- Cоседи восточных славян краткая история
- Занятия
- Происхождение славян
- Расселение славян
- Содержимое работы – 1 файл
- Обозначившееся еще в эпоху бронзы, во II тыс. до Р.X. разделение племен на оседлые земледельческие и кочевые скотоводческие существенно воздействовало на судьбы этих племен, но не было ни абсолютным, ни окончательным.
- Более мобильные и вследствие этого более воинственные скотоводческие племена век за веком медленно продвигались по степям Евразии с востока на запад; многие из этих племен подолгу задерживались в прикаспийских и причерноморских областях. Достаточно распространенным явлением был переход кочевников к оседлости; под натиском новых пришельцев оседлые или полуоседлые племена порой были вынуждены покидать привычные места обитания и возвращаться к кочевому образу жизни. Земледельческие племена тоже далеко не всегда могли рассчитывать на спокойное и безбедное существование в раз избранной местности. Истощение почв или появление могущественных врагов были наиболее частыми причинами переселения земледельцев.
- По вопросу о происхождении и древнейшей истории восточных славян существует много различных представлений. Летописец Нестор считал, что первоначально славяне жили в Центральной и Восточной Европе примерно от Эльбы до Днепра и лишь в первых веках пашей эры заселили бассейн Дуная и Балканский полуостров.
- Во II или начале III века по Р.Х. замечается движение скандинаво – германских дружин под именем го́тов от берегов Балтийского моря к Черному; без сомнения, движение это совершалось по тому же водному пути, по которому после, в половине IX века, спускались дружины варяжские. Только на трех кораблях, по преданию, явилась готская дружина на Балтийском море, но потом, вобравши в себя пришельцев из разных племен, своих и чужих, образовалась на берегах Понта в многочисленный народ, который не давал покоя областям Империи; в IV веке готский вождь Германарих положил было основание государству в таких же обширных размерах, в каких после явились владения Рюриковичей; владея тринадцатью племенами, между которыми легче других прочитываются имена чуди, веси, мери и мордвы, Германарих обратился против герулов; покорив последних, двинулся против венедов.
- Характерно, что уже Тацит говорит о набегах венедов на земли нынешней Прибалтики и на степи, где проживали сарматы, что является свидетельством подвижности венедов, обусловленной началом их расселения.
- Если в древнейших письменных источниках о венедах имеются сообщения всего лишь в виде нескольких не очень ясных строк, то в более поздних источниках число их увеличивается, сведения о славянах становятся все более богатыми и отчетливыми. И объясняется это тем, что славяне были вовлечены в великое переселение народов, подошли к границам Восточно-Римской империи, сокрушили и прорвали ее оборонительные линии, вторглись на территорию Византии, выйдя к берегам Русского (Черного), Адриатического, Эгейского морей, и поселились там, смешавшись с местным населением.
- Довольствуясь достоверностью явления, мы не станем входить в исследование вопроса о том, кто был этот могущественный враг, потеснивший славян из подунайских жилищ их. Писатели первого века нашего летосчисления знают славян под именем венедов около Вислы, между племенами сарматскими, финскими и германскими, встречается у них и имя сербов далее к востоку. Краткие указания о быте славян – венедов впервые встречаем у Тацита: Тацит сначала обнаруживает сомнение, к каким племенам причислить венедов, к германским или сарматским? Они много приняли из сарматских нравов, говорит он, потому что как разбойники скитаются по стране, лежащей между певцинами и финнами. Из этих слов мы видим, что в глазах Тацита, венеды были похожи на сарматов суровостию нравов; венеды в первом веке по Р.Х. отличались воинственным движением – знак еще неустановившейся жизни, недавнего переселения. Нравами венеды показались Тациту похожи на сарматов, но когда он вгляделся внимательнее в их быт, то нашелся принужденным сказать, что скорее их следует отнести к племенам европейским: они, говорит Тацит, строят дома, носят щиты и сражаются пеши, – все это совершенно отлично от сарматов, живущих в кибитке и на лошади. Таким образом, первое достоверное известие о быте славян представляет их нам народом оседлым, резко отличным от кочевников; в первый раз славянин выводится на историческую сцену в виде европейского воина – пеш и со щитом. Писатели следующих веков постоянно упоминают между главными народами Сарматии – венедов, а далее на востоке – сербов. В половине VI века известия о племенах и жилищах славянских становятся несколько точнее: по Иорнанду, многочисленное племя венедов разделялось на два народа – славян, живших от верховья Вислы на восток до Днепра, и антов, которые были сильнее первых и жили в странах припонтийских, от Днепра до Днестра. Прокопий знает также славян и антов, прибавляя, что в древности оба народа были известны под одним общим именем споров, в котором новейшие исследователи не без вероятности видят сербов. Прокопий говорит, что на берегах Азовского моря живут утургуры, а пространство дальше от них к северу занимают бесчисленные народы антов.
- Тацит, рассказывая о венедах упоминает рядом с ними эстов и фенов, под которыми скрываются предки балтских народов. Следовательно, венеды в ту пору занимали территорию нынешней Юго-Восточной Польши, Юго-Западной Беларуси и Северо-Западной Украины (Волыни и Полесья), Северное Прикарпатье и часть побережья Балтийского моря, известного в ту пору, как Венецкий залив.
