Торговый устав 1653 как закон, регламентировавший нормы торгового права

Сначала неопозитивизм возник в форме логического позитивизма, а затем был дополнен философией лингвистического анализа. Основателями логического позитивизма были Б. Рассел, Л. Витгенштейн, М. Шлик, Р. Карнап, Г. Рейхенбах и др. Что не устраивало создателей неопозитивизма в эмпириокритицизме как предшествующей версии позитивизма? Прежде всего, сведение эмпириокритиками задач философии науки к теории научного творчества и описанию организационных механизмов функционирования науки и научного знания. Больше всего их не устраивали исторические и психологические методы анализа и решения эмпириокритиками проблем философии науки. Обвинив вслед за Э. Гуссерлем эмпириокритиков в психологизме, неопозитивисты утверждали, что методы эмпириокритиков являются слишком расплывчатыми для статуса такой строгой науки, какой должна быть философия науки. Из этой ситуации, с точки зрения неопозитивистов, есть только один выход: во-первых, ограничение предмета философии науки только языком науки, а, во-вторых, построение эталонного (идеального) научного языка только с помощью методов таких строгих наук как математическая логика и логическая семантика. К этому времени обе эти дисциплины были на подъеме и достигли замечательных результатов в решении проблем построения строгих логических доказательств и рассуждений. Логический анализ научного знания, структуры научных теорий, их доказательности, уточнение смысла и значения всех фундаментальных понятий реальной науки средствами математической логики и логической семантики – вот суть программы философии науки логического позитивизма.

Однако мощные усилия логических позитивистов реализовать эту программу показали явную ограниченность заявленных ими методов реконструкции научного знания. Язык реальной и успешно функционирующей на практике науки явно не соответствовал тем стандартам и меркам, с позиций которых к нему подходили логические позитивисты. В итоге программа логического позитивизма оказалась реализуемой лишь частично – в самой логике, а также в математике (да и то с известными ограничениями – результаты А. Черча, К. Геделя, Б. Рассела и др.). Она оказалась плохо реализуемой в естественных науках.

Основу общей модели науки логического позитивизма составляли следующие его четыре предпосылки (эпистемологические догмы):

1) научное знание имеет два основных уровня: эмпирическое и теоретическое знание; при этом второе частично сводится к первому и контролируется им;

2)научная теория это дедуктивно организованная система высказываний об основных законах изучаемой предметной области;

3)из научной теории логически выводятся ее эмпирически проверяемые следствия;

4)единственным критерием истинности и обоснованности научных теорий должна быть степень их соответствия данным наблюдения и эксперимента.

Однако сравнение всех этих положений с реальной наукой и ее историей показало, что они явно не соответствуют структуре реальной науки. Последняя оказалась значительно сложнее представлений позитивистов: во-первых, структура реальных научных теорий состоит не из двух, а как минимум из трех качественно различных по содержанию уровней знания – эмпирического, теоретического и метатеоретического; во-вторых, научная теория имеет собственное (идеальное) содержание, которое не сводимо ни полностью, ни частично к эмпирическому знанию; в-третьих, теории являются относительно самодостаточными когнитивными системами; они не только не подчиняются данным наблюдения и эксперимента, но скорее сами контролируют и интерпретируют эмпирическое исследование; в-четвертых, только математические теории являются дедуктивно организованными (аксиоматическими) системами; подавляющее же большинство теорий естествознания и социально-гуманитарных наук организованы другим способом; в-пятых, из теорий самих по себе не могут быть логически выведены эмпирические следствия; такие следствия можно вывести только из более сложной системы: «теория ее конкретная эмпирическая интерпретация»; в-шестых, соответствие такой эмпирически интерретированной теории определенному множеству фактов является лишь одним из критериев ее истинности и успешности; при оценках истинности (приемлемости) научной теории используется также целый ряд других, внеэмпирических критериев (внутреннее совершенство теории, ее непротиворечивость, простота, согласие с другими теориями, доверие к ней со стороны членов научного сообщества, ее эвристичность и др.). Мощная критика логического эмпиризма со стороны представителей других направлений философии науки за его несоответствие реальной науке, неспособность в рамках логического позитивизма эффективно решить многие проблемы философии науки, в частности, проблему конкуренции научных теорий, а также проблему развития науки и научного знания, исключение логическими позитивистами из моделей структуры и динамики науки реальных субъектов научного познания, а также исторического, социального и психологического контекстов научного познания привели его к уходу с философской сцены уже в начале 70-х годов ХХ в.

С этого времени логический позитивизм перестал быть сколько-нибудь влиятельным направлением в философии науки. Более жизнеспособным оказалось второе направление неопозитивизма – философия лингвистического анализа науки (Г. Райл, Дж. Остин и др.). Лингвистические неопозитивисты разделяли позицию логических позитивистов о том, что предметом философии науки должен быть язык науки. Однако в отличие от логических позитивистов они считали, что а) это должен быть язык реальной науки, а отнюдь не его искусственно сконструированный образец с помощью средств математической логики; б) язык реальной науки это специфический вид языковой игры с достаточно широким набором правил, применение которых в существенной степени определяется задачами общения субъектов научного познания и варьируется достаточно широко в зависимости от предмета, целей и контекста научного исследования. В 60-70-х годах ХХ в. на смену неопозитивизму в западной философии науки приходит постпозитивизм.
7. «Венский кружок» (Р. Карнап).

Возникшее в начале 20-хгг. ХХ века в столице Австрии неформальное объединение группы ученых и философов, ставившее своей целью разработку идей логического позитивизма, получило наименование «Венский кружок». Этот кружок был организован Морицем Шликом (1882-1936) в 1922г. на основе семинара при кафедре философии индуктивных наук Венского университета. Его участники во главе с М. Шликом – Р.Карнап, К. Гёдель, О. Нейрат, Ф.Вайсман и др. – выдвинули программу создания новой научной философии на основе идей Э.Маха и только что опубликованного «Логико-философского трактата» Л.Витгенштейна. Заметим, что хотя указанный «Трактат» и называют иногда «Библией неопозитивизма», сам Л. Витгенштейн не входил в состав Венского кружка. Он контактировал с членами этого кружка, но никогда не посещал его заседаний. Вскоре Венский кружок получил международное признание. С ним стали сотрудничать и пропагандировать его идеи Э.Нагель (США) и А. Айер (Великобритания). Идеи Венского кружка во многом разделял и английский философг.Райл.

Параллельно в Польше сложилась Львовско-Варшавская школа логиков во главе с А. Тарским и К. Айдукевичем.

Сейчас, обращаясь к истории Венского кружка, можно сказать, что его представители поставили две серьезные проблемы:

1. ^ Вопрос о строении научного знания, о структуре науки, об отношении между научными высказываниями на эмпирическом и теоретическом уровнях.

2. Вопрос о специфике науки, т. е. научных высказываний, и о критерии их научности. В данном случае речь шла о том, как определить, какие понятия и утверждения являются действительно научными, а какие только кажутся таковыми.

Для деятелей Венского кружка – представителей неопозитивистского течения – статус науки как высшего достижения мысли был бесспорен. Проблема сводилась к тому, чтобы отделить науку от метафизики и научные высказывания от метафизических. При этом, весьма злободневным оказался вопрос о предмете философии.

4Признанным лидером Венского кружка, помимо упомянутого М.Шлика, был и ^ Рудольф Карнап (1891–1970). Отличительная черта их учения состояла в его ярко выраженной антиметафизической направленности. Деятели Венского кружка обрушились на всякую метафизику вообще. Логических позитивистов буквально преследовала одна навязчивая идея: мысль о том, что наука должна избавиться от всяких следов традиционной философии, т.е. не допускать больше никакой метафизики. Неопозитивисты заявляли, что не против философии, лишь бы последняя не была метафизикой. Метафизикой же она становится тогда, когда пытается высказывать какие-либо положения об объективности окружающего мира. Логические позитивисты утверждали, что все доступное нам знание о внешнем мире получается только частными, эмпирическими науками. Философия же якобы не может сказать о мире ничего, помимо того, что о нем говорят эти науки. Она не может сформулировать ни одного закона, ни одного положения о мире, которое имело бы научный характер.

Несколько отличную точку зрения на философию мы встречаем у Шлика. Если Карнап был логиком, то Шлик в большей степени эмпирик. Он видел в философии не систему знаний, а средство раскрытия значения утверждений. «Посредством философии,– говорил Шлик, – утверждения объясняются, посредством науки они проверяются».

Здесь возникает вопрос – какие утверждения, т. е. какие слова и сочетания слов, имеют научный характер, а какие его не имеют. Необходимо это якобы для того, чтобы очистить науку от предложений, лишенных научного смысла.

Нет нужды доказывать, что сама по себе постановка вопроса о специфике научных утверждений является важной и нужной. Это реальная проблема, имеющая большое значение для самой науки, для логики науки и теории познания. Вполне естественно стремление найти такой универсальный критерий научности, который можно было бы безошибочно применять во всех спорных случаях.

Решение этой проблемы, с точки зрения неопозитивистов, оказывается возможным на основе «принципа верификации».

Принцип верификации требует, чтобы «предложения» всегда соотносились с «фактами». Но что такое факт? Допустим, что это какое-то положение вещей в мире. Однако мы знаем, как трудно бывает выяснить истинное положение дел, добраться до так называемых твердых, упрямых фактов. Юристы часто сталкиваются с тем, насколько бывают противоречивы сообщения свидетелей какого-либо происшествия, какая масса субъективных наслоений имеется в любом восприятии того или иного объекта. Если фактами считать различные вещи, группы этих вещей и т. д., то мы никогда не будем гарантированы от ошибок.

В поисках достоверных фактов логические позитивисты пришли к выводу о том, что надо элементарное предложение относить к такому явлению, которое не может нас подвести. Они полагали, что таковыми являются чувственные восприятия или «чувственные содержания», «чувственные данные. Следовательно, чтобы верифицировать любое эмпирическое предложение, надо свести его к высказыванию о самом элементарном чувственном восприятии. Такие восприятия и будут теми фактами, которые делают предложения истинными.

Но как быть с предложениями философии? Нельзя же игнорировать то обстоятельство, что люди интересуются философскими вопросами с самого начала возникновения философии. Неужели они две с половиной тысячи лет только и делают, что говорят бессмыслицу? Карнап разъясняет, что философские предложения не абсолютно бессмысленны, но лишены научного смысла, т. е. они не утверждают никаких фактов. Эти предложения ничего не говорят о мире и поэтому не могут быть проверены.

Однако, философия может существовать и иметь значение для науки, если она сосредоточится на анализе языка. Для логических позитивистов все философские проблемы сводились к языковым. Для Карнапа, например, предложения, касающиеся объективного бытия вещей или их материальной или идеальной природы, являются псевдопредложениями, т. е. сочетаниями слов, лишенными смысла. Согласно Карнапу, философия, в отличие от эмпирических наук, имеет дело не с объектами, но только с предложениями об объектах науки. Все «объектные вопросы» относятся к сфере частных наук, предметом философии являются только «логические вопросы».

Но свести всю функцию философии к логическому анализу языка – значит упразднить значительную часть того ее реального содержания, которое складывалось на протяжении двух с половиной тысячелетий. Это равносильно запрету заниматься анализом содержания коренных мировоззренческих проблем. Критики неопозитивизма считают, что, с точки зрения его сторонников, главное занятие философа состоит в том, чтобы разрушить философию. Правда, эта тенденция, высказанная неопозитивистами первоначально в категорической форме, впоследствии была значительно смягчена. Тем не менее все логические позитивисты все-таки полагали, что философия имеет право на существование лишь как анализ языка, прежде всего, языка науки.
8. Критический рационализм К. Поппера.

К. Поппер – разработчик концепции критического рационализма. Известен концепцией трех миров: 1) мир предметов, 2) мир сознания (субъективной реальности), 3) мир объективных мыслительных форм – мир знаков, символов, которые существуют объективно в виде законов, теорий (не следует говорить, что он нематериален).

Говоря о К. Поппере, следует знать:

1) концепцию трех миров;

2) принцип фальсификации;

3) принцип фаллибилизма.

К. Поппера (представитель постпозитивизма) главным образом интересует проблема – концепция роста научного знания.

Принцип верификации – ставит проблему и решает ее путем ввода принципа фальсификации (принципиальная опровержимость научного знания). Именно фальсификационизм является главной движущей силой развития науки – переходит в принцип фаллибилизма – любое научное знание носит лишь гипотетический характер и рано или поздно будет фальсифицировано.

Чем больше информации о внешнем мире, тем больше вероятность, что конкретная теория будет опровергнута. Пример. Имеет место высказывание а – в пятницу будет дождь и b – в субботу будет ясно. Вероятность наступления событий: Р(а) ≥ P(a,b) ≤ P(b).

Чем более развита теория, чем она фундаментальнее, чем больше собрано по ней информации, тем больше вероятность ее фальсификации (опровержения). Таким образом, абсолютного знания в принципе не существует. Поппер часто проводит аналогии с естественным отбором теории эволюции Ч. Дарвина. Но в то же время любая теория оставляет после себя определенные экспериментальные факты. Схема: проблема – теория – устранение ошибок (возникших противоречий) – проблема 2 – новые научные теории. Прогресс науки по Попперу состоит не в накоплении знаний, а только в разрастании глубины сложности разрешаемых наукой проблем.

Идеал науки представителя критического рационализма К.Поппера тесно связан с его представлением об общественном идеале. “Открытое общество” – это такое общество, которое потому и “открыто”, что в его основу положены универсальная Рациональность, освобождающая людей от власти догм, предрассудков, невежества ради власти творческого разума.

Поппер называет знание “третьим миром”, существующим наряду с другими мирами. “Для объяснения этого выражения, — пишет он, — я хочу указать на то, что если не принимать слишком серьезно слова “мир” или “универсум”, то мы можем различить следующие три мира или универсума:

 мир физических объектов или физических состояний;

 мир состояний сознания или мыслительных состояний;

 мир объективного содержания мышления, в частности, научного и поэтического мышления и произведений искусства”.

К числу объектов “третьего мира” Попер относит научные проблемы, гипотезы, теоретические системы, критические аргументы и, конечно, содержание научной литературы. Защищая самостоятельное существование “третьего мира”, Поппер приводит аргумент, состоящий из двух мысленных экспериментов.

Эксперимент 1. Пусть все наши машины и орудия разрушены, исчезли также все наши субъективные знания об орудиях и о том, как ими пользоваться, однако библиотеки и наша способность пользоваться ими сохранились. В этом случае после длительных усилий наша цивилизация в конце концов будет восстановлена.

Эксперимент 2. Как и в предыдущем случае, орудия, машины и наши субъективные знания разрушены. В то же время разрушены также наши библиотеки, так что наша способность учиться из книг становится бесполезной. В этом случае наша цивилизация не будет восстановлена даже спустя тысячелетия. Это говорит о реальности, значимости и автономности “третьего мира”, который, имея символическую, коммуникативную природу, является фундаментом как научной, так и социальной практики.

