люди, но и целые народы не могут нормально существовать без твердой, авторитетной власти, ограничивающей эгоистические устремления и агрессивные инстинкты и защищающей человека «от самого себя».

И хотя не со всеми этими суждениями о человеке и демократии можно согласится, опыт истории учит, что демократия – благо лишь тогда, когда она соответствует политической культуре и менталитету народа. Необходимым условием ее социальной эффективности являются наличие в обществе консенсуса (согласия) по основополагающим вопросам совместного проживания в государстве, признание подавляющим большинством граждан «демократических правил игры», преобладание индивидуалистического сознания, исходящего из ценностного приоритета личности по отношению к коллективу, нравственной готовности к компромиссам, самоограничению и самодисциплине, из уважения других людей, закона, мнения большинства.

Демократия неприемлема в экстремальных ситуациях – в периоды войн, острых кризисов и т.п. Переход к ней требует постепенности, длительного промежутка времени.

Современный общественно-экономический прогресс во многом стимулирует развитие демократии, питает демократический менталитет и демократические ценностные ориентации граждан, требует социальной эмансипации (освобождения) личности, уважения ее достоинства, фундаментальных прав и свобод, независимости мышления. Он нуждается в свободе информации и плюрализма общественной жизни в целом. И в этом смысле тем народам, которые готовы к индивидуальной свободе и ответственности, демократия действительно создает наилучшие возможности для индивидуального и общественного развития, реализации гуманистических ценностей: свободы, равноправия, справедливости, социального творчества.

Вопросы для самоконтроля: Модуль 2, вопросы 94-101.

Рекомендуемая литература: 2, 9, 10, 13, 25, 37.

Политическая наука имеет в своем арсенале различные способы описа­ния политики, вычленения тех или иных ее сторон и аспектов. В этом смысле и «политиче­ский процесс», наряду с понятиями «политическая систе­ма», «политическая культура» и другими важнейшими категориями политологии характеризует определенную сторону этой сложнейшей сферы общественной жизни.

Специфика категории политического процесса, преж­де всего, выражается в том, что она сориентирована на отображение реальности, которая выстроена не в соот­ветствии с теоретическими представлениями лидеров и предписаниями науки, а является совокупным результа­том переплетения различных типов политического пове­дения групп и граждан и деятельности институтов вла­сти; реальности, в которой взаимодействуют различные субкультуры, взаимоисключающие традиции и многие другие факторы, непрерывно вносящие в течение собы­тий нечто новое и нестандартное. В политическом про­цессе действуют живые люди со всеми своими стереотипами и предрассудками, люди, то включающиеся в от­ношения с государством, а то непонятно почему игнори­рующие свои политически значимые интересы. Поэтому политический процесс не несет в себе какую-либо пред­определенность в развитии политических событий.

Раскрывая содержание политики через реальные формы исполнения субъектами своих функций, полити­ческий процесс демонстрирует, как осуществление этих ролей воспроизводит одни элементы политической системы, разрушает другие, развивает и творит третьи. Тем самым политический процесс раскрывает поверхно­стные или глубинные изменения политической системы, характеризует ее переход от одного своего состояния к другому. Поэтому в целом политический процесс рас­крывает движение, динамику, эволюцию политической системы, изменение ее состояний во времени и про­странстве. Он представляет собой совокупность действий институализированных и неинституализированных субъек­тов по осуществлению своих специфических функций в сфере власти, ведущих к изменению и развитию (или упадку) политической системы общества.

С содержательной точки зрения осуществление политическими субъектами своих функции выражает происходящее в обществе распределение и перераспределение ресурсов власти, осуществление политической мобилизации граждан, принятие решений, контроль за элитами и другие формы политической активности групп и граждан. Причем не только признаваемые и поощряемые правящим режимом, но и обладающие нелегитимным характером. Поэтому в политический процесс включены и такие формы политической активности населения, как заговоры, террор, деятельность нелегальных партий и проч. Но, как правило, они находятся на периферии политической жизни, выражая те формы политического протеста, которые носят несистемный для общества характер.

Однако и те и другие формы политического поведе­ния субъектов в конечном счете объединены одной и той же внутренней потребностью: повлиять на принима­емые государственной властью политические решения. Поэтому главная, центральная проблема политического процесса состоит в принятии (и реализации) политиче­ских решений, которые должны интегрировать различ­ные интересы граждан и быть выражены в соответствующей им некой сложной системе общеколлективных це­лей (или иначе — политической воле общества).

Выработка общеколлективных целей формируется как бы на пересечении действий официальных органов и институтов власти, влияния групп интересов, а так же механизмов общественности (профсоюзов, СМИ и т. д.). Тем не менее, центральную роль в данном отноше­нии играют высшие институты государственной власти. Именно эти институты выступают главным механизмом принятия и осуществления решений. От их деятельности зависит степень централизации власти и распределения полномочий между группами, участвующими в выработ­ке целей политического развития. Благодаря своей ус­тойчивости и мобильности в политическом процессе, ин­ституты способны поддерживать (и насаждать) даже те нормы и цели, которые не отвечают потребностям раз­вития общества, расходятся с политическими традициями населения и противоречат менталитету граждан. Харак­тер деятельности институтов, по сути, определяет тональ­ность взаимоотношений политических субъектов, ритмы и темпы политических изменений.

Деятельность институтов обычно задает и характер­ные для конкретных обществ циклы политического про­цесса. Говоря иначе, процесс выработки и реализации общегосударственных, общеколлективных решений чаще всего осуществляется ведущими политическими институ­тами. Например, в демократических странах политиче­ский процесс формируется и функционирует, как прави­ло, в связи с избирательными циклами. Пик политиче­ской активности населения приходится на время выборов в высшие законодательные, и исполнительные органы го­сударственной власти. В то же время при уходе законо­дателей в летние отпуска («парламентские каникулы») политическая жизнь по обыкновению затихает.

В тоталитарных режимах такие циклы может зада­вать деятельность правящих партий. К примеру, в быв­шем СССР очередные съезды КПСС задавали ритм всех изменений на внутриполитической арене, определяя очередные «исторические» задачи, рубежи пятилеток и т.д. Как показал опыт, в ряде афро-азиатских государств циклы политического процесса были связаны с измене­нием всех прежних институциональных структур, присходящих в результате военных переворотов. Эти военные перевороты и задавали темп и характер политических изменений.

Понятый как своеобразный нервный центр всех пол­итических изменений процесс выработки политических решений дает возможность выделить в содержании пол­итического процесса крупные структурные звенья, раскрывающие его внутренее строение и природу. Так, в качестве первого такого звена можно рассматривать этап представления политических интересов групп и граждан институтам, принимающим политические реше­ния. Здесь содержание политического процесса харак­теризует деятельность различных ассоциаций, многооб­разные формы политического участия индивидуумов, ар­тикулирующих и агрегирующих свои властно значимые интересы.

Второй элемент политического процесса представ­ляет собой этап выработки и принятия политических ре­шений, выражающих коллективные цели политической системы и социума в целом. В данном аспекте полити­ческий процесс предстает как сфера деятельности пра­вящих и оппозиционных элит, в своем взаимодействии вырабатывающих общегосударственные постановления и директивы.

Третий элемент политического процесса — этап реа­лизации политических решений, характеризующий слож­ное взаимодействие «верхов» и «низов» по организации масс и мобилизации властных ресурсов, регламентации и регулированию политического поведения населения, осуществлению контроля за деятельностью элит, подве­дению итогов и корректировке политического курса.

Выработка и реализация выбранных правящим режи­мом целей общественного развития выражает также и характер самого политического процесса. Чаще всего различают три режима его существования. Первый — это режим функционирования, не выводящий политиче­скую систему за рамки сложившихся взаимоотношений граждан и институтов власти. В этом случае политиче­ский процесс отражает способность структур и меха­низмов власти лишь к простому воспроизводству рутин­ных, повторяющихся изо дня в день отношений между элитой и электоратом, гражданином и государством. Традиции и преемственность в развитии политических связей обладают здесь неоспоримым приоритетом пе­ред любыми инновациями и подвижками в осуществле­нии функций основными политическими субъектами.

Второй режим протекания политического процесса — это режим развития. Здесь структуры и механизмы вла­сти выводят политику государства на новый уровень дви­жения, позволяющий адекватно ответить на вызовы вре­мени. Такой ритм политических изменений означает, что правящие круги нащупали цели и методы управления, соответствующие происходящим изменениям в социаль­ной структуре и меняющемуся соотношению политиче­ских сил внутри страны и на международной арене. Пол­итическое развитие сопровождается интенсивным взаи­модействием микро- и макрофакторов власти, борьбой разнообразных течений и тенденций, которые в конеч­ном счете ведут к повышению соответствия социальных и политических явлений. Не случайно Т. Парсонс считал, что развитие политического процесса отражает не что иное, как нарастание сложности и структурированности его содержания, ведущее к повышению адаптивности властных структур к внешним социальным условиям.

И, наконец, третьей разновидностью режима суще­ствования политического процесса является режим упад­ка, распада политической целостности или, как говорил П.Струве, «регрессивная метаморфоза» политики. В данном случае направленность динамики политического процесса имеет негативный по отношению к нормам и условиям целостного существования политической сис­темы характер. Энтропия и центробежные тенденции преобладают здесь над интеграцией, атомизация полити­ческих субъектов и распад режима правления носят здесь необратимый характер. В результате принимае­мые режимом решения утрачивают управленческую способность, а сам режим — свою легитимность.

Классическим примером такого по характеру пол­итического процесса является судьба по сути всех быв­ших социалистических стран в европейском и азиатском регионах, где правящие круги так и не смогли отыскать адекватных мер, чтобы отреагировать на социально-эко­номические и духовные запросы времени.

Одной из важнейших характеристик политического процесса является политическое участие. Оно — та ма­терия, из которой складывается реальный политический процесс.

Политический процесс состоит из действий. Политическое действие определяется как сознательное и добровольное вмеша­тельство отдельного человека или группы в отношения власти данной системы с целью приспособления ее к своим интересам, идеалам и ценностям. Деятельность социаль­ных групп или индивидов связана со стремлением усо­вершенствовать или изменить социально-экономичес­кий и политический порядок.

Политические действия ориентируют политиче­скую систему на достижение определенных целей, вы­ражающих интересы различных групп. Эти интересы облекаются в теоретическую, идеологическую форму. От того, какой идеологии придерживаются участники по­литического процесса, не в последнюю очередь зависит и то, направлена ли их деятельность на революционные изменения общества или на его реформирование.

Политическое действие всегда совершается “здесь” и “сейчас”, то есть в конкретной ситуации. По­тому необходим анализ объективного положения дел, конкретных условий, прежде чем начать действовать. Надо выявить специфику каждой ситуации, чтобы выб­рать правильные методы и средства политического дей­ствия, ибо перенос стратегий, имевших успех в одной ситуации, не приносит успеха в другой. Одно из обстоя­тельств, мешающих правильно оценить ситуацию, – идеологический догматизм. Так, многие исследователи считают, что прихода нацистов к власти в Германии можно было бы избежать, если бы социал-демократи­ческая и коммунистическая партии правильно проана­лизировали ситуацию и выступили единым блоком про­тив фашизма, вместо того, чтобы вести ожесточенную борьбу между собой.

Важен и тот инструментарий, с помощью кото­рого оценивается ситуация. Разумно изменить наши схемы и догмы, если в них не укладывается политическая реальность, ибо она всегда богаче любых схем. Ли­ца, действующие в политике, должны иметь солидный багаж знаний, быть компетентными. Кроме того, они должны творчески применять свои знания в той или иной ситуации. И если данная ситуация не укладывает­ся в рамки теории, разумнее пересмотреть теорию. Тео­рия в политике имеет смысл тогда, когда может дать адекватный ответ на конкретную проблему. Теории, ставшие догмами, рано или поздно изживают себя. Ко­нечно, группа, разделяющая ту или иную теорию, нелегко отказывается от нее, ибо это может вести к потере

или уменьшению власти. Этим объясняется упорство, с которым защищаются некоторые политические теории, изжившие себя, не работающие в данных условиях.

В любой политической системе есть определен­ные нормы, правила игры, которые обязаны соблюдать участники политического процесса. Нарушают, как правило, эти нормы те, кто хочет изменить политическую систему посредством насилия. Однако, в случае завоевания власти, они устанавливают свои нормы действия, свои правила игры.

Политические действия связаны также с политическими мифами, то есть верой в будущее, надеждой на что-то лучшее, что объясняет героическое поведение многих людей, их самопожертвование. Каждое крупное политическое движение предлагает свой миф, мобили­зующий людей. Так, Французская революция привлекла массы эгалитарным мифом (равенством), нацизм – ми­фом расового превосходства арийцев, новой римской империи, социализм – мифом бесклассового общества, если бы люди не верили в мифы, эти движения не ста­ли бы сильными. Современный человек также нуждается в вере.

В политике весьма сложно разделить индивидуальных и коллективных субъектов политического действия. Часто они дей­ствуют вместе: лидер и массы, партийные вожди и ря­довые члены. Потому имеется ряд классификаций субъ­ектов политического действия. Так, французский политолог М.Дюверже подразделяет их на классовые, терри­ториальные и корпоративные группы.

Понятие классов является центральным в марксизме, где они определяются по отношению к средствам производства. Вне марксизма классы различаются по образу и уровню жизни, доходам, престижу и другим критериям. Однако все авторы согласны с такими ха­рактеристиками классов, как неравенство условий жизни и труда, наследственная передача привилегий (соб­ственности, статуса, круга связей). У классов неравны шансы, уровни богатства, юридические привилегии, культурные преимущества.

В основе формирования территориальных групп лежит солидарность. Основная территориальная группа – нация, принадлежность к которой осознается каждым человеком особенно остро. Потому конфликты между нациями отличаются особой ожесточенностью, превос­ходя в этом отношении даже классовые конфликты. К территориальных группам относятся также коммуны, районы, провинции.

Корпоративные группы образуются людьми, занимающимися одинаковой или близкой деятельностью (профессиональные, парапрофессиональные группы, организации досуга). Профессиональные группы объе­диняют людей одной профессии, работников одной от­расли. Парапрофессиональные группы образуют выпу­скники одной школы, одного университета. Они характеризуются корпоративным духом, то есть чувством принадлежности к одному кружку, противостоящему другим. Особенно развит корпоративный дух у выпуск­ников привилегированных учебных заведений, где учат­ся те, кто претендует на место в элите общества.

Политическое действие можно характеризовать с учетом различных критериев. Так, различается по­зитивное политическое действие, заключающееся в том, чтобы сделать нечто для достижения определенной це­ли, и негативное, состоящее в том, чтобы “прекратить что-то делать”. Позиция воздержания не является нейт­ральной, поскольку всегда имеет определенные послед­ствия. Тот, кто воздержался, облегчил действия других. Непрепятствование событиям идти своим чередом на­зывается абстенционизмом. Те, кто практикует абстенционизм, иногда полагает, что находится вне политической игры, вне интересов групп. Однако на практике такая позиция укрепляет определенную политическую линию.

Абстенционизм практикуется изнутри и вне политической системы. Нейтралитет некоторых государств [может рассматриваться как внешний абстенционизм. Отказ от участия в выборах, голосовании (абсентеизм), от принятия каких-либо решений, участия в блоках, коалициях и т.д. также можно рассматривать как формы абстенционизма, которые имеют политические последствия.

Политическое действие можно характеризовать как рациональное и иррациональное. Рациональное действие означает, что его агент имеет четкое представление о целях, знает адекватные этим целям методы, способен эффективно применять их, устанавливая систему при­оритетов, а также способен менять стратегию, если она не приводит к желаемым результатам.

Практика показывает, что рациональность политического действия – скорее идеал, а не широко распро­страненное явление. Талант лидера и измеряется, в ча­стности, способностью приблизиться к этому идеалу. Что же касается иррационального политического дейст­вия, то оно, как правило, заканчивается неудачей из-за неспособности политиков увязать цели и средства, сле­пого отношения к действительности, которую рассматривают в соответствии со своими догмами и схемами. Это почва политических иллюзий, которые зачастую приводят к печальным для общества последствиям.

Реальные политические действия, которые мы наблюдаем ежедневно, представляют собой сочетание различных степеней рациональности и иррационально­сти. Да и сама политическая жизнь есть переплетение достижений и ошибок.

Политическое действие можно рассматривать как инерционное и творческое. Инерционные действия воспроизводят принятые нормы поведения, существующую политическую систему, сохраняют ее. Творческие действия вносят в политику перемены, новые моменты, динамику. Политические системы функционируют, как правило, на основе этих двух типов действий, пооче­редно переживая стадии стабильности и изменений. В них не бывает ни абсолютной стабильности, ни посто­янных изменений.

