Экология русского языка : Реферат : Педагогика

 Наибольший интерес представляют нестандартные формы выражения главных членов предложения, поскольку именно они получают в речи особую экспрессивную окраску и имеют выразительное назначение.

 В художественной речи получают яркое стилистическое применение нестандартные способы выражения подлежащего: Вдруг, среди чрезвычайной тишины в воздухе… ясно раздается его: «тпру, тпру» (И.С. Тургенев); Кое-где стучали в доску, лениво раздавалось откуда-то протяжное «Слушай!» (И.А. Гончаров); …Громкое: «Благодарствуйте, батюшка Алексей Степанович!» огласило поляну (С.Т.Аксаков).

  Большими выразительными возможностями обладают разные типы сказуемого.

  Разнообразные формы выражения простого глагольного сказуемого дают основание противопоставить два способа его грамматического оформления: 1) сказуемое, формально уподобляемое подлежащему (то есть выраженное глаголом любого наклонения, времени и лица), по своей грамматической природе стилистически нейтрально; 2) простое глагольное сказуемое, формально не уподобляемое подлежащему, выраженное особыми формами глаголов, глагольных междометий, употребленными в значении изъявительного наклонения, назначение которых в усилении действенности речи. В самой природе их заложена яркая экспрессия: Поступи Иван Никифорович не таким образом, скажи он «птица», а не «гусак», еще бы можно было поправить (Н.В.Гоголь); И новые друзья ну целоваться, ну обниматься… (И.А. Крылов); Вдруг что-то шумно упало в воду, я хвать за пояс – пистолета нет (М.Ю. Лермонтов). Такие формы простого глагольного сказуемого богаты модально-экспрессивными оттенками.

  Осложненное глагольное сказуемое представляет значительный интерес, так как в нем обычно заключена качественная характеристика, оценка действия. Так, повторение сказуемого, выраженного глаголом изъявительного наклонения, подчеркивает длительное, интенсивное действие: А я сидел, сидел, слушал, слушал, глядел, сердце у меня расширялось, и мне опять казалось, что я любил (И.С.Тургенев). Особая экспрессия отличает разговорные конструкции типа: вот сказал так сказал и подобные, которые используют писатели как характерологическое средство: Ну что же, занят так занят (А.П. Чехов); Что ж? убейте, Пантелей Еремеич: в вашей воле; а вернуться я не вернусь (И.С. Тургенев); Дяденька-то Любим Карпыч взял да в отместку ему и созорничал, пошел да с нищими и стал у собора (А.Н. Островский); Ни с кем не разговаривает, дичится, – знай себе по саду гуляет (И.С. Тургенев). Такие и подобные формы осложненного сказуемого, отмечает Н.С. Валгина, «имеют различные оттенки значения. Они указывают, например, на действие и его цель (пойду напишу); на произвольность действия (взял да и пришел); на неопределенность действия (стрелять не стреляете); на невозможность осуществления действия (ждем не дождемся); на полноту действия, избыточность (глядит не наглядится)». Они возможны в эмоционально окрашенной речи, характерны для устного поэтического творчества и стилистически близких к нему произведений: Ждет – пождет с утра до ночи. Смотрит в поле… (А.С. Пушкин).

 К осложненному глагольному сказуемому относятся и фразеологизмы, которые синтаксически неделимы: Постой же, я выведу тебя на свежую воду (И.А. Гончаров). Они используются художниками слова как средство усиления эмоциональности речи.

1.4 Однородные члены предложения как яркий источник речевой экспрессии.

  При изучении однородных членов предложения специальный интерес вызывают их большие экспрессивные возможности, а также те трудности, которые возникают в речи при использовании однородных членов.

 Однородные члены предложения выступают как важнейшее средство подробного описания предметов, их свойств, а также различных явлений, процессов и т.п.

 К перечислению обращаются не только как к испытанному средствy стройного, логического изложения материала, но и как к яркому источнику речевой экспрессии. Например, перечисление однородных членов в таком публицистическом тексте звучит очень эмоционально:

Современность и литература. Это вечная проблема, и она всегда актуальна. Есть периоды в судьбе страны, когда возникает потребность сверять свою личную жизнь, свою работу, свое творчество с тем временем, в котором живешь. А живем мы сейчас в чрезвычайное время. Идет общегосударственный, общенациональный и общенародный поиск наиболее правильных, точных и демократических мер по перестройке всех сторон нашего общества (С. Михалков).

  В художественной речи использование однородных членов предложения является излюбленным средством усиления ее выразительности. Не случайно в блоки однородных членов включаются синонимы и слова близкой семантики, также выполняющие усилительную функцию: За все я отвечаю в этом мире – за вздохи, слезы, горе и потери (Л.Н. Мартынов), Гром перекатывается, грохочет, ворчит, рокочет, встряхивает землю (К.Г. Паустовский). При этом наибольшего выразительного эффекта достигает перечисление, усиленное градацией: А ты, младое вдохновенье… Не дай остыть душе поэта, ожесточиться, очерстветь и, наконец, окаменеть (А.С. Пушкин).

 Экспрессию однородных членов подчеркивает и антитеза, которую создает сопоставление антонимов: Она [поэзия] говорит о бытии и небытии, верности и ревности, юности и старости, нежности и гневе, песчинке и планете, меде и яде (из газет). Такое столкновение антонимов, образуя дополнительные смысловые оттенки, разрушает привычную схожесть однородных членов предложения.

 Яркий эффект создает и соединение в качестве однородных членов паронимов (греч. para – возле, onima – имя) – близкозвучных или однокоренных слов: народные избранники, предающие и продающие народные интересы, парономазов: Темной славы головня, не пустой и не постылый, а усталый и остылый, я сижу. Согрей меня (В. Хлебников).

 В художественной речи, отмечает И.Б. Голуб, обращение к однородным членам может быть связано с реализацией самых ярких описаний (когда дается ряд красочных эпитетов или других тропов); созданием динамических картин (если употребляются однородные глаголы-сказуемые); с наглядно-образной конкретизацией при легальном изображении природы, быта и т.д.

Из этого, однако, не следует, что однородные члены предложения во всех случаях являются оптимальным средством художественной речи. Художники слова используют выразительные возможности однородных членов лишь в определенных условиях. Например, в рассказе «После бала» Л.Н. Толстой привлекает однородные члены для описания бала, когда повествование ведется спокойным, лирическим тоном, речь героя расцвечена эпитетами, передающими великолепие изображаемой картины, яркость его впечатлений:

…Был я на бале у губернского предводителя, добродушного старичка, богача-хлебосола и камергера. Принимала такая же добродушная, как и он, жена его в бархатном пюсовом платье, в брильянтовой фероньерке на голове и с открытыми старыми, пухлыми, белыми плечами и грудью, как портреты Елизаветы Петровны. Бал был чудесный: зала прекрасная, с хорами, музыканты – знаменитые в то время крепостные помещика-любителя, буфет великолепный и разливанное море шампанского.

 Здесь множество эмоциональных эпитетов, однородные определения нанизываются одно на другое или объединяются парами, воссоздавая зримые картины роскоши, веселья.

 Обращение к однородным членам порой может осложнять, «утяжелять» синтаксическую конструкцию: слишком длинный их перечень делает предложение громоздким. Однако различные синтаксические структуры однородных членов помогают избежать однообразия при перечислении понятий, явлений. Для этого используются прежде всего различные союзы, оживляющие изложение, уточняющие характер связи однородных членов, которые могут объединяться в группы, сопоставляться, противопоставляться, образовывать двучленные сочетания с соединительными или разделительными союзами, отражающими взаимоисключение или чередование названных предметов.

 Употребление однородных членов предложения влияет и на интонационный рисунок фразы. В художественной речи перечисление порождает особую гармоничность звучания текста, создает его упорядоченность. Писатели, придающие эстетическое значение звуковому оформлению речи, стремятся к трехчленным построениям сочиненных рядов: Странный, резкий, болезненный крик раздался вдруг два раза сряду над рекой (И.С. Тургенев); Наступила дождливая, грязная, темная осень (А.П. Чехов); Осенью ковыльные степи совершенно изменяются и получают свои особенный, самобытный, ни с чем не сходный вид (С.Т. Аксаков).

 В иных случаях вместо перечисления однородных членов писатели дают каждое из однородных понятий оторванным от предыдущих: Как обходительна! Добра! Мила! Проста!; Людьми пустыми дорожил! …Об детях забывал! Обманывал жену! Играл! Проигрывал! В опеку взят указом! (А.С.Грибоедов). Этот прием воспроизводит интонации живой речи, создавая эффект непринужденности.

  При перечислении однородных понятий в современном литературном языке и публицистке используется и парцелляция (итал. parcella – частица) – фигура акцентирования, состоящая в использовании пауз, разрывающих фразу: И снова идешь среди воя собак Своей. Привычной. Поступью. Тигра (И. Сельвинский); И снова. Гулливер. Стоит. Сутулясь (П. Антокольский).  

… Выделенные здесь синтаксически самостоятельные отрезки текста могли бы образовать открытый ряд однородных членов предложения. Но автор отделил их от господствующей части высказывания, тем самым усилив их смысловую весомость и придав речи особую эмоциональность. В этом легко убедиться: достаточно выровнять интонацию, устранить разделительную паузу (на письме заменить точку запятой). В подобных случаях искусственный разрыв связи создает определенный экспрессивный эффект.

Особо И.Б. Голуб указывает на необычное использование однородных членов предложения поэтами. Они нередко нарушают требование логической сопоставимости перечисляемых предметов, понятий:

А есть еще ливни, горы, моря,

Птицы, хлеба, корабли, кометы…

О, рассудительная моя,

Книжная юность, – скажи мне, где ты? 

                                                                (И.И. Фоняков).

 Такое нанизывание разнотипных понятий создает впечатление неожиданности, непредсказуемости поэтической фантазии, широты диапазона творческого размаха поэта. В иных случаях неоднородность перечисления может стать средством воссоздания разрозненных, случайных картин, отразить калейдоскопичность мелькания предметов перед глазами путешественника:

Мелькают мимо будки, бабы,

Мальчишки, лавки, фонари,

Дворцы, сады, монастыри,

Бухарцы, сани, огороды,

Купцы, лачужки, мужики,

Бульвары, башни, казаки,

Аптеки, магазины моды,

Балконы, львы на воротах

И стаи галок на крестах. 

                                                                 (А.С. Пушкин)

  В юмористических текстах применяются особые стилистические приемы создания комизма, основанные на «вольном» обращении с однородными членами предложения, разрушающие логичность их перечисления. Так, нередко соединяют в ряду однородных членов несопоставимые понятия, что делает высказывание нелогичным и смешным: Лев Саввич Турманов, дюжинный обыватель, имеющий капиталец, молодую жену и солидную плешь, как-то играл на именинах у приятеля в винт (А.П. Чехов); Наряду с множеством недостатков у Варвары были два существенных достижения: большая белая грудь и служба (И.А. Ильф и Е.П. Петров). Юмористы могут соединять на правах однородных членов видовые и родовые понятия, нарушая закон логического построения перечисления: Его любили домашние хозяйки, домашние работницы, вдовы и даже одна женщина – зубной техник (И.А. Ильф и Е.П. Петров).

 Иногда несоединимость перечисляемых понятий подчеркивается различием их синтаксических функций в предложении (и тогда уже нет основания считать их однородными членами), но автор в шутку объединяет их: …Она принуждена была встать со своего ложа, в негодовании и в папильотках, и, усевшись на кушетке… все-таки выслушать (Ф.М. Достоевский). Здесь, несмотря на одинаковое грамматическое оформление, первое из выделенных существительных выполняет роль обстоятельства, а второе является дополнением.

 Другим приемом создания юмористической окраски речи является нарушение лексической сочетаемости при употреблении одного из ряда однородных членов: В продолжение всей двадцатилетней дружбы с Варварой Петровной он раза по три и по четыре в год регулярно впадал в так называемую между ними «гражданскую скорбь», то есть просто в хандру… Впоследствии, кроме гражданской скорби, он стал впадать и в шампанское; но чуткая Варвара Петровна всю жизнь охраняла его от всех тривиальных наклонностей (Ф.М. Достоевский).

1.5  Эксперссивные возможности обращений, вводных слов, вставных конструкций, сравнительных и причстных оборотов.

  На фоне разнообразных синтаксических средств обращения выделяются экспрессивной окраской. Наибольший интерес представляет использование обращений литераторами, которые отражают и свойственные разговорной речи интонации нежности, участия: Я помню, любимая, помню; Ах, Толя, Толя!; Ты жива еще, моя старушка? (С. Есенин), и фамильярность или даже грубость: Вот и мы. Здорово, старая (Н.А.Некрасов); Ах ты, рыжая бестолочь, что наделал (из журнала), и насмешку, издевку: Откуда, умная, бредешь ты, голова [к Ослу]? (И.А. Крылов).

 В то же время эмоциональное звучание обращений в поэтическом тексте нередко достигает высокой патетики: Питомцы ветреной Судьбы, тираны мира! Трепещите! А вы, мужайтесь и внемлите, восстаньте, падшие рабы! (А.С.Пушкин), убийственного сарказма: Прощай, немытая Россия, страна рабов, страна господ, и вы, мундиры голубые, и ты, им преданный народ (М.Ю. Лермонтов), яркой изобразительной силы: Клен ты мой опавший, клен заледенелый (С. Есенин); Прощай, свободная стихия! (А.С.Пушкин).

 Для создания эмоциональности речи писатели могут использовать как обращения слова с яркой экспрессивной окраской: самовластительный злодей; надменные потомки, образные перифразы: О Волга, колыбель моя, любил ли кто тебя, как я? (Н.А. Некрасов). К тому же при обращениях часто стоят эпитеты, да и сами они нередко являются тропами – метафорами, метонимиями: Ты мне брось, каланча пожарная, пугать людей (М.С. Бубеннов), Иди сюда, борода! Их экспрессию подчеркивают частицы: Эй, ямщик!; А ну-ка, дружок; тавтологические сочетания, плеоназмы: Ветер, ветер, ты могуч (А.С. Пушкин); Ветер-ветрило!; Море-Окиан, наконец, особая интонация – все это усиливает выразительную силу этого синтаксического приема в художественной речи.

    Употребление в речи вводных слов и словосочетаний требует специального комментария, поскольку они, выражая те или иные оценочные значения, придают экспрессивную окраску высказыванию и являются одним из выразительных средств синтаксиса. Не обоснованное использование вводных слов и словосочетаний наносит урон культуре речи. Обращение к ним может быть связано и с эстетической установкой писателей и поэтов. Вводные слова и словосочетания, используемые с целью привлечь внимание собеседника, как правило, функционируют в разговорном стиле, их стихия – устная речь.  Но писатели, искусно вставляя их в диалоги персонажей, имитируют непринужденную беседу: – Наш друг Попов славный малый, – говорил Смирнов со слезами на глазах, – люблю я его, глубоко ценю за талант, влюблен в него, но… знаешь ли? – эти деньги сгубят его (А.П. Чехов). К таким вводным единицам относятся: послушайте, согласитесь, представьте, вообразите, верите ли, помнишь, понимаешь, сделайте милость. 

 Значительную группу составляют слова и словосочетания, выражающие эмоциональную оценку сообщения: к счастью, к удивлению, к сожалению, к стыду, на радость, на беду, удивительное дело, грешным делом, нечего греха таить. Выражая радость, удовольствие, огорчение, удивление, они придают речи экспрессивную окраску и поэтому часто употребляются в живом общении людей и в художественных произведениях.

 Вводные предложения, выражающие примерно те же оттенки значений, что и вводные слова, в отличие от них стилистически более независимы. Это объясняется тем, что они разнообразнее по лексическому составу и по объему. Но основная сфера их употребления – устная речь (которую вводные предложения обогащают интонационно, придавая ей особую выразительность), а также художественная.

 Вводные предложения могут быть достаточно распространены: Пока наш герой, как писали в романах в неторопливую добрую старину, идет до освещенных окон, мы успеем рассказать, что такое деревенская вечеринка (В.А. Солоухин); но чаще они достаточно лаконичны: ты знаешь, надо вам заметить, если не ошибаюсь и т.п.

Вставные слова, словосочетания и предложения являются в тексте добавочными, попутными замечаниями. Вставные конструкции, как правило, оформляются с помощью скобок или тире, что заставляет прочитать сообщение, в них помещенное, с особой интонацией: более низким тоном и в более быстром темпе. В результате, подчеркивает Г.Н. Акимова, сведения воспринимаются как прибавленные к основной информации. Эта информация не обязательно «второстепенная», то есть уточняющая. Напротив, она может быть очень важна, и графическое резкое выделение ее является экономным способом совмещения различных сведений в пределах формально единой структуры.

 В языке поэзии вставки встречаются регулярно и выполняют, как правило, экспрессивные задачи и преимущественно оформляются скобками:

Поверьте (совесть в том порукой), супружество нам будет мукой (А.С. Пушкин); И каждый вечер, в час назначенный (иль это только снится мне?), девичий стан, шелками схваченный, в туманном движется окне (А.А. Блок); Им овладело беспокойство, охота к перемене мест (весьма мучительное свойство, немногих добровольных крест) (А.С.Пушкин).

  Смысловую роль сравнительных оборотов Ю.А. Фигаровская выявляет путем сопоставления предложения со сравнительным оборотом и без него, например: Воробьи слетели с крыши и запрыгали (как серые мячики) по земле (К. Паустовский). Если прочитать предложение без сравнительного оборота, отмечает Ю.А. Фигаровская, то можно убедиться, что мысль в основном понятна и правильно грамматически оформлена. Однако, считает Ю.А. Фигаровская, с помощью сравнительного оборота ее можно выразить точнее, конкретнее. Как4 именно запрыгали воробьи? – Как серые мячики. Сравнительный оборот помогает уточнить, конкретизировать действие. Из сопоставления предложений со сравнительным оборотом и без него видно также, что во втором случае действие не только уточняется, но и характеризуется зримо, выразительно, образно.

 Сравнительный оборот может относиться к глаголу, прилагательному, наречию, существительному.

 Сравнительный оборот, относящийся к глаголу и являющийся в предложении обстоятельством образа действия, помогает уточнить действие, сделать его более наглядным, например: Сердца казаков встрепенулись, как птицы (Н.В. Гоголь).

 Сравнительный оборот, употребляющийся при прилагательном и выполняющий в предложении роль уточняющего определения либо обстоятельства меры и степени, конкретизирует качественный признак предмета или степень его проявления, например: На припеке появились прозрачные, точно кружева, зеленые пятна милой весенней травы (М.Горький); Стих Пушкина ярок, как молния, прозрачен и чист, как кристалл (В.Г. Белинский).

 Сравнительный оборот при наречии подчеркивает характер или степень проявления способа действия (в предложении такое сравнение является обстоятельством меры и степени): Ходит плавно – будто лебедушка, смотрит сладко – как голубушка (М.Ю. Лермонтов).

 К существительному, отмечает Ю.А. Фигаровская, сравнительный оборот относится редко, например: Установился полный штиль. Море как зеркало (К. Паустовский); Безвольный человек что глина. Ему легко стать грязью (Г. Медынский). В предложении такие сравнения чаще всего являются именной частью составного сказуемого. С помощью сравнительного оборота, относящегося к существительному, часто характеризуются состояние природы, физические свойства человека или животных, например: Низкие серые тучи мчатся по небу, как лохматые волки. А ну как это и в самом деле волки… С глазищами, что колеса, и зубами, как у бороны (В. Смирнов); Мы, партизаны, как осы: маленькие да колючие (А. Гайдар).