Анализируя теорию как структурную единицу науки, К.Поппер предлагает в качестве критерия демаркации научных теорий фальсификационизм. Согласно принципу фальсифицируемости, научная теория должна допускать эмпирическое опровержение: «…От научной системы я не требую, чтобы она могла быть раз и навсегда выделена в позитивном смысле, но я требую, чтобы она имела такую логическую форму, которая делает возможным ее выделение в негативном смысле: для эмпирической научной системы должна существовать возможность быть опровергнутой опытом…».

Согласно Попперу, наука прогрессирует от менее глубокой проблемы к более глубокой.

Модель роста научного знания выглядит следующим образом:

1. наука начинается с проблем;

2. научными объяснениями проблем выступают гипотезы;

3. гипотеза является научной, если она в принципе фальсифицируема;

4. фальсификация гипотез обеспечивает устранение выявленных научных ошибок;

5. новая и более глубокая постановка проблем и выдвижение гипотез достигается в результате критической дискуссии;

6. углубление проблем и гипотез (теорий) обеспечивает прогресс в науке, точнее рост научного знания.

Механизм развития научного знания у Поппера – это последовательная смена теорий путем их фальсификации, причем фальсифицированная теория элиминируется окончательно, ее реабилитация невозможна.

Работает в русле концепций Поппера, модернизируя принцип фальсификации в уточненный фальсифианализм.

Лакатос обращал внимание на тот факт, что в истории науки можно обнаружить устойчивость научных теорий, несмотря на существование огромного количества эмпирических теорий, которые противоречат ей. Для объяснения этой ситуации он вводит понятие исследовательских программ, которое включает в себя различные теории, связанные с решением однотипных проблем.

Известность Лакатосу приносит его докторская диссертация «Очерки по логике математического открытия», затем книга «Доказательства и опровержения» – здесь обосновывает тезис о том, что развитие математического знания практически ничем не отличается от развития знания о других науках, то есть его нельзя представить, как постоянное накопление вечных и неизменных истин. Решение этой проблемы связано с выяснением природы научной рациональности и выяснением, как соотносятся научная рациональность (то есть система методов, которую использовали исследователи) и рациональность, присущая науке как таковой.

Лакатос полагает, что основой теории научной рациональности должен стать принцип критицизма.

Однако в реальной истории науки полное применение этого принципа является утопией. И для того, чтобы скорректировать этот принцип, Лакатос разработал методологическую концепцию утонченного фальсификационизма или методологию научно-исследовательских программ.

Задача – объединить теорию науки и историю науки. Философия науки без теории пуста, а история науки без философии слепа.

Устойчивость научной программы обеспечивается наличием в ее структуре ядра программы, предохранительного пояса, позитивной и негативной эвристики.

Ядро программы – философские допущения и общетеоретические, которые существуют без изменения на всем протяжении развития программы.

Предохранительный пояс – вспомогательные гипотезы, которые изменяются под влиянием опытных опровержений, но при этом сохраняют общее ядро программы.

Негативная эвристика включает методологические и методические запрещения.

Позитивная – включает совокупность правил, которые подсказывают, как справляться с аномальными фактами, в каком направлении изменить вспомогательный пояс, чтобы превратить аномальные факты в примеры, подтверждающие правильность программы.

Лакатос выделял прогрессивную стадию и стадию вырождения.

Прогрессивная стадия – когда программа может предсказать новые факты, то есть теория развивается быстрее практики.

Стадия вырождения – эмпирические факты опережают теорию.

Программа погибает, когда возникают конкурирующие программы. Таким образом, источником развития науки является не борьба фактов с теорией, а существование конкурирующих программ.

Для развития науки вполне достаточно ее собственных проблем. Внешние импульсы существенной роли не играют. Задача истории философии – отделить внутреннюю историю от внешней. Создав свою теорию, Лакатос разочаровался в истории философии.
10.Концепция исторической динамики науки Т. Куна

Кун ввёл в философию науки такие понятия, как научная парадигма, научное сообщество, нормальная наука и научная революция. По Куну, развитие науки происходит скачками.

Парадигма – это признаваемая большинством ученых совокупность теорий, научных достижений, которые служат для общества ученых моделью постановки научных проблем и их решения.

Концепция социологической и психологической реконструкции и развития научного знания связана с именем и идеями Т.Куна, изложенными в его широко известной работе по истории науки «Структура научных революций». В этой работе исследуются социокультурные и психологические факторы в деятельности как отдельных ученых, так и исследовательских коллективов.

Кун считает, что развитие науки представляет собой процесс поочередной смены двух периодов — «нормальной науки» и «научных революций». Причем последние гораздо более редки в истории развития науки по сравнению с первыми. Социально-психологический характер концепции Куна определяется его пониманием научного сообщества, члены которого разделяют определенную парадигму, приверженность к которой обуславливается положением его в данной социальной организации науки, принципами, воспринятыми при его обучении и становлении как ученого, симпатиями, эстетическими мотивами и вкусами. Именно эти факторы, по Куну, и становятся основой научного сообщества.

Центральное место в концепции Куна занимает понятие парадигмы, или совокупности наиболее общих идей и методологических установок в науке, признаваемых данным научным сообществом. Парадигма обладает двумя свойствами: 1) она принята научным сообществом как основа для дальнейшей работы; 2) она содержит переменные вопросы, то есть открывает простор для исследователей. Парадигма — это начало всякой науки, она обеспечивает возможность целенаправленного отбора фактов и их интерпретации. Парадигма, по Куну, или «дисциплинарная матрица», как он её предложил называть в дальнейшем, включает в свой состав четыре типа наиболее важных компонентов:

• 1) «символические обобщения» — те выражения, которые используются членами научной группы без сомнений и разногласий, которые могут быть облечены в логическую форму;

• 2) «метафизические части парадигм» типа: «теплота представляет собой кинетическую энергию частей, составляющих тело»;

• 3) ценности, например, касающиеся предсказаний, количественные предсказания должны быть предпочтительнее качественных;

• 4) общепризнанные образцы.

Все эти компоненты парадигмы воспринимаются членами научного сообщества в процессе их обучения, роль которого в формировании научного сообщества подчеркивается Куном, и становятся основой их деятельности в периоды «нормальной науки». В период «нормальной науки» ученые имеют дело с накоплением фактов, которые Кун делит на три типа:

• 1) клан фактов, которые особенно показательны для вскрытия сути вещей. Исследования в этом случае состоят в уточнении фактов и распознании их в более широком кругу ситуаций;

• 2) факты, которые хотя и не представляют большого интереса сами по себе, но могут непосредственно сопоставляться с предсказаниями парадигмальной теории;

• 3) эмпирическая работа, которая предпринимается для разработки парадигмальной теории.

Однако научная деятельность в целом этим не исчерпывается. Развитие «нормальной науки» в рамках принятой парадигмы длится до тех пор, пока существующая парадигма не утрачивает способности решать научные проблемы. На одном из этапов развития «нормальной науки» непременно возникает несоответствие наблюдений и предсказаний парадигмы, возникают аномалии. Когда таких аномалий накапливается достаточно много, прекращается нормальное течение науки и наступает состояние кризиса, которое разрешается научной революцией и сменой парадигм.

Кун считает, что выбор теории на роль новой парадигмы не является логической проблемой: «Ни с помощью логики, ни с помощью теории вероятности невозможно переубедить тех, кто отказывается войти в круг. Логические посылки и ценности, общие для двух лагерей при спорах о парадигмах, недостаточно широки для этого. Как в политических революциях, так и в выборе парадигмы нет инстанции более высокой, чем согласие соответствующего сообщества»[2]. На роль парадигмы научное сообщество выбирает ту теорию, которая, как представляется, обеспечивает «нормальное» функционирование науки. Смена основополагающих теорий выглядит для ученого как вступление в новый мир, в котором находятся совсем иные объекты, понятийные системы, обнаруживаются иные проблемы и задачи: «Парадигмы вообще не могут быть исправлены в рамках нормальной науки. Вместо этого… нормальная наука в конце концов приводит только к осознанию аномалий и к кризисам. А последние разрешаются не в результате размышления и интерпретации, а благодаря в какой-то степени неожиданному и неструктурному событию, подобно переключению гештальта. После этого события ученые часто говорят о „пелене, спавшей с глаз“, или об „озарении“, которое освещает ранее запутанную головоломку, тем самым приспосабливая её компоненты к тому, чтобы увидеть их в новом ракурсе, впервые позволяющем достигнуть её решения». Таким образом, научная революция как смена парадигм не подлежит рационально-логическому объяснению, потому что суть дела в профессиональном самочувствии научного сообщества: либо сообщество обладает средствами решения головоломки, либо нет — тогда сообщество их создает.

Мнение о том, что новая парадигма включает старую как частный случай, Кун считает ошибочным. Кун выдвигает тезис о несоизмеримости парадигм. При изменении парадигмы меняется весь мир ученого, так как не существует объективного языка научного наблюдения. Восприятие ученого всегда будет подвержено влиянию парадигмы.

В отличие от К. Поппера, который считает, что развитие науки можно объяснить исходя только из логических правил, Кун вносит в эту проблему «человеческий» фактор, привлекая к её решению новые, социальные и психологические мотивы.

11. «Анархистская эпистемология» П. Фейерабенда.

Обладавший бурным темпераментом мятежный ученик К. Поппера и почитатель Л.Витгенштейна Пол Фейерабенд (Feyerabend, 1924–1994) был настроен более радикально. Он довел критические аргументы исторической постпозитивистской критики до логического конца, что, с одной стороны, явилось мощным средством разрушения устаревших догм, но с другой стороны, это, как известно, часто приводит к абсурду.

Позиция Фейерабенда, выражением которой стал принцип все дозволено, получила название “эпистемологического анархизма”. Целью Фейерабенда было, «убедить читателя в том, что всякая методология – даже наиболее очевидная – имеет свои пределы…».

Исходя из анализа истории науки, он, как и Кун, приходит к выводу о неверности прежней кумулятивной модели развития науки. История показывает, что часто старая теория не является частным случаем новой и не выводится («дедуцируется») из нее. Этой «дедуцируемости» не требует и последовательный принцип эмпиризма, суть которого состоит в утверждении, что «именно «опыт», «факты» или «экспериментальные результаты» служат мерилом успеха наших теорий… Это правило является важным элементом всех теорий подтверждения и подкрепления». Но если старая теория не входит в новую, то они описывают факты с помощью терминов, имеющих разные значения, ибо сама теория детерминирует значение всех дескриптивных терминов теории, включая термины наблюдения, а также совокупность решаемых проблем и используемых методов. Тогда на смену прежнему принципу «инвариантности значений» должен прийти “тезис о несоизмеримости теорий”, утверждающий, что нет определенных однозначных логических и эмпирических критериев непредвзятой оценки конкурирующих теорий, с которой должны обязательно согласиться сторонники как одной, так и другой альтернативы.

Другим важным принципом концепции развития науки Фнйнрабенда является принцип теоретического и методологического плюрализма или “пролиферации” теорий и идей, основанный на том, что «опровержение (и подтверждение) теории необходимо связано с включением ее в семейство взаимно несовместимых альтернатив».

Фейерабенд утверждает, что развитие науки идет не путем сравнения теорий с эмпирическими фактами, а путем взаимной критики несовместимых теорий, учитывающей имеющиеся факты.

Исходя из этого, он утверждает свой анархистский принцип: “единственным принципом, не препятствующим прогрессу, является принцип допустимо все. С этой точки зрения оказываются бессмысленными методологические критерии верификационизма и фальсификационизма, а также принципы соответствия, недопустимости противоречия, избегания гипотез, простоты и пр. Этот «анархистский» принцип, с точки зрения Фейерабенда, подтверждает история науки, которая демонстрирует, “что не существует правила,… которое в то или иное время не было бы нарушено… Такие нарушения не случайны… Напротив, они необходимы для прогресса науки” [Фейерабенд, с.153].

Такова суть содержательной критики Фейерабендом предшествующей позитивистской философии науки. Но на этом он не останавливается и проводит свою логическую линию до конца, приходя к абсурду. Из тезиса о несоизмеримости теорий он выводит возможность защиты любой концепции от внешней критики,а отсюда равенство любых систем утверждений (характерная черта постмодернизма – широкого философского течения последней трети XX в.).

Из принципа пролиферации и гуманизма, понимаемого как “бережное отношение к индивидуальности», ведущее к “плюрализму теорий и метафизических воззрений», Фейерабенд выводит равенство всех мировоззрений вообще и в частности рационально-научного, иррационально-магического (мифологического) и религиозного.

Таким образом, из тезиса о несоизмеримости и принципа пролиферации Фейерабенд выводит типичный анархистский (и постмодернистский) тезис о том, что каждый делает что хочет, и эти «хотения» равны. Но по этой логике в данный список равных надо включать и каннибалов, и фашистов, и сторонников человеческих жертвоприношений. По этой логике надо предоставить ребенку выбор родного языка до того, как начать обучать языку. Этот абсурдный для нормального современного сознания результат является следствием отбрасывания общественного характера человеческой жизни, того, что отдельные люди и группы включены в более широкие общности, что накладывает на их свободу существенные ограничения.

Куновская модель как раз и учитывает это обстоятельство и позволяет рассматривать не только внутринаучные революции, но и сравнение упоминаемых Фейерабендом традиций, причем с учетом тезиса о несоизмеримости. Кстати, свободная дискуссия, ради обеспечения которой Фейерабенд предлагает изъять науку из школьного образования, логически невозможна в силу провозглашаемого им же тезиса о несоизмеримости (если это невозможно для разных теорий внутри естественной науки, то тем более невозможно для разных традиций мышления).

Фейерабенд выступает против вытеснения наукой практик парапсихологии и астрологии, ссылаясь на успешность близкой им по духу восточной медицины. К этому же семейству практик можно добавить широко культивирующиеся на Западе постфрейдистские психологические практики, особенно с выходом в коллективное бессознательное.

В целом Фейерабенд, ярко представил ряд проблем, хотя и в гипертрофированном виде, и способствовал активизации работы постпозитивистской мысли в различных направлениях. Это видный представитель постпозитивизма. Критика Фейерабенда расшатывает привычные представления во многом в том же направлении, что и критика Куна. Но если Кун затем строит позитивную модель развития науки то Фейерабенд не ставил себе целью создание новой концепции. «Всегда следует помнить о том, – говорил он, – что… мои риторические упражнения не выражают никаких «глубоких убеждений». Они лишь показывают, как легко рациональным образом водить людей за нос. Анархист подобен секретному агенту, который играет в разумные игры для того, чтобы подорвать авторитет самого разума.

Позиция Фейерабенда напоминает позицию древнегреческих софистов. Последние указали на проблемы, которые затем решались Сократом, Платоном и Аристотелем. Мне представляется, что проблемы, высвеченные Фейерабендом, во многом были решены концепцией Куна, суть которой составляет система названных четырех взаимосвязанных понятий. В этом смысле куновскую концепцию (критическая часть которой, во многом совпадающая с критикой Фейерабенда, легла в основание постмодернизма) можно отнести к «постпостмодернизму», т.е. к позитивным концепциям, учитывающим проблемы, поставленные постмодернистами.