- Венеды, говорит готский историк, неопытные в военном деле, но сильные своей многочисленностью, вздумали было сначала сопротивляться, но принуждены были покориться Германариху, потому что множество народа ничего не значит на войне, прибавляет тот же историк. Эсты, жители берегов прибалтийских, подчинились также Германариху, но в то время, как его оружие было так счастливо на западе, в юго-восточных степях собиралась гроза, долженствовавшая разрушить громадное государство готов при самом его рождении, – на берегах Дона явились гунны. Как после, в XIII веке, русские не знали, откуда пришла на них гроза татарская, так теперь готы не умели определить происхождения гуннов; только сказка говорила, что один из готских князей выгнал в степь злых волшебниц, которые совокупились там с нечистыми духами, и от этого-то совокупления произошли чудовищные гунны. Сначала жили они на восточных берегах Азовского моря, занимаясь охотою, потом, возросши в числе, устремились грабить соседние народы; лань показала им дорогу на противоположный берег моря; страх напал на разноименные варварские народы, здесь обитавшие; храбрые аланы не могли в битвах выносить ужасного вида гуннов, потому что, собственно говоря, у них не было лица, но вместо него безобразный кусок мяса, на котором вместо глаз виднелись какие-то пятна; безобразные в самой молодости, они старели без бород и жили, как дикие звери: питались кореньями и полусырым мясом зверей, согревши его только немного под седлом; о домах не хотели знать, считали их могилами; с молодости привыкли переносить непогоду, голод и жажду; раз надевши платье, они не снимали его до тех пор, пока оно само не свалится с них лоскутьями; безобразная обувь мешала им ходить; они вечно сидели на своих маленьких, но крепких лошадях, на седлах отправляли все дела, ели, пили, спали, торговали, рассуждали. Никто из них никогда не принимался за плуг; военнопленные должны были обрабатывать землю и пасти стада. Не было у них ничего постоянного: ни жилища, ни закона, ни обычая; коварство их, гнев, жадность не сдерживались никакой религиею, ни даже суеверием. Жены их жили на телегах, где ткали грубый холст, родили и воспитывали детей; в битвах принимали участие вместе с мужьями; многоженство было у них в обычае.
- Говоря о причинах обособления славянского народа от индоевропейской группы, Б.А. Рыбаков называет, например, такое общеевропейское событие: “На рубеже 3-4 тысячалетий до н.э. в северной половине Европы (от Рейна до Днепра) усиливалось скотоводческое пастушеское хозяйство, быстро возникает имущественное и социальное неравенство. Крупный рогатый скот становится символом богатства (в старом русском языке “скотница” – казна), а легкость отчуждения стад ведет к войнам и неравенству племен и вождей, тем самым нарушается первобытное равенство. Начавшаяся повсеместно борьба за стада и пастбища привела к широчайшему расселению пастушеских племен не только по Центральной, но и по Восточной Европе вплоть до Средней Волги. Расселение велось отдельными, самостоятельно действующими племенами.
- Здесь важно отметить, что в момент расселения (первая половина 2 тысячелетия) еще не было ни славянской, ни германской, ни балтийской общности; все племена перемешивались и меняли соседей по мере постепенного движения. “Примерно к XV веку до н.э. расселение прекратилось,” – утверждает Рыбаков. Вся зона европейских лиственных лесов и лесостепей была занята индоевропейскими племенами. Началась новая, оседлая жизнь, в ходе которой складывались различного рода связи между соседствующими племенами, а также особенности развития отдельных племен. Впервые на таком большом пространстве начали складываться новые родственные друг другу языки.
- В научном поиске древнейших судеб славянства новое место принадлежит лингвистике. Лингвисты определили, что:
- В середине I тысячелетия н.э. на обширной территории Восточной Европы, от озера Ильмень до Причерноморских степей и от Восточных Карпат до Волги, сложились восточнославянские племена. Историки насчитывают около 15 таких племен. Каждое племя представляло собой совокупность родов и занимало тогда сравнительно небольшую обособленную область. Согласно “Повести временных лет”, карта расселения восточных славян в VIII – IX веках выглядела так: словене (ильменские славяне) жили на берегах Ильменского озера и Волхова; кривичи с полочанами – в верховьях Западной Двины, Волги и Днепра; дреговичи – между Припятью и Березиной; вятичи – на Оке и Москве-реке; радимичи – на Соже и Десне; северяне – на Десне, Сейме, Суле и Северском Донце; древляне – на Припяти и в Среднем Поднепровье; поляне – по среднему течению Днепра; бужане, волыняне, дулебы – на Волыни, по Бугу; тиверцы, уличи – на самом юге, у Черного моря и у Дуная.
- «В составе славянства немалая часть населения принадлежала когда-то финно-угорским, балтийским, фракийским и иным племенам, однако никто из славян не причислит себя к какой-либо другой этнической группе… Практически невозможно находить среди славян – бывших иранцев, балтов и т. п. Одним словом, для всех должно быть очевидным, что со сменой языка происходит и смена этнической принадлежности населения.