  Употребление в предложении обособленного определения, выраженного причастным оборотом, вызывает появление дополнительных экспрессивных оттенков, поскольку обособленные члены предложения обладают большой выразительностью. Обособленные определения, выраженные причастным оборотом, являются средством смыслового и эмоционально-экспрессивного выделения особенно важных деталей сообщения, при обособлении, отмечает В.А. Немешайлова, передаются живые интонации устной речи:

У ворот его стояла кибитка, запряженная тройкою татарских лошадей (А.С. Пушкин); Далекий ропот моря, долетавший в чащу этих лесов, придавал им таинственность (К. Паустовский).

1.6 Выразительные функции разных способов передачи чужой речи в художественном тексте.

 Высказывание другого лица, включенное в авторское повествование, образует чужую речь. Чужая речь, как разновидность синтаксических конструкций, может придавать всему повествованию особую выразительность и экспрессию.

 Сравним ряд конструкций:

1. Любовь Викторовна решила: «Добьюсь своего, чего бы это мне ни стоило!»

2. Любовь Викторовна решила – она добьется своего, чего бы это ей ни стоило!

3. Любовь Викторовна решила, что любой ценой добьется выполнения своих намерений.

4.Любовь Викторовна решила, что добьется своего, чего бы это ей ни стоило.

 Можно заметить, что прямая речь (1-й пример), несобственно-прямая (2-й пример) и варианты косвенной речи (3 и 4-й примеры) имеют значительные отличия. Первая, как наиболее близкая к живой речи форма передачи чужого высказывания, выделяется особой эмоциональностью; вторая, уступая ей в этом, все же сохраняет отчасти первоначальную экспрессию приводимого восклицания (этому способствует повторение лексики и интонационного рисунка чужой речи). Варианты косвенной речи могут с разной степенью приближенности отражать характер чужого высказывания, однако в этом случае более естественным представляется его авторская интерпретация (3-й пример), чем повторение «чужих слов» при трансформации личных форм глаголов и местоимений (4-й пример). В каждом случае предпочтение той или иной формы передачи чужой речи обусловлено решением определенных задач в конкретном тексте.

 Наибольшей популярностью у писателей и журналистов пользуется прямая речь, выразительные возможности которой трудно переоценить. Стилистическое освоение прямой речи и разработка реалистического диалога в русской художественной литературе непосредственно связаны с достижениями натуральной школы. Неподдельная живость прямой речи, напряженный драматизм диалогов впервые были воспроизведены А.С. Пушкиным, определившим структурную самостоятельность чужой речи в «Повестях Белкина».

 Выразительные функции прямой речи в художественном тексте многообразны: она не только заключает в себе ту или иную информацию, необходимую для развития сюжета, но и выступает в изобразительной функции, рисуя облик героя, у которого своя манера речевого поведения. По тому, как он выбирает и произносит слова, мы судим о пристрастии персонажа к книжной речи или, напротив, к диалекту, просторечию; узнаем, предпочитает ли он ласковую или грубую форму выражения, искреннюю или фальшивую интонацию. Прямая речь персонажа для художника – это и предмет изображения, и средство самовыражения героя. Диалоги, внутренняя речь героев, авторские ремарки к прямой речи – все это служит важнейшим средством изображения жизни в ее различных проявлениях.

 Рядом бессвязно скачущий разговор; немолодой красивый казак горячится:

– Нам до них дела нету. Они пущай воюют, а у нас хлеба не убратые!

– Эхо беда-а-а! Гля, миру согнали, а ить ноне день – год кормит. (…)

– У нас уж ячмень зачали косить.

– Астрицкого царя, стал быть, стукнули?

                                                    (М.А. Шолохов).

   Большое значение имеет и способ введения прямой речи в авторское повествование. Как правило, писатели используют для этого различные ремарки, которые дополняют читательское представление о говорящем персонаже, уточняют его реплики, а в особых случаях помогают осмыслить их глубинный подтекст, понять скрытое в них значение:

Иона кривит улыбкой рот, напрягает свое горло и сипит:

– А у меня, барин, тово… сын на этой неделе помер.

– Гм!.. Отчего же он умер?

Иона оборачивается всем туловищем к седоку и говорит:

– А кто ж его знает! Должно, от горячки…

                                                               (А.П. Чехов).

  При всем разнообразии авторских ремарок к прямой речи у них много общего: в них часто используются глаголы, указывающие на сам факт речи, причем искусство писателей проявляется в предпочтений глаголов конкретно-образной семантики: прошептал, выпалил, бормочет, рявкнул, отрезал, сипит, пропела, обронила и т.д. Их дополняют глаголы, называющие действия, которые сопровождают речь: обернулся, задумался, возразил, растерялся, удивился, махнул рукой, а также наречия и деепричастия, характеризующие поведение героя: грубо добавил, резко возразил, небрежно произнес, с улыбкой, помолчав, без запинки, отвернувшись, поспешно заметил.

  Описывая разговоры своих персонажей, авторы, естественно, не стараются дать стенограмму их реплик, а отбирают их в соответствии с художественным заданием. Но читатель не чувствует неполноты в передаче диалога, поскольку для художественных произведений характерно изображение целого по образной детали. В этом и состоит отличие художественного воспроизведения живой речи от ее прямой цитации, лишенной авторской обработки.

  Особым способом передачи чужой речи, который содержит в себе особенности, как прямой речи, так и отчасти речи косвенной, является несобственно-прямая речь.

 Несобственно-прямая речь это стилистическая фигура экспрессивного синтаксиса. Она широко используется в художественной литературе как прием сближения авторского повествования с речью героев.

 В форме несобственно-прямой речи обычно передаются невысказанные мысли героев.

  Несобственно-прямая речь, отмечает Н.С. Валгина, не имеет типизированной синтаксической формы, но часто «употребляется в виде второй части бессоюзного сложного предложения и отражает реакцию действующего лица на воспринимаемое им явление»:

Ах, как хорошо было участковому Анискину! Поглядел на ситцевые занавески – эх, какие веселые! Потрогал ногой коврик – эх, какой важный! Вдохнул комнатные запахи – ну, как в детстве под одеялом! (В.В. Липатов).

  Главная особенность несобственно-прямой речи в том, что она двупланова: формально как будто принадлежит автору, но включает и элементы прямой речи персонажей. Речь автора преобразуется в несобственно-прямую незаметно для читателя: писатель рассказывает о своем герое, затем возникают новые интонации, характерные для этого героя словечки, и уже не понять, кто говорит – писатель или его персонаж, или тот и другой одновременно: Впрочем, Васкова никто из девушек не боялся, а Рита – меньше всех. Ну, бродит по разъезду пенек замшелый: в запасе двадцать слов да и те из уставов. Кто ж его всерьез-то принимать будет! (Б.Л. Васильев).

 Несобственно-прямая речь дает возможность писателю освещать одно и то же явление с разных точек зрения одновременно – и объективно (с авторской позиции) и субъективно (через восприятие героя).

Благодаря этому несобственно-прямая речь приобретает большую выразительную силу, почему ее и включают в состав стилистических фигур экспрессивного синтаксиса.

 Таким образом, для художников слова значимы все формы передачи чужой речи, хотя их экспрессивные возможности неравнозначны. Чужая речь, в особенности если она воплощена в форме прямой речи, диалога, – верное свидетельство жизни реальных людей, которые в произведении говорят и действуют. Поэтому использование чужой речи усиливает документальность публицистики и оживляет художественное повествование.

1.7 Эстетическое использование различных типов сложного предложения.

  Сложные предложения более употребительны в книжных стилях, так как эти предложения более всего согласуются с такой чертой книжной речи, как ее логичность и интеллектуальность. Однако сложные предложения не лишены выразительности. Проследим выразительные особенности сложных предложений.

  Так, например, отмечает И.Б. Голуб, в художественной речи часто используются «чисто временные» значения придаточных времени; причем с помощью разнообразных союзов и соотношения временных форм глаголов-сказуемых передаются всевозможные оттенки темпоральных отношений: длительность, повторяемость, неожиданность действий, разрыв во времени между событиями и другое. Это создает большие выразительные возможности художественной речи: Чуть легкий ветерок подернет рябью воду, ты зашатаешься, начнешь слабеть (И.А. Крылов); И только небо засветилось, все шумно вдруг зашевелилось, мелькнул за строем строй (М.Ю. Лермонтов); Только улыбаюсь, как заслышу бурю (Н.А.Некрасов); Он заметно поседел с тех пор, как мы расстались с ним (И.С. Тургенев); В то время как она выходила из гостиной, в передней послышался звонок (Л.Н.Толстой); Гуляли мы до тех пор, пока в окнах дач не стали гаснуть отражения звезд (А.П. Чехов).

  Используемые в художественной речи сравнительные придаточные части сложноподчиненных предложений обычно становятся тропами, выполняя не только логико-синтаксическую, но и экспрессивную функцию: Воздух только изредка дрожал, как дрожит вода, возмущенная падением ветки; Мелкие листья ярко и дружно зеленеют, словно кто их вымыл и лак на них навел (И.С. Тургенев).

Таким образом, если в книжных функциональных стилях выбор того или иного типа сложноподчиненного предложения связан, как правило, с логической стороной текста, то в экспрессивной речи важное значение получает еще и эстетическая ее сторона: при выборе того или иного типа сложноподчиненного предложения учитываются его выразительные возможности.

 Оценка сложного предложения с точки зрения выразительности связана с проблемой критерия длины предложения. Слишком многочленное предложение может оказаться тяжеловесным, громоздким, и это затруднит восприятие текста, сделает его выразительно неполноценным. Однако предупреждает И.Б. Голуб, было бы глубоким заблуждением считать, что в художественной речи предпочтительнее короткие, «легкие» фразы.

 М. Горький писал одному из начинающих авторов: «Надо отучиться от короткой фразы, она уместна только в моменты наиболее напряженного действия, быстрой смены жестов, настроений». Речь распространенная, «плавная» дает «читателю ясное представление о происходящем, о постепенности и неизбежности изображаемого процесса». В прозе самого Горького можно найти немало примеров искусного построения сложных синтаксических конструкций, в которых дается исчерпывающее описание картин окружающей жизни и состояния героев.

 Он кипел и вздрагивал от оскорбления, нанесенного ему этим молоденьким теленком, которого он во время разговора с ним презирал, а теперь сразу возненавидел за то, что у него такие чистые голубые глаза, здоровое загорелое лицо, короткие крепкие руки, за то, что он имеет где-то там деревню, дом в ней, за то, что его приглашает в зятья зажиточный мужик, – за всю его жизнь прошлую и будущую, а больше всего за то, что он, этот ребенок по сравнению с ним, Челкашом, смеет любить свободу, которой не знает цены и которая ему не нужна.

 Мастером короткой фразы был А.П. Чехов, стиль которого отличает блистательная краткость. Давая указания и советы писателям-современникам, Чехов любил акцентировать внимание на одном из своих основополагающих принципов: «Краткость-сестра таланта», – и рекомендовал, по возможности, упрощать сложные синтаксические конструкции. Так, редактируя рассказ В.Г. Короленко «Лес шумит», А.П. Чехов исключил при сокращении текста ряд придаточных:

Усы у деда болтаются чуть не до пояса, глаза глядят тускло (точно дед все вспоминает что-то и не может припомнить); Дед наклонил голову и с минуту сидел в молчании (потом, когда он посмотрел на меня, в его глазах сквозь застилавшую их тусклую оболочку блеснула как будто искорка проснувшейся памяти). Вот придут скоро из лесу Максим и Захар, посмотри ты на них обоих: я ничего им не говорю, а только кто знал Романа и Опанаса, тому сразу видно, который на кого похож (хотя они уже тем людям не сыны, а внуки?) Вот же какие дела.

 В то же время нельзя утверждать, что сам Чехов избегал сложных конструкций. В его рассказах можно почерпнуть немало примеров умелого их употребления. Писатель проявлял большое мастерство, объединяя в одно сложное предложение несколько предикативных частей и не жертвуя при этом ни ясностью, ни легкостью конструкции:

А на педагогических советах он просто угнетал нас своею осторожностью, мнительностью и своими чисто футлярными соображениями насчет того, что вот-де в мужской и женской гимназиях молодежь ведет себя дурно, очень шумит в классах, – ах, как бы не дошло до начальства, ах, как бы чего не вышло,-и что если б из второго класса исключить Петрова, а из четвертого – Егорова, то было бы очень хорошо.

  Мастером стилистического использования сложных синтаксических конструкции был Л.Н. Толстой. Простые, и в особенности короткие предложения, в его творчестве редкость. Сложносочиненные предложения встречаются у Толстого обычно при изображении конкретных картин (например, в описаниях природы):

Наутро поднявшееся яркое солнце быстро съело тонкий ледок, подернувший воды, и весь теплый воздух задрожал от наполнивших его испарений отжившей земли. Зазеленела старая и вылезающая иглами молодая трава, надулись почки калины, смородины и липкой спиртовой березы, и на обсыпанной золотым цветом лозине загудела выставленная пчела.

Обращение же писателя к жизни общества подсказывало ему усложненный синтаксис. Например, начало романа «Воскресение»:

Как ни старались люди, собравшись в одно небольшое место несколько сот тысяч, изуродовать ту землю, на которой они жались, как ни забивали камнями землю, чтобы ничего не росло на ней, как ни счищали всякую пробивающуюся травку, как ни дымили каменным углем и нефтью, как ни обрезывали деревья и ни выгоняли всех животных и птиц, – весна была весною даже и в городе. Солнце грело, трава, оживая, росла и зеленела везде, где только не соскребли ее, не только на газонах бульваров, но и между плитами камней, и березы, тополи, черемуха распускали свои клейкие и пахучие листья, липы надували лопавшиеся почки; галки, воробьи и голуби по-весеннему радостно готовили уже гнезда, и мухи жужжали у стен, пригретые солнцем. Веселы были и растения, и птицы, и насекомые, и дети. Но люди – большие, взрослые люди – не переставали обманывать и мучать себя и друг друга. Люди считали, что священно и важно не это весеннее утро, не эта красота мира божия, данная для блага всех существ, – красота, располагающая к миру, согласию и любви, а священно и важно то, что они сами выдумали, чтобы властвовать друг над другом.

 С одной стороны, усложненные конструкции, с другой – простые, «прозрачные», подчеркивают контрастное сопоставление трагизма человеческих отношений и гармонии в природе.

И.Б. Голуб показывает, какую стилистическую оценку дает А.П. Чехов синтаксису Л. Толстова. Именно Чехов нашел эстетическое обоснование приверженности знаменитого романиста к усложненному синтаксису. С. Щукин вспоминал о замечании Чехова: «Вы обращали внимание на язык Толстого? Громадные периоды, предложения нагромождены одно на другое. Не думайте, что это случайно, что это недостаток. Это искусство, и оно дается после труда. Эти периоды производят впечатление силы». В неоконченном произведении Чехова «Письмо» высказывается такая же положительная оценка периодов Толстого: «…какой фонтан бьет из-под этих «которых», какая прячется под ними гибкая, стройная, глубокая мысль, какая кричащая правда!» (7, с.  45).

Художественная речь Л. Толстого отражает его сложный, глубинный анализ изображаемой жизни. Писатель стремится показать читателю не результат своих наблюдений (что легко было бы представить в виде простых, кратких предложений), а сам поиск истины.

Вот как описывается течение мыслей и смена чувств Пьера Безухова:

«Хорошо бы было поехать к Курагину», – подумал он. Но тотчас же он вспомнил данное князю Андрею честное слово не бывать у Курагина.

Но тотчас же, как это бывает с людьми, называемыми бесхарактерными, ему так страстно захотелось еще раз испытать эту столь знакомую ему беспутную жизнь, что он решился ехать. И тотчас же ему пришла в голову мысль, что данное слово ничего не значит, потому что еще прежде, чем князю Андрею, он дал также князю Анатолю слово быть у него; наконец, он подумал, что все эти честные слова-такие условные вещи, не имеющие никакого определенного смысла, особенно ежели сообразить, что, может быть, завтра же или он умрет, или случится с ним что-нибудь такое необыкновенное, что не будет уже ни честного, ни бесчестного… Он поехал к Курагину.

 Анализируя этот отрывок, мы могли бы трансформировать его в одно короткое предложение: Несмотря на данное князю Андрею слово, Пьер поехал к Курагину. Но писателю важно показать путь героя к этому решению, борьбу в его душе, отсюда – предложения усложненного типа. Н.Г. Чернышевский подчеркнул это умение Толстого отразить «диалектику души» своих героев: в их духовном мире «одни чувства и мысли развиваются из других; ему интересно наблюдать, как чувство, непосредственно возникающее из данного положения или впечатления, подчиняясь влиянию воспоминаний и силе сочетании, представляемых воображением, переходит в другие чувства, снова возвращается к прежней исходной точке и опять и опять странствует, изменяясь по всей цепи воспоминаний; как мысль, рожденная первым ощущением, ведет к другим мыслям, увлекается дальше и дальше…» (Чернышевский, 398).

 Таким образом, в художественной речи использование сложных синтаксических конструкций в значительной мере обусловлено особенностями индивидуально-авторской манеры письма, хотя «идеальный» стиль представляется немногословным и «легким»; он не должен быть перегружен тяжеловесными сложными конструкциями.

1.8 Синтаксические фигуры как средства, создающие выразительность художественного текста

 К синтаксическим средствам экспрессивной, выразительной речи помимо выше перечисленных относятся и стилистические фигуры, представляющие собой сильное средство эмфатической интонации.

  Выразительные средства языка являются традиционным предметом риторики и стилистики; именно здесь мы находим различные по своей протяженности и наполненности перечни фигур.

  Слово фигура в составе термина «риторические фигуры», «фигуры речи» соответствует латинскому слову figura, что означает «оборот речи; очертание; изображение; вид» и греческому слову schema – схема. Фигура (метабола, прием), как отмечает В.П. Москвин, есть акт использования языка в целях усиления выразительности речи или для воздействия на ее адресата. (38, с. 25).

  А.К. Михальская дает такое определение фигуры речи – это особые формы («фигуры») синтаксических конструкций, с помощью которых усиливается выразительность (экспрессивность) речи, увеличивается сила ее воздействия на адресата (18, с. 496). А.И. Горшков отмечает, что слова, входящие в состав риторических фигур, не обязательно выступают в переносных значениях, фигуры построены на особых сочетаниях слов, выходящих за рамки обычного и имеющих целью усиление выразительности и изобразительности текста (8, с. 336).

Эмфаза (от греч. эмфазис – указание, выразительность) – это эмоциональное, взволнованное построение ораторской и лирической речи. Различные приёмы, создающие эмфатическую интонацию, свойственны преимущественно поэзии и редко встречаются в прозе, причем рассчитаны не на зрительное, а на слуховое восприятие текста, позволяющее оценить повышение и понижение голоса, темп речи, паузы, то есть все оттенки звучащей фразы. Знаки препинания способны лишь условно передать эти особенности экспрессивного синтаксиса.

1.8.1 Риторические формы, используемые как приемы диалогизации монологической речи.

Риторическое восклицание (экскламацио) – (лат. exclamatio) повышает эмоциональность высказывания, привлекает читателя к определенным частям текста. Риторическое восклицание отмечает эмоциональную и смысловую кульминацию. Как отмечает А.К. Михальская, главная функция риторического восклицания – «отметить высшую точку накала чувства, выделить тем самым важнейшие в смысловом отношении фрагменты речи». (18, с. 280).