Тулмин

Одним из вариантов постпозитивизма стала концепция Стивена Тулмина прогресс науки и рост знаний усматривается во все более глубоком понимании окружающего мира, а не в выдвижении и формулировании более истинных утверждений. Рациональность – соответствие исторически обусловленным нормативам научного исследования, в частности, нормативам оценки и выбора теорий. Отсюда следует, что нет единых стандартов рациональности – они меняются вместе с изменением “идеалов естественного порядка”.

Инновации в науке сдерживаются факторами критики и самокритики (“естественный” и “искусственный” отборы). Наиболее важные изменения связаны с изменением фундаментальных теоретических стандартов, которые лежат в основе научных теорий. Развитию науки присущи микрореволюции, которые связаны с каждым отдельным открытием.

Эволюционирующая рациональность. Ученый считает “понятными” те события, которые оправдывают его предварительное ожидание. Сами же ожидания направляются историческим образом рациональности. То, что не укладывается в “матрицу понимания”, считается “аномальным”. Устранение “аномалий” – стимул научной эволюции. Объяснение оценивается не с точки зрения истинности, а по следующим критериям: предсказательная надежность, связность, когерентность, удобство. Эти критерии исторически изменчивы и обусловлены деятельностью научной элиты. Они формируются под влиянием внутринаучных и вненаучных (социальных, экономических, идеологических) факторов, которые взаимодополняют друг друга.

Знания “размножаются” как поток проблем и понятий, наиболее ценные из них передаются от эпохи к эпохе, от одного научного общества к другому, сохраняя преемственность. Научный процесс он истолковывает как постоянный и не направленный процесс борьбы идеи за существование.

Проблема зарождения нового знания является исходной в исследованиях Джеральда Холтона. Каждое событие в истории науки необходимо рассматривать как пересечение трех траекторий: индивидуальность ученого; состояние науки; особенностей социальных факторов.

Майкл Полани (1891-1976).

Основой теории познания Полани является его эпистемология неявного знания, впервые изложенная им в 1958 г. Он исходит из существования двух типов знания: центрального и периферического, неявного. Скрытый элемент познавательной активности трактуется как необходимое основание логических форм знания. Если рассматривать процесс познания и целом, то оба типа знания находятся в отношении дополнительности.

Эмпирический базис неявного знания образует неосознанные ощущения. Неявное знание личностно по определению. Оно проявляется в различных познавательных актах. Это и уяснение смысла терминов, заключенных в кавычках, специфика понимания которых у разных людей образует “личностный коэффициент”. Да и в использовании терминов в их прямом значении, отмечает Полани, всегда есть “риск” семантической неопределенности”: любой термин всегда нагружен неявным, имплицитным знанием.

Дж. Холтон пришел к выводу, что в конце XX столетия в Европе возникло и стало шириться движение, провозгласившее банкротство науки.

Три различных, но действующих в одном направлении фактора создают для этого благоприятную почву. Два из них носят интернациональный характер, тогда как третий специфичен, пожалуй, только для США. Но все вместе они используются для подкрепления своей позиции теми, кто мечтает ниспровергнуть науку с занятого ею культурного пьедестала.

Перечислим эти три фактора. В условиях когда плоды науки и техники так или иначе причастны к жизни современного человека и сопровождают его от рождения и до самой смерти, нет ничего удивительного в широком распространении беспокойства по поводу действительных или мнимых последствий их развития. Рузвельт писал о том, что ответственность, ложащаяся на плечи работников науки и техники, подразумевает как учет “социальных процессов”, так и “совершенствование взаимодействия с окружающей средой”. Необходимо, продолжил Рузвельт свою мысль, выработать механизмы, “компенсирующие остроту негативных последствий развития науки”. Сегодняшние критики и оппоненты наступления технологий идут гораздо дальше, опасаясь, что неконтролируемый или ложно ориентированный технический прогресс приведет в итоге к вступлению в эру технологизированного варварства, угрожающего самой жизни на нашей планете.

Второй фактор проявляет себя прежде всего в современном массовом экологическом движении. Необходимость утверждения системно-экологического стиля мышления (как в силу его собственной ценности, так и в силу обозначившихся экологических бедствий) – это довольно новое явление, приобретшее глобальное значение только в последней трети XX в. и имеющее все шансы стать одним из главных проблемных направлений, которыми будет занято человечество в следующем, XXI в.

И, наконец, последний по порядку, но отнюдь не по значению фактор. По мере усвоения и осознания учеными ценности образа жизни американской нации возникло чисто американское отношение к обсуждаемой нами проблеме. Речь идет о скептическом неприятии как научно-технической, так и любой другой формы авторитаризма.

В развитии человечества, после того как оно преодолело стадию варварства и дикости, существовало множество цивилизаций — конкретных видов общества, каждое из которых имело свою самобытную историю.

Техногенная цивилизация является довольно поздним продуктом человеческой истории. Долгое время эта история протекала как взаимодействие традиционных обществ. Лишь в XV–XVII столетиях в европейском регионе сформировался особый тип развития, связанный с появлением техногенных обществ, их последующей экспансией на остальной мир и изменением под их влиянием традиционных обществ. Некоторые из этих традиционных обществ были просто-напросто поглощены техногенной цивилизацией; пройдя через этапы модернизации, они превращались затем в типичные техногенные общества. Другие, испытав на себе прививки западной технологии и культуры, тем не менее сохраняли многие традиционные черты, превратившись в своего рода гибридные образования.

Техногенная цивилизация началась задолго до компьютеров и даже задолго до паровой машины. Техногенная цивилизация существует чуть более 300 лет, но оказалась весьма динамичной, подвижной и очень агрессивной: она подавляет, подчиняет себе, переворачивает, буквально поглощает традиционные общества и их культуры — это мы видим повсеместно, и сегодня этот процесс идет по всему миру. Такое активное взаимодействие техногенной цивилизации и традиционных обществ, как правило, оказывается столкновением, которое приводит к гибели последних, уничтожению многих культурных традиций, по существу, к гибели этих культур как самобытных целостностей.

Деятельность человека должна быть направлена вовне, на преобразование и переделку внешнего мира, в первую очередь природы, которую человек должен подчинить себе. В свою очередь, внешний мир рассматривался как арена деятельности человека, как если бы мир и был предназначен для того, чтобы человек получал необходимые для себя блага, удовлетворял свои потребности. Конечно, это не означает, что в новоевропейской культурной традиции не возникают другие, в том числе и альтернативные, мировоззренческие идеи.

Техногенная цивилизация в самом своем бытии определена как общество, постоянно изменяющее свои основания. Поэтому в ее культуре активно поддерживается и ценится постоянная генерация новых образцов, идей, концепций. Лишь некоторые из них могут реализовываться в сегодняшней действительности, а остальные предстают как возможные программы будущей жизнедеятельности, адресованые грядущим поколениям. В культуре техногенных обществ всегда можно обнаружить идеи и ценностные ориентации, альтернативные доминирующим ценностям. Но в реальной жизнедеятельности общества они могут не играть определяющей роли, оставаясь как бы на периферии общественного сознания и не приводя в движение массы людей.

В культуре техногенных обществ система этих ценностей базируется на идеалах креативной деятельности и творческой активности суверенной личности. И только в этой системе ценностей научная рациональность и научная деятельность обретают приоритетный статус. Особый статус научной рациональности в системе ценностей техногенной цивилизации и особая значимость научно-технического взгляда на мир определены тем, что научное познание мира является условием для его преобразования в расширяющихся масштабах. Оно создает уверенность в том, что человек способен, раскрыв законы природы и социальной жизни, регулировать природные и социальные процессы в соответствии со своими целями.

Поэтому в новоевропейской культуре и в последующем развитии техногенных обществ категория научности обретает своеобразный символический смысл. Она воспринимается как необходимое условие процветания и прогресса. Ценность научной рациональности и ее активное влияние на другие сферы культуры становятся характерным признаком жизни техногенных обществ.

Престижный статус науки стимулирует развертывание большого многообразия ее развитых форм. Исследуя их и анализируя, как менялись функции науки в социальной жизни, можно выявить основные особенности научного познания, его возможности и границы.

Несомненно, что достижения научно-технического прогресса дадут в руки человечества могучие средства, позволяющие воздействовать на глубинные генетические структуры, управляющие воспроизводством человеческого тела. Но, получив в свое распоряжение подобные средства, человечество обретет нечто, равнозначное атомной энергии по возможным последствиям. При современном уровне нравственного развития всегда найдутся «экспериментаторы» и добровольцы для экспериментов, которые могут сделать лозунг совершенствования биологической природы человека реалиями политической борьбы и амбициозных устремлений. Перспективы генетической перестройки человеческой телесности сопрягаются с не менее опасными перспективами манипуляций психикой человека путем воздействия на его мозг.

Некоторые философы и футурологи сравнивают современные процессы с изменениями, которые пережило человечество при переходе от каменного к железному веку. Эта точка зрения имеет глубокие основания, если учесть, что решения глобальных проблем предполагают коренную трансформацию ранее принятых стратегий человеческой жизнедеятельности. Любой новый тип цивилизационного развития требует выработки новых ценностей, новых мировоззренческих ориентиров. Необходимы пересмотр прежнего отношения к природе, идеалов господства, ориентированных на силовое преобразование природного и социального мира, выработка новых идеалов человеческой деятельности, нового понимания перспектив человека.

В этом контексте возникает вопрос и о присущих техногенной цивилизации ценностях науки и научно-технического прогресса.

Выход состоит не в отказе от научно-технического развития, а в придании ему гуманистического измерения, что, в свою очередь, ставит проблему нового типа научной рациональности, включающей в себя в явном виде гуманистические ориентиры и ценности

Очевидно, первым шагом на этом пути должен стать анализ специфики науки, выявление тех инвариантных признаков, которые устойчиво сохраняются при исторической смене типов научной рациональности. В каждую конкретную историческую эпоху эти признаки могут соединяться с особенными, свойственными именно данной эпохе характеристиками научного познания. Но если исчезнут инвариантные признаки науки, отличающие ее от других форм познания (искусства, обыденного познания, философии, религиозного постижения мира), то это будет означать исчезновение науки.

Цель познания – обеспечение регуляции деятельности человека.

Главная специфика научного познания – изучение всего окружающего как объекта, исключая любые субъективные характеристики. Изучая окружающее как объект, наука стремится понять, каким образом этот объект будет изменяться в будущем, то есть как его можно потом использовать.

Разница между научным и обыденным познанием:

1. Сложность самого объекта. У научного познания более сложный объект. Обыденное познание обращает внимание в основном на внешние признаки, а научное выявляет внутренние характеристики.

2. Специфический язык науки. Обыденный язык избыточен, то есть слова часто многозначны, в научном познании – все точно, однозначно.

3. Специфические способы изучения объекта в научном познании.

4. Нацеленность науки на изучение будущих состояний, в обыденном познании – использование в настоящем времени.

5. Обыденное познание спонтанно и не предполагает определенной системы, в научном познании – систематизация, которая приводит к формированию методологического познания, то есть выработке определенных способов и приемов познания.

Еще на ранних этапах человеческой истории существовало обыденно-практическое знание, доставлявшее элементарные сведения о природе и окружающей действительности. Его основой был опыт повседневной жизни, имеющий, однако, разрозненный, несистематический характер, представляющий собой простой набор сведений. Иногда аксиомы здравомыслия противоречат научным положениям, препятствуют развитию науки, вживаются в человеческое сознание так крепко, что становятся предрассудками и сдерживающими прогресс преградами.

Обыденное знание включает в себя и здравый смысл, и приметы, и назидания, и рецепты, и личный опыт, и традиции. Оно хотя и фиксирует истину, но делает это не систематично и бездоказательно. Его особенностью является то, что оно используется человеком практически неосознанно и в своем применении не требует предварительных систем доказательств. Другая его особенность – принципиально бесписьменный характер. Те пословицы и поговорки, которыми располагает фольклор каждой этнической общности, лишь фиксируют этот факт, но никак не прописывают теорию обыденного знания.

1. Основная задача научного познания — обнаружение объективных законов действительности — природных, социальных (общественных), законов самого познания, мышления и др. Отсюда ориентация исследования главным образом на общие, существенные свойства предмета, его необходимые характеристики и их выражение в системе абстракции, в форме идеализированных объектов. Если этого нет, то нет и науки. Ибо само понятие научности предполагает открытие законов, углубление в сущность изучаемых явлений. Это основной признак науки, главная ее особенность.

2. На основе знания законов функционирования и развития исследуемых объектов наука осуществляет предвидение будущего с целью дальнейшего практического освоения действительности. Нацеленность науки на изучение объектов, которые могут стать предметом практического освоения в будущем, является важной отличительной чертой научного познания.

3. Существенным признаком научного познания является его системность, т. е. совокупность знаний, приведенных в порядок на основании определенных теоретических принципов, которые и объединяют отдельные знания в целостную органическую систему. 4. Для науки характерна постоянная методологическая рефлексия. Это означает, что в ней изучение объектов, выявление их специфики, свойств и связей всегда сопровождается – в той или иной мере – осознанием методов и приемов, посредством которых исследуются данные объекты.

5. Непосредственная цель и высшая ценность научного познания — объективная истина, постигаемая преимущественно рациональными средствами и методами, но, разумеется, не без участия живого созерцания и внерациональных средств.

6. Научное познание есть сложный, противоречивый процесс производства и воспроизводства новых знаний, образующих целостную развивающуюся систему понятий, теорий, гипотез, законов и других идеальных форм, закрепленных в языке – естественном или искусственном: математическая символика, химические формулы и т. п. Выработка специализированного научного языка – важнейшее условие успешной работы в науке.

7. В процессе научного познания применяются такие специфические материальные средства, как приборы, инструменты, другое так называемое «научное оборудование», зачастую очень сложное и дорогостоящее (синхрофазотроны, радиотелескопы, ракетно-космическая техника и т. д.).. Широкое применение экспериментальных средств и систематическая работа с идеализированными объектами – характерные черты развитой науки.

8. Научному познанию присуши строгая доказательность, обоснованность полученных результатов, достоверность выводов. Знание, если оно претендует на статус научного, должно быть подтверждено фактами и аргументами.

9. Опытная проверяемость и возможность многократного воспроизведения результатов (другими исследователями, в разных странах и т. д.). познание может считаться научным, когда оно:

а) дает возможность постоянной проверки «на истинность»;

б) когда его результаты могут быть многократно повторены и воспроизведены эмпирически в любое время, любым исследователем

10. Специфическими характеристиками обладает субъект научной деятельности – отдельный исследователь, научное сообщество и т.п. Занятие наукой требует особой подготовки познающего субъекта, в ходе которой он осваивает сложившийся запас знаний, средства и методы его получения, систему ценностных ориентаций и целевых установок, специфичных для научного познания, его этические принципы.

Однако, поскольку познание безгранично, неисчерпаемо, находится в развитии, то система критериев научности – это конкретно-историческая, открытая система. А это означает, что не существует и не может существовать раз навсегда завершенного «списка» данных критериев.