- Однообразна природа великой Восточной равнины, не поразит она путешественника чудесами; одно только поразило в ней наблюдательного Геродота: “В Скифии, – говорит он, – нет ничего удивительного, кроме рек, ее орошающих: они велики и многочисленны”. В самом деле, обширному пространству древней Скифии соответствуют исполинские системы рек, которые почти переплетаются между собою и составляют, таким образом, по всей стране водную сеть, из которой народонаселению трудно было высвободиться для особной жизни; как везде, так и у нас, реки служили проводниками первому народонаселению, по ним сели племена, на них явились первые города; так как самые большие из них текут на восток или юго-восток, то этим условилось и преимущественное распространение Русской государственной области в означенную сторону; реки много содействовали единству народному и государственному, и при всем том особые речные системы определяли вначале особые системы областей, княжеств. Так, по четырем главным речным системам Русская земля разделялась в древности на четыре главные части: первую составляла озерная область Новгородская, вторую – область Западной Двины, т. е. область Кривская, или Полоцкая, третью – область Днепра, т. е. область древней собственной Руси, четвертую – область Верхней Волги, область Ростовская.
- Славянам удалось утвердиться на важном пункте, при истоке Волхова из Ильменя, где является Новгород, но на втором важном пункте великого пути – при впадении Волхова в Ладожское озеро – они утвердиться не могли. Если даже предположим, что Ладога существовала до прибытия Рюрика, то она находилась не при самом устье Волхова, и это положение ее показывает со стороны славян какую-то медленность, боязливость приблизиться к озеру Нево. Что касается реки Невы, то начальный летописец считает ее не рекою, а устьем озера в море; Нева долго текла в дикой независимости, и короткий бег ее долго был свидетелем упорной борьбы между двумя народами – русскими и шведами.
- Движение восточных славянских племен с юга на север по великому водному пути, начавшееся в доисторическое время, только в XVIII веке окончательно достигло своей цели – морского берега.
- Юго-Западная, древняя собственная Русь (княжества Киевское, Переяславское, Черниговское, Смоленское, Волынское, Туровское), есть область Днепра, главной реки водного пути из Варяг в Греки; этому пути, следственно Днепру преимущественно, Русь была обязана своим соединением с Северо-Западною и Юго-Восточною Европою: из первой явились князья, от второй получено христианство; Днепру преимущественно Русь была обязана и своим материальным благосостоянием: по этой реке шли с своими дружинами князья, которые сосредоточили прибрежные славянские племена, жившие рассеянно; по Днепру же шел и торговый путь из нижних стран в верхние. И Днепр в историческом отношении разделял судьбу других рек русских: его устье, хотя с незапамятных пор покрывалось русскими лодками, однако, собственно не находилось в русских владениях до времен Екатерины II, потому что Русская государственная область распространялась естественным образом изнутри, из ядра своего, вниз по рекам до естественных пределов своих, то есть до устьев этих рек, берущих начало в ее сердце, а это сердце – Великая Россия, Московское государство, справедливо называемое страною источников: отсюда берут свое начало все те большие реки, вниз по которым распространялась государственная область. Несмотря на то что Юго-Западная Русь, преимущественно Киевская область, была главною сценою древней нашей истории, пограничность ее, близость к полю или степи, жилищу диких народов, делала ее неспособною стать государственным зерном для России, для чего именно природа приготовила Московскую область; отсюда Киевская область (Русь в самом тесном смысле) вначале и после носит характер пограничного военного поселения, остается страною казаков до полного государственного развития, начавшегося в Северной Руси, в стране источников.
- Летописец Нестор считал, что первоначально славяне жили в Центральной и Восточной Европе примерно от Эльбы до Днепра и лишь в первых веках нашей эры заселили бассейн Дуная и Балканский полуостров.
- Из первого известия видно, что восточные славяне двинулись от хорватов, из нынешней Галиции, прямо на восток до Днепра – то были древляне и поляне. Потом славянское народонаселение стало распространяться на север по правому берегу Днепра; между Припятью и Двиною явились дреговичи, за ними по Двине, опять прямо на север – полочане и, наконец, славяне новгородские. Кривичи пропущены в первом известии; летописец прямо переходит к ближайшим к Киеву северянам, на восточный берег Днепра, к Десне, Семи и Суле. Другое известие дополняет и объясняет первое: здесь сначала летописец пересчитывает только пять главных племен на западной стороне – полян, древлян, дреговичей, славян новгородских и полочан, но потом указывает на дальнейшее выселение: от полочан расселились кривичи по верховьям Волги, Двины и Днепра – “от них же кривичи”, от кривичей на юг, по Днепру и его притокам – северяне. Следовательно, если принимать буквально известие летописца, то выйдет, что славянское народонаселение двигалось по западной стороне Днепра на север и потом спускалось на юг по восточной стороне этой реки. О других племенах – дулебах, бужанах, угличах и тиверцах, радимичах и вятичах летописец сначала не упоминает ни в первом, ни во втором известии; из этого умолчания имеем право заключить, что означенные племена явились на востоке не вследствие известного толчка от волхов и не имеют связи с перечисленными выше племенами, а явились особо.
Cоседи восточных славян краткая история
Племена восточных славян имели множество народов соседей, проживающих в непосредственной близости от территории славянских племен. Соседство одних народов с другими имеет большое значение в истории. Народы постоянно контактируют друг с другом, перенимая какой-то соседский опыт. Нередко случаются и конфликты, на религиозной или иной почве. Поэтому от соседства многое зависит.