Риторические восклицания заключают в себе особую экспрессию, усиливая напряженность речи. Например, у Н.В. Гоголя: Пышный! Ему нет равной реки в мире! (о Днепре). Таким восклицаниям часто сопутствует гиперболизация, как и в приведенном примере.

Риторический вопрос (интеррогацио) – это риторическая фигура выделения смысловых и эмоциональных центров текста. В грамматике риторический вопрос определяется как предложение, вопросительное по форме, но заключающее в себе не вопрос, а сообщение. А в художественной словесности, утверждает А.И. Горшков, риторический вопрос может сохранять вопросительное значение, но задается он не с целью дать (или получить) на него ответ, а с целью усилить эмоциональное воздействие на читателя.

Мне не спится, нет огня;

Всюду мрак и сон докучный.

Ход часов лишь однозвучный

Раздается близ меня.

Парки бабье лепетанье,

Жизни мышья беготня…

Что тревожишь ты меня?

Что ты знаешь, скучный шепот?

Укоризна или ропот

Мной утраченного дня?

От меня чего ты хочешь?

Ты зовешь или порочишь?

Я понять тебя хочу,

Смысла я в тебе ищу…

(А.С. Пушкин)

  Риторический вопрос был охарактеризован А.М. Пешковским как конструкция, имеющая «переходный характер от вопроса к сообщению». Подобные формы «тем более приближаются к простому сообщению, чем яснее спрашивающий представляет себе ответ» (25, с.  394).

  Риторический вопрос – это стилистическая фигура, характеризующаяся замечательной яркостью и разнообразием эмоционально-экспрессивных оттенков. Риторические вопросы отличаются яркой восклицательной интонацией, выражающей изумление, крайнее напряжение чувств; не случайно авторы иногда в конце риторических вопросов ставят восклицательный знак или два знака – вопросительный и восклицательный: Ее ли женскому уму, воспитанному в затворничестве, обреченному на отчуждение от действительной жизни, ей ли не знать, как опасны такие стремления и чем оканчиваются они?! (В.Г. Белинский); И как же это вы до сих пор еще не понимаете и не знаете, что любовь, как дружба, как жалованье, как слава, как все на свете, должна быть заслуживаема и поддерживаема?! (Н.А.Добролюбов).

  Вопросительная конструкция риторического вопроса, как отмечает Е.Н. Басовская, дает возможность автору заинтересовать читателя, пообещать ему ту информацию, ради получения которой он обратится к тексту. Данные конструкции способны усилить как позитивную, так и негативную окраску высказывания. По словам Т.А. Сергеевой, «эмоциональная насыщенность риторического вопроса способствует созданию диалогического напряжения между компонентами текста».   Риторический вопрос, в отличие от многих стилистических фигур, используется не только в поэтической и ораторской речи, но и в разговорной, а также в публицистических текстах, в художественной и научной прозе.

  Риторические вопросы и восклицания нередко усиливает синтаксический параллелизм – одинаковое синтаксическое построение соседних предложений или отрезков речи:

Бедная критика! Она любезности училась в девичьих, а хорошего тона набиралась в прихожих, удивительно ли, что «Граф Нулин» так жестоко оскорбил ее тонкое чувство приличия? (В.Г. Белинский); Базарову все эти тонкости непонятны. Как это, думает он, подготовлять и настраивать себя к любви? Когда человек действительно любит, разве он может грациозничать и думать о мелочах внешнего изящества? Разве настоящая любовь колеблется? Разве она нуждается в каких-нибудь внешних пособиях места, времени и минутного расположения, вызванного разговором? (А.Ф. Писемский).

Риторическое обращение (апострофа) – (греч. apostrophe) это фигура выделения важных смысловых позиций. Риторическое обращение направлено не к реальному собеседнику, а к предмету художественного изображения. Из двух функций, свойственных обращению – призывной и оценочно – характеризующей (экспрессивной, выразительной), отмечает А.И. Горшков, в риторическом обращении преобладает последняя:

Земля – владычица! К тебе чело склонил я.

                                                                         (В. Соловьев)

Погружай меня в сон, колокольчика звон!

Выноси меня, тройка усталых коней! (Я.П.Полонский)

1.8.2 Фигуры нарочито абсурдной речи

Абсурд (лат. absurdus – нелепый) представляет собой бессмыслицу, вызванную либо крайним неправдоподобием, либо крайним алогизмом речи. Алогизм – это осознанное и целесообразное отступление от «коммуникативной нормы логичности речи», с целью подчеркнуть внутреннюю противоречивость  описанного явления (35, с.  41).

 К фигурам нарочитого абсурда В.П. Москвин относит оксюморон и амфигурию.

Оксюморон (греч. oxymoron – остроумно-глупое) представляет собой сочетание противоположных по смыслу слов с целью показать противоречивость, сложность объекта: Есть тоска веселая в алостях зари (С.А. Есенин). Как считает В.П. Москвин, именно такое сочетание и создает впечатление крайне откровенного, бросающегося в глаза алогизма, то есть абсурда. В основе абсурда лежит нарушение логического закона непротиворечия, в соответствии с которым суждение и его отрицание (в частности, противоположные оценки: веселый и тоскливый, правдивый и лживый, наглый и скромный) не могут быть одновременно истинными применительно к одному и тому же объекту. Но, продолжает В.П. Москвин, нарушение это чисто формальное, так что фразы, содержащие оксюморон, уже не кажутся алогичными: Я – царь, я – раб (Г.Р. Державин) – Я царь природы, но я раб страстей своих. Оксюморон иногда видят в выражениях типа: Немой караул закричал, безногий на пожар побежал. Однако, считает В.П. Москвин, в основе данной прибаутки лежит не формальное, а содержательное противоречие. Оксюморон, представляя собой утверждение истинное, однако внешне противоречивое, парадоксальное, крайне алогичен только в формальном отношении, по содержанию же он и логичен, и правдоподобен.

  Москвин В.П. рассматривает основные структурные типы оксюморитических конструкций:

1. основанные на подчинительных связях: а) согласовании (в этом случае используются так называемые контрастные эпитеты): Наступило вечное мгновенье (А. Блок);

б) управлении: Ты, меня любивший фальшью Истины – и правдой лжи (М. Цветаева); в) примыкании: Нагло скромен дикий взор! (А. Блок);

2. основанные на сочинительных связях: Ты и убогая, Ты и обильная, Ты и могучая, Ты и бессильная, Матушка-Русь! (Н.А. Некрасов); О, проклятая, святая, О, чужая и родная Мать и мачеха земля! (Д. Мережковский). Этот структурный тип оксюморона именуют синециозисом (греч. synoikiosis – объединение). 

   В практике стилистического анализа серьезные затруднения вызывает разведение таких фигур, как оксюморон (особенно типа, основанного на сочиненни) и антитеза.

Антитеза (греч. antithesis – противоположение) – стилистический прием контраста, противопоставления явлений и понятий. Наиболее четко выраженная и простая по строению антитеза основывается на употреблении антонимов, общеязыковых и контекстуальных:

Но я вручить хочу деву невинную

Теплой заступнице мира холодного.

                                                               (М.Ю. Лермонтов)

За море Черное, за море Белое

В черные ночи и в белые дни…

                                   (А. Блок)

Зачем от мирных нег и дружбы простодушной

Вступил он в этот свет завистливый и душный

Для сердца вольного и пламенных страстей?

                                                               (М.Ю. Лермонтов)

  А.К. Михальская отмечает, что антитеза придает мысли силу и выразительность, так как обе части противопоставления выделяют одна другую. Антитеза – форма, в которую часто облекают афористические суждения. Многие афоризмы, пословицы, крылатые фразы построены в виде антитез.

  Для различения этих стилистических фигур В.П. Москвин предлагает использовать три критерия:

    1. Смысловой критерий: антитеза противопоставляет разные объекты: Сам толст, его артисты тощи (А.С. Грибоедов); оксюморон же приписывает противоположные качества одному предмету или явлению. В смысловом отношении оксюморон «зеркально» противоположен плеоназму [греч. pleonasmos – излишество, плеоназм состоит в частичном совпадении значений слов, образующих словосочетание, то есть в смысловой тавтологии: носовые ноздри («Мертвые души»); спинные лопатки («Тарас Бульба» Н.В. Гоголь)]: если компонент плеонастического словосочетания заменить антонимом, то получим оксюморон, и наоборот: оксюморон грустная радость (С.А. Есенин) и плеоназмы   веселая радость, радостное веселье, оксюморон правда лжи (М. Цветаева) и плеоназмы неправда лжи, лживая неправда.

   2. Трансформационный критерий: в случае принадлежности сочетания слов к разряду оксюморитических сочинительная связь может быть легко заменена подчинительной: могучая и бессильная (Русь) -> могучее бессилие (Руси). Возможность трансформации говорит о том, что перед нами не антитеза, а оксюморон.

   3. Подстановочный. Конструкции, содержащие оксюморон, имеют противительно-уступительное значение, отсюда – возможность подстановки слов с этим значением – таких, как тем не менее, вместе с тем, в то же время, при том, все же, все-таки: могучая и бессильная Русь – Могучая, и в то же время бессильная Русь. Н.В. Павлович отмечает: «В оксюмороне противоречие ощущается, а затем разрешается».  Противоречие разрешается только после мысленной подстановки слов с противительно-уступительным значением, то есть после осознания того, что характеризуются разные стороны одного объекта: могучая, а с другой стороны бессильная Русь. 

  Оксюморон может быть основан на объединении слов одной части речи: а) при подчинении: правда лжи (М. Цветаева); б) при сочинении: Ты и убогая, Ты и обильная (Н.А. Некрасов); в) при координации: И подумывают так: «Что за умница дурак!» (С.Я. Маршак).

 Противопоставление, выражаемое оксюмороном, может быть выражено не только прямо, но и косвенно: горячий холод, живой мертвец (прямые оксюмороны) и горячий снег, живой труп (косвенные оксюмороны).

 1.8.3 Фигуры контраста

Контраст может быть определен как семантическая категория, основанная на противоположности. В фигурах словесного контраста одно из противопоставляемых слов играет роль фона, на котором яснее и нагляднее воспринимается смысл другого слова.

 Ряд фигур контраста основан на использовании антонимов.

Выше мы уже упоминали антитезу, которая строится на сочетании антонимов, характеризующих разные объекты при их контрастном противопоставлении: Сырой овраг сухим дождем росистых ландышей унизан (Б. Пастернак).

 Скрытое, явно не выраженное поучение, выраженное антитезой, называется апофонемой (греч. apo – без, phonema – звук): Легки взятки – тяжелы отдатки (поговорка). Антитеза, определяющая композицию словесного произведения, именуется антитетоном (греч. antitheton – противоположение): С умным речи к разговору, а с безумным в ссору (пословица).

  Антитеза может быть усилена различного рода повторами, например, синтаксическим параллелизмом (повтором конструкции):

На плече моем на правом

Примостился голубь-утро,

На плече моем на левом

Примостился филин-ночь.

                                     (М. Цветаева)

  Разновидность антитезы, основанная на противопоставлении образных наименований (голубь-утро – филин-ночь), называется синкризисом (греч. syn – вместе, krisis – поворот, образ).

В виде антитезы в сочетании с синтаксическим параллелизмом нередко оформляются заголовки газетных статей: Бразилия ликует, Италия рыдает; Музыка одна – исполнители разные.

Здесь можно согласиться с мнением И.Р. Гальперина о том, что «противоположные черты двух объектов или явлений легче воспринимаются, если они оформлены одинаковыми конструкциями».  Как отмечает В.П. Москвин, существует два количественных типа антитезы: 1) простая антитеза, основанная на использовании одной антонимической пары: Живые и мертвые (К. Симонов), Темный день в светлом городе («Труд», заголовок статьи); 2) сложная антитеза, основанная на использовании двух и более антонимических пар. Сложная антитеза используется при развернутой контрастной характеристике объектов:

Ты богат, я очень беден;

Ты прозаик, я поэт;

Ты румян, как маков цвет,

Я как смерть и тощ, и бледен.

                                  (А.С. Пушкин)

  Данную функциональную разновидность сложной антитезы иногда называют аллойозисом (греч. alloiosis – изменение). Аллойозис, усиленный синтаксическим параллелизмом, именуется мукабалой (термин араб. риторики): Этот процесс привел к обогащению меньшинства и обнищанию большинства. По мнению В.П. Москвина, мукабала – важнейший способ структурно-семантической организации пословиц и поговорок: С умным найти, с дураком уронить; здесь эта фигура нередко бывает усилена парономасией (греч. paronomasia – para – возле, onyma – имя) – фигурой сближения слов по созвучию и корневым повтором: Здоровому и нездоровье здорово, а нездоровому и здоровье нездорово.

  Еще одна функция сложной антитезы – парное противопоставление ряда объектов: Эффекты эти во всех искусствах состоят преимущественно в контрастах: в сопоставлении ужасного и нежного, прекрасного и безобразного, громкого и тихого, темного и светлого, самого обыкновенного и самого необычайного (Л.Н. Толстой).

  Разновидность антитезы является антаногога (греч. antanago – выводить против), состоящая в компенсирующем уравновешивании какого-либо утверждения противоположным аргументом, в частности, отрицательной характеристики характеристикой положительной: Когда человека вешают, его этим не исправить, но другие на этом примере исправляются (М. Монтень). На антанагоге основаны некоторые пословицы и поговорки: Мал золотник, да дорог; Мал, да удал.

  Л.А. Введенская выявила и описала стилистические фигуры, близкие к антитезе: амфитезу, диатезу, акротезу.

 Амфитеза (греч. amphi – с обеих сторон) представляет собой прием описания целого путем указания на крайние точки:

От Москы до самых до окраин,

С южных гор до северных морей

Человек проходит как хозяин

Необъятной Родины своей.

                                  (В.И. Лебедев-Кумач)

 Усиление амфитезы может происходить за счет парономасии: Стихи Михалкова читали все – от пионеров до пенсионеров (телепередача). Амфитеза допускает однословную замену: и стар и млад(= все), зимой и летом (= всегда), вдоль и поперек (=полностью), что отличает данную фигуру речи от антитезы, такой замены не допускающей.

  Диатеза (греч. dia – между) – фигура речи, используемая для «утверждения среднего признака путем отрицания противоположных признаков»: ни то ни се, ни стар ни молод; Не веселая, не печальная, Словно с темного неба сошедшая. Ты и песнь моя обручальная, И звезда моя сумасшедшая (Н.Заболоцкий). Примеры сложной диатезы: В бричке сидел господин, не красавец, но и не дурной наружности, не слишком толст, ни слишком тонок; нельзя сказать, чтобы стар, однако и не так, чтобы слишком молод (Н.В. Гоголь). Диатеза допускает замену словами средний, так себе и подобными: ни стар ни молод (=средних лет), не умный и не глупый (=серый), не жарко и не холодно (=нормально, так себе, ничего); не красавец, но и не дурной наружности (=ничего особенного), не веселая,  не печальная (=спокойная). По этому признаку диатезу довольно легко можно отличить от других фигур речи, основанных на использовании антонимов.

  Акротеза (греч. akros- крайний) представляет собой утверждение, усиленное отрицанием противоположного: Нет, не слабость – великая жизненная сила и твердость нужны для того, чтобы оборвать свою жизнь так, как он оборвал! (Ю. Казаков).

 Негативная часть акротезы может быть усилена восходящей градацией: Ополоумевший дирижерЖ, не отдавая себе отчета в том, что делает, взмахнул палочкой, и оркестр не заиграл, и даже не грянул, и даже не хватил, а именно, по омерзительному выражению кота, урезал какой-то невероятный, ни на что не похожий по развязности своей марш (М.А. Булгаков).

 Отличительной чертой акротезы является возможность использования соответствующей фразы без отрицательной части (то есть без усиления): Не ленись, а трудись, на чужое не льстись (пословица) / Трудись, на чужое не льстись.

  Сложности в разведении конкретных разновидностей фигур контраста нередко приводят исследователей к необходимости объединения всех этих разновидностей в одну фигуру – «фигуру противоречия», «прием контраста» как это сделал Л.А.Новиков.

1.8.4 Фигуры краткой речи

   Еще Анаксимен в своей «Риторике» отметил, что желающий говорить кратко «должен … давать меньше союзов, а больше сопряжений (зевгм)». Зевгма (греч. zeugma – сопряжение, связь; иго, ярмо) является разновидностью эллипсиса, состоящей в сокрашении конструкции за счет «выноса за скобки» общего ее члена:

1. Слова: Летят журавли, гуси, лебеди (Летят журавли, летят гуси, летят лебеди). Частеречным типом словесной зевгмы, который состоит в соотнесении ряда сказуемых с общим подлежащим, является диазевгма (греч. diazeugmenon – разобщение): Ростовцы упорно сопротивлялись христианству, прогнали двух первых епископов, Феодора и Иллариона, и умертвили третьего, Леонтия (В.О. Ключевский).
2. Морфемы или морфемного комплекса: мотто- и велогонки (ср. мотогонки и велогонки0; Напишите мне нечто о Карамзине, ой, ых (А.С. Пушкин), ср. о Карамзине, Карамзиной, Карамзиных. Использование общей части ряда одноструктурных производных как основы для индивидуально-авторского неологизма называют словообразовательной зевгмой: Все комнаты его (Томаса Эдисона) завалены телефонами, микрофонами, фотофонами и прочими «фонами» (А.П. Чехов).

  Практическая ценность зевгмы, по мнению В.П. Москвина, состоит не только в речевой экономии, но и в том, что она

создает связи между мыслями, то есть между однородными понятиями.

 Позиционными типами данной фигуры являются:

2. Протозевгма (греч. protos – первый zeugma – сопряжение, связь; иго, ярмо) – сокращение конструкции за счет выноса общего компонента в ее начальную часть: Журавли летят, гуси летят, лебеди летят и Летят журавли, гуси, лебеди. Пример протозевгмы в поэтической речи: Пить можно всем, Необходимо только Знать, где и с кем, За что, когда и сколько (Р.Гамзатов).
3. Мезозевгма (греч. mesos – срединный) – сокращение конструкции за счет выноса общего компонента в срединную его часть: Журавли летят, гуси летят, лебеди летят и Журавли, гуси летят и лебеди.
4. Гипозевгма (греч. hipo – внизу, снизу) – сокращение конструкции за счет выноса общего компонента в финальну. Ее часть: Журавли летят, гуси летят, лебеди летят и  Журавли, гуси, лебеди летят. Пример гипозевгмы в поэтической речи: Тоскуя о родном тепле, Цепочкою вдали Летят, а что тут на земле, – не знают журавли (А.Т. Твардовский).

    Непродуманная зевгма, ломающая синтаксическую структуру фразы, может стать причиной анаколуфа (греч. anakoluthos – непоследовательный). Последний представляет собой, по определению Б.В. Томашевского, речевую ошибку, состоящую в согласовании частей предложения по смыслу, а не по форме: Ленин на крест плевал, топтал его. – Ленин на крест плевал, топтал, Бухарин, Троцкий высмеивали – Сталин помалкивал (А.И. Солженицын. В круге первом). Анаколуф нередко используется при стилизации малограмотной речи.

  Как отмечает В.П. Москвин, первоначально использование фигур в языке исчерпывается чисто практическими, утилитарными целями, и лишь с течением времени приемы номинации приобретают определенные эстетически значимые функции. Зевгма как пример постепенного функционального усложнения фигуры является в этом плане особенно показательной.

  Одной из вторичных функций зевгмы является игровая. Эту функцию она приобретает при сопряжении логически несовместимых понятий; такая зевгма называется каламбурной: О, сицилийский рай! Апельсины, грейпфруты, гранаты, автоматы, пистолеты (М. Мишин); Паровоз и проводница взвыли одновременно (Н. Думбадзе).