Познание не ограничено сферой науки, знание в той или иной своей форме существует и за пределами науки. Появление научного знания не упразднило и не сделало бесполезными другие формы знания. В отличие от всех многообразных форм знания научное познание — это процесс получения объективного, истинного знания, направленного на отражение закономерностей действительности. Научное познание имеет троякую задачу и связано с описанием, объяснением и предсказанием процессов и явлений действительности.

Когда разграничивают научное, основанное на рациональности, и вненаучное знание, то важно понять, что последнее не является чьей-то выдумкой или фикцией. Оно производится в определенных интеллектуальных сообществах, в соответствии с другими (отличными от рационалистических) нормами, эталонами, имеет собственные источники и понятийные средства. Очевидно, что многие формы ^ненаучного знания старше-знания, признаваемого в качестве научного, например, астрология старше астрономии, алхимия старше химии. Выделяют следующие формы вненаучного знания:

• паранаучные знания включает в себя учения или размышления о феноменах, объяснение которых не является убедительным с точки зрения критериев научности;

• лженаучные знания сознательно эксплуатирующее домыслы и предрассудки. Лженаучное знание часто представляет науку как дело аутсайдеров. Иногда его связывают с патологической деятельностью психики творца, которого в обиходе величают «маньяком», «сумасшедшим». В качестве симптомов лженауки выделяют малограмотный пафос, принципиальную нетерпимость к опровергающим доводам

• псевдонаучное знание представляет собой интеллектуальную активность, спекулирующую на совокупности популярных теорий, например, истории о древних астронавтах, о снежном человеке, о чудовище из озера Лох-Несс.

Еще на ранних этапах человеческой истории существовало обыденно-практическое знание, доставлявшее элементарные сведения о природе и окружающей действительности. Его основой был опыт повседневной жизни, имеющий, однако, разрозненный, не-систематический характер, представляющий собой простой набор сведений. Иногда аксиомы здравомыслия противоречат научным положениям, препятствуют развитию науки, вживаются в человеческое сознание так крепко, что становятся предрассудками и сдерживающими прогресс преградами.

Его особенностью является то, что оно используется человеком практически неосознанно и в своем применении не требует предварительных систем доказательств.

Другая его особенность — принципиально бесписьменный характер. Те пословицы и поговорки, которыми располагает фольклор каждой этнической общности, лишь фиксируют этот факт, но никак не прописывают теорию обыденного знания.

К исторически первым формам человеческого знания относят игровое познание, которое строится на основе условно принимаемых правил и целей. Оно дает возможность возвыситься над повседневным бытием, не заботиться о практической выгоде и вести себя в соответствии со свободно принятыми игровыми нормами. В игровом познании возможно сокрытие истины, обман партнера. Оно носит обучающе-развивающий характер, выявляет качества и возможности человека, позволяет раздвинуть психологические границы общения.

Особую разновидность знания, являющегося достоянием отдельной личности, представляет личностное знание. Оно ставится в зависимость от способностей того или иного субъекта и от особенностей его интеллектуальной познавательной деятельности.

Особую форму вненаучного и вненационального знания представляет собой так называемая народная наука, которая в настоящее время стала делом отдельных групп или отдельных субъектов: знахарей, целителей, экстрасенсов, а ранее шаманов, жрецов, старейшин рода. При своем возникновении народная наука обнаруживала себя как феномен коллективного сознания и выступала как этнонаука. Как правило, народная наука существует и транслируется в бесписьменной форме от наставника к ученику.

Поскольку разномастная совокупность внерационального знания не поддается строгой и исчерпывающей классификации, можно встретиться с выделением следующих трех видов познавательных технологий: паранормальное знание, псевдонаука и девиантная наука.

Широкий класс паранормального знания включает в себя учения о тайных природных и психических силах и отношениях, скрывающихся за обычными явлениями. Самыми яркими представителями паранормального знания считаются мистика и спиритизм. Оно предполагает возможность получать информацию или оказывать влияние, не прибегая к непосредственным физическим способам. Различают экстрасенсорное восприятие (ЭСВ) и психокинез. ЭСВ разделяется на телепатию и ясновидение. Телепатия предполагает обмен информацией между двумя и более особями паранормальными способами. Ясновидение означает способность получать информацию по некоторому неодушевленному предмету. Психокинез — это способность воздействовать на внешние системы, находящиеся вне сферы нашей моторной деятельности, перемещать предметы нефизическим способом.

Иногда встречается термин анормальное знание, которые не означает ничего иного, кроме того, что способ получения знания либо само знание не соответствует тем нормам, которые считаются общепринятыми в науке на данном историческом этапе.

Уже давно вненаучное знание не рассматривают только как заблуждение. И раз существуют многообразные его формы, следовательно, они отвечают какой-то изначально имеющейся в них потребности.

Религиозное знание, которое базируется на вере и устремляется за пределы рационального в сферу постижения сверхъестественного. Религиозное знание, являясь одним из наиболее ранних форм знания, заключает в себе механизмы регулирования и регламентирования жизни общества. Его атрибутами являются храм, икона, тексты Священного писания, молитвы, многообразная религиозная символика. Вера — это не только основное понятие религии, но и важнейший компонент внутреннего духовного мира человека, психический акт и элемент познавательной деятельности.

Вера в отличие от знания есть сознательное признание чего-либо истинным на основании преобладания субъективной значимости. Основанное на вере религиозное знание обнаруживает себя в непосредственном, не требующем доказательств принятии тех или иных положений, норм, истин. Как внутреннее духовное состояние она требует от человека соблюдения тех принципов и моральных предписаний, в которые он верит.

Наука — это форма духовной деятельности людей,направленная на производство знаний о природе, обществе и о самом познании, имеющая непосредственной целью постижение истины и открытие объективных законов на основе обобщения реальных, фактов в их взаимосвязи, для того чтобы предвидеть тенденции развития действительности^ способствовать ее изменению.

Наука — это и творческая деятельность по получению нового знания, и результат этой деятельности: совокупность знаний, приведенных в целостную систему на основе определенных принципов, и процесс их воспроизводства.

Таким образом, основные стороны бытия науки — это, во-первых, сложный, противоречивый процесс получения нового знания; во-вторых — результат этого процесса,«т. е. объединение полученных знаний в целостную, развивающуюся органическую систему; в-третьих — социальный институт со всей своей инфраструктурой: организация науки, научные учреждения и т. п.; этос (нравственность) науки, профес-сиональные объединения ученых, ресурсы, финансы, научное оборудование.; в-четвертых — особая область человеческой деятельности и важнейший элемент (сторона) культуры.

В структуре всякого научного знания существуют элементы, не укладывающиеся в традиционное понятие научности: философские, религиозные, магические представления; интеллектуальные и сенсорные навыки, и т. д. Рассматривая основную структуру научного знания, В. И. Вернадский считал, что ее твердое ядро включает в себя следующие главные элементы:

1) Математические науки во всем их объеме.

2) Логические науки почти всецело.

3) Научные факты в их системе, классификации и сделанные из них эмпирические обобщения — научный аппарат, взятый в целом.

Взаимодействия объекта и субъекта научного познания, последнее включает в себя четыре необходимых компонента в их единстве:

а) Субъект науки — ключевой ее элемент: отдельный исследователь, научное сообщество, научный коллектив и т. п., в конечном счете — общество целом.

Б) Объект (предмет, предметная область), т. е. то, что именно изучает данная наука или научная дисциплина. Иначе говоря, это все то, на что направлена мысль исследователя, все, что может быть описано, воспринято, названо, выражено в мышлении и т.п.

В) система методов и приемов, характерных для данной науки или научной дисциплины и обусловленных своеобразием их предметов. ,

г) Свой специфический, именно для них язык — как естественный, так и особенно искусственный

При ином «срезе» научного познания в нем следует различать такие элементы его структуры: а) фактический материал, почерпнутый из эмпирического опыта; б) результаты первоначального концептуального его обобщения в понятиях и других абстракциях; в) основанные на фактах проблемы и научные предположения (гипотезы); г) «вырастающие» из них законы, принципы и теории, картины мира; д) философские установки (основания); е) социокультурные ценностные и мировоззренческие основы; ж) методы, идеалы и нормы научного познания, его эталоны, регулятивы и императивы; з) стиль мышления и некоторые другие элементы (например, внерациональные).

Идеалы и нормы научного познания — совокупность определенных концептуальных, ценностных, методологических и иных установок, свойственных науке на каждом конкретно-историческом этапе ее развития. Их основная функция — организация и регуляция процесса научного исследования, ориентация на более эффективные пути, способы и формы достижения истинных результатов.

Научная картина мира — целостная система представлений об общих свойствах и закономерностях действительности, построенная в результате обобщения и синтеза фундаментальных научных понятий и принципов. В зависимости от основании деления различают общенаучную картину мира, которая включает представления о всей действительности (т. е. о природе, обществе и самом познании) и естественнонаучную картину мира. Последняя — в зависимости от предмета познания — может быть физической, астрономической, химической, биологической и т. п.

Каждая картина мира строится на основе определенных фундаментальных научных теорий и по мере развития практики и познания одни научные картины мира сменяются другими.
17.Культура античного полиса и становление первых форм теоретической науки

Зарождение первых форм теоретического знания традиционно связывают с античностью. Хотя Древний Восток, Индия, Китай и удивляют нас чудесными изобретениями, но знания здесь носят специфический характер. Так, в древнеегипетской цивилизации возник сложный аппарат государственной власти, тесно сращенный с сакральным аппаратом жрецов. Носителями знаний были жрецы, Знания существовали в религиозно-мистической форме, и только жрецы могли читать священные книги и как носители практических знаний имели власть над людьми.

Так как любая хозяйственная деятельность была связана с вычислениями, то был накоплен большой массив знаний в области математики: вычисление площадей, подсчет произведенного продукта, расчет выплат, налогов; Для практического употребления со-здавалось множество таблиц с готовыми решениями. Древние египтяне занимались только теми математическими операциями, которые были необходимы для их непосредственных хозяйственных нужд, но никогда они не создавали теорий, что является одним из важнейших признаков научного знания.

Предпосылкой возникновения научных знаний многие исследователи истории науки считают миф. Миф — не только сказание, предание или легенда, он еще и способ ориентации человека в мире, это особый тип мышления.

В древней Греции научное познание начинает ориентироваться на поиск предметных структур, которые не могут быть выявлены в обыденной практике и производственной деятельности, оно уже не может развиваться, опираясь только на эти формы практики. Возникает потребность в особой форме практики, обслуживающей развивающееся естествознание, — научном эксперименте. Зачатки подобного метода формирования знаний можно наблюдать в античности.

Древние греки пытаются описать и объяснить возникновение, развитие и строение мира в целом и вещей, его составляющих. Эти их представления получили название натурфилософских. Натурфилософией (философией природы) называют преимущественно философски-умозрительное истолкование природы, рассматриваемой в целостности, опирающееся на некоторые естественно-научные понятия. Некоторые из этих идей востребованы и сегодняшним естествознанием.

Для создания моделей Космоса нужен был достаточно развитый математический аппарат. Важнейшей вехой на пути создания математики как теоретической науки были работы пифагорейской школы. Ею была ..создана картина мира, В основе этой картины лежал принцип: началом всего является число. Пифагорейцы считали числовые отношения ключом к пониманию мироустройства И это создавало особые предпосылки для возникновения теоретического уровня математики. Числа представали как особые объекты, которые нужно постигать разумом, изучать их свойства и связи, а затем уже, исходя из знаний об этих свойствах и связях, объяснять наблюдаемые явления.

Именно эта установка характеризует переход от чисто эмпирического познания количественных отношений (познания, привязанного к наличному опыту) к теоретическому исследованию, которое, оперируя абстракциями и создавая на основе ранее полученных абстракций новые, осуществляет прорыв к новым формам опыта, открывая неизвестные ранее веши, их свойства и отношения.

К началу IV в. до н. э. было представлено Гиппократом Хиосским первое в истории человечества изложение основ геометрии, базирующейся на методе математической индукции. Достаточно полно была изучена окружность, так как для греков круг являлся идеальной фигурой и необходимым элементом их умозрительных построений. Немногим позже стала развиваться геометрия объемных тел — стереометрия.

Особенности греческого мышления, которое было рациональным, теоретическим, что в данном случае равносильно созерцательному, наложили отпечаток на формирование знаний в этот период. Основная деятельность ученого состояла в созерцании и осмыслении созерцаемого. А что же созерцать, как не небесный свод, по которому движутся небесные светила? Причем в отличие от Древнего Востока, который накопил огромный материал подобных наблюдений и использовал их в целях предсказаний, астрология в Древней Греции не находила своего применения.

Первая геометрическая модель Космоса была разработана Эвдоксом (IV в. до н. э.) и получила название модели гомоцентрических сфер. Затем она была усовершенствована Калиппом. Последним этапом в создании гомоцентрических моделей была модель, предложенная Аристотелем. В основе всех этих моделей Ц. лежит представление о том, что Космос состоит из ряда сфер или оболочек, обладающих общим центром, совпадающим с центром Земли. Сверху Космос ограничен сферой неподвижных звезд, которые совершают оборот вокруг мировой оси в течение суток. Все s небесные тела (Луна, Солнце и пять в то время известных пла-; нет: Венера, Марс, Меркурий, Юпитер, Сатурн>описываются си-I’ стемой взаимосвязанных сфер, каждая из которых вращается равномерно вокруг своей оси, все сферы находятся в непрерывном движении

Аристотель (384—322 гг. до н.э.) создал всеобъемлющую систему знаний о мире, наиболее адекватную сознанию своих современников. В эту систему вошли знания из области физики, этики, политики, логики, ботаники, зоологии, философии. Согласно Аристотелю, истинным бытием обладает не идея, не число (как* например, у Платона), а конкретная единичная вещь, представляющая сочетание материи и формы. Материя — это то, из чего возникает вещь, ее материал. Но чтобы стать вещью материя должна принять форму. Абсолютно бесформенна только первичная материя, в иерархии вещей лежащая на самом нижнем уровне. Над ней стоят четыре элемента, четыре стихии. Стихии — это первичная материя, получившая форму под действием той или иной пары первичных сил — горячего, сухого, холодного, влажного. Стихии могут переходить друг в друга, вступать во всевозможные соединения, образуя разнообразные вещества.

В античности появляются такие системы знаний, которые можно представить как первые теоретические модели, рвущие узы натурфилософских схем и претендующих на самостоятельную значимость. Но отсутствие экспериментальной базы не дает возможности рождения подлинно теоретического естествознания и науки в целом.

В отличие от античности, средневековая наука не предложила новых фундаментальных программ, но в то же время она не ограничивалась только пассивным усвоением достижений античной науки. Ее вклад в развитие научного знания состоял в том, что был предложен целый ряд новых интерпретаций и уточнений античной науки, ряд новых понятий и методов исследования, которые разрушали античные научные программы, подготавливая почву для механики Нового времени.

В Средние века проблемы истины решались не наукой или философией, а теологией (философским учением о Боге). В этой ситуации наука становилась средством решения чисто практических задач. Арифметика и астрономия, в частности, были необходимы только для вычисления дат религиозных праздников. Такое чисто прагматическое отношение к средневековой науке привело к тому, что она утратила одно из самых ценных качеств античной науки, в которой научное знание рассматривалось как самоцель, познание истины осуществлялось ради самой истины, а не ради практических результатов.