Политическое действие может быть стихийным или организованным. Как правило, действия элит более организованны, что дает им возможность сохранять свое господство, разрабатывать стратегию и тактику, претво­рять в жизнь свои планы. Однако в любом политиче­ском действии может быть и доля стихийности, случай­ности, несогласованности. Кроме того, не все действия лидеры политической системы могут контролировать, что приводит к возникновению стихийных движений, выдвигающих своих лидеров. В реальной политической борьбе всегда присутствует синтез сознательных дейст­вий и элементов стихийности, непредвиденных и не­контролируемых действий.

Виды политических действий зависят от типа общественных преобразований, от отношения политических сил к действи­тельности. В результате политических действий полити­ческие системы изменяются как быстро, так и медлен­но. Максимальным радиусом действия обладают революция, мятеж, восстание, контрреволюция, крестьян­ская война.

Революция представляет собой свержение господ­ствующих групп, преобразование общества в целом. Со­циальные и политические революции возникают как следствие нарастания противоречий в обществе. Их причины могут быть различны, но основная, несомнен­но, заключается в том, что господствующие классы те­ряют свою легитимность. Революционный взрыв могут вызвать война, политический кризис, интервенция, ту­пики в решении социальных проблем, политическая коррупция и т.д. Выделяются следующие типы социаль­ных и политических революций: антиимпериалистичес­кие (национально-освободительные, антиколониаль­ные), буржуазные, народные, народно-демократические, социалистические.

Революция – чрезвычайно сложное явление. Гос­подствовавшие классы и группы лишаются экономичес­кой и политической власти. Появляется новая полити­ческая элита, предлагающая обществу новый проект развития, управляющая на основе других ценностей и институтов. Революционные процессы, как правило, яв­ляются насильственными, предполагают открытое стол­кновение групп, борющихся за господство.

В победившей социальной революции выделя­ются следующие этапы: ее вызревание (революционная ситуация), взрыв, победа, институционализация. Эти этапы различны по продолжительности, сопровождают­ся разрушениями, человеческими жертвами, внутренней борьбой в среде революционеров. Не случайно говорят, что “революция пожирает собственных детей”. В случае успеха революции заканчиваются созданием новых политических и государственных институтов, новых форм жизни, которые защищаются новой элитой, в том числе и с применением насилия.

Одной из главных опасностей победившей рево­люции является предоставление привилегий определен­ным группам. Возникает противоречие между идеалами, провозглашенными революционерами и новой политической элитой, и привилегиями, что порождает критику и разочарование широких масс. Революционная элита, как и любая другая, подвержена коррупции, понимае­мой как использование политического влияния в лич­ных целях. Возможно, самое сильное сопротивление революционным переменам связано с сознанием людей. Невозможно также в короткие сроки коренным образом преобразовать общество. Все это вызывает разочарова­ние в целях, идеалах и результатах революции.

В связи с тем, что не все слои населения под­держивают революционные изменения в обществе, формируется движение, которое выступает против рево­люции. Контрреволюция – это политическое движение, руководимое отстраненными от власти группами, их представителями, теми, кто порвал с революцией. Це­лью контрреволюции является свержение новой элиты и восстановление прежних порядков. Для финансирова­ния контрреволюционных движений используются средства эмигрантов, тех стран, которые заинтересованы в ликвидации революционного режима. Обычно контр­революционеры используют вооруженное насилие, экономический саботаж, политическую пропаганду. Если широкие массы поддерживают революционные силы, то контрреволюция терпит поражение. В случае успеха контрреволюции начинается этап открытой реставрации власти прежних господствующих групп.

Открытое сопротивление народа законной влас­ти может выражаться в мятежах, бунтах, крестьянских войнах. Серьезной политической проблемой для совет­ской власти были крестьянские бунты, инициатива ко­торых нередко шла от сельских сходов. Бунт – результат возмущения масс действиями местных властей, перерас­тающего в беспорядок, погромы.

Второй тип политических действий составляют реформы. Они ведут к общественным переменам, не подрывая основ существующего строя и власти правя­щего класса. Классическим примером успешных ре­форм, проведенных в XX веке, можно считать реформы капитализма в развитых странах, которые не изменили его сущности, однако способствовали решению многих социальных проблем, предотвращению социальных конфликтов.

Реформистская стратегия не пытается реоргани­зовать общество в целом на основе общего плана, но лишь устранить препятствия, мешающие его нормаль­ному функционированию. Реформизм направлен на ре­шение конкретных проблем, он характеризуется духом прагматизма. Успех зависит также и от своевременности проведения. Запоздавшие реформы не приводят к смягчению социальной напряженности, открывают путь революционным процессам, предотвратить которые как раз и стремились с помощью реформ.

К третьему типу политических действий отно­ся политические перевороты: государственный переворот, путч, дворцовый переворот, военный заговор. Они ведут к переменам в сфере власти, в первую очередь персональным, путем использования физического насилия. Государственные перевороты – это, как правило дело рук представителей аппарата власти или самих правящих групп, тогда как путч – дело политических аутсайдеров.

Примером специфических политических действий служат митинги, демонстрации, забастовки, собрания, пикетирование, шествия и т.д. Особыми видами политических действий являются выборы и проведение избирательных кампаний, референдумы, официальные визиты государственных, партийных делегаций в другие страны, дипломатические переговоры.

Специфическим типом политических действий является популизм, который принято определять как деятельность, имеющую целью обеспечить популярность в массах ценой необоснованных обещаний, демагогических лозунгов, апелляций к простоте и понятности предлагаемых мер. Популист в современной по­литике – это деятель, заигрывающий с массами. Как свидетельствует историческая практика, популизм расцветает в условиях низкой политической культуры общества в силу особой политической ментальности широких масс.

В современных условиях разумной альтернативы реформам нет. Необходимо всем политическим силам стремиться к согласию, создавая атмосферу доверия, формируя механизм общения людей от высшего уровня до рядовых граждан. Альтернатива гражданского согласия – вражда, насилие порождает только ответное насилие и вражду. Потому из арсенала политических действий надо использовать далеко не любые, заботясь о гражданском мире и процветании государства.

Политическое участие рассматривается как вовлеченность членов данной общности на индивидуальной, классово-групповой, национально-этнической, ре­лигиозной или другой основе в процесс политико-властных отношений.Участие людей в политике служит одним из средств выражения и достижения их интересов. Не вся­кое участие в общественной жизни является политиче­ским. Если люди принимают участие в решении произ­водственных, профессиональных проблем, в техниче­ских решениях, в управлении техникой, вещами, не влияя на распределение власти, то такое участие не яв­ляется собственно политическим. Участие приобретает качество политического, когда личность, группа, слой, класс вовлекаются в политико-властные отношения, в процесс принятия решений и управления, носящий по­литический характер. Следует, конечно, учитывать, что в условиях существования государства вовлеченность граждан в процесс принятия решений и управления в социальной, экономической и культурной сферах в той или иной степени политизируется.

Политическое участие позволяет выявить реаль­ную роль гражданина, отдельных слоев, групп, классов как на местном уровне, так и в политической системе общества. Если граждане принимают активное участие в формировании элиты, в определении основных целей политики, контроле за ее осуществлением, то такую политическую систему можно считать основанной на уча­стии. В таком обществе политические элиты играют роль лояльных слуг общества, адекватно представляя интересы масс.

Политическое участие зависит от политическою режима. Так, в демократическом обществе это участие – всеобщее, свободное, инициативное и действенное в решении вопросов, затрагивающих существенные инте­ресы граждан. Оно является для них средством достижения целей, реализации потребностей в самовыражении и самоутверждении, в проявлении чувства гражданственности. Демократическое государство обес­печивает такое свободное участие правовыми нормами и процедурами, а также относительно равномерным рас­пределением среди различных слоев общества таких ресурсов участия, как деньги, образование, знание механизмов принятия решений, свободное время, доступ к средствам массовой информации. Демократическое общество допускает такие формы протеста и несогласия, как митинги, демонстрации, шествия, пикетирование, забастовки, направление петиций.

Авторитарный режим часть населения полно­стью или частично отстраняет от участия в политике. Тоталитарное общество стремится мобилизовать массы на ритуальные действия поддержки режима. Граждане вынуждены под страхом наказания, экономических санкций идти на митинги, демонстрации, организуемые правящей элитой. В этом случае политическое участие масс находится под жестким контролем со стороны правяшей группировки, им манипулируют для укрепления власти. В диктаторско-тоталитарном обществе запреще­ны все формы политического протеста и даже несогла­сия. Несогласные с проводимым политическим курсом объявляются врагами народа, злоумышленниками, по отншению к ним применяются репрессии.

Политическое участие выражается в двух основных формах: прямой (непосредственной) и опосредованной (представительной). Прямое участие имеет место в рамках небольших политических общин, где массы на собраниях принимают решения большинством голосов. Оно характерно для местного управления и самоуправления, осуществляемого гражданами через местные органы территориального общественного самоуправле­ния, местные референдумы, собрания и другие формы прямого участия в государственных и общественных де­лах. В Конституции Республики Казахстан определяются основные задачи и компетенция органов местного управления и самоуправления. Формой пря­мого участия граждан в решении важнейших вопросов государственной и общественной жизни являются общегосударственные и местные референдумы, которые также предусматриваются Конституцией Республики Казахстан.

При опосредованном участии массы выбирают своих представителей для осуществления политической власти. Чем крупнее общество, тем меньше возможно­стей для самоуправления. Опосредованное участие дает больше возможностей для искажения воли масс, по­скольку избранные представители, депутаты могут пре­следовать собственные интересы, не совпадающие с интересами тех, кого они представляют. Массы могут те­рять контроль над своими представителями, и степень их политического участия снижается. Тем не менее, представительное участие является единственно воз­можным в крупных политических системах.

В зависимости от политического режима, традиций, размеров территории, численности населения, развитости средств транспорта и коммуникаций в каждом обществе наблюдается различное сочетание прямого и опосредованного политического участия. Посредниками участия в современном обществе выступают политиче­ские партии, общественно-политические организации и движения, а основной формой его – выборы.

Для политического участия граждан важное значение име­ют как объективные условия (расстановка политических сил, политическая культура общества), так и их субъективное отношение к политической системе, мотивы участия в политике, их ценности, потребности, знания, информированность. Эти и другие факторы влияют на то, становиится или не становится человек частью некоего полического целого.

Одна из наиболее разработанных схем политического участия включает следующие элементы:

– реакция (позитивная или негативная) на импульсы, исходящие от политической системы, не связанная с необходимостью участвовать в каких-либо действиях;

– участие в делегировании полномочий (выборах), Это электоральное поведение;

– участие в деятельности политических и иных организаций;

– выполнение политических функций в рамках государственных и иных политических институтов, в том числе в оппозиционных партиях и т.д. Это профессиональные политики, должностные лица, депутаты,

лидеры и функционеры партий;

– прямые действия (участие в митингах, демонстрациях и т.д.).

Эти типы участия весьма неравнозначны. Одни из них занимают скромное место в политической жизни, другие весьма развиты, что позволяет судить о политической культуре конкретного общества. Так, из всех форм политической активности на Западе наиболее развитой является электоральная, хотя процент голосующих в разных странах неодинаков. Даже членство в пар­ях ограничивается зачастую участием в предвыборной кампании данной партии, голосованием за ее кандидата. Действительная активность – это удел немногих, меньшинства.

Если активность людей направлена на поддержание существующих порядков, то политическая система ее поддерживает. Если же отдельные группы требуют изменений, то правящие круги могут на них реагировать по- разному в демократических и недемократических странах, даже применяя насилие. Если процесс приня­тия решений сосредоточен исключительно в кабинетах властей, то отчужденные от политики массы выступают в ней, лишь как исполнители. Политическая жизнь мо­жет выходить на улицы и становится народным дейст­вием, но и тогда это действие определяется типом об­щества. При авторитарном или тоталитарном правлении массовые акции – это часть официального ритуала, де­монстрирование поддержки и одобрения политики, иногда не без харизматического подъема. В демократи­ческом обществе – политика на улице – это необходимый элемент политической жизни, фактор обратной связи власти и народа, форма народовластия. Политическое участие масс активизируется, если ошибки власти при­водят к конфликту с обществом. Тогда митинги, марши, шествия становятся способом волеизъявления народных движений, партий, широких масс. Политическое уча­стие может быть направлено против действий и реше­ний властей, выражая протест, возмущение, неприятие данной политической линии. Политический протест – это вид негативной реакции индивида (группы) на сло­жившуюся в обществе политическую ситуацию или конкретное действие отдельных органов государства и политических оппонентов. Как правило, протест возни­кает там, где действуют неэффективные стратегии и технологии осуществления власти.

К формам политического протеста относятся та­кие действия, как политическое и гражданское непови­новение, петиции, бойкоты, повреждение собственнос­ти, саботаж, убийства, похищения, террор, партизанские действия, революции, войны.

Люди, интересующиеся политикой и активно участвующие в ней, составляют, как правило, меньшинство. Большинство же проявляет апатию и безразли­чие, что является характерным признаком многих поли­тических систем. Существуют различные причины та­кого положения.

Так, многие люди выключены из политической жизни из-за низкого уровня личного развития, образо­ванности. Они потеряли веру в собственные возмож­ности, не верят, что могут повлиять на политические процессы. Выделяется группа апатичных граждан, кото­рые не интересуются политикой. Они занимаются соб­ственными проблемами и увлечениями, профессиональной карьерой. Некоторые из них считают политику скучной, непривлекательной, непонятной.

Наблюдается отчужденность от политической жизни как результат заорганизованности политической системы. Люди разочаровываются в политике, ибо не видят существенной разницы между политическими партиями и их программами. Они считают, что политические решения все равно будут принимать немногие, независимо от их участия в голосовании и других поли­тических акциях. Они не ощущают личной выгоды от политики, считая, что она обслуживает лишь интересы элиты.

Есть группы людей, настроенные враждебно к политической системе и ее институтам. Они занимают позицию политического бойкота, неучастия. Например, во времена революций, оккупации многие люди отказываются от сотрудничества с новыми властями, не при­емля их позиции. В изменившихся условиях они могут стать активными участниками политического процесса.

На уровень политического участия влияют такие социальные факторы, как образование, социально-экономический статус, возраст, пол, место жительства, профессия, доступ к политической информации, социально-экономическая ситуация.

Более детальная характеристика и оценка содержания политического процесса связана с анализом различных его типов. В самой общей форме можно сказать, чтополитические процессы бывают двух типов: внешнеполитические и внутриполитические.Первый будет рассмотрен в специальной теме. Для понимания же особенностей внутриполитических процессов прежде всего необходимо отметить ведущую роль и значение институализированных форм политического участия и принятия решений.

Организационная структура власти является подлинным хребтом политического процесса, предопределяя те или иные объемы политической активности населения, влияя на средства политической мобилизации граждан, господствующие методы управления. Поэтому содержа­ние политических процессов существенно разнится в парламентских унитарных государствах (Великобрита­ния), в странах с полупрезидентско-унитарным правлени­ем (Франция), в президентских системах, сочетающих разделение властей и федерализм (США), в государствах с парламентско-федеральным правлением (Канада) или в иных государственных устройствах. Понятно, таким образом, что возможности развития политического процесса будут зависеть от способности политической организации видоизменять функции своих звеньев, быстро справляться с переменами в правящей элите и сменой лидеров, обеспечивать создание новых необходимых институтов и проч.

С точки зрения системных качеств организации пол­итической власти различаются два крупных класса пол­итических процессов: демократические, где сочетаются различные формы прямого и представительного народовластия и недемократические, внутреннее разнообразие которых определяется тем, находятся ли у власти теок­ратические или военные группировки, авторитарные ли­деры или монархи, партии того или иного типа. Если же брать во внимание определяемый организацией власти характер политического участия, сложившийся в данном обществе (например, мобилизованный, традиционный, инновационный и т.д.), а также принятия решений (в час­тности, конфликтный, консенсусный или иной), то типо­логия внутриполитических процессов будет значительно богаче: мобилизационно-консенсусные, традиционно-конфликтные и проч.

Еще одной важной характеристикой внутриполитиче­ского процесса является его предметная направленность на регулирование тех или иных областей общественной жизни. Таким образом, можно говорить о политических изменениях, происходящих в процессе властного регулирования экономической жизни, социальных отношений, культуры и т.д.

В конкретном обществе, как правило, удельный вес этих разновидностей политического процесса неодина­ков. В отдельных случаях сосредоточение внимания го­сударственных органов только на какой-то одной сфере общественных отношений (например, экономических) в ущерб другой (социальным) способно вызвать резкий дисбаланс внутри политического процесса, чреватый не только нарастанием напряженности, но и кризисом пра­вящего режима. Поэтому власти всегда должны ста­раться проводить более сбалансированную политику, из­бегая перекосов в политическом регулировании тех или иных областей общественной жизни.