  Стилистическая фигура, с помощью которой в художественной словесности достигается особая выразительность, называется эллипсис (греч. elleipsis – выпадение, пропуск) – стилистическая фигура, состоящая в намеренном пропуске какого-либо члена предложения, который подразумевается из контекста: Мы села – в пепел, грады – в прах, в мечи – серпы и плуги (В.А. Жуковский). Опускается чаще всего  сказуемое, что придает речи особый динамизм и экспрессию.

Пусть… Но чу! гулять не время!

К коням, брат, и ногу в стремя,

Саблю вон – и в сечу! Вот

Пир иной нам Бог дает.

                                (Д. Давыдов)

 В прозе эллипсис используется главным образом в прямой речи и в повествовании от лица рассказчика: Чуть зазевался, того и гляди – либо аркан на шее, либо пуля в затылке; Григорий Александрович до того его раздразнил, что хоть в воду; Ну, да это в сторону  (М.Ю. Лермонтов).

От эллипсиса следует отличать умолчание – фигуру, состоящую в том, что автор сознательно недосказывает мысль, предоставляя право читателю догадываться и размышлять,  какие слова не произнесены и о чем могла пойти речь во внезапно прерванном высказывании: Нет, я хотел… быть может, вы… я думал, Что уж барону время умереть (А.С.Пушкин). За многоточием скрывается неожиданная пауза, отражающая волнение говорящего. Умолчание часто используется в прямой речи. Например, в стихотворении

М.Ю. Лермонтова «Завещание»:

Поедешь скоро ты домой:

Смотри ж… Да что? моей судьбой,

Сказать по правде, очень

Никто не озабочен.

  Как стилистический прием умолчание часто встречается в разговорной речи: Ты не представляешь, это такое известие!.. Как мне теперь?.. Я не могу успокоиться.

1.8.5 Фигуры нарочито пространной речи

Пространность, или многословие, представляет собой качество речи, содержащей избыточные в формальном и содержательном отношениях элементы. Обычно оцениваемая как недочет, пространность может носить и нарочитый характер.

  Основным приемом построения нарочито пространной речи служит амплификация (лат. amplification – расширение, распространение), состоящая в повторе, повторе с добавлением деталей или варьировании номинативных средств. Амплификция производится путем нагнетания однородных по содержанию или форме единиц: синонимов, гипонимов, сравнений, одноструктурных производных, эпитетов и перифраз, одинаковых по длине слов или фраз, однородных членов предложения с целью экспрессивного усиления: Писали о ней французы, немцы, негры, англичане, готтентоты, греки, патагонцы, индийцы (А.П. Чехов об актрисе Саре Бернар); На сотни верст, на сотни миль, На сотни километров Лежала соль, шумел ковыль, Чернела роща кедров (А. Ахматова).

  Рассмотрим фигуры амплификации и их основные функции.

  Прием перечисления состоит в нагнетании однородных членов предложения, которое может создавать представление множественности или быстрой смены событий, на перечислении часто бывают основаны различные описания: Дама сдавала в багаж Диван, чемодан, саквояж, Картину, корзину, картонку И маленькую собачонку (С. Маршак). Данная фигура употребляется и с целью уточнения.

  В уточняющей функции используется также адъюнкция (лат. adjunction – присоединение) – обильное распространение какого-либо члена предложения:

Где наша первая встреча,

Яркая, острая, тайная

В летний тот памятный вечер

Милая, словно случайная?

                                            (Е. Белогорская)

   Усилению амплификации способствует однородность размера нагнетаемых единиц. Этим эффектом обладают следующие приемы:

1. Синтаксический плеоназм (греч. pleonasmos – излишество), состоящий в нагромождении параллельных конструкций или однородных членов предложения: Все прошел я: Трудные дороги, Злой навет и горькую беду…(А. Жигулин).
2. Изоколон (греч. isokolon – равенство речевых тактов) – нагнетание слов, словосочетаний или фраз приблизительно одинаковой длины. Изоколон может сопровождаться морфемным, синтаксическим и лексико-синтаксическим параллелизмом; речевые единицы в этом случае имеют идентичную структуру: Я говорю с Богом по-испански, с женщиной по-итальянски, с мужчиной по-французски и с моей лошадью по-немецки (Карл V).

  Амплификационный ряд усиливается и за счет удлинения. Удлинению ряда может служить нанизывание синонимов – плеоназм: Какая же причина в мертвых душах? Даже и причины нет. Это, выходит, просто: андроны едут, чепуха, белиберда, сапоги всмятку! Это просто черт побери! (Н.В. Гоголь).

   Единицы в синонимической цепочке могут располагаться от семантически менее интенсивной к семантически более интенсивной:

 – Как вам показался наш город? – примолвила Манилова. – Приятно ли провели там время?

 – Очень хороший город, прекрасный город, –  отвечал Чичиков.

 Такой прием расположения синонимов именуется восходящей градацией.

   Градация (лат. gradatio – постепенное изменение,  возвышение или убывание) – стилистический прием расположения слов и выражений, а также средств художественной изобразительности по возрастающей или убывающей (нисходящей) значимости. Как замечает А.К. Михальская, речь идет о степени экспрессивности (выразительности), эмоциональной силы, «напряженности» выражения (слова, оборота, фразы), так как нанизывание однотипных синтаксических единиц (например, однородных членов, придаточных предложений) усиливает (или ослабляет) значение предыдущего. Градация первого вида называется климакс (греч. klimax – лестница), второго – антиклимакс (греч. anti – против klimax). Возрастающая градация в русской словесности используется более часто, чем нисходящая.

Развернутая многоплановая градация лежит в основе композиции «Сказки о рыбаке и рыбке» А.С. Пушкина:

Раз он в море закинул невод, –

Пришел невод с одною тиной.

Он в другой раз закинул невод, –

Пришел невод с травою морскою.

В третий раз закинул он невод,

Пришел невод с одной рыбкой,

С непростою рыбкой, – золотою.

Также в качестве примера восходящей градации можно привести строчки С. Есенина: Не жалею, не зову, не плачу… Пример нисходящей градации: Звериный, чужой, неприглядный мир…(Шульчев). 

В есенинской строке «сила чувства», заключенного в словесном ряду, возрастает, а во втором примере отношение значений слов другое: от самого «сильного» (звериный) до самого «слабого» – (неприглядный).

   Амплификация имеет определенную сферу действия. Ее использование уместно в крупных речевых жанрах, так как здесь длинноты, растянутость, многословие не столь заметны; в малых и средних жанрах они на виду, режут глаз.

1.8.6 Фигуры разнообразной и нарочито однообразной речи

  Речь разнообразная свободна от различного рода повторов. Соответственно, однообразной следует признать речь, содержащую повторы звуков, морфем, слов, синтаксических конструкций. Повторы традиционно подразделяются на стилистически оправданные и стилистически неоправданные (тавтологические). Тавтологический повтор читается речевой ошибкой. Под стилистически оправданным повтором принято понимать прием, состоящий в повторении одной и той же единицы (звука, морфемы, слова и т. д.) в непосредственной близости друг от друга.

  К числу повторов синтаксического уровня принадлежит прежде всего уже упоминаемый нами синтаксический параллелизм – повтор синтаксической конструкции:

Утихает светлый ветер,

Наступает серый вечер.

                                                       (А. Блок)

  Повторяться могут и отдельные компоненты синтаксической конструкции – например, грамматическая форма; эта разновидность синтаксического параллелизма называется морфологическим повтором:

Подъемлю солнце я с востока;

С заката подыми его!

                                                         (А.С. Пушкин)

 Комбинацию синтаксического параллелизма с лексическим повтором представляет собой лексико-синтаксический параллелизм:

В синем море волны плещут,

В синем небе звезды блещут.

                                                     (А.С. Пушкин)

  Лексико-синтаксический параллелизм особенно характерен для устного народного творчества, поскольку использование этой фигуры речи помогает быстрому запоминанию текста: Бежит петушок по дороге, а навстречу ему волк: «Петушок, петушок, куда ты идешь?» Бежит петушок по дороге, а навстречу ему медведь: «Петушок, петушок, куда ты идешь?» (сказка).

     Повторяться может словосочетание:

Черный человек,

Черный, черный, Черный человек

На кровать ко мне садится,

Черный человек

Спать не дает мне всю ночь.

                                      (С. Есенин)

 Иногда встречается фразовый повтор:

За рекой поет петух –

Там стада стерег пастух,

И светились из воды

Три далекие звезды.

За рекой поет петух.

                            (С. Есенин)

  Повтор словосочетаний и фраз с небольшими вариациями называется эпимоной (греч. epinome – упорство, постоянство). К.С. Аксаков, пародируя стиль повести «Двойник» Ф.М. Достоевского, так использует эту фигуру речи:

 Приемы эти схватить не трудно; приемы-то эти вовсе не трудно схватить; оно вовсе не трудно и не затруднительно схватить приемы-то эти.

  Комбинация эпимоны и параллелизма как прием построения текста именуется амбейной композицией (лат. ambo – два): Золотой мой друг и братец, Дорогой товарищ детства! Мы споем с тобою вместе, Мы с тобой промолвим слово (Калевала).

  Повторяющийся компонент может занимать одну и ту же позицию в нескольких речевых единицах, противоположные (например, начальную, а затем конечную) позиции в речевых единицах; два повторяющихся компонента могут при повторе меняться местами.

 Рассмотрим основные виды позиционных разновидностей повторов.

Анафора (единоначатие) – (греч. anaphora – вынесение вверх, повторение) – повторение слов или словосочетаний в начале предложений, стихотворных строк или строф. Поэтический пример анафоры – стихотворение А. Фета:

Только в мире и есть что тенистый

Дремлющих кленов шатер.

Только в мире и есть что лучистый

Детски задумчивый взор.

Только в мире и есть что душистый

Милой головки убор.

Только в мире и есть что чистый

Влево бегущий пробор.

Эпифора (концовка) (греч. epi – после, phoros – несущий) – повторение концовки речевых единиц: Для чего уничтожать самостоятельное развитие дитяти, насилуя его природу, убивая в нем веру в себя и заставляя делать только то, чего я хочу, и только так, как я хочу, и только потому, что я хочу? (Н.А. Добролюбов).

  Стихотворный пример – строчки А.С. Пушкина:

Все мое, сказало злато;

Все мое, сказал булат.

Все куплю, сказало злато;

Все возьму, сказал булат.

   Двойная эпифора называется кондупликацией (лат. conduplicatio – удвоение): Жил – дрожал и умирал – дрожал (М.Е. Салтыков-Щедрин).

  Эпифора, состоящая в завершении ряда стихотворных строк, фраз или словосочетаний одним и тем же словом, называется эпистрофой (греч. epistrophe – концовка строфы):

И убивали, и ранили пули, что были в нас посланы.

Были мы в юности ранними, стали от этого поздними.

Вот и живу теперь – поздний. Лист раскрывается – поздний.

Свет разгорается – поздний. Снег осыпается – поздний.

Снег меня будит ночами. Войны мне снятся ночами

                                                                          (Ю. Левитанский).

   Комбинацию эпифоры и анафоры представляет собой эпанафора; как говорит А.А. волков, эта фигура «обрамляет речения и создает параллелизм их содержания»: Словарь Вильяма Шекспира по подсчету исследователей составляет 12000 слов. Словарь негра из людоедского племени «Мумбо-Юмбо» составляет 300 слов. Эллочка Щукина легко и свободно обходилась тридцатью (И. Ильф и Е. Петров).

  Симплокой (греч. symploke – сплетение) называют повтор срединной части речевых единиц:

Строем клянусь и полком!

Боем клянусь и штыком!

Знаменем красным клянусь

И насмерть разящим клинком

                                                          (Е. Благинина).

  Комбинацию симплоки и анафоры именуются мезархией (греч. mesos – срединный, arche – начало): Разве я не предупреждал тебя, что этого делать не следует? Разве я не говорил тебе, что ты обязательно попадешься?

  При подхвате (термин предложен Г. А. Шенгели) совпадают концовка первой и начальная часть второй речевой единицы:

Он верит: для его солдат

И долгий путь вперед короче

Короткого пути назад

                                            (К. Симонов).

  Разновидность подхвата – цепной повтор: Так и вышло – запнулся и завяз… завяз и покраснел; покраснел и потерялся; потерялся и поднял глаза; поднял глаза и обвел их кругом; обвел их кругом и – и обмер… (Ф.М. Достоевский).

Повторение – этот стилистический прием, как говорит само название, состоит в повторении слова, выражения, песенной или стихотворной строки с целью привлечь к ним особое внимание. Повторение – частый прием народных песен. Например:

Мы в поле были,

Венки развили,

Венки развили

И жито глядели.

А святой Илья

По межам ходит,

По межам ходит

Да житушко родит, –

«Уроди, Боже.

Жито густое,

Жито густое,

Колосистое,

Ядренистое!»

Поэты нередко прибегают к повторению строк в текстах, стилистически приближенных к народным песням:

Как пошли наши ребята

В красной гвардии служить –

В красной гвардии служить –

Буйну голову сложить! (А. Блок)

Повторения используются и в нестилизованных стихах:

Как летний дождь

Приходит вдохновенье –

Пройдет над морем

И уйдет, как дым…

Как летний дождь

Приходит вдохновенье,

Осыплет сердце

И в глазах сверкнет…

(Э.Багрицкий)

Повторение строки или нескольких строк в конце строфы называется рефрен (франц. refrain – припев). C использованием рефрена и повторения предпоследней строки предыдущей строфы в начале следующей строфы построена, например, «Серенада» К. Павловой.

Ты все, что сердцу мило,

С чем я сжился умом;

Ты мне любовь и сила, –

Спи безмятежным сном!

Ты мне любовь и сила,

И свет в пути моем;

Все, что мне жизнь сулила, –

Спи безмятежным сном.

Все, что мне жизнь сулила

Напрасно с каждым днем;

Весь бред младого пыла, –

Спи безмятежным сном.

  Повторения слов или фразы может быть применено и в прозе. Например, далекие от действительности представления Ольги Ивановны, героини рассказа А.П. Чехова «Попрыгунья», о своей роли в жизни художника Рябовского подчеркнуты повторением в ее несобственно-прямой речи слова влияние: Но ведь это, думала она, он создал под ее влиянием, и вообще благодаря е влиянию он сильно изменился к лучшему. Влияние ее так благотворно и существенно, что если она оставит его, то он, пожалуй, может погибнуть.

  Фигура кольца состоит в повторе компонента (или группы компонентов) в начале и конце речевой единицы:

Время – мельница с крылом

Опускает за селом

Месяц маятником в рожь

Лить часов незримый дождь.

Время – мельница с крылом (С. Есенин).

  Для интонационного и логического подчеркивания выделяемых предметов используется выразительная стилистическая фигура – полисиндетон, или многосоюзие (от греч. poli – много, sindeton – связанный). Полисиндетон – это  такое «построение текста, при котором последующие повествовательные единицы (или их части) присоединяются к предыдущим одним и тем же (обычно сочинительным) союзом, в художественно организованном тексте многосоюзие является стилистическим приемом с широким диапазоном экспрессивно – смысловых функций» (36, с. 42). Повторяются обычно сочинительные, соединительные союзы и, ни: Перед глазами ходил океан, и колыхался, и гремел, и сверкал, и угасал, и уходил куда-то в бесконечность… (В.Г.Короленко); Хоть не являла книга эта Ни сладких вымыслов поэта, ни мудрых истин, ни картин; Но ни Вергилий, ни Расин, ни Скотт, ни Байрон, ни Сенека, ни даже Дамских Мод Журнал Так никого не занимал: То был, друзья, Мартын Задека, Глава халдейских мудрецов, Гадатель, толкователь снов (А.С. Пушкин).

Фигуру полисиндетона, отмечает А.П. Сковородников, не следует смешивать с экспрессивными многосоюзными конструкциями, которые фигурами в строгом смысле этого слова не являются. По мнению А.П. Сковородникова, «фигура многосоюзия имеет место тогда, когда повторяющиеся союзы (все или частично) с грамматической точки зрения факультативны, то есть могут быть пропущены без нарушения грамматической правильности высказывания (36, с. 43). Многосоюзие таких конструкций является значимым экспрессивным отклонением от стилистически нейтрального варианта языковой нормы (структурно необходимого минимума союзов). Однако многосоюзие синтаксической конструкции может быть обусловлено грамматически и носить обязательный характер (в таких конструкциях союзы нельзя опустить, не разрушив саму конструкцию или не исказив ее смысл). Например, «[Молодой человек] втихомолку от воспитателей, критиков упивается в тесных компаниях разными поп, газ, буз, мыз, груз и прочими сонгами и мотивами <…>. Или он крутит видео. Или, наоборот, зарылся в архивы и упорнейше ищет, на какой же кузине графа Петра Пафнутьевича Иванова-Апраксина был женат троюродный внук внучатой племянницы князя Ивана Парфентьевича Гагарина. Или читает западное. Или изучает восточное. Каббала, дзен. Или он смотрит в дебри великой цивилизации инков. Или он учит учебник хиромантии. Или он…» (Лит. Газета. 1987. 13 мая). Этот текст экспрессивен благодаря нескольким использованным стилистическим приемам, в том числе – многократному повтору разделительного союза или, который грамматически здесь необходим и не может быть изъят без разрушения всей конструкции. Многие исследователи функции полисиндетона, такие как Квятковский А.П., Розенталь Д.Э., Джанджакова Е.В., Клюев Е.В., отмечают, что при помощи многосоюзия «подчеркиваются целеустремленность и единство перечисляемого, автономизируется каждое из составляющих этого ряда, а также обилие повторяющихся союзов делает семантическую структуру следующих друг за другом синтаксических явлений особенно прозрачной». Таким образом, основная функция полисиндетона – это подчеркивание и выделение перечисляемых элементов (слов, частей предложения, предложения), с целью повышения их смысловой значимости.

Полисиндетон часто взаимодействует с другими стилистическими фигурами, особенно с парцелляцией, синтаксическим параллелизмом и другими видами повторов: Запахло уютом, табаком. Повеяло домом и жизнью обожаемою. И ласкою просимою. И любовью (С. Горный). 

В понятие полисиндетона иногда включают многопредложие – многократное, преднамеренно избыточное использование предлогов:

Во всем мне хочется дойти

До самой сути;

В работе, в поисках пути,

В сердечной смуте.

До сущности протекших дней,

До их причины,

До оснований, до корней,

До сердцевины.

(Б. Пастернак)

Как замечает А.П. Сковородников, признание многопредложия разновидностью полисиндетона оправдано тем, что этот прием обладает аналогичными функциями, что особенно заметно при их совмещении в составе одной стилистической конструкции:

В глуши, во мраке заточенья

Тянулись тихо дни мои

Без божества, без вдохновенья,

Без слез, без жизни, без любви.

<…>И сердце бьется в упоенье,

И для него воскресли вновь

И божество, и вдохновенье,

И жизнь, и слезы, и любовь.