Поэтому говорить о развитии науки в период раннего Средневековья не приходится – есть только ее упадок. Сохраняются лишь жалкие остатки того конгломерата научных знаний, которым обладала античность, изложенные в сочинениях тех античных авторов, которые признавались христианской церковью. Пересмотру эти знания не подлежали, их можно было только комментировать – этим и занимались средневековые мыслители.

Стремление найти для каждой вещи подходящее место в иерархии бытия четко прослеживается и в тенденции к систематизации и классификации знания – занятии, которое считали своим долгом ученые-схоласты. Очень популярным жанром в научной литературе были сочинения типа энциклопедий.

Тем не менее в недрах средневековой культуры успешно развивались такие специфические области знания, как астрология, алхимия, натуральная магия, которые подготовили возможность образования современной науки. Эти дисциплины представляли собой промежуточное звено между техническим ремеслом и натурфилософией и в силу своей практической направленности содержали в себе зародыш будущей экспериментальной науки. Они разрушали идеологию созерцательности, осуществляя переход к опытной науке.

В положительную сторону ситуация в средневековой науке стала меняться в XII веке, когда в научном обиходе стало использоваться все научное наследие Аристотеля. Тогда, естественно, наука столкнулась с теологией и пришла с ней в противоречие. Разрешением этого противоречия стала концепция двойственной истины, то есть признание права на сосуществование «естественного разума» наряду с верой, основанной на откровении. Но даже в этих обстоятельствах еще очень долгое время все опытное знание и выводы, полученные из него методом дедукции, признавались лишь вероятными, обладающими только относительной, а не абсолютной достоверностью. В тех условиях религиозная картина мира представлялась более очевидной по сравнению с философско-научной.

Однако постепенно позитивные изменения в средневековой науке набирали силу, и поэтому представление о соотношении веры и разума в картине мира менялось: сначала они стали признаваться равноправными, а затем, в эпоху Возрождения, разум был поставлен выше откровения.

В это же время были сделаны первые шаги к механистическому объяснению мира. Появляются понятия пустоты, бесконечного пространства и движения по прямой линии, требование устранить из объяснения телеологический принцип и ограничиться действующими причинами. Конечно, эти понятия еще нельзя считать четко сформулированными и осознанными. Это только подходы, которые дадут свои плоды через триста лет.

Также закладывается новое понимание механики, которая в античности была прикладной наукой. Античность да и раннее Средневековье рассматривали все созданные человеком инструменты как искусственные, чуждые природе. В силу этого они не имели никакого отношения к познанию мира, так как действовал принцип: «подобное познается подобным». Именно поэтому только человеческий разум в силу принципа подобия человека космосу (микро- и макрокосмос) мог познавать мир. Сейчас же инструменты считались тождественными природе, ее частью, что открывало возможность видеть в эксперименте средство познания природы, а не просто чудеса и фокусы.

Весьма существенным фактом для становления средневекового естествознания стал отказ от античной модели совершенства – круга. Она была заменена на модель бесконечной линии, что соответствовало формированию представлений о бесконечной Вселенной.

Не менее важными для становления современной науки были религиозные обряды и ритуалы, подчинявшие жизнь горожан строгому ритму, распорядку, почасовой регламентации; особую роль играли также средневековая школа и университет, которые не только поощряли книжную ученость и усвоение элементов античной науки, но и столетиями прививали нормы логико-дискурсивного мышления и искусство аргументации. Это привело к высочайшему уровню умственной дисциплины в эпоху позднего Средневековья, без чего был бы невозможен дальнейший прогресс интеллектуальных средств научного познания.

Эпоха Возрождения сделала огромный вклад в развитие научной мысли благодаря новому пониманию места и роли человека в объективном мире. Человек стал пониматься отныне не как природное существо, а как творец самого себя, что и выделяет его из всех прочих живых существ. Человек становится на место Бога: он сам свой собственный творец, он владыка природы.

Человек не просто удовлетворяет свои земные нужды, он творит мир, красоту, самого себя. Поэтому в эпоху Возрождения впервые снимается граница между наукой как постижением сущего и практически-технической деятельностью. Идет стирание граней между теоретиками-учеными и практиками-инженерами. Художник и ученый подражают не только созданиям Бога, но и Его творчеству. Создавая вещи, так же как Бог создал мир, они делают это не наобум, а стремятся увидеть законы построения этих вещей.

Окончательно формируется сознание, прямо противоположное античному: если для древнегреческого философа предел выше беспредельного, форма совершеннее материи, завершенное и целое прекраснее незавершенного и бесконечного, то для ученого Возрождения беспредельное (возможность, материя) совершеннее формы, ставящей пределы и границы, бесконечное предпочтительнее перед имеющим конец, становление и непрерывное превращение (или его возможность) выше того, что неподвижно.

Новый взгляд на мир и человека позволил сделать выдающиеся открытия и создать новые теории, ставшие прологом научной революции, в ходе которой оформилось классическое естествознание.
19. Формирование опытной науки в новоевропейской культуре.

Наука как целостный феномен возникает в Новое время вследствие отделения от философии и проходит в своем развитии три основных этапа: классический, неклассический, постнеклассический (современный). На каждом из этих этапов разрабатываются соответствующие идеалы, нормы и методы научного исследования, формулируется определенный стиль мышления, своеобразный понятийный аппарат и т.п. Критерием (основанием) данной периодизации является соотношение объекта и субъекта познания.
Для возникновения науки в XVI – XVII вв., кроме общественно-экономических (утверждение капитализма), социальных (перелом в духовной культуре, подрыв господства религии и схоластически-умозрительного способа мышления) условий, необходим был определенный уровень развития самого знания, запас фактов, подлежащих осмыслению и обобщению.

Образ современной науки, отмечал А. Эйнштейн, был определен в эпоху Нового времени. Леонардо да Винчи, Г. Галилей, Ф. Бэкон, Р. Декарт полагали главными ценностями новой науки ее светский характер, критический дух, объективную истинность, практическую полезность.

Изменялось и само понимание науки. По мнению ученых Нового времени, она должна перестать быть созерцательно-наблюдательной. Прорывом в ее понимании было открытие экспериментальной основы науки.Античная культура знала лишь теоретическую и логическую основы науки, но этого было недостаточно в эпоху, когда наука заявила о себе как об относительно самостоятельном явлении культуры. Наука могла развиваться, определяя свои собственные основы, к которым следует отнести экспериментальные исследования, а в более широком смысле — методологические основы. Человек стал активным началом в исследовании природы, отсюда стремление познать принципы функционирования механизмов и самого человека.

Конструктивный характер новоевропейской науки выразил Г. Галилей, вводя метод идеализации. Галилей преобразует физику Аристотеля о движении и вводит идею тождества кругового и прямолинейного движения. Оно становится теоретическим образом (идеализацией) совершенства движения.
Новая наука всецело полагалась на авторитет знания; она, считал Декарт, должна все подвергать сомнению с целью выявления исходных интеллектуально очевидных положений. Инструментом исследования становилась математика. Онтологическое обоснование значимости математики дал Галилей: “Книга природы написана языком математики”. Эта методологическая установка была воспринята всеми последующими учеными, что означало переход от качественного описания явлений природы, характерного для натурфилософии, к математическому описанию, вскрывающему взаимоотношения и закономерности.

Само построение новоевропейской науки было совершено И. Ньютоном. Великий ученый оставил огромное научное наследство в разных областях науки — оптике, астрономии, математике. Главным в его творчестве было создание основ механики, открытие закона всемирного тяготения и разработка теории движения небесных тел. В итоге формируется образ классической науки. Характерной ее особенностью становится опора на авторитет знания.
Основные представители: Николай Кузанский, Леонардо да Винчи, Исаак Ньютон, Мишель Монтень, Томас Мор, Томмазо Кампанелла, Мартин Лютер, Галилео Галилей и др.

20. Наука в собственном смысле: Классическое естествознание и его методология

Хронологически этот период, а значит становление естествознания как определенной системы знания, начинается примерно в XVI—XVII вв. и завершается на рубеже XIX—XX вв. В свою очередь данный период можно разделить на два этапа: этап механистического естествознания (до 30-х гг. XIX в.) и этап зарождения и формирования эволюционных идей (до конца XIX — начала XX в.).

I. Этап механистического естествознания. Начало этого этапа совпадает со временем перехода от феодализма к капитализму в Западной Европе. Начавшееся бурное развитие производительных сил потребовало решения целого ряда технических задач. А это в свою очередь вызвало интенсивное формирование и развитие частных наук, среди которых особую значимость приобрела механика — в силу необходимости решения названных задач.

В свою очередь этап механистического естествознания можно условно подразделить на две ступени — доньютоновскую и ньютоновскую, — связанные соответственно с двумя глобальными научными революциями, происходившими в XVI—XVII вв. и создавшими принципиально новое (по сравнению с античностью и средневековьем) понимание мира.

Доньютоновская ступень — и соответственно первая научная революция происходила в период Возрождения, и ее содержание определило гелиоцентрическое учение Я. Коперника (1473—1543). Это был конец геоцентрической системы, которую Коперник отверг на основе большого числа астрономических наблюдений и расчетов, — это и было первой научной революцией, подрывавшей также и религиозную картину мира.

Вторую глобальную научную революцию XVII в. чаше всего связывают с именами Галилея, Кеплера и Ньютона, который ее и завершил, открыв тем самым новую — посленьютоновскую ступень развития механистического естествознания. В учении Г. Галилея (1564—1642) уже были заложены достаточно прочные основного механистического естествознания. В центре его наручных интересов стояла проблема движения. Открытие принципа инерции, исследование им свободного падения тел имели большое значение для становления механики как науки.

Вторая научная революция завершилась творчеством Ньютона. Ньютон сформулировал понятия и законы классической механики, дал математическую формулировку закона всемирного тяготения, и с единой точки зрения объяснил большой объем опытных данных (неравенства движения Земли, Луны и планет, морские приливы и др.).

Кроме того, Ньютон был автором многих новых физических представлений — о сочетании корпускулярных и волновых представлений о природе света. Содержание научного метода Ньютона (метода принципов) сводится к следующим основным «ходам мыслей»:

1) провести опыты, наблюдения, эксперименты;

2) посредством индукции вычленить в чистом виде отдельные стороны естественного процесса и сделать их объективно наблюдаемыми;

3) понять управляющие этими процессами фундаментальные закономерности;

4) осуществить математическое выражение этих принципов, т. е математически сформулировать взаимосвязи естественных процессов;

5) построить целостную теоретическую систему путем дедуктивного развертывания фундаментальных принципов.

Сам Ньютон с помощью своего метода решил три кардинальные задачи. Во-первых, четко отделил науку от умозрительной натурфилософии и дал критику последней. Во-вторых, разработал классическую механику как целостную систему знаний о механическом движении тел. Его механика стала классическим образцом научной теории дедуктивного типа и эталоном научной теории вообще, сохранив свое значение до настоящего времени. В-третьих, Ньютон завершил построение новой революционной для того времени картины природы, сформулировав основные идеи, понятия, принципы, составившие механическую картину мира.

Однако накапливались факты, которые все труднее было согласовывать с принципами механической картины мира. Она теряла свой универсальный характер, расщепляясь на ряд частно научных картин, начался процесс расшатывания механической картины мира. В середине XIX в. она окончательно утратила статус общенаучной.

Первую брешь в мире подобных представлений пробила максвелловская теория электромагнитных явлений, дававшая математическое описание процессов, не сводя их к механике»

II. Этап зарождения и формирования эволюционных идей — с начала ЗО-х гг. ХIХ в. до конца XIX— начала XX в. Уже с конца ХУШ в. в естественных науках (в том числе и в физике, которая выдвинулась на первый план) накапливались факты, эмпирический материал, которые не «вмещались» в механическую картину мира и не объяснялись ею. «Подрыв» этой картины мира шел главным образом с двух сторон: во-первых, со стороны самой физики и, во-вторых, со стороны геологии и биологии.

Первая линия «подрыва> была связана с активизацией исследований в области электрического и магнитного полей. Особенно большой вклад в эти исследования внесли английские ученые М. Фарадей (1791—1867) и Д. Максвелл (1831—1879), Благодаря их усилиям стали формироваться не только корпускулярные, но и континуальные («сплошная среда») представления.

Успехи электродинамики привели к созданию электромагнитной картины мира, которая объясняла более широкий круг явлений и более глубоко выражала единство мира. Таким образом, работы в области электромагнетизма сильно подорвали механическую картину мира и по существу положили начало ее крушению.

Что касается второго направления «подрыва» механической картины мира, то уже

в первые десятилетия ХIХ в. было фактически подготовлено «свержение» метафизического в целом способа мышления, господствовавшего в естествознании. Особенно этому спо-собствовали три великих открытия: создание клеточной теории, открытие закона сохранения и превращения энергии и разработка Дарвином эволюционной теории.

Теория клетки была создана немецкими учеными М. Шлейденом и Т. Шванном в 1838—1839 гг. Клеточная теория доказала внутреннее единство всего живого и указала на единство происхождения и развития всех живых существ. Она утвердила общность происхождения, а также единство строения и развития растений и животных.

Открытие в 40-х гг. XIX в. закона сохранения и превращения энергии показало, что признававшиеся ранее изолированными так называемые «силы» — теплота, свет, электричество, магнетизм и т. п. — взаимосвязаны, переходят при определенных условиях одна в другую и представляют собой лишь различные формы одного и того же движения в природе. Энергия как общая количественная мера различных форм движения материи не возникает из ничего и не исчезнет, а может только переходить из одной формы в другую.

Теория Ч. Дарвина окончательно была оформлена в его главном труде. Эта теория показала, что растительные и животные организмы (включая человека) — не богом созданы, а являются результатом длительного естественного развития (эволюции) органического мира, ведут свое начало от немногих простейших существ, которые в свою очередь произошли от неживой природы. Впоследствии теорию Дарвина подтвердила генетика, показав механизм изменений, на основе которых и способна работать теория естественного отбора. В середине XX в., особенно в связи с открытием в 1953 г. Ф. Криком и Дж. Уотсоном структуры ДНК, сформировалась так называемая систематическая теория эволюции, объединившая классический дарвинизм и достижения генетики.
21. Революция в естествознании конца XIX – начала XX в. И становление идей и методов неклассической науки.

Естествознание как система научных знаний о природе, обществе и мышлении взятых в их взаимной связи, как единое целое, представляет собой весьма сложное явление, обладающее различными сторонами и связями, чем обусловлено его место в общественной жизни, как неотъемлемой части духовной культуры человечества.

Революции в естествознании – одна из самых актуальных философских проблем. Задача исследования этой проблемы состоит в реконструкции истории науки, выявление роли и механизмов революционных фаз в научном прогрессе. Понимание этих механизмов позволяет в какой-то мере прогнозировать возможные пути революционных научных преобразований и, тем самым, содействовать нахождению обоснованных стратегий научного поиска, выбору наиболее эффективных средств и методов исследования, более эффективному подходу к оценке принципиально новых результатов, получаемых при революционных переворотах в естествознании или отдельных его областях.