Отличия внутриполитических процессов можно определить и по другим основаниям. В частности, с точки зрения публичности осуществления эли­той и электоратом своих функций, явного или неявного отправления государством своих полномочий и прерога­тив можно выделить открытый и скрытый (теневой) пол­итический процессы.

Открытый политический процесс характеризуется, прежде всего, тем, что политические интересы групп и граждан систематически выявляются в электоральных предпочтениях, программах партий и движений, а также в других формах публичных притязаний людей к госу­дарственной власти. При демократии это выражается в непрерывных контактах между группами, гражданами и институтами власти, обсуждении и оспаривании частных и общих целей, корректировке политического курса, осуществляемой под воздействием общественного мнения.

В условиях же тоталитарных режимов, как правило, обнажены другие черты политического взаимодействия субъектов и институтов власти: административный бес­предел центра, всепроникающее силовое влияние госу­дарства на рядовых граждан и т.д. В то же время, если в демократических государствах открытость политиче­ского процесса выражается в открытости для обще­ственности различных фаз и этапов принятия политиче­ских решений, корректировки программ, рекрутирова­ния элит, а также других участков властного взаимодей­ствия граждан, то в тоталитарных режимах открытость политического процесса никогда не распространяется на механизмы управления и особенно на святая святых — выработку стратегических и тактических целей правле­ния.

В противоположность открытому теневой процесс базируется на публично неоформленных политических ин­ститутах и центрах власти, а также на таких властных при­тязаниях групп и граждан, которые по разным причинам не предусматривают обращения к официальным носите­лям власти.

В качестве же центров власти, к которым в таком случае аппелируют граждане, могут выступать запре­щенные, нелегализованные и непризнанные обществом структуры (например, мафиозные кланы, действующие на той или иной территории). В таком случае это власт­но-политическое пространство будет регулироваться принятыми в этих центрах решениями, предложенными ими средствами и нормами реализации целей, установ­ленными правами и свободами действующих там субъ­ектов. Чаще всего управленческая информация не обра­щена к общественному мнению субъектов, действую­щих в зоне данного политического процесса, а контроль за правящими элитами начисто отсутствует.

Теневой политический процесс может выступать как в альтернативной официальной политике форме (напри­мер, в форме паразитирования мафиозных структур на государственных институтах власти, как это имеет мес­то в странах с высоким уровнем коррумпированности правящих слоев), так и в неальтернативной, когда вы­сшая власть определенных институтов официально не афишируется, но признается.

Такая ситуация довольно типична, когда государство передает высшие властные функции своим отдельным структурным звеньям (например, органам политическо­го сыска, тайной полиции, репрессивным структурам и т.д.) или тем или иным партийным формированиям. Вто же время теневым может быть и политический процесс, которому препятствуют в его легализации и потому он приобретает неуправляемый и непроявляемый характер.

Существуют и другие классификации политического процесса. Так, например, в зависимости от темпов и дли­тельности изменений он делится на революционный, отли­чающийся быстротой и глубиной преобразований, и эволю­ционный — процесс постепенных длительных изменений.

С точки зрения устойчивости основных формвзаимосвязи социальных и политических структур, определенности функций и взаимоотношений субъектов власти можно говорить о стабильном и нестабильном политических процессах. Стабильный процесс характеризуется устойчивыми институализированными формами политической мобилиза­ции и поведения граждан, а также функционально отра­ботанными механизмами принятия политических реше­ний. Как правило, такой политический процесс основыва­ется на сформированной социальной структуре, леги­тимном режиме правления и высокой эффективности господствующих в обществе культурных норм и прежде всего доверия, взаимоуважения прав участниками политического процесса.

В силу этого настрой последних на сотрудничество значительно сильнее, чем потребность в конфликтном развитии отношений. Как считает А.Хадениус, самым на­дежным основанием стабильности политического процесса является приверженность людей демократическим ценностям, которые «должны стать всеобщей идеоло­гией, объединяющей большинство граждан, партийных организаций». В этом случае само политическое участие не будет рас­сматриваться людьми как форма борьбы с опасными и жестокими противниками.

Отличительным признаком стабильности политиче­ских процессов является их высокий уровень институализации реализации гражданами своих демократических прав и свобод. Опыт западноевропейских и североамериканских политических систем показал, что стабиль­ность политических процессов, как правило, велика там и тогда, где и когда гражданское общество обладает высоким уровнем автономности, независимости от вла­стей, где даже при конфликтных ситуациях в отношениях гражданских институтов и объединений государство не вмешивается в развитие событий, отдавая предпочтение механизмам саморегулирования противоречий. При этом правительство постоянно реагирует на запросы об­щественного мнения, что дает людям уверенность в сво­их возможностях влиять на власть.

Нестабильный политический процесс обычно возни­кает в условиях кризиса власти как проявление необхо­димости изменения политического курса. К этому мо­жет привести осложнение международных отношений, спад материального производства, социальные конфлик­ты, вызванные изменившимися условиями вертикальной и горизонтальной мобильности населения. Иначе говоря, разрыв между новыми потребностями общества или групп и неспособностью режима отреагировать на них адекватным изменением механизмов политического уча­стия и управленческих стратегий и вызывает нестабиль­ность политического процесса.

Нередко нестабильность возникает и в обществах, где у власти постоянно находятся представители одних и тех же сил, партий, союзов, что неизбежно создает яв­ное или неявное противоборство двух блоков политиче­ских сил, концентрацию всех конфликтов вокруг одной линии противоречий. Постоянная политическая дискрими­нация даже сравнительно небольшой социальной или на­циональной группы, ее устойчивая неудовлетворенность своим политическим статусом могут стать причиной ост­рых и ожесточенных конфликтов. В обществах же, обла­дающих различными способами влияния групп на про­цесс принятия решений, чаще всего эти источники пол­итической нестабильности и не возникают.

ПЛАН

1. Сущность и содержание политической культуры.

2. Понятие и основные черты политической социализации.

1. Сущность и содержание политической культуры

Понятие политической культуры раскрывает дополнительные, более сложные черты и связи субъективной стороны политической жизни, нежели категории политического сознания, психологии и др. Чисто терминологически «политическая культура» была впервые употреблена
немецким философом-просветителем И. Гердером еще в XVIII в. Впоследствии, особенно в конце XIX — начале XX в. эта категория активно использовалась в политических исследованиях различными научными школами, в том числе и марксизмом. Правда, в тоталитарных режимах
возможность исследования политико-культурных оснований государственного и общественного развития была практически исключена. Политическая культура однозначно сводилась к совокупности официальных норм и широко распропагандированных единичных примеров
лояльного отношения к властям. Поэтому именно в западной политологии, где в 50—60-х годах нашего столетия и возникло соответствующее теоретическое направление, сложился богатейший спектр представлений о социокультурном содержании политических процессов.

Непосредственной теоретической предпосылкой концептуальной разработки этой проблемы явились исследования политических систем, основной конституирующий признак которых многие западные ученые видели в наличии ценностно обусловленных связей между властью и обществом. Иначе говоря, политические ценности рассматривались в качестве определяющего и «интеграционно-стабилизирующего» (Р.Джессон) фактора политической систе­мы. Возникновение теории политической культуры представляло, таким образом, своеобразную попытку преодоления формальных, институализированных методов изучения политики, стремление соединить официальную и реальную политические системы, связать процесс принятия управленческих решений и политическое поведение граждан.

Впервые в современной политологии категория политической культуры появилась в работе американского теоретика Х.Файера «Системы правления великих европейских государств» (1956). Попытку концептуального осмысления этого явления предпринял также американский ученый Г. Алмонд в статье «Сравнительные политические системы», вышедшей в США в том же году. Здесь уже были проанализированы ее взаимосвязи с политической сис­темой, сформулированы раскрывающие это явление основные понятия, охарактеризованы структурные элементы. Помимо этих теоретиков основной вклад в разработку теории политической культуры внесли С. Верба, А. Липсет, Л. Пай, а впоследствии М. Дюверже,. К. фон Бойм, У. Розенбаум, Р. Роуз, М. Крозье и др.

Первоначально акцент в политологических исследованиях делался на сопоставлении политических культур различных режимов и государств. Впоследствии, благодаря междисциплинарному изучению политической культуры в рамках антропологии, социологии, философии и психологии, применению нормативных и исторических, структуралистских и психологических методов исследования, возобладало изучение более тонких и разносторонних связей и аспектов политической культуры.

Более определенно стали выявляться и различные подходы в теоретической интерпретации политической культуры. Вначале преобладающее значение имели психологические трактовки, толкующие политическую культуру как совокупность ценностей, мнений, обычаев и традиций. Так, С. Верба понимал ее как элемент политической системы, обеспечивающий «субъективную ориентацию политики», а потому включавший в себя систему «эмпирических убеждений, экспрессивных символов и ценностей». Показательно, что в оте­чественных исследованиях политической культуры в 60-70-х годах, когда только начали изучать эту сторону политической реальности, также преобладали взгляды, интерпретирующие ее как сугубо идеальное явление. В меньшей степени нашим обществоведением были повторены подходы, отождествляющие политическую культуру и политическую систему (Д. Мервик) или толковавшие ее настолько широко (включая в нее, как например, Л. Дитмер, и отношения государства с гражданами, и национальный характер, и самые разнообразные черты политического сознания), что, по сути, снималась сама потребность в выделении такого специфического понятия.

Английский политолог Д. Каванах систематизировал теоретические представления о политической культуре, сложившиеся в науке. К первой группе он отнес психологические интерпретации политической культуры, характеризующие ее как совокупность внутренних ориентаций человека на политические объекты и ограничивающие ее, таким образом, сферой политического сознания и политической психологии; во вторую группу им были включены всеобъемлющие интерпретации политической культуры, включавшие в себя психологические установки и соответствующие им формы поведения субъектов; третью группу составили так называемые объективистские подходы, раскрывающие содержание политической культуры через нормы и санкционированные образцы поведения граждан и групп; четвертую группу составили представления, трактующие политическую культуру как гипотетическую нормативную модель желательного поведения и мышления.

Несмотря на имеющиеся различия, все эти подходы, так или иначе, отмечают направленность политической культуры на изучение субъективного контекста политики. Но нужно подчеркнуть, что она раскрывает особый ракурс и содержание политической жизни. Так, в отличие от политического сознания, отражающего всю совокупность духовных образований политики, политическая культура связана только с наиболее устойчивыми внутренне значимыми для человека воззрениями. Статус политико-культурных представлений применим только к ценностным, обладающим для человека смысловым, в известной степени даже мировоззренческим, значением, взглядам, составляющим самую общую идейную основу его гражданских помыслов и поступков. По мнению известного польского политолога Т А Боднера, ценностные ориентации человека в политике включают в себя: познавательную ориентацию, т.е. истинные или ложные знания о политических объектах; аффективную ориентацию, эмоционально связывающую человека с политическими явлениями, а также суждения и мнения человека о политических объектах, требующих применения к ним оценочных критериев^..

Среди этих духовных явлений центральным значением обладают оценочные суждения человека, выражающие его индивидуально-личностное отношение кявлениям политики и власти. Наличие такого рода личностно-смысловых отношений конституирует человека как политического субъекта, осознавшего свой гражданский долг и соединившего внутренне значимые для него идеи (о свободе, справедливости, равенстве и др.) с пониманием реальных средств их осуществления в конкретной политической системе. Очевидно, что одно и то же явление, но только осмысленное через разные ценностные отношения, может радикальным образом изменить свое значения и роль в политической жизни. Например, уважительное и пренебрежительное отношение к государственному флагу не только выражает противоположный статус политических символов, но и является содержанием прямо противоположных политических культур. Поэтому и дифференциация ценностных отношений человека, например, к власти, государству, партиям, неинституализированным объектам и проч.) характеризует важнейшую структуру политической культуры.

Вместе с тем культурный статус идей отражает не только устойчивость ценностных отношений. Для культуры эти ценностные воззрения важны не столько сами по себе, сколько как «работающие», т.е. воплощенные в жизни представления. Собственно культурный подход к политическим явлениям и демонстрирует, как цели и принципы, нормы установки класса (нации, «государства) «растворяются» в политических качествах человека, «умирают» в привычных для него актах мыслительной и практической активности, в предпочитаемых им образцах поведения, в реальных связях с государством и властью. Иначе говоря, специфика политической культуры связана именно с воплощением мировоззренческих ориентаций в типичных для человека поступках. Политическая культура не только наделяет смыслом все идеальные представления и побуждения человека, но и выполняет функцию реализации в его поступках значимых для него целей. Таким образом, политическая культура отражает троякую способность субъекта политики, а именно: вычленять в отношениях и явлениях власти внутренне значимый для себя смысл, подчиняться вытекающим из него целям и задачам, а также умение действовать в соответствии с целями и логикой изменения объекта своих практических устремлений.

Короче говоря, политическая культура представляет собой обусловленный ценностными представлениями человека о политических явлениях и воплощенный на практике кодекс его поведения или же — стиль его деятельности как субъекта политической власти. В этом смысле политическая культура демонстрирует, насколько человеком освоены общезначимые, получившие всеобщее признание образцы политической деятельности, насколько ему удалось возвысить свою субъективность до признаваемых в обществе культурными норм мыслительной и практической деятельности.

Особое внимание политическая культура акцентирует на степени усвоения человеком имеющегося в обществе политического опыта, традиций, реализация которых обеспечивает преемственность политической жизни. В этом случае политическая культура как бы воплощает единство настоящего, прошлого и будущего, то противоречие между ними, которое может быть разрешено лишь за счет творческих способностей человека, его умения критически переосмысливать общественное и личное, искать выходы из нетипичных ситуаций, проектировать будущее. В силу этого главным условием воспроизводства, а равно и трансляции культурных ценностей является человеческая индивидуальность. Поэтому любое ограничение прав и возможностей личности в самостоятельной переработке общественного богатства, ценностного освоения общественного опыта уменьшает роль традиций и в политическом поведении индивида, и в политической жизни общества. Исходя из сказанного, можно понять, что внутренним источником политической культуры является по-человечески мучительный и даже алогичный поиск личностью гражданских позиции и ориентиров, постепенное отфильтровывание взглядов и суждений, несущих ей смысл и прояснение политики, медленное апробирование и закрепление тех или иных форм его политического участия в управлении государством. Поэтому в процессе становления политической культуры неизбежны и даже естественны многочисленные противоречия между убеждениями и поступками гражданина, его идеалами и конкретными установками политического поведения, между мыслью и действием.

Причем, человек вырабатывает не только разнообразные методы политического мышления и поведения, отображающие его принадлежность к социальной (национальной) группе, но и приобретает свойства, связанные с выполняемыми, им в политике ролями. Например, человек может приобретать политико-культурные качества «агитатора», «администратора», «теоретика» (Г. Ласвелл), отражающие его способности соответственно либо к возбуждению политических эмоций, либо манипулированию делами, либо к созданию теоретических конструкций; «бюрократа» (Р.Мертон), воплощающего интерперсональные свойства личности делового свойства; «индифферентного к политическим обязанностям человека» (Д.Рисман) и др.

В данном контексте следует только добавить, что, как отмечает ряд западных исследователей, человек способен ориентироваться не только на социальные или национальные ценности и традиции, но и на биологические факторы, ставящие жесткие рамки его политическим ориентирам как субъекта власти (например, расистские или фашистские теории). Поэтому необходимо различать закрытые, замкнутые, сориентированные только на локальные, образцы и нормы виды политической культуры и ее открытые инокультурному опыту и общению разновидности. Такая градация политической культуры будет показывать, насколько человек оснащен теми или иными идеями и навыками, способствующими выполнению им определенного круга властных функций в тех или иных политических системах.

Как закрытые, так и открытые виды политической культуры формируются на основе многоканального усвоения человеком самой разнообразной информации. Причем, природа вырабатываемых при этом ценностных ориентаций такова, что они связаны не только с политическими, но общесоциальными интересами. Поэтому было бы крайне ошибочным относить к политической культуре исключительно специализированные ценностные воззрения, раскрывающие отношения человека к государству, партиям, общественно-политическим движениям, методам управления и т.д. Ведь определяя свое отношение к программным документам той или иной партии, человек неизбежно соотносит заявленные в них цели со своим нравственным выбором, отношением к закону и праву, а также другими мировоззренческими позициями. Все это говорит о том, что политическая культура представляет собой много­уровневоеявление и в структуре ее ценностных отношений целесообразно выделять общекультурные ориентации, отношения к власти и отношения к специфически политическим явлениям.