                                                                    (А.С. Пушкин) 

    Большую выразительность обретают строки, в которых рядом с многосоюзием применяется противоположный ему стилистический прием – асиндетон – фигура экспрессивного бессоюзия. Асиндетон – это стилистическая фигура, состоящая в в намеренном пропуске соединительных союзов между членами предложения или между предложениями: Был тиф, и лед, и голод, и блокада. Все кончилось: патроны, уголь, хлеб. Безумный город превратился в склеп, Где гулко отдавалась канонада (Г. Шенгели). Как заметил Д.Э. Розенталь, отсутствие союзов придает высказыванию стремительность, насыщенность впечатлениями. Вспомним пушкинские строки: Мелькают мимо будки, бабы, Мальчишки, лавки, фонари, Дворцы, сады, монастыри, Бухарцы, сани, огороды, Купцы, лачужки, мужики, Бульвары, башни, казаки, Аптеки, магазины моды, Балконы, львы на воротах И стаи галок на крестах (А.С. Пушкин). Этот отрывок из «Евгения Онегина» рисует быструю смену картин, предметы поистине мелькают!         Полисиндетон и асиндетон могут соединяться в рамках одной синтаксической конструкции, придавая ей особую выразительность. Например, эти приемы использовал А.С. Пушкин, описывая динамику Полтавского боя: Швед, русский – колет, рубит, режет, Бой барабанный, клики, скрежет, Гром пушек, топот, ржанье, стон, И смерть, и ад со всех сторон.

   В числе ярких примеров экспрессивного синтаксиса следует назвать различные способы нарушения замкнутости предложения. Прежде всего, как отмечает И.Б. Голуб, это смещение синтаксической конструкции: конец предложения дается в ином синтаксическом плане, чем начало, например: А мне, Онегин, пышность эта, Постылой жизни мишура, Мои успехи в вихре света, Мой модный дом и вечера, Что в них? (А.С. Пушкин). Возможна также незавершенность фразы, на что указывает авторская пунктуация: как правило, это многоточие – Но те, которым в дружной встрече Я строфы первые читал… Иных уж нет, а те далече, Как  Сади некогда сказал (А.С. Пушкин). Пунктуация позволяет автору передать прерывистость речи, неожиданные паузы, отражающие душевное волнение говорящего. Например, слова Анны Снегиной в поэме С.Есенина – Смотрите… Уже светает. Заря как пожар на снегу… Мне что-то напоминает… Но что?.. Я понять не могу… Ах!… Да… Это было в детстве… Другой… Не осенний рассвет… Мы с вами сидели вместе… Нам по шестнадцать лет…                                

   Эмоциональную напряженность речи, замечает И.Б. Голуб, передают и присоединительные конструкции, то есть такие, в которых фразы не умещаются сразу в одну смысловую плоскость, но образуют ассоциативную цепь присоединения. Разнообразные приемы присоединения предоставляет современная поэзия, публицистика, художественная проза: Есть у каждого города возраст и голос. Есть одежда своя. И особенный запах. И лицо. И не сразу понятная гордость (Р.И. Рождественский); Цитата на 1-ю полосу. О личном. – Я признаю роль личности в истории. Особенно если это президент. Тем более президент России (высказывание В. Черномырдина // Известия. – 1997. – 29 янв.); Вот я и в Быковке. Один. На дворе осень. Поздняя (В.П. Астафьев). О таких присоединительных конструкциях профессор Н.С. Валгина замечает: «Синтаксически несамостоятельные отрезки текста, но предельно самостоятельные интонационно, оторванные от породившего их предложения, приобретают большую выразительность, становятся эмоционально насыщенными и яркими» (4, с. 193).

   Стилистические фигуры нередко соединяются, дополняют, усиливают одна другую, сообщая речи волнующие интонации.   Например, объяснение Онегина с Татьяной! –

Когда бы жизнь домашним кругом

Я ограничить захотел;

Когда б мне быть отцом, супругом

приятный жребий повелел;

Когда б семейственной картиной

Пленился я хоть миг единый, –

То, верно б, кроме вас одной

Невесты не искал иной.

Анафора и градация соединились в этом высказывании, представляющем собой блестящий пример особого типа сложного предложения – периода (греч. periodos – обход, круг, круговращение).

Периодом называется гармоническая по форме сложная синтаксическая конструкция, характеризующаяся особой ритмичностью и упорядоченностью частей, а также исключительной полнотой и завершенностью содержания. А.П. Квятковский, называя в качестве примеров периода классические произведения – «Когда порой воспоминанье» А.С. Пушкина (в 26 строк), «Когда волнуется желтеющая нива» М.Ю. Лермонтова (16 строк), «О, долго буду я в молчанье ночи тайной» А. Фета (12 строк) и его же «Когда мечтательно я предан тишине» (20 строк), – утверждает: «Стихотворение, написанное в форме периода, свидетельствует о широте поэтического дыхания автора и о большом зрелом мастерстве», позволяющем «совладать со сложной аппаратурой стиха, включающей в себя несколько строф».

Учение о периоде как о средстве эмфатической интонации разрабатывалось еще в античной риторике. Своим названием период обязан интонации в сложной синтаксической конструкции: вначале голос плавно поднимается, как бы описывая кривую линию, затем достигает высшей точки на главной части высказывания, после чего резко снижается, возвращаясь к исходной позиции, замыкая линию. Композиционно период распадается на две взаимно уравновешенные части: первая характеризуется повышением интонации, вторая – понижением, что определяет гармоничность и интонационную завершенность периода. По содержанию период представляет одно целое, развивает одну тему, раскрывая ее с известной полнотой и разносторонностью. Основное положение в периоде передается расчлененно, что позволяет осмыслить его разные стороны, оттенки. Музыкальность и ритмичность периода достигаются его структурой: он состоит из нескольких однотипных, соразмерных синтаксических единиц, часто имеющих одинаковые союзы, сходное грамматическое построение, приблизительно одинаковый размер. Повторение их создает ритмический рисунок речи.

Чаще всего период строится как сложноподчиненное предложение с однородными придаточными, которые стоят вначале. Например:

Когда он в первый день, встав рано утром, вышел на заре из балагана и увидал сначала темные купола, кресты Новодевичьего монастыря, увидал морозную росу на пыльной траве, увидал холмы Воробьевых гор и извивающийся над рекой и скрывающийся в лиловой дали лесистый берег, когда ощутил прикосновение свежего воздуха и услыхал звуки летевших из Москвы через поле галок и когда потом вдруг брызнуло светом с востока и торжественно выплыл край солнца из-за тучи, и купола, и кресты, и роса, и даль, и река, все заиграло в радостном свете, – Пьер почувствовал новое, неиспытанное чувство радости и крепости жизни (Л.Н.Толстой)

  В периоде употребительны придаточные времени, условия, причины, образа действия, сравнительные и другие. Например, период с уступительными придаточными: Как ни тяжело было княжне Марье выйти из того мира уединенного созерцания, в котором она жила до сих пор, как ни жалко и как будто совестно было покинуть Наташу одну, – заботы жизни требовали ее участия, и она невольно отдалась им (Л.Н. Толстой). Реже в композицию периода вовлекаются те или иные распространенные члены предложения, например деепричастные обороты, выполняющие функцию обстоятельств времени: Явившись к полковому командиру; получив назначение в прежний эскадрон, сходивши на дежурство и на фуражировку, войдя во все маленькие интересы полка и почувствован себя лишенным свободы и закованным в одну узкую неизменную рамку, Ростов испытал то же успокоение, ту же опору и то же сознание того, что он здесь дома, на своем месте, которые он чувствовал и под родительским кровом (Л.Н. Толстой).

 Стиль каждого писателя сказывается в своеобразии его периодов. Нельзя спутать эти синтаксические построения у Толстого и Пушкина, даже если Пушкин обращался к периоду в прозе:

Когда писатели, избалованные минутными успехами, большею частью устремились на блестящие безделки; когда талант чуждается труда, а мода пренебрегает образцами величавой древности; когда поэзия не есть благоговейное служение, но токмо легкомысленое занятие; с чувством глубокого уважения и благодарности взираем на поэта, посвятившего гордо лучшие годы жизни исключительному труду, бескорыстным вдохновениям и совершению единого, высокого подвига (о переводе «Илиады» Гомера).

 Возможность использовать в периоде разнообразные стилистические фигуры всегда привлекала и будет привлекать художников слова.

1.9 Парное  и одиночное многоточие – как стилистический прием

  Передать в письменной форме паузы, заминки, интонационные колебания, имитировать ритмо-мелодический рисунок устной речи можно наряду с другими языковыми средствами особой пунктуационной организацией речи. Существует определенный пунктуационный знак, который может отражать в письменном тексте особенности конструкций разговорной речи – это парное многоточие 

( как отмечает Е.Г. Поспелова, первое упоминание о парном (двойном) многоточии встречается в работе Б.С. Шварцкопфа «Современная русская пунктуация: система и ее функционирование»).

 Парное многоточие отражает «перерыв в тексте предложения». Однако, перерыв может быть заполнен не только паузой в речи, но и словами, и оформляться как вставка в текст предложения, выделенная с двух сторон знаками многоточия:

 – К тому же их… э… отсутствие могло привлечь ваше внимание к э… не совсем правильному отношениями между вами и вашими… э… родителями (К. Эрд).

 Ошеломление… как будто от близкого удара молнии… и тут же возвращение в сознание (Т. Парницкий).

 – Вышел это я утром коров доить, гляжу – едут. Семка Костылин едет, Жак-Француз едет, этот, как его… ах, ядрит-твою, все время забываю, за Вшивым Бугром живет… тоже едет! (А. и Б. Стругацкие).

 Парное многоточие используется главным образом, в художественных текстах и чаще всего в речи персонажей.

 Наряду с парным многоточием существует и одиночное многоточие. Рассмотрим, в чем заключается сходство и различие между ними.

 Одиночное многоточие богато выбором позиций употребления: это может быть и начало, и середина, и конец предложения или текста. Употребление парного многоточия ограничено лишь интерпозицией.

 У одиночных и парных знаков препинания разный характер действия в письменном тексте: одиночные знаки разделяют, или отделяют, а парные – выделяют.

 Одиночное многоточие в начале или в конце текста указывает на опущение начальных или конечных элементов (частей) предложения или текста; в середине – на пропуск или перерыв в  предложении или в тексте.

 В смысловом аспекте, как подчеркивает Е.Г. Поспелова, одиночное многоточие обозначает незаконченность и структурную или смысловую неполноту предложения или текста.

  Парное многоточие указывает на то, что в середине предложения или текста находится какая-либо из следующих единиц: междометие; вводное слово, словосочетание и предложение; вставная конструкция. Очень часто в разговорной речи мы используем междометия, наша речь просто изобилует ими. Поэтому парное многоточие является самм эффективным пунктуационным знаком для передачи разговорной речи на письме, ее синтаксической специфики, живой выразительности. Использование этого знака препинания, отмечает Е.Г. Поспелова, влечет за собой эмоциональный разрыв ткани повествования, разделяя ее на две части. Парное многоточие выполняет тем самым не только функцию членения текста, но и предопределяет совместное функционирование обеих частей, связывая их: Нге обижайтесь, товарищ Ворожбиев, есть причины… м-м… от нас с вами не зависящие… (И. Арсентьев).

  Особой выразительности, достоверности и живости образа достигают авторы, используя парное многоточие при выделении междометий, которые являются звуковым сопровождением определенных действий человека. Это может быть передача на письме звуков кашля, телодвижений замерзшего человека и другое. Совокупность таких языковых средств, как семантически окрашенная лексика и парное многоточие, рисует реалистичный образ говорящего, его мимику, жесты: Но… кр-х-м!.. но, может быть, скажем на бюро, что в ближайшее время поправим положение на вашей дороге?… (Ю. Плашевский); Хотя мог бы рассудить и иначе: что дурного они могли добавить к сказанному им самим, не остановившимся перед сравнением… бр-р!… с улиткой (С. Рассадин).

  Содержание фрагмента, выделяемого парным многоточием, может выражать оценку говорящим степени достоверности сообщаемого: Я шагнул в проем, и тут сразу грянула музыка, и огромная толпа людей дружно стала размахивать красными флажками, транспарантами, портретами Гениралиссимуса

и …я глазам своим не поверил… моими (В. Войнович);                 указывать на источник сообщения: Я должен… как вы говорите … принести извинения (Р. Асприн);

  представлять собой призыв к собеседнику или к читателю с целью привлечь его внимание к сообщаемому, внушить определенное отношение к излагаемым мыслям, приводимым фактам: Это так называемые реформы… вы слушаете меня, дон Кальво?.. я подчеркиваю это, ибо негоже будет, если папа сможет сказать, что он об этом и не слыхивал… (М. Дрюон);   

 передавать экспрессивность высказывания: «Хуже басурмана: мучит крестьян, разорил все свои отчины, забыл бога, и даже – прости, господи, мое согрешение! – прибавил он, перекрестясь и посмотрев вокруг себя с ужасом, – и даже говорят, будто бы он… вымолвить страшно… ест по постам скоромное» (М. Загоскин);

 изображать поиск способа выражения: Особое место во второй статье Владимира Бондаренко занимает… как бы это сказать поосторожнее… тема межнациональных отношений, взятая в ее… если можно так выразиться… специфическом разрезе (Я. Липкович); Но вдруг тема, едва помеченная и лишь начавшая развиваться, прорезывается… как бы это объяснить… какой-то музыкальной царапиной, раскалывающей ее затем сверху донизу (М. Осоргин); 

 содержать комментарий к сказанному: Итак, Карл Навварский, прослышав, что переговоры о мире  идут успешно, а это, разумеется, никак его не устраивало, в один прекрасный ноябрьский денек… было это ровно два года назад… вдруг собственной персоной появляется в Авиньоне, где его никто никак не ожидал (М. Дрюон).

  Таким образом, очевидна разница смысловых функций этих знаков: одиночное многоточие обозначает незаконченность повествования, тогда как парное – свидетельствует, что заключенное в нем, относится ко второму плану изложения. Синтаксическая конструкция, выделяемая парным многоточием, не умещается в одну «смысловую плоскость» с основной линией изложения. Основная линия изложения при этом как бы разрывается, а вставной элемент внедряется в нее, что создает семантико-синтаксическую двуплановость всего повествования. Два смысловых плана изложения располагаются не по развивающимся, а по сопутствующим линиям, что позволяет автору создать в тексте своего рода «ситуацию контраста» – свести воедино разные событийно-временные линии повествования. Одиночное и парное многоточия продуктивно взаимодействуют в тексте, что позволяет усилить его экспрессивность.

   Использование стилистических фигур, разнообразных синтаксических средств создания эмфатической интонации у писателей и поэтов обычно сочетается с употреблением тропов, оценочной лексики, ярких приёмов усиления эмоциональности, образности речи.

Глава 2. Типы заданий, направленных на формирование умений у учащихся находить в художественных текстах выразительные средства синтаксиса, определятьих роль в создании выразительного эффекта, образности и экспрессии русской речи.

 Наблюдение над выразительными средствами синтаксиса на уроках русского языка можно организовать через систему специальных заданий, активизирующих внимание учащихся к художественному тексту, в котором реализуется эстетическая функция языка, четко проявляется роль синтаксических средств.

 В ходе нашей работы, после изучения методической литературы, нами было выявлено, что ряд ученых-методистов, учителей – таких как Львова С.И., Меркин Г.С., Дейкина А.Д., Пахнова Т.М., Кривоплясова М.Е., Бондалетов В.Д.  занимаются разработкой таких видов заданий.

В результате исследованной литературы можно выделить следующие типы упражнений: направленных на наблюдение и оценку:

 – использования различных типов односоставных предложений для передачи  разных смысловых оттенков;

–   экспрессивных вариантов словорасположения;

–   выразительной роли главных членов предложения;

– однородных членов предложения как яркого источника речевой экспрессии;

– экспрессивных возможностей обращений, вводных слов, вставных конструкций, сравнительных и причастных оборотов;

– выразительных функций разных способов передачи чужой речи в художественном тексте;

– эстетического использования сложного предложения;

– парного многоточия –  как стилистического приема.

 А также упражнения, направленные на выявление, анализ и определение роли в тексте:

– синтаксических фигур как средства, создающего выразительность художественного текста;

2.1 Рассмотрим упражнения, направленные на наблюдение и оценку использования различных типов односоставных предложений для передачи разных смысловых оттенков.

  Примеры таких упражнений мы находим в «Сборнике упражнений по синтаксической стилистике и культуре речи» под ред. профессора В.Д. Бондалетова (33, с. 176).

 I. Прочитайте отрывки из «Республики Шкид» Л. Пантелеева и Г. Белых. Найдите в диалогах односоставные предложения и синонимичные им двусоставные предложения. Сравните их и  скажите, какие предложения более категорично выражают мысль и в каких слышатся интонации совета, уговора. Какие слова автора подтверждают эти оттенки?

 1. Отсидев тридцать суток в карцере, Колька неожиданно разумился. Однажды, явившись к заведующему, твердо заявил:

 – Люблю математику. Хочу быть профессором.

Категорическое заявление Кольки подействовало. Громовцева перевели в Шкиду.

 2. Когда все ребята сели и немного успокоились, Викниксор ласково заговорил:

– Ребята, скажите откровенно, почему вы бузите?

– А зачем Пал Ваныча выгнали? – послышался ответ.

– Ребята, но вы поймите, что Павел Иванович не может быть воспитателем.

 II. Найдите безличные предложения и подумайте, с какой целью они употреблены в диалоге и художественном описании. Для этого замените, где возможно, безличные предложения двусоставными или другими односоставными и сравните их по смысловым и эмоциональным оттенкам.

1. – Так ты, значит, с веревкой ведро упустил?

     – Ну да.

Стали мы другую веревку искать. Нет нигде. Мишка говорит:

    – Пойду у соседей попрошу.

    – Еще чего не хватало! Ты посмотри на часы: соседи спят давно.

 Тут, как нарочно, мне пить захотелось. Кажется, сто рублей за кружку воды отдал бы!

                                                                                          (Н. Носов).

2. А когда восходит луна, ночь становится бледной и темной. Мглы как не бывало. Воздух прозрачен, свеж и тепел, всюду хорошо видно, и даже можно различить у дороги отдельные стебли бурьяна…

 Немножко жутко. А взглянешь на бледно-зеленое, усыпанное звездами небо, на котором ни облачка, ни пятна, и поймешь, почему теплый воздух недвижим, почему природа настороже и боится шевельнуться: ей жутко и жаль утерять хоть одно мгновение жизни.

                                                                                         (А.П. Чехов)

 III. Прочитайте каждое простое преждложение отдельно. Понятно оно вам? Восстановите «пропущенные» члены предложения. Зачем они опущены? Как называются такие предложения?

1. Я за свечку, свечка – в печку.

Я – за книжку, та – бежать

И вприпрыжку под кровать.

                                                                                (К. Чуковский)

2. Молчалин на лошадь садится, ногу в стремя,

А лошадь на дыбы.

Он об землю и прямо в темя.

                                                                               (А.С. Грибоедов)

  Систему работы над изучением роли номинативных предложений предлагает С.И. Львова в книге «Уроки словесности. 5 – 9 класс» (15, с. 416).

1. Определите изобразительную функцию номинативных предложений в данном тексте. Выразительно прочитайте его.

Осень. Сказочный чертог,

 Весь открытый для обзора.

Просеки лесных дорог.

Заглядевшихся в озера. Как

на выставке картин: Залы,

залы, залы, залы Вязов,

ясеней, осин В позолоте

небывалой. Липы обруч

 золотой, как венец на

новобрачной. Лик березы

под фатой, Подвенечной и

прозрачной.

                                  (Б. Пастернак)

5. В лингвистике известно, что номинативными предложениями широко пользуются при записи в личных дневниках, письмах, записных книжках, то есть в тех жанрах литературного языка, которым свойственна непосредственность изложения мыслей, быстрота фиксации основных, главных деталей. Определите, как эта особенность языка использована в следующих поэтических текстах.

Двадцать первое. Ночь. Понедельник.

Очертанья столицы во мгле.