В середине 90-х гг. 19 века началась новейшая революция в естествознании, главным образом в физике:

– Открытие электромагнитных волн Г. Герцем.

– Коротковолнового электромагнитного излучения К. Рентгеном.

– Радиоактивности А. Беккерелем.

– Электрона Дж. Томсоном.

– Светового давления П.Н. Лебедевым.

– Введение идеи квантования энергии М. Планком.

– Создание теории относительности А. Эйнштейном.

– Радиоактивного распада Э. Резерфордом и Ф. Содди,

– Модель атома по Н. Бору.

а так же открытия в химии и биологии (основы генетике на базе законов Г. Менделя) определяют 1-й этап революции в физики и Естествознании. Он сопровождается, прежде всего, нарушением прежних метафизических представлений о материи и её строении, свойствах, формах движения и типах закономерностей, о пространстве и времени. Нарушение метафизических взглядов на мир, вызвало реакционные поползновения идеалистов и привело к кризису в физике и всем Естествознании.

2-й этап революции в Естествознании начался в связи с созданием квантовой механики и сочетанием её с теорией относительности в общую квантово-релятивистскую концепцию. Происходит дальнейшее бурное развитие Естествознания и в связи с этим продолжается коренная ломка старых понятий, главным образом тех, которые связаны со старой классической картиной мира.

Началом 3 – го этапа революции в Естествознании было первое овладение атомной энергией в результате деления ядра и последующих исследований, с которыми связано зарождение электронно-вычислительных машин и кибернетики.

Современный этап научного Естествознания, характеризуется не только лидирующей ролью физической науки, но и целой группы отраслей Естествознания: биология (генетика, молекулярная биология), химия (макрохимия, химия полимеров), науки смежные с Естествознанием (космонавтика, кибернетика) и т.д.

Если в начале 20 века физические открытия развивались самостоятельно, то с середины 20 века революция в Естествознании органически слилась с революцией в технике, приведя к современной научно–технической революции. С точки зрения практики решающую роль приобретают фундаментальные науки, без которых не может развиваться современная техника.

Бурное развитие всех отраслей Естествознания в конце 20 века породило создание не только современной физической картины мира, но и биологической картины мира и др. В связи с чем, все больше на первый план выходит новое междисциплинарное направление исследований, именуемое синергетикой, порожденное переходом науки к познанию сложно организованных эволюционирующих систем.

В рамках новой картины мира произошли революции в частных науках в космологии (концепция не стационарной Вселенной), в биологии (развитие генетики), и т.д. Таким образом, на протяжении XX века естествознание очень сильно изменило свой облик, во всех своих разделах.

В начале XX века сложились все условия для мощного прорыва, скачка, революции в естествознании, а особенно в физике. Однако в той или иной степени это отразилось и на других естественных науках, например на химии.

Особую роль среди естественных наук играет космология. Она связана практически со всеми естественными науками. Космология выросла непосредственно из натурфилософии, а ее древние корни лежат в религиозно-мифологическом миропонимании. На всех этапах своего развития она отражала эволюцию представлений человечества о мире в целом. Так революция, связанная с трудами Н.Коперника придала космологии огромное значение для осознания человека своего места в мире.

Становление новой космологической картины мира затрагивало всегда как естественнонаучную, так и гуманитарную области. Оно всегда порождало конфликты между людьми разных убеждений. И Галилей, и представитель инквизиции считали, что именно они защищают высшие духовные ценности. И в настоящее время проходят острые дискуссии по методологическим вопросам космологии. Так, теория Большого Взрыва – начала Вселенной некоторыми ученными и частью общества была воспринята как аргумент в пользу ее «творения» Богом, в то же время другие представители креационизма отвергают эту теорию как любую эволюционную теорию, на том основании, что она не совпадает с тем, что говорится в Библии. С космологией тесно связана астрономия – наука о строении Вселенной, природе и развитии космических тел, корни которой также уходят в древний мир.
22. Формирование науки как профессиональной деятельности. Возникновение дисциплинарно организованной науки.

Как дисциплинарно организованная структура наука прошла 5 этапов развития:

1. Подростковый этап – с момента появления университетов. сер 12в.-до 15в включительно.

2. Романтический этап 16-17 вв. Смысл названия – вера, что наука способна избавить человечество от всех проблем(т.к. знание-главная сила). Особенности этапа: 1) появление академий как особых институциональных форм организации научного знания. Цель создания академий – развитие экспериментального знания. 2)легитимизация науки – признание и поддержка государства. 3)разрыв экспериментально математического знания со средневековой текстовой схоластической моделью познания. 4)наука все больше отдаляется от спекулятивной натур философии, авторитет уже не Аристотель, а опыт. 5)идеал ученого – энциклопедист.

3. Классический период (18 в-первая половина 19вв) 1)превращение науки в идеологию, научное знание вытеснило церковное и стало считаться панацеей от всех бед. Были оформлены такие рациональные теории как: деизм (утверждение, что Бог и мир существуют отдельно друг от друга); теория гражданского общества, общественного договора, разумного эгоизма. 2)происходит оформление научных дисциплин и научная специализация. 3)наука переходит от собирания фактов и их описания к созданию фундаментальных теорий. Происходит сведение науки и производства, возникают технические высшие учебные заведения (1794, Парижская политехническая школа; 1809 г. в России «Корпус инженеров путей и сообщений»).

4) Постклассический период 2-я половина 19в–1-я половина 20вв. 1)Сращение науки и производства, связано с развитием капитализма. 2)профессионализация научной деятельности: из науки устраняются любители. 3)формируется концепция ценностей нейтральности научного знания: ученый считает себя не имеющим этической ответственности за результат применения его изобретений/открытий и т.п.

5) «Этап большой науки» середина 20в до сегод дня. 1)огосударствление науки: государство планирует научную работу, финансирует, определяет ее цели и средства, участвует в формировании престижа научной деятельности (построили селиконовую долину, задействовали 150тыс. чел. для изобретения США ядерного оружия). 2)происходит научно-техническая революция т.е. наука превращается в решающую производит силу. 3)принятие наукой бремени этической ответственности перед обществом.

В XIX в. диалектические идеи проникают в геологию и биологию: на смену теории катастрофизма пришла идея геологического эволюционизма (Ч. Лайель – доказал, что для объяснения изменений достаточно допустить длительный срок существования Земли). Ч.Дарвин – виды животных, растений с их целесообразной организацией возникли в результате отбора и накопления качеств, полезных для организмов в борьбе за существование в данных условиях. Г. Менделем дал объяснение изменчивости и наследственности свойств организмов, что положило начало генетике, выделил свойство генов – дискретность, сформулировал принцип независимости комбинирования генов при скрещивании. В 30-х г. XIX в. ботаником Шлейденом и биологом Шванном была создана клеточная теория строения растений и живых организмов. Вплотную подходит к открытию закона сохранения и превращения энергии немецкий врач Майер, показавший, что химическая, тепловая и механическая энергии могут превращаться друг в друга и являются равноценными. Д. Джоуль продемонстрировал, что при затрате механической силы получается эквивалентное количество теплоты. Датский инженер Кольдинг опытным путем установил отношение между работой и теплотой, физик Гельмгольц доказал невозможность вечного двигателя. В химии – открытие периодического закона химических элементов Менделеевым. Эволюционные идеи, нашедшие отражение в биологии, геологии подрывали механическую картину мира. Этому способствовали и исследования в физики: открытие Кулоном закона притяжения электрических зарядов с противоположными знаками, введение Фарадеем понятия электромагнитного поля, создание Максвеллом математической теории электромагнитного поля, что привело к созданию электромагнитной картины мира. Одновременно развиваются социально-гуманитарные науки. Марксом создается экономическая теория, на ее основе Зиммель формулирует философию денег. Возникновение социально-гуманитарных наук завершило формирование науки как системы дисциплин, охватывающих все основные сферы мироздания: природу, общество, человеческий дух. Наука приобрела черты универсальности, специализации, междисциплинарных связей. Экспансия науки на все новые предметные области, расширяющееся технологическое и социально-регулятивное применение научных знаний, сопровождались изменением институционального статуса науки. Дальнейшее развитие науки вносит существенные отклонения от классических ее канонов.

В период с XVIII — до первой половины XIX вв. происходит резкий рост профессионализации ученых: они становятся теперь специалистами не только отдельных наук, но часто даже узких областей таких наук. Одновременно с этим меняется сам характер коммуникации между учеными. На место личной переписки приходят первые научные журналы, издаваемые часто на национальных языках, на страницах которых ученые получают возможность сообщать о своих новых результатах исследований, обмениваться мнениями и обсуждать возникшие проблемы своей науки.

С развитием производства, переходом к машинной индустрии возникают технические и социально-гуманитарные науки. Сначала для изобретения и создания технических устройств используются открытия естествознания, которые соответствующим образом приспосабливаются к потребностям техники. Типичным примером может служить создание маятниковых часов X. Гюйгенсом на основе использования законов колебания механики.

Постепенно, однако, выясняется, что для успешного совершенствования технологических процессов необходимо создавать свои специфические теории. Если раньше открытия в науке использовались спорадически, то уже в первой половине XIX века, как отмечал К. Маркс, «научный фактор впервые сознательно и широко развивается, применяется в таких масштабах, о которых предшествующие эпохи не имели никакого понятия».

Становление технических наук на первых порах стимулировалось развитием естествознанием, хотя потребность в таких науках все настойчивее выдвигалась растущим индустриальным производством, которое нуждалось в новых типах и видах разнообразных машин и технических устройств. В связи с этим в самих технических науках появляются самостоятельным теоретические и прикладные дисциплины. Если такие теоретические дисциплины были направлены на создание перспективной техники и новых методов управления технологическими процессами, то основная задача прикладных технических наук состояла в доведении вновь созданных машин и устройств до производства. В дальнейшем непосредственные задачи доводки новых машин осуществляли представители более массовой профессии — инженеры.

Возникновение самостоятельных технических наук и инженерных дисциплин не отдалило их от естествознания и других теоретических дисциплин. Напротив, эта связь еще больше усилилась и приобрела систематический и многообразный характер. Взаимосвязь и взаимодействие естествознания и техники оказывается необходимой и благотворной для этих двух групп наук. Технические науки опираются на объективные законы естественной природы, чтобы создавать искусственную природу для овладения веществами и силами природы.

Одновременно со становлением технического знания происходило формирование социально-экономических наук. Развитие производства и усиление товарно-денежных отношений в странах Западной Европы способствовало поискам тех факторов хозяйства, от которых зависит богатство нации.

На эмперическом уровне преобладает живое содержание, чувственное познание,поэтому исследуемый объект отражается преимущественно со стороны своих внешних связей и проявлений. Оно использует приемы: описания,сравнения,измерения,наблюдения, эксперемент,анализ и индукция.

Важнейшим элементом является ФАКТ. Понятие ФАКТ используется в следующих значениях:

1) некоторые объекты действительности(объективность, события, результаты,относящиеся либо к объективной реальности, т.е.факту действительности,либо к сфере знания и познания, т.е факты сознания.

2) знания о каком-либо событии (явлении), достоверность которого доказана.

3) предложение фиксирующее эмперическое знание,полученное в ходе наблюдения и эксперемента

Факт становится научным фактом, когда он включается в структуру конкретной системы научного знания.

2 крайние позиции:

– фактуализм – подчеркивает независимостьи автономность фактов по отношению к теории;

– теоретизм – факты полностью зависят от теории и при смене теории происходит изменение всего фактического основания науки.

В научном познании факты играют следующую роль:

1) совокупность фактов образует эмперическую основу для выдвижения гипотез и перестроения теорий;

2) факты имеют решающее значение,подтверждения илиопровержения теорий.

Т.о. эмперический опыт планируется теорией и поэтому исходный пункт научного исследования – это определенная теоретическая схема.

Теоретический уровень познания характеризуется преобладанием рационального момента. Оно отражает явления и процессы со стороны внутренних связей и закономнрностей, которые постягаются с помощью рациональной обработки данных эмперического знания. Главная задача – достижение объективной истины.

На теоретическом уровне используются следующие способы:

– абстрагирование;

– идеализация;

– синтез;

– дедукция;

– восхождение от абстрактного к конкретному.

Характерной чертой является его направленность на себя: исследование сомого процесса,познание его формы, методов понитийного аппарата. В структуре теоретического познания выделяют: проблему, гипотезу и теорию.

Проблема формы точки зрения, содержаем которого является то что неопознанно человеком. При постановке решения научных проблем необходимо следующее:

1. определенная система понятий.

2. система методов.

3. опора на научные традиции.

С точки зрения К. Поппера проблемы возникают:

1) как следствие противоречий в отдельные теории;

2) при столкновении 2х различных теорий;

3) в результате стокновения теории с наблюдениями.

Определющее влияние на способ постановки и решения проблем имеет:

1) характер мышления той эпохи, в которой формируется проблема;

2) уровень знания о тех объетах , которых касается возникающая проблема.

Гипотеза – форма точки зрения,содержащая предположения, сформированная на основе рядов фактров, истинное значение которого неоперделено и нуждается в доказательстве.

В ходе докаызвания гипотеза становится теорией и либо уточняется, либо отбрасывается.

По отношению гипотезы к опыту можно выделить:

1) гипотезы,возникающие непосредственно дляобъяснения опыта.

2) гипотезы, в формировании которых, опыт играет определенную,но не исключительную роль

3) гипотезы,которые возникают на онове теоретических построений.

Значения гипотезы:

– форма точки зрения

– метод развития научного знания

Как форма точки зрения гипотеза должна отвечать следующим условиям:

1) должна соответствовать установленным в науке законам;

2) согласовываться с фактическим материалом, на основании которых она выдвинута;

3) она не должна содержать в себе противоречий,которые запрещаются законами формальной логики;

4) она не должна содержать произвольных субъективистских допущений;

5) она должнабыть приложима к более широкому классу исследуемых родственных объектов,а не толькок тем,для объявления которых она была выдвинута.

6) должна допускать возможность ее подтверждения или опровержения, как прямого, так и косвенного.

При всех различиях эмпирический и теоретический уровни познания взаимосвязаны, граница между ними подвижна. Недопустимо абсолютизировать один из этих уровней в ущерб другому. Эмпирическое исследование, выявляя с помощью наблюдений и экспериментов новые данные, стимулирует теоретическое познание, ставит новые более сложные задачи. С дугой стороны теоретическое познание открывает более широкие горизонты для эмпирического познания. В процессе научного познания недопустимо разрушение единства теории и практики.
25 Проблема и гипотеза как формы научного познания

К числу основных структурных компонентов теоретического познания относятся проблема, гипотеза, теория и закон, выступающие вместе с тем как формы, «узловые моменты» построения и развития знания на теоретическом его уровне.

Проблема – это вопрос, ответ на который нельзя получить на основании существующих знаний. Это знание о незнании. Это противоречие между старым и новым знанием: между новыми и старыми теоретическими представлениями, новыми фактами и существующими теориями.