Значение общекультурных ориентации для политической культуры определяется тем, насколько выбор политических позиций человека зависит от испытываемых им предпочтений к индивидуальным или коллективным ценностям, а также от того, руководствуется он нормами Западной или Восточной цивилизаций, испытывает преимущественное влияние мирского или ре­лигиозного сознания, проявляет ли склонность к насилию, признает или отрицает идеологические установки. Данный пласт социокультурных ориентаций, этот общеродовой источник культурной активности человека, наиболее инерционен по сравнению с другими уровнями и элементами политической культуры.

Другой уровень политической культуры характеризует отношения людей к власти как к публичному центру господства и принуждения. Любой человек, вступающий в политическую жизнь, неминуемо формирует свою оценку способностей и пределов власти в издании законов, суде и принуждении к исполнению норм, а на этой основе и отношение к своим гражданским правам и обязанностям. В этом смысле можно даже сказать, что культура власти (культура гражданственности) составляет концептуализирующее ядро политической культуры. Говоря иначе, для любого включенного в политическую жизнь человека его внутренняя убежденность в справедливости безграничной власти государства над личностью или же, напротив, — в безусловном приоритете прав личности по отношению к государству, как правило, является значительно более глубокой и значимой, нежели его партийные и политикой групповые пристрастия. В этом легко убедиться, вспомнив, к примеру, как на идее «единой и неделимой России» сегодня сходятся коммунисты и многие представители демократических партий, фашисты и национал-патриоты. И все их порой с такой яростью отстаиваемые политические позиции на деле оказываются зависимыми, вторичными, производными от глубинных этатистских воззрений.

Ну и, наконец, третий уровень политической культуры раскрывает содержание ценностных отношений человека к различным политическим явлениям: от государства и межгосударственных связей вплоть до отношения к самому себе как субъекту политической власти. Учитывая сложный и многообразный характер формирования ценностных ориентаций на каждом из названных уровней, можно отметить нередко встречающееся явление внутренней разнородности политической культуры. На разных уровнях она способна одновременно содержать в себе передовые и архаичные, традиционалистские и модернистские, патриархальные и авангардные элементы. Поэтому, функционируя в рамках той или иной социально-политической системы, политическая культура может накапливать и содержать в себе элементы прямо противоположной направленности.

Что касается отдельного человека, то такие свойства политической культуры позволяют ему придерживаться своих позиций даже в неадекватных политических условиях. В целом же политическая культура как самостоятельный фактор политической жизни способна «достраивать» политические позиции того или иного слоя (нации, класса) до состояния, отвечающего их месту в системе власти, или же, напротив, разрушать или деформировать вла­стные механизмы. Например, в 1917 г. политическая культура определенной части населения России сумела радикализировать протекавшие в стране политические процессы, придав им революционную направленность. В то же время сложившиеся материальные, объективные условия революционной ситуации в других странах, в частности в Англии, не получили подобного завершения в силу массовой приверженности граждан ценностям уважительного от­ношения к властям, традиционного законопослушания и убежденности в превосходстве эволюционно-реформистского пути развития.

Все сказанное говорит о высокой самостоятельности и даже известной независимости политической культуры от сложившихся общественных условий, ее способности к автономному влиянию на организацию и осуществление власти. А поэтому и природу, и эволюцию политической культуры невозможно подвергнуть только причинно-следственному объяснению, отдав по традиции пальму первенства влиянию экономических факторов.

Несмотря на свою высокую относительную самостоятельность и целостность, политическая культура под влиянием общественных условий, а также получивших массовое распространение норм и образцов поведения граждан, вырабатывает внутренние черты и свойства, имеющие как всеобщее, так и типично групповое значение для отдельных стран, слоев, наций, регионов и других субъектов политической жизни. В западной политологии наиболее из­вестной является классификация политической культуры, предложенная Г. Алминдом и С. Вербой в книге «Гражданская культура» (1963). Анализируя и сопоставляя основные компоненты и формы функционирования политических систем Англии, Италии, ФРГ, США и Мексики, они выделили три «чистых» типа политической культуры, а именно: патриархальный, для которого характерно отсутствие интереса граждан к политической жизни; предписывающее, где присутствует сильная ориентация на политические институты, сочетающаяся с низкой индивидуальной активностью граждан, а также активистский, свидетельствующий о заинтересованности граждан в политическом участии и проявляющих такую активность. Авторы данного исследования под­черкивали, что на практике эти три типа политической культуры активно взаимодействуют между собой, образуя смешанные формы с преобладанием тех или иных компонентов. Причем, самой массовой и одновременно оптимальной с точки зрения обеспечения политической стабильности режима, по их мнению, является культура «гражданственности», где преобладают редписывающее установки и соответствующие им формы участия в политике.

Помимо общезначимых, универсальных типов политической культуры – а наличие патриархальных, редписывающее и активистских форм подтверждает эволюция по сути всех политических систем – складываются и существуют также такие ее образования, которые характерны лишь для отдельных социальных, этнических, конфессиональных, региональных и иных субъектов политики и которые отличаются специфическими взглядами и предпочтениями людей на явления власти, отношением к правящим элитам, образцами участия в управлении, контроле и организации политической жизни. Такие образования, характеризующие процесс усложнения и индивидуализции политической жизни, называются субкультурами.

В основании субкультур могут лежать как более-менее значительные вариации одних и тех же базисных ориентации, так и качественно различающиеся гражданские ценности. При этом помимо рациональных воззрений каждая субкультура обладает и рефлексивно неоформленными (подсознательными), но, тем не менее, признаваемыми людьми взглядами, оценками, ассоциациями и чувствами. Таким образом, субкультуры могут отличаться друг от друга как по принципиальным (в том числе и идеологическим), так и по менее значимым периферийным чертам и оттенкам. Примерами субкультур, формирующихся на незначительных различиях в политических ориентациях и действиях граждан, могли бы послужить стили политического мышления и поведения жителей Москвы и Санкт-Петербурга или Рязани и Твери. В качестве же существенно расходящихся субкультур можно было бы назвать нормы и ценности политической активности большинства жителей прибалтийских и среднеазиатских государств или стили политического поведения граждан США и России. Так, например, для США в качестве базовых и вместе с тем отличающих ее политическую культуру ценностей можно назвать индивидуализм, слабую идеологизированность гражданских позиций, склонность к состязательности и терпимость к людям, придерживающимся других взглядов, приверженность легитимным формам политического поведения, ярко выраженный символизм, критичность и взыскательность по отношению к правящим структурам.

В противоположность этим политико-культурным ценностям, откристаллизованным за долгую историю американской демократии, в нашей стране, которая последние семь десятилетий обладала скорее ритуальной, нежели реальной политической жизнью, сложились совсем иные ценности и образцы массового политического поведения. Причем, наиболее серьезными деформациями страдают общекультурные и общегражданские ценности и ориентиры российского населения.

В отличие от государств, на десятилетия и столетия раньше испытавших «цивилизующее воздействие капитала» (Маркс), жители нашей страны веками ориентировались по преимуществу на нормы коллективистской, а в годы тоталитарного правления, и квазиколлективистской морали, воплощавшие примат семьи, общины, сословия, государства перед индивидуальными целями и интересами личности. Человек, таким образом, с ранних лет ощущал не просто зависимость, но и безусловную подчиненность своего «Я» групповым общеколлективным интересам. Ориентация же на собственные интересы, поиск жизненных целей за рамками своей общины однозначно подвергались осуждению и остракизму. В XX в. эти традиции были подкреплены жесточайшим тотальным контролем государства, исключившим любую идеологически несанкционированную активность гражданина. Поэтому сегодня лишь в отдельных слоях и странах общества эти коллективистские ценностные стереотипы подвергнуты деформации и разрушению. В большинстве же своем люди с великим трудом воспринимают основанные на неестественных для них ценностях понятия рынка, политической и экономической свободы, конкуренции, нравственной автономии и прочие идеи либеральной демократии как по­зитивные политические цели.

Слабо развитая индивидуальность, низкий статус личных притязаний на власть и политическое участие, видимо, являются одной из самых серьезных культурных потерь, понесенных и каждым россиянином в отдельности, и обществом в целом. Лишенные индивидуально выношенных мировоззренческих опор гражданские и политические представления большинства людей обретают исключительную предрасположенность к конформизму, ту легковерность и подвижность, которая побуждает их к постоянной переоценке политических принципов, образов Отечества и других понятий, образующих первоматерию политических убеждений. Большинство граждан исповедуют предписывающее отношение и перманентную лояльность даже не столько к государству, сколько к любому центру реальной власти, например, сильному лидеру, тайной полиции, средствам массовой информации и т.д. И только в отдельных кругах городского населения, среде предпринимателей и интеллигенции про­изошла необходимая демократическому обществу ценностная переориентация. И видимо, излишне говорить, что именно эта узкая часть населения по существу и служит тем социальным звеном, которая оказывает социокультурную поддержку демократическим преобразованиям. В противоположность им люди с общеколлективными доминантами поведения сориентированы скорее на механическое, а не на культурно осознанное присоединение к целям реформы, тяготея при этом к формам политического участия, лишенным индивидуальной ответственности за свои поступки. А это неизбежно укрепляет патерналистские черты в деятельности государства, препятствует расширению прав и свобод личности.

Коротко говоря, заидеологизированность мышления большинства граждан России, обусловливающая непримиримость к людям с нетрадиционными воззрениями; общекультурная неразвитость гражданских позиций; низкая компетентность в управлении делами общества и государства; правовой нигилизм, а также другие получившие массовое распространение черты и свойства духовной и практической активности людей как субъектов политических отношений, достаточно убедительно показывают, что в нашем обществе безоговорочно доминирует политическая культура традиционалистского, патриархального типа. Эти особенности политико-культурных ориентации «граждан» делают их неспособными в должной мере освоить опыт демократического развития других стран, снижают чувствительность людей к нравственно-этиче­ским стимулам политического поведения, предполагают тяготение к скачкообразным, нередко насильственным, методам преобразовании общества.

Вместе с тем, констатация данного типа политической культуры российского общества не означает непреодолимости или вечной законсервированности подобных ценностей и традиций. В любом обществе, несмотря на устойчивость и обособленность определенных субкультур, действуют мощные факторы, создающие потребности в инокультурном общении людей, всеобъемлющем межкультурном полилоге(одновременном духовном взаимодействии множества социальных субъектов). Непрерывное взаимообщение субкультур, интеграция межкультурного опыта, образование новых ценностей и ориентиров постепенно разрушают обособленность закоснелых традиций, предопределяют их – пусть и постепенный – уход из политической жизни. Причем, чем более неспособны те или иные субкультуры к восприятию передовых, демократических ценностей, тем быстрее граждане отказываются руководствоваться их нормами и стереотипами. Поэтому проблема разрушения традиционалистской политической культуры находится в непосредственной зависимости от степени демократизации власти и повышения интенсивности межкультурного обмена.

Взаимодействие и взаимообогащение субкультур, их ценностный диалог осуществляется посредством культурных языков.Язык культуры обозначает совокупность специфически организованных (систематизированных) терминов, символов, стереотипов и иных визуально фиксированных элементов, обладающих смысловым значением, как в специализированном, так и в обыденном сознании и служащих для обеспечения реализации функций субъектов политических отношений. Язык культуры существует не только в словесной форме, но и в виде политических текстов (программ, лозунгов и проч.), а также различных материализованных образований (архитектуре политических учреждений, символике, стиле проведения предвыборных кампаний и т.д.). При этом материализованная часть политических ценностей и представлений может противоречить еще неинституализированным идеям, содержащимся, например, в выступлениях лидера. Причем, особенно ярко такие противоречия проявляются в переходных политических процессах. Например, в новейшей политической истории российского общества хорошо видно, как демократический подъем населения в начале 90-х годов вошел в резкое несоответствие с казенностью официального политического языка, помпезностью зданий партийно-государственного аппарата, чиновничьим стилем взаимоотношений между управляющими и управляемыми.

В борении с отживающими политическими ценностями, по мере демократизации общества и становления личности как подлинного гражданина своего Отечества будут происходить и соответствующие изменения в содержании политической культуры. Принципиальные модификации в ценностях и формах политического поведения, прежде всего, должны коснуться соотношения групповых и общечеловеческих приоритетов в понимании человеком своих властно значимых интересов, политических ролей, перспектив взаимодействия с государством. В свою очередь, необходимый для демократической политической культуры приоритет общечеловеческих ценностей должен предопределить преобладание консенсусных способов политического участия, возвышение нравственно-этических стимулов гражданского поведения, повышение способностей гражданина к инокультурным контактам.

Изменения качественных параметров политической культуры непосредственно связаны с переносом акцентов в ее содержании с нормативного на творческое регулирование политической активности человека. Иначе говоря, по мере демократизации общества политическая культура будет во многом утрачивать нормативно-обязательные свойства, изменять свой редписывающее-регулятивный характер. Приоритетную роль в ее содержании приобретут идеально побуждающие факторы, создающие широкий простор для творческих, индивидуальных интерпретаций групповых целей и ценностей.

Гуманизируя групповые притязания на власть, гармонизируя отношения человека и государства, помогая самореализации гражданина в политике, политическая культура все же никогда не утратит свою властно-групповую природу, воплощая тем самим разрыв между гражданским и политическим сообществами. Поэтому, осознавая перспективы качественной эволюции политической культуры, следует видеть ограниченность влияния на личность и общество политико-культурных ценностей, их служебную роль в развитии человека и социума.

2. На всех фазах и ступенях своего развития политическая культура общества выполняет одну из важнейших своих функций — политическую социализацию личности. Говоря иначе, вхождение человека в политику, его подготовка и включение в отношения власти осуществляются по мере и в процессе усвоения им господствующих культурных ориентиров и норм, ценностей и образцов политического поведения. В свою очередь, политическая социализация включающихся в политическую жизнь новых поколений обеспечивает преемственность политического развития общества и, как правило, позволяет достигать того минимального консенсуса между государством и гражданином, который гарантирует стабильность режима правления.

Сложный и исключительно многогранный процесс усвоения личностью содержания политической культуры в настоящее время не дает возможности достоверно иполно осветить все стороны и аспекты политической социализации. Существуют весьма различные интерпретации этого явления в политической теории. Большинство ученых сходится в том, что политическая социализация неизбежно связана с усвоением личностью социального и политического опыта, накопленного обществом и сконцентрированного в культурных традициях, групповых и общеколлективных ценностях, нормах статусного и ролевого политического поведения. Важнейшими функциями политической социализации является достижение личностью умения ориентировался в политическом пространстве и выполнять там специализированные функции по управлению делами общества и государства.

Длительное время при изучении процесса политической социализации акцент делался на усвоении человеком специальной информации какглавном условии его ориентации в отношениях власти, а также на формировании адаптации к политическому режиму как наиболее важной из выполняемых ею задач. Впоследствии понимание политическое социализации усложнилось. Большое внимание стало уделяться качествам, характеризующим обратную связь с политической системой, т.е. ее способности к самостоятельной переработке получаемой информации, творческому использованию опыта в индивидуальном поведении ит.д. Таким образом, для политической социализации приобрело значение не только, что и как усваивается индивидом, но и каким образом интериорно значимые идеи реализуются в его поведении. Для политической социализации индивида важно знать, как он ведет себя на выборах, действует при принятии решений, осуществляет функции политического лидера и т.д.

В конечном счете, политическая социализация представляет собой двуединый процесс: с одной стороны, она фиксирует переход требований политической системы во внутреннюю структуру личности в форме определенных норм, ценностей, ролевых ожиданий и проч., а с другой, демонстрирует, как личность избирательно осваивает эти традиции и воззрения, закрепляя их в тех или иных формах политического поведения и влияния на власть. Поэтому влияние общества на политические качества личности, а также контроль политической системы за ходом политической социализации ограничен внутренними убеждениями и верованиями человека.

Конечно, в каждом конкретном обществе существуют свои специфические каналы и механизмы политической социализации, обеспечивающие формальную и неформальную, явную и скрытную передачу традиций и приобщение к доминирующей политической культуре. Вместе с тем, можно говорить и об универсальных социальных и политических институтах, неизбежно включенных в политическую социализацию членов общества. В качестве таких общезначимых институтов политической социализации принято рассматривать семью, систему образования, средства массовой информации, государственные и партийные (а также религиозные) организации и отдельные политические события.