Сочинил же какой-то бездельник,

Что бывает любовь на земле.

                                                       (А. Ахматова)

Третий класс. Температура.

Значит в школу не идти.

Апельсин. Лимон. Микстура.

Сладковатая почти.

                                                       (В. Соколов)  

6. Прочитайте стихотворение. Объясните его название. Определите, какими синтаксическими средствами достигается эффект езды в автомобиле с многократными остановками в пути.

Новогодние ралли-стоп

Пл. Маяковского. 3 ч. Дня.

Ты в четырех машинах впереди меня.

Волга. Москвич. Рафик.

Красный зад с табличкою «проба».

Трафик.

Пробка.

Постовой с микрофоном – как эстрадный трагик.

Шопот. Робкое дыханье. Трели соловья.

Сопот. Ропот. Долуханова.

Ты в трех машинах впереди меня.

Трафик.

                                                                 (А. Вознесенский)

 С.И. Львова предлагает серию упражнений, которая поможет учащимся разобраться в фигуре речи – эллипсис, понять, что эллипсис придает тексту непринужденность, разговорный оттенок.

IV. Определите, какой член предложения отсутствует. Как называется тот художественный языковой прием, который использован в данном случае?

Заунывный рев мотора.

 Сумасшедший звон жары.

Задыхаясь — в гору, в гору, и —

зажмурившись — с горы!

(Р. Рождественский)

Сначала — в упор, ну а после — штыками добили.

За что? За веснушки его? За его голубые?   (Е. Евтушенко)

V. Найдите примеры эллипсиса. Объясните, для какой цели использован этот языковой прием в текстах? Сделайте вывод.

На баррикадах любви

ростовщики и барышники

и толмачи не нужны.

В ход — кирпичи и булыжники…

Только бессильны они

против огня и брони.

(Р. Казакова)

Владимир Владимирович,

Разрешите представиться!

Я занимаюсь биологией стиха.

 Есть роли

более

пьедестальные, но

кому-то надо за истопника..

(А. Вознесенский)

  Дейкина А.Д., Пахнова Т.М. в книге «Универсальные дидактические материалы по русскому языку. 8 – 9 классы» также предлагают систему заданий, направленных на осмысление роли односоставных предложений в тексте (9, с. 240).

1. Прочитайте и запишите начало стихотворения Василия Казанцева, подчеркивая грамматические основы. Укажите односоставные предложения.

Заря. Рассвет. Шестнадцать лет.

Свой одинокий метя след,

Брожу, таинственно молчу.

Я ей понравиться хочу.

Она – не смотрит на меня.

И я, застенчивость кляня,

Шумлю и глупо хохочу –

Я ей понравиться хочу. <…>

1. К каким видам односоставных предложений относятся выделенные вами предложения? Обоснуйте свой ответ.

2. Какую роль в стихотворном тексте играют односоставные предложения?

II. Поупражняйтесь в чтении текста с паузами, соответствующими абзацу, концу предложения, знаку тире в неполном предложении. Запишите текст.

Парус

     Под Керчью есть памятник. Огромный бетонный парус над морем. Место здесь высокое.

     Слева неподалеку – развороченные немецкие доты. Еще чуть дальше – остатки священного ялтаря древнегреческого города Нимфеи.

    Сколько людей здесь были счастливы! Одно море над головой, благоуханное, прогретоесолнцем, настоянное на степных травах, другое – по всему горизонту, синее, радостное, рыбное.

   Парус – в честь наших героев. Они добыли покой прекрасной земле.

   Тишина.

   Море, степь, небо, люди, занятые работой.

   Мир.

1. Укажите неполные предложения. Докажите, что вы их определили правильно. Что является признаком неполного предложения?
2. Какие виды односоставных предложений встретились в этом тексте?
3. Какую особенность приобретает текст благодаря назывным и неполным предложениям?

2.2 Примеры упражнений, направленных на наблюдение и оценку экспрессивных вариантов словорасположения, 

 мы находим в сборнике упражнений под ред. В.Д. Бондалетова (33, с.176).

1. Прочитайте предложения. Какие слова (члены предложения) в них наиболее важны по смыслу? Как они произносятся? Где они находятся в предложении? Прямой это порядок слов или инверсия?

1) Слишком серьезен и добродушен был этот ленинградец (К. Паустовский). 2) Этой девушкой были вы (К. Паустовский). 3) Ранен он был глупо (К. Паустовский). 4) Руку подал мне на прощанье (А.П. Чехов). 5) Ведь он друг был мне (Л.Н. Толстой).

2. Прочитайте тексты. Найдите примеры инверсии различных членов предложения. Для чего она использована?

1.                                    И снова я к земле припал,

И снова вслушиваться стал

К волшебным, странным голосам;

Они шептались по кустам,

Как будто речь свою вели

О тайнах неба и земли;

И все природы голоса

Сливались тут; не раздался

В торжественный хваленья час

Лишь человека гордый глас.

                                                                         (М.Ю. Лермонтов)

2.                                       Отвечает так Кирибеевич,

Царю грозному в пояс кланяясь:

«Государь ты наш, Иван Васильевич!

Не кори ты раба недостойного:

Сердца жаркого не залить вином,

Думу черную – не запотчевать!»

                                                                          (М.Ю. Лермонтов)

3. Прочитайте текст. Найдите согласованные и несогласованные определения. Где находится определение по отношению к определяемому слову? Обычный это порядок слов или инверсия? Чем можно обьяснить такое расположение определений?

1. Море дышало влажным соленым ароматом и ласково звучало, плескаясь о борта судов, о берег, чуть-чуть покачивая лодку Челкаша. На далекое пространство от берега с моря поднимались темные остовы судов, вонзая в небо острые мачты с разноцветными фонарями на вершинах…

                                                                                            (По М. Горькому)

2. 1) Старая развернулась жизнь. 2) Глухое, вдали от проезжих шляхов, лежало по суходолу имение. 3) Цокающая звенела в ушах тишина. 4) Сухое тлело лето.

(По М. Шолохову)

4. Найдите дополнения. Какое место они занимают по отношению к сказуемому? Прямой это порядок слов или инверсия? Для чего автор использовал такое расположение слов?

1) «С тобой я буду совершенно откровенна», – сказала Анна Михайловна. (Л.Н. Толстой) 2) А. Твардовский – это личность, всегда сказывающаяся и в большом и в малом. С ним путешествовать крайне интересно и поучительно… (Я. Смеляков) 3) Репертуар иполнитель избирает для себя сам. 4) Непередаваемое очарование придает земле, вступив в свои права осень.

5. Найдите дополнения. Какие они – прямые или косвенные? Какой частью речи выражены дополнения? Понаблюдайте, где ставится дополнение по отношению к сказуемому. Затем переставьте дополнения на обычное место. Сравните оба варианта предложений. Чем они различаются?

1. …И она частенько на него посматривала. 2) Она мне кивнула головой. 3) О, я тебя хорошо знаю! 4) Да зачем Казбич ее хотел увезти? 5) Я решил тебя увезти… 6) Мы начали ее утешать…

 (По М.Ю. Лермонтову)

 Дейкина А.Д. и Пахнова Т.М. также предлагают задания на наблюдение роли прямого и обратного порядка слов в предложении (9, с. 240).

7. Прочитайте отрывки из стихотворений. Подумайте, что именно придает картинам природы особую, поэтическую выразительность.

Уж верба вся пушистая

Раскинулась кругом;

Опять весна душистая

Повеяла крылом.

                                                      (А. Фет)

Лил дождь осенний. Сад грустил о лете.

За мной вода заравнивала след.

                                                                 (С. Щипачев)

Красное в разгаре лето,

В знойной тишине

Дятла дробь в бору прогретом

В небе на сосне.

                                                         (С. Орлов)

 1. Проведите небольшой эксперимент: поставьте слова в предложениях в прямом порядке. Что изменилось в описании природы? Какую художественную роль играет в данных поэтических текстах обратный порядок слов?

II. Прочитайте выразительно и запишите стихотворение А. Твардовского. Подчеркните однородные члены, расстовьте ндостающие запятые.

Матери

И первый шум листвы еще не полной

И след зеленый по росе зернистой

И одинокий стук валька на речке

и грустный запах молодого сена

И отголосок поздней бабьей песни

И просто небо, голубое небо –

мне всякий раз тебя напоминает.

1. какое впечатление произвело на вас стихотворение?

2. Укажите в тексте примеры инверсии. Какова ее роль в стихотворении?

III. Прочитайте миниатюру М.М. Пришвина.

  Сколько за день было на небе тяжелых синих облаков и темных дождевых, сколько раз принимался дождь и опять сияло солнце? Но вот солнце чистое село. Все улеглось, все прошло: и дождь, и солнце, и слезы, и радость бабьего лета.

1. Найдите инверсию. Как она способствует выразительности текста?

2. Проведите маленький эксперимент: восстановите прямой порядок слов в предложениях. Как и в чем проиграла от этого перемещения выразительность текста? Обратите внимание на изменение смыслового ударения.

В книге Меркина Г.С., Зыбиной Т.М., Максимчук Н.А., Рябиковой О.С. «Развитие речи. Выразительные средства художественной речи»  представлены упражнения на нахождение инверсии и на оценку  ее выразительной роли в предложении (17, с.  208).

I. Выполните упражнение по нахождению инверсии. Определите прямой и обратный порядок слов, где представлена инверсия.

а) Подлежащее – сказуемое; сказуемое – подлежащее.

б) Определение – определяемое слово, выраженное существительным; определяемое слово, выраженное существительным – определение.

в) Обстоятельство, выраженное существительным с предлогом – определяемое слово; определяемое слово – обстоятельство, выраженное существительным с предлогом.

г) Определяемое слово – дополнение, выраженное существительным с предлогом; дополнение, выраженное существительным с предлогом – определяемое слово.

II. Из стихотворения «Парус» М.Ю. Лермонтова выпишите случаи инверсии. В скобках обозначьте их грамматическую форму. Например: «шепчется ветер» (сказуемое – подлежащее). Какого эффекта достигает поэт, обращаясь  к инверсии?

  В.А. Лебедев в «Поурочных разработках к учебнику Т.А.Ладыженской, М.Т. Баранова, Л.А. Тростенцовой «Русский язык. 5 класс» предлагает при изучении темы «Словосочетание типа «прилагательное существительное» задания, помогающие показать зависимость порядка слов в художественном описании (13, с. 416).

I. Запишите, вставив слова-признаки. Проверьте окончания прилагательных по вопросу.

           Над … лесом показался краешек солнца. (Соседним)

           В сарафане … заплясала Настенька. (Красненьком)

1. В каком из этих предложений признак выражен сильнее? Благодаря чему?

II. Преобразуйте предложение в стихотворную форму, используя обратный порядок слов.

       На утренней зорьке над быстрою речкой яблонька умывалась           чистою росою.

2.3 Рассмотрим упражнения, направленные на наблюдение и оценку выразительной роли главных членов предложения.

Подобные упражнения представлены в «Сборнике упражнений по синтаксиеской стилистике и культуре речи» под ред. В.Д. Бондалетова.

I. Прочитайте предложения из произведений Н.В. Гоголя. Выделите сказуемые со связками сделаться и стать. Какую эмоциональную окраску вносят существительные в именительном падеже в составе сказуемого?

1. – Однако ж, право, как подумаешь, Анна Андреевна, какие мы с тобой теперь птицы сделались! 2) И стал черт такой гуляка, какого не сыщешь между парубками. 3) Щеки сделались настоящий атлас в рассуждении гладкости и лоска. 4) Сами благодаря этой роскоши стали тряпки, а не люди.

II. Прочитайте отрывок из поэмы А.С. Пушкина «Полтава». Почему в этих предложениях трудно отличить подлежащее от составного именного сказуемого? Какова выразительная роль главных членов предложения?

Так, не ошиблись вы: три клада

В сей жизни были мне отрада.

И первый клад мой честь была,

Клад этот пытка отняла,

Другой был клад невозвратимый

Честь дочери моей любимой.

III. Выпишите из поэмы А.С. Пушкина «Полтава» (глава 2) описание украинской ночи. Сравните его с описанием Днепра в повести Н.В. Гоголя «Страшная месть» (глава 10). Что сближает эти отрывки? Какова роль кратких прилагательных, входящих в состав сказуемого? Обратите внимание на порядок слов в предложении. Выделите случаи постановки составного именного сказуемого перед подлежащим.

IV. Произведите анализ сказемых, содержащих характеристику персонажей. Какова смысловая и стилистическая роль кратких прилагательных  в этих сказуемых?

 1) Ты сер, а я, приятель, сед, и вашу волчью я давно натуру знаю. (И.А. Крылов) 2) Швабрин был очень неглуп. Разговор его был остер и занимателен. (А.С. Пушкин) 3) Вернер был мал ростом и худ, и слаб, как ребенок. (М.Ю. Лермонтов) 4) Половину следующего дня она (Бэла) была тиха, молчалива и послушна. (М.Ю. Лермонтов)

2.4 Примеры упражнений по наблюдению и оценке однородных членов предложения как яркого источника речевой экспрессии

приводятся в книге Г.С. Меркина, Т.М. Зыбиной и других «Развитие речи. Выразительные средства художественной речи» (17, с. 208).

I. Стиль К.Г. Паустовского отличает обилие однородных членов предложения, создающих просторный ритм, помогающих передать полноту пространства. Плавный ритм, спокойную завершенность создают три и более однородных члена предложения: «Потом с каждым днем этот край делается богаче, разнообразнее, милее сердцу». Найдите в тексте К.Г. Паустовского «Мещерская сторона» ряды однородных членов, определите их синтаксическую функцию и подчеркните как члены предложения. Какую роль играют они в создании выразительности речи?

II. Исследователи стиля А.П. Чехова не раз отмечали, что писатель, используя однородные члены предложения, ограничивает их число определенными пределами. Как правило, у него встречаются три однородных члена, которые создают напевность и ритмичность: «Было тихо, но холодно и морозно». Найдите в рассказе «Пересолил» примеры выразительного использовани однородных членов предложения.

 В сборнике под ред. В.Д. Бондалетова мы также находим примеры упражнений, нацеленных на выяснение выразительной роли однородных членов предложения (33, с. 176).

1. Прочитайте отрывок из повести В. Катаева «Белеет парус одинокий». Найдите однородные члены. Сколько рядов они образуют? Какие это члены предложения? Назовите обобщающие слова. По отношению к каким однородным членам они являются обобщающими? Какую художественную функцию выполняют однородные члены?

  Маленький, ослепительно белый маячок кордона; высокая его мачта, нарядно одетая гирляндами разноцветных морских флагов, отнесенных крепким бризом в одну сторону; канонерка, низко сидящая в камышах, фигурки солдат пограничной стражи, стирающие белье в мелкой хрустальной воде, – все это, подробно освещенное солнцем, почти бесшумно двигалось мимо парохода, отчетливое и прозрачное, как переводная картинка.

1. Прочитайте текст литературно-критической статьи о поэте Б. Корнилове. Найдите однородные члены предложения в тексте статьи и в стихах поэта. Какой ряд однородных членов воспринимается как самый свежий и неожиданный? Чем это достигается?

 Корнилов начинает писать массовые песни, лихие, яркие, запоминающиеся. Фантастический успех «Песни о встречном» окрыляет его. Одну за другой Корнилов пишет «Октябрьскую», «Интернациональную», песню физкультурников… В этих нарочито простых песнях – колдовская заразительность: словно высвобождается заложенная в даровании Корнилова органическая музыкальность, своевольная, внутренне свободная ритмика, которая прежде расшатывала романсовые декорации его «провинциальных» стихов, а теперь будто вырвалась на простор:

…Кипит вода, лаская

тяжелые суда,

зеленая, морская,

подшефная вода…

И только воет, падая

под острые суда,

разрезанная надвое

огромная вода.

 III. Какое правило нарушил Н.В. Гоголь в построении приведенных ниже предложений с однородными членами? С какой целью это сделано?

1) Губернатор был большой добряк и даже сам вышивал иногда по тюлю. 2) Агафья Федосеевна носила на голове чепец, три бородавки на носу и кофейный капот с желтенькими цветочками.

2.5 Рассмотрим ряд упражнений, направленных на наблюдение и оценку экспрессивных возможностей обращений, вводных слов, вставных конструкций, сравнительных и причастных оборотов.

Примеры подобных заданий мы находим в книге С.И. Львовой «Уроки словесности. 5 – 9 класс» (15, с. 416).

Рассмотрим упражнения, в которых анализируются выразительные функциии сравнений и сравнительных оборотов.

I. Каким языковым способом выражается значение сравнения в примерах каждой группы? Сделайте вывод.

1. Намокшая воробушком сиреневая ветвь (Б. Пастернак). Желтыми мохнатыми шмелями вылупились вербные
   цветы (В. Федоров). Самоубийцею в ущелье с горы кидается поток (И. Эренбург). Стоят кресты после сражения простыми знаками сложения (С. Кирсанов).
2. Как огромный навозный жук, черный танк наползал
   жужжа (А. Сурков). Долги дни короткие, ветви в небе
   скрещены, черные и четкие, словно в небе трещины
   (Н. Матвеева). Он (стих Пушкина) нежен,  сладостен,
   мягок, как ропот волны, тягуч и густ, как смола, ярок, как
   молния, прозрачен и чист, как кристалл, душист и благо-
   вонен, как весна, крепок и могуч, как удар меча в руках
   богатыря (В. Белинский).

II. Вспомните, какой стилистический прием называется отрицательным сравнением. Объясните название этого художественного средства. Используя данные примеры, расскажите об отрицательных сравнениях и использовании их в произведениях устного народного творчества.

То не ветер ветку клонит,

Не дубравушка шумит;

То мое сердечно стонет,

Как осенний лист, дрожит.

Не белы снега во чистом поле,

Снеги забелелись,

Снеги забелелись, забелелись.

Забелелися моего дружка

 Каменны палаты,

Каменны палаты, то палаты.

Не кукушечка, братцы,

во сыром бору

Куковала, куковала.

Не соловькшка, братцы,

в зеленом саду

Громко свщет… свищет.

Добрый молодец в неволюшке

Слезно, горько плачет… плачет.

III. Определите, каким способом выражено сравнение в данных отрывках художественных произведений. Какова его роль в данных предложениях?

1) Под ним Казбек, как грань алмаза, снегами вечными сиял (М.Ю. Лермонтов). 2) Морозной пылью серебрится его бобровый воротник (А.С. Пушкин). 3) Руки милой – пара лебедей – в золоте волос моих ныряют (С. Есенин). 4) Внизу, как зеркало стальное, синеют озера струи (Ф. Тютчев). 5) Ее глаза – как два тумана, полуулыбка, полуплач, ее глаза – как два обмана, покрытых мглою неудач (Н. Заболоцкий).

 На выяснении роли сравнительных оборотов в художественном тексте представлен ряд упражнений в учебнике для общеобразовательных учреждений «Русский язык. 5 класс» авторов Львовой С.И.,

Львова В.В.(14, с. 220).

I. Спишите, подчеркивая сравнительные обороты. Сделайте вывод о том, какие союзы используются в них.

  1) Дорога, как змеиный хвост, полна народу, шевелится (А.С. Пушкин). 2) Белей, чем горы снеговые, идут на запад облака (М.Ю. Лермонтов). 3) А красных мухоморов ряд, что карлы сказочные, спят (А. Майков). 4) Темный ельник снегами, как мехом, опушили седые морозы (И. Бунин). 5) Золотые лучи, словно стрелы, сквозь клокастые тучи прошли (Вс. Рождественский). 6) Месяц, будто белый медвежонок, лапу протянул в мое окно (Л. Татьяничева).