Очень важно в процессе исследования точно сформулировать проблему. Эффективность этой процедуры, помимо личного опыта, зависит от уровня теоретической зрелости той или иной отрасли науки, состояния ее эмпирической и экспериментальной базы.

Постановка проблемы: 1. Попытка устранения возникших аномалий с помощью модификации существующих теорий – уточняются начальные и граничные условия, добавляются новые допущения с цель. объяснить возникшие аномалии уже существующим знанием. 2. После этого осуществляется проверка на правильность самой формулировки проблемы: она не должна быть противоречивой, тавтологичной. 3 Затем из проблемы выводятся логические следствия, допускающие эмпирическую интерпретацию. 4. На четкость постановки проблемы влияет такое субъективное состояние как интерес к решаемой проблеме со стороны субъекта познания.

Стадия решения проблемы начинается с понимания проблемы: отделения известного и неизвестного в проблеме, выделения таких элементов проблемы, которые являются непосредственным носителем аномалий, противоречий. Затем ставится задача ликвидации неизвестного в проблеме, с этой целью выдвигается гипотеза.

Гипотеза – это предполагаемый ответ на поставленный вопрос, это вероятностное предположение о свойствах объективной реальности. Поэтому надо отличать гипотезу от догадки, допущения, домысла. В современной методологии термин «гипотеза» употребляется в двух основных значениях: а) форма теоретического знания, характеризующаяся проблематичностью и недостоверностью; б) метод развития научного знания. Как форма теоретического знания гипотеза должна отвечать некоторым общим условиям, которые необходимы для ее возникновения и обоснования и которые нужно соблюдать при построении любой научной гипотезы вне зависимости от отрасли научного знания. Такими непременными условиями являются следующие:

1. Выделяемая гипотеза должна соответствовать установленным в науке законам. Например, ни одна гипотеза не может быть плодотворной, если она противоречит закону сохранения и превращения энергии. Гипотеза должна быть согласована с фактическим материа- лом, на базе которого и для объяснения которого она выдвинута. Иначе говоря, она должна объяснить все имеющиеся достоверные факты. Но если какой-либо факт не объясняется данной гипотезой, последнюю не следует сразу отбрасывать, а нужно более внимательно изучить прежде всего сам факт, искать новые — более лучшие и достоверные факты.

3. Гипотеза не должка содержать в себе противоречий, которые запрещаются законами формальной логики. Но противоречия, являющиеся отражением объективньа противоречий, не только допустимы, но и необходимы в гипотезе.

4. Гипотеза должны быть простой, не содержать ничего лишнего, чисто субъективистского, никаких произвольных допущений, не вытекающих из необходимости познания объекта таким, каков он в действительности. Но это условие не отменяет активности субъекта в выдвижении гипотез.

5. Гипотеза должна быть приложймой к более широкому классу исследуемых родственных объектов, а не только к тем, для объяснения которых она специально была выдвинута.

6. Гипотеза должка допускать возможность ее подтверждения или опровержения; либо прямо — непосредственное наблюдение тех явлений, существование которых предполагается данной гипотезой; либо косвенно — путем выведения следствий из гипотезы и их последующей опытной проверки. Однако второй способ сам по себе не позволяет установить истинность гипотезы в целом, он только повышает ее вероятность. Развитие научной гипотезы может происходить в трех основных направлениях. Во-первых, уточнение, конкретизация гипотезы в ее собственных рамках. Во-вторых, самоотрицание гипотезы, выдвижение и обоснование новой гипотезы. В этом случае происходит не усовершенствование старой системы знаний, а ее качественное изменение. В-третьих, превращение гипотезы как системы вероятного знания — подтвержденной опытом — в достоверную систему знания, т. е. в научную теорию.

К формулировке гипотезы также предъявляются определенные требования: гипотезы должны иметь минимум исходных посылок (при этом они должны быть глубокими и содержательными), максимум дедуктивных следствий.

Сразу же после выдвижения гипотезы предпринимаются попытки ее доказательства или опровержения. Если гипотеза не опровергается данными наблюдений и экспериментов, то она нуждается в дальнейшей разработке и проверке.

Гипотезы подразделяются: на эмпирические, получаемые с помощью обобщения фактов; аксиоматические (постулаты); эволюционные (не вносящих кардинальных положений в науку; революционные (устанавливают новые фундаментальные положения).

Научно обоснованная гипотеза должна отвечать ряду требований: она должна соответствовать фундаментальным исходным законам и принципам, которые уже доказаны; гипотеза должна быть доступна эмпирической проверке. После своего выдвижения гипотеза может быть:

1)подтверждена и превращается в теорию; 2) не подтверждена и остается в истории науки как псевдогипотеза. 3) ни подтверждена, ни опровергнута, она есть большой вопросительный знак.

После того как гипотезы выдвинуты, необходимо решить, какими методами осуществлять дальнейшее познание.

Теория — наиболее сложная и развитая форма научного знания, дающая целостное отображение закономерных и существенных связей определенной области действительности. Примерами этой формы знания являются классическая механика Ньютона, эволюционная теория Ч. Дарвина, теория относительности А. Эйнштейна, теория самоорганизующихся целостных систем (синергетика) и др. Любая теоретическая система, как показал К. Поппер, должна удовлетворять двум основным требованиям: а) непротиворечивости (т. е. не нарушать соответствующий закон формальной логики) и фальсифицируемости – опровержимости, б) опытной экспериментальной проверяемости.

В современной методологии науки выделяют следующие основные компоненты, элементы теории: 1. Исходные основания — фундаментальные понятия, принципы, законы, уравнения, аксиомы и т. п. 2. Идеализированные объекты — абстрактные модели существенных свойств и связей изучаемых предметов (например, «абсолютно черное тело», «идеальный газ» и т. п.). 3. Логика теории совокупность определенных правил и способов доказательства, нацеленных на прояснение структуры и изменения знания. 4. Философские установки и ценностные факторы. 5. Совокупность законов и утверждений, выведенных в качестве следствий из основоположений данной теории в соответствии с конкретными принципами.

Говоря о целях и путях теоретического исследования вообще, А. Эйнштейн отмечал, что «теория преследует две цели: 1. Охватить по возможности все явления в их взаимосвязи (полнота). 2. Добиваться этого, взяв за основу как можно меньше логически взаимно связанных логических понятий и произвольно установленных соотношений между ними (основных законов и аксиом).

Многообразию форм идеализации и соответственно типов иде-ализированных объектов соответствует и многообразие видов (типов) теорий, которые могут быть классифицированы по разным основаниям (критериям). В зависимости от этого могут быть вы-делены теории: описательные, математические, дедуктивные и индуктивные, фундаментальные и прикладные, формальные и содержательные, «открытые» и «закрытые», объясняющие и опи-сывающие (феноменологические), физические, химические, со-циологические, психологические и т. д.

Таким образом, теория (независимо от своего muna ) следующие основные особенности:

1. Теория — это не отдельно взятые достоверные научные поло-жения, а их совокупность, целостная органическая развиваю-щаяся система. Объединение знания в теорию производится прежде всего самим предметом исследования, его закономер-ностями.

2. Не всякая совокупность положений об изучаемом предмете является теорией. Чтобы превратиться в теорию, знание должно достигнуть в своем развитии определенной степени зрелости. А именно — когда просто описывает определенную совокупность фактов, но и объясняет их, т. е. когда знание вскрывает причины и закономерности явлений.

3. Для теории обязательным является обоснование, доказательство входящих в нее положений: если нет обоснований, нет и теории.

4. Теоретическое знание должно стремиться к объяснению как можно более широкого круга явлений, к непрерывному углублению знаний о них.

5. Характер теории определяется степенью обоснованности ее определяющего начала, отражающего фундаментальную закономерность данного предмета.

6. Структура научных теорий содержательно «определена системной организацией идеализированных (абстрактных) объектов (теоретических конструктов). Высказывания теоретического языка непосредственно формулируются относительно теоретических конструктов и лишь опосредованно, благодаря их отношениям к внеязыковой реальности, описывают эту ре-альность».

7. Теория — это не только готовое, ставшее знание, но и процесс его получения; поэтому она не является «голым результатом»,а должна рассматриваться вместе со своим возникновением и развитием.

К числу основных функций теории можно отнести следующие:

1. Синтетическая функция — объединение отдельных достовер-ных знаний в единую, целостную систему.

2. Объяснительная функция — выявление причинных и иных за-висимостей, многообразия связей данного явления, его суще-ственных характеристик, законов его происхождения и развития, и т. п.

3. Методологическая функция — на базе теории формулируются многообразные методы, способы и приемы исследовательской деятельности. “

4. Предсказательная — функция предвидения. На основании те-оретических представлений о «наличном» состоянии известных явлений делаются выводы о существовании неизвестны ранее фактов, объектов или их свойств, связей между явлениями и т. д. Предсказание о будущем состоянии явлений (в отличие от тех, которые существуют, но пока не выявлены) называют научным предвидением.

5. Практическая функция. Конечное предназначение любой тео-рии — быть воплощенной в практику, быть «руководством к действию» по изменению реальной действительности.

В структуру основания науки входят:

1) Идеалы, нормы и критерии научного исследования;

2) Научная картина мира;

3) Философские основания науки.

Идеалы науки выражают ценностные ориентации научного познания. Так, например, для древних греков идеалом научности было достоверное доказательное знание.

Идеалом естествознания 17-18 вв была достоверная истинность научных законов и особая надежность методов науки.

В конце 19-начале 20вв формируются неклассические идеалы научности, учитывающие относительный характер научных истин, их зависимость от уровня развития практики и культуры.

Во второй половине 20 в формируется постнеклассический идеал научности. Он основывается на принципах взаимодействия, взаимопревращения, эволюции и самоорганизации разнообразных материальных систем. На основе научного идеала фомируются определенные нормы, критерии требования научного исследования и обоснование его результатов. Так, например, обязательным для всей теории научных знаний является критерий непротиворечивости. Для наук, имеющих дело с определенными фактами в виде результатов конкретных наблюдений , экспериментов или данных практики, необходимым является требование принципиальной проверяемости. Идеалы и нормы научного исследования непосредственно связаны с основными функциями науки, которые состоят:

1) В систематизации и организации научного знания;

2) В описании и объяснении существующих фактов;

3) В предсказании новых фактов;

4) В обосновании и доказательстве полученного научного знания.

Т.о. научное знание (в отличие от обыденного и стихийно-эмперического) характеризуется особой организованностью и систематичностью. Идеалом систематизации является аксиоматический метод в математике и гипотетико-дедуктивный метод в естествознании и в других опытных науках.

Другими формами организации и систематизации научного знания являются:

1) Принцип простоты, благодаря которому можно выделить наиболее общие предпосылки существующего научного знания;

2) Принцип точности, предполагающий выражение результатов исследования в точной количественной, математической форме;

3) Принцип выявления минимального числа допущений при построении теории;

4) Принцип приемственности в развитии и организации научного знания.

Также важнейшими идеалами научного объяснения служат адекватность и объективность полученных результатов. Адекватность объяснения достигается с помощью логических, эмперических и методологических норм исследования. Логические нормы требуют, чтобы объясняемый факт был:

1) Логическим следствием объясняющего его закона или обобщением;

2) Логическим следствием тех начальных условий, которые относятся к объясняемому факту.

Эмперические нормы требуют, чтобы все посылки объяснения были истинными. Методологические нормы обеспечивают возможность независимой проверки.

Научная картина мира исследует связь научных теорий с реальным бытием. Научная картина мира в своем развитии проходит следующие этапы:

1) Стихийно-эмперическая картина мира- на ее основе возникают мифологическая и натурфилософская картина;

2) В 17-18 вв возникает естественно-научная картина мира, выполняющая следующие функции:

Устанавливает связь между научным знанием и предметом своего исследования;

Обеспечивает систематизацию научных знаний;

Предлагает определенные исследовательские программы.

В структуре научной картины мира можно выделить ее базовые основания, систему законов и теорий, с помощью которых объясняются те или иные явления, и систему гипотез, которые формируются на стыке различных теорий.

Формирование научного знания связано с определенными научными предпосылками. Несмотря на усилия позитивистов, которые считали, что к началу 19 в философия исчерпала свой познавательный потенциал и ее место должна занять другая наука, связь между философскими системами и формированием научной картины мира признавали все выдающиеся ученые 19-20 вв.

Связь философии и науки- это связь частного и всеобщего. Задача философии заключается в обосновании цели и системы ценностей, в то время как роль науки состоит в достижении этой цели и реализации сформированной системы ценностей. Изучение философии позволяет ученому выйти за рамки существующей народной парадигмы и т.о. обнаружить перспективы развития своей деятельности.
28. Понятие метода и методологии. Классификация методов. Основные принципы диалектического метода

Метод — в самом широком смысле слова — «путь к чему-либо», способ деятельности субъекта в любой ее форме. Понятие «методология» имеет два основных значения: система определенных способов и приемов, применяемых в той или иной сфере деятельности; учение об этой системе, общая теория метода, теория в действии. Основная функция метода — внутренняя организация и регулирование процесса познания или практического преобразования того или иного объекта. Поэтому метод сводится к совокупности определенных правил, приемов, способов, норм познания. Истинный метод служит своеобразным компасом, по которому субъект познания прокладывает свой путь, позволяет избегать ошибок.

Главное предназначение любого метода — на основе соответствующих принципов обеспечить успешное решение определенных познавательных и практических проблем, приращение знания, оптимальное функционирование и развитие тех или иных объектов.

Любой научный метод разрабатывается на основе определенной теории, которая тем самым выступает его необходимой предпосылкой.

Методы научного познания могут быть разделены на следующие основные группы.

I. Философские методы, среди которых наиболее древними являются диалектический и метафизический. По существу каждая философская концепция имеет методологическую функцию, является своеобразным способом мыслительной деятельности.

Философские методы задают лишь самые общие регулятивы исследования, его генераль-ную стратегию, но не заменяют специальные методы и не определяют окончательный результат познания прямо и непосредственно.

Но это не означает, что философские методы вовсе не нужны. Как свидетельствует история познания, «ошибка на высших этажах познания может завести целую программу исследования в тупик.

Все возрастающую роль в современном научном познании играет диалектико-материалистическая методология. Она реально функционирует не в виде жесткой и однозначной совокупности норм, и приемов, а в качестве диалектической и гибкой системы всеобщих принципов и регулирования человеческой деятельности.

1. Объективность – основан на признании действительности в ее реальных закономерностях и всеобщих формах.

2. Всесторонность философский, диалектический принцип познания и иных форм деятельности, выражающий всеобщую связь всех явлений действительности. Принцип всесторонности наиболее тесно связан с философским принципом конкретности и общенаучным принципом системности.

3. Конкретное (конкретность) философская категория, выражающая вещь или систему взаимосвязанных вещей в совокупности всех своих сторон и связей, которая отражается как чувственно-конкретное (на эмпирическом этапе) или как мысленно-конкретное (на теоретическом этапе). На основе этой категории развертывается диалектический принцип конкретности. 4.Историзм — философский, диалектический принцип, являющийся методологическим выражением саморазвития действительности в плане его направленности по оси времени в виде целостного непрерывного единства таких состояний (временных периодов), как прошлое, настоящее и будущее.