Соседями восточных славян были западные и южные славяне, у которых в VI-VIII вв. так же шел процесс образования государственности. Наши предки соседствовали с предками теперешних балтийских народов: ливы, латгалы, пруссы, ятвяги и другие народы. На северо-востоке жили финские племена: эсты, сумь, чудь, карелы. Это, все были мирные народы, которые дружили со славянскими племенными союзами.
Не складывались отношения у славян с варягами, которые промышляли всяческим разбоем. Не сложились отношения у славян с соседствующим Хазарским каганатом. Это было мощное государство, совершавшие постоянные грабительские набеги на Русь. Соседство восточных славян с Великой степью не раз угрожало самому существованию славянства.
Набеги кочевников были не редкими и разорительными. Киммерийцы, скифы, гунны, авары, хазары не раз совершали набеги на Русь. Такие соседи славян, заставили наших предков приминать решительные меры. Племена Восточных славян объединялись для совместной обороны, и вскоре образовали свою государственность.
Восточные славяне граничили не только с варварскими кочевника, но и Византией. Славяне торговали с великой империей, заключали торговые договора, перенимали всяческий опыт, и даже сами совершили несколько грабительских набегов на Византию.
соседи восточных славян, взаимоотношения с соседями восточных славян,реферат соседи восточных славян
Занятия
Система хозяйствования восточных славян базировалась на земледелии (подсечно-огневом и переложном) и скотоводстве. Во время археологических раскопок часто обнаруживают остатки злаковых (ржи, пшеницы, ячменя, проса) и огородных культур (репы, капусты, свёклы, моркови, редьки, чеснока и др.). Типы земледельческих культур зависели от климатических условий.
В северных лесистых землях доминировала подсечно-огневая система. В первый год деревья подрубали, а на следующий их сжигали, выкорчёвывая пни. Полученная зола использовалась в качестве удобрения при посеве зерновых. В качестве орудий труда применяли мотыги, топоры, сохи, бороны и заступы.
На юге приоритет был у переложной системы земледелия. Так как плодородных земель было больше, земельные участки засевали в течение двух-трёх лет подряд. Когда урожайность падала, начинали обрабатывать новые участки (перекладывались). Основными орудиями труда были соха, рало, деревянный плуг, оснащённый железным лемехом.
С земледелием тесно переплеталось скотоводство, которое имело вспомогательное значение. Славяне преимущественно разводили свиней, коров, мелкий рогатый скот. Как рабочий скот в южных районах использовались волы, а в лесистой северной полосе — лошади.
Также есть сведения о том, что восточные славяне занимались рыболовством, бортничеством (собирание мёда диких пчел), охотой, особенно ценилась добыча пушного зверя (белки, куницы, соболя). Существовали различные виды ремёсел (кузнечное, ткацкое, гончарное).
Обработкой металлов, изготовлением орудий труда из железа, а так же украшений из драгоценных металлов, занимались настоящие профессионалы — мастера своего дела. В то же время гончарное, ткацкое ремесло, выделка шкур, работа по камню и дереву из-за сохранявшегося натурального образа жизни оставалась на достаточно примитивном уровне.
Интенсивно развивалась торговля, которая в основном имела характер натурального обмена. Лишь в ареале распространения черняховской культуры часто использовались римские серебряные динарии. Основными предметами экспорта были меха, мёд, воск, зерновые, покупали же ткани и драгоценности.
Огромное значение для развития восточнославянских племён, становления их государственности, имело прохождение через их земли знаменитого торгового пути «из варяг в греки», связывавшего Северную и Южную Европу.
Происхождение славян
В современной исторической науке наиболее распространёнными теориями происхождения славян являются автохтонная и миграционная. Суть автохтонной теории состоит в том, что славяне — это коренное население Восточной Европы. Согласно этой точке зрения, восточные славяне — потомки носителей зарубинецкой (III в. до н. э. — II в. н. э.) и черняховской (ІІ–IV вв.) археологических культур.
С предками славян большинство приверженцев этой теории соотносят материалы, относящиеся к зарубинецкой культуре. Сообщество её носителей проживало вдоль берегов Среднего Поднепровья, Припяти и Десны на рубеже III–II вв. до н. э. — I в. н. э. Зарубинецкие памятники соответствуют времени существования единого древнеславянского (венедского) массива.
К формированию же восточных славян — антов непосредственное отношение имело население северного ареала распространения черняховской культуры (II–IV вв. н. э.). Она была насыщена провинциальными римскими влияниями, которые в то время были распространены в Юго-Восточной и Центральной Европе.
Материальные находки свидетельствуют, что культура черняховского сообщества также содержала скифо-сарматские, фракийские и германские элементы. Славяне в составе этой пестрой культуры, видимо, были политически несамостоятельны, особенно после появления в Северном Причерноморье племён готов и создания ими военного союза.
Сторонники миграционной теории утверждают, что славяне являются пришлым населением, которое появилось в Восточной Европе в первых веках нашей эры, а их прародиной был бассейн рек Одера, Рейна и Вислы. На рубеже І–ІІ вв. н. э., под давлением воинственных германских племён, они пересекли Вислу, а уже к IV–V вв. достигли Днепра.