1. Выразительно прочитайте каждое предложение. Определите роль сравнительных оборотов в речи. Докажите, что сравнительные обороты делают речь более выразительной.

II.  1. Выразительно прочитайте текст. Объясните его название. Почему  автор использует слово пир, а не обед?

   2. Спишите предложения со сравнительными оборотами, расставьте знаки препинания. Докажите, что с помощью этих оборотов описание становится более ярким и красочным.

Ивовый пир

  Когда зацвела ива, полетели гости со всех сторон. Ива среди голых деревьев как золотой букет. Каждый ивовый барашек сидит и светится как пуховый желтый цыпленок. Пальцем тронешь – пожелтеет палец. Щелкнешь – золотой дымок запарит. Понюхаешь – мед!

  Спешат гости на пир.

  Шмель прилетел. Он неуклюжий толстый мохнатый как медведь. Забасил заворочился в пыльце измазался.

  Прибежали голодные муравьи. Набросились на пыльцу, и раздулись у них животы как бочки.

  Шершень на слюдяных крыльях полосатый и злой как тигр.

  Все гудят и торопятся.

  И я та был медовые барашки нюхал.

  Вот отцветет ива, зазеленеет, потеряется среди других зеленых кустов. Тут и пиру конец.                  (По Н. сладкову)

 Также авторы учебника предлагают упражнение на самостоятельный подбор сравнительных оборотов, что позволяет учащимся самостоятельно потренироваться в умении строить выразительное высказывание.

 III. Вставьте в предложения сравнительные обороты.

  Заснеженные кусты, как …, сверкали в лучах январского солнца. Заснеженные кусты, как …, загадочно поблескивали в лунном свете. Кленовый листочек, словно …, тихо падал на землю. Загляделись ивы в гладь реки, словно … . Мелкий дождичек колотил лицо, как …. Льдинки похрустывают под ногами, как будто … .

  На наблюдение и оценку экспрессивных возможностей обращения, вводных слов, вставных конструкций, сравнительных оборотов направлены упражнения из дидактических материалов А.Д. Дейкиной и Т.М. Пахновой (9, с. 240).

 I. Прочитайте и запишите миниатюру М.М. Пришвина, расставляя запятые.

  Сентябрь. Солнце всходило чистое. Окна в морозной росе. Грибы заметно кончаются остаются одни поганки мухоморы и свинухи. Зато бывает в это время на зеленом мху выдвинется красная сыроежка величиной с чайное блюдечко и с водой. А в воде как детский кораблик плавает желтый скрюченный листик.

1. Найдите вводное слово и сравнительный оборот, которые надо было выделить запятыми. В чем различие их грамматической роли?

2. Обратите внимание на приемы выразительности в тексте. Каковы смысловая и художественная роли простых предложений, вводного слова, сравнительного оборота, инверсии?

3. В какой тональности выдержан текст? Какое впечатление он произвел на вас?

 II. Прочитайте выразительно, выучите наизусть и запишите по памяти поэтические строки К. Бальмонта.

Быть может, вся природа –

Мозаика цветов?

Быть может, вся природа –

Различность голосов?

Быть может, вся природа –

Лишь числа и черты?

 Быть может, вся природа –

Желанье красоты?..

 1. Назовите синтаксические средства, придающие особую художественную выразительность авторской мысли.

 2.  К какой смысловой группе относятся вводные слова? В чем заключается особенность их употребления здесь?

III. Запишите отрывок из поэмы А.Ахматовой «Реквием», объясните постановку знаков препинания.

Нет, и не под чуждым небосводом.

И не под защитой чуждых крыл, –

Я была тогда с моим народом,

 Там, где мой народ, к несчастью был…

 Докажите, что к несчастью является в предложении вводным словом. Что достигается благодаря его использованию?

IV. Запишите текст М.М. Пришвина и объясните функции всех знаков препинания (выделение, завершение, разделение).

Обращение к другу

   Где ты, мой друг, за долами и за синими морями?

Или ты был у меня, и это я зову тебя из прошлого, или надеюсь увидеть тебя и в будущем? Как бы мне хотелось все свое тебе рассказать, во всем с тобой посоветоваться.

1. Как раскрыта автором тема дружбы?

2.Какую смысловую и художественную роль играет вставная конструкция и это я зову тебя из прошлого? Почему, на ваш взгляд не использован парный знак тире? При чтении подтвердите свой ответ интонацией.

V. Запишите стихотворение А. Твардовского, расставляя знаки препинания при обращениях.

Здравствуй пестрая осинка

Ранней осени краса

Здравствуй Ельня здравствуй Глинка

Здравствуй речка Лучеса…

Мать-земля моя родная

Я твою изведал власть,

как душа моя больная

издали к тебе рвалась!

Я загнул такого крюку,

Я прошел такую даль,

и видал такую муку,

И такую знал печаль.

Мать-земля моя родная

Дымный дедовский большак,

Я про то не вспоминаю,

Не хвалюсь, а только так…

Я иду к тебе с востока,

Я тот самый, не иной.

Ты взгляни, вздохни глубоко,

Встреться наново со мной.

Мать-земля моя родная

Ради радостного дня

Ты прости, за что – не знаю,

Только ты прости меня…

1.Укажите обращения. Какие из них являются распрастраненными? Как вы думаете, почему в тексте много обращений?

2. Какова общая тональность стихотворения А. Твардовского и какими средствами она создана?

VI. Прочитайте поэтические тексты, следя за правильной интонацией. Определите, когда в обращениях названо только лицо (предмет), а когда даны его характеристика и эмоциональная оценка. В чем заключается синтаксическое различие между такими обращениями?

Мой первый друг, мой друг бесценный!

И я судьбу благословил,

Когда мой двор уединенный,

Печальным снегом занесенный,

Твой колокольчик огласил.

                                                             (А.С. Пушкин)

Широко ты, Русь,

По лицу земли

В красе царственной

Развернулася.

Уж и есть за что,

Русь могучая,

Полюбить тебя,

Назвать матерью.

                                                          (Н. Никитин)

Вот за что тебя глубоко

Я люблю, родная Русь.

                                                           (Н. Некрасов)

Любите живопись, поэты!

Лишь ей, единственной, дано

Души изменчивой приметы

Переносить на полотно.

                                                            (Н. Заболоцкий)

 Упражнения, направленные на оценку роли причастных оборотов в художественном тексте, мы находим в сборнике под ред. В.Д. Бондалетова (33, с. 176).

I. Выразительно прочитайте текст. С какой целью автор использовал в нем причастные обороты и причастия?

Вспомним с нами отступавших,

Воевавших год иль час,

Павших, без вести пропавших,

С кем видались мы хоть раз.

Провожавших, вновь встречавших,

Нам воды попить подавших,

Помолившихся за нас.

                                                                       (А. Твардовский)

II. Найдите причастные обороты и поставьте их впереди определяемого имени существительного. Сохранится ли обособление? Какой станет интонация предложения? Чем ярче и выразительнее текст автора?

1) Смирение, проповедуемое Вами, во-первых, не ново, а во-вторых, отзывается, с одной стороны, страшной гордостью, а с другой – самым позорным унижением своего человеческого достоинства. 2) Да, я любил Вас со всей страстью, с какой человек, кровно связанный со своею страной, может любить ее надежду, честь, славу, одного из великих вождей ее на пути сознания, развития, прогресса.

(По В.Г. Белинскому)

  2.6  Примеры упражнений, направленных на наблюдение и оценку выразительной функции разных способов передачи чужой речи в художественном тексте 

представлены в книге В.М. Первовой «Развитие речи учащихся при изучении темы «Прямая и косвенная речь» (24, с. 140).

 Для разграничения прямой речи и косвенной, для оценки выразительных функций разных способов передачи чужой речи автор предлагает упражнения по замене прямой речи на косвенную и наоборот. После таких упражнений учащимся легче сделать вывод о выразительных возможностях тех или иных конструкций.

 Например, подобное упражнение наглядно демонстрирует яркость, эмоциональность, индивидуальность художественного текста с диалогом.

 I. Замените данные предложения конструкциями с косвенной речью.

 Для сего велел он позвать к себе Машу (Кирила Петрович по-французски не говорил, и она служила ему переводчиком).

  – Подойди сюда, Маша; скажи ты этому мусье, что так и быть – принимаю его; только с тем, чтоб он у меня за моими девушками не осмелился волочиться, не то я его, собачьего сына… переведи это ему, Маша.

   Маша покраснела и, обратясь к учителю, сказала ему по-французски, что отец ее надеется на его скромность и порядочное поведение (А.С.Пушкин).

 II. Замените прямую речь косвенной. Проследите, могут ли предложения с косвенной речью отразить особенности чужой речи и слов автора, связанных с эмоциональной стороной высказывания, а также с характеристикой действующих лиц. Почему?

1) «Эй, ямщик! – закричал я, – смотри: что там такое чернеется?» 2) «Гей, добрый человек! – закричал ему ямщик. – Скажи, не знаешь ли, где дорога?» 3) Вожатый мой мигнул значительно и ответил поговоркою: «В огород летал, конопли клевал: швырнула бабушка камушком, да мимо. Ну, а что ваши?»

 На наблюдение особенностей несобственно-прямой речи и ее включения в художественный текст направлено данное упражнение.

I. Прочитайте отрывок из романа Н. Островского. Проследите особенности построения предложений с прямой и несобственно-прямой речью. С какой целью автор использовал такой способ передачи чужой речи как несобственно-прямая речь?

 Антонина Васильевна, возмущенная, всплеснула руками.

   Сережа, ее сын, вмешался в драку! О, это ему даром не пройдет! Подумать только: перед всем городом с винтовкой ходит. А потом что будет?

 И, охваченная этими мыслями, Антонина Васильевна, уже не сдерживая себя, закричала: «Сережка, марш домой, сейчас же! Я тебе покажу, мерзавцу! Ты у меня повоюешь!»

   В сборнике В.Д. Бондалетова также представлен ряд упражнений, нацеливающий учащихся на оценку выразительных особенностей разных способов передачи чужой речи (33, с. 176).

I. Найдите прямую речь в отрывке из повести А.С. пушкина «Капитанская дочка». Какие черты персонажа проявляются в ней? Нейтральны или стилистически окрашены авторские слова? Помогают ли они дорисовать речевую характеристику персонажа?

 Странная мысль пришла мне в голову: мне показалось, что провидение, вторично приведшее меня к Пугачеву, подавало мне случай привести в действие мое намерение. Я решился им воспользоваться и, не успев обдумать то, на что решался, отвечал на вопрос Пугачева:

 – Я приехал в Белогорскую крепость избавить сироту, которую там обижают.

 Глаза у Пугачева засверкали. «Кто из моих людей смеет обижать сироту? – закричал он. – Будь он семи пядей во лбу, а от суда моего не уйдет. Говори: кто виноватый?»

 – Швабрин виноватый, – отвечал я. – Он держит в неволе девушку, которую ты видел, больную, у попадьи, и насильно хочет на ней жениться.

 – Я проучу Швабрина, скзал грозно Пугачев. – Он узнает, каково у меня своевольничать и обижать народ. Я его повешу.

II. Передайте содержание рассказа Жухрая от третьего лица. Какая форма рассказа (от первого или от третьего лица) более эмоциональна? Почему?

  – Я, братишка, в детстве тоже был вроде тебя, – говорил он. – Не знал, куда силенки девать, выпирала из меня наружу непокорная натура. Жил в бедности. Глядишь, бывало, на сытых да наряженных господских сыночков, и ненависть охватывает. Бил я их частенько беспощадно, но ничего из этого не получалось, кроме страшенной трепки от отца.

III. В приведенных отрывках найдите несобственно-прямую речь. Укажите ее признаки. Какую роль она играет в тексте?

1. Она почувствовала такую слабость в коленях, что едва не опустилась на землю. Ах, если бы она могла залезть сейчас в эту маленькую обжитую хатку, закрыть ставни, упасть в свою девичью постель и вот так лежать тихи-тихо и ничего не решать! Кому какое дело до черненькой девочки Ули? Вот так вот забраться в постель, поджать ноги и жить среди близких, любящих людей – будь что будет… да и что оно будет, и когда оно будет, и долго ли оно будет? А может быть, это не так уж страшно? (А. Фадеев)

2. Когда полицмейстер вспомнил было о нем (об осетре, съеденном Собакевичем), сказавши: «А каково вам, господа, покажется это произведение природы?», подошел было к нему с вилкой вместе с другими, то увидел, что от произведения природы оставался всего один хвост (Н.В. Гоголь).

3. Петя понял ее замыслы и инстинктивно боясь того, чтобы с матерью не разнежиться, не обабиться (так он думал сам с собой), он холодно обошелся с нею (Л.Н. Толстой).

  На выяснение роли цитирования в тексте направлены упражнения, которые предлагают А.Д. Дейкина и Т.М. Пахнова (9, с. 240).  

 I. Запишите текст и произведите его пунктуационный разбор.

 Пушкин навсегда останется учителем искусства слова. «Верность ума, чувства, точность выражения, вкус, ясность и стройность» были в глазах поэта признаком истинно художественного произведения. В нем не должно быть «ничего запутанного, темного… лишнего, неестественного в описаниях, напряженного в чувствах». «Что касается до слога, то чем он проще, тем будет лучше. Главное: истина, искренность», – писал Пушкин одному своему корреспонденту. И именно эти черты характеризуют творчество самого Пушкина.

  «…Особенная принадлежность поэзии Пушкина и одно из главнейших преимуществ его перед поэтами прежних школ – полнота, оконченность, выдержанность и стройность создания, – указывал Белинский. – У Пушкина никогда не бывает ничего лишнего, ничего недостающего, но все в меру, все на своем месте, конец гармонирует с началом, – и, прочитав его пьесу, чувствуешь, что от нее нечего убавить и к ней нечего прибавить».

                                                              (С. Петров)

1. Определите тему и основные мысли текста.

2. Какова роль цитирования в этом тексте? Понаблюдайте за использованием различных способов передачи чужой речи, за употреблением глаголов, с помощью которых вводятся цитаты.

II. Запишите текст, расставляя пропущенные знаки препинания. Какова роль кавычек?

   Если каждый человек на куске земли своей сделал бы все что он может как прекрасна была бы земля наша! Говорил А.П. Чехов А.М. Горькому посетившему его в Ялте в доме где Чехов прожил последние свои годы. Здесь Антон Павлович создал пьесы Вишневый сад Три сестры рассказы Дама с собачкой Архиерей На святках Невеста повесть в овраге. Отредактировал собрание своих сочинений. И успел заложить сад.

1. Почему два последние предложения выделены в отдельные? Докажите, что они неполные. Подтвердите правильность ответа, образовав одно предложене из трех последних.

2. Для чего служит прямая речь в тексте? Возможен ли в данном случае другой способ цитирования? Какой?

2.7 Рассмотрим упражнения, предназначенные для наблюдения и оценки эстетического использования сложного предложения.

  Подобные упражнения представлены в «Сборнике упражнений по синтаксической стилистике и культуре речи» под ред. В.Д. Бондалетова (33, с. 176). Авторы предлагают ряд заданий, направленных на замену одного типа сложных предложений на другой. При таком сопоставлении ярче прорисовывается авторский замысел в использовании того или иного типа предложений.

 I. Выделите сложносочиненные предложения, установите типы смысловых отношений между их частями. Замените сложносочиненные предложения синонимичными сложноподчиненными предложениями, стараясь найти все возможные варианты замены. Определите различие междусинонимичными конструкциями. Подумайте, почему М.Ю. Лермонтов употребил сложносочиненные, а не сложноподчиненные предложения.

1) Солнце закатилось, и ночь последовала за днем без промежутка, как это обыкновенно бывает на юге… 2) Печорин в задумчивости не сводил с нее глаз, и она частенько на него исподлобья посматривала. 3) Душно стало в сакле, ия вышел на воздух освежиться. 4) – а что ж такое она пропела, не помните ли? – Да, кажется, вот так: «Стройны, дескать, наши молодые джигиты, и кафтаны на них серебром выложены, а молодой русский офицер стройнее их, и галуны на нем золотые». 5) – Послушай, Казбич, – говорил, ласкаясь к нему, Азамат, – …отдай мне свою лошадь: и я сделаю все, что ты хочешь…

II. Определите, одновременность или последовательность действий выражается в данных бессоюзных предложениях. Замените бессоюзные предложения союзными. Какие предложения, союзные или бессоюзные, создают более плавные описания?

 1) Жаворонки звенят; воркуют зобастые голуби (И.С. Тургенев). 2) Воды синеют, чернеют леса (И.С. Тургенев). 3) Двое суток бушевала метель, потом враз все утихло, открылись самые далекие дали (И. Вергасов). 4) В гуще ветвей о чем-то переговаривались птицы, далекая кукушка кому-то отсчитывала года (В. Шатилов). 5) Речка бесконечно бормотала что-то свое, скрипели в траве кузнечики, на другом берегу в кустах пела птица (И. Калашников).

 III. Объясните, почему в стихотворении «Песня о Соколе» М. Горький в начале стихотворения для описания использует предложение с союзами: Высоко в небе сияло солнце, а горы зноем дышали в небо, и бились волны внизу о камень, а вконце, после смерти Сокола предпочитает бессоюзное сложное предложение: В их львином реве гремела песня о гордой птице, дрожали скалы от их ударов, дрожало небо от грозной песни.

 IV. Прочитайте отрывок из повести А.П. Чехова «Степь». Выясните, какими синтаксическими средствами изображается быстрое приближение грозы.

  Из-за холмов неожиданно показалось пепельно-серое облако. Оно переглянулось со степью – я, мол, готово – и нахмурилось. Вдруг в стоячем воздухе что-то прорвалось, сильно рванул ветер и с шумом, со свистом закружился по степи. Тотчас же трава и прошлогодний бурьян подняли ропот, на дороге свирепо закружилась пыль, побежала по степи и, увлекая за собой солому, стрекоз и перья, черным вертящимся столбом поднялась  к небу и затуманила солнце. По степи вдоль и поперек, спотыкаясь и прыгая, побежали перекати-поле, а одно из них попало в вихрь, завертелось, как птица, полетело к небу и, обратившись там в черную точку, исчезло из виду. За ним понеслось другое, потом третье…

V. Прочитайте бессоюзные сложные предложения со значением противопоставления, у которых первая часть отрицательная, вторая – утвердительная. Объясните их выразительную роль. Как отрицательное значение первой части влияет на передачу содержания второй части?

1) То не красное солнце да воссияло, воссияла у Кутузова острая сабля (Народная песня). 2) Не ветер бушует над бором, не с гор побежали ручьи – Мороз-воевода дозором обходит владенья свои (Н. Некрасов). 3) Ваня почувствовал не то что страх – его охватил просто ужас (В. Катаев). 4) Чудится рыбаку, что не грузила колотятся – страшная беда бродит вокруг избы, ищет настойчиво дверь (А. Шелудяков).

  Упражнения, которые предлагают А.Д. Дейкина и Т.М. Пахнова направлены на наблюдение функции сложных предложений в тексте и их выразительных особенностей в организации повествования (9, с. 240).

I. Прочитайте выразительно лирическую миниатюру С. Щипачева. Какие чувства выражены автором в стихотворении?

Я рад тому…

Я рад тому, что ветка у окна,

дождем набрякшая, скользит по раме

и, мысли пасмурные отогнав,

меня роднит с лесами и ветрами.

Я рад тому, что мыслить мне дано,

что взгляд мой в миллиардолетьях тонет,

что я Вселенной призрачное дно

ищу. Мне звезды холодят ладони.

1. О чем говорит поэт со своим другом-читателем?

2. Какие синтаксические конструкции использовал поэт? Как они помогают передать настроение стихотворения?

3. Сопоставьте предложения поэтического текста по семантике и структуре. Каким образом они организованы автором в поэтический текст?

II. Прочитайте и перескажите отрывок из книги К. Паустовского.

   Поезд пронесся по плавному закруглению.

   Широкая радуга стояла над лесами: там где-то, за озером, шел небольшой дождь.

   Далеко среди зарослей блеснула светлая вода. Неужели озеро? Наташа высунулась из окна и долго смотрела на блеск воды среди листвы, на радугу, и у нее сжалось сердце: если бы можно остаться здесь до самой осени!

  Паровоз прощально закричал, и леса начали перебрасывать его короткий крик, унесли в непролазные чащи и неожиданно вернули звонким, многоголосым эхом.

1. Найдите в тексте сложные предложения. Как они помогают передать идею текста?

III. Постарайтесь, записывая текст, запомнить мысль автора, переданную сложной синтаксической конструкцией.

  В Москве уже лет тридцать и больше я наблюдаю чудесное время, названное мною весной света, когда превый воробей запоет по-своему в стенной печурке, желоб высунет из себя ледянной язык, и с него закапает, и поперек тротуара побежит первый маленький ручеек.

(М. Пришвин)

1. Какая мысль автора передана с помощью сложного предложения?

2. Дополните сложное предложение опущенным союзом когда при однородных придаточных. Какой вариант (исходный или ваш) выразительнее? Обоснуйте свое мнение.

 2.8 Ряд упражнений, направленных на наблюдение и оценку парного и одиночного многоточия – как стилистического приема,

представлен в книге Г.С. Меркина «Развитие речи. Выразительные средства художественной речи» (17, с. 208).

 Приведем пример использования парного многоточия в произведении.

 I. Внимательно прочитайте стихотворение. Оно тематически словно бы делится на две части. Попробуйте определить их.

Узник

Сижу за решеткой в темнице сырой.

Вскормленный в неволе орел молодой,

Мой грустный товарищ, махая крылом,

Кровавую пищу клюет под окном,

Клюет, и бросает, и смотрит в окно,

Как будто со мною задумал одно.

Зовет меня взглядом и криком своим

И вымолвить хочет: «Давай улетим!

Мы вольные птицы: пора, брат, пора!

Туда, где за тучей белеет гора,

Туда, где синеют морские края,

Туда, где гуляем лишь ветер… да я!…»

1. Обратите внимание на интонацию конца предложения во второй части стихотворения. Чем она отличается от интонации первой части? Устно сформулируйте вывод.

2. Как вы думаете, для чего в последней строке стихотворения употреблено многоточие?

II.  Из рассказа А.П. Чехова «Пересолил» выпишите примеры предложений, в которых используется парное и одиночное многоточие. С какой целью автор использует данный прием в произведении?

 На оценку роли многоточия в произведении направлены также упражнения из дидактических материалов А.Д. Дейкиной и Т.М. Пахновой (9, с. 204).

I. Запишите текст, подчеркивая уточняющие члены предложения.

   Чайковский… «Осень»…

   Это особое чувство, неповторимое чувство, когда здесь, на Янцзы, среди скал, под темным небом, вдруг охватывают вас лирические неповторимо нежные звуки родной музыки…

   Потом по радио говорит быстрый деловитый голосок женщины-диктора. Всю дорогу я прислушиваюсь к этому голосу, он стал мне уже знаком, я знаю его давно, с тех самых пор, как мы пустились в путешествие по Китаю. По нтонации я знаю, о чем идет речь, – это даются пояснения о том, что мы видим вокруг себя. Наверное, диктор кратко рассказывае какую-нибудь легенду, связанную с ущельем.

(С. Залыгин)

1. Объясните постановку многоточия в первой строке. Какова роль многоточия в организации повествования?

II. Прочитайте выразительно стихотворные строки. Каковы они по стилю? Теме? Идее? Какова авторская позиция?

Взгляни на высохшие реки,

на вытоптанные цветы…

Какая убыль красоты!

                                                 (В. Ковда)

Неужели же выхода нету

Уберечь от несчастий планету,

Шум дубрав и течение рек?..

Мир отравлен и злобой и газом.

Где же он, твой божественный разум,

Человек, человек, человек?!

                                                          (Н. Старшинов)

1. Объясните постановку многоточия в конце предложений.

III. Запишите отрывок из стихотворения Л. Мея. Прочувствуйте притягательную силу его стихов.

Сумерки

Оттепель… Поле чернеет;

Кровля на церкви обмокла;

Так вот и веет, и веет –

Пахнет весною сквозь стекла.

С каждою новой ложбинкой

Водополь все прибывает,

и ограненною льдинкой

Вешняя звездочка тает.

1. Проанализируйте синтаксический строй стихотворения. Какие предложения использует автор?

2. Почему знаком завершения после назывного предложения служит многоточие? Какова смысловая нагрузка этого знака препинания?

2.9 Рассмотрим примеры упражнений, направленных на выявление, анализ, определение роли в тексте синтаксических фигур как средства, создающего выразительность художественного текста.

 Большой ряд упражнений представлен в книге Г.С. Меркина «Развитие речи. Выразительные средства художественной речи» (17, с. 208).

 Авторы предлагают упражнения по принципу «от простого к сложному», то есть сначала, как правило, даются упражнения на сравнение, а затем на выявление и анализ синтаксических фигур: риторический вопрос, риторическое восклицание, риторическое обращение, градация, антитеза, оксюморон.

I. Сравните предложения в части I и части II. Выделите предложения, в которых содержится вопрос. Что в них общего?

1а. Доколе, счастье, ты венцами

Злодеев будешь украшать?

(М.В. Ломоносов)

1б. Видали вы литовские цветные пояса?

Как будто вдоль овса –

Средь маков васильковая струится полоса.

(Саша Черный)

2а. Богатство хорошо иметь;

Но должно ль им кому гордиться сметь?

В собольей дурака я шубе видел,

Который всех людей, гордяся, ненавидел.

В ком много гордости, известно то, что тот,

Конечно, скот

(А.П.Сумароков)

2б. «Помилуй ты меня, – сказал он с удивленьем, –

Чем любоваться тут? Твой хор

Горланит вздор!»

(И.А.Крылов)

II. Найдите в следующих текстах риторические вопросы. Объясните, что они утверждают и для чего используются.

1. Что так теснит боязнь мой дух?

Хладеют жилы, сердце ноет!

Что бьет за страшный шум в мой слух?

Пустыня, лес и воздух ноет!

(М.В.Ломоносов)

2. Душою – там, я сердцем – здесь.

А сердце как смирить?

Я узел должен видеть весь,

Но как распутать нить?

(К.Д.Бальмонт)

3. На что бы походило,

Когда в правлении, в каком бы то ни было,

Не с высших степеней, а с нижших начинать

Порядок наблюдать?

(И.И.Хемницер)

4. О, смертные, на что вы смертию спешите?

Что прежде времени вы друг друга губите?

Или ко гробу нет кроме войны путей?

Везде вас тянет рок насильством злых когтей!

(М.В.Ломоносов)

III. Сравните предложения в части 1и части 2. Выделите предложения, в которых только выражается сильное чувство.

1а. Увы! пред властию чужой

Склонилась гордая страна.

(М.В.Ломоносов)

1б. То было в утро наших лет –

О счастие! о слезы!

О лес! о жизнь! о солнца свет!

О свежий дух березы!

(А.К. Толстой)

2а. Орлам случается и ниже кур спускаться:

Но курам никогда до облак не подняться!

(И.А. Крылов)

2б. Плакала Саша, как лес вырубали,

Ей и теперь его жалко до слез.

Сколько тут было кудрявых берез!

(Н.А. Некрасов)

IV. Найдите в следующих текстах риторические восклицания, объясните, что они утверждают, какие эмоции передают, какую эмоциональную окраску придают речи.

1. Как много ручейков текут так смирно, гладко

И как журчат для сердца сладко,

Лишь оттого, что мало в них воды!

(И.А. Крылов)

2. О! Как легко! Как грудь свободно дышит!

Широкий горизонт расширил душу мне.

(А.Н. Майков)

3. Какое странное, манящее, и несущее, и чудесное в

слове дорога! и как чудна она сама, эта дорога!

(И.В. Гоголь)

4. А весна хороша, хороша!

Охватила всю душу сиренями.

Поднимай же, скворешню, душа,

Над твоими садами весенними.

(Н.А. Заболоцкий)

5. Сядем здесь, у этой ивы,

Что за чудные извивы

На коре вокруг дупла!

А под этой ивой как красивы

Золотые переливы

Струй дрожащего стекла!

(А.А. Фет)

V. Сравните предложения в I части и II части.

1а. Друзья мои! Прекрасен наш союз.

Он, как душа, неразделим и вечен.

(А.С. Пушкин)

1б. Разбуди меня завтра рано,

О моя терпеливая мать!

(С.А. Есенин)

2а. Колокольчики мои,

Цветики степные!

Что глядите на меня,

Темно – голубые?

(А.К. Толстой)

2б. Цветы, любовь, деревня, праздность,

Поля! Я предан вам душой.

(А.С. Пушкин)

VI. Найдите среди примеров риторические обращения.

1. О утра час благословенный,

Дражайших нам златых веков!

О вестник счастья, вожделенный

Для нас и будущих родов!

(М.В. Ломоносов)

2. Танцовщик! Ты богат.

Профессор! Ты убог.

Конечно, голова в почтенье меньше ног.

(А.П. Сумароков)

3. О Волга! После многих лет

Я вновь принес тебе привет.

(Н.А. Некрасов)

4. Вы, бурные вихри, не дерзайте

Подвигнуть ныне глубину.

(М.В. Ломоносов)

5. О, глубокая ночь!

О холодная осень! Немая!

(К.Д. Бальмонт)

 VII. Прочитайте примеры. Найдите в них однородные выразительные средства, которые располагаются в порядке усиления или ослабления признака.

1. Чистое, непорочное, прекрасное, как невеста, стояло перед ним произведение художника. Скромно, божественно, невинно и просто, как гений, возносилось оно над всем (Н.В. Гоголь).

2. А идти становилось все труднее. Ветер ревел, бил людей холодными мокрыми ладонями, пытался свалить с ног. Вверху нечто безобразно огромное, сорвавшееся с цепей, бесновалось, рыдало, выло (В.М. Шукшин)

3. То не конский топ,не людская молвь,

Не труба трубача с поля слышится,

А погодушка свищет, гудит.

Свищет, гудит, заливается.

(А.С. Пушкин)

VIII. Найдите в текстах примеры градации, объясните, по какому признаку располагаются ее члены. Опишите ее выразительную роль.

1. Не слыша, не видя, не внимая, он несется по легким следам прекрасных ножек, стараясь сам умерить быстроту своего шага, летевшего под такт сердца (Н.В. Гоголь).

2. Русь! Русь! Вижу тебя из моего чудного, прекрасного далека, тебя вижу: бедно, разбросано и неуютно в тебе…(Н.В. Гоголь)

3. О скорбный лютый день и варварски ужасный,

День, мне и сродникам для пагубы опасный!

(М. В. Ломоносов)

4. Милая, добрая, старая, нежная,

С думами грустными ты не дружись.

(С.А. Есенин)

IX. Найдите в текстах противопоставление.

1. Ты богат, я очень беден,

Ты – прозаик, я – поэт.

(А.С. Пушкин)

2. Мой верный друг! мой враг коварный!

Мой царь! мой раб! родной язык!

(В.А. Брюсов)

3. Ты и убогая,

Ты и обильная,

Ты и могучая,

Ты и бессильная,

Матушка – Русь!

(Н.А. Некрасов)

X. Найдите в текстах примеры противопоставления. Объясните, какие антонимы в нем использованы, как это противопоставление влияет на выразительность текста.

1. Полюбил ученый – глупую,

Полюбил румяный – бледную…

(М.И. Цветаева)

2. Мне грустно потому, что весело тебе.

(М.Ю. Лермонтов)

3. То сердце не научится любить,

Которое устало ненавидеть.

(Н.А. Некрасов)

4. Я – царь, я – раб, я – червь, я – Бог.

(Г.Р. Державин)

XI. Найдите в текстах примеры соединения противоположных, несовместимых понятий.

1. Таинственно шумит лесная тишина,

Незримо по лесам поет и бродит Осень…

Темнеет день за днем, – и вот опять слышна

Тоскующая песнь под звон угрюмых сосен.

(И.А. Бунин)

2. С того часу начались для Ильи сладостные мучения, светло опаляющие душу.

(И.С. Шмелев).

3. В первый раз я от месяца греюсь,

В первый раз от прохлады согрет…

(С.А. Есенин)

XII. Найдите оксюморон в следующих текстах. Объясните его значение и выразительную роль

1. В тревожно – радостном полусне я слышу это, все торопящееся кап, кап… Радостно за ним стучится, что непременно будет, и оно – то мешает спать… кап – кап – кап… кап – кап…(И.С. Шмелев)

2. Любуясь месяцем, оглядывая даль,

Мы чувствуем в душе ту тихую печаль,

Что слаще радости…

Откуда чувства эти?

(Н.А. Некрасов)

3. Кому сказать, с кем поделиться

Той грустной радостью, что я остался жив.

(С.А. Есенин)

4. Звучит земля – последнее оружье –

Сухая влажность черноземных га…

(О.Э. Мандельштам)

 М.Е. Кривоплясова в книге «Русский язык и литература. Средства и приемы выразительной речи. 5 – 9 классы: тренинговые задания на уроках» предлагает задания для тренинга по определению стилистических фигур (31, с. 78).

I. Определите виды фигур и укажите их роль в организации повествования.

1. Ну что ж? Моя грустная лира,

Я тоже простой человек…

                                  (Н. Рубцов)

2. Там, по дороге самой торной,

На ощупь двигались бы вы.

Лишь ветер мокрый, ветер черный

Средь черной рыскает травы.

                                (В. Солоухин)

3. И если я умру, то кто же

Мои стихи напишет вам,

Кто стать звенящими поможет

Еще несказанным словам?

                              (А. Ахматова)

4. Что мы знаем? что мы значим?

Мы – цветы! мы – миг! мы – дым!

                                   (В. Брюсов)

5. О, белизна бумажного листа!

     Ни завитка, ни черточки, ни знака,

     Ни мысли и ни кляксы. Немота.

     И слепота. Нейтральная бумага.  

                                  (В. Солоухин)

     5. Покорно звуки в музыку сливались,

     Но постепенно стал я различать

     Подспудное и смутное броженье

     Неясных сил,

     Их шепот, пробужденье,

     Их нарастанье, ропот, приближенье,

     Глухие их подземные толчки.

     Они уже почти землетрясенье.

                                (В. Солоухин)

  В книге «Уроки словесности. 5 – 9 класс» С.И. Львовой также представлены упражнения, в которых предлагается проанализировать выразительные возможности синтаксических фигур речи (15, с. 416).

I. Прочитайте стихотворение. Проведите его полный анализ с указанием различных средст выразительности. Подготовьте текст к выразительному чтению.

Это утро, радость эта,

Эта мощь и дня и света,

Этот синий небосвод,

Этот крик и вереницы,

Эти стаи, эти птицы,

Этот говор вод,

Эти ивы и березы,

Эти капли – эти слезы,

Этот пух – не лист,

Эти горы, эти долы,

Эти мошки, эти пчелы,

Этот звук и свист.

Эти зори без затменья,

Этот вздохночной селенья,

Эта дробь и эти трели,

Это все – весна!

                                                 (А. Фет)

II. Проведите синтаксический и интонационный анализ стихотворения-периода. Подготовьтесь к выразительному его чтению.

Когда весь день свои костры

Июль палит над рожью спелой,

Не свежий лес с своей капеллой,

Нас тешат: демонской игры

За тучей разом потемнелой

Раскатно-гулкие шары,

И то оранжевый, то белый

Лишь миг живущие миры;

И цвета старого червонца

Пары сгоняющее солнце

С небес омыто-голубых;

И для ожившего дыханья

Возможность пить благоуханья

Из чаши ливней золотых.

(И. Анненский)

III. Из скольких частей состоит каждый период и каковы смысловые отношения между частями? Как эти отношения лучше передать с помощью интонации?

Определите стилистическую функцию периодов.

Мало того что осуждена я на такую страшную участь; мало того что перед концом своим должна видеть, как станут умирать в невыразимых муках отец и мать, для спасения которых двадцать раз готова была бы отдать жизнь свою,— мало всего этого: нужно, чтобы перед концом своим мне довелось увидеть и услышать слова и любовь, какой не видала я.

(Н. Гоголь)

IV. Проанализируйте тексты и найдите примеры риторического вопроса и риторического обращения. Объясните, чем отличаются эти примеры от предложений с обычными вопросами и обращениями? Сделайте вывод.

1. Мечты, мечты! Где ваша сладость! (А.С. Пушкин). 2. Знакомые тучи! Как вы живете? Кому вы намерены нынче грозить? (М. Светлов). 3. Куда ты скачешь, гордый конь, и где опустишь ты копыта? (А. Пушкин). 4. Цветы, любовь, деревня, праздность, поле! Я предан вам душой (А. Пушкин). 5. Прощай, мое солнце. Прощай, моя совесть. Прощай, моя молодость, милый сыночек (П. Антокольский). 6. Ты, море, всей гремящей солью брызни, чтобы подтвердить печальный мой рассказ (П. Антокольский). 7. Что вспомнил он? Мелодию какую? Лицо какое? В чьем письме строку? Пока, о долголетии кукуя, твердила птица мирное «ку-ку» (П. Антокольский). 8. Простят ли чистые герои? Мы их завет не сберегли (3. Гиппиус). 9. Женщина, безумная гордячка! Мне понятен каждый ваш намек, белая весенняя горячка всеми гневами звенящих строк! (3. Гиппиус).

V. Прочитайте стихотворение. Какой стилистический прием положен в основу этого текста?

Вопль к ветру

Суровый ветр страны моей родной,

Гудящий ветр средь сосен многозвонных,

Поющий ветр меж пропастей бездонных,

Летящий ветр безбрежности степной.

Хранитель верб свирельною весной,

Внушитель снов в тоске ночей бессонных,

Сказитель дум и песен похоронных,

Шуршащий ветр, услышь меня, я твой.

Возьми меня, развей, как снег метельный,

Мой дух, считая зимы, поседел,

Мой дух пропел весь полдень свой свирельный.

Мой дух устал от слов и снов и дел.

Всевластный ветр пустыни беспредельной.

Возьми меня в последний свой предел.

(К. Бальмонт)

 Чтобы показать ученикам, что диалогизация в поэтическом тексте придает ему особую экспрессивность, помогает передать разговорный колорит речи, С.И. Львова предлагает такое упражнение.

VI. Укажите, какие синтаксические фигуры использованы в стихотворении? Кокова роль выразительных средств в поэтическом тексте?

Футбол

Двадцатый век принес игру — футбол.

Скорей! Пора! Скорей! Сорвавшись с мест,

Мчит город. Гомон. Гул. Автомобили.

…Игра1 Вскочил один в пенсне и в шляпе –

 Жест отчаянья:

– Промазали! Забили?

– Бей по воротам! Эй, на мыло! Бей!

Но тишина. Вдруг вздрогнули знамена.

И вверх взметнулась стая голубей.

Вздох стадиона. Выдох стадиона.

                                                    (Е. Винокур)