В каждой стране роль, значение и направленность действия данных институтов политической социализации могут существенно различаться. В частности, в России начальная стадия становления многопартийной системы практически выключает партийные ассоциации из процесса передачи политического опыта и научения навыкам политических действий для большинства населения страны. Памятуя о потестарном характере социальных воззрений боль­шинства граждан, видимо, есть основания сомневаться и в эффективности политического влияния такого института, как семья. В то же время повышенная конфликтность нынешнего политического процесса дает основания отметить решающую роль в политической социализации населения различных политических событий, конкретных социальных акций, сказывающихся на общественном положении наций, классов, слоев. Заметна и большая роль средств массовой информации, выступающих, по сути, важнейшим фактором, инициирующим потребность граждан в политическом участии.

Различные общественные события, имеющие для человека личностную значимость (например, безработица, репрессии властей или же разочарования в обнадежившем было лидере, общая неудовлетворенность жизнью и проч.), могут иметь как положительные, так и отрицательные последствия для восприятия человеком тех или иных ценностей, а также форм его отношений с властью. Учитывая же неоднозначный характер влияния социальных и пол­итических явлений на представления и ценностные ориентации человека, можно отметить, что политическая социализация является процессом одновременного обретения и утрачивания тех или иных оценок, суждений, а в конечном счете, и реальных качеств личности как политического субъекта. Эффективность освоения человеком политических ролей, приращения специальных знаний и другие положительные результаты политической социализации непосредственно зависят от взаимодополняемости и внутреннего соответствия влияния всех факторов и институтов политической социализации.

ПЛАН

1. Понятие политической элиты и современные теории элит.

2. Социальная представительность и результативность элиты.

3. Природа и основные теории политического лидерства.

4. Типология и функции лидеров.

Понятие политической элиты и современные теории элит

Различные субъекты политики оказывают на нее явно не одинаковое воздействие. Общеизвестно, что большая часть людей, а также целые социальные группы обычно не принимают повседневного участия в политической жизни. Этим занят особый слой людей, который называют «политической элитой».Что же такое «политическая элита»?

Слово «элита» в переводе с французского означает «лучшее», «отборное», «избранное». В своем первоначальном, этимологическом значении понятие «элита» не содержит в себе ничего антигуманного или антидемократического и широко распространено в повседневном языке. Например, говорят об элитном зерне, элитных лошадях, о спортивной элите и т.п. Очевидно, что в человеческом обществе существуют естественные и социальные различия между людьми, обусловливающие их неодинаковые способности к управлению, неодинаковое влияние на политические процессы. Уже это дает основание ставить вопрос о политической элите как носителе наиболее ярко выраженных политико-управленческих качеств.

Политическая элита – это составляющая меньшинство общества достаточно самостоятельная, высшая, относительно привилегированная группа (или совокупность групп), непосредственно участвующая в принятии и осуществлении решений, связанных с использованием государственной власти или воздействием на нее.

Первые современные концепции элит возникли в конце XIX – начале XX веков. Они связаны с именами Г. Моски, В. Парето, Р.Михельса.

Г. Москапопытался доказать неизбежное деление любого общества на две неравные по социальному положению и роли группы. «Во всех обществах, – писал он, – начиная с самых среднеразвитых и едва достигших зачатков цивилизации и кончая просвещенными и мощными, существует два класса лиц: класс управляющих и класс управляемых. Первый, всегда более малочисленный, осуществляет все политические функции, монополизирует власть и пользуется присущими ему преимуществами, в то время как второй, более многочисленный, управляется и регулируется первым… и поставляет ему … материальные средства поддержки, необходимые для жизнеспособности политического организма».

Моска считал, что главным при формировании класса управляющих является способность к управлению другими людьми, т.е. организаторская способность, а также материальное, моральное и интеллектуальное превосходство. Существует две тенденции в развитии этого политического класса: аристократическая и демократическая. Аристократическая проявляется в стремлении политического класса стать наследственным. Преобладание аристократической тенденции приводит к «закрытию и кристаллизации» класса, его вырождению и, как следствие, к общественному застою. А это вызывает активизацию борьбы новых социальных сил за занятие господствующих сил в обществе.

Вторая, демократическая, тенденция выражается в обновлении политического класса за счет наиболее способных к управлению и активных низших слоев. Такое обновление предотвращает дегенерацию элиты, делает ее способной к эффективному руководству обществом.

Независимо от Моски в это же время теорию политических элит разрабатывал В. Парето.Он, как и Моска, исходит из того, что миром во все времена правило и должно править избранное, наделенное особыми психологическими и социальными качествами меньшинство – элиты. Совокупность индивидов, которые отличаются результативностью, действуют с высокими показателями в той или иной сфере деятельности и составляют, по мнению Парето, элиту.

Элита делится на правящую, прямо или опосредованно (но эффективно) участвующую в управлении, и неправящую – контрэлиту – людей, обладающих характерными для элиты психологическими качествами, но не имеющих доступа к руководящим функциям в силу своего социального статуса и различного рода барьеров. Развитие общества происходит посредством чередования, «циркуляции» двух главных типов элит: «лис» – гибких руководителей, использующих методы переговоров, уступок, лести, убеждения и т.п., и «львов» – жестких, решительных, опирающихся на силу правителей.

Изменения, происходящие в обществе, постепенно подрывают господство одного из этих типов элиты. Так, властвование «лис», эффективное в относительно спокойные периоды общественного развития, становится непригодным в ситуациях, требующих решительных действий и применения насилия. Это ведет к росту недовольства в обществе и усилению контрэлиты – «львов», которая с помощью мобилизации недовольных правительством масс свергает правящую элиту и устанавливает собственное господство.

Крупный вклад в развитие теории политических элит внес Р. Михельс. Разделяя точку зрения Моски на причины появления элит, Михельс особо выделяет организаторские способности, а также организационные структуры общества, стимулирующие элитарность и возвышающие управляющий слой. Он приходит к выводу, что сама организация общества требует элитарности и закономерно воспроизводит ее.

В обществе, указывает Михельс, действует «железный закон олигархических тенденций».Его суть состоит в том, что создание крупных организаций неизбежно ведет к их олигархизации и формированию элиты вследствие действия целой цепочки взаимосвязанных факторов. Человеческая цивилизация невозможна без наличия крупных организаций. Руководство же ими не может осуществляться всеми членами организаций.

Эффективность таких организаций требует рационализации функций, выделения руководящего ядра и аппарата, которые постепенно, но неизбежно выходят из-под контроля рядовых членов, отрываются от них и подчиняют политику собственным интересам руководства, заботятся в первую очередь о сохранении своего привилегированного положения. Массы же членов организации недостаточно компетентны, пассивны к политике в целом. В результате любым, даже демократическим, обществом всегда правит олигархическая, элитарная группа.

Концепции элит Моски, Парето и Михельса положили начало «макиавеллистской школе элит»,концепции которой современны и в наше время.

Общими чертами этих концепций являются.

1. Признание элитарности любого общества, его разделения на привилегированное властвующее меньшинство и пассивное, нетворческое большинство.

2. Особые психологические качества элиты.Принадлежность к ней связана в первую очередь с природными дарованиями и воспитанием.

3. Групповая сплоченность. Элита представляет собой более или менее сплоченную группу, объединяемую не только общностью профессионального статуса и социального положения, но и элитарным самосознанием, восприятием себя особым слоем, призванным руководить обществом.

4. Легитимность элиты,более или менее широкое признание массами ее права на политическое руководство.

5. Структурное постоянство элиты, ее властных отношений.Хотя персональный состав элиты изменяется, ее отношения господства в своей основе неизменны. Так, например, в ходе истории сменялись вожди племен, монархи, бии и ханы, бояре и дворяне, парламентарии и министры, народные комиссары и партийные секретари и т.п., но отношения господства и подчинения между ними и простым людом сохраняются.

6. Формирование и смена элит в ходе борьбы за власть.Господствующее привилегированное положение стремятся занять многие люди, обладающие высокими психологическими и социальными качествами, однако никто не хочет добровольно уступать им посты и положение. Поэтому скрытая или явная борьба за место под солнцем неизбежна.

Макиавеллистские теории подвергаются критике за преувеличение значения психологических факторов, за переоценку роли руководителей и недооценку активности масс, циничное отношение к борьбе за власть.

Преодолеть слабости макиавеллистов пытаются сторонникиценностных теорий элиты.Они, как и макиавеллисты, считают элиту главной конструктивной силой общества, пытаясь вместе с тем приспособить теории элит к реальной жизни современных демократических обществ.

Многообразные ценностные теории элит, несмотря на существенные различия, имеют ряд общих моментов, установок, главными из которых являются:

1. Элита – это наиболее ценный элемент общества,обладающий высокими способностями в наиболее важных для всего государства сферах деятельности.

2. Господствующее положение элиты отвечает интересам всего общества,поскольку это наиболее продуктивная и инициативная часть населения, обладающая, как правило, более высокими нравственными устремлениями.

3. Формирование элиты не столько результат ожесточенной борьбы за власть, сколько следствие естественного отбора обществом наиболее ценных представителей.Поэтому общество должно стремиться совершенствовать механизм отбора, вести поиск достойных представителей, рациональной, наиболее результативной элиты.

4. Элитарность закономерно вытекает из равенства возможностей и не противоречит современной представительной демократии.Социальное равенство здесь понимается как равенство возможностей, а не результатов, социального статуса. Поскольку люди не равны физически, интеллектуально, по своей жизненной энергии и активности, то для демократии важно обеспечить им примерно одинаковые стартовые условия. На финиш же они придут в разное время, с разными результатами. Неизбежно появятся социальные чемпионы и аутсайдеры.

Ценностные тории элиты претендуют на наибольшее соответствие реальности современного демократического общества. Их идеал, как пишет один из сторонников одной из концепций – В.Ропке, – «это здоровое спокойное общество с неизбежной иерархической структурой, в котором индивид обладает счастьем знать свое место, а элита – внутренним авторитетом».

На основе ценностных представлений об элитах разработаны концепции демократического элитизма,получившие широкое распространение в современном мире.

В теориях демократического элитизма руководящий слой рассматривается не только как группа, обладающая необходимыми для управления качествами, но и как защитница демократических ценностей, способная сдержать часто присущий массам идеологический и политический иррационализм, эмоциональную неуравновешенность и радикализм.

Некоторые установки демократического элитизма развиваются и существенно обогащаются концепциями множественности, плюрализма элит.

Концепции множественности элит базируются на следующих утверждениях:

1. Отрицание элиты как единой привилегированной относительно сплоченной группы. Существует множество элит.

2. Элиты находятся под контролем базисных, материнских групп – профессиональных, региональных, религиозных, демографических и других. С помощью разнообразных демократических механизмов: выборов, референдумов, опросов, прессы, групп давления и т.д. – можно ограничить или вообще предотвратить действие открытого Р.Михельсом «железного закона олигархических тенденций» и удержать элиты под контролем масс.

3. Существует конкуренция элит, которая развертывается на основе признания всеми ее участниками «демократических правил игры», требований закона.

4. В современном демократическом обществе власть распылена между многообразными общественными группами и институтами.

5. Различия между элитой и массами относительны, условны и часто достаточно размыты.

Нетрудно заметить, что эти концепции идеализируют действительность.

Существуют и другие концепции политических элит.

Факты реальной жизни, а также эмпирические исследования подтверждают, что политическая элита – это реальность сегодняшнего и, вероятно, завтрашнего этапов развития человеческой цивилизации. Ее существование обусловлено действием следующих факторов:

1. Психологическое и социальное неравенство людей, их неодинаковые способности, возможности и желание участвовать в политике;

2. Закон разделения труда требует профессионального занятия управленческим трудом как условия его эффективности:

3. Высокая общественная значимость управленческого труда и его соответствующее стимулирование:

4. Широкие возможности использования управленческой деятельности для получения различного рода социальных привилегий. Известно, что политико-управленческий труд прямо связан с распределением ценностей и ресурсов:

5. Практическая невозможность осуществления всеобъемлющего контроля за политическими руководителями;

6. Политическая пассивность широких масс населения, главные жизненные интересы которых обычно лежат вне сферы политики.

Все эти и некоторые другие факторы обусловливают элитарность общества. Сама политическая элита внутренне дифференцирована. Она делится на правящую,непосредственно обладающую государственной властью, оппозиционную(контрэлиту), на высшую,принимающую значимые для всего государства решения (обычно в ее состав входит один человек на 20 тысяч населения), среднюю,выступающую барометром общественного мнения и включающую около 5% населения, а также административную –служащие-управленцы (бюрократия).

Элитарность современного общества очевидна. Всякие попытки ее устранения приводили лишь к формированию и господству деспотических, нерезультативных элит, что, в конечном счете, наносило ущерб всему народу. Устранить политическую элитарность можно лишь за счет общественного самоуправления. Однако на нынешнем этапе развития человеческой цивилизации самоуправление – скорее привлекательный идеал, чем реальность.

Для демократического государства первостепенную значимость имеет не борьба с элитарностью, а решение проблемы формирования наиболее результативной, полезной для общества политической элиты, обеспечения ее социальной представительности, своевременного качественного обновления, предотвращение тенденции олигархизации, отчуждения от масс и превращения в замкнутую господствующую привилегированную касту. Иными словами, речь идет о нахождении и внедрении институтов, обеспечивающих максимальную общественную эффективность политической элиты и ее подконтрольность обществу.

Уровень решения этой задачи во многом характеризует социальная представительность политической элиты, т.е. представление ею различных слоев общества, выражение их интересов и мнений. Такое представительство зависит от многих причин. Одна из них – социальное происхождение и социальная принадлежность.

Социальное происхождение представителей элиты влияет на их социальную ориентацию. Ясно, что выходцам из среды фермеров, рабочих, служащих, определенных этнических групп легче понять специфические запросы соответствующих слоев населения.

Более важной по сравнению с социальным происхождением гарантией представительности элиты выступаеторганизационная(партийная, профсоюзная и т.п.) принадлежностьруководителей. Она прямо связана с их ценностными ориентациями. Кроме того, партии и другие организации обычно имеют достаточно возможностей для воздействия на своих представителей в нужном направлении.

В современном демократическом обществе партийные механизмы контроля за элитами дополняются государственными и общественными институтами.К таким институтам относятся выборы, СМИ, опросы общественного мнения, группы давления и т.д.

Большое влияние на социальную представительность, качественный состав и результативность элиты оказывают системы рекрутирования (отбора) элит. Такие системы определяют кто, как и из кого осуществляет отбор, каковы его порядок и критерии, круг селектората (лиц, осуществляющих отбор) и побудительные мотивы его действий.

Существует две основные системы рекрутирования элит: гильдийи антрепренерская.

Каждая из этих систем имеет специфические черты. Так, для системы гильдийхарактерны:

1. Закрытость, отбор претендентов на более высокие посты главным образом из нижестоящих слоев самой элиты, медленный, постепенный путь наверх.

2. Наличие многочисленных институциональных фильтров – формальных требований для занятия должностей. Это могут быть партийность, возраст, стаж работы, образование, уровень занимаемой ранее должности, положительная характеристика руководства и т.п.

3. Небольшой, относительно закрытый круг электората. Как правило, в него входят лишь члены вышестоящего руководства или даже один первый руководитель – глава правительства или фирмы, первый секретарь комитета партии и т.п.

Антрепренерскаясистема рекрутирования элит во многом противоположна системе гильдий. Ее отличают:

1. открытость, широкие возможности для представителей любых общественных групп претендовать на занятие лидирующих позиций;

2. небольшое число формальных требований, институциональных фильтров;

3. широкий круг селектората, которым могут выступать все избиратели;

4. высокая конкурентность отбора, острота соперничества за занятие руководящих позиций;

5. первостепенная значимость личных качеств, индивидуальной активности, умения найти поддержку широкой аудитории, увлечь ее яркими идеями, интересными предложениями и программами.

К недостаткам антрепренерской системы следует отнести большую вероятность риска в политике, ее относительно слабую предсказуемость, склонность к чрезмерному увлечению внешними эффектами. В целом же эта система хорошо приспособлена к динамизму современной жизни.

Система гильдий тоже имеет свои плюсы и минусы. К числу ее сильных сторон относится уравновешенность и меньшая вероятность внутренних конфликтов, большая предсказуемость политики. В то же время система гильдий склонна к бюрократизации, организационной рутине, консерватизму, порождает массовый конформизм, приспособленчество. Без дополнения конкурентными механизмами эта система ведет к постепенной дегенерации элиты, ее отрыву от общества и превращению в закрытую привилегированную касту.

Собственно так и произошло в Советском Союзе, где десятилетия господствовала одна из разновидностей системы гильдий – номенклатурная система рекрутирования политической элиты.

Долголетнее разрушительное воздействие номенклатурной системы привело к вырождению советской политической элиты. Ее негативные качества особенно наглядно проявились во время политических событий августа 1991 г. и последующего разрушения СССР. Номенклатурное прошлое, усугубляемое почти полным отсутствием социального контроля и нравами легализовавшихся дельцов теневой экономики, ярко проявляется и у нынешней казахстанской политической элиты.

