Регистрации граждан по месту пребывания и месту жительства

2.4. Неприкосновенность жилища

По существу, это составная часть права на частную жизнь, являющаяся также непременным элементом личной свободы и достоинства человека. «Мой дом – моя крепость» – гласит английская поговорка, утверждающая право человека делать в своем доме или квартире все, что ему заблагорассудится.

Никто не вправе проникать в жилище против воли прожива­ющих в нем лиц иначе, как в случаях, установленных феде­ральным законом, или на основании судебного решения.

Правом на охрану жилища обладают лица, являющиеся его собственниками, законными арендаторами или прожи­вающие по договору найма. При этом жилищем признается и место временного пребывания (гостиница, дом-интернат, общежитие, пансионат). Неприкосновенность распространя­ется на личные вещи и бумаги, что исключает незаконные обыски и выемки документов. Но в жилище могут вселяться люди, имеющие на это право, – такие действия не явля­ются нарушением его неприкосновенности даже в случаях несогласия остальных проживающих.

Гарантии против незаконного вторжения и обысков со сто­роны правоохранительных органов – основное содержание неприкосновенности жилища, ибо все другие случаи (со сто­роны отдельных лиц) – это, в сущности, обычные преступле­ния (кража, грабеж и др.). Пострадавшие от незаконного втор­жения вправе обращаться в суд с требованием возмещения ущерба и наказания виновных должностных лиц. Нарушение неприкосновенности жилища является преступлением.

Но, разумеется, при определенных обстоятельствах, например, для раскрытия преступления, возникает необхо­димость проникновения в жилище против воли проживаю­щих в нем. Однако это можно делать только на основании закона или судебного решения. Законами в данном случае являются УПК, Закон об оперативно-розыскной деятельно­сти в Российской Федерации, Закон о милиции[40]. Суд должен рассмат­ривать материалы о проникновении в жилище в оператив­но-розыскных целях незамедлительно. Право входить в жи­лые помещения, используемые для индивидуальной и пред­принимательской деятельности, предоставлено сотрудникам налоговой полиции, о чем они в течение 24 часов обязаны поставить в известность прокурора. Работники милиции впра­ве входить в жилые помещения и осматривать их (это не обыск) при преследовании лиц, подозреваемых в соверше­нии преступления, либо при наличии достаточных данных полагать, что в этом помещении совершено или совершает­ся преступление или произошел несчастный случай, а так­же для обеспечения личной и общественной безопасности, но во всех этих случаях требуется уведомить прокурора в течение 24 часов. Правом беспрепятственного входа в жилище обладают в случае пожара пожарники. Уголовно-процес-суальный кодекс подробно регламентирует порядок обысков и выемок в ходе следствия по уголовному делу.

2.5. Национальная принадлежность

Комплекс прав, связанных в национальностью, отража­ет специфику многонациональной России, в которой живет много этнически смешанного населения. Во многих зарубеж­ных странах (США, Франция, ФРГ) национальность давно утратила юридическое значение, и все граждане именуются общим словом («американец», «француз», «немец»)[41]. Но в Рос­сии принадлежность к определенной нации до недавнего вре­мени служила основанием дискриминации и в то же время рассматривалась как привилегия и гордость каждого челове­ка, хотя большое число людей затруднялись определить свою национальность, так как родились от смешанного брака[42].

Конституция России устанавливает, что каждый вправе определять и указывать свою национальность и никто не мо­жет быть принужден к определению и указанию своей наци­ональности. Данные правила не влекут за собой никаких юри­дических последствий, поскольку по российскому праву никто не может пользоваться привилегиями, равно как подвергаться дискриминации по национальному признаку. Поэтому трудно предположить, что данная гарантия будет иметь значение для большого числа людей, тем более что национальность всегда указывалась в паспорте и разного рода анкетах со слов заявителя, а при новой паспортизации населения соответствующая графа в паспорте вообще должна исчезнуть.

Однако следует учитывать, что в силу действия в ряде зарубежных стран (ФРГ, Израиль, Канада) иммиграционного законодательства принадлежность к определенной националь­ности (немцы, евреи, украинцы) открывает возможность бес­препятственной эмиграции в эти страны[43]. Кроме того, принад­лежность к конкретному народу все же важна для человека с точки зрения его участия в развитии национальной культуры и внутреннего ощущения своих исторических истоков.

Гораздо существеннее связанное с национальностью право на пользование родным языком, на свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества. На ста­дии утверждения суверенитета России и прав субъектов Федерации в ряде регионов с компактным национальным составом этот вопрос вызвал острые дискуссии и даже кон­фликты. Данное право следует рассматривать в комплексе с вопросами федеративного устройства и с правами, уста­новленными ст. 68 Конституции (признание права республик устанавливать свои государственные языки и права всех народов на сохранение родного языка).

В Российской Федерации эти конституционные нормы реализуются через Закон о языках народов РСФСР (в редакции от 24 июля 1998 г.). Российская Федерация гаранти­рует всем ее народам независимо от их численности равные права на сохранение и всестороннее развитие родного язы­ка, свободу выбора и использование языка общения. Каждо­му гарантируется право на использование родного языка, свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества независимо от его происхождения, социального и имущественного положения, расовой и национальной при­надлежности, пола, образования, отношения к религии и места проживания.

В Российской Федерации недопустимы пропаганда враж­ды и пренебрежения к любому языку, создание противоре­чащих конституционно установленным принципам националь­ной политики припятствий, ограничений и привилегий в ис­пользовании языков, иные нарушения законодательства РФ о языках народов Российской Федерации. Субъекты РФ впра­ве принимать законы и иные нормативные правовые акты о защите прав граждан на свободный выбор языка обще­ния, воспитания, обучения и творчества. Язык общения ус­танавливается самими людьми без всякой регламентации, никаких юридических норм использования языков народов Российской Федерации в межличностных, неофициальных контактах, как и в деятельности общественных и религиоз­ных объединений, не существует. Пользование законными правами не зависит от знания человеком того или иного языка. Устанавливается ответственность за отказ в обслу­живании граждан в сфере услуг и коммерческой деятельно­сти под предлогом незнания языка. Гражданам России пре­доставлено право обращаться в государственные органы страны на родном языке или на любом другом языке наро­дов России, которым они владеют. Аналогичное право каса­ется участия в судопроизводстве. Защите национальных ин­тересов граждан Российской Федерации в деле развития культуры языка и т. д. способствует Федеральный закон «О национально-культурной автономии» от 17 июня 1996 г.

Эти и многие другие нормы создают широкую систему гарантий конституционной нормы на пользование родным языком и связанных с этим других прав.

2.2. Право на свободу и личную неприкосновенность

Право на свободу есть «не что иное, как сама свобода, т. е. возможность совершать любые правомерные действия»[34]. В этом праве заложено ограничение для свободы других людей, и особенно должностных лиц, обладающих возмож­ностью применения принуждения к людям. В неразрывной связи с ним находится (но не совпадает) личная неприкос­новенность человека, которая распространяется на его жизнь, здоровье, честь, достоинство. Никто не вправе си­лой или угрозами принуждать человека к каким-то действи­ям, подвергать его истязанию, обыску или наносить вред здоровью. Человек вправе сам распоряжаться своей судь­бой, выбирать свой жизненный путь (вступать в брак, уча­ствовать в голосовании, поступать на работу и т. д.). Наибо­лее сильные гарантии свободы и безопасности личности вы­ступают в форме уголовно-правового запрета любых обрат­ных действий граждан и должностных лиц. Ограничения этой свободы допускаются только на основе закона и в законных формах, все меры принуждения должны находиться под судебным контролем.