Другая версия миграционной теории предполагала, что проникновение славян в восточноевропейский регион происходило от южного побережья Балтики до берегов Ладоги, где позже ими будет основан один из главных племенных центров — Новгород. Параллельно с процессом расселения происходила ассимиляция славянами представителей местного финно-угорского населения, ранее проживавшего на этих территориях. Тем не менее, отдельные народы этой группы и сегодня проживают в Российской Федерации (мордва, марийцы, коми).
Расселение славян
В период Великого переселения народов (II–VI вв.) славяне уже заселили значительную территорию Европы, впоследствии разделившись на три группы — венедов, склавинов и антов, что соответствовало нынешним западным, южным и восточным славянам:
- западные (чехи, словаки, поляки, лужицкие сербы, кашубы);
- южные (болгары, хорваты, сербы, словенцы, македонцы, боснийцы, черногорцы);
- восточные (русские, украинцы, белорусы).
Готское нашествие IV в. приостановило исторически первый процесс культурной, экономической и политической консолидации славянства. Разделение венедов готским «клином» на восточную и западную группы привело к возникновению антов Поднепровья и склавинов Поднестровья.
Последние ассоциируются с пражской археологической культурой. А северо-западная окраина славянского мира после завершения готского нашествия продолжила носить прежнее общеславянское название венетов (комплекс археологических памятников в Центральной и Северной Польше).
Вначале анты терпели поражения от готов, но вскоре процессы их консолидации и самоутверждения продолжились, что способствовало образованию в будущем мощных военно-политических союзов. В отличие от достаточно мирных племён зарубинецкой культуры, тогдашнее славянство становится более воинственным, склонным к агрессии, экспансии на земли соседей.
Эти события, датированные концом IV–V вв., дали импульс к формированию новой этнокультурной и социально-экономической общности, в которой славянам принадлежало ведущее место. Находки этого времени, обнаруженные на границе лесостепной и полесской зон Восточной Европы, свидетельствуют о том, что именно эта местность стала прародиной раннесредневековых восточнославянских культур и отсюда во времена Великого переселения народов, с конца V в., началось расселение славян в северо-восточном, южном и юго-западном направлениях.
Восточные славяне занимали территорию от озера Ильмень на севере до Причерноморских степей на юге, и от Карпатских гор на западе до Волги на востоке. В летописях встречаются упоминания 13 разных племенных групп восточных славян (поляне, северяне, радимичи, кривичи, ильменские словене, дреговичи, тиверцы, дулебы, белые хорваты, волыняне, бужане, уличи, полочане).
Все они имели общие этнические черты. Восточных славян также упоминали византийские историки Прокопий Кесарийский и Иордан. К примеру, Прокопий Кесарийский так писал о них: «Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издавна живут в народоправстве, и поэтому у них успехи и неудачи воспринимаются как общее дело… У тех и других схожий язык…
А ранее даже имя у славян и антов было единым». Вступая в битву, большинство идёт на врагов пешими, имея небольшие щиты и копья в руках. Панциря же никогда на себя не надевают; некоторые не имеют ни хитона, ни плаща, только штаны … Все они и высокие, и очень сильные … Образ жизни (их) грубый и неприхотливый …».
После 602 г. в письменных источниках анты не упоминаются. Их исчезновение с исторической авансцены объясняется поражением от племенного союза аваров. Северная часть антов слилась со склавинами, а остальные перешли Дунай и осели в Византии.
Славяне, постепенно расселяясь по Восточно-Европейской равнине, контактировали с проживавшими там племенами финно-угров и балтов, ассимилируя их. На протяжении VI–IX вв. происходил процесс объединения славян в общности, которые, помимо родового, уже обладали и территориально-политическим характером. Племенные союзы (Славия, Артания, Куявия) стали первыми протогосударственными объединениями восточных славян.
К наиболее ранним археологическим культурам, отождествляемым с восточными славянами, относят Киевскую (II–V вв.) и Пеньковскую (VI–нач. VIII в.). Археологические раскопки в целом подтвердили летописные данные о расселении славянских племён.
Содержимое работы – 1 файл
Обозначившееся
еще в эпоху бронзы, во II тыс. до
Р.X. разделение племен на оседлые земледельческие
и кочевые скотоводческие существенно
воздействовало на судьбы этих племен,
но не было ни абсолютным, ни окончательным.
Более
мобильные и вследствие этого
более воинственные скотоводческие племена
век за веком медленно продвигались по
степям Евразии с востока на запад; многие
из этих племен подолгу задерживались
в прикаспийских и причерноморских областях.
Достаточно распространенным явлением
был переход кочевников к оседлости; под
натиском новых пришельцев оседлые или
полуоседлые племена порой были вынуждены
покидать привычные места обитания и возвращаться
к кочевому образу жизни. Земледельческие
племена тоже далеко не всегда могли рассчитывать
на спокойное и безбедное существование
в раз избранной местности. Истощение
почв или появление могущественных врагов
были наиболее частыми причинами переселения
земледельцев.
По
вопросу о происхождении и
древнейшей истории восточных славян
существует много различных представлений.
Летописец Нестор считал, что первоначально
славяне жили в Центральной и Восточной
Европе примерно от Эльбы до Днепра и лишь
в первых веках пашей эры заселили бассейн
Дуная и Балканский полуостров.
1.3
Первые известия о венедах
Во
II или начале III века по Р.Х. замечается
движение скандинаво – германских дружин
под именем го́тов от берегов Балтийского
моря к Черному; без сомнения, движение
это совершалось по тому же водному пути,
по которому после, в половине IX века, спускались
дружины варяжские. Только на трех кораблях,
по преданию, явилась готская дружина
на Балтийском море, но потом, вобравши
в себя пришельцев из разных племен, своих
и чужих, образовалась на берегах Понта
в многочисленный народ, который не давал
покоя областям Империи; в IV веке готский
вождь Германарих положил было основание
государству в таких же обширных размерах,
в каких после явились владения Рюриковичей;
владея тринадцатью племенами, между которыми
легче других прочитываются имена чуди,
веси, мери и мордвы, Германарих обратился
против герулов; покорив последних, двинулся
против венедов.
Характерно,
что уже Тацит говорит о
набегах венедов на земли нынешней
Прибалтики и на степи, где проживали сарматы,
что является свидетельством подвижности
венедов, обусловленной началом их расселения.
Если
в древнейших письменных источниках
о венедах имеются сообщения всего
лишь в виде нескольких не очень ясных
строк, то в более поздних источниках число
их увеличивается, сведения о славянах
становятся все более богатыми и отчетливыми.
И объясняется это тем, что славяне были
вовлечены в великое переселение народов,
подошли к границам Восточно-Римской империи,
сокрушили и прорвали ее оборонительные
линии, вторглись на территорию Византии,
выйдя к берегам Русского (Черного), Адриатического,
Эгейского морей, и поселились там, смешавшись
с местным населением.
Довольствуясь
достоверностью явления, мы не станем
входить в исследование вопроса
о том, кто был этот могущественный
враг, потеснивший славян из подунайских
жилищ их. Писатели первого века нашего
летосчисления знают славян под именем
венедов около Вислы, между племенами
сарматскими, финскими и германскими,
встречается у них и имя сербов далее к
востоку. Краткие указания о быте славян
– венедов впервые встречаем у Тацита:
Тацит сначала обнаруживает сомнение,
к каким племенам причислить венедов,
к германским или сарматским? Они много
приняли из сарматских нравов, говорит
он, потому что как разбойники скитаются
по стране, лежащей между певцинами и финнами.
Из этих слов мы видим, что в глазах Тацита,
венеды были похожи на сарматов суровостию
нравов; венеды в первом веке по Р.Х. отличались
воинственным движением – знак еще неустановившейся
жизни, недавнего переселения. Нравами
венеды показались Тациту похожи на сарматов,
но когда он вгляделся внимательнее в
их быт, то нашелся принужденным сказать,
что скорее их следует отнести к племенам
европейским: они, говорит Тацит, строят
дома, носят щиты и сражаются пеши, – все
это совершенно отлично от сарматов, живущих
в кибитке и на лошади. Таким образом, первое
достоверное известие о быте славян представляет
их нам народом оседлым, резко отличным
от кочевников; в первый раз славянин выводится
на историческую сцену в виде европейского
воина – пеш и со щитом. Писатели следующих
веков постоянно упоминают между главными
народами Сарматии – венедов, а далее на
востоке – сербов. В половине VI века известия
о племенах и жилищах славянских становятся
несколько точнее: по Иорнанду, многочисленное
племя венедов разделялось на два народа
– славян, живших от верховья Вислы на восток
до Днепра, и антов, которые были сильнее
первых и жили в странах припонтийских,
от Днепра до Днестра. Прокопий знает также
славян и антов, прибавляя, что в древности
оба народа были известны под одним общим
именем споров, в котором новейшие исследователи
не без вероятности видят сербов. Прокопий
говорит, что на берегах Азовского моря
живут утургуры, а пространство дальше
от них к северу занимают бесчисленные
народы антов.
Тацит,
рассказывая о венедах упоминает
рядом с ними эстов и фенов,
под которыми скрываются предки балтских
народов. Следовательно, венеды в ту пору
занимали территорию нынешней Юго-Восточной
Польши, Юго-Западной Беларуси и Северо-Западной
Украины (Волыни и Полесья), Северное Прикарпатье
и часть побережья Балтийского моря, известного
в ту пору, как Венецкий залив.
Венеды,
говорит готский историк, неопытные
в военном деле, но сильные своей
многочисленностью, вздумали было сначала
сопротивляться, но принуждены были покориться
Германариху, потому что множество народа
ничего не значит на войне, прибавляет
тот же историк. Эсты, жители берегов прибалтийских,
подчинились также Германариху, но в то
время, как его оружие было так счастливо
на западе, в юго-восточных степях собиралась
гроза, долженствовавшая разрушить громадное
государство готов при самом его рождении,
– на берегах Дона явились гунны. Как после,
в XIII веке, русские не знали, откуда пришла
на них гроза татарская, так теперь готы
не умели определить происхождения гуннов;
только сказка говорила, что один из готских
князей выгнал в степь злых волшебниц,
которые совокупились там с нечистыми
духами, и от этого-то совокупления произошли
чудовищные гунны. Сначала жили они на
восточных берегах Азовского моря, занимаясь
охотою, потом, возросши в числе, устремились
грабить соседние народы; лань показала
им дорогу на противоположный берег моря;
страх напал на разноименные варварские
народы, здесь обитавшие; храбрые аланы
не могли в битвах выносить ужасного вида
гуннов, потому что, собственно говоря,
у них не было лица, но вместо него безобразный
кусок мяса, на котором вместо глаз виднелись
какие-то пятна; безобразные в самой молодости,
они старели без бород и жили, как дикие
звери: питались кореньями и полусырым
мясом зверей, согревши его только немного
под седлом; о домах не хотели знать, считали
их могилами; с молодости привыкли переносить
непогоду, голод и жажду; раз надевши платье,
они не снимали его до тех пор, пока оно
само не свалится с них лоскутьями; безобразная
обувь мешала им ходить; они вечно сидели
на своих маленьких, но крепких лошадях,
на седлах отправляли все дела, ели, пили,
спали, торговали, рассуждали. Никто из
них никогда не принимался за плуг; военнопленные
должны были обрабатывать землю
и пасти стада. Не было у них ничего постоянного:
ни жилища, ни закона, ни обычая; коварство
их, гнев, жадность не сдерживались никакой
религиею, ни даже суеверием. Жены их жили
на телегах, где ткали грубый холст, родили
и воспитывали детей; в битвах принимали
участие вместе с мужьями; многоженство
было у них в обычае.
1.4
Выделение восточных славян из состава
славянских
народов
Говоря
о причинах обособления славянского
народа от индоевропейской группы,
Б.А. Рыбаков называет, например, такое
общеевропейское событие: “На рубеже
3-4 тысячалетий до н.э. в северной половине
Европы (от Рейна до Днепра) усиливалось
скотоводческое пастушеское хозяйство,
быстро возникает имущественное и социальное
неравенство. Крупный рогатый скот становится
символом богатства (в старом русском
языке “скотница” – казна), а легкость
отчуждения стад ведет к войнам и неравенству
племен и вождей, тем самым нарушается
первобытное равенство. Начавшаяся повсеместно
борьба за стада и пастбища привела к широчайшему
расселению пастушеских племен не только
по Центральной, но и по Восточной Европе
вплоть до Средней Волги. Расселение велось
отдельными, самостоятельно действующими
племенами.
Здесь
важно отметить, что в момент расселения
(первая половина 2 тысячелетия) еще не
было ни славянской, ни германской, ни
балтийской общности; все племена перемешивались
и меняли соседей по мере постепенного
движения. “Примерно к XV веку до н.э.
расселение прекратилось,” – утверждает
Рыбаков. Вся зона европейских лиственных
лесов и лесостепей была занята индоевропейскими
племенами. Началась новая, оседлая жизнь,
в ходе которой складывались различного
рода связи между соседствующими племенами,
а также особенности развития отдельных
племен. Впервые на таком большом пространстве
начали складываться новые родственные
друг другу языки.
В
научном поиске древнейших судеб
славянства новое место принадлежит
лингвистике. Лингвисты определили, что:
—
отделение праславянских племен
от родственных или соседних индоевропейский
племен произошло около 4000-3500 лет назад;
—
по данным языка лингвисты установили,
что соседями славян из индоевропейских
народов были германцы, балтийцы, иранцы,
дако-фракийцы, кельты и т.д.
В
середине I тысячелетия н.э. на обширной
территории Восточной Европы, от озера
Ильмень до Причерноморских степей
и от Восточных Карпат до Волги, сложились
восточнославянские племена. Историки
насчитывают около 15 таких племен. Каждое
племя представляло собой совокупность
родов и занимало тогда сравнительно небольшую
обособленную область. Согласно “Повести
временных лет”, карта расселения восточных
славян в VIII – IX веках выглядела так: словене
(ильменские славяне) жили на берегах Ильменского
озера и Волхова; кривичи с полочанами
– в верховьях Западной Двины, Волги и Днепра;
дреговичи – между Припятью и Березиной;
вятичи – на Оке и Москве-реке; радимичи
– на Соже и Десне; северяне – на Десне, Сейме,
Суле и Северском Донце; древляне – на Припяти
и в Среднем Поднепровье; поляне – по среднему
течению Днепра; бужане, волыняне, дулебы
– на Волыни, по Бугу; тиверцы, уличи – на
самом юге, у Черного моря и у Дуная.
«В
составе славянства немалая часть
населения принадлежала когда-то финно-угорским,
балтийским, фракийским и иным племенам,
однако никто из славян не причислит себя
к какой-либо другой этнической группе…
Практически невозможно находить среди
славян – бывших иранцев, балтов и т. п.
Одним словом, для всех должно быть очевидным,
что со сменой языка происходит и смена
этнической принадлежности населения.
1.5
Расселение по Русской равнине
Однообразна
природа великой Восточной равнины,
не поразит она путешественника
чудесами; одно только поразило в ней наблюдательного
Геродота: “В Скифии, – говорит он, – нет
ничего удивительного, кроме рек, ее орошающих:
они велики и многочисленны”. В самом
деле, обширному пространству древней
Скифии соответствуют исполинские системы
рек, которые почти переплетаются между
собою и составляют, таким образом, по
всей стране водную сеть, из которой народонаселению
трудно было высвободиться для особной
жизни; как везде, так и у нас, реки служили
проводниками первому народонаселению,
по ним сели племена, на них явились первые
города; так как самые большие из них текут
на восток или юго-восток, то этим условилось
и преимущественное распространение Русской
государственной области в означенную
сторону; реки много содействовали единству
народному и государственному, и при всем
том особые речные системы определяли
вначале особые системы областей, княжеств.
Так, по четырем главным речным системам
Русская земля разделялась в древности
на четыре главные части: первую составляла
озерная область Новгородская, вторую
– область Западной Двины, т. е. область
Кривская, или Полоцкая, третью – область
Днепра, т. е. область древней собственной
Руси, четвертую – область Верхней Волги,
область Ростовская.
Славянам
удалось утвердиться на важном пункте,
при истоке Волхова из Ильменя, где
является Новгород, но на втором важном
пункте великого пути – при впадении Волхова
в Ладожское озеро – они утвердиться не
могли. Если даже предположим, что Ладога
существовала до прибытия Рюрика, то она
находилась не при самом устье Волхова,
и это положение ее показывает со стороны
славян какую-то медленность, боязливость
приблизиться к озеру Нево. Что касается
реки Невы, то начальный летописец считает
ее не рекою, а устьем озера в море; Нева
долго текла в дикой независимости, и короткий
бег ее долго был свидетелем упорной борьбы
между двумя народами – русскими и шведами.
Движение
восточных славянских племен с юга
на север по великому водному пути,
начавшееся в доисторическое время,
только в XVIII веке окончательно достигло
своей цели – морского берега.
Юго-Западная,
древняя собственная Русь (княжества
Киевское, Переяславское, Черниговское,
Смоленское, Волынское, Туровское), есть
область Днепра, главной реки водного
пути из Варяг в Греки; этому пути,
следственно Днепру преимущественно,
Русь была обязана своим соединением с
Северо-Западною и Юго-Восточною Европою:
из первой явились князья, от второй получено
христианство; Днепру преимущественно
Русь была обязана и своим материальным
благосостоянием: по этой реке шли с своими
дружинами князья, которые сосредоточили
прибрежные славянские племена, жившие
рассеянно; по Днепру же шел и торговый
путь из нижних стран в верхние. И Днепр
в историческом отношении разделял судьбу
других рек русских: его устье, хотя с незапамятных
пор покрывалось русскими лодками, однако,
собственно не находилось в русских владениях
до времен Екатерины II, потому что Русская
государственная область распространялась
естественным образом изнутри, из ядра
своего, вниз по рекам до естественных
пределов своих, то есть до устьев этих
рек, берущих начало в ее сердце, а это
сердце – Великая Россия, Московское государство,
справедливо называемое страною источников:
отсюда берут свое начало все те большие
реки, вниз по которым распространялась
государственная область. Несмотря на
то что Юго-Западная Русь, преимущественно
Киевская область, была главною сценою
древней нашей истории, пограничность
ее, близость к полю или степи, жилищу диких
народов, делала ее неспособною стать
государственным зерном для России, для
чего именно природа приготовила Московскую
область; отсюда Киевская область (Русь
в самом тесном смысле) вначале и после
носит характер пограничного военного
поселения, остается страною казаков до
полного государственного развития, начавшегося
в Северной Руси, в стране источников.
Летописец
Нестор считал, что первоначально славяне
жили в Центральной и Восточной Европе
примерно от Эльбы до Днепра и лишь в первых
веках нашей эры заселили бассейн Дуная
и Балканский полуостров.
Из
первого известия видно, что восточные
славяне двинулись от хорватов, из
нынешней Галиции, прямо на восток до Днепра
– то были древляне и поляне. Потом славянское
народонаселение стало распространяться
на север по правому берегу Днепра; между
Припятью и Двиною явились дреговичи,
за ними по Двине, опять прямо на север
– полочане и, наконец, славяне новгородские.
Кривичи пропущены в первом известии;
летописец прямо переходит к ближайшим
к Киеву северянам, на восточный берег
Днепра, к Десне, Семи и Суле. Другое известие
дополняет и объясняет первое: здесь сначала
летописец пересчитывает только пять
главных племен на западной стороне – полян,
древлян, дреговичей, славян новгородских
и полочан, но потом указывает на дальнейшее
выселение: от полочан расселились кривичи
по верховьям Волги, Двины и Днепра – “от
них же кривичи”, от кривичей на юг, по
Днепру и его притокам – северяне. Следовательно,
если принимать буквально известие летописца,
то выйдет, что славянское народонаселение
двигалось по западной стороне Днепра
на север и потом спускалось на юг по восточной
стороне этой реки. О других племенах –
дулебах, бужанах, угличах и тиверцах,
радимичах и вятичах летописец сначала
не упоминает ни в первом, ни во втором
известии; из этого умолчания имеем право
заключить, что означенные племена явились
на востоке не вследствие известного толчка
от волхов и не имеют связи с перечисленными
выше племенами, а явились особо.
Информация о работе Восточные славяне