Весьма слабая политическая активность, невысокая результативность казахстанской политической элиты, незавершенность процесса рекрутирования новой элиты и в то же время первостепенная значимость этого слоя для преобразования страны, глубокого качественного обновления общества – все это делает проблему политической элиты особенно актуальной для теории и практики. Общественные условия формирования и функционирования элиты непосредственно влияют не только на социальную роль этой группы как целого, но и определяют типичные черты ее отдельных представителей – политических лидеров.

Понятие лидерства широко распространено в социологии, политологии, психологии и ряде других наук о человеке и обществе.Изучение лидерства имеет непосредственную прагматическую направленность. В первую очередь оно служит разработке методов эффективного руководства, а также отбора лидеров. В странах Запада созданы разнообразные психометрические и социометрические тесты и методики, которые успешно используются на практике.

Лидерство имеет широкие объективные основы. Явления, во многом схожие с лидерством, наблюдаются не только в обществе, но и в природе, в среде животных, ведущих стадный образ жизни, например, в стадах обезьян или оленей, в волчьих стаях и т.д.

Процесс зарождения политического лидерства можно наблюдать на примере стихийно возникшего митинга. Он может начаться на базе спонтанно собравшейся толпы без участия политических лидеров. Однако в ходе такого митинга обычно появляются инициаторы, пытающиеся перевести эмоциональный порыв толпы в коллективные действия. Если это удается, то инициаторы становятся зачинщиками, которые могут повести людей, скажем, на штурм правительственных учреждений.

Институализация лидирующих позиций отражается в понятии формального лидерства.Оно представляет собой приоритетное влияние определенного лица на членов организации, закрепленное в ее нормах и правилах и основывающееся на положении в общественной иерархии, месте в ролевых структурах.

Субъективная способность и готовность человека к выполнению роли лидера, а также признание за ним права на руководство со стороны членов группы (организации, общества) характеризуется категорией неформального лидерства.В малых группах, основанных на непосредственных контактах их членов, институализация лидирующих позиций может не происходить, здесь на первый план выдвигаются индивидуальные качества лидеров, их способность объединять группу, повести ее за собой. В крупных же объединениях, эффективность коллективных действий которых требует четкой функционально-ролевой дифференциации и специализации, а также оперативности управления и жесткости подчинения (например, в армии), институализация и формализация (официальное закрепление) лидирующих позиций, наделение сравнительно большими властными полномочиями обязательны.

Именно к такому типу объединений и деятельности относится политика. В ней действуют огромные массы людей, ставящие перед собой вполне определенные, ясно осознанные цели и испытывающие непрерывное противодействие со стороны политических оппонентов. В силу таких особенностей политики институализация и формализация лидирующих позиций проявляется в ней особенно отчетливо. Это придает формальным аспектам политического лидерства особое, приоритетное значение. В политике выполнение потребностей социальной системы и ее подсистем в самоорганизации и упорядочении деятельности масс людей зависит не столько от индивидуальных качеств лидеров (хотя это тоже очень важно), сколько от силы и влияния институтов власти. Учет этих особенностей политического лидерства необходим при определении этого понятия.

Лидерство присуще различным формам социально-политической организации. Что же непосредственно лежит в основе лидерства? Почему одни люди становятся лидерами, а другие довольствуются ролью исполнителей воли лидера или его поклонников?

На этот счет в современной политологии существует несколько теорий. Прежде всего, это теория черт.Суть этой теории состоит в объяснении феномена лидерства выдающимися качествами личности. Среди черт, присущих политическому лидеру, обычно называют острый ум, твердую волю, кипучую энергию, незаурядные организаторские способности, умение нравиться людям и, особенно, готовность брать на себя ответственность и компетентность.К обязательным качествам современных политических лидеров в демократических странах все чаще добавляют фотогеничность, внешнюю привлекательность, ораторские способностии др.

Для проверки теории черт были проведены обширные конкретные исследования. Они в значительной мере опровергли эту теорию, т.к. оказалось, что при детальном анализе индивидуальные качества лидера почти в точности совпадают с полным набором психологических и социальных качеств личности вообще. Кроме того, в некоторых сферах деятельности, прежде всего в области предпринимательства, высокие интеллектуальные и моральные качества являются скорее препятствием для занятия лидирующих позиций, чем условием успеха.

Все это вовсе не означает полного отрицания теории черт. Очевидно, что для занятия лидирующих позиций в условиях политической конкуренции действительно нужны определенные психологические и социальные качества. Однако их набор значительно варьируется в зависимости от исторических эпох и особенностей конкретных государств мира. Даже в наши дни личностные качества, дающие шансы на политический успех, существенно отличаются, например, в Швеции, Афганистане, Корее, Эфиопии и т.д. К тому же во многих, главным образом недемократических государствах, политическими лидерами часто становятся заурядные, серые личности, не обладающие яркой индивидуальностью.

Другая теория лидерства – ситуативная– обосновывает идею зависимости лидерства от определенных социальных условий. Она исходит из относительности, множественности феномена лидерства. Лидер – функция определенной ситуации. Именно сложившиеся конкретные обстоятельства определяют отбор политического лидера и детерминируют его поведение, принимаемые им решения. Так, например, ситуация в исламском Иране неизбежно отвергает политиков европейского или американского склада, типа Обамы или Берлускони. Точно так же и религиозный лидер-пророк не сумеет проявить себя на политической арене Запада.

С точки зрения ситуационного подхода лидерские качества релятивны, относительны. Один человек может проявить черты лидера на митинге, другой – в повседневной политико-организационной работе, третий – в межличностном общении и т.д. В целом же лидеров отличает главным образом готовность взять на себя ответственность за решение той или иной задачи, а также компетентность.

Ситуационная теория не отрицает важную роль индивидуальных качеств личности, однако не абсолютизирует их, отдает приоритет в объяснении природы политического лидерства требованиям объективных обстоятельств. Ряд сторонников этой концепции пришел к выводу, что в современном западном обществе большие шансы на успех имеет беспринципный человек, ориентирующийся на политическую конъюнктуру. Однако такие выводы, как и ситуационная теория в целом, подтверждаются далеко не полностью. Ограниченность этой теории состоит в том, что она недостаточно отражает активность лидера, его способность переломить ситуацию, раньше других заметить новые, прогрессивные тенденции и возможности использовать их, заблаговременно решить острые социально-политические проблемы.

Прояснить субъективные механизмы лидерства помогают психологическиеконцепции и, в частности, психоаналитическое объяснение лидерства.Как считал основоположник психоанализа З.Фрейд, в основе лидерства лежит подавленное либидо. В процессе сублимации оно проявляется в стремлении к творчеству и в том числе к лидерству.

У многих людей обладание руководящими позициями выполняет субъективно-компенсаторные функции, позволяет подавлять или преодолевать различного рода комплексы, чувство неполноценности и т.п. Заметный вклад в развитие психоанализа внесли неофрейдисты Э.Фромм, Т.Адорно и др. Они выявили тип личности, предрасположенный к авторитаризму и стремящийся к власти. Такая личность формируется в нездоровых общественных условиях, порождающих массовые фрустрации и неврозы и стремление человека убежать от всего этого в сферу господства и подчинения. Для авторитарной личности власть является психологической потребностью, позволяющей избавиться от собственных комплексов посредством навязывания своей воли другим людям. Обладание безграничной властью над другими, их полное подчинение доставляют такому человеку особое наслаждение. Оно является формой своеобразного садизма. Одновременно такая личность имеет и мазохистские черты, поскольку при столкновении с превосходящей силой она восхищается и поклоняется ей. Слабость же других вызывает у нее презрение и желание унизить их.

Психоаналитическое объяснение лидерства значительно расширило представления о психологических мотивациях стремления к лидерству, хотя оно, конечно же, не исчерпывает все типы таких мотиваций.

Имеются и другие концепции лидерства.

План

1. Роль политических технологий в политическом процессе.

2. Анализ ситуации как основа политических технологий.

3. Выборные технологии.

1. Роль политических технологий в политическом процессе

Управление всегда представляет собой процесс, т. е. опре­деленную последовательность действий людей, вовлеченных в разработку, принятие и реализацию управленческого решения. В этой главе нам предстоит показать роль политических техно­логий в управленческом процессе, раскрыть сущность некото­рых из них.

Любой вид политического менеджмента представляет со­бой политико-технологический процесс, состоящий из набора определенных операций. Термин “политические технологии” вобрал в себя совокупность приемов и способов действия, ис­пользуемых политическими субъектами для достижения поли­тических целей. Главным объектом здесь всегда являются люди, т. е. политические технологии — это способы воздействия на лю­дей с целью изменения их поведения.

Воздействовать на людей можно: а) применяя насилие и принуждение, б) изменяя существующие законы, в) внося в мас­совое сознание новое представление и духовные ценности, фор­мируя новые убеждения, г) манипуляцией. Политические тех­нологии — это искусное воздействие на мотивацию людей, на их сознание, подсознание. Это умение побуждать людей дей­ствовать в соответствии с интересами политического субъекта и при этом поддерживать у них ощущение свободы своего вы­бора, естественности совершаемых ими действий.

Мы будем рассматривать политический технологический процесс как разворачивающееся в пространстве и времени вза­

имодействие между субъектом и объектом управления. Эти вза­имодействия могут носить непосредственный характер, когда, например, организуется встреча кандидата с избирателями или когда одна из конфликтующих сторон вступает в переговоры с другой, или когда встречаются для консультации лидеры поли­тических партий.

В случае прямого взаимодействия субъект управления мо­жет наблюдать реакцию людей, поведение которых он намере­вается изменить, видеть ответные действия и соответствующим образом выстраивать дальнейшую линию поведения. Часто вза­имоотношения между управляющим субъектом и объектом его воздействия осуществляются не в виде прямого контакта, а опос­редованно, например в виде газетных публикаций, распростра­няемых слухов. Отсутствие непосредственного контакта не ме­няет сути взаимодействия, состоящего из демонстрации своих намерений, интерпретации намерений и действий противопо­ложной стороны, реакции на эти действия.

Термином “субъект управления” обозначают того или тех, кто принимает управленческие решения, пытается реализовать их на практике, оказывая воздействие на тех, от кого зависит достижение поставленных им целей. Достижение политических целей всегда требует коллективных усилий. Нельзя рассчиты­вать на успех в избирательной кампании, на обеспечение ли­дерских позиций, на получение возможностей влиять на настро­ения и поведение людей, действуя в одиночку. Поэтому в каче­стве субъекта политического управления всегда выступают организованные группы.

Любой потенциально возможный объект политико-техноло­гического управления можно условно представить в виде пяти сло­ев, различающихся по степени поддержки субъекта управления.

1. Активно поддерживающие, т. е. люди, которые в силу ряда причин осознанно и направленно готовы сотрудничать с субъек­том управления, поддерживать его действия, посильно помогать. Это или твердый электорат партии, который при любых усло­виях проголосует за ее кандидатов, или преданные сторонники политического лидера, поддерживающие все его действия, или законодатели, тесно связанные особыми интересами с лоббис­тской группой.

2.Пассивно поддерживающие, т. е. люди, сочувствующие субъекту управления, но не ведущие активных самостоятель­ных действий в его поддержку.

3.Занимающие нейтральную позицию, т. е. люди, не имею­щие четко выраженной политической позиции, не обладающие ярко выраженными симпатиями к лидерам или партиям, слабо информированные о целях субъектов политики, полностью по­груженные в свои личные проблемы.

4.Настроенные недоверчиво, т. е. люди, либо симпатизиру­ющие другим политическим партиям и лидерам, либо с преду­беждением ко всем политикам, разочаровавшиеся, не верящие в возможности государственных и политических деятелей.

5.Враждебно настроенные, т. е. люди, сделавшие свой по­литический выбор и превратившиеся в активных сторонников других политических лидеров и политических партий.

Любое взаимодействие предполагает активность и субъек­та, и объекта процесса. Эта активность может проявиться в дей­ствиях, а может протекать на уровне мыслительных процессов, эмоциональных переживаний. Каждое взаимодействие по-сво­ему уникально и вряд ли может быть полностью восстановлено в иной ситуации и в другое время. Однако в основе любого взаи­модействия лежат некоторые общие процессы, знание которых может помочь субъекту управления приближаться к поставлен­ным целям наиболее эффективным путем.

1. Люди, вступающие во взаимодействие в роли субъекта и объекта, должны обладать мотивацией. Только наличие моти­вации делает человека потенциально готовым к взаимодействию. Процессы мотивации — это внутриличностные, психические процессы, ведущие к появлению мотивов, которые побуждают индивидов включаться в политико-технологический процесс, занимая в нем либо ведущие, лидирующие позиции, либо играя роль ведомого, управляемого объекта.

Взаимодействие — это всегда обмен информацией, т.е. своеобразный коммуникационный процесс. Нельзя побудить или принудить индивида к политическому действию без пере­дачи соответствующей информации. Процессы коммуникации — это обмен информацией между участниками взаимодействия, их сигналы о своих намерениях, симпатиях и антипатиях, о по­нимании действий. Нарушение коммуникации ведет к негатив­ной реакции участников взаимодействия, снижает эффект уп­равления.

2. Взаимодействующие в социуме индивиды стремятся к структурированию своих отношений. Процессы структуриза­ции — это создание относительно устойчивых, поддающихся прогнозированию, отношений между субъектом и объектом уп­равления, это принятие обоими участниками взаимодействия общих правил игры.

Итак, в основе взаимодействия субъекта и объекта управ­ления лежат три группы процессов. Мотивационные процессы указывают на наличие или отсутствие потенциальной внутрен­ней готовности, предрасположенности к политическому взаи­модействию. Коммуникационные процессы позволяют актуа­лизировать необходимые для данного случая мотивы путем рас­пространения информации, вызывающей в сознании людей об­разы ситуаций, требующих от них определенного реагирования. Процессы структуризации ведут к закреплению определен­ных моделей взаимодействия, делают возможным их воспро­изводство без дополнительных усилий в новой ситуации.

2. Анализ ситуации как основа политических технологий

Как уже говорилось, под политическими технологиями по­нимаются совокупность приемов, способов действия, использу­емых политическими субъектами для воздействия на людей с целью достижения политических целей. Среди распространен­ных политических технологий:

– выборные технологии;

– технологии создания политического имиджа;

– технологии управления политическими конфликтами;

– технологии оценки соотношения политических сил и оп­позиции;

– политическое консультирование;

– мониторинги социально-политической ситуации;

– организация и проведение РК-кампаний;

– технологии формирования общественного мнения;

– технологии лоббирования законопроектов.

Считается, что эффективность политического менеджмен­та напрямую зависит от того, сможет ли управляющий субъект получить достоверную, достаточно полную информацию об объекте своего воздействия. Понимание важности информации нередко толкает политических технологов в крайность. Они стремятся собрать огромный массив информации, который за­тем в значительной своей части оказывается невостребованным. Как избежать этой ошибки? Для этого необходимо вести направ­ленный поиск информации, подчиняя его решению важной ме­тодологической задачи — аналитическому конструированию ситуации.

Ситуация всегда конкретна, она включает ожидания, на­строения, интересы людей, живущих в определенном месте и в конкретное время. Ситуация всегда уникальна, неповторима. Подвижность, изменчивость ситуации составляет главную про­блему для политических технологов, которым каждый раз не­обходимо заново ее исследовать, изучать. Эффективный способ отслеживать ситуацию, “держать руку на пульсе” — вести мо­ниторинг.

Вопрос о необходимости мониторинга за состоянием обще­ства активно и давно обсуждается в социальных и управлен­ческих науках, предлагаются различные модели и схемы про­ведения мониторинга. Большинство авторов считают, что серд­цевиной этой системы должны быть социологические исследо­вания, направленные на отслеживание социального самочув­ствия граждан, их социальных установок и ориентации, отно-

шения к органам власти, удовлетворенности качеством государ­ственных и социальных услуг. Такая информация позволяет оперативно реагировать на изменения в обществе, учитывать состояние общественного мнения при тактическом и стратеги­ческом планировании, эффективно контролировать исполнение социально-экономических планов и программ.

Сбор информации при аналитическом конструировании ситуации осуществляется с помощью различных эмпирических методов. Эмпирия (греч. етреггга — опыт) — это очевидность, это реальные факты, конкретные действия людей, запечатлен­ные в памяти и соответствующим образом описанные. Эмпири­ческие методы принято подразделять на количественные (“же­сткие”) и качественные (“мягкие”). К первым относятся наблю­дение, анкетные опросы, контент-анализ; ко вторым — глубин­ные интервью, работа с фокус-группами.

Метод наблюдения — это направленное восприятие како­го-либо явления или процесса, черты и свойства которого фик­сируются (например, наблюдение в ходе избирательной кампа-‘ нии за действиями соперников). Научно организованное наблю­дение, осуществляемое профессионалами, отличается широтой поля наблюдения, способностью улавливать более разнообраз­ную гамму поступков действующих лиц на политической аре­не, выявлять степень повторяемости событий, определять их характер.

Анкетный опрос позволяет узнать о процессах, происхо­дящих в сознании личности, о чем человек мечтает, какой тип государства считает наиболее целесообразным, каким лидерам и политическим партиям отдает предпочтение. Значение анкет­ных опросов трудно переоценить, так как они позволяют выя­вить установки, ценностные ориентации, предпочтения населе­ния.

Контент-анализ — числовая обработка, оценка и интер­претация форм и содержания информационного источника. Метод позволяет выявить, какая информация по определенной тематике и в каком объеме содержится в газетах, на плакатах, в заявлениях политика, отражают ли эти документы состояние общественного мнения. Метод хорош, когда нет возможности провести анкетный опрос, но крайне необходима информация о приоритетных целях той или иной организации или лидера.

Глубинное интервью — это опрос, когда исследователь не­посредственно беседует с респондентом, предлагая последнему самому формулировать ответы на заранее подготовленные воп­росы, побуждая его к рассуждениям, к оценке различных собы­тий. Политтехнологи прибегают к этому способу при подготов­ке анкетного опроса или в условиях, когда нет возможности под­готовить и качественно провести анкетный опрос.

Метод фокус-группы или групповой дискуссии использует­ся для выявления отношения различных групп к тому или иному событию, лицу. Он представляет собой направляемое и регули­руемое исследователем обсуждение выбранной темы, в котором участвуют люди, подобранные на основе обоснованной выборки.

Аналитическое конструирование ситуации — необходимое условие для принятия решений. Только зная реальные настро­ения людей, их установки, ценностные ориентации, стереоти­пы, можно влиять на мотивацию и поведение этих людей. Зна­ние о ситуации является главным ресурсом субъекта управле­ния. Широко известна поговорка: “Кто имеет информацию — тот владеет ситуацией”.

В качестве примера посмотрим, как можно провести ана­лиз ситуации в избирательной кампании по выборам мэра горо­да. Выборную кампанию кандидата технологически принято делить на два этапа: первый — до разработки предвыборной стратегии, второй включает разработку стратегии и ее реали­зацию.

Первый этап реализуется исключительно силами привле­каемой социологической службы. Его главной целью является сбор необходимой фоновой социальной информации о городе. Конечный успех кампании не в последнюю очередь зависит от того, насколько точными и объективными были данные, полу­ченные аналитическим центром на первом этапе.

Нередко первый этап реализуется силами самих полити­ческих консультантов или к нему привлекаются социологи, чьи услуги имеют в глазах клиента финансовые преимущества. Та­кой подход подразумевает создание импровизированных бри­гад интервьюеров, он опасен тем, что, как правило, это непро­фессиональная, плохо структурированная команда, которую трудно контролировать. Наименее эффективными интервьюе­рами являются столь часто привлекаемые к опросам студенты.

Оптимально, если этим делом заняты специалисты, обяза­тельным критерием участия в такой команде является опыт участия интервьюеров в 5-6 исследованиях. Недопустима си­туация, когда интервьюер пытается навязать респонденту свою точку зрения, “подсказать” ответ. Особое внимание следует об­ратить на разработку анкеты, она обязательно должна осуще­ствляться специалистами-социологами, владеющими специаль­ной технологией построения анкет и шкалами для минимиза­ции субъективного воздействия. Известно, к примеру, что воп­росы особенной важности и сложности необходимо помещать в середину анкеты. Шкалы при этом используются в соответствии со статистическими программами обработки данных, чтобы из­бежать проблем на этапе анализа. Исключительное значение имеет и профессионализм в построении репрезентативной вы­борки.

Итак, на первом этапе предвыборной кампании единый центр осуществляет следующие виды работ.

– Сбор фоновой социальной информации в городе, опреде­ление электоральных настроений в отдельных его округах.

– Выяснение иррациональных факторов, определяющих психологический настрой избирателей.

– Анализ ожиданий электората.

– Измерение рейтинга текущей известности кандидата и его основных конкурентов.

– Оценка восприятия кандидата электоратом.

– Анализ текущего имиджа кандидата.

– Выявление возможных “целевых групп” воздействия.

– Сегментация электората в рамках муниципального обра­зования.

– Выявление сильных и слабых сторон конкурентов.

Во время проведения исследований первого этапа исполь­зуются как количественные, так и качественные методы, одна­ко предпочтение отдается количественным, потому что прак­тика установила их максимальную эффективность в условиях временного цейтнота предварительной диагностики.

Основными задачами политических консультантов на эта­пе разработки и реализации выборной кампании являются:

– Разработка модели выборной кампании кандидата в соот­ветствии с официальными периодами избирательной кампании.

– Координация деятельности консультантов.

– Коррекция имиджа кандидата в соответствии с базовыми ценностями и ожиданиями электората города.

– Психологическое сопровождение кандидата: коммуника­ция, речь, невербальная коммуникация, стиль.

– Работа со средствами массовой информации в соответ­ствии с медиаконцепцией и медиапланом.

– Создание позитивных информационных поводов, связан­ных с кандидатом.

– Разработка и запуск политической рекламы кандидата.

– Разработка и распространение всей полиграфической продукции.

– Организация встреч с избирателями по намеченному плану.

– Определение круга “реальных дел”, которые должны вы­полняться кандидатом во время кампании.

– Отслеживание деятельности конкурентов и ее эффектив­ности.

– Организация контрпропагандистских мероприятий.

– Оперативное реагирование на все возможные неожидан­ные ситуации.

На втором этапе социологическая служба контролирует эффективность хода кампании, оценивает деятельность отдель­ных мероприятий, оценивает кампании основных конкурентов, что дает возможность избирательному штабу оперативно реа­гировать на происходящие события. Это значит, что из второ­степенного по важности и нерегулярно используемого инстру­мента социологические исследования становятся интегрирован­ной частью предвыборной кампании, активно задействованной на всех стадиях ее планирования и осуществления. Именно та­кой подход признан мировой практикой политического консуль­тирования как наиболее результативный.

3. Выборные технологии

Мнения и взгляды избирателей формируются и изменяются под воздействием текущих событий политической жизни стра­ны в промежутке между одними и другими выборами. Предста­вителям элиты и претендентам на вхождение в нее приходится задумываться о собственном политическом будущем задолго до момента выборов; зачастую новая избирательная кампания на­чинается сразу с момента окончания предыдущей. Выборы на различных уровнях становятся повседневным событием, цент­ральным действием в общественной жизни муниципальных об­разований, областей и страны в целом. От выборных техноло­гий, их эффективности применения во многом зависит харак­тер избирательного процесса, его ход и результаты выборов.

К числу определяющих тенденций выборных технологий мы относим:

– комплексный подход к проведению избирательных кам­паний, сочетающий административные методы с партийным и политтехнологическим воздействием;

– переход на график “непрерывной” рекламной кампании;

– формирование целостных мифологий политических ли­деров и движений, определяющих стратегию и тактику выбор­ных кампаний;

– сочетание методов прямой работы с избирателями с тех­нологиями “паблик рилейшнз”.

Каждый кандидат после принятия решения баллотировать­ся на выборах начинает заниматься созданием выборного шта­ба. Кандидаты создают штабы, которые могут отличаться друг от друга большей или меньшей централизацией, принципами распоряжения финансами, разделением ответственности. На практике в большинстве случаев к работе в штабе привлекают­ся родственники, друзья, подчиненные или просто “крепкие хозяйственники”. Кандидаты руководствуются логикой типа “я знаю его давно и доверяю только ему” или просто в целях эко­номии денежных средств прибегают к услугам работников из числа знакомых. На практике четких представлений о том, чем они должны заниматься и как это делать, они не имеют. Такие “организаторы штабов” понятия не имеют, зачем вообще нуж­на эта структура, какие у нее функции, и уж тем более не зна­ют, какие технологии существуют для выполнения конкретных заданий.

В качестве примера приведем перечень должностей в од­ном из выборных штабов с перечислением их функций:

Начальник регионального штаба: осуществляет общее ру­ководство работой регионального штаба; утверждает планы ра­боты заместителей начальника регионального штаба; осуществ­ляет взаимодействие между региональным штабом и Централь­ным избирательным штабом; организует взаимодействие с ре­гиональным молодежным штабом; руководит работой аналити­ческой группы; контролирует исполнение плана избирательной кампании.

Первый заместитель начальника регионального штаба: ис­полняет обязанности начальника регионального штаба в его от­сутствие; руководит работой местных избирательных штабов; руководит реализацией проекта партийной мобилизации.

Заместитель начальника регионального штаба: координиру­ет работу с руководителями муниципальных образований в це­лях поддержки местных штабов; координирует работу со струк­турами, представительствами федеральных органов власти.

Заместитель начальника регионального штаба по сетевой работе: обеспечивает методическую помощь местным штабам; организует обучение актива партии; организует массовые ме­роприятия; организует работу мобильных групп; формирует и организует работу полевой структуры.

Заместитель начальника регионального штаба по агитаци­онной работе: организует работу со средствами массовой инфор­мации; разрабатывает план-график пропагандистских акций, выпуск агитационных материалов; организует разработку аги­тационно-пропагандистских материалов; организует брифинги, пресс-конференции, выступление доверенных лиц.

Заместитель начальника регионального штаба по адресной работе: руководит проектом “Депутатский актив”; организует реализацию адресных проектов; координирует деятельность общественных приемных.

Заместитель начальника регионального штаба: организует взаимодействие с областной избирательной комиссией; органи­зует работу с референтными лицами; организует работу со сто­ронниками партии; реализует план совместных действий с об­щественными организациями”.

Основной принцип, по которому должен формироваться состав небольшого выборного штаба, — соответствие структу­ры информационным потокам. Под информационными потока­ми в среде политтехнологов принято понимать способы, кото­рыми можно донести информацию до глаз, ушей, мозгов изби­рателей. Таких потоков в стандартной ситуации не так много, и если принято решение агитировать избирателей на улице, то должны быть наняты люди именно для этих целей в нужном ко­личестве. Если решено агитировать по принципу “от двери к двери”, на работу принимаются люди соответствующей квали­фикации и психологическими характеристиками, с объяснени­ем им их функций.

Деньги — это, пожалуй, самый важный ресурс для избира­тельной кампании. На одной известности и “любви народа” вы­боры не выиграть. В последнее время налицо тенденции много­кратного удорожания кампаний. Но даже когда деньги найде­ны, для достижения результата необходимо грамотно распоря­диться средствами. Зачастую бывает, что выборы выигрывают кандидаты с более скромными бюджетами, чем их повержен­ные соперники.

Среди статей расходов есть “обязательные” (т. е. статьи, которые обязательно должны войти в отчет для избиркома), которые необходимо оплачивать полностью, например изготов­ление и размещение агитационных материалов. Есть расходы, которые обязательно должны быть, но цены на которые “варьи­руются”: оплата сбора подписей, аренда штабного помещения (хотя штабом может быть квартира кандидата), печать продук­ции в типографиях, оплата агитаторам за доставку листовок избирателям и т.п. А есть и такие расходы, которые могут и не пройти официально: оплата работы сотрудников штаба (рабо­тали на общественных началах), “джинса” (скрытая реклама в СМИ), офисные расходы (бумагу оплатили, но компьютер кан­дидат принес свой) и т.п.

В общем случае расходы на выборную кампанию могут со­стоять из следующих пунктов:

1. Гонорар политических менеджеров и консультантов. Так, нужен руководитель кампании, начальник штаба, главный кон­сультант, “печатник” (работа с типографиями), “смишник” (ра­бота со СМИ) — это ключевые должности. Как говорится, воз­можны варианты.

2. Оплата труда работников штаба. Сюда входят расходы на распространение печатной продукции и другие, зависящие от размера избирательного фонда и кошелька кандидата. Сюда же плюсуем райтеров, дизайнеров и прочий “креатив”, хотя дизайнера можно не нанимать, а использовать типографского.

3. “Непроизводственные” расходы, сумма которых мало зависит от объема и технологий агитации. Орграсходы — арен­да офисов под штабы, закупка канцелярских принадлежностей. Транспортные расходы. Связь. Командировочные расходы.

4. Дополнительные расходы, точнее дополнительные про­екты, такие как тренинги для агитаторов, специальные акции, приглашение столичных звезд в поддержку и т.п.

5. Непредвиденные расходы. Те расходы, которые невоз­можно предусмотреть, но необходимо предвидеть. Это могут быть ответные акции на действия соперников, восстановление наружной рекламы, испорченной недоброжелателями и т.п. Как правило, резервный фонд на непредвиденные расходы состав­ляет процентов десять от сметы кампании.

При обсуждении финансирования выборных кампаний вспоминается сюжет сказки Андерсена “Новое платье короля”: “Обманщики поставили два ткацких станка и ну показывать, будто работают, а у самих на станках ровнехонько ничего нет. Не церемонясь, потребовали они тончайшего шелку и чистей­шего золота, прикарманили все и продолжали работать на пус­тых станках до поздней ночи… Король разделся, и обманщики сделали вид, будто надевают на него одну часть новой одежды за другой”.

Уже появилось много практических методов, позволяющих с известной долей вероятности оценить эффективность изби­рательных технологий и даже рассчитать “результативность вложений”. Приведем пример подобных расчетов: охват изби­рателей мероприятиями. Так, считается, что кандидат может провести в день пять встреч по сто человек на каждой, за 30 дней это дает 100 х 5 х 30 = 15 000 человек. Берем эффект от встречи равным 50% (коэффициент 0,5), умножаем на “коэффициент распространения на друзей и родственников” = 1,2, применяем “коэффициент забывания” = 0,7, и умножаем на “коэффициент явки” = 0,3. Формула готова: 15 000 х 0,5 х 1,2 х 0,7 х 0,3 = 1890 человек. То есть кандидат за счет личных встреч может обеспе­чить себе две тысячи голосующих за него.

Существенным ресурсом, напрямую влияющим на сто­имость кампании и вероятность победы, является временной фактор. Во-первых, это связано с законодательством, согласно которому зарегистрированный кандидат имеет ограничения в выборных действиях, но до регистрации у него “развязаны руки”. Во-вторых, наличие запаса времени позволяет с мень­шими затратами и “мягко” знакомить кандидата с его избира­телем, не рискуя перенасытить его внимание в агитационный период. Называются разные сроки начала неофициальной вы­борной кампании — от 9 месяцев до года.

В современной практике имеется масса выборных техно­логий. В этом деле нельзя обойти молчанием технологии со зна­ком минус, антитехнологии, “грязные технологии”. Примени­тельно к выборным технологиям следует поговорить о фальси­фикации выборов.

Фальсификация выборов представляет собой действия, на­правленные на нарушение порядка, предусмотренного для по­лучения и заполнения избирательных бюллетеней; процедуры, предусмотренной для подсчета и утверждения результатов го­лосования. Большинство случаев фальсификации выборов про­исходят в связи со стремлением незаконным путем получить пост в органах власти. Фальсификация наиболее часто проис­ходит там, где выступают относительно равные по силе поли­тические фракции и там, где многое зависит от того, кто займет данную выборную должность.

1) Фальсификация выборов без вовлечения избирателей. К данной категории относятся случаи фальсификации, когда без использования избирателей применяется заполнение избира­тельных ящиков подложными бюллетенями и голосование “мер­твых душ”. Как правило, такие преступления совершаются сле­дующим образом.

– Внесение фиктивных имен в списки избирателей — та­кие “мертвые души” позволяют получить подложные бюллете­ни, которые затем могут быть брошены в избирательные ящи­ки. Кроме того, могут вноситься данные об умерших людях.

– Использование фиктивных бюллетеней за не проголосо­вавших лиц.

– Подбрасывание дополнительных бюллетеней в пользу желаемого кандидата.

– Порча бюллетеней, заполненных в пользу нежелательно­го кандидата. Сейчас графы “против всех” нет, поэтому бюлле­тень с галочками напротив фамилий двух кандидатов считает­ся просто недействительным.

– Перестановка результатов голосования, когда голоса, по­лученные кандидатом А, приписываются кандидату Б. Голоса же, полученные кандидатом Б, регистрируются как получен­ные кандидатом А.

– Подмена некоторого числа бюллетеней бюллетенями, за­полненными в пользу желаемого кандидата.

– Изъятие бюллетеней, заполненных в пользу нежелатель­ного кандидата.

– “Виртуальные” нарушения, когда в итоговый протокол заносятся такие цифры голосовавших за кандидатов, какие ка­жутся желательными членам избирательных комиссий.

2) Фальсификация выборов с участием избирателей.

– Покупка голосов.

– “Миграционное голосование” (т. е. избиратель, меняющий место жительства).

– Оказание “помощи” избирателю, когда желания избира­телей игнорируются и не учитываются.

– “Карусель” — люди выносят с участка чистый бюллетень, другие люди его заполняют, передают следующему “обработан­ному”, тот бросает его в урну, выносит чистый — и так по кругу.

– Голосование по паспортным данным. Если избирательным комиссиям известны не только ФИО и адреса избирателей, но и их паспортные данные, не исключено, что недобросовестные чле­ны комиссий смогут внести в список за не пришедших на участок избирателей их данные, взять бюллетень и проголосовать.

– Выездное голосование на дому (если в нем не принимают участия наблюдатели). Рассчитано на инвалидов и пожилых людей с плохим зрением и слухом. Им можно услужливо под­сказать, где поставить галочку (хотя законом это запрещено).

К сожалению, фальсификации на выборах еще не редки, поэтому сегодня актуально стоит вопрос о средствах защиты против фальсификаций. Также огромную роль играет введен­ная демократическая процедура формирования составов изби­рательных комиссий. Избирательная комиссия должна состо­ять из представителей партий, представленных в законодатель­ном органе субъекта Федерации по одному от каждой партии. Данная норма позволяет обеспечить “систему сдержек и про­тивовесов” внутри избирательной комиссии. Необходима гра­мотная работа наблюдателей, при необходимости имеющих пра­во потребовать пересчета голосов. Пожалуй, наблюдатели — наиболее действенный способ сокращения фальсификаций.

Политические технологии постоянно совершенствуются. Этот процесс можно сравнить с тем, как увеличение мощи ар­тиллерии ведет к увеличению толщины броневой защиты, что имеет свои пределы как для одной, так и для другой стороны. На замену оружию массового поражения пришло высокоточное оружие. В нашей стране “суверенной демократии” политичес­кие технологии также стали носить характер более локальный, выборочный. Все чаще объектами политического менеджмента и политических технологий становятся отдельные слои и груп­пы населения. Фактически происходит процесс выбора целевых групп, которые становятся главными “мишенями” информаци­онной политики субъекта политического менеджмента.

С глубокой древности до настоящего времени международные отношения занимают важнейшее место в политической жизни человека. Политические мыслители разных времен и народов, а также политики вели и до сих пор ведут поиски путей создания на Земле «вечного мира», «общеевропейского дома», «единого мирового правительства» и т. д. Сегодня мировой порядок зависит от взаимоотношений и взаимодействия более 200 государств, находящихся на разных стадиях исторического, экономического, политического и культурного развития. В связях между ними устанавливаются различные взаимоотношения, возникают проблемы, противоречия. Все это составляет особую сферу политики, которую называют международные отношения.

Что же такое международные отношения? Международные отношения – это совокупность политических, экономических, идеологических, правовых, дипломатических, военных, культурных и иных связей и отношений на международной арене. Это относительно самостоятельная область общественных отношений, целостная система взаимодействия на мировом уровне, обусловленная социально-экономической природой, интересами и целями участников международных отношений.

Кто же выступает в роли субъектов международных отношений?

В политологии выделяют три основных субъекта международных отношений: государства, межгосударственные объединения и международные организации. Давайте остановимся подробнее на этих субъектах.

Основными субъектами международных отношений являются государства. Именно они определяют развитие всех форм международных отношений.

Государство является главным субъектом международных отношений потому, что только оно одно обладает суверенитетом. Суверенитет государства означает, что оно не признает в отношении себя никакой другой власти, кроме собственной, никаких обязательств, кроме тех, которые взяло на себя добровольно или под влиянием особых обстоятельств. Государство обладает на своей территории всей полнотой политической власти. Отсюда вытекает главная особенность международных отношений – это отсутствие в них единого центрального ядра власти и управления. Они строятся на принципе полицентризма и полииерархии, поэтому в международных отношениях большую роль играют стихийные процессы и субъективные факторы.

Межгосударственные отношения имеют первостепенное значение в системе международных отношений. Вместе с тем, в наше время наблюдается тенденция усиления роли другого субъекта международных отношений – межгосударственных объединений. Межгосударственные объединения создаются для реализации определенных целей государств – участников. В таких объединениях может сложиться ситуация, когда чей-то интерес преобладает, лидирует, а союзники обещают свою поддержку лидеру в обмен либо на покровительство, либо в расчете на его поддержку в осуществлении собственных целей.

Второй важной особенностью международных отношений является их противоположная направленность. Что это значит?

Дело в том, что в современном мире общие для всего человечества проблемы (о которых я скажу позже) заставляют государства укреплять международное сотрудничество на основе учета взаимных интересов. Вместе с тем у каждого государства имеются свои специфические интересы, которые они стремятся всячески защищать, в том числе и силой оружия.

Сложность межгосударственных отношений в политической сфере, потребность регулировать хозяйственную жизнь привели к расширению взаимосвязей между государствами и созданию третьего субъекта международных отношений – международных организаций.

Международные организации – более сложные субъекты международных отношений, чем межгосударственные объединения. В отличие от межгосударственных объединений, которые выступают только от имени государств – участников, международные организации могут выступать от своего собственного имени. Число международных организаций постоянно растет. В настоящее время их насчитывается более 2500.

Деятельность международных организаций носит многосторонний характер. Это проблемы войны и мира, защиты природной среды, проблемы народонаселения и ресурсов, проблема преодоления разрыва между экономически развитыми и отсталыми странами и многие другие.

Международные организации имеют постоянные органы управления с определенной компетенцией, полномочиями и функциями.

Неотъемлемым элементом международных отношений является международное право, т. е. система договорных, юридически закреплённых норм и принципов, которые регулируют отношения между государствами и другими субъектами международных отношений. Соблюдение международного права обеспечивается индивидуальными или коллективными мерами государств в пределах и формах, установленных в международном праве.

Первой международной организацией явился Всемирный почтовый союз (ВПС), созданный в 1875 г. с центром в Брюсселе. Международные организации охватывают самые разные аспекты международных отношений. Они создаются в экономической, политической, культурной, национальной областях. В качестве примера таких организаций можно привести: Европейское Экономическое Сообщество (ЕЭС или Общий рынок), Организация Исламская Конференция, к которой присоединился и Казахстан – это региональные экономические организации; Международный Валютный фонд (МВФ) – финансовая организация.

Примером международных организаций в области отдельных отраслей мирового хозяйства могут служить МАГАТЭ (Международное агентство по атомной энергии) или ОПЕК (Организация стран экспортеров нефти )

К профессиональным организациям можно отнести ИНТЕРПОЛ (Международная организация криминальной полиции); к демократическим (Всемирная организация демократической молодежи – ВФДМ); в области культуры и спорта – ЮНЕСКО и МОК (Международный олимпийский комитет); в военной области НАТО; в области экологии – ГРИНПИС и т.д.

Самую значительную роль в системе международных отношений играет Организация объединенных наций (ООН). ООН – практически первый в истории механизм широкого многогранного взаимодействия различных государств в целях поддержания международного мира и безопасности, содействия экономическому и социальному прогрессу всех народов. Членами ООН являются 170 государств. С марта 1992 года Республика Казахстан стала полноправным членом этой организации. В Уставе ООН поставлена цель: объединить политическую волю и возможности государств-участников, стать центром согласования их действий в целях поддержания международного мира и безопасности, утверждать в международном общественном мнении идею взаимозависимости наций и народов, общего блага человечества.

В конце восьмидесятых – начале девяностых годов в связи с окончанием «холодной войны» появились условия для позитивных перемен в международных отношениях. Возросли авторитет и влияние ООН в мировых делах, упрочилась роль военных наблюдателей и вооруженных сил ООН по поддержанию мира.

В последнее время в международных отношениях все шире применяется метод консенсуса как метод переговоров и принятия решений. Консенсус означает согласие в принципе, хотя возможно несогласие с отдельными формулировками и пунктами.

Внешняя политика

Международные отношения как систему нельзя понять без взаимосвязи с такой категорией, как «внешняя политика». В конечном счете, международные отношения складываются, прежде всего, из совокупности внешнеполитической деятельности государств, которые, как я уже говорил, являются основными субъектами международных отношений.

Как вы уже знаете, политика по своему содержанию является явлением сложным, единым, неделимым. Политическая деятельность государства осуществляется как в системе внутренних общественных отношений, так и за пределами его границ – в системе международных отношений. Поэтому различают политику внутреннюю и политику внешнюю. Они имеют много общего и в то же время отличаются своей спецификой. Внешняя политика вторична по отношению к внутренней, она формировалась позже и осуществляется в иных общественных условиях. Однако и внутренняя и внешняя политика решают одну задачу – обеспечить сохранение и упрочение существующей в данном государстве системы общественных отношений.

Что же такое внешняя политика?

Внешняя политика – это деятельность и взаимодействие официальных субъектов, имеющих или присвоивших себе право выступать в международных отношениях от имени общества, выражать интересы общества, избирать определенные методы и способы их реализации.При анализе внешней политики, важное значение имеют такие понятия, как «национальный интерес» и «национальная безопасность».

Мы уже отмечали, что государства являются основными субъектами международных отношений. Отсюда становится ясным, что общество защищает свои интересы главным образом через институт государства. А из этого можно сделать вывод, что понятие национальной и государственной безопасности являются тождественными. Однако это не совсем так, ибо при определенных условиях понятия «национальная» и «государственная» безопасность, так же как и понятия «национальный» и «государственный» интерес могут не совпадать. Например, участие России в первой мировой войне не было связанно с защитой национальных интересов, но победа в войне укрепила бы позиции самодержавия. Другими словами,государственные и национальные интересы совпадают только тогда, когда внешняя политика государства адекватно отражает потребности общества.

К сфере национальных интересов общество относит, прежде всего, повышение материального и духовного уровня жизни населения, обеспечение безопасности государства, его суверенитета, территориальной целостности. Обеспечить реализацию национальных интересов – задача внешней политики государства и это подчеркивает ее неразрывную связь с политикой внутренней. Фактически внешняя политика призвана обеспечить благоприятные внешние условия для реализации целей и задач внутренней политики. Вместе с тем, внешняя политика оказывает обратное воздействие на политику внутреннюю. Особенно это влияние сказывается в современных условиях, когда усиливается международное разделение труда, расширяются экономические, политические и культурные связи между государствами и народами.

Каковы цели и функции внешней политики?

Главная цель внешней политики любого государства – это обеспечение его безопасности. Достижение этой цели осуществляется с помощью охранительной функции внешней политики. Охранительная функция связана с охраной и защитой прав и интересов данной страны, а также ее граждан за ее пределами. Реализация этой функции направлена на предотвращение угрозы для данного государства, на поиск мирных политических решений возникающих спорных вопросов и проблем. Для реализации этой функции государство должно иметь возможность определять потенциальные источники угрозы и опасности, не допускать нежелательного течения событий. Для этого государства имеют специальные институты: посольства, консульства, правительства, разведку, контрразведку и т. д.

Важнейшей целью и задачей внешней политики государства является усиление его экономического и политического потенциала. В задачу внешней политики входит обеспечение для государства более выгодного участия в разделении труда, поиск более выгодных условий сбыта товаров и т. д. Другими словами, второй функцией внешней политики является экономическая функция.

Назову еще две функции внешней политики: информационно-представительскую и регулирующую функции.

Информационно-представительская функция внешней политики реализуется в рамках культурных и научных обменов, проведения переговоров, заключение международных договоров. Она выражается в деятельности соответствующих органов по созданию положительного имиджа государства в других странах. Специальные органы (посольства, атташаты, корреспондентские пункты, разведка) информируют свои правительства о намерениях других правительств, обеспечивают контакты своего государства с другими странами.

Регулирующая функция направлена на создание благоприятных внешне-политических условий для деятельности государства, на сохранение равновесия в системе политических связей. Особая роль здесь принадлежит министерствам иностранных дел, посольствам, консульствам.

Деятельность государства по достижению поставленных внешнеполитических целей осуществляется с помощью политических, экономических, военных и информационно-пропагандистских средств.

К политическим средствам относятся в первую очередь, дипломатия.Дипломатия – это официальная деятельность государства в лице специальных институтов и при помощи специальных мероприятий, приемов, методов, допустимых с точки зрения международного права. Дипломатия осуществляется в виде переговоров, визитов, специальных совещаний и конференций, подготовки и заключения двусторонних и многосторонних соглашений, дипломатической переписки и т. д.

Экономические средства внешней политики позволяют использовать экономический потенциал для достижения внешних политических целей. Действенными экономическими средствами являются эмбарго, или наоборот, режим наибольшего благоприятствования в торговле, предоставление инвестиций, кредитов и займов, другой экономической помощи или отказ в ее предоставлении.

К военным средствам внешней политики относятся военная мощь государства, включающая армию, наличие военных баз, обладание ядерным оружием и т. д. Они могут использоваться в качестве прямого воздействия и косвенно. Прямое воздействие – это войны, блокады, интервенции. Косвенное – это испытание новых видов вооружения, учения, маневры, угроза применения силы.

Пропагандистские средства включают в себя весь арсенал современных средств массовой информации, пропаганды, и агитации, которые используются для укрепления авторитета государства на международной арене, способствуют обеспечению доверия со стороны союзников и возможных партнеров. С помощью средств массовой информации в глазах мировой общественности формируется положительный образ своего государства, чувство симпатии к нему, а если это нужно, антипатии и осуждения по отношению к другим государствам. Часто пропагандистские средства используются, чтобы завуалировать те или иные интересы и намерения. Система международных отношений действует в конкретно-исторических условиях. Их развитие зависит от конкретной деятельности людей и происходит на фоне определенной экономической и политической обстановки как в отдельных регионах, так и в мире в целом. Поэтому разработка и осуществление внешней политики должны базироваться на основе реалистической оценки современного мира. Что же из себя представляет современный мир? Какие ему присущи особенности?

Стремительное изменение, многообразие и многоликость – важнейшая черта современного мира.С одной стороны, современный мир переживает огромный прогресс, связанный с развитием научно-технической революции, радикальными переменами в средствах транспорта, связи и информации. С другой стороны, в нем продолжают существовать огромные массивы отсталости, голода, нищеты, очаги напряженности. Это мир, который становится все более взаимосвязанным и взаимозависимым, поэтому можно сказать, что очень многие проблемы современного мира приобретают глобальный характер.

К числу глобальных проблем современного мира относятся:

1. Предотвращение термоядерной войны.

2. Предотвращение экологической катастрофы.

3. Энергосырьевая прблема.

4. Продовольственная проблема, необходимость ликвидации голода на планете.

5. Демографическая проблема.

6. Преодоление экономической и культурной отсталости многих стран.

7. Распространение смертельных заболеваний.

Считаю, что здесь будет целесообразно выделить критерии,т. е.существенные признаки глобальных проблем, того, что делает эти проблемы глобальными.

1. Исключительная актуальность. От решения этих проблем зависит само существование жизни на Земле.

2. Планетарный характер: действие этих проблем не ограничивается пределами одного государства или группы государств.

3. Общечеловеческий характер этих проблем, затрагивающий коренные интересы всех людей на Земле, независимо от их социально-классовой, национальной, профессиональной и т. д. принадлежности. Глобальные проблемы, так или иначе, касаются каждого живущего на Земле человека, они непосредственно влияют на будущее рода человеческого.

4. Универсальный характер содержания этих проблем, делающих их близкими и понятными всему человечеству.

Здесь хочу сказать, что человечество еще не нашло надежных средств предотвращения глобальных катастроф. Угроза этих катастроф постоянно воспроизводится действиями тех военно-политических, экономических, идеологических механизмов и структур, которые сложились на предшествующем этапе истории. Глобальные проблемы современности порождены обострением противоречий мирового развития. Их не в силах разрешить одно или несколько государств, пусть даже самых сильных. Для разрешения этих противоречий необходимы совместные действия всего человечества. В этой обстановке, пожалуй, впервые в истории человечество начинает по-настоящему сознавать свою родовую общность, приоритет общечеловеческих ценностей. Этот процесс оказывает влияние на сферу международных отношений, на разработку и реализацию внешней политики. Он сопровождается мучительной переоценкой ценностей, переосмыслением сущности и критериев общественного прогресса.

Вопросы для самоконтроля: Модуль 2, вопросы 169-185.

Рекомендуемая литература: 2, 9, 10, 66, 71.

Содержание