Конституционный Суд РФ. выразил озабоченность в связи с недостаточностью гарантий права на свободу, вытекающе­го из ч. 1 ст. 22 Конституции РФ и п. 1 ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, формулирую­щего условия правомерного ограничения этого права. Ни­кто не может быть подвергнут произвольному аресту или содержанию под стражей, а также не должен быть лишен свободы иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом.

Конституционный Суд РФ в постановлении от 13 июня 1996 г. по делу в связи с жалобой В. В. Шелухина отметил, что применение содержания под стражей в качестве меры пресечения без необхо­димых оснований, должной процедуры и вне каких-либо опреде­ленных или контролируемых сроков придает ограничению права на свободу при аресте произвольный характер. Обвиняемый без всяких законных поводов продолжает содержаться под стражей даже после того, как ранее принятое компетентным должност­ным лицом решение о применении меры пресечения или о про­длении срока содержания под стражей прекратило свое действие. Суд признал неконституционным положение УПК, согласно ко­торому время ознакомления обвиняемого и его защитника с ма­териалами уголовного дела при исчислении срока содержания под стражей в качестве меры пресечения не учитывается. Лицо, об­виняемое в совершении преступления, вправе обжаловать в суд законность и обоснованность содержания под стражей на любой стадии уголовного судопроизводства, включая время ознакомле­ния обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела.

2.3. Право на частную жизнь

Частную жизнь составляют те стороны личной жизни человека, которые он в силу своей свободы не желает делать достоянием других. Это – своеобразный суверенитет лично­сти, означающий неприкосновенность его «среды обитания». Презюмируется, что тайна в данном случае вовсе не при­крывает какую-то антиобщественную или противоправную деятельность. Она отражает естественное стремление каж­дого человека иметь собственный мир интимных и деловых» интересов, скрытый от чужих глаз. Социалистическое обще­ство пыталось отвергнуть признание права человека на част­ную жизнь, что вылилось в издевательские формы коллек­тивных обсуждений личной жизни, изощренные методы слеж­ки и подслушивания, распространение порочащей человека информации о его интимной жизни и т. д.

Однако гражданское общество понимает, что злоупо­требление тайной частной жизни может носить антиобще­ственный и противоправный характер. В этом случае обще­ство исходит из того, что вмешательство в частную жизнь с целью выявления противоправных действий того или ино­го лица должно происходить только на основе закона при наличии веских, опять же признанных законом, оснований для подозрения или обвинения данного лица в совершении преступления, т. е. при возбуждении уголовного дела. Вне этого частная жизнь неприкосновенна.

Институт неприкосновенности частной жизни включает много разнообразных гарантий, которые содержатся в раз­личных статьях Конституции РФ, а специально – в ст. 23 и 24. Рассмотрим их.

1) Устанавливается право человека на личную и семей­ную тайну, на защиту своей чести и доброго имени. Ни от кого нельзя требовать сведений, касающихся происхожде­ния или деловой активности родственников, интимных свя­зей, источников финансового состояния семьи и т. д. Если честь и доброе имя человека подвергаются унижению или оскорблению, он вправе потребовать через суд наказания или компенсации за моральный ущерб, что предусматрива­ется Уголовным кодексом. Если клеветнические и пороча­щие человека сведения публикуются в печати, суд вправе обязать тот же печатный орган опубликовать опровержение этих сведений.

2) Каждый имеет право на тайну переписки, телефон­ных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Поэтому запрещаются перлюстрация (вскрытие) писем и дру­гих почтовых отправлений, подслушивание телефонных раз­говоров. Уголовный кодекс квалифицирует нарушение тайны переписки, телефонных переговоров и телеграфных сообще­ний граждан как уголовное преступление. Обыск, выемка, наложение ареста на корреспонденцию и выемка ее в почтово-телеграфных учреждениях могут производиться только на основаниях и в порядке, установленных Уголовно-процессуальным кодексом. Строго регламентирован законом и порядок прослушивания телефонных разговоров. Все эти ограничения права на тайну допускаются только на основании судебного решения, что призвано исключить произвол и злоупотребле­ния должностных лиц правозащитных органов.

3) Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не до­пускаются. Эта гарантия как бы ограничивает установленное Конституцией РФ право каждого свободно искать и распростра­нять информацию (ч. 4 ст. 29), но на самом деле противоре­чия между ними нет. Ключевым элементом всей конструкции служит согласие или несогласие лица на распространение информации о нем. Естественно, например, что политик, артист, ученый не станет возражать против интервью с жур­налистом, в ходе которого собирается информация для пуб­ликации статьи в прессе. Но совсем другое дело, когда жур­налист собирает информацию, да еще компрометирующую, без ведома интересующего его лица и публикует статью без его согласия. В этом случае Конституция нарушена. Данная гарантия воспрещает государственным и коммерческим орга­низациям собирать и даже хранить досье с компрометирую­щими то или иное лицо материалами.

Для того чтобы закрыть источники возможной инфор­мации, нежелательной для человека, закон запрещает на­рушать профессиональную тайну о личной жизни человека, которой обладают врачи, судьи, следователи, нотариусы. Специально охраняется тайна исповеди – священник не подлежит уголовной ответственности за недонесение о пре­ступлении, ставшем ему известным на исповеди.

Согласно закону (ст. 139 ГК РФ) охраняется служебная и коммерческая тайна, когда информация имеет действи­тельную или потенциальную ценность в силу неизвестности ее третьим лицам, к ней нет свободного доступа на закон­ном основании и обладатель информации принимает меры к охране ее конфиденциальности. Следовательно, право оп­ределять объем сведений, составляющих тайну, принадле­жит самому человеку, а то, что не может быть предметом тайны, определяется только законом и иными правовыми актами[35]. Служебная и коммерческая тайна охраняется зако­ном, а тот, кто незаконными способами получает информа­цию, обязан возместить причиненные убытки[36].

Федеральным законом «О Банках и банковской деятельности»[37] предус­мотрено также право вкладчика на тайну вклада, которую обязаны гарантировать банки. Разглашение сведений, если это не разрешается законом, ведет к ответственности соот­ветствующих должностных лиц[38]. Эти гарантии имеют большое значение для охраны частных интересов граждан в ус­ловиях развития рыночного хозяйства, увеличения числа частных предприятий, учреждений и банков.

Отступлением от этой важной гарантии явился упоми­навшийся Указ Президента РФ «О неотложных мерах по за­щите населения от бандитизма и иных проявлений организо­ванной преступности», который установил, что банковская и коммерческая тайна не является препятствием для получе­ния органами прокуратуры, внутренних дел, контрразведки, налоговой полиции в установленном ими порядке сведений и документов о финансовой и экономической деятельности, вкладах и операциях по счетам физических и юридических лиц, причастных к совершению бандитских нападений и дру­гих тяжких преступлений, совершенных организованными преступными группами. Как уже отмечалось, этот Указ был вызван потребностями борьбы с возросшей организованной преступностью и в июне 1997 г. он был отменен.

4) Органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и мате­риалами, непосредственно затрагивающими его права и сво­боды, если иное не предусмотрено законом[39]. Следовательно, любое лицо вправе обратиться с требованием в государствен­ное, общественное или частное учреждение, например, для получения сведений об экологической безопасности в зоне проживания или о наличии фонда заработной платы на пред­приятии. К сожалению, процедура осуществления этой га­рантии и порядок применения судебного контроля пока за­коном не разработаны (это касается всех гарантий права на частную жизнь), в результате чего конституционные нор­мы как бы повисают в воздухе: введенный Конституцией РФ судебный контроль еще не действует из-за отсутствия за­кона, а старый порядок (прокурорский) ею же отвергнут.

Из конституционной нормы вытекает, что определен­ные документы и материалы не подлежат разглашению. Здесь речь идет о государственной тайне и других формах закры­тости, но только в том случае, если это предусмотрено законом и другими соответствующими правовыми актами.

2. ОСОБЕННОСТИ ЛИЧНЫХ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА

Личные (гражданские) права (права первого поколения) призваны обеспечивать свободу и автономию индивида как члена гражданского общества, его юридическую защищенность от какого-либо незаконного внешнего вмешательства. Органичес­кая основа и главное назначение гражданских прав состоят в том, чтобы обеспечить приоритет индивидуальных, внутренних ориентиров развития каждой личности.

Эта категория прав характеризуется тем, что государство признает свободу личности в определенной сфере отношений, которая отдана на усмотрение индивида и не может быть объек­том притязаний государства. Она обеспечивает, напомним, так называемую негативную свободу. Эти права, являясь атрибутом каждого индивида, призваны юридически защитить пространство действия частных интересов, гарантировать возможности инди­видуального самоопределения и самореализации личности.

Ha различных этапах возникновения этих прав они призваны были ограждать человека от незаконного вторжения го­сударства в сферу личной свободы. Однако в дальнейшем для осуществления гражданских прав недостаточно было пассив­ной обязанности государства воздерживаться от вмешательства в сферу свободы личности. Выявилась потребность содейство­вать в осуществлении прав и свобод индивида. Это значит, что мало установить прямые запреты, оберегающие сферу личной свободы и частной жизни от противоправных и произвольных попыток ее ущемления, в том числе со стороны государства. Необходимы его активные действия для реализации прав и сво­бод человека. Такая позиция, распространенная во второй по­ловине XX в., нашла выражение, властности, в решениях Евро­пейского суда по правам человека.

К личным (гражданским) правам и свободам человека от­носят: право на жизнь и достоинство личности; право на свобо­ду и личную неприкосновенность, а также неприкосновенность частной жизни, жилища; свободу передвижения и выбора мес­тожительства; свободу совести; свободу выбора национально­сти и выбора языка общения. По существу, этот блок прав ох­ватывает фундаментальные аспекты свободы личности, выра­жая гуманистические принципы всякого демократически орга­низованного общества. Целью данной главы выступает изучение и анализ особенностей личных прав и свобод человека и гражданина.

2.1. Право на жизнь и достоинство личности

Право на жизнь. Это право провозглашается всеми международно-правовыми актами о правах человека и почти всеми конститу­циями стран мира как неотъемлемое право человека, охра­няемое законом[25]. Никто не может быть произвольно лишен жизни. Во многих странах, особенно находящихся под вли­янием католической церкви, право на жизнь рассматрива­ется как основание для запрещения абортов, а в отдельных странах (например, в Словакии) в конституциях есть норма об охране жизни еще до рождения человека.

Право на жизнь прежде всего предполагает проведе­ние государством миролюбивой внешней политики, исклю­чающей войны и конфликты. Ряд государств (Япония и др.) провозгласили в своих конституциях отказ от войны, а так­же от применения вооруженной силы как средства разре­шения международных споров[26]. Правовое государство обя­зано поддерживать обороноспособность страны на случай любых посягательств, но строго регламентирует использо­вание регулярной армии на своей территории и за рубежом, поскольку это ведет к гибели как мирного населения, так и личного состава. Однако подобного рода гарантий права на жизнь в Конституции РФ нет.

В мирных условиях гарантии этого права не сводятся к запрещению убийства – это безоговорочно закрепляет­ся Уголовным кодексом каждой страны. Государство обяза­но организовать эффективную борьбу с преступностью, и особенно с террористическими акциями. Гарантиями права на жизнь служат системы здравоохранения и, в частности, предупреждения детской смертности; охраны от несчаст­ных случаев на производстве; профилактики дорожно-транспортных происшествий; пожарной безопасности и др. На­пример, ст. 34 Федерального закона о пожарной безопас­ности от 21 декабря 1994 г. устанавливает: «Граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара».

Особое значение имеет вопрос о смертной казни. При разработке Конституции ряд общественных и религиозных организаций настаивали на конституционном запрещении смертной казни, как это сделано в ряде стран[27]. Религиозный подход основывается на недопустимости вмешательства лю­дей в исключительное право Бога как давать жизнь, так и отбирать ее у человека. В полной мере эти общедемократи­ческие соображения не были восприняты, но перспектива отмены смертной казни в Конституции все же обозначена («впредь до ее отмены»). В то же время введено несколько гарантий против ее произвольного применения:

1) смертная казнь должна устанавливаться только фе­деральным законом;

2) смертная казнь должна рассматриваться как исклю­чительная мера наказания, т. е. иметь альтернативу в виде лишения свободы на определенный срок с тем, чтобы суд всегда имел возможность выбора меры наказания;

3) смертная казнь может применяться только за особо тяжкие преступления против жизни (т. е. в отношении лиц, совершивших умышленное убийство при отягчающих об­стоятельствах, за террористические акции и бандитизм, если они привели к гибели людей);

4) при угрозе применения смертной казни обвиняемый имеет право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

Эти гарантии отражают гуманный характер правосудия и призваны, с точки зрения М.В. Баглай, «исключить опасность непоправимой судебной ошибки»[28].

В связи со вступлением России в Совет Европы перед ней встал вопрос об отмене смертной казни, поскольку это прямо предусмотрено Протоколом № 6 от 28 апреля 1983 г. к Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. Однако в условиях роста преступности все органы государ­ственной власти пришли к выводу о невозможности немед­ленной отмены этой меры наказания и осуществлении по­этапного сокращения ее применения. В Уголовном кодексе РФ, вступившем в силу с 1 января 1997 г., составы преступ­ления, предусматривающие смертную казнь, сокращены с 28 до 5 (умышленное убийство, террористический акт и др.). Смертная казнь по ряду составов преступления замене­на пожизненным заключением. На исполнение приговоров о смертной казни был установлен мораторий.

Однако все эти меры не устранили неравенства граж­дан, в отношении которых смертные приговоры выносились в одних случаях судом присяжных, как это четко требует ст. 20 Конституции РФ, а в других – судами без привлече­ния суда присяжных. Неравенство возникает из-за того, что суды присяжных созданы только в 9 субъектах РФ.

В связи с этим Конституционный Суд РФ в постановлении от 2 февраля 1999 г. обратил внимание Федерального Собрания на то, что после принятия в 1993 г. Конституции оно располагало достаточным временем для выполнения предписаний ст. 20, и при­знал, что «с момента вступления в силу настоящего постановле­ния и до введения в действие соответствующего федерального закона, обеспечивающего на всей территории Российской Феде­рации каждому обвиняемому в преступлении, за совершение ко­торого федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей, наказание в виде смертной казни назначаться не может независимо от того, рассматривается ли дело судом с участием присяжных заседате­лей, коллегией в составе трех профессиональных судей или су­дом в составе судьи и двух народных заседателей».

Достоинство личности. Это качество человека равнозначно праву на уважение и обязанности уважать других. Оно достигается развитием личности, осознающей свою свободу, равенство и защищен­ность. Достоинство превращает человека из объекта воздей­ствия в активного субъекта правового государства. Это го­сударство дает человеку право на самооценку, «самоопре­деление» и охраняет его выбор жизненных ценностей.

Достоинство конкретизируется в правах человека, за­щита которых составляет назначение государства. Поэтому можно сказать, что в наиболее общей форме цель государ­ства состоит в охране человеческого достоинства. Таким об­разом, когда говорят, что «государство должно служить народу», то это в первую очередь означает, что государ­ство должно обеспечить защиту достоинства каждого чело­века. Не случайно многие конституции мира закрепляют принцип достоинства человека в одной «связке» с народным суверенитетом и основными обязанностями государства (ФРГ, Греция, Португалия и др.)[29]. Достоинство, если оно надлежа­щим образом защищено, – это опора демократии и право­вой государственности. Если общество не признает и не за­щищает достоинство отдельного человека, то никакие юри­дические, экономические и политические меры не обеспе­чат прочный культурный и этический фундамент общества.

Современный немецкий юрист П. Хеберле пишет: «О со­держании понятия «достоинство человека» можно говорить применительно ко всей его жизни – от рождения до смер­ти. Но в ряде случаев этот конституционный принцип дей­ствует даже до и после упомянутых событий. Примерами могут служить защита личного достоинства умершего и дис­куссия о правах плода во чреве матери»[30].

Конституция РФ защищает достоинство личности, ус­танавливая абсолютный принцип: «Ничто не может быть основанием для его умаления». В самом тексте ст. 21 этот принцип дополняется запретом подвергать человека пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человечес­кое достоинство обращению или наказанию, а также без добровольного согласия медицинским, научным или иным опытам. Целям защиты достоинства служат многие нормы Конституции: право на достойную жизнь, неприкосновен­ность частной жизни, защита человеком своей чести и доб­рого имени, запрет сбора информации о частной жизни, запрет насильственного проникновения в жилище и др.

Заботой о достоинстве человека пронизаны многие нор­мы уголовного права и уголовного процесса. Так, в Уголов­ном кодексе РФ предусмотрены такие составы преступления, как клевета и оскорбление. Уголовно-процессуальный кодекс требует от следователя при производстве обыска принимать меры к тому, чтобы при этом не были оглашены выявлен­ные обстоятельства интимной жизни лица, а личный обыск производился только лицом одного пола с обыскиваемым и в присутствии понятых того же пола. Правом на достойное обращение пользуются не только обвиняемые, но и осуж­денные, отбывающие срок наказания в местах заключения. Таких норм много, они существуют и в других отраслях пра­ва, отражая конкретную реализацию конституционного прин­ципа охраны достоинства человека.

Особенно важны гражданско-правовые гарантии, за­крепленные в Гражданском кодексе РФ. Здесь жизнь, здоро­вье, достоинство, личная неприкосновенность, честь и доб­рое имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право на имя и авторство и другие конституционные личные права и свободы квали­фицируются как нематериальные блага (ст. 150). Неимуще­ственные права и блага, принадлежавшие умершему чело­веку, могут осуществляться и защищаться другими лица­ми, в том числе наследниками правообладателя.

Если гражданину причинен моральный вред (физичес­кие или нравственные страдания) действиями, нарушаю­щими его личные права, он вправе возложить на нару­шителя обязанность денежной компенсации указанного вреда[31]. Для защиты чести, достоинства, деловой репута­ции гражданин вправе обращаться в суд, причем допус­кается защита чести и достоинства гражданина и после его смерти[32]. Законом установлен порядок удовлетворения требований гражданина, связанных с распространением сведений, порочащих его честь, достоинство или дело­вую репутацию[33].

Защита чести и достоинства часто соприкасается со свободой слова. Показательно в этом вопросе определение Конституционного Суда РФ от 27 сентября 1995 г. по поводу обращения А.В. Козырева. Поводом для обращения послужило начатое одним из судов горо­да Москвы судебное разбирательство по иску В. В. Жириновско­го к телекомпании НТВ и А.В. Козыреву о защите чести и досто­инства на основании статьи Гражданского кодекса, согласно ко­торой гражданин или организация вправе требовать по суду оп­ровержения порочащих их честь и достоинство сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответ­ствуют действительности. Заявитель полагал, что эта статья не соответствует ст. 29 (ч. 1 и 3) Конституции РФ, гарантирующей каждому свободу мысли и слова и устанавливающей, что никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убежде­ний или отказу от них, поскольку допускает возможность судеб­ного опровержения любых сведений. Между тем, по мнению зая­вителя, существуют определенные сведения, которые не могут быть предметом судебного опровержения, поскольку они явля­ются выражением личного мнения и взглядов, оценочными суж­дениями того, кто их распространяет, и принуждение к отказу от них – это вторжение в область «мысли и слова», «мнений и убеждений», охраняемых ст. 29 Конституции РФ. Распростране­ние таких сведений не может рассматриваться как посягатель­ство на чьи-либо честь и достоинство, так как они лишь форми­руют репутацию лица, их распространившего. Конституционный Суд в связи с этим обращением указал: «Право на судебную защиту чести и достоинства и возложение на того, кто распространил порочащие сведения, обязанности доказать их соответствие действительности, не нарушают гарантирован­ную Конституцией Российской Федерации свободу мысли и слова. Связанные с обеспечением конституционных требований уваже­ния достоинства личности допустимые ограничения при исполь­зовании свободы слова строго очерчены Конституцией Россий­ской Федерации и вытекают из предписаний ее ст. 17 (ч. 3), 29 (ч. 2) и 55 (ч. 3). Из этих конституционных положений следует, что права и свободы, в том числе и свобода слова, не должны использоваться во вред основам конституционного строя, нрав­ственности, правам и законным интересам других лиц, безопас­ности государства.

При рассмотрении в судах общей юрисдикции дел о защите чес­ти и достоинства подлежит установлению и оценке не только достоверность, но и характер распространенных сведений, ис­ходя из чего суд должен решать: наносит ли распространение сведений вред защищаемым Конституцией Российской Федера­ции ценностям, укладывается ли это в рамки политической дис­куссии, как отграничить распространение недостоверной факти­ческой информации от политических оценок и возможно ли их опровержение по суду. Исправление судебных ошибок, допущен­ных при решении указанных вопросов, относится к компетенции судов вышестоящих инстанций, включая Верховный Суд Россий­ской Федерации».

1.2. Современное содержание прав и свобод человека и гражданина

Как было сказано в п. 1.1., институт прав и свобод обеспечивает доступ личности к исполь­зованию материальных и духовных благ, побуждает публичную власть придерживаться в этом плане общепринятых международ­ных стандартов. Эти стандарты провозглашены в таких актах, как Международный Билль о правах человека, включающий Всеоб­щую декларацию прав человека (1948 г.), Международный пакт о гражданских и политических правах (1966 г.), Международ­ный пакт об экономических, социальных и культурных правах (1966 г.), Факультативный протокол к Международному пакту о гражданских и политических правах (1966 г.), Второй факульта­тивный протокол к Международному пакту о гражданских и по­литических правах, направленный на отмену смертной казни[14].

Показательна в этой связи принятая в ноябре 1991 г. Декла­рация прав и свобод человека и гражданина, ставшая органичес­кой частью новой Конституции РФ, базой всего текущего законо­дательства, относящегося к личности[15].

Конституция Российской Федерации, принятая в 1993 г., за­крепляет те права и свободы, которые в наибольшей степени со­циально значимы как для отдельного человека, так и в целом для общества, государства. Непреходящее значение имеет положение о том, что основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17). В этой связи воз­никает вопрос: «Что понимать под основными правами, можно ли их отождествлять с конституционными правами»? По-видимо­му, можно. Такой вывод следует, например, из сопоставления ст. 17 со ст. 55 Конституции РФ.

В последней из названных статей отмечается, что перечисле­ние в Конституции РФ основных прав и сво­бод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина, а в ч. 2 ст. 17 речь идет только об основных правах и свободах, что по­зволяет обратить внимание на их особые свойства (неотчуждае­мость, принадлежность каждому от рождения).

Конституционные права и свободы составляют ядро правового статуса личности, лежат в основе всех других прав. Так, ч.1 ст. 22 Конституции РФ закрепляет свободу и личную неприкосновен­ность каждого. Это основное право порождает систему прав, за­крепленных в УК РФ, Административном кодексе РФ. Очевидно, все права, предопреде­ляемые нормами трудового права, основываются на конституционных положениях о труде; права граждан в области здравоохра­нения – на конституционном праве на охрану здоровья и т.д. Однако, необходимо отметить, что вы­деление категории основных прав человека не означает отнесение иных прав к незначительным, второстепенным.

Фундаментальными ценностями общества являются не только права, но и свободы граждан. Можно сказать, что какого-либо принципиального различия между понятиями «право» гражда­нина и «свобода» гражданина в сущности нет. Опираясь на этот вывод, необходимо указать на один нюанс, отмечаемый в литературе. Речь идет о том, что лишь некоторые из прав, а именно «требующие особенно высокой личной инициативы, индивидуального усмот­рения и самодеятельности по отношению к другим лицам, явля­ются свободами»[16]. Следовательно, «свобода» гражданина предпо­лагает большую избирательность возможности варианта поведе­ния. Показательны в этой связи свобода слова, печати, свобода совести, вероисповедания, свобода художественного, научного, технического и других видов творчества.

Значимость данного права и свобод человека и гражданина и данной конституционной свобо­ды для человека и общества.

В Конституции закрепляются те права и свободы, которые жиз­ненно важны и в наибольшей мере социально значимы как для конкретного человека, так и в целом для общества, для государст­ва. То есть основные права и свободы.

Для человека они являются условием достойного и свободного его существования, естественным правом на участие в решении вопросов устройства и управления тем обществом, членом которо­го человек состоит; экономической и социальной предпосылкой для удовлетворения его жизненно насущных материальных и ду­ховных потребностей.

Для государства, для общества значимость конституционно за­крепленных прав и свобод выражается в том, что именно реализа­ция этих прав и свобод означает претворение в жизнь сущностных свойств государства как демократического и правового.

Само существование государства, общества обеспечивается со­вокупной деятельностью людей во всех сферах их жизнедеятель­ности – политической, экономической, духовной. Так, без реали­зации права на свободу предпринимательства не могла бы быть создана соответствующая экономическая среда, без реализации избирательных прав граждан невозможно было бы формирование структур управления обществом.

Поэтому основные права и свободы не только признаются госу­дарством именно в Конституции, но и защищаются им как необхо­димое условие его существования. Вместе с тем, перечисление в Конституции основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина (ст. 55 Конституции).

Изначальный или производный характер принадлежности человеку данного права и данной свободы заключаются в следующем. Статья 17 Конституции устанавливает, что основные права и свободы человека неотчуж­даемы и принадлежат каждому от рождения. Именно такого рода права и свободы закрепляются конституционно.

Особые юридические свойства основных прав и свобод человека и гражданина, спе­цифика их реализации состоят в том, что эти права и свободы:

а) составляют ядро правового статуса личности, лежат в основе всех других прав и свобод, закрепляемых иными нормативными актами[17]. Так, все права, вытекающие из норм трудового права, базируются на конституционных положениях о труде; права, за­крепленные в нормах отрасли права социального обеспечения, – на соответствующем конституционно закрепленном основном праве; права граждан в области здравоохранения – на праве на охрану здоровья. Все права и свободы граждан в той или иной сфере жизни производны от основных прав и свобод; поэтому ос­новные права и свободы являются главными в характеристике правового положения личности;

б) адресованы самому широкому кругу субъектов; закрепляют­ся за каждым человеком и гражданином либо за каждым гражда­нином[18]. Все другие (неосновные) права и свободы, устанавливае­мые нормами не конституционного, а других отраслей права, увя­зываются с обладанием лицом различными статусами – рабочих и служащих, собственников имущества, нанимателей жилой пло­щади, покупателей, истцов, ответчиков и т.д.;

в) характеризуются всеобщностью: они равны и едины для всех без исключения, соответственно для каждого человека или для каждого гражданина. Признавая то или иное право основ­ным, государство исходит из возможности осуществления его всеми. Этим обусловливается процесс расширения основных прав и свобод по мере создания соответствующих социально-экономи­ческих предпосылок. Основные права и свободы гражданина Рос­сийской Федерации отличаются от других прав и свобод основа­нием возникновения. Единственным таким основанием является принадлежность к гражданству Российской Федерации. Они не связаны с осуществлением гражданином своей правоспособности и принадлежат всякому гражданину как субъекту права. Это сви­детельствует о том, что основные права и свободы выражают глав­ные связи лица с государством, его статус как гражданина. Они не приобретаются и не отчуждаются по его волеизъявлению, принадлежат ему в силу гражданства, неотделимы от его право­вого статуса и могут быть утрачены только вместе с утратой граж­данства;

г) отличаются особым механизмом реализации. Все другие Права и свободы могут стать достоянием человека и гражданина в процессе реализации его правоспособности через участие в кон­кретном правоотношении. Основные же права и свободы выступа­ют в качестве предпосылки любого правоотношения в конкретной сфере, постоянного, неотъемлемого права каждого участника пра­воотношения;

д) имеют особую юридическую форму их закрепления. Они фик­сируются в нормативном правовом акте государства, имеющем высшую юридическую силу, – в Конституции;

е) обеспечиваются повышенной правовой охраной:

1)           конституционные нормы, их закрепляющие, не могут быть из­менены в рамках действующей Конституции, без принятия новой;

2)           граждане вправе обратиться в Конституционный Суд с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод для проверки кон­ституционности закона, примененного или подлежащего примене­нию ‘в конкретном деле; причем жалоба допустима, если закон затрагивает именно конституционные права и свободы граждан;

3)           в Уголовном кодексе имеется специальная гл. 19 «Преступле­ния против конституционных прав и свобод человека и граждани­на»; Административный Кодекс РФ предусматривает административную ответственность за пра­вонарушения, посягающие на права граждан (в том Числе и кон­ституционные).

Указанные выше свойства характеризуют понятие основных прав и свобод человека и гражданина. Оно может быть сформули­ровано следующим образом.: конституционные (основные) права и свободы человека и гражданина – это его неотъемлемые права и свободы, принадлежащие ему от рождения (в надлежащих слу­чаях в силу его гражданства), защищаемые государством и со­ставляющие ядро правового статуса личности.

Различие между понятиями «право» и «свобода» в достаточной мере условно. И то и другое означает юридически признанную воз­можность каждого избирать вид и меру своего поведения как чело­века, как гражданина государства.

Вместе с тем понятие «свобода» в большей мере увязано с таки­ми правомочиями личности, которые очерчивают сферу ее само­стоятельности, защищают от вмешательства в ее внутренний мир (свободы совести, вероисповедания, мысли, художественного, на­учного, технического и других видов творчества, преподавания).

Понятие «право» в большей мере предполагает какие-то поло­жительные действия, услуги со стороны государства или правомо­чия человека на участие в деятельности определенных обществен­но-политических, хозяйственных структур.

Глава 2 Конституции «Права и свободы человека и граждани­на» включает 48 статей, подавляющая часть которых посвящена конкретным правам и свободам. Они представляют собой опреде­ленную систему, имеющую логические основания, отражающую специфику самих этих прав и свобод, тех сфер жизнедеятельности человека и гражданина, которых они касаются.

В соответствии с этими основаниями конституционные права и свободы принято классифицировать на три группы: личные; поли­тические; социально-экономические. Поэтому далее представляется необходимым рассмотреть классификацию конституционных прав и свобод человека и гражданина. 1.3. Классификация конституционных прав и свобод человека и гражданина

Права и свободы человека и гражданина в соответствии с общепринятой классификацией подразделяются на социально-экономические, политические, гражданские, культурные и личные. Такое деление проводится как в мировой юридической практике, так и в наци­ональных правовых системах, в том числе российской. Между всеми видами и разновидностями прав существует тесная взаи­мосвязь.

В историческом контексте современные исследователи выде­ляют три поколения прав: первое – это политические, граждан­ские и личные права, провозглашенные в свое время первыми буржуазными революциями и закрепленные в известных Декла­рациях (американской, английской, французской); второе – со­циально-экономические права, возникшие под влиянием социа­листических идей, движений и систем, в том числе СССР (право на труд, отдых, социальное обеспечение, медицинскую помощь и т.д.); они дополнили собой прежние права, получили отраже­ние в соответствующих документах ООН; третье поколение – коллективные права, выдвинутые в основном развивающимися странами в ходе национально-освободительных движений (право народов на мир, безопасность, независимость, самоопре­деление, территориальную целостность, суверенитет, избавле­ние от колониального угнетения, достойную жизнь и т.д.)[19].

Выделение трех поколений прав в значительной мере условно, но оно наглядно показывает последовательную эволюцию в раз­витии данного института, историческую связь времен, общий прогресс в этой области.

В отечественной юридической литературе кон­цепция иерархии прав по степени их значимости подвергнута справедливой критике. В частности, отмечаются «зигзаги восприятия роли социально-экономичес­ких прав», попытки объявить их «социалистическим изобретени­ем», неизвестным «цивилизованным странам». Эти права якобы лишены качеств «юридических возможностей, защищаемых судом». Смягченным вариантом такого подхода является оттес­нение социально-экономических прав на второй план как прав иного порядка в сравнении с личными неотъемлемыми правами, относимыми к «высшему разряду»[20].

Однако, такое противопоставле­ние прав вряд ли оправдано – все они для личности важны и нужны, каждая их группа по-своему выражает ее интересы. Более того, именно сей­час российские граждане на себе почувствовали значимость мно­гих социально-экономических прав, которые ранее были в большей мере гарантированы, чем сейчас, когда складываются «несо­циалистические» отношения.

Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1966 г. не рассматривает их как «второстепенные». Так что искусственное создание некоего «антагонизма» между различными категориями прав несостоятельно.

Конституционные права и свободы принято условно класси­фицировать на три группы: личные, политические, социально-эко­номические. Далее представляется необходимым дать характеристику только второй и третей группам, т.к. личные права права и свободы человека и гражданина будут будут более детально изучены и проанализированы во второй главе.

Особенности политических прав и свобод состоят в том, что они свя­заны с обладанием гражданством государства. Это различие фик­сирует Конституция РФ, адресуя личные права «каждому» от рождения как человеку, политические – «гражданам». Послед­ние нацелены на включение личности в жизнь страны, управление ее делами. Поскольку гражданин – это лицо, обладающее устой­чивой правовой связью с государством, постольку политические права и свободы призваны укрепить эту связь. Сказанное под­тверждается содержанием ст. 31-33 Конституции РФ.

Гражданство возникает по рожде­нию, в результате приема в гражданство и по другим законным основаниям. По законодательству большинства стран никто не может быть лишен гражданства или права изменить его. Государ­ство оказывает покровительство и защиту своим гражданам, на­ходящимся за его пределами. Эти положения содержатся в Дек­ларации прав и свобод человека Российской Федерации (1991 г.). Все вопросы, связанные с приобретением гражданства, выходом из гражданства и приемом в него и другими, регулируются Зако­нами о гражданстве. Федеральный закон «О гражданстве Рос­сийской Федерации» (далее – Закон) вступил в силу с 1 июля 2002 г. вступил в силу[21]. Его принятие вызвало политичес­кие и юридические дискуссии, так как нормы Закона непосредственно затрагивают статус человека в государстве, его взаимоотношения с по­следним. В институте гражданства отражены наиболее существенные политико-правовые, социальные, морально-нравственные и психологи­ческие связи и отношения, которые существуют между гражданином и государством.

С точки зрения М. Варлен, несомненным достижением Закона является норма о соотношении национально­го законодательства и международных договоров России,что развивает положе­ние ч. 4 ст. 15 Конституции РФ[22]. Государ­ство, действуя во исполнение своих меж­дународно-правовых обязательств, наде­ляет человека, находящегося в пределах его юрисдикции,определенными правами и обязанностями, предусмотренными в актах международного права. Любой че­ловек может воспользоваться преимуще­ствами, вытекающими из норм междуна­родного права, через свое государство в качестве его гражданина. Общепризнан­ные нормы и принципы международного права, касающиеся вопросов гражданст­ва, непосредственно не регулируют эти отношения. Они лишь устанавливают пра­вовые рамки, в пределах которых каждое государство регулирует собственное гражданство, не затрагивая суверенитет другого государства.

Закон закрепляет общепризнанные принципы гражданства (ст. 4), что имеет важное значение для построения систе­мы отечественного законодательства и для межгосударственных отношений по вопросам гражданства. Однако некоторые вопросы – условия приобретения гражданства (законный источник средств к существованию, знание русского языка), а также порядок подачи заявлений по вопросам граждан­ства – требуют детальной регламентации. Поэтому Законом предусматривается принятие положения о порядке рассмот­рения вопросов гражданства, которое будет утверждено Президентом Россий­ской Федерации. В положении подробно будут отражены вопросы, касающиеся порядка приобретения и прекращения гражданства, с целью единообразного исполнения закона всеми органами и должностными лицами. Так же как регла­ментируется порядок выдачи иностран­ным гражданам и лицам без гражданства разрешения на временное проживание[23] и вида на жительство[24]. Тем самым будут защищены права российских граждан, иностранцев и лиц без гражданства, на­ходящихся на территории Российской Федерации.

Таким образом, гражданство проявляется как взаимоотношения между государством и лицом, находящимся под его властью. Государство гарантирует гражданину его законные права и интересы; защищает его и покровительствует ему за границей. В свою очередь, гражданин обязан соблюдать законы и другие предписания госу­дарства и выполнять установленные им обязанности. На основа­нии ст. 62 Конституции РФ гражданин РФ может иметь граж­данство иностранного государства (двойное гражданство) в соот­ветствии с федеральным законом или международным договором РФ. Наличие у гражданина РФ гражданства иностранного госу­дарства не умаляет его прав и свобод и не освобождает его от обя­занностей, вытекающих из российского гражданства.

Связь политических прав с гражданством может создать впе­чатление, что они производны от воли государства, носят вторич­ный характер и не относятся к естественным правам гражданина. Однако, это не так. Естественный характер прав гражданина определяется тем, что носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее много­национальный народ (ст. 3 Конституции РФ). Государство при­знает, соблюдает и защищает политические права гражданина так же, как и личные права человека (ст. 2 Конституции РФ). Наи­более общим, как бы объединяющим все другие политические права и свободы, является право граждан участвовать в управле­нии делами государства (ст. 32 Конституции РФ). Это право ад­ресовано каждому гражданину, осуществляется в различных фор­мах как, непосредственно, так и через своих представителей. Не­посредственные формы реализации рассматриваемого права – это: участие граждан в референдуме – всенародном голосовании по важнейшим вопросам государственной и местной жизни, в вы­борах в органы государственной власти и органы местного само­управления и т.д.

Примечательно, что многие формы участия граждан в управ­лении делами государства в настоящее время не используются эф­фективно. Показательны в этой связи такие факторы, как низкая активность избирателей на выборах органов государственной влас­ти и органов местного самоуправления, невысокий интерес к дея­тельности избранного ими депутата, к участию в различного рода общественных формированиях. Представляется, что причина низ­кой правовой и политической активности граждан коренится не только в правовой сфере. Одной из основных причин неполной реализации права является экономический кризис, осложнивший взаимоотношения государственной власти и граждан, породив­ший их неверие в новые ценности.

Особую группу основных прав и свобод человека и гражданина составляют социально-экономические права. Они касаются таких сфер жизни человека, как собственность, трудовые отношения, отдых, здоровье, образование и призваны обеспечить физические, материальные, духовные и другие социально значимые потреб­ности личности. К социально-экономическим правам и свободам, закрепленным в Конституции РФ, относятся: свобода предприни­мательской деятельности; право частной собственности, в том числе и на землю; свобода труда и право на труд в надлежащих условиях; право на отдых; охрана семьи; право на социальное обес­печение; право на жилище; право на охрану здоровья, на благо­приятную окружающую среду; право на образование; свобода ли­тературного, художественного, научного, технического и других видов творчества, преподавания; право пользования учреждения­ми культуры (ст. 34-44). Приведенный перечень социально-экономических прав и свобод, по оценкам многих отечественных и зарубежных ученых-юристов, также нередко не содержит необ­ходимого механизма реализации.

1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА

Права человека сформировались как следствие многочисленных исторических причин, которые, в свою очередь, были обусловлены назревшей психологической потребностыо человеческого существа в свободном использовании имею­щихся у него возможностей (выбирать профессию, место жительства и т.д.). Поэтому прежде чем приступить к рассмотрению общей характеристики прав и свобод человека и гражданина, представляется необходимым изучить исторический аспект данной проблемы.

1.1. Исторический аспект проблемы прав и свобод человека и гражданина

Осознание исключительности че­ловека прослеживается уже в средневековых толкованиях текстов священного писания: в отличие от животных, человек – моральное существо, заключившее «завет с Богом». В эпоху просвещения особенностью индивида стал признаваться разум. Американский философ диана Т. Майерс в одной из своих работ утверждала, что отличитель­ной особенностыь людей является способность к моральным действиям: лишь они имеют представление о моральных поступках, делают базирующиеся на моральных ценностях выводы и заключения и, самое глав­ное, способны нести груз моральной ответственности. Дианой Т. Майерс 6ыла высказана также идея о том, что права людей на жизнь, свободу, должное с ними обращение и удовлетворение естественных потребностей неотчуждаемы, поскольку в противном случае социум как моральное сообщество не смог бы существовать[1]. Эта концепция в некоторой степени обобщает большинство известных на сегодняшний день теорий.

Рассматриваемое понятие возникло не только как результат потребности человека в самореализаиии (например, потпебности свободно выбрать род занптий), но и как не­кая защита от государственной тайны, исторический прообраз которой относится к IV-III тысячелетий) до н.э. Раннеклассовые города-государстства базировались на подчи­нении многих немногим, слабых -сильным. Господствовали многове­ковые обычаи и традиции, из поко­ления в поколение передавались секреты обрядов и покорность вождям.

В результате перехода от присваи­вающей экономики к производящей и последовавшего за этим демографического взрыва начали появлять­ся многочисленные цивилизации. Прогрессивные формы земледелия (подсечно-огневое, поливное, непо­ливное и ирригационное) вели к ус­ложнению производства, формированию новых управленческих функций в обществе, становлению нового типа трудовой деятельности, связан­ной с производством пищи, и к необходимости регламентировать хранение и распределение прибавочного продукта. Возникла необходимость учитывать трудовой вклад каждого члена общества. Зачатки экономики привели к дальнейшему разделению труда, появлению классов: управляющих, надсмотрщиков, рдбочих. Тогда же зарождаются основные признаки государства, устанавливаются общие жесткие правила пове­дения, обязанности, дозволения и запреты (табу). До неолитической революции существовали нерасчле­ненные специфические нормы пер­вобытного общества, которые из­вестный исследователь первобытности и этнограф А.И.Першиц назвал мононормами[2]. Это – и не право, и не мораль, поскольку их исполнение обеспечивалось не только общественным порицанием, но и наказанием на основе фиксированных сан­кций. Мононормы не давали преимуществ никому из членов рода, зак­репляли первобытное равенство, суть которого состояла в одинаковом для всех отсутствии свободы, в поглоще­нии личности сообществом, в жес­токой регламентации жизни каждо­го, в консервативности связей меж­ду членами родл. «нормативная избыточность» свойственна обществам с относительно бедной культурой, для которых важнейшая задача – поддержание равновесия, социостаза.

Появление мононорм стало признаком выхода человечества из жи­вотного царства. Через освоение мо­нонорм культивировались формы поведения, необходимые для дальнейшего прогресса. люди на практике убеждались в полезности и целесообразности определенных правил, запретов, предписаний. на этапе распада первобьино общинного строя, в эпоху классообразования, возникли нормы права. Однако эти нормы и права человека – явления разновременные.

Во многих регионах мира правовые системы формировались в свя­зи со значительным общественным разделением труда, ростом его про­изводительности. с появлением из­быточного продукта общественное богатство сосредоточилось в руках уже сформировавшейся привилеги­рованной верхушки, управлявшей преимущественно методами насилия и принуждения. Люди видели в представителях власти ставленников Бога на земле либо владык, требовавших беспрекословного подчинения. Почему же права человека за­рождались намного позже права вообще? Попробуем подойти к этому вопросу с исторической точки зрения. Современный каталог прав, зафиксированный в международных документах и конституциях, результат длительного становления эталонов и стандартов современного демократического общеава. Поворотным этапом в формировании этих стандартов стали буржуазно-демократические ре­волюции XVII-XVIII веков, выдви­нувшие принципы свободы и фор­мального равенства. Именно тогда права человека «обрели самостоя­тельность» и начали оказывать ощутимое влияние на государство, пос­кольку явились ограничителями его всевластия, способствуя установле­нию демократического взаимодейс­твия между властью и индивидом, несмевшим прежде тягаться с госу­дарственной машиной и ее бюрократическим аппаратом.

Зарождение идеи прав человека в V-VI вв. до н.э. в древних поли­сах (афинах, риме), возникновение принципа гражданства явилось ша­гом на пути к свободе и прогрессу. неравномерность распределения прав между классами и сословиями (а то и полное лишение прав, если говорить о рабах) 6ыла неизбежна. Каж­дая новая ступень развития государства добавляла новые качества зародившемуся понятию права чело­века, распространяла их на более широкий круг субъектов.

Буржуазное общество создало условия для формальной свободы всех своих членов. Само слово «свобода», как утверждают некоторые ученые, вошло в употребление в XXIV веке до н.э., когда правитель государства Шумер установил «свободу» для своих подданных путем приме­нения санкций к бесеовестным сборщикам налогов, защиты вдов и си­рот от несправедливых действий людей, обладавших властью, и запрета закабаления храмовых слуг перво­священниками[3].

Первооткрывательницей в области прав человека стала Англия. По­пытки ограничить монархию, соеди­нить ее с сословным представительс­твом, постепенно набирающим вес в обществе, определить для монарха правила, которым он должен следовать, были уже в феодальный период. Противостояние короля, баронов и рыцарей завершилось принятием в 1215 г. Великой Хартии вольностей. в ней содержатся статьи, ограничивающие произвол чиновников, направленные на обеспечение законности в виде запрета назначать на должности судей шерифов и констеблей тех, кто не знает законов либо не желает их выполнять. Особое место занимает статья 39 Хартии, предусматривающая возможность на­казания свободных лиц не иначе как «по законному приговору и по зако­ну страны».

Следующим шагом в законода­тельном признании прав человека стал акт Хабеас корпус 1678 года, установивший гарантии неприкос­новенности личности, принцип презумпции невиновности и другие важ­нейшие для защиты прлв личности положения.

Закрепил компромисс между анг­лийской буржуазией и верхушкой землевладельцев и утвердил конституционную монархию Билль о правах 1689 года. Этот акт отводил зна­чительную роль парламенту, запрещал «королю приостанавливать действие» законов, взыскивать налоги и сборы в пользу короны без согласия на то парламента.

В продолжение уже принятых за­конов, революционных для того времени и на многие столетия предопределивших развитие правовой мыс­ли во всем мире, был принят. Акт об устроении 1701 года, закрепивший верховенство парламента в сфере за­конодательства, в том числе путем установления запрета членства в парламенте королевских министров, а также принцип несменяемости судей в XVIII столетии эстафету утверждения идеалов свободы подхвати­ли соединенные штаты Америки.

Трудно переоценить гуманистические идеи Декларации прав Вирджи­нии 1776 года, провозгласившей, что все люди по природе свободны и независимы, обладают определенными прирожденными правами, которых не могут лишиться и лишить своих потомков. Эта декларация стала первым государственным определением прав человека, а значит, пер­вым признанием значимости и неза­висимости
отдельного индивида со стороны государства. оценивая этот исторический документ, к.мдркс пи­сал, что Америка – страна, «где воз­никла впервые… идея великой демократической республики…»[4].

Принципиальные положения Декларации прав Вирджинии были развиты в декларации независи­мости 1776 года, провозгласив­шей: «Мы исходим из той самооче­видной истины, что все люди соз­даны равными и наделены творцом определенными неотчуждаем ыми правами, к числу которых относят­ся жизнь, сво6ода, стремление к счастью. Для обеспечения этих прав людьми учреждаются государства, черпающие свои законные полно­мочия в согласии управляемых». Вскоре были сделаны 10 первых попрдвок к конституции США, сос­тавившие билль о правах, ратифи­цированный в 1791 году.

Идеи естественных неотчуждаемых прав человека, развитые в доктринах французов Жан-Жака Руссо и Шар­ля Монтескье[5], голландца Гуго Гроция, англичанина Джона Локка[6], стали мощным фактором великой французской революции, создавшей не­оценимый по своей значимости акт-декларацию прав человека и граж­данина 1789 года. Было провоз­глашено, что люди рождаются сво­бодными и цель всякого политичес­кого союза – обеспечение свободы, собственности, безопасности и соп­ротивления угнетению. Декларация провозглашает презумпцию неви­новности, свободу печати, свободу совести и выражения мнений, гарантии личных и иных прав граждан.

Что касается прав человека в дореволюционной России, то необходимо отметить, что среди первых защитников идеи ра­венства был А.Н.Радищев. В своем «путешествии из пстербургл в Москву» он писал: «Человек, происхо­дя на свет, есть равен во всем другому: немощен, наг, алчущ, жаждущ». Радищев критиковал самодержавие и крепостничество, говорил о до­говорном происхождении государства, что в период абсолютизма Екатерины II было поистине бунтом индивида против многовековой монархии. в своих трудах по законо­дательству радищев утверждал: «Го­сударство есть великая махина, цель которой – блаженство граждан. Чем махина проще, чем меньше в ней пружин, чем они прочнее и чем точнее могут производить полезные и наилучшие действия, тем государство совершеннее…Госуддрство приводят в движение две вещи: нравы и зако­ны. Законы являются продолжени­ем нравов… чем народ имеет нра­вы непорочнее, простее, совершеннее, тем меньше он нуждается в законах[7].

Русский правовед XX века Б.Н. Чичерин также защищал сво­боду, равенство и прдва людей. Характеризуя индивида как свободную метафизическую сущность и носителя рдзумной воли, он писал: «Свободная воля составляет… Основное определение человека как разумного существа. именно вследствие это­го он признается лицом и ему прис-ваиваются права. личность… есть корень и определяющее начало всех общественных отношений»[8].

В философии Б.Н. Чичерина особое место занимает идея «Правды или справедливости», которая должна быть положена в основу любого за­кона. Со ссылкой на римских юристов Чичерин подчеркивал, что правда состоит в том, -чтобы-каждому воздавать свое.

Защита естественно-правовых идей свободы личности занимает центральное место и в творчестве другого русского правоведа XX ве­ка П.И. Новгородцев. Он считал, что человечество всегда стоит перед выбором: общественная гармония или свобода. Делая выбор в пользу свободы, равенства и прав индиви­дов, самоценной личности, новго-родцев обосновывдл идею свобод­ного социального развития – без утопической конечной цели в духе руссо, реализация которой неизбежно ведет к насилию и потере свободы. «Нравственный долг каждо­го… содействовать осуществлению «идеи свободной солидарности всех», в которой сво6ода и равенство лиц сочетаются с всеобщностью их обьединения»[9].

Идеи равенства людей можно проследить и в философии известно­го русского ученого В.С. Соловье­ва, сделавшего вывод о том, что «в основе права лежит свободд как характеристический признак лич­ности»[10].

Соловьев считал, что «принцип права требует ограничить частный произвол в пользу общего блага». С этих позиций он критиковал реалии капи­тализма (плутократию) и идеи соци­ализма.

В своем учении о свободе рус­ский ученый Н.А.Бердяев отличает личность or индивида. индивид есть категория натуралистическая, био-логическая, социологическая, а лич­ность – категория духовная. «Лич­ность, – подчеркивал бердяев, – есть свооода и независимость человека в отношении к природе, к обществу, к государству, но она не только не есть эгоистическое самоутверждение, а как раз наоборот»[11].

Разграничение между понятиями «право» и «свобода» весьма услов­но, поскольку зачастую всю сферу политических прав с четко опреде­ленными правомочиями также именуют «свободами». нужно отметить, что различие в терминологии – скорее дань традиции, сложившейся еще в VIII-XIX веках.

Необходимо внести ясность и в такие понятия, как «основные» и «конституционные» права, посколь­ку в конституции используются обе формулировки. основные лрдвл ин­дивида – это и есть конституционные права. К такому выводу, с точки зрения Л. Грудцыной, приводит, например, сопоставление статей 17 и 55 конституции: в последней отме­чается, что перечисление основных прав и свобод не должно толковать­ся как отрицание или умаление других общепризнанных свобод инди­вида[12]. Вместе с тем в ч. 2 ст. 17 речь идет только об основных правах, что позволяет подчеркнуть их особые свойства – неотчужадемость и естественный характер (принадлежность каждому от (рождения).

Основные права субьективны. Сейчас эта истина очевидна, но вплоть до начала xx века она неоднократно оспаривалась. С середины XIX столетии ученые стали рассмат­ривать конституционные права как основные. Это нашло выражение в Веймарской Конституции, было вос­принято основным законом ФРГ, а затем рядом новых европейских кон­ституций[13]. Именно с того времени возникла необходимость в создании универсальных международных стандартов.

Принятие Билля о правах челове­ка, включающего в себя Всеобщую декларацию 1948г., Международный пакт о гражданских и политических правах 1976г., Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1976 г., Факуль­тативный протокол № 1 и Факультативный протокол №2 к Междуна­родному пакту о гражданских и по­литических правах, внесло коренные изменения в статус человека, переместив это понятие в разряд между­народных. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г. предусматривает возможность обрашения в Европейский Суд, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства защиты.