5. Противоречия принцип—диалектический принцип, имеющий основой реальные противоречия вещей. Диалектические противоречия в мышлении, отражающие реальные противоречия, необходимо отличать от так называемых «логических» противоречий, которые выражают путаницу и непоследовательность мысли и запрещены законами формальной логики.

П. Общенаучные подходы и методы исследования, которые получили широкое развитие и применение в современной науке. Они выступают в качестве своеобразной «промежуточной методологии» между философией и фундаментальными теоретико-методологическими положениями специальных наук. К общенаучным понятиям чаще всего относят такие понятия, как «информация», «модель», «структура», «функция», «система», «элемент», «оптимальность», «вероятность» и др.

Если философские категории воплощают в себе предельно возможную степень общности — конкретно-всеобщее, то для общенаучных понятий присуще большей частью абстрактно-общее (одинаковое), что и позволяет выразить их абстрактно-формальными средствами. На основе общенаучных понятий и концепций формулируются соответствующие методы и принципы познания, которые и обеспечивают связь и оптимальное взаимодействие философии со специально-научным знанием и его методами.

Общенаучными методами, применяемыми как на эмпирическом, так и на теоретическом уровнях познания, являются такие методы как: анализ и синтез, аналогия и моделирование.

Анализ – это прием мышления, связанный с разложением изучаемого объекта на составные части, стороны, тенденции развития и способы функционирования с целью их относительно самостоятельного изучения.

Синтез раскрывает место и роль каждого элемента в системе целого, устанавливает их взаимосвязь, то есть позволяет понять то общее, что связывает части воедино. Анализ и синтез находятся в единстве.

Аналогия – это “правдоподобное вероятное заключение о сходстве двух предметов в каком-либо признаке на основании установленного их сходства в других признаках”

Моделирование – это “метод исследования, при котором интересующий исследователя объект замещается другим объектом, находящимся в отношении подобия к первому объектую

Методы научного познания, на каких бы уровнях не находились, тесно взаимосвязаны.

Современная наука — очень сложный и динамичный фактор общественного развития. Наука делает открытия, рождает новые гипотезы и теории, совершенствует методы и технологии. Наука направлена на глубинное постижение объективного мира, поэтому важной мировоззренческой ориентацией остается стремление к созданию единой общенаучной картины мира, включающей в себя противоречивое объяснение многообразных явлений действительности, в том числе и паранаучных.

Для мировоззренческих ориентации современной, постнеклассической стадии науки характерно упразднение ее социокультурной автономии и принятие идеи социокультурной обусловленности науки. Идеалом постнеклассической стадии науки является междисциплинарный подход синергетики, объединяющий строгие математические и физические модели постижения действительности с наукой об обществе. Мир предстает как неравновесная, динамическая, сложнорегулируемая система, во многом зависимая от деятельности человечества. Это предполагает и нацеливает, на учет феномена обратной связи и особой роли активности субъекта в познании. Современная наука демонстрирует несводимость состояния целого к сумме состояний его частей. Причинность мыслится как система вероятностных взаимодействий, а случай определяется как «Его Величество случай». Современная наука ведет к переосмыслению значения эксперимента как многократно повторяющего серии одних и тех же результатов. Необратимость процессов развития не обеспечивает возможности воссоздания начальных состояний системы до ее участия в эксперименте. Особую роль приобретает экспериментирование при помощи ЭВМ Формируютс мировоззренческие установки, связанной с требованием личностной социокультурной направленности научного познания. В определении приоритетов научного исследования огромное место принадлежит экономическим и социально-политическим целям и задачам. Мировоззренческие ориентации, рожденные современной наукой, не отличаются простотой и однозначностью, они нацелены на динамичное восприятие мира. Утвердившаяся в науке концепция глобального эволюционизма предписывает воспринимать действительность и с точки зрения системности, и с точки зрения эволюционирования объектов любого рода. Универсальность процессов эволюции распространяется на огромное многообразие процессов, происходящих в окружающем мире, начиная от неорганической материи и кончая органическими и социальными системами.

Совокупные достижения современной науки внедряют в мировоззрение людей идею необратимости, нелинейности развития, идею альтернативности, вариабельности и сценарного подхода. Механизм бифуркации, т. е. неединственности продолжения развития, сочетается с принципом саморегуляции.

Сформировавшаяся в Западной Европе в XV—XVII вв. цивилизация относится к типу техногенной, так как развивается на основе быстрой смены технологий и научно-технических новаций. С особой силой заявляют о себе научно-технические революции. В социальном плане техногенные цивилизации способствуют становлению правовых форм государства и демократического правления, а также возникновению гражданского общества. Для техногенных цивилизаций характерна определенного рода экспансия и стремление оказать доминирующее влияние на традиционные общества. Научно-технический взгляд на мир, усиление рационалистических приоритетов, направленность на активное преобразование мира являются значимыми характеристиками техногенной цивилизации.

Сциентизм и антисциентизм

Культ науки в XX в. привел к попыткам провозглашения ее как высшей ценности развития человеческой цивилизации. Сциентизм , считая науку культурно-мировоззренческим образцом, в глазах своих сторонников предстал как идеология «чистой, ценностно-нейтральной большой науки». Он предписывал ориентироваться на методы естественных и технических наук, а критерии научности распространять на все виды человеческого освоения мира, на все типы знания и человеческое общение в том числе. Одновременно со сциентизмом возникла его антитеза — антисциеятнзм, провозглашавший прямо противоположные установки. Он весьма пессимистически относился к возможностям науки и исходил из негативных последствий НТР. Антисциентизм требовал ограничения экспансии науки и возврата к традиционным ценностям и способам деятельности. Сциентизм и антисцнентизм представляют собой две остро конфликтующие ориентации в современном мире. К сторонникам сциентизма относятся все те, кто приветствует достижения НТР, модернизацию быта и досуга, кто верит в безграничные возможности науки и, в частности, в то, что ей по силам решить все острые проблемы человеческого существования. Наука оказывается высшей ценностью, и сциентисты с воодушевлением и оптимизмом приветствуют все новые и новые свидетельства технического подъема.

Антисциентисты видят сугубо отрицательные последствия научно-технической революции, их пессимистические настроения усиливаются по мере краха всех возлагаемых на науку надежд в решении экономических и социально-политических проблем. Те перегрузки и перенапряжения, которые выпадают на долю современного человека, говорят о ненормальности самого общества, его глубоко болезненном состоянии.

Наука — неоспоримый факт, нужный человеку. Но в ценности и нужности научности можно сомневаться.

Этика науки — изучает нравственные основы научной деятельности, совокупность ценностных принципов, принятых в научном сообществе, и концентрирует в себе социальный и гуманистический аспекты науки. По определению американского социолога науки Мертона, этос науки — это эмоционально, окрашенный комплекс правил, предписаний и обычаев, верований, ценностей, которые считаются обязательными для ученого. Современный мир — это во многом технологизированное пространство, в котором сущность человека также проявляет тенденции к технизации. Человек окружает себя предметами техники, они составляют его досуг и образ жизни. Даже проявление творческих способностей современного человека также происходит с учетом законов окружающей техносреды. Возникает противоречие между этическими нормами и необходимостью технического бытия человека, которое ведет за собой обширный класс этических проблем мира искусственного. Значительное расширение технических возможностей общества сопровождается тем, что в ряде исследований объектом становится сам человек, это в свою очередь создает определенную угрозу его здоровью и существованию. Физики-ядерщики были первыми, кто столкнулся проблемами подобного рода. Сейчас эти риски и угрозы затрагивают и область молекулярной биологии, генетики, медицины, психологии и пр. Многообразие этических проблем в наиболее общем виде подразделяется на этические проблемы физики, биологии, генетики, техники. Особое место занимают проблемы этики ученого.

Наиболее важным в сфере этики ученого мира является проблема авторства научных открытий, проблема плагиата, фальсификации научных открытий. Научное сообщество отторгает исследователей, занимающихся плагиатом, прерывает с ними всяческие научные контакты, отказывается от совместной работы. Для исследований, претендующих на научный статус, строго обязателен институт ссылок, благодаря которому фиксируется авторство тех или иных идей. Институт ссылок — это «академическая составляющая науки». Кроме того, этот институт обеспечивает селекцию того нового, которое свидетельствует о росте научного знания. В противном случае наука будет топтаться на месте, осуществлять бесконечные повторы. Особое значение имеет проблема одержимости ученого, когда он при интенсивных занятиях научной деятельностью отрывается от реального мира и превращается в подобие робота. Очень часто ученые тяготеют к значительному преувеличению своего личного вклада по сравнению с деятельностью своих коллег. Это порождает массу проблем, обнаруживаемых в проведении научной полемики, и влечет за собой нарушение научной корректности и научной этики.

Этические проблемы, которые были порождены областью ядерной физики, стали очевидными в силу открытия в 1938 г. расщепления атома урана, которое сопровождалось выделением огромного количества энергии. Энергия атомного ядра поставила на повестку дня вопрос о своем практическом применении, до того как было понятно ее губительное воздействие на организм человека.

На стыке биологии и медицины возникли проблемы биоэтики. Они имеют выходы на Практику здравоохранения и правительственные программы. Ряд проблем вызван отношением к пациенту только как к объекту исследования или медицинской практики. К проблемной сфере относят взаимоотношения «врач—пациент». В условиях возрастающей формализации обязанностей врача пациент предстает в роли носителя определенного заболевания, лишаясь всей полноты своих индивидуальных и социальных качеств. Пришедшая на смену патерналистской модели модель автономной ценности пациента позволяет врачу самостоятельно принимать решения за него и даже не информировать о его состоянии и перспективах лечения.

Особое место занимают этические проблемы, исходящие из увеличения технизации медицины и появления принципиально новых медицинских технологий и препаратов, которые расширяют возможности воздействия на человека. В настоящее время идет процесс выработки основных критериев, допускающих экспериментирование на человеке. Современная биомедицина расширяет технологические возможности контроля и вмешательства в естественные проблемы зарождения, протекания и завершения человеческой жизни. Возникает реальная опасность разрушения исходной биогенетической основы, угроза человеческому естеству, его телесности, функционирование которой сложилась в ходе продолжительной эволюции.

Стрессовые нагрузки, канцерогены, засорение окружающей среды серьезно трансформируют человека и разрушают его здоровье, ухудшают генофонд. Этические проблемы касаются и самого субъекта ответственности. Актуальной должна стать практика этической экспертизы. Особые проблемы вызывает связь науки и бизнеса, которая ведет к коммерциализации всех сфер взаимодействия: и в области врач—пациент, и в области трансплантации органов, и в области лекарственных препаратов и технологических новаций.

Генная инженерия за весьма непродолжительный период оказалась на передовой научно-экспериментальных исследований мира живого. Сейчас она дает возможность вмешиваться в генетический код человека и изменять его. Этот путь мыслится как позитивный в случаях лечения ряда наследственных болезней. Однако возникает опасность соблазна планомерного совершенствования человеческой природы с целью все большей его адаптации к нагрузкам современной искусственно созданной техносферы. Опасность состоит в том, что организмы, участвующие в генетических экспериментах, могут обмениваться генетической информацией с прочими особями. Результаты подобных взаимодействий могут привести к неконтролируемым мутациям, ранее не встречавшимся генетическим качествам.

Этическое регулирование науки, появление высокого уровня этической культуры, оцениваемые сегодня как жизненная необходимость, являются важной предпосылкой будущего развития науки. Это будет способствовать обеспечению качества ее моральности. Ученый должен проникнуться сознанием своей ответственности за судьбу человечества.

Другой животрепещущей проблемой современности является технология клонирования. В общем смысле клонированием может быть назван процесс, предполагающий создание существа, генетически тождественноо родительским. Изучение технологии клонирования началось в 60-е гг. XX в. Медицинский аспект клонирования, предполагающий производство подверженных деформации органов и тканей, столь необходимых в хирургии и травматологии влечет за собой проблему организации производства такого рода материала, поскольку донорами в любом случае должны стать живые люди. А это, в свою очередь, может привести к социально негативным последствиям и криминальному бизнесу.

Чистота эксперимента клонирования в условиях резко обострившихся глобальных проблем современности (радиация, острая экологическая проблема, многообразные вредоносные внешние факторы, воздействующие на организм, угроза уничтожения самого человечества) под большим сомнением. Такого рода экспериментирование, пусть даже под грифом «секретно», может привести к незапланированным мутациям, исход которых будет непредсказуем. Поэтому весьма маловероятно, чтобы клонирование давало точные копии отобранных образцов.

Слово «статистика» (від лат. status — стан речей) означає кількісний облік масових, насамперед соціально-економічних, явищ і процесів. Статистикою називають також науку, яка об’єднує принципи та методи роботи з масовими числовими даними — кількісними характеристиками зазначених явищ і процесів.

Історично розвиток статистики пов’язаний з утворенням держав. Уже в країнах Стародавнього світу склалися системи державного та адміністративного обліку. Про це свідчить, зокрема, і Біблія, де у Четвертій книзі Мойсея «Числа» розповідається про облік чоловічого населення, здатного носити зброю. Середньовіччя залишило унікальну пам’ятку — «Книгу страшного суду», в якій зведено дані перепису населення Англії та його майна. Поступово збирання даних про масові суспільні явища ставало регулярним.

Розвиток бухгалтерського обліку та первинної реєстрації фактів, нагромадження масових даних і необхідність їх узагальнення, підвищення попиту на інформацію — ось ті чинники, що сприяли формуванню статистики як науки. З розвитком математики, передусім теорії ймовірностей, удосконалювалися методи статистичного аналізу і розширювалась сфера їх використання. У XX ст. статистичні методи почали застосовуватися майже в усіх галузях знань. Сьогодні статистику використовують, вивчаючи життєвий рівень населення та громадську думку, оцінюючи підприємницькі та фінансові ризики, у маркетингових дослідженнях, страхуванні тощо.

Статистика — багатогалузева наука. Вона складається з окремих самостійних розділів, які водночас тісно пов’язані між собою. Виокремлюють чотири складові цієї науки.

1. Теорія статистики розглядає категорії статистичної науки, а також спільні для будь-яких масових явищ методи й засоби аналізу.

2. Економічна статистика вивчає явища і процеси, що відбуваються в економіці, розробляє систему економічних показників та методи вивчення економіки країни чи регіону як єдиного цілого.

3. Галузеві статистики (промислова, фінансова, соціальної інфраструктури і т. ін.) розробляють зміст і методи обчислення показників, які відбивають особливості кожної окремої галузі.

4. Соціальна статистика вивчає соціальні умови та характер праці, рівень життя, прибутків, споживання матеріальних благ і послуг населенням.

Як суспільна наука статистика не може розвиватися окремо від теоретичних наук про суспільство, зокрема економічної теорії та соціології. Спираючись на суть, якісну природу явищ, через узагальнення масових даних статистика вивчає характер і дію основних законів у реальному житті. Припускаючи, що комплекс умов і чинників, які формують відповідні закономірності, надалі лишатиметься незмінним, статистика робить прогнозні розрахунки, конче потрібні для обґрунтування напрямів економічної